Читать онлайн Единственная наследница, автора - Модиньяни Ева, Раздел - Глава 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Единственная наследница - Модиньяни Ева бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.2 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Единственная наследница - Модиньяни Ева - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Единственная наследница - Модиньяни Ева - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Модиньяни Ева

Единственная наследница

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 1

– Я правильно делаю, – защищалась Анна, готовая разреветься, но продолжая нападать. Маленькая, с живым и подвижным лицом, с изящным носиком и зелеными блестящими глазами, она не хотела уступать брату и, топая ножкой, спорила с ним.
– Нет, не правильно, – наседал на нее Джулио. Ему исполнилось шесть лет, на два года больше, чем сестре; у него были светло-карие материнские глаза и каштановые волосы Немезио. С высоты своего жизненного опыта он считал себя вправе руководить работой. – Шарики, которые ты делаешь, не высохнут никогда.
Анна поднялась, обошла вокруг ведра и встала напротив брата, уперев руки в бока, как делала бабушка Вера.
– Я меньше тебя, – начала перечислять она, – и руки у меня меньше. И сила меньше. И шарики, которые делаю я, меньше твоих.
– Ты только болтать умеешь, – отпарировал Джулио.
Анна снова уселась рядом с братом в углу кухни, под окном, выходившим во двор, и они принялись выуживать из старого цинкового ведра пригоршни кашицы, сделанной из старых рваных газет, размоченных в воде. Из этого месива они делали шарики, которые, если их плотно скрутить и просушить, оказывались неплохим топливом для печки. Найти дрова или уголь было трудно, да и стоили они дорого. Поэтому Джулио, Анна и другие дети из их квартала выискивали на свалках газеты, которыми и топились в комнатах небольшие железные печки.
Бабушка Вера, несмотря на мороз, отправилась к мессе. Был Новый, 1945 год, и на снегу, который выпал между днем святого Амброджо
type="note" l:href="#n_14">[14]
и Рождеством, играло солнце. Небо было ясным, и воздух казался хрустальным.
Мария жила в постоянном страхе воздушной тревоги: она никак не могла привыкнуть к вою сирен. Самые тяжелые бомбардировки пришлись на 1942 и 1943 годы: тогда пострадали театр Ла Скала, галерея Брера, корсо Виктора Эммануила, площадь Сан-Бабила, даже шпили собора были в опасности. Но самым страшным потрясением стало уничтожение школы Горла, под обломками которой нашли почти триста погибших детей.
Мария готовила пирог для детей из остатков хлеба с добавлением варенья и сухофруктов. Дети имели право отпраздновать Новый год, как и Рождество: накануне они ходили с бабушкой на рынок игрушек, устроенный на виа Калатафини. Мария разрывалась на части, чтобы хоть чем-то порадовать их, ей даже удалось соорудить детям обновки из куска старой ткани. Это было нелегко, даже с ее изобретательностью, но, по крайней мере, она сделала для этого все.
Они позавтракали белым хлебом, макая его в большую миску с молоком. Хлеб, какао, варенье Мария получила по случаю праздника в подарок от инженера Вергани, у которого служила домработницей. Элизабет Лемонье рекомендовала ее в эту зажиточную семью своих старых миланских друзей, когда за несколько дней до вступления Италии в войну Мария решила любой ценой вернуться в Милан, чтобы ее дети не были разлучены.
Чезаре Больдрани пытался многими способами помочь ей, особенно во время страшных бомбардировок 1943 года, когда ее дети нуждались во всем: еде, деньгах, защите. «Давай отправим их обоих в Швейцарию, – предложил он ей. – Там они будут в безопасности». Однажды Мария чуть было не согласилась, и все-таки она не желала возвращаться в синюю комнату в Караваджо или в особняк на Форо Бонапарте в качестве любовницы Чезаре Больдрани.
– Сначала признай девочку, – предложила она.
Но Чезаре, который готов был на все, чтобы вернуть Марию, не мог забыть нанесенного ему оскорбления, не мог притворяться, что любит ее дочь, и главное, не хотел давать свое имя ребенку, которого с уверенностью не мог назвать своим. Как мог такой человек, как Больдрани, сказать: эта дочь, возможно, моя. Десять процентов вероятности. Нет, это исключалось. Он мог терпеть ее, но не любить; он был готов дать ей все, чтобы она ни в чем не нуждалась, но только не свое имя. Он по-прежнему хотел жениться на Марии, но она не собиралась становиться синьорой Больдрани. Она не нуждалась в подаянии. Мария хотела все или ничего. И не для себя, а для маленькой Анны. Она уверена была, что когда-нибудь добьется этого. И эта вера поддерживала ее.
По радио Наталино Oттo запел «Печаль Сан-Луиджи» под аккомпанемент оркестра Крамера, потом диктор говорил о войне. Изо дня в день звучали все те же слова: о стойкости духа, о самопожертвовании, о секретном оружии, которое якобы уничтожало Лондон, о скорой окончательной победе. Звучали слова дуче, который за пару недель до этого обратился к миланцам: «Мы будем защищать зубами и когтями ваш славный город. Из Милана, который внушит людям волю к победе, мы дадим сигнал к новому наступлению».
– Когда кончится война, – спросил Джулио, – мой папа вернется?
Мария закрыла пирог и улыбнулась ему.
– Конечно, вернется. – Но она была обеспокоена. Когда дети произносили слово «папа», приходилось ждать нелегких вопросов.
– Мама, а почему я его не знаю? – Он продолжал скатывать бумажные шарики, но навострил уши в ожидании ответа.
– Потому что он уехал, когда ты был еще слишком мал. – Она взяла с буфета кусочек молочного шоколада, который хранила для праздничного обеда, разломила надвое и откупилась от дальнейших расспросов.
– Если будете хорошо себя вести, – пообещала она, – вечером мама поиграет с вами в лото.
Дети обрадовались, и ради лото, которое очень нравилось им, если и не прекратили болтовню, то, по крайней мере, переменили ее тему. Они прислушивались к словам взрослых и повторяли их с наивностью своего возраста, но уже уловили, что взрослым не всегда это нравится. Как всегда в таких случаях, они перешли на шепот.
– Отцы моих друзей, знаешь, что делают? – прошептал Джулио. – Они присылают письма с фронта. А мой папа бунтарь, он в Париже и не может присылать письма. Но, когда война кончится, он вернется домой и привезет мне столько подарков, что тебе и не снилось.
– А мой папа очень богатый, – отпарировала Анна, – и может подарить мне целый дворец, полный игрушек, тортов и автомобилей.
– Ну, – иронически откликнулся Джулио, – твой папа – сор Пампурио. Он богат, как сор Пампурио. – Мальчик дразнил ее персонажем из «Курьера для малышей».
– Мой папа богаче, чем сор Пампурио, – упрямо твердила Анна.
– Шары! Шары! Шары красные и желтые! – передразнивая сор Пампурио, пропел ей Джулио.
В зеленых глазах Анны сверкнули слезы.
– Я тебя в тюрьму засажу! – крикнула она. – Позвоню моему папе, и он посадит тебя в тюрьму. Потому что он богат и все может. Мама, а правда, что папа богат и все может? – Она уже плакала в объятиях Марии именно в тот момент, когда вошла Вера.
– Ну вот, как обычно! – Вера со злостью посмотрела на дочь и, едва сняв пальто, подошла к Джулио, который был ее любимым внуком. – Что они тебе сделали? – забеспокоилась она.
– Ничего, бабушка, – ответил, улыбаясь, мальчик. – Я пошутил над Анной, – признался он, – а она принялась плакать. Но я не хотел довести ее до слез.
– Мой папа, твой папа. – Бабушка прижала к себе мальчика и неодобрительно покачала головой. – Ты несчастье моей жизни, – набросилась она на дочь. – Чему ты учишь этих бедных детей? Что они будут думать о тебе, когда вырастут? Люди и так на тебя показывают пальцем. Разошедшаяся с тем. Любовница этого. Ну зачем ты выдумываешь для дочери эту сказку про отца-миллионера? Ее жизнь здесь. И ей повезет, если в будущем у нее каждый день будет хлеб. Нормальная семья и работящий муж. Вот что нужно. А ты ей забиваешь голову сказками и фантазиями. Иди сюда, Джулио, – обратилась она к внуку, – ты добрый мальчик и любишь свою бабушку.
– Но бабушка говорит неправду, – вступила Анна. – Бабушка старая и говорит неправду.
– Это твоя мать забивает тебе голову всяким вздором, – отпарировала Вера. – А ты такая же, как она.
Мария не ответила матери.
– Пирог готов, – объявила она. – Ставь его в печь. А я пошла.
– Куда ты? – спросила Вера, встревоженная, как всегда, когда Мария уходила из дома с этим властным видом.
Но дочь повернулась к ней спиной и наклонилась к Анне.
– А теперь, моя девочка, – сказала она с самой ласковой улыбкой, – оденемся потеплей и пойдем.
– Да, да, мама! – Малышка захлопала в ладоши и начала танцевать.
– А я? – заныл Джулио.
– А ты останешься с бабушкой, – сразу успокоила его Вера, – у которой есть для тебя сюрприз.
– Куда мы пойдем, мама? – Анна позволила себя укутать в тяжелое пальто, скроенное из коричневого военного одеяла.
– Посмотреть на одно чудо, которое когда-нибудь будет твоим.
Все эти годы Мария, с ее стройной фигурой и красивым лицом, носила жалкие шитые-перешитые тряпки.
Ледяной ветер нагнал облака, пахнуло снегом. Они спустились по корсо Верчелли, сели на трамвай и на пьяцца Кастелло пересели на рейсовый автобус в Караваджо. Салон был почти пуст, и Анна развлекалась, пересаживаясь с места на место: эта новая игра очень нравилась ей. Когда автобус остановился на площади в Караваджо, девочка уже привыкла к этому развлечению, но мать потащила ее за собой по засыпанной снегом тропинке, которая, выходя из деревни, вилась среди полей по направлению к большой вилле. Голова и шея Анны были замотаны толстым шарфом в полоску, связанным из старых ниток.
Девочка окоченела от холода и скоро выбилась из сил, увязая в глубоком снегу.
– Мама, – канючила она, – пожалуйста, давай вернемся домой.
Но мать лишь крепче сжимала ее ручку своей сильной, привычной к тяжелой работе рукой, словно хотела передать ей часть своей силы и убежденности.
– Уже немного осталось. Немножко потерпи, – говорила она, и, зная ее непреклонный характер, девочка терпела. Обессиленная и замерзшая, она покорно брела за матерью, хотя и не знала, куда.
– Смотри! – вдруг воскликнула мать, останавливаясь перед большой виллой в конце аллеи с заснеженной кровлей и таким же заснеженным парком вокруг. Здание это было величественным и прекрасным, но тогда девочка этого еще не могла понять.
– Смотри!.. – повторила мать с каким-то волнением.
– Я вижу, – сказала Анна, не очень понимая ее. Порывистым жестом Мария привлекла дочь к себе.
– Смотри, как она великолепна! Тебе нравится?
– Да, мама, – сказала девочка, чтобы сделать ей приятное.
– Шикарно? Ты только взгляни.
– Да, мама, – ответила она, чуть не плача от холода и усталости.
– Эта вилла стоит миллионы. Много миллионов. И когда-нибудь она будет твоей. Да, ты будешь хозяйкой этой виллы, – она говорила скорее себе самой, чем дочери. – И все вокруг тоже будет твоим.
От холода и усталости слезы навернулись на глаза Анны. Ей уже не нравилась эта вилла, ради которой мать зачем-то притащила ее сюда, ей хотелось скорее домой.
– Я не хочу эту виллу, – сказала она. – Пойдем домой.
– Не хочешь? – удивилась мать, и лицо ее потемнело.
– Да, я хочу вернуться домой, – пожаловалась малышка. – Мне очень холодно, и я хочу скорее домой.
Глаза матери похолодели, голос стал резким, сердитым.
– Дурочка! – безжалостно сказала она. – Это будет твой дом, и ты не будешь жить в нищете. Ты будешь счастлива, дитя мое, потому что это вьючное животное, твоя мать, сделает тебя королевой!
– Да, мама, – сказала девочка, лишь бы не спорить. Усталая и замерзшая, она готова была на все, только бы поскорее вернуться домой.
Прочитав вечернюю молитву, Анна спешила поскорее залезть в большую бабушкину кровать и натягивала одеяло до самого подбородка, в то время как Вера еще бормотала свои молитвы. Девочке нравилось тепло этой широкой кровати и истории, которые бабушка рассказывала ей перед сном. Мать обычно желала ей доброй ночи из кухни, где спала на раскладушке рядом с кроваткой Джулио. Мария редко ночевала дома, потому что семья инженера Вергани уехала на озеро Комо, и она должна была сторожить их миланскую квартиру. Но на праздники она хотела быть рядом с детьми.
Анна слышала, как мама и Джулио смеются в кухне, и ей было страшно любопытно узнать, над чем.
– Бабушка, можно мне тоже пойти в кухню? – спросила девочка.
– Не вертись и спи, – сказала Вера. Ворочаясь на постели, Анна всякий раз впускала холод под одеяло, а печка уже не топилась.
– Они там смеются, – пожаловалась она. – А ты никогда не даешь мне посмеяться.
– Нам сейчас только и дела, что смеяться.
– Не беспокойся, бабушка. Когда-нибудь я буду богатой.
– Да? А я завтра стану миллионершей.
– Я на самом деле буду богатой. И тогда подарю тебе все, что хочешь, чтобы ты была довольна и смеялась. – Анна верила в эту прекрасную сказку и хотела, чтобы бабушка в нее тоже поверила.
– У тебя доброе сердце, – вздохнула та, – но это мать вбила тебе в голову такие мысли. Глупые мысли. Ты не должна верить им. Твоя жизнь здесь, а мы совсем не богатые.
– Мне здесь нравится, бабушка. Но маме я тоже верю. Мамы никогда не обманывают.
– И это верно, – согласилась Вера, которой не хотелось разочаровывать девочку.
– Мама мне сказала, что мой папа – самый богатый человек на свете. И когда-нибудь он подарит мне карусель с белыми лошадками, такими, как на ярмарке.
– Молчи и спи. – Старуха чувствовала ласковую теплоту этого голосочка.
– Да, бабушка. Но мамы никогда не обманывают.
Она услышала в небе гул мотора. Это был Пиппо, одинокий самолет, который каждую ночь пролетал над городом, бросал одну бомбу и улетал.
– Бабушка, слышишь Пиппо? – Девочка была рада объявить об этом ночном госте: дети давно привыкли к войне.
– Слышу, слышу, – вздохнула бабушка. – Спи теперь. – И погладила ее по волосам.
– И сегодня, – пробормотала Анна, зевая, – он прилетел нас проведать. Спокойной ночи, Пиппо, – сказала она, прежде чем уснуть.
Вера потушила свет, но и в темноте продолжала молиться. Она молилась за Марию, которая была несчастьем ее жизни, и за ее невинных детей. Мало ей было бегства с циркачом, так устроила еще эту историю с хозяином. Когда мать узнала, что та второй раз беременна, она ни на миг не поверила в отцовство Больдрани – как дважды два ясно, что отцом девочки был Немезио. Когда же она увидела маленькую Анну, которая смотрела на нее своими чудесными зелеными глазами, убедилась в том воочию. Немезио, конечно же, самый непутевый человек на свете, но он был все же законным мужем Марии, в то время как связь с Больдрани, по ее мнению, лишь позорила дочь. Когда речь шла о чести семьи и о будущем детей, личные симпатии и антипатии ее к зятю значения не имели. Так думала Вера.
Поэтому она пришла в ужас от дьявольского плана дочери: навязать богатому и влиятельному мужчине отцовство ребенка – это ли не смертный грех. Но план не удался, и мать с дочерью трудились от зари до зари, чтобы прокормить детей. Приходилось выкручиваться с карточками на хлеб, на макароны, на те двадцать граммов мяса, которые полагались на человека в неделю, и хотя обе зарабатывали неплохо, но цены поднимались все выше. Газеты убеждали население не требовать постоянного повышения жалованья, чтобы не подстегивать инфляцию, но для Веры и Марии, тративших все до последнего чентезимо, чтобы выжить, все это были только слова.
Правда, синьор Чезаре присылал иногда посылки и деньги, но всякий раз Вера, по настоянию Марии, вынуждена была возвращать их обратно. Чего хотела добиться эта сумасшедшая? Неужели она и в самом деле верила, что со дня на день этот человек даст свое имя девочке, которая ему не принадлежала? Ей так и не удалось ни разу толком поговорить с Марией на эту тему: дочь отказывалась с матерью обсуждать это. Ничего не оставалось, как принять все случившееся как наказание за какие-то ее неведомые грехи.
Только и оставалось, что молиться, чтобы милосердный бог охранил несчастную дочь и ее невинных детей, чтобы уберег их от опасностей «души и тела». С этой мыслью она и уснула.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Единственная наследница - Модиньяни Ева



очень интересная книга,советую)))
Единственная наследница - Модиньяни Еваанна
29.09.2012, 20.19





текст тяжелый. Или перевод. Героиня- ноль. Избалованная- конченая дрянь. много разговоров о святости- а герои книги сплошные грешники. Не понравилась книга.
Единственная наследница - Модиньяни Еваелена
29.05.2013, 16.07








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100