Читать онлайн Миланская роза, автора - Модиньяни Ева, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Миланская роза - Модиньяни Ева бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.86 (Голосов: 43)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Миланская роза - Модиньяни Ева - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Миланская роза - Модиньяни Ева - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Модиньяни Ева

Миланская роза

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

Консалво пребывал в сладкой дреме, чувствуя себя то ли облаком, то ли волной, как вдруг зазвонил телефон, стоявший на ночном столике. Монотонный сигнал нарушил сон, он дотянулся до аппарата и поднял трубку. — Кто это? — спросил князь сонным голосом.
— Это я, Роберта, — отозвался голос на другом конце провода.
Консалво взглянул на светящийся циферблат будильника — было три часа. Ночи или дня? Он никак не мог до конца проснуться.
— Какая Роберта? — сердито спросил Консалво.
Как и любой человек, разбуженный посреди ночи, он чувствовал раздражение.
— Роберта Летициа.
— Так уже три часа дня? Ты что, вернулась в Италию?
— Нет, сейчас три ночи. Я звоню из Лос-Анджелеса.
— Тебе захотелось узнать, не страдаю ли я бессонницей? — усмехнулся Консалво.
— Мне надо поговорить с Глорией! — безапелляционно заявила Роберта.
Нахалка, как и вся семья Летициа, — даже не подумала извиниться!
— Подождите, пожалуйста, я посмотрю, дома ли синьора, — иронически произнес Консалво, подражая прислуге.
Он сам виноват в этом ночном звонке: накануне вечером переключил телефон в гостиной на свой аппарат. Он нажал на кнопку переговорного устройства и услышал голос Глории. Консалво наконец проснулся окончательно.
— Это Роберта из Лос-Анджелеса, спрашивает тебя, — холодно сказал он.
— Алло! — заспанным голосом произнесла Глория.
Консалво не стал класть трубку. Ему почему-то захотелось послушать, тем более что представился удобный случай. Он услышал, как после обычного обмена любезностями Роберта сказала:
— У Рауля серьезные неприятности. Нужна твоя помощь, Глория!
— Что случилось? — спокойно спросила Глория.
— Его арестовали.
— За что?
— Наркотики. Грязное дело… Хранение и распространение наркотиков.
— Глупости! — возмутилась Глория. — Ты знаешь Рауля лучше, чем я, и прекрасно понимаешь, обвинять его абсурдно.
— У него в машине нашли наркотики.
— Что именно?
— Кое-что серьезное. Даже не сигаретки с марихуаной.
— А ты откуда знаешь?
— Он позвонил мне из полицейского участка на Мичиган-стрит.
Роберта говорила очень неохотно, Глории приходилось буквально вытягивать из нее каждое слово.
— Что, что тебе сказал Рауль?
— Что это ловушка, он невиновен.
— Ты подумала об адвокате?
— Да, но мне никого пока не удалось найти.
— А ваш отец? Почему ты не обратилась к нему?
— Ну, боюсь, он из этого устроит трагедию. И потом… В общем, я решила обратиться к тебе. И Рауль меня об этом попросил…
— Хорошо, Роберта, — заключила Глория. — Я постараюсь помочь.
— Пожалуйста, поскорее, прошу…
Роберта прервала разговор, и Консалво услышал, как Глория тяжело вздохнула, прежде чем положить трубку.
Он вытащил из серебряного портсигара сигарету, понюхал ее, но зажигать не стал. Он уже две недели не курил и не хотел снова приниматься за сигареты.
— Рауль в тюрьме, в тюрьме за наркотики, — пробормотал Консалво. — Наследник Летициа — педик и наркоман…
Консалво наслаждался, предвкушая момент реванша.
Он представил, как потрясена этим сообщением Глория. Как ей удастся замять скандал? Лос-Анджелес — не Милан, и Калифорния — не Италия. Но почему Роберта обратилась к Глории, а не к всемогущему Риккардо? Что может сделать чувствительная жена Консалво без помощи главы семейства? Ничего, со временем он все узнает. Пока же мысль о несчастьях семьи Летициа наполняла сердце Консалво радостью. Он питал жгучую ненависть к семье, раздавившей его своим могуществом и богатством. Консалво был уверен: у всех Летициа хватает постыдных тайн. Правда, о них ходили лишь слухи, но этот разговор Консалво слышал собственными ушами. Теперь надо посоветоваться с адвокатом и подумать, что можно выжать из истории с Раулем. Консалво пришел в восторг при мысли, что теперь в его руках — улики, способные повергнуть врагов.
Он встал, лениво, как кот, потянулся и почувствовал облегчение. Пройдя в гостиную, он нашел там последние номера «Тайм» и «Ньюсуик» с репортажами об открытии огромного магазина Санджи.
— А портняжка тоже в Лос-Анджелесе, — заметил вслух Консалво, наливая чуть-чуть старого арманьяка. — И там же арестовывают Рауля Летициа. Единственный сын Риккардо — гомосексуалист и наркоман! А может, еще и торговец наркотиками…
Конечно, не исключено, что дело замнут, но у Консалво есть теперь доказательства. Единственный способ противостоять притеснениям власть имущих и единственная возможность разговаривать с ними на равных в том, чтобы овладеть их самыми мерзкими тайнами.
Консалво зашел в ванную и зажег старинный светильник муранского стекла, когда-то украшавший родовой дворец Брандолини в Вероне. Дворец продали много лет назад вместе с мебелью. Кое-что ценное Консалво удалось спасти. Это был его скромный, но изысканный вклад в убранство роскошной двухэтажной квартиры на площади Сан-Бабила, которую Риккардо подарил Глории ко дню свадьбы.
— Риккардо, — задумчиво проговорил Консалво.
Неожиданно настроение у него испортилось. Имя Риккардо всегда приводило Брандолини в замешательство. Он боялся этого человека, боялся даже его улыбки. Да и все окружающие опасались Риккардо: его собственная жена, дети, племянники, служащие, прислуга. Только Глория и старая Роза не испытывали подобных чувств. Консалво пока не разобрался, что же так прочно связывает Риккардо, Глорию и Розу — кровные узы, сердечная привязанность или какие-то иные, темные чувства. Но как бы то ни было, их союз казался нерасторжимым.
Консалво снял голубую шелковую пижаму и встал под душ. Горячая вода заструилась по его крепкому стройному телу. Консалво выглядел сильным, привлекательным мужчиной, но глубоко в душе его гнездился постоянный страх. Он умел скрывать этот страх от окружающих, но от себя самого ничего не скроешь.
Глорию он избил от отчаяния, и Риккардо поклялся ему отомстить. Риккардо не угрожал, но очень спокойно, вежливо и прямо заявил, что Консалво поступил безобразно, подняв руку на Глорию. Эти слова он произнес с обычной любезной улыбкой.
Консалво попытался оправдаться:
— Она меня до этого довела; я же все-таки мужчина… Риккардо притворно изумился:
— Надо же! Доводим до общего сведения, что Консалво Брандолини, оказывается, мужчина!
— Я узнал, она делала инъекции, чтобы не забеременеть, хотя знала, что больше всего на свете я хочу ребенка.
— Выдумки! — отмахнулся Риккардо.
— Нет, чистая правда!
— Мне нет дела до ваших интимных секретов, — солгал Риккардо, — знаешь, говорят, между мужем и женой не встревай… Но поднимать руку на женщину в нашей семье никому не дозволено.
Риккардо грозно взглянул на Консалво, закончив разговор.
Консалво вышел из душа и завернулся в купальный халат. Он проклинал собственное малодушие и привычку к роскоши, из-за которой попал в эту тюрьму. Ему так хотелось избавиться от гнета семьи Летициа, но, покинув дом Летициа, он неминуемо останется без гроша. Оказавшись изгоем, он не сможет удовлетворять свои утонченные капризы, изящные пороки, эксцентричные потребности. Риккардо знал наперечет слабости Консалво Брандолини, он прекрасно понимал, что Консалво снедаем страхом и это наваждение отбивает у него всякую охоту к самостоятельности.
Консалво, следуя добрым традициям семьи Брандолини, женился по расчету. Но он не обладал ни подавляющей мужественностью своего отца, ни обаянием деда, ни богатством и могуществом прадеда. Они бы одним взмахом руки смели этих жалких Летициа. Для Консалво же выгодный брак обернулся поражением. Будь у него хоть немного мужества, он заставил бы замолчать постыдные муки совести, но мужество, как цвет глаз, или рост, или, в его случае, как сексуальная потенция, дается человеку свыше, и ни за какие деньги его не купишь. Приходится довольствоваться советами психоаналитика, который призывает смириться с твоим недугом.
И как же, интересно, Риккардо его накажет? Консалво был уверен — избиение Глории с рук ему не сойдет. Он оделся и вышел из спальни. Ему вдруг захотелось увидеть Глорию, прочесть в ее глазах растерянность. Конечно, новость произвела на нее эффект холодного душа. И Консалво сейчас сможет насладиться ощущением победы.


Глория провела рукой по тугой повязке на грудной клетке. Главврач травматологического отделения клиники наложил повязку не столько по необходимости, сколько для того, чтобы продемонстрировать собственные способности. Рентген не выявил никаких переломов, а ушибы скоро пройдут.
До звонка Роберты сердечной болью Глории оставался Риккардо; с Рождества они не виделись. Теперь надо было что-то предпринимать по поводу Рауля, а Глория не знала, с чего начать. Она вышла на веранду и стала прогуливаться между вазонами с декоративными растениями.
«Только наркотиков нам не хватало, — подумала она. — Последний штрих к семейному портрету Летициа…»
Лакомая новость для завистников и недоброжелателей, всегда готовых обрушиться на могущественную семью. Похоже, в цепи умолчания и сдержанности, что сковывала весь клан, обнаружилось слабое звено. Но Глория сделает невозможное, чтобы досадная новость не вышла за пределы семьи. Ответственность, что легла на ее плечи, не испугала молодую женщину. Напротив, Глория ощутила гордость: впервые репутация семьи зависела от нее, и она с честью выйдет из этого испытания.
«А ведь к ненавистникам Летициа следует причислить и моего мужа, — подумала Глория, — у него немало причин, чтобы быть благодарным нам, но ровно столько же, чтобы нас ненавидеть и бояться».
Ей вдруг припомнилась давняя история. Тогда она обнаружила, что Консалво хранит под подушкой пистолет.
— Зачем тебе оружие? — удивилась Глория.
— Для защиты, — ответил муж. — Вдруг кто-то захочет меня убить?
— Ты с ума сошел, Консалво, — с раздражением заметила Глория. — И еще хочешь иметь детей… Да у тебя все в роду ненормальные.
На тонком лице Консалво появилась горькая улыбка.
— Да, я единственный и, возможно, последний отпрыск в чреде преступных, порочных, беспутных предков. Но почему ты не хочешь признать за нашей семьей никаких достоинств? Во тьме гнездится не только порок, но и любовь.
— Любовь! Ты еще говоришь о любви!
— А почему бы и нет? Я же тебе позволяю называть любовью тот разврат, которому ты предаешься с собственным дядюшкой…
Возмущение и стыд обожгли Глорию.
— Ты безумен, Консалво!
Краска, залившая ее лицо, сменилась смертельной бледностью. В душе Глории бушевала буря.
— Это только предположение, — усмехнулся Консалво. — Да, у меня за спиной — пороки и добродетели великого рода. За мной — величие Брандолини, а за тобой — убожество и мелочность. Даже страх мой — значителен и глубок.
Охваченный нервной лихорадкой, Консалво весь дрожал.
— Ты безумен, — повторила жена.
— Может быть, но это не моя вина. Это все равно что считать тебя виновной за смерть, которую несет семья Летициа. Да, вы — сеятели смерти. Ваше богатство создано на крови. И миллиарды служат вам, чтобы создать надменный фасад семейного дворца Летициа, где все проникнуто морализмом. А ваши самолеты в это время уносят невинные жизни.
— Миллиарды служат еще и для того, чтобы содержать паразитов вроде тебя, Консалво Брандолини. Теперь ты обнаружил у Летициа пороки, потому что боишься за собственное будущее.
Консалво весь сотрясался от бесплодной ярости, словно рыба, глубоко заглотившая крючок. У него отказали сдерживающие центры, и он вел себя неразумно, как перепуганный темнотой ребенок.
— Ваш род проклят, вы плохо кончите, — кричал он. — Я покажу людям, какие вы на самом деле. Расскажу, как твоя бабушка платила любовью за заказы. Расскажу, как великий Риккардо Летициа отобрал у братьев семейную фирму.
— Хватит, Консалво, успокойся.
— И они еще рассуждают о нравственности!
Консалво заговорил спокойней, но вот-вот готов был сорваться.
— Знаешь, кто был отцом твоего дяди? А твой кузен? Младший Летициа занимается любовью с бывшим портняжкой! А ты слыхала о проклятии Дуньяни?
— Ты негодяй, Консалво, и пистолет, который ты прячешь под подушкой, не сделает из тебя мужчину…


Глория знать не хотела о тех россказнях, что ходили о семействе Летициа. Роза, со своей стороны, не пожелала прибегнуть к спасительной лжи и честно призналась в своем «падении», когда внучка очень осторожно спросила бабушку об отце Риккардо.
— Я бы с удовольствием заявила, что он родился от Святого Духа, — с улыбкой сказала Роза. — Но я не Мадонна, хотя моя мать, а твоя прабабка, и пыталась сделать из меня христианскую мученицу. Отцом Риккардо был один мерзавец из Калифорнии, чертовски талантливый и чертовски привлекательный. Я не устояла, не устояла, как девчонка. А ведь мне было сорок. Позор!
Для Глории этот семейный позор обернулся благом: получалось, что кровное родство между ней и Риккардо — более отдаленное.
— А правда, что другой американец помог тебе получить лицензию на производство самолетов? — продолжала расспрашивать внучка.
Роза догадалась о тайных мыслях Глории и, взяв девушку за руку, взглянула ей прямо в глаза.
— Слушай, Глория, не стоит обращать внимания на то, что болтают обо мне и о нашей семье. Не верь ни хорошему, ни плохому. Не существует какой-то одной правды. Есть моя правда, твоя правда, правда Риккардо. И они не всегда совпадают. Более того, чужую правду чаще всего называют ложью.
— Это слова Пиранделло. Мне нравится этот писатель, он меня будоражит.
— Молодец, это действительно Пиранделло. Знаешь, я родом из Ломбардии, но замуж вышла за сицилийца. Руджеро научил меня немногим, но важным вещам. Первое, ты должна верить, что все зависит от Господа, но действовать так, словно все зависит от тебя. Действуй всегда одна, без друзей, братьев, родственников. — Старая женщина говорила убедительно, и Глория внимательно слушала. — Говорят, что мы сеем смерть, потому что производим боевые самолеты. Но ведь и те, кто делает мотоциклы, несут смерть — сколько мальчишек разбивается на мотоциклах. И автострады тоже смертельно опасны. Но никто не осуждает производителей автомобилей, наживших целые состояния. А химическая промышленность, которая отравляет окружающую среду? А ядерные арсеналы? Все мы торгуем смертью. Когда мы, Летициа, начали действовать, смерть в мир уже принесли. И спрос на нее был большой. Не мы ее выдумали.
И теперь, на веранде, одна, охваченная сомнениями и воспоминаниями, Глория повторила слова бабушки:
— Все мы торгуем смертью…
Она уже нашла способ, как вытащить несчастного Рауля. И, похоже, способ верный. Потому что решение пришло неожиданно и оказалось простым, как все решения.
На веранде появился улыбающийся Консалво. Он был одет в безукоризненный серый костюм, и Глория взглянула на него так, словно видела впервые в жизни. Вместо перепуганного детского выражения на лице его застыла любезная маска светского человека. Консалво был красивым мужчиной.
— Здравствуй, дорогая, — поздоровался он, поцеловав жену в щеку.
«Он безумен, безумен», — подумала Глория.
Консалво казался идеальным мужем: нежный, внимательный, любезный, заботливый, но в любую минуту его могло охватить безумие, и тогда он мог бить, оскорблять, пинать ногами жену. Может, он и не помнит, как мучил ее. Глории стало страшно при мысли о безумии Консалво.
— Извини, но я подслушал твою беседу с кузиной, — произнес Консалво с виноватым видом.
— Меня это не удивляет, Консалво, — сказала Глория. — Ничего страшного.
— Я рад, что ты не сердишься.
— Извини, но мне хочется побыть одной, — заявила она.
Ей хотелось как можно скорее освободиться от его присутствия.
— Я понимаю, — кивнул Консалво. — Я прекрасно понимаю. Над плохими новостями лучше поразмышлять в одиночестве.
Затаенное вероломство звучало в любезных словах Консалво.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Миланская роза - Модиньяни Ева



Прочесть советую. Героиня - сильная женщина, несмотря на сложную жизнь, полную разных событий, страстей и т.д.rnФинал книги правда трагический, но се ля ви, как говорится
Миланская роза - Модиньяни ЕваЮлия
6.03.2013, 8.11





Я тоже рекомендую к прочтению. Роза - действительно сильная, настоящая женщина. Роман о Розе Летициа - здесь переплелось все: история, семейные драмы и тайны, бизнес-конкуренция, борьба и страсть. В общем, стоит читать.
Миланская роза - Модиньяни ЕваОльга
12.07.2013, 21.33





Очень интересно.
Миланская роза - Модиньяни ЕваПелена
4.06.2015, 20.40





Редко пишу комментарии, но думаю если кто-то прочитает этот роман, время потратят не зря.
Миланская роза - Модиньяни ЕваЕлена а.
30.07.2015, 18.05





Присоединяюсь к той четверке, что оставила комментарии. Это великолепный роман - роман-сага. Жаль, что так мало тех, кто его прочел.rnЧитайте, а я буду уж в какой раз перечитывать!!!
Миланская роза - Модиньяни ЕваСофия
30.07.2015, 18.58





Как сказал Штирлиц:" Запоминается последняя фраза!" Духи " Арпеджио". Они плейсментом ( скрытая реклама!)сопровождают весь роман. На сагу он , может , и тянет, но... Какую то не глубинную, герои больше заняты делом, ( что правильно , работать надо, а не кувыркаться в постели!) о личных переживаниях вспоминают между делом. Хочется сказать автору:" Котлеты отдельно , мухи отдельно!" Или усильте историческую и деловую часть романа или пусть любят, чтоб искры сыпались. И инцест тут притянут за уши. Сильнее, чем в " Вайдекре" не написал никто. И эта битва за то, кто будет главой семьи... Какая разница, если героиня сама говорит:" Думай не думай, а за зимой придет весна!" Вот и маленькая Роза в колыбельке... И все по кругу... Но читать стоит.
Миланская роза - Модиньяни ЕваЕлена Ива
1.08.2015, 0.08





Вот это роман! Целая сага! Но, Елена Ива, как всегда все точку! Чего - то не хватило. Искры, наверное.
Миланская роза - Модиньяни ЕваМила
28.04.2016, 22.43








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100