Читать онлайн Единственная наследница, автора - Модиньяни Ева, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Единственная наследница - Модиньяни Ева бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.2 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Единственная наследница - Модиньяни Ева - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Единственная наследница - Модиньяни Ева - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Модиньяни Ева

Единственная наследница

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Чувствуя на себе пристальный взгляд и уже зная, чей это взгляд, Чезаре, однако, не шелохнулся, ни один мускул не дрогнул у него на лице. Стоя на площади, он продолжал разговаривать с цыганкой, любуясь ее стройной фигурой и тонким смуглым лицом: черными андалузскими глазами, разлетом бровей и длинными ресницами, ее бархатистыми щеками и по-детски трогательными мочками ушей с тяжелыми серебряными серьгами. На девушке была пестрая юбка, доходившая ей до щиколоток, но не скрывавшая босых смуглых ног, и белая блузка с глубоким вырезом.
Огромный медведь, стоявший рядом с ней, покачивал головой, заставляя звенеть колокольчики на шее. Он пускал слюну в кожаный намордник и высовывал время от времени свой влажный язык. Это был крупный зверь, ростом даже выше взрослого мужчины, с густой темно-коричневой шерстью. Медведь нетерпеливо переступал с лапы на лапу в ожидании вечернего представления.
Была суббота, и народу ожидалось больше, чем обычно, но пока что зрителей собралось немного – они стояли поодаль, прячась от жаркого вечернего солнца в тени. Среди них был и человек, который не сводил глаз с Чезаре, беседовавшего с цыганкой. Едва вышедшая из отроческого возраста, исполненная той нежной прелести, которую дарит расцветающая юность, девушка была непередаваемо хороша. Ее грудь, еще не развившаяся, с крохотными пуговками розовых сосков, которые невинно появлялись и исчезали в вырезе блузки при каждом ее движении, смуглые плечики под этой полупрозрачной тканью, стройные ножки с розовыми, почти детскими пятками – все обещало райское наслаждение, и мужчина пожирал ее глазами, не теряя, однако, из виду и широких плеч Чезаре. Они знали друг друга, и ему следовало опасаться этого парня, хотя тот вел себя как ни в чем не бывало.
– Какая большая площадь, – сказала цыганка, оглядываясь вокруг. Голос у нее был звонкий и мелодичный.
– Да, – ответил Чезаре. – И красивая. Тебе нравится в Милане?
– Очень, – кивнула цыганка. – Но мне страшновато здесь.
Она впервые попала в такой большой город и еще не привыкла к его широким улицам и площадям. Они встречались уже несколько вечеров, и Чезаре знал о ней многое. Девушку звали Долорес, она родилась четырнадцать лет назад в той самой повозке, в которой умерла ее мать при родах. Отец ее, приземистый черный цыган с серьгой в ухе и курчавыми волосами, играл на скрипке, на фисгармонии и возил медведя по городам и деревням. Он сам, его дочь и этот медведь казались одной семьей.
Вокруг уже собралось немало народу, но любопытные все же держались на расстоянии. Медведь застыл на задних лапах и слегка наклонил голову, чтобы лучше видеть Долорес своими маленькими близорукими глазками.
– Кажется, он тебе улыбается, – сказал Чезаре.
– Да, он умеет улыбаться, – подтвердила девушка.
– А ты его не боишься?
– Кого, Грицли? Да он привязан ко мне, как собака. Иногда мне кажется, что он мне брат, – сказала она, с нежностью глядя на зверя. – Вот попробуй дотронуться до меня.
– Пожалуйста. – Чезаре осторожно потянулся к ней и коснулся смуглой руки цыганки.
Маленькие глаза Грицли тут же вонзились в него, как лезвия двух ножей, рассерженный зверь издал короткий угрожающий рык. Шерсть вздыбилась у него на загривке, а желтые зубы обнажились в мгновенном оскале.
– Спокойно, Грицли, – своим нежным голоском остановила его Долорес. – Нельзя, Грицли, это друг.
Успокоившись, медведь издал глухое ворчание и снова закачал головой, заставляя звенеть колокольчики, в то время как зрители небольшими группками собирались на этот звон.
– А страшно, – усмехнулся Чезаре. – Какой у него рык! И когти огромные, точно крюки.
– Нечего бояться, если я здесь, – успокоила его Долорес. – Он повинуется мне беспрекословно. Кто не хочет причинить мне зло, тот не должен бояться Грицли.
Стояла тяжелая предвечерняя духота, и маленькие капли пота проступили на лбу и на крыльях носа цыганки. Время от времени она обмахивала лицо платком. От медведя пахло зверем, от людей – тяжелым трудом и потом. Сухой раскаленный воздух был неподвижен. Грицли пыхтел и ворчал от зноя, необычного даже здесь, где привыкли к жаркому лету. Только Чезаре как будто и не чувствовал этой жары, его кожа была совершенно суха, а взгляд безмятежно спокоен.
Базилика Сан-Лоренцо и тесные грязные улочки вокруг нее словно растворялись в горячем мареве. Здесь обитали нищие и всякого рода уголовники, самое дно общества, но Чезаре вырос тут, и квартал этот был для него родным. Пьяцца Ветра, где они стояли, помнила эшафот, на котором рубили головы во имя закона. Закон же всегда был на стороне власть имущих.
– Зрителей будет немного, – с сожалением сказала цыганка.
– Народ соберется, – успокоил ее Чезаре. – Поглазеть на пляшущего медведя – одно из редких развлечений, которые бедняки еще могут себе позволить.
– Будем надеяться, – улыбнулась девушка, показав свои ровные блестящие зубки. Она вспрыгнула в стоявший тут же крытый фургон и спряталась в тени, обмахиваясь платком. Медведь подошел к ней с протянутой лапой, выпрашивая что-нибудь вкусненькое. Долорес засмеялась и бросила ему грушу. Медведь схватил ее и, жадно чавкая, съел.
После долгого и тяжелого рабочего дня народ понемногу собирался на площади, вдыхая раскаленный вечерний воздух. Все мечтали о дожде.
– Лишь бы не пал на нас гнев божий, – заметил какой-то крестьянин, взглянув на небо, затянутое легкой дымкой, но без единого облачка в синеве.
– Когда воздух так прогрелся, может налететь страшный смерч, – вступил в разговор другой.
– Год назад в Пьемонте, – вмешался третий, – он вырвал с корнями деревья и унес крыши домов.
Старуха с двумя маленькими детьми, услышав такое, осенила себя крестом.
– А у нас, – добавил еще один, – недавно выпало столько граду, что хоть лопатой собирай.
Погода всегда была благодатной почвой для досужих разговоров, которые кончались обычно апокалипсическими прогнозами.
– Скоро, скоро конец света, – пробормотала старушка с детьми и мелко перекрестилась.
– Господь накажет, – добавила другая, повторив в точности ее жест.
– Ты в это веришь, Чезаре? – спросила цыганка.
– В словах стариков всегда есть доля правды, – задумчиво откликнулся тот.
– Старики очень любят говорить о страшном.
– Наверное, в жизни они видели его предостаточно, – ответил Чезаре, который чутко улавливал все, что видел и слышал вокруг. – Будь мир прекрасен, они бы не рассказывали о нем страшных вещей, – добавил он, поглощенный своими мыслями.
А площадь между тем наполнялась народом, и вскоре отец Долорес запиликал на скрипке, а девушка заставила медведя плясать. Громадный зверь, грациозно переступая своими толстыми лапами, водил головой, позвякивая колокольчиками, и это так нравилось зрителям, что они поминутно награждали его одобрительным смехом и аплодисментами.
Чезаре, стоявший в первом ряду, вдруг почувствовал, что кто-то, шумно дыша, навис над ним. Парень медленно повернул голову и оказался лицом к лицу с синьором Пессиной. Его толстые чувственные губы мусолили тосканскую сигару, попыхивающую горьким дымком, а дыхание отдавало чесноком и вином.
– Добрый вечер, хозяин, – вежливо поздоровался Чезаре.
– Здорово, – подозрительно глядя на него, ответил тот. Но, не встретив во взгляде Чезаре ни капли ненависти или вражды, успокоился и даже обнажил свои острые зубы в улыбке. Мало ли девушек, которых он, Пессина, имел за долги или квартирную плату, стоило ли волноваться, если это случилось еще с одной. Да скорее всего она ничего и не сказала брату.
Он вынул из кармана серебряные часы с эмалевым циферблатом, щелкнул крышкой, и тут же зазвучала нежная мелодия, ломкая и хрупкая, точно ее выстукивали крохотным серебряным молоточком. Но, услышав ее, Долорес вздрогнула и замерла, охваченная каким-то зловещим предчувствием. Что-то испугало ее в этом легком перезвоне часов, в грубом лице стоявшего рядом с Чезаре человека с сигарой. Лицо же самого парня было невозмутимо спокойным, да и человек этот добродушно улыбался, но холодок ужасного предчувствия не отпускал.
– Долорес! – окликнул ее отец.
Девушка обернулась к нему и вновь взяла медведя за ошейник. Покорно, словно комнатная собачка, Грицли двинулся вслед за ней. Легконогая, босая, она прошла, пританцовывая, и ее подошвы почти не касались земли. Проходя мимо, она улыбнулась Чезаре, и он в ответ сделал знак рукой.
– Твоя девчонка? – спросил Пессина, затягиваясь сигарой и роняя пепел с кончика ее.
– Да так, одна, – безразличным тоном ответил Чезаре.
– Что – одна?.. – добивался мужчина.
– Да так, цыганка, – сказал Чезаре и сплюнул.
– Она нравится тебе? – допытывался тот.
– Мне нравится лишь то, чего у меня нет.
Прошел уже месяц с того случая с Джузеппиной, и в первый раз Чезаре встретился с хозяином лицом к лицу. Это был тот самый человек, который обесчестил сестру, и парень не забывал об этом. «Игра рискованная, – подумал он. – Но если хочешь, чтобы случай помог тебе в этой лотерее, нужно использовать каждый шанс. Тут уж надо подбирать все билеты, которые находишь на улице. И не только на своей».
– А чего у тебя нет? – осторожно спросил Пессина.
– Выигрышного билета в лотерею, – ответил парень.
– Едва ли я смогу тебе в этом помочь, – сказал мужчина с сомнением, но и с надеждой.
– Его можно купить за деньги, но их у меня тоже нет.
– Ты любишь деньги, а? – чувствуя, что цель уже близка, Пессина не отступал.
– А кто их не любит? Вы не любите? – ухмыльнулся парень.
– Я не думал, что ты такой…
– Какой «такой»? – спросил он простецки.
– Такой хитрец, – добавил Пессина с улыбочкой.
– Вас не проведешь, – ухмыльнулся Чезаре почтительно. – Вы видите человека насквозь.
– Да уж, – кивнул хозяин уверенно. Сигара погасла у него во рту – он уже забыл про нее.
– Жить как-то нужно, – Чезаре с грустным видом вздохнул.
– Да, всем нужно жить. – Пессина посмотрел на него с легким презрением, которое бандюга обычно испытывает к мошеннику более низкого пошиба, чем сам он. Но Чезаре этого словно бы и не заметил.
– Ее зовут Долорес, – сказал он, продолжая разговор.
– Эту цыганку? – переспросил хозяин.
– Да, цыганку, – подтвердил парень.
Пессина выплюнул окурок, изжеванный до черной кашицы, выудил новую сигару из необъятных карманов своего широкого пиджака и неторопливо, обстоятельно раскурил ее. Любой игрок или развратник, оказавшись во власти своего порока, бывает, теряется, ему изменяет чувство меры, чувство опасности, увлекшись, он бывает готов на все, лишь бы удовлетворить пожирающую его страсть.
– Сколько стоит твоя цыганка? – наконец решившись, напрямик спросил он.
– Много. – Чезаре даже не верил, что подцепил его на крючок так легко.
Отец Долорес играл на фисгармонии, а девушка и медведь в такт этой музыке пританцовывали в круге, образованном зрителями на площади. Люди бросали монетки и аплодировали им, пораженные тем контрастом, который представляли собой эта хрупкая нежная красавица и топающий рядом с нею косматый зверь.
– Сколько? – нетерпеливо настаивал мужчина.
– Пятьдесят франков, – ответил Чезаре, не изменившись в лице.
– Ну ты и ублюдок! – вскинулся тот.
– Как хотите. – Он развел руками и сделал вид, что собирается уходить.
– Когда?.. – удержал его за рукав хозяин.
– Здесь, немедленно, и все деньги сразу. – Чезаре был непреклонен и деловит.
– Как мне знать, что она согласна? – Это все же была сомнительная сделка, и Пессина хотел от него гарантий.
– Никто, кроме меня. Так да или нет, хозяин?
– А отец?.. – Уверенность парня давила на него.
– Риска нет, – был ответ. – За пятьдесят франков я договорюсь и с ним.
– Где я с ней встречусь?
– Недалеко отсюда – там, где они устроились на ночь.
– Где это? – Пессина был до того взволнован, что плохо соображал.
– Деньги, – сказал Чезаре, протягивая правую руку и глядя ему прямо в глаза.
– Ты и вправду сукин сын, – воскликнул Пессина, чувствуя, что своей уверенностью этот парень гипнотически действует на него. Но отказаться от такого соблазна он был уже не в силах.
– Деньги, – невозмутимо повторил Чезаре. Пессина вытащил из кармана брюк грязный носовой платок и нервно провел им по лбу.
– Отойдем в сторонку, – решил он, показывая на кирпичную стенку в стороне от толпы.
Они отошли на несколько шагов, и Пессина опасливо извлек кожаный тугой бумажник, прикрепленный цепочкой к его жилету. Он отсчитывал купюры по одной, выкладывая в протянутую руку Чезаре и тщательно мусоля пальцами, прежде чем отдать.
– Где? – спросил он, когда парень убрал руку и спрятал деньги в карман.
– На лугу у «виселицы».
– А как я доберусь до этого веселенького места?
– Я провожу вас.
– Далеко отсюда?
– Между Порта Виджентина и Порта Лодовика. Там, где цыгане обычно проводят ночь. Во всяком случае, вы не заблудитесь, раз я сам поведу вас.
– Только никаких шуток!
– Вы же понимаете, что такой человек, как я, не может шутить с таким, как вы.
Пессина сдался.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Единственная наследница - Модиньяни Ева



очень интересная книга,советую)))
Единственная наследница - Модиньяни Еваанна
29.09.2012, 20.19





текст тяжелый. Или перевод. Героиня- ноль. Избалованная- конченая дрянь. много разговоров о святости- а герои книги сплошные грешники. Не понравилась книга.
Единственная наследница - Модиньяни Еваелена
29.05.2013, 16.07








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100