Читать онлайн Твое нежное слово, автора - Монк Карин, Раздел - Глава 16 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Твое нежное слово - Монк Карин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.33 (Голосов: 21)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Твое нежное слово - Монк Карин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Твое нежное слово - Монк Карин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Монк Карин

Твое нежное слово

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 16

– Проснись, Саймон!
Саймон разлепил сонные глаза и нахмурился.
– Почему каждый считает своим долгом разбудить меня?
– Мы копали в неправильном месте, – сообщила ему Камелия.
– Замечательно. Расскажете мне об этом завтра. – Закрыв глаза, он уронил голову на подушку.
– Мы копали в неправильном месте, Саймон! Разве тебя это не интересует?
– Единственное, что меня сейчас интересует, – это возможность хоть немного поспать.
– Успеешь еще за свою жизнь выспаться. – Схватив Саймона за плечи, Камелия грубо тряхнула его. – Проснись!
Повернувшись на спину, Саймон посмотрел на Камелию.
– Если ты так собираешься будить меня по утрам, то наша жизнь будет довольно трудной.
– Мне нужно, чтобы ты выслушал меня.
– Прекрасно. Я слушаю.
– Ты уже достаточно проснулся, чтобы понять, что я говорю?
– Достаточно, чтобы понять, что, если я не уделю тебе внимания, ты будешь продолжать трясти меня. Этого хватит.
– Мы копали в неправильном месте, Саймон.
– Ты все время это твердишь. Ты все-таки веришь, что могила существует?
– Конечно, существует!
– Подожди. У тебя есть предположение, где она находится?
– Я не уверена. Я надеялась, что ты поможешь мне разгадать эту загадку. Ты в этом специалист.
– В чем?
– Ну… в странном мышлении.
– Ты пытаешься оскорбить меня, чтобы я тебе помог?
– Я не пытаюсь тебя оскорбить, – уверила его Камелия. – Я и раньше тебе говорила, что ты смотришь на мир не так, как другие. Там, где большинство людей видят границы, ты видишь возможности. Именно поэтому ты блестящий изобретатель.
– Если бы я был блестящим, то сделал бы насос, который не свалился бы в эту гигантскую грязную лужу, – сухо заметил Саймон. – Или по крайней мере придумал какой-нибудь выход, когда насос сломался так, что и не починить. Вот это было бы действиями блестящего стратега, кем я, очевидно, не являюсь.
– Ты не можешь предусмотреть каждую мелочь.
– Я бы сказал, что развалившийся на куски паровой двигатель довольно крупная вещь.
– Да забудь ты о паровом двигателе, Саймон! – Рассердившись, Камелия направилась к выходу из палатки. – Ты идешь или нет?
– Это как сказать. Ты действительно считаешь меня блестящим?
– Да. Невероятно. А теперь идем! – Она резко откинула полог палатки и растворилась в темноте.
Вздыхая, Саймон поднялся с кровати и устало натянул ботинки.


– …если посмотреть на льва, то сцену можно толковать по-разному, – горячо продолжала Камелия, указывая на фигуру льва на камне, который Зареб освещал фонарем. – Лев может напасть на антилопу или на одного из воинов. Это означает, что он символизирует опасность. Но возможно, что именно лев в опасности, потому что его могут растоптать антилопы или застрелить воины. А может быть, это вообще не лев, а шаман, который принял его облик. Значит, никакая опасность ему не грозит, поскольку считается, что шаманы сильнее животного, чей облик приняли. Но если это так, тогда почему он здесь?
Саймон зевнул.
Камелия сердито взглянула на него.
– Ты внимательно смотришь?
– Как ни странно, да. И это несмотря на тот факт, что меня среди ночи вытащили из кровати после шестнадцати часов работы над двигателем. Думаю, я заслуживаю некоторой снисходительности к моей зевоте.
– Как ты думаешь, что это значит?
– Это означает, что мне нужно выспаться.
– Я не об этом, что значит рисунок на камне?
Саймон вздохнул:
– Я правда не знаю, Камелия. В археологии ты специалист, а не я. Не понимаю, зачем тебе было нужно тащить меня сюда и в темноте обсуждать значение рисунка. Разве нельзя было подождать до утра?
– Нет.
– Почему?
– Потому что на рисунке изображены звезды. – Она указала на поблекшие желтые звезды над антилопами и воинами. – Я долгие годы смотрела на них и, как и мой отец, считала, что звезды – это мифический элемент живописи. Но теперь я думаю, что отец был не прав. Звезды не символизируют дух шамана или животных. Я думаю, что звезды – своего рода карта, указывающая, где могила.
– Каким образом?
– Не знаю, – призналась Камелия. – Именно поэтому; я и хотела, чтобы ты посмотрел рисунок. Мы с Заребом больше часа изучали его, прежде чем я отправилась будить тебя. Мы не могли разобраться в том, что означают звезды.
– Они могут ничего не значить.
– Нет, они – указатель, – настаивала Камелия. – Я в этом уверена.
– Что заставило тебя вдруг в это поверить? – Камелия замялась. Она не думала, что сейчас подходящее время рассказывать Саймону о странном шепоте. – Я просто чувствую это, как чувствовала на судне, что мы подошли к берегам Африки. Ты как-то сказал мне, что порой интуиция – единственное, чему можно доверять. Саймон повернулся к Заребу:
– А вы что думаете?
– Я думаю, что сегодня ночью Тиша слышала голос Пумулани, – серьезно ответил Зареб. – Может быть, Могила королей наконец позволит найти себя.
– Тогда почему бы ей не сделать это яснее, вместо всех этих недомолвок о звездах, львах и шаманах?
– У Пумулани есть собственные причины хранить тайну. И когда она наконец откроется, на это тоже будут свои причины. Нам не дано это понять.
Саймон вздохнул. Поскольку Камелия не отпустит его обратно в постель, придется попытаться разобраться, о чем идет речь.
– Хорошо, – начал он, сосредоточив внимание на огромном камне. – Здесь лев, потом антилопа, а тут воины, которые, на мой взгляд, слишком тощие. Наверху россыпь звезд. Сейчас посчитаю… четыре, пять, шесть.
– Пять, – поправила Камелия.
– Я вижу шесть.
– Их только пять, – настаивала Камелия. – Видишь? Столько нарисовано в альбоме отца. – Она открыла нужную страницу, чтобы показать Саймону.
– Возможно, он нарисовал только пять, но это не меняет того факта, что я вижу шесть, – стоял на своем Саймон. – Зареб, пожалуйста, посветите.
Зареб поднес фонарь ближе, и золотистый свет осветил потускневшую поверхность древнего камня.
– Видишь? Шесть звезд. – Саймон по очереди указывал на каждую точку.
– Последняя – это не звезда, – возразила Камелия. – Тут кусочек камня откололся, или это просто царапина.
– Это сделал человек, который изображал звезды, – настаивал Саймон. – Свежий взгляд все видит по-иному. Проведи пальцем, ты почувствуешь, что это именно звезда.
– Возможно, – уступила Камелия, проведя пальцем по грубой поверхности камня. – Но даже если это так, что это означает?
– Я не уверен, что это вообще что-нибудь значит. Я только говорю, что вижу шесть звезд, не пять.
– Хорошо. Шесть звезд. Что еще ты видишь? Сведя брови, Саймон уставился на древний рисунок.
– Не думаю, что звезды изображают какое-то созвездие, так что трудно определить, пытался ли художник запечатлеть что-то определенное.
– Тот, кто это рисовал, не знал о созвездиях, – заметил Зареб. – У них не было телескопа, чтобы видеть то, что недоступно глазу.
– Значит, это случайный набор звезд, свидетельствующий только, что охота происходит ночью.
– Но ночью не охотятся, – спорила Камелия. – Охотятся днем, когда животные пасутся и хорошо освещены. Поэтому звезды на рисунке очень важны. Они что-то означают. Я пробовала соединить их воображаемыми линиями, но это мне ничего не дало.
– Если, их соединить, получится нечто похожее на воздушного змея, – размышлял Саймон. – Но я сомневаюсь, что древние племена делали их.
– Где ты видишь воздушного змея? – спросила Камелия. – Если соединить звезды, получится треугольник.
– Я учитываю и шестую звезду, которую ты считала простой царапиной. Если ты проведешь линию от звезды к звезде, то последняя окажется верхушкой воздушного змея. – Саймон провел воображаемую линию между звездами. – Видишь? Змей.
Глаза Камелии расширились.
– Это щит, – выдохнула она.
– Пусть будет так, – пожал плечами Саймон. – Лично я думаю, что это больше похоже на воздушного змея, чем на щит.
Радостное волнение осветило ее лицо.
– Конечно! Как я не увидела этого раньше? Это щит, парящий в небе между антилопой и львом!
– Замечательно. И что это означает?
– Щит символизирует охрану, попытку уберечь что-то или кого-то, – взволнованно объяснила Камелия. – Щит повернут ко льву, что означает, что он защищает льва.
– С каких это пор лев нуждается в защите?
– Лев символический, – сказал Зареб. – Он представляет мощный дух.
– Он безразлично смотрит на воинов и антилопу, – продолжала Камелия, – и не имеет намерения бежать, потому что он что-то охраняет… он охраняет Могилу королей!
Заинтригованный, Саймон поднял бровь:
– Если он охраняет Могилу королей, где она?
Камелия неуверенно прикусила губу. Потянувшись, она провела пальцем по звездам на камне и почувствовала тепло, когда коснулась последней звезды на верхушке щита. Она заколебалась.
Потом ее палец, словно по собственной воле, начал медленно двигаться вниз, пока не остановился у льва.
– Она позади льва, – мягко сказала Камелия. Саймон поглядел в бесконечную темноту.
– А он где? К сожалению, рисунок не дает нам никаких указаний. Если они и были, то стерлись.
«Позволь звездам вести тебя». Запрокинув голову, Камелия взглянула на небо.
– Посмотри, – прошептала она.
Саймон поднял глаза. Шесть звезд в форме щита блестели на черном фоне.
– Странно, – изумился он. – Не припомню, чтобы звезды раньше так выстраивались.
– Это означает, что выбран правильный момент, – глядя на звезды, улыбнулся Зареб.
– Если мы проведем линию от вершины щита вниз, как ты делала на камне, Камелия, то лев где-то там. – Саймон указал на темный кустарник и камни у подножия горы.
– Идем! – заспешила Камелия, бросившись к кустарникам.
– Разве нельзя сделать это утром? – взмолился Саймон. – Если нам придется вести раскопки, я предпочел бы выспаться и делать это при свете.
– Мы должны сделать это теперь, – настаивала Камелия, быстро осматривая кусты и камни. – Звезды указывают, что мы на правильном пути.
– Зная направление, мы можем оставить тут метку, – заметил, подходя к ней, Саймон. – Днем будет гораздо легче работать.
– Может быть, Пумулани не желает открывать свою тайну на свету. – Зареб подошел к ним с величественно восседающими на его плечах Оскаром и Харриет. – Мы должны уважать знаки, которые открылись нам сегодня ночью.
– Если мы не найдем могилу сейчас, то можем навсегда потерять такую возможность. – Камелия начала пробираться сквозь кусты в поисках указаний, что делать дальше. – Смотри вокруг, и двигай все, что увидишь. Только осторожно, чтобы не повредить находки.
– Коли уж ты здесь, то мог бы тоже поискать, Оскар. – Сняв обезьянку с плеча Зареба, Саймон посадил ее на землю. – Если что-нибудь найдешь, то для тебя найдется овсяное печенье.
Оскар послушно подбежал к огромному камню и устроил спектакль, пытаясь сдвинуть его лапками.
– Странно. – Камелия, нахмурившись, глядела на густой кустарник, росший перед камнем. – Тут кусты гуще, чем в других местах.
Подойдя ближе, она пыталась разглядеть, не скрыто ли что-нибудь под кустами.
Решив, что сделал достаточно, Оскар вскочил на камень, который пытался сдвинуть, и протянул лапку, требуя награду.
– Недолго ты работал, приятель, – заметил Саймон.
Оскар невинно посмотрел на него и сильнее вытянул лапку.
– Хорошо, думаю, ты кое-что заслужил, хотя бы за попытку. – Прислонившись к камню, Саймон порылся в кармане и, достав печенье, разломил его пополам. – Половина тебе, – сказал он, отдав кусочек Оскару, – а вторая для Харриет, за то что ей спать не дают. – Он отошел от камня, чтобы покормить птицу.
– Лев, – прошептала Камелия. Испуганный Саймон оглянулся на камень.
На нем смутно, но безошибочно угадывался контур головы льва. Она скрывалась под многолетними наслоениями грязи, которая отвалилась, когда Саймон прислонился к камню.
Подбежав, Камелия стремительно стряхнула руками остальное.
– Посмотри, здесь лев, точно такой же, как на другом камне!
– Наверное, рисунок покрыли грязью, а потом посадили кусты, чтоб окончательно спрятать его, – сказал Зареб.
– Нужно сдвинуть камень. – Обхватив глыбу, Камелия начала толкать ее. – Ну же, помогайте!
– Подожди, Камелия. Так его никогда не сдвинуть. – Саймон задумчиво изучал тяжелый камень. – Чтобы приподнять его, нужно что-то вроде рычага.
– Но тут ничего похожего нет.
– Мы можем воспользоваться меньшими камнями, – решил, оглядевшись, Саймон. – Мы немного подкопаем камень, и он станет менее устойчивым. Потом втроем раскачаем его и столкнем.
Зареб одобрительно кивнул.
– Иногда простейшие инструменты работают лучше всего.
Опустившись на колени, все трое начали камнями отгребать рыхлую землю у основания глыбы, пока Саймон, не решил, что довольно.
– Хорошо, теперь держите камень, – инструктировал он, – и когда я скажу «три», наваливайтесь всем телом, пока он не сдвинется. Готовы?
Зареб и Камелия кивнули.
– Хорошо, тогда взялись. Раз… два… три!
Камень немного сдвинулся.
– Толкайте! – скомандовал Саймон. – Приготовились, толчок!
Грубая поверхность камня больно впивалась в руки Камелии, ее тело дрожало от напряжения. Зажмурив глаза и стиснув зубы, она сражалась с сокрушительным весом камня.
«Толчок, – нараспев повторяла она про себя, всем телом наваливаясь на камень. – Толчок, толчок, толчок…»
Камень сдвинулся чуть больше.
И вдруг ускользнул от нее, опрокинувшись с громовым гулом.
Камелия увидела узкое отверстие у подножия горы, которое было скрыто камнем. Из щели, словно маленькая армия, хлынул черный поток огромных пауков.
Оскар, заверещав, вспрыгнул на плечо Саймона.
– Надеюсь, ты не полезешь туда, пока мы не принесем фонари? – спросил Саймон, вздрогнув, потому что Оскар дернул его за волосы.
Камелия покачала головой:
– Нужно спуститься сейчас, Саймон. Не думаю, что есть какая-то опасность. Духи не показали бы мне путь, если бы не хотели, чтобы я туда входила.
– Я не духов боюсь, а противных маленьких тварей, которые там ползают, кусают и жалят.
– Отлично. Тогда жди здесь. – Взяв фонарь, Камелия исчезла в отверстии.
– Так я и думал, – вздохнул Саймон. – Ну, Оскар, ты идешь?
Оскар крепко обнял Саймона за шею и уткнулся мордочкой в его волосы.
– Как я понимаю, ты согласен. А вы, Зареб? У вас есть желание лезть в эту черную дыру, полную пауков и еще бог знает чего среди ночи?
– Я иду туда, куда идет Тиша, – торжественно объявил Зареб. – Это моя судьба.
– Отлично. Втроем нам будет гораздо веселее.
Опустившись на колени, Саймон протиснулся в темное отверстие.
– Посмотри на это! – Камелия взволнованно указала на рисунки, покрывавшие каменные стены узкого прохода, по которому они пробирались.
Слабый шелест заставил Саймона поднять глаза.
– Что это за гадость там висит? – насторожился он.
– Это летучие мыши, – отмахнулась Камелия. – Посмотри на эти рисунки, Саймон, на них изображены воины, несущие тела, а следом за ними несут дары.
Не спуская глаз с летучих мышей, Саймон принюхался и сморщил нос.
– Будем надеяться, что они додумались принести что-то кроме забитых животных. В пещере пахнет сгнившими шкурами и костями.
– Даже шкуры и кости существенно помогут нам понять древних людей, – уверила его Камелия.
– Воины, которые пользовались этим проходом, должно быть, были очень худые, – жалобно ворчал Зареб, пробираясь вперед. – Харриет и Руперт к таким тесным местам не привыкли.
Открыв кожаный мешок, Зареб выпустил Харриет, которая уселась ему на плечо, сердито топорща серые перья. Руперт поднял голову, ощупывая языком прохладную темноту пещеры, потом позволил Заребу положить себя на землю.
– Черт побери! – выругался Саймон, едва не споткнувшись о скелет, рядом с которым лежало копье. – Это один из королей?
– Нет, вероятно, это стражник, – сказала подошедшая Камелия. – Его оставили охранять могилу.
– Наверное, ему было не очень весело, когда проход завалили камнем, – заметил Саймон. – Если это могила, то где тела и богатства?
– Это только проход. Мы должны идти дальше. – Выставив вперед фонарь, Камелия пошла в глубь пещеры.
– Прекрати размахивать хвостом, Оскар, ты мне спину щекочешь, – ворчал Саймон, пробираясь вслед за ней.
Оскар, посмотрев вниз, завопил, потом вскарабкался на голову Саймона и закрыл ему глаза лапами.
– Прекрати, Оскар, что за глупые шутки!
– Стойте спокойно, – скомандовал Зареб, быстро проведя руками по спине Саймона.
Оторвав от своего лица лапы обезьянки, Саймон увидел, что с него сыплются огромные черные жуки и, падая на землю, разбегаются.
– И почему в мою лабораторию не пришла обыкновенная женщина, – кисло спросил он, стараясь не раздавить отвратительных насекомых, ползающих по его ботинкам, – для которой путешествие – это приятная прогулка в карете по парку солнечным днем?
– Это не ваша судьба, – сказал ему Зареб.
– Вы считаете, что моя судьба – ползать по темной, отвратительно пахнущей пещере с вцепившейся в голову перепуганной обезьяной и ползающими вокруг противными крошечными существами?
– Не надо было входить. Это был ваш выбор.
– Я не хотел пропустить такое удовольствие, – пробормотал Саймон, отводя в сторону липкую паутину.
– Саймон! Зареб! Идите скорее!
Саймон заторопился по проходу, стараясь не обращать внимания на мечущихся над головой летучих мышей и на жуков под ногами.
Свернув за угол, он увидел, что Камелия стоит в большой камере, освещенной только мягким золотистым светом фонаря.
– Боже милостивый! – потрясенно пробормотал Саймон.
Восемь скелетов лежали по кругу, завернутые в истлевшие плащи из шкур леопарда, зебры и льва. Руки скелетов украшали тяжелые браслеты из золота и слоновой кости, на груди бусы из камней и раковин. Великолепные щиты, копья, кинжалы и маски были тщательно разложены вокруг каждого тела. Стены камеры покрывали затейливые рисунки, изображающие жизнь племени: сражающихся воинов, готовящих еду и нянчащих детей женщин, мчащихся по африканским равнинам животных. Саймон перевел взгляд к глиняным сосудам, стоявшим в изголовье каждого мертвого короля.
– Что в них?
– Вероятно, кусочки кварца и других камней, которые люди считали красивыми, – ответила Камелия, глядя на горки грубой гальки. – Посмотри на эти рисунки, Саймон, они великолепны!
Подняв белесый камешек, Саймон рассматривал его в свете стоявшего на полу фонаря. Из любопытства он провел камешком по фонарному стеклу.
На закопченном стекле появилась глубокая царапина. Саймон недоверчиво смотрел на нее.
– Это алмаз.
Зареб скептически выгнул бровь.
– Вы уверены?
– Не совсем. – Оглядевшись, Саймон поднял с земли обломок простого камня и сильно потер им гальку, пытаясь поцарапать. Потом медленно поднял голову. – Теперь я уверен.
– Почему ты так уверен? – скептически поинтересовалась Камелия, оторвавшись от рисунков.
– Потому что алмаз царапает любой другой минерал, а сам алмаз нельзя ничем поцарапать, – объяснил Саймон. – Учитывая, что все камни в горшках похожи, я почти готов держать пари, что это необработанные алмазы. – Он, сдерживая волнение, посмотрел на Камелию. – Ты понимаешь, что это значит?
– Это значит, что я наконец хорошо оденусь, – протянул Берт, входя в погребальную камеру с пистолетом в руке.
Саймон тут же заслонил Камелию своим телом.
– Привет, Берт, – любезно сказал он, пряча алмаз в сжатой ладони. – Долго пришлось добираться из Лондона?
– Держите руки так, чтобы я их видел, и не дергайтесь, – приказал Берт. – Мы со Стэнли не побоимся вас всех пристрелить, так что не делайте глупостей.
– Кто такой Стэнли? – нахмурился Зареб.
Берт осторожно оглянулся и насупился.
– Стэнли! Тащи сюда свою толстую задницу, чурбан ты эдакий. Разве ты не видишь, что у нас полно работы?
– Прости, Берт. – Стэнли протиснулся в проход, держа к руке недоеденную картофелину. – Эта пещера ужасно маленькая, Берт, я все время головой в потолок бьюсь.
– Говорил я тебе, не поднимайся, олух, – рявкнул Берт.
– Но мне нужно было встать, Берт, иначе как я пойду?
– Чем жаловаться, лучше бы немного пригнулся, как эта обезьяна на плече изобретателя. Ты что, не мог этого сделать?
– Верно, Берт, – дружелюбно сказал Стэнли. – Я постараюсь.
– Хорошо, – нахмурился Берт. – На чем я остановился?
– На том, что эти алмазы помогут вам хорошо одеться, – напомнил ему Саймон, не выпуская из рук камешек. Он не сомневался, что если запустить камнем в голову Берта, то можно сбить толстого коротышку с ног.
К сожалению, надо было еще одолеть Стэнли.
– Правильно, – кивнул Берт. – Думаю, нам хватит, чтобы приобрести уютную квартирку.
– На Чипсайде, Берт? – нетерпеливо перебил Стэнли.
– Чипсайд нам больше не подходит, Стэнли, – усмехнулся Берт. – Со всеми этими алмазами мы будем достаточно богаты, чтобы жить где пожелаем, даже на Сент-Джеймс-сквер, если захочешь.
– Я хочу жить на Чипсайде, – настаивал Стэнли. – Там хороший магазин с пирогами.
– Мы не станем таскаться по лавкам с пирогами, Стэнли, а будем три раза в день есть тушеного ягненка, жареную говядину и цыпленка под сливочным соусом!
Разочарованный Стэнли сник.
– Я люблю пироги.
Берт закатил глаза:
– Ладно, будут тебе и пироги. А теперь бери веревку и свяжи эту троицу, – приказал он, указывая на Камелию, Саймона и Зареба. – Я не хочу, чтобы они помешали нам забрать отсюда алмазы.
Стэнли двинулся к Камелии.
– Простите, миледи, – извинился он. – Я постараюсь не связывать вас слишком туго.
– Это очень любезно с вашей стороны, Стэнли, – сладко улыбнулась Камелия, вытаскивая из ботинка кинжал. – Я учту это, когда нанесу тебе удар.
Стэнли, забеспокоившись, вдруг остановился.
– А когда мы заберем алмазы, мы их развяжем, правильно, Берт?
– Конечно, нет, дубина! Тогда они погонятся за нами!
– Но если мы их не развяжем, как они отсюда выйдут? Связанные вместе они не пролезут через маленькую дыру, в которую мы прошли.
– Правильно, не пролезут, – теряя терпение, согласился Берт. – Таков план, Стэнли. Мы берем алмазы и возвращаемся в Лондон, а миледи останется здесь с этими драгоценными скелетами и прочим барахлом навсегда. – Он в усмешке оскалил желтые зубы. – И все будут счастливы.
– Это неправильно, Берт, – покачал головой Стэнли. – Старый тип, который нанял нас в Лондоне, никогда не говорил, что нужно оставить ее и ее друзей связанными в пещере. Он только сказал, что мы должны ехать за ней в Африку и делать ей неприятности, чтобы она захотела вернуться в Лондон.
– Он никогда не говорил о том, чтобы не оставлять ее связанной в пещере, – здраво возразил Берт.
– Но если мы оставим их в этой пещере, где они возьмут воду и еду, Берт? Они же будут голодать.
– О Господи! Конечно, будут, чурбан здоровый! В этом-то и смысл. Они останутся и не смогут донести на нас, потому что умрут!
Глаза Стэнли расширились от ужаса.
– Мы не можем этого сделать, Берт! Это неправильно! И потом, что подумает старый черт?
– Он ничего не узнает. Этот негодяй никогда не заплатит нам столько, сколько мы получим за алмазы. Мы приехали в Африку, потому что ее светлость не осталась в Лондоне, как от нее требовалось. – Берт с негодованием посмотрел на Камелию. – Я чуть не помер по дороге и ненавидел каждый день, проведенный в этом проклятом Пу…му…лани. Теперь я нашел алмазы и без них не уйду.
– Алмазы нашла леди Камелия, – дружелюбно напомнил Саймон.
– Здесь они ей не понадобятся, – глумливо ухмыльнулся Берт.
– Вы правы. – Камелия старалась говорить покорно, тем временем постепенно передвигаясь.
Идея воткнуть кинжал в Стэнли ее не радовала. Кроме того, рассуждала Камелия, именно Берт представляет реальную угрозу, поскольку у него пистолет. Как только Стэнли уйдет с дороги, она бросит кинжал в Берта. Но сначала она хотела узнать, кто их нанял.
– Кто этот старый черт, Стэнли? – небрежно спросила Камелия, пытаясь отвлечь великана, пока занимала удобную позицию, чтобы поразить Берта.
– Старая шишка, которая наняла нас следить за вами, – объяснил Стэнли. – Он хотел знать, куда вы ходите.
– Это лорд Багли, археолог? – мягко спросила Камелия. – Нет никакой беды, если вы нам теперь сообщите.
– Он никогда не говорил нам своего имени. Он увидел нас с Бертом однажды ночью в харчевне и сказал, что нужно понаблюдать за одной леди. И когда мы сообщали ему, что видели, он давал нам другую работу, например напугать вас в переулке или поджечь дом изобретателя.
– Это поступки людей без чести, – презрительно сказал Зареб. – Духи будут судить вас как трусов.
– Здесь нет трусов, – оскорбленно возразил Берт. – Мы лишь пара пройдох, которые пытаются устроить свою жизнь, как и все остальные.
– Скорее пара грязных мерзавцев, – объявил низкий хриплый голос, – которые получат дыры в заднице, если сейчас же не бросят пистолет!
– Оливер! – радостно вскрикнула Камелия. – Как вы нас нашли?
– Хоть я и стар, милая, но неприятности за версту чую, – хвастливо заявил Оливер, входя в погребальную камеру. – Этому поневоле научишься, воспитывая братцев и сестриц этого парня, – усмехнулся он. – Помню, они решили обчистить маленький магазинчик…
– Камелия с удовольствием послушает эту историю в другой раз, – перебил Саймон, ловко выхватив у Берта пистолет. – А теперь, Стэнли, надеюсь, ты не возражаешь, если я воспользуюсь вашей веревкой, чтобы связать тебя и Берта?
– Я не возражаю, – бодро сказал Стэнли, вручая Саймону веревку. – Только не связывайте Берта слишком туго, он сердится, если ему неудобно.
– Вы не можете оставить нас в этой пещере! – протестовал Берт, когда Саймон связывал ему руки. – Это убийство!
– Я не собираюсь оставлять вас здесь, – уверила его Камелия.
Берт удивленно посмотрел на нее.
– Вы этого не сделаете?
– Конечно, нет. Эта могила чрезвычайно важная находка, мне понадобятся годы, чтобы изучить ее. Я не хочу, чтобы вы сидели тут и скулили, пока я работаю.
– Я не стал бы жаловаться, миледи, – пообещал Стэнли. – Если хотите, я мог бы вам помочь, – застенчиво добавил он. – Я умею поднимать тяжести. Я опрокинул ваш паровой насос, а он ужасно тяжелый, – простодушно признался великан.
– Спасибо, Стэнли. Это очень любезное предложение.
– Что вы собираетесь с нами делать? – спросил Берт.
– Вас будет судить вождь племени, – сердито проворчал Зареб. – Он отправит вас в пустыню без пищи и воды и велит не возвращаться, пока не обретете мудрость!
– Это слишком сурово, Зареб, – вступилась Камелия. – Меня вполне устроит, если я сдам их полиции в Кейптауне.
– Камелия! – В погребальной камере вдруг появился Эллиот, лицо его горело, грудь тяжело вздымалась. – Что здесь происходит?
– Мы нашли Могилу королей, Эллиот!
Обуреваемая эмоциями, Камелия бросилась к нему и обняла. После долгах поисков она наконец осуществила мечту своего отца. Как хорошо, что Эллиот разделит с ней волнение и радость этого момента. Но болезненное чувство потери кольнуло ее сердце. Ее отец должен был быть вместе с ними. Прижавшись головой к теплой груди Эллиота, Камелия закрыла глаза и судорожно вздохнула. Она была уверена, что с высоты, где над пещерой сияли в ночном небе шесть ярких звезд, отец смотрит вниз и улыбается.
– Правда, великолепно? – бормотала она, говоря и с отцом, и с Эллиотом. – Все так, как мы думали.
– Да, Камелия, это замечательно, но я забочусь только о тебе! – Уикем крепче обнял ее. – С тобой все в порядке?
– Все хорошо. – Камелия смахнула слезы и посмотрела на него с дрожащей улыбкой. – Это Стэнли и Берт, – продолжала она, указав на связанную парочку. Понимая, что Эллиот, вероятно, захочет объяснений, Камелия продолжила: – Это те, кто чинил мне неприятности и здесь, и в Лондоне. Кажется, они последовали за нами сюда и пробовали загубить всю нашу работу, уничтожив насос.
Эллиот с негодованием посмотрел на двух мужчин.
– Так это они разгромили твой дом и пригвоздили кинжалом к подушке отвратительную записку?
Замешательство охватило Камелию. Она медленно высвободилась из объятий Эллиота и нерешительно посмотрела на него.
– Что ты сказал?
– Записку, о которой ты говорила. Ты рассказывала, что ее прикололи к подушке любимым кинжалом твоего отца. Это сделали эти двое?
У нее стиснуло грудь. Нет, думала Камелия, глядя на Эллиота. Этого не может быть. Уверяя себя, что словам Эллиота должно быть какое-то логическое объяснение, она спокойно сказала:
– Я никогда не говорила, что ее прикололи кинжалом к подушке, Эллиот.
– Конечно, говорила, – настаивал он. – Ты рассказала мне все, что случилось.
– Нет. Я не хотела, чтобы ты знал о кинжале, потому что боялась твоей реакции. Ты знал о предполагаемой силе кинжала, знал, как мой отец любил его. Я думала, что, если скажу, что им воспользовались, чтобы угрожать мне, ты сделаешь все, чтобы помешать мне вернуться в Пумулани.
– Хорошо, значит, кто-то здесь сказал мне об этом, – отмахнулся Эллиот. – Может быть, Кент.
– Извините, Уикем, – покачал головой Саймон. – Я никогда не обсуждал с вами ту ночь.
– Тогда я услышал это от Зареба.
– Я ни с кем не обсуждаю дела Тиши, – с суровым видом сказал Зареб. – Даже с вами, лорд Уикем.
Эллиот нетерпеливо оглядел всех, считая смехотворным, что они цепляются к такой мелочи.
– Прекрасно, тогда я, наверное, узнал об этом от Оливера.
– Я вам этого никогда не говорил, приятель, – нахмурил белые брови Оливер. – Лучше держать язык за зубами, когда не знаешь, откуда грозит неприятность.
Взгляд Эллиота медленно вернулся к Камелии.
Ее широко распахнутые серебристо-зеленые глаза смотрели на него с хрупкой надеждой. Эллиот видел, что она старается сохранять спокойствие и веру в логическое объяснение факта, что он знал о кинжале в подушке. Эллиота ошеломило горячее желание Камелии сохранить веру в него, веру, которая тихим, но ровным пламенем горела в ней с детских лет. Он с болью понял, что предал ее. Он этого не замышлял, но теперь это вряд ли имело значение. То, что началось с сердечного желания защитить ее и создать совместную жизнь свелось к этому ужасному моменту. Стыд терзал Эллиота, смешиваясь с бессильным гневом, ожесточая и свидетельствуя о крушении планов и надежд. Куда делась та красивая юная девочка, которая смотрела на него с удивлением и восхищением, мучительно размышлял Эллиот. Когда она начала ускользать от него, уходя все дальше и дальше? Когда его слова и мысли стали вызывать у нее лишь нетерпение и робкое сопротивление? Было краткое время, когда после смерти отца Камелия обратилась за утешением. Эллиот чувствовал тогда ее любовь, И думал, что Камелия понимает его чувства к ней. После того как он поцеловал ее в парке лорда Багли, она, конечно, поняла, как он любил ее.
Но ей этого мало, понял Эллиот, чувствуя, как что-то в нем начинает рушиться. Он предложил ей все, что мог: свое имя, дом, сердце.
И тем не менее этого было недостаточно.
– Прости, Камелия, – хрипло выговорил он. – Я не хотел ранить тебя. – По крайней мере, это была правда. Глядя на Камелию, Эллиот видел, как тают последние клочки ее доверия, но это уже не имело для него значения. Выхватив из-за пояса пистолет, он направил его на Камелию, стараясь держать руку твердо. – Боюсь, что я оказался перед необходимостью попросить тебя отдать мне кинжал, который ты прячешь в ботинке.
Она оцепенело нагнулась, вытащила кинжал и бросила на землю к его ногам.
Эллиот прочистил горло.
– Если не возражаете, Кент, я бы хотел, чтобы вы с Оливером положили сюда свои пистолеты, а потом развязали моих друзей Стэнли и Берта.
– Я не ваш друг, – смутившись, запротестовал Стэнли. – Я даже не знаю вас.
– Заткнись, Стэнли, разве ты не видишь, что его сиятельство пытается нам помочь? – рявкнул Берт.
– Почему он пытается помочь нам, когда он нас не знает? – спросил Стэнли.
– Потому что я действительно знаю вас, глупые трусы, – ответил Эллиот. – Я тот старый черт, о котором вы говорили. Хотя без маскировки я не слишком похож на старого алкоголика, который нанял вас в грязном углу харчевни. Берт в изумлении уставился на него:
– Вы?
– Да. И должен сказать, Берт, я очень разочаровался, услышав, как вы планировали отнять у меня эти алмазы, а ведь именно я оплатил ваше путешествие сюда.
– Я просто пошутил, ваше сиятельство, – торопливо заверил Берт, пока Саймон развязывал веревки. – Надеюсь, вы не думаете, что я говорил всерьез!
– По мне, так это звучало вполне серьезно! – рассудительно сказал Стэнли.
– Заткнись, Стэнли, дай языку отдохнуть!
– О, теперь я понял, ты просто шутил. Когда Берт говорит то, что не имеет в виду, он говорит это так, будто это правда, – путано объяснил Стэнли Оливеру, пока тот медленно развязывал его. Нахмурившись, великан добавил: – Это немного сбивает с толку.
– Почему, Эллиот? – Камелия проглотила ком в горле, стараясь сдержать застилавшие глаза слезы. – Ты долгие годы работал вместе с моим отцом. Он любил тебя как сына. Он научил тебя всему, что знал. Как ты мог так предать его?
– Я не хотел, чтобы все так кончилось, Камелия, – ответил Эллиот. – Поверь. Долгие годы я с той же страстью, что и твой отец, верил в существование Могилы королей. Но пятнадцать лет поисков ничего не дали. Рабочие разбегались. Финансы почти иссякли. Потом умер мой отец, оставив после себя огромные долги. У меня на руках оказались мать и три незамужние сестры. Пришлось содержать несколько домов, платить слугам. И никаких доходов.
– Трудное положение, что и говорить, – насмешливо протянул Оливер.
– Твой отец умер за год до моего, Эллиот, – сказала Камелия. – Ты мог сразу же вернуться в Англию, чтобы начать свое дело. Тебе не нужно было здесь оставаться.
– Знаю. Я так и планировал. Но когда я пришел сказать твоему отцу об этом, то увидел, что он рассматривает найденные алмазы.
Камелия недоверчиво посмотрела на Эллиота.
– Ты ошибаешься. Мой отец никогда не находил алмазов в Пумулани.
– Нет, он их нашел, Камелия. Но не хотел, чтобы кто-нибудь об этом узнал, даже ты. Он боялся, что если пойдут слухи, то участок наводнят желающие перекупить его или просто украсть. И понимал, что добыча алмазов погубит археологическую ценность Пумулани.
Камелия покачала головой, отказываясь понимать то, что говорил ей Эллиот.
– Если ты говоришь правду, тогда что случилось с этими алмазами? После смерти отца их не было среди его вещей.
– Я взял их… для сохранности.
– Вы так это называете? – с отвращением фыркнул Оливер. – В свое время мы называли это воровством.
– Просто мне нужно было время, Камелия, – настаивал Эллиот, пытаясь заставить ее понять. – Я знал, что алмазы твои по праву, но знал и то, что ты смотришь на вещи так же, как твой отец. Мне нужно было время, чтобы помочь тебе понять преимущества настоящих раскопок перед бесконечным перекапыванием каждого дюйма совочком, не находя ничего по-настоящему ценного.
– Я никогда не согласилась бы устроить на участке шахту, Эллиот. Я всегда верила в существование Могилы королей и не позволила бы подвергать ее опасности.
– Он знает это, Камелия. – Саймон пристально смотрел на Эллиота, раздумывая, швырнуть ли в него алмаз, который сжимал в руке, или подождать, пока Зареб и Оливер вытащат у Стэнли и Берта пистолеты. – Именно поэтому он никогда не показывал тебе алмазы. Он не пытался убедить тебя продать участок «Де Бирс» как алмазоносную землю. Он знал, что ты слишком похожа на своего отца и никогда на это не согласишься. Он хотел запугать тебя, а тем временем убеждал, что земля ничего не стоит.
– Но почему? – Камелия умоляюще смотрела на Эллиота. – Даже если бы я решила продать землю, какая тебе от этого выгода?
– Сначала я не собирался прогонять тебя с участка, – мягко продолжил Эллиот. – Ты знаешь, что я любил тебя. Я надеялся, что мы поженимся и после этого я расскажу тебе об алмазах. Я полагал, что сумею убедить тебя, что для нас лучше продать землю и жить в Англии. – Его глаза затуманились. – Но ты отвергла мои ухаживания. Тогда я понял, что нужно принять решительные меры, чтобы заставить тебя отказаться от Пумулани и вернуться ко мне. Но, несмотря на беды, которые я тут устроил, на то, сколько я заплатил этим двум безмозглым дуракам, чтобы запугать тебя, ты не отступилась от мечты отца.
– Это кого вы называете безмозглыми? – вмешался Берт.
– У девушки отважное сердце, – заметил Оливер, нежно глядя на Камелию. – Ее не запугать.
– Тиша африканка, – многозначительно посмотрел на Камелию Зареб. – Она воин.
– Должно быть, вам очень досадно, Уикем, – сказал Саймон. – Полагаю, вы уже сообщили «Де Бирс» об алмазах?
– Я кое-что предпринял, – признался Эллиот. – И увидев алмазы, они, естественно, заинтересовались приобретением земли. Я обещал заставить Камелию продать участок за весьма приличную цену, взамен мне щедро оплатят мои услуги.
– Не удивлюсь, если вы оговорили процент от добычи.
– Мне эхо предлагали, но в обмен на меньшее вознаграждение. Поскольку я не знал, есть ли в этой земле что-то, кроме камней, которые уже нашел лорд Стамфорд, я предпочел получить деньги сразу.
– Весьма прагматично. Вижу, вы не слишком, рисковый человек.
– Я рисковал большую часть жизни, Кент, – кратко ответил Эллиот. – Мой отец грозился лишить меня наследства, когда я сказал, что хочу быть археологом. Он назвал меня идиотом и пообещал, что не даст мне ни пенни. Перед отъездом в Африку он выгнал меня и лишил содержания, убежденный, что у меня не хватит смелости отправиться в Африку без его финансовой помощи.
– Ты никогда не говорил мне об этом, Эллиот, – от удивления раскрыла глаза Камелия.
– Я никому этого не рассказывал, кроме твоего отца. Я должен был сказать ему. Лорд Стамфорд согласился учить меня, но у меня не было возможности добраться до Африки. Я спросил твоего отца, не ссудит ли он мне денег на билет. Вместо этого он сам купил мне билет и предложил небольшую зарплату. Он позволил мне пойти против голи отца и следовать за своей мечтой. За это я его вечный должник.
– И все-таки вы его предали, устраивая аварии на его участке и обижая его дочь. – Голос Зареба был полон ярости – Духи будут недовольны.
– Я расплатился с ним долгими годами работы и верой я его утверждения, что мы на грани фантастического открытия, – настаивал Эллиот. – И получил лишь огромные долги и насмешливое презрение Британского археологического общества. Меня считали болваном, который впустую тратит время, перекапывая Африку с лордом Стамфордом. – Он посмотрел на Саймона, и его рот сжался в жесткую линию. – Но только когда здесь появился Кент, я понял, каким был дураком.
Подтекст был абсолютно понятен.
– Осторожнее, Уикем, думайте, что говорите, – предупредил Саймон, сжимая кулаки.
– Вы искренне считаете, что я не знаю, в какую игру вы вдвоем играли в вашей палатке ночью?
– Довольно, – нахмурился Оливер.
– Советую вам придержать язык, лорд Уикем, – едва сдерживая гнев, добавил Зареб, – иначе мне придется сделать это за вас.
– Ах да, преданный кафр встал на защиту леди Камелии, хотя на него направлены два пистолета, – язвительно протянул Эллиот. – Это ты отчасти повинен в том, что она стала такой.
– Я всю жизнь защищал ее от злых сил. – Зареб смотрел на него с деланным спокойствием. – И от вас.
– Она не нуждалась в защите от меня, старый дурак! Я заботился бы о ней!
– Она никогда не была вашей, и не вам заботиться о ней, ваша светлость, – возразил Зареб. – Вы не заслуживаете такой чести.
Эллиот перевел взгляд на Камелию.
– Было время, Камелия, когда я действительно полагал, что мы созданы друг для друга. – Подавшись вперед, он провел пальцами по ее испачканной грязью щеке. – Но теперь, когда я понял, что тебя привлекает обыкновенный олух, считаю, что мне очень повезло, что ты отвергла мое предложение.
– Он говорит, что миледи интересуется мной? – изумился Стэнли.
– Думаю, Стэнли, его сиятельство говорит обо мне, – ответил Саймон.
– Но вы не обыкновенный. Вы первоклассный изобретатель.
– Спасибо.
– Замолчи, Стэнли! – рявкнул Берт. – Не видишь, что у нас здесь есть работа?
– Прости, Берт, – застенчиво посмотрел на него Стэнли. – Что мне сейчас делать?
Берт вопросительно взглянул на Эллиота.
– Свяжите их, – приказал Эллиот, – и высыпайте алмазы из горшков. И поторапливайтесь, черт возьми! Я хочу опустошить и закрыть эту пещеру, прежде чем их смогут найти.
– Вот как? – холодно спросила Камелия, когда Стэнли и Берт неохотно начали делать, что им велели. – Ты замуруешь нас и уйдешь?
– Прости, Камелия, но у меня нет выбора. Я никогда не думал, что ты найдешь эту могилу. Теперь, когда ты сделала это, ты должна признать, что самое подходящее тебе и твоим друзьям – остаться здесь. Ты всю жизнь потратила, пытаясь найти это место. Теперь ты останешься здесь навечно.
– Но я уже говорил Берту, что это неправильно, – возразил Стэнли, перестав связывать руки Оливера. – Я не хочу, чтобы они умерли в этой пещере, здесь пауки водятся!
– Ты сделаешь, что тебе говорят, чурбан, или я и вас тут оставлю, – яростно пригрозил Эллиот. – Ты понял, или нужно, чтобы твой дружок это тебе объяснил?
– Это неправильно, Берт. – Стэнли умоляюще посмотрел на товарища.
– Заткнись и делай, что велят, – посоветовал Берт, нервно уставившись на пистолет Эллиота.
– Хороший совет, – сухо заметил Эллиот.
Камелия застыла, сжав руки в кулаки. Ледяной воздух окутал ее, заставив остро почувствовать, как быстро бьется сердце, как кровь бежит по жилам, как покалывает иголочками кожу. Она нашла Могилу королей. И при этом обнаружила, что Эллиот, который стал ее отцу сыном, а ей – старшим братом, готов променять годы дружбы и преданности на несколько горшков с алмазами.
Значит, все было не так, как казалось, с мучительной болью поняла она.
«Позволь звездам вести тебя».
– Пора, Тиша, – спокойно сказал Зареб.
Камелия в замешательстве взглянула на него. Зареб смотрел на нее с необычайным спокойствием, в его темных глазах горела любовь и мрачная решимость.
– Духи сказали, Тиша, – тихо прошептал он. – Время пришло.
– Ты никогда не откажешься от своей идиотской ерунды о злых духах, темных силах и проклятиях, Зареб? – пробормотал Эллиот. – Не понимаю, почему Стамфорд выбрал в няньки своей дочери старого невежественного кафра. – Пристально глядя на Камелию, он закончил: – Все было бы по-другому, если бы отец оставил тебя в Англии на попечении хорошей английской гувернантки.
– Ты прав, Эллиот, – согласилась Камелия. – Все было бы совсем иначе. Но, думаю, кое-чему английская гувернантка не сумела бы меня научить.
– Чему же?
– Вот этому. – Камелия схватила Эллиота за мизинец левой руки и изо всех сил рванула, выдергивая из сустава.
Эллиот взвыл от боли и отшатнулся назад, случайно нажав на курок пистолета.
Оскар, завопив, прыгнул на голову Эллиоту, на время ослепив его. Пока Эллиот пытался оторвать от себя обезьяну, на помощь Оскару бросилась Харриет. Хлопая крыльями, она яростно клевала голову Эллиота. На земле вспыхнула оранжево-черная лента – это Руперт глубоко вонзил зубы в ногу Эллиота.
– Помогите! Заберите их от меня! Помогите! – неистовствовал Эллиот, спотыкаясь вслепую о скелеты вождей и опрокидывая горшки с алмазами. – Помогите!
Вдруг висящие на потолке пещеры летучие мыши с резким свистом бросились вон из погребальной камеры.
– Думаю, им не понравился выстрел из пистолета, – почесал голову Оливер.
Громовой треск сотряс пещеру. Посыпались Осколки камней, повисли облака пыли.
– Сейчас обрушится! – закричал Саймон, схватив Камелию за руку. – Выходите!
– Беги, Стэнли! – крикнул Берт, бросившись к проходу с такой скоростью, какую позволяли его короткие ноги.
– Сразу за тобой, Берт! – сказал Стэнли, быстро развязывая Оливера и Зареба.
– Оскар, Харриет, хватит! – Камелия схватила ползущего к ней Руперта и повесила себе на шею. – Надо выходить!
Харриет последний раз клюнула Эллиота и взлетела на плечо Зареба. Оскар сердито ударил Эллиота по голове и вскарабкался на Саймона.
– Как ты, Эллиот? – быстро спросила Камелия. – Ты сможешь выйти?
Эллиот в замешательстве смотрел на нее, вокруг падали камни, сыпалась пыль.
– Мои алмазы! – Упав, Эллиот начал шарить руками по земле, пытаясь собрать рассыпавшиеся камни и набить карманы.
– Уикем, ради Бога, бросьте их! – закричал Саймон.
– Они мои! – Эллиот на коленках отчаянно шарил в пыли.
– Эллиот, пожалуйста, – умоляла Камелия, – нужно сейчас же выходить!
– Еще минуту!
Зловещая трещина поползла по стене, раскалывая рисунок между воинами и львом, которого они пытались убить.
– Идем, Тиша, – сказал Зареб. – Тебе пора оставить это место.
– Эллиот, умоляю тебя, брось их! – Голос Камелии сорвался.
– Еще немного, – ответил Эллиот, ощупью пробираясь по полу.
– Это его выбор, Камелия. – Саймон взял ее за руку. – Идем!
– Я не могу оставить его здесь!
– Если ты останешься, то умрешь, – резко возразил Саймон. – И если тебя это устраивает, то для меня это совершенно неприемлемо.
С этими словами он схватил ее на руки и побежал по рушащемуся проходу, за ним спешили Оливер и Зареб.
– Стэнли, пошевеливайся! – скомандовал Саймон, увидев втиснувшегося во входное отверстие великана.
– Не могу, я застрял!
– Хуже не придумаешь, – пробормотал Саймон, поставив Камелию на ноги. – Берт, ты уже выбрался?
– Да! – ответил Берт. – А он так застрял, что и мышь не проскочит. Я не могу сдвинуть его с места!
– Ладно, мы вытянем его немного назад, а потом попробуем повернуть, чтобы он смог вылезти. Оливер и Зареб, берите его за ноги, а мы с Камелией возьмемся за туловище. Все готовы? Тянем!
– Получается! – закричал снаружи Берт. – Он сдвинулся!
– Хорошо. Стэнли, теперь опускай правое плечо вниз, а левое поднимай и постепенно поворачивайся боком. Получается?
– Кажется, да, – выдохнул Стэнли. – Мне стало легче дышать.
– Отлично. А теперь втяни живот. Когда я скажу «три», тяни изо всех сил, Берт, а мы его подтолкнем. Готовы? Раз… два… три!
Все напряглись, чтобы освободить Стэнли от объятий скалы.
– Это все равно что пропихнуть слона сквозь замочную скважину! – ворчал Оливер, его старые руки дрожали от напряжения.
Снова посыпалась земля и обломки. Масса жуков и змей обрушилась на них, когда они стремились выбраться из быстро рушашейся пещеры.
– Ну же, Стэнли, – толкал Саймон, – подумай немного!
– Он двигается! – закричала Камелия.
Стэнли продвинулся на дюйм, потом еще на один. И наконец вылетел из отверстия как гигантская пробка и рухнул на Берта.
– Иди! – скомандовал Саймон Камелии, вытолкнув в дыру Оскара и Харриет.
– А Зареб и Оливер?
– Сразу за тобой, – пообещал Саймон, бесцеремонно выпихивая ее с Рупертом наружу. – Оливер, ты следующий!
– Не мешкай, приятель. Я не собираюсь возвращаться в Англию один! – Старый шотландец неловко выбрался из пещеры.
– Теперь вы, Зареб.
Зареб мрачно посмотрел на него.
– Духи говорили…
– Правильно, они велели нам выбраться из этого ада, так что идите!
Зареб посмотрел на него, потом торжественно склонил голову.
– Она теперь ваша. Охраняйте ее хорошо.
В его темных глазах блеснули слезы, он повернулся к рушащемуся проходу.
– Ради Бога…
Схватив Зареба за плечи, Саймон резко повернул его:
– Вы действительно думаете, что я уйду без вас, Зареб?
– Вы должны идти, – настаивал Зареб. – Тиша нуждается в вас.
– Мне льстит, что вы так думаете. Но ей нужны и вы.
– Мое время следить за ней кончилось, – покачал головой Зареб. – Теперь ваша очередь.
– Это какое-то безумное африканское верование? Оливер никогда не думает, что его работа со мной закончена. Он еще присматривает за моей матерью, а она замужем и у нее девять детей! Он считает, что с каждым годом у него становится больше работы!
Глаза Зареба расширились.
– Правда?
– Я бы поболтал с вами об этом, – протянул Саймон, уворачиваясь от огромного камня, – но предпочел бы сделать это снаружи. Вы идете?
Зареб удивленно посмотрел на протянутую руку Саймона. Потом вложил в нее свою ладонь, впитывая тепло сомкнувшихся вокруг нее сильных пальцев Саймона.
– Конечно, – улыбнулся он. – Тиша ждет.
– Тянул до последней секунды, – пробормотал Саймон, выталкивая Зареба сквозь узкое отверстие.
И под лавиной земли и камней сам вынырнул на поверхность.
Схватив Камелию, он прикрыл ее собой. Могила королей, вздохнув, обрушилась, вновь похоронив тайную камеру.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Твое нежное слово - Монк Карин

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

Часть вторая

Глава 8Глава 9

Часть третья

Глава 10Глава 11Глава 12

Часть четвертая

Глава 13Глава 14Глава 15Глава 16Глава 17

Ваши комментарии
к роману Твое нежное слово - Монк Карин


Комментарии к роману "Твое нежное слово - Монк Карин" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100