Читать онлайн Уступить искушению, автора - Монк Карин, Раздел - Глава 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Уступить искушению - Монк Карин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.82 (Голосов: 33)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Уступить искушению - Монк Карин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Уступить искушению - Монк Карин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Монк Карин

Уступить искушению

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 13

Шато-де-Ламбер находился в нескольких часах езды от Парижа.
Раньше Жаклин всегда пользовалась частным экипажем, чтобы совершать поездки, и они не казались ей утомительными, но теперь было опасно демонстрировать всем свою состоятельность, так что она отправилась туда в переполненной общей карете, следовавшей до Орлеана. В случае проверки Жаклин собиралась сказать, что едет навестить родственников, которые жили на земле бывшего герцога де Ламбера.
Разумеется, Филипп хотел поехать с ней, но Жаклин была непреклонна. Они спорили так долго и так громко, что Жюстен был вынужден прервать их. После этого Филипп молча съел завтрак, взял корзинку с едой, которую приготовил для него Жюстен, попрощался и ушел. Жаклин с болью смотрела ему вслед, думая о том, что ждет его в будущем. Еда, которую ему дали, скоро кончится, и ему снова придется воровать, а если его поймают, то могут избить до смерти.
Ей хотелось защитить мальчика, но она понимала, что не в силах этого сделать. Жаклин сама рисковала жизнью, чтобы спасти Армана, и не могла подвергать такому же риску ребенка.
Был уже полдень, когда она добралась до Орлеана и, покинув экипаж, медленно направилась в сторону Шато-де-Ламбер. Пошел снег, и, хотя ее ноша состояла всего лишь из небольшой сумки, двигаться становилось все труднее.
— И далеко нам еще идти? — раздался сзади насмешливый голос.
Жаклин обернулась и увидела Филиппа.
— Что ты здесь делаешь? — удивленно спросила она.
— Решил на время покинуть Париж, — не задумываясь, ответил подросток.
— Но как ты сюда попал? — поинтересовалась Жаклин. Она уже начинала сердиться.
— Так же, как и ты. — Филипп выразительно кивнул в сторону экипажа. — Только на запятках.
Жаклин обратила внимание на то, что мальчик переоделся в теплую куртку и штаны, а также сменил свои разбитые ботинки на новые. По крайней мере он не сильно страдал от холода во время путешествия, подумала она.
— Хорошо, пусть так. А теперь мы вернемся к карете, я заплачу за тебя, и ты поедешь обратно в Париж, но уже внутри.
— Нет, — возразил Филипп. — Я не собирался возвращаться так быстро.
— Но ты не можешь идти со мной.
Похоже, ее слова не возымели на него никакого действия.
— Нравится тебе это или нет, я все равно пойду. Я знаю, что могу принести пользу. — Говоря это, Филипп казался намного старше своих лет. Жаклин с тревогой посмотрела на него. Возможно, он прав, и ей действительно потребуется его помощь. Женщина с ребенком вряд ли вызовет у кого-то подозрения. Странно, но с Филиппом ей было гораздо спокойнее.
— Хорошо, — наконец сказала она. — Ты можешь пойти со мной.
— Я знал, что ты согласишься, — радостно улыбнулся мальчик.
Они быстро зашагали в сторону замка.
— Ты знаешь, почему я здесь? — спросила Жаклин.
— Чтобы достать деньги, — ответил Филипп, — но вот как?
— Мы идем ко мне домой, — объяснила она. — И пока это все, что я могу сообщить тебе.
Уже стемнело, когда они подошли к Шато-де-Ламбер. На первый взгляд замок показался Жаклин таким же, каким она его запомнила с детства: высокие башни, сверкающие окна, покрытый снегом огромный купол крыши — все дышало спокойствием и тишиной. Однако когда они подошли поближе, то увидели следы разрушений, произведенных вандалами: почти все окна были разбиты, скульптуры, украшавшие вход, сброшены с пьедесталов; огромные вазы из итальянского мрамора, в которых летом высаживались живые цветы, бесформенными кусками валялись на земле. Красивый фонтан, украшавший парадный вход в замок, предстал перед ними грудой мраморных обломков.
— Вот это да! — изумленно воскликнул Филипп. — И ты здесь живешь?
Жаклин нехотя кивнула. Ей было тяжело смотреть на то, что произошло с ее домом. Слезы подступали к ее глазам, но она не могла позволить себе заплакать; однако теперь у нее появилась еще одна причина ненавидеть революцию, которая не только лишила ее отца и брата, но и разрушила родной дом. «Все равно мне уже никогда не жить здесь, — подумала Жаклин. — Когда придет время, сестры вернутся сюда и восстановят дом в его прежнем великолепии».
Успокоив себя этой мыслью, Жаклин попыталась войти внутрь и только тут заметила на парадной двери табличку, извещающую о принадлежности дома Республике. Дверь оказалась запертой, и тогда Филипп предложил разбить стекло, чтобы он мог залезть внутрь и отпереть замок. Жаклин некоторое время колебалась, но это был единственный способ войти, и она вынуждена была согласиться. Оглядевшись, Филипп нашел подходящий осколок статуи и запустил им в стекло, после чего быстро пролез в образовавшуюся дыру и открыл дверь.
Жаклин вошла в темное помещение библиотеки и застыла в ужасе. Разрушения, которые она видела снаружи, не шли ни В какое сравнение с тем, что открылось ее взору внутри. Картины, мебель, ковры — все это либо исчезло, либо выглядело безнадежно испорченным, книги частью были сожжены, а оставшиеся валялись по всему полу.
Жаклин подобрала подол платья и пересекла комнату прямо по книгам, стараясь не обращать внимания на то, что окружало ее. Она молча прошла через холл, заглядывая в комнаты и отмечая все новые и новые проявления варварства. Филипп молча шел за ней: он оказался достаточно тактичен, чтобы воздержаться от каких-либо комментариев.
Жаклин собралась подняться в свою комнату и достать драгоценности, когда ее внимание привлекла дверь в отцовский кабинет: она была заперта снаружи, что показалось ей странным, так как все остальные внутренние двери грабители оставили открытыми. Остановившись напротив, Жаклин потянула за ручку, а когда дверь со скрипом отворилась, она не поверила своим глазам.
В кабинете герцога де Ламбера царил образцовый порядок: вся мебель осталась цела, на полу лежал роскошный персидский ковер, и даже письменные приборы и красивые безделушки на столе были расставлены точно так же, как они стояли раньше. Но больше всего удивило Жаклин то, что в кабинете не было даже следа пыли. Однако у нее не оставалось времени раздумывать над такими вещами; она повернулась, чтобы выйти…
Тихий крик сорвался с ее губ, когда она увидела картину, висевшую над дверью. Художник изобразил ее семью летом 1789 года, незадолго до падения Бастилии: герцог сидел в кресле, окруженный детьми, Антуан, которому тогда было шестнадцать, стоял рядом, положив руку на плечо отца. Жаклин стояла с другой стороны, держа в своих руках крохотную ручку Сюзанны, а Серафина играла на траве около отцовских ног. Картина дышала спокойствием и умиротворением, только отсутствие на ней матери и печаль в глазах герцога выдавали горечь утраты.
Сейчас это полотно выглядело просто ужасно. Над картиной надругались, но не так, как над другими картинами, украшавшими замок, — их просто изрезали на куски и выворотили из рам. Изображенным на потрете членам семьи, включая маленькую Серафину, красной краской провели черту по горлу, словно всем им отрубили головы. Красные капли стекали вниз, словно кровь невинных жертв. Впечатление было настолько реальным, что Жаклин, не выдержав, опустила глаза.
— Наверное, это ты? — Филипп указал на ее изображение. Она кивнула.
Мальчик некоторое время разглядывал картину, а потом сказал:
— Ты уже так не выглядишь.
— Да, я теперь не та, что прежде, — с горечью ответила Жаклин. — Той девушки больше нет.
Она быстро вышла из кабинета, оставив Филиппа разглядывать картину в одиночестве, и направилась в свою комнату за окном темнело, и ей надо было торопиться, а не исследовать свой разрушенный дом или жалеть себя.
Когда Жаклин вошла в свою комнату, то и здесь обнаружила следы погрома — все матрасы и подушки были вспороты, обои со стен содраны, а в самих стенах зияли огромные дыры, словно кто-то колотил по ним молотком. Она без труда поняла, что этот кто-то не просто выместил свой гнев на ее спальне, а преследовал вполне определенную цель — найти сокровища де Ламберов.
Быстро пройдя через комнату, Жаклин подошла к камину, опустилась на колени и, проведя пальцами по кирпичам передней стенки, обнаружила, что один из кирпичей чуть больше выступал вперед, чем остальные. Она огляделась, и, заметив у своих ног кочергу, подняла ее, вставила один конец между кирпичами и принялась раскачивать выступающий кирпич до тех пор, пока он не вывалился наружу. За ним оказалось пустое пространство, вполне достаточное для того, чтобы просунуть туда руку. Жаклин так и сделала, и вскоре ее пальцы нащупали небольшой прямоугольный предмет. Испытав огромное облегчение, она достала из тайника деревянную шкатулку и раскрыла ее.
Внутри обитой черным шелком шкатулки лежали великолепные драгоценности, принадлежавшие ее семье. Здесь были ожерелья, браслеты, кольца, серьги, броши, заколки для волос, украшенные крупными бриллиантами, рубинами и другими драгоценными камнями. Жаклин порылась в шкатулке и вынула небольшую бархатную коробочку. Открыв ее, она со вздохом достала золотое кольцо с бриллиантом, которое ее отец подарил матери в честь рождения Антуана, их первенца и будущего герцога де Ламбер, и, надев на палец, залюбовалась игрой света в причудливых гранях.
— Я знал, что ты вернешься.
Тихо вскрикнув, Жаклин уронила шкатулку с драгоценностями на пол. Ее сердце сжалось от страха, но она все же нашла в себе силы оглянуться.
Перед ней стоял Никола Бурдон: снежинки на его плаще и мокрые ботинки свидетельствовали о том, что он только что вошел в дом.
— В чем дело, Жаклин? — Ужасная улыбка исказила черты его мрачного лица. — Неужели ты думала, что мы больше не увидимся?
— Напротив, — она попыталась сохранять спокойствие, — я даже надеялась на нашу встречу.
Ее ответ явно удивил его, и некоторое время Бурдон с интересом разглядывал запачканное скромное платье и грязные, покрытые сажей руки дочери герцога.
— Кого ты изображаешь сегодня? — насмешливо спросил он. — Подружку печника?
Она не ответила.
— Знаешь, а тебя не трудно узнать. Хотя, надо сказать, тебе действительно удалось ловко улизнуть из Консьержери. Все охранники, мимо которых ты проходила, клялись, что в ту ночь из тюрьмы вышли только старик и оборванный мальчишка. Никто из них даже не допускал мысли, что видел прекрасную аристократку. Тогда мне пришлось дорого заплатить за твой побег: революционный трибунал не жалует тех, кто упускает государственных преступников. Так как я был последним, кто видел тебя, и оказался настолько глуп, что поверил мнимому гражданину Жюльену, меня стали подозревать в пособничестве вам обоим. — Бурдон начал расстегивать пуговицы на своем плаще.
— Тебе не повезло, — рассеянно заметила Жаклин, осторожно оглядывая комнату в поисках какого-нибудь оружия. Как жаль, что она не догадалась захватить с собой нож.
— Мы объявили, что разыскиваем старика и мальчика, — продолжил Никола, — и нас завалили глупыми рапортами, но я обратил внимание на один из них, от некого гражданина Дюфре, владельца гостиницы. Ему показалось подозрительным, что внук одного из его постояльцев не проявил должного энтузиазма в отношении казни аристократов. Я тут же приехал в эту гостиницу, но ты опередила меня всего на шаг.
— Не понимаю, о чем речь. — Жаклин пожала плечами. Она решила ничего не говорить Никола об участии Армана в ее побеге.
— Еще как понимаешь. — Никола со злобной усмешкой посмотрел на нее. — Когда мы вошли в комнату, я увидел, что для тебя приготовлена женская одежда, а обнаруженный мной кусок розового мыла развеял даже самые ничтожные сомнения. Бедняжка, как же ты смогла жить так долго без ванны?
Жаклин прищурилась и ничего не сказала.
— А потом твой дружок спас тебя от толпы. Очень трогательно, что он послал ко мне парнишку с требованием награды за твою поимку. Именно тогда я понял, что имею дело с Черным Принцем — никто другой не мог быть настолько наглым, чтобы вырвать аристократку у разбушевавшихся горожан, а потом сообщить мне об этом.
Жаклин посмотрела на Никола с деланным равнодушием; она решила, что лучшим оружием будет та самая кочерга, с помощью которой ей удалось вскрыть тайник. Теперь проблема состояла в том, чтобы добраться до нее первой.
— После полученного вызова я понял, что должен не только вернуть тебя, но и поймать Черного Принца. Вскоре мне стало известно, что ты покинула страну и скорее всего отправилась в Англию, к своим сестрам. После этого расставить ловушку оказалось совсем не хитрым делом.
— Неужели? — спросила Жаклин, медленно двигаясь по направлению к камину, возле которого лежала кочерга. — И как ты это сделал?
— Я использовал твоего дорого жениха, — охотно пояснил Никола, — или, лучше сказать, идиота, которого твой отец предпочел мне. Когда я арестовал его по обвинению в помощи предательнице аристократке, он тут же выложил мне адрес твоих сестер, а также написал тебе письмо с просьбой о помощи. Трудно было предвидеть, кто из вас явится, ты или Черный Принц, но я ведь не против поймать любого из вас.
Жаклин по-прежнему удавалось сохранять спокойствие. Увы, Жюстен прав: все это самая настоящая ловушка, а она оказалась такой дурой, что послала в нее Армана.
— Когда твой друг появился в Париже, чтобы спасти маркиза де Бире, я немедленно арестовал его, — самодовольно усмехнулся Никола. — Жаль только, что тебя с ним не было. Мне пришлось отпустить маркиза, который, приехав в Англию, рассказал тебе душещипательную историю о Черном Принце. И вот ты здесь. Твое благородство не позволило тебе бросить друга в беде.
Надо отдать ему должное, он все точно рассчитал, с досадой подумала Жаклин; однако все это не было сейчас столь уж важным. Ей нужно убить Никола, а потом немедленно отправляться спасать Армана.
— Знаешь, я часто приходил сюда, — признался Никола, — и своими руками перевернул все вверх дном в этой комнате, пытаясь найти драгоценности. Единственным местом, где я не искал, был камин — мне и в голову не могло прийти, что мадемуазель де Ламбер может испачкать свои пальчики сажей.
— Странно, что ты не разрушил кабинет отца, — заметила Жаклин, делая еще один шаг, приближавший ее к кочерге.
— Я обыскал его, но очень осторожно — все осталось таким же, как при герцоге, когда я приходил в ваш дом в качестве друга. Ты помнишь те дни, Жаклин? Твой отец очень ценил меня, потому что я разбирался в финансовых вопросах, а он не имел о них ни малейшего представления. Если бы не мои советы, вместо замка и земель вы давно бы получили кучу неоплаченных счетов. Ты хоть понимаешь, что я спас твою семью от разорения? — неожиданно выкрикнул Никола. — Твой отец обожал меня, и я испытал настоящий шок, когда он отказался отдать тебя мне в жены. Именно тогда мне стало понятно, какой это лицемер — он и его благородные друзья соглашались с равенством только в теории, а не на деле.
— Не мучай себя так, — брезгливо произнесла Жаклин. — Я никогда даже теоретически не считала тебя равным.
Оскорбление попало точно в цель — Никола быстро приблизился к ней и с силой ударил ее по лицу.
— Впредь подумай, прежде чем говорить мне такое, — он схватил ее за плечи, — иначе мне придется отправить тебя на гильотину прямо сейчас.
Кочерги все еще не было у нее в руках, поэтому Жаклин лишь молча смотрела на него, стараясь побороть отвращение, которое вызывало у нее тошноту.
— Ну вот, мы снова спорим. — Неожиданно сменив тон, Бурдон погладил ее по щеке. — Я совсем не так представлял себе нашу встречу. Давай забудем о разногласиях, хотя бы на эту ночь, тем более что она скоро закончится и наступит завтра.
— Завтра? — переспросила Жаклин.
— Я многие годы мечтал о тебе. — Он снял с ее головы шляпку и бросил ее на пол. — Сначала как о жене, потом, когда твой отец отказал мне, как о любовнице. А ведь ты все еще ненавидишь меня, не так ли? — Никола поднял руку и провел пальцами по ее подбородку. Жаклин инстинктивно отшатнулась. Тогда он схватил ее за талию и прижал к себе. — Мне так жаль, что тебя арестовали вместе с братом, — услышала она его шепот. — Я не хотел, чтобы это случилось. Только Антуан должен был попасть в тюрьму; тогда ты осталась бы совсем одна и поняла, как я тебе полезен.
— Ты безнадежно глуп, раз полагаешь, что я стала бы обращаться к тебе за помощью, — прошипела в ответ Жаклин. — Что бы ни случилось со мной, я ни за что не позвала бы тебя. Никогда.
— Сейчас это уже не важно — я все равно не смогу помочь тебе, даже если захочу, — вздохнул Никола. — Ты бежала от революционного правосудия. Теперь твоя жизнь закончится на гильотине…
— А тебя наградят за это, и еще за то, что ты нашел драгоценности де Ламберов.
— Конечно, то, что я поймал тебя, поможет моей карьере, — кивнул Никола. — Но драгоценности… Это совсем другое дело.
— Ты хочешь оставить их себе? — догадалась Жаклин. Он отпустил ее и обернулся, чтобы взглянуть на шкатулку.
— То небольшое состояние, которое рассыпано на полу этой комнаты, не поможет правительству покрыть все долги. Я же вложу его с умом, и оно принесет мне немалый доход.
— Неужели ты способен предать и обокрасть даже собственное правительство? — недоверчиво спросила девушка, отступая от него на несколько шагов.
— Мне кажется, нам пора прекратить разговор на эту тему. — В голосе Никола послышалось раздражение.
— Хорошо-хорошо, — пролепетала Жаклин. В ту же минуту она бросилась к камину, схватила кочергу и подняла ее высоко над головой. — Еще один шаг, и твои мозги окажутся на стене.
Никола с грустью посмотрел на нее.
— Жаклин, ты меня расстраиваешь. Неужели мы все время будем ругаться? — Он подошел к ней и небрежным движением руки выхватил у нее кочергу. — С другой стороны, это сделает нашу страсть еще сильнее.
Жаклин замахнулась, чтобы дать ему пощечину, но Никола перехватил ее руку, и тут же она получила такой удар по лицу, что едва не потеряла сознание.
— Ну как, сдаешься? — злобно осклабился он, заламывая ей руки за спину.
— Ни за что! — Жаклин попыталась ударить его коленом в пах, но Никола успел повернуться к ней боком. И все же удар, пришедшийся по бедру, оказался настолько сильным, что он вскрикнул от боли.
— Ах ты, сучка!
Еще один удар, обрушившийся на лицо Жаклин, сбил ее с ног. Она попыталась подняться, но Никола прижал ее своим телом, не давая пошевелиться.
— Убери от меня свои поганые руки, мерзавец! — прохрипела Жаклин.
— Заткнись! — Он зажал ей рот ладонью.
Слезы боли и отчаяния брызнули из ее глаз, когда она почувствовала, что Никола раздвигает ей ноги коленом. Девушка изо всех сил пыталась сбросить его с себя, но ей это никак не удавалось. Одной рукой Никола больно стиснул ее грудь, а другой попытался задрать юбку, когда Жаклин принялась ощупывать пол в поисках какого-нибудь оружия.
Насильник уже стягивал с себя штаны, и тут вдруг пальцы Жаклин наткнулись на что-то холодное и очень острое. Не тратя времени на то, чтобы разглядеть этот предмет, она ударила им своего врага по лицу.
Никола взвыл от боли и схватился рукой за щеку. Яркая полоса проступила на его коже, которую Жаклин удалось рассечь от виска до подбородка. Она подняла руку, чтобы ударить снова, но негодяй успел выбить из ее пальцев осколок фарфоровой статуэтки.
— Чертова шлюха, — прохрипел Никола, с ужасом глядя на кровь, оставшуюся на его ладони, затем схватил Жаклин за горло и начал душить.
Жаклин попыталась оторвать пухлые пальцы от своей шеи, но ей это не удалось. Она с ужасом почувствовала, что он пытается войти в нее. Ей хотелось кричать, но она не могла и, закрыв глаза, приготовилась к смерти.
Неожиданно рядом с ее ухом раздался глухой удар, и тело Никола, обмякнув, придавило Жаклин к полу. Пальцы на ее горле разжались, и Жаклин смогла вдохнуть полной грудью. Открыв глаза, она увидела Филиппа, который стоял возле нее, держа в руках массивные каминные часы. Лицо его было совершенно спокойным: казалось, мальчик готов снова обрушить свое орудие на голову обидчика Жаклин, если тот сделает хоть одно движение.
— С тобой все в порядке? — озабоченно спросил он.
— Сними его с меня, — прохрипела Жаклин.
Филипп поставил часы на пол, схватил Никола за руку и оттащил его в сторону; лишь после этого Жаклин смогла подняться.
— Послушай! — Филипп внимательно присмотрелся к ней. — Да у тебя кровь!
Жаклин дотронулась до распухшей губы.
— Это пустяки, — сказала она.
— Не здесь, на шее.
Проведя пальцами под подбородком, Жаклин поморщилась.
— Это не моя, — с отвращением произнесла она. — Это его.
Они не сговариваясь посмотрели на Никола, который неподвижно лежал на полу перед ними; кровь медленно сочилась из раны на его голове и стекала вниз, образуя темно-красную лужицу.
— Похоже, я убил его, — пробормотал Филипп.
— Вот и отлично, — сказала Жаклин, чувствуя, что ее начинает тошнить.
Она отвернулась и принялась торопливо собирать рассыпавшиеся драгоценности. Филипп молча стоял рядом и не спускал глаз с Никола.
— Пойдем отсюда, — сказала Жаклин, закрывая шкатулку. Мальчик поднял на нее глаза.
Похоже, я убил его, — неуверенно повторил он. Жаклин подошла и обняла его за плечи.
— Ты спас мне жизнь, — шепотом сказала она. — Спасибо тебе.
Филипп прижался к ней, словно ища у нее защиты.
— Ладно, пойдем, — через некоторое время произнес он. Жаклин кивнула, и они медленно двинулись к двери.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Уступить искушению - Монк Карин



велеколепный роман
Уступить искушению - Монк Каринольга
13.10.2011, 9.23





роман не плохой. 9 из 10.
Уступить искушению - Монк Каринмарина
14.10.2012, 13.32





3 спасения от гильотины и 3 попытки изнасилования главной героини главным злодеем - это уже перебор для одного романа. Вполне хватило бы и одного эпизода для интересной книги. А так даже становится смешно, когда главный злодей почти-почти изнасиловал оторву-главную героиню, почти "вошел" куда надо,но тут появляется , как чертик из табакерки, главный герой и выдергивает ее из под рохли-насильника. Ну очень много приключений!
Уступить искушению - Монк КаринВ.З.,66л.
16.07.2014, 12.22





Ну сказка и плохо написано.
Уступить искушению - Монк Кариннаташа
1.05.2015, 1.46








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100