Читать онлайн Прокаженная, автора - Мнишек Гелена, Раздел - XXXI в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Прокаженная - Мнишек Гелена бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.15 (Голосов: 164)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Прокаженная - Мнишек Гелена - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Прокаженная - Мнишек Гелена - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мнишек Гелена

Прокаженная

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

XXXI

— Папа, значит, вы решительно не хотите идти на концерт и на бал? — спросила Стефа пана Рудецкого.
— Решительно! Завтра мне уезжать домой, а еще многое не сделано.
Стефа насупилась:
— А я-то думала… Хотела быть с вами. На балу будет столько незнакомых мне людей, к тому же почти все они — из высшего общества…
— Ну, там будут и люди попроще; участники выставки. Как-никак это открытый бал на какие-то там благотворительные цели, так что хватит и не таких «бархатных». Бал начнется сразу после концерта?
— Да, в том же зале. Мы вообще не будем на концерте, приедем сразу на бал.
Пан Рудецкий распрощался с дочкой до завтра. Хоть он и уверял, что на бал не пойдет, на самом же деле отправился туда — но как зритель на галерею. Он хотел увидеть Стефу в окружении, которому не очень-то доверял, понаблюдать за ней издали, не выдавая своего присутствия.
Он пораньше пришел на концерт в зал большого отеля, нашел себе и хорошее место в креслах, и хорошее место на галерее. Среди публики на концерте сидело много разодетых для бала дам, но аристократок среди них пан Рудецкий не обнаружил.
Концерт ему не особенно понравился — он знал толк в хорошей музыке, и здешние музыканты его не порадовали. Но убранство эстрады ему понравилось. Там был березовый лесок из настоящих деревьев, сцена была выстлана натуральным мхом, меж деревьями стояли кресла и пюпитры для музыкантов. Они прибыли из столицы, но игра их оставляла желать лучшего.
— Только что громко, — ворчал пан Рудецкий под нос. — А мелодия где же, Боже милостивый?
Певица еще меньше ему понравилась.
На эстраду вышла молодая панна отнюдь не слабого телосложения, в белом декольтированном платье.
Она вышла, придерживая платье, поклонилась. Закинула голову и запела.
Пан Рудецкий поглядывал на нее не без опаски. Во-первых, обнаженный бюст ее приобретал все более багровый оттенок. Во-вторых, ей так перехватывало дыхание, что иные из слушателей даже потянулись к собственным воротничкам, дабы убедиться, что они не душат шею.
Вдруг к уху пана Рудецкого наклонился сидевший рядом молодой человек и, указывая на полные руки певицы, сказал отнюдь не шепотом:
— Пане, это у нее руки или ноги? Что-то распознать не могу никак…
И, не дожидаясь ответа, весьма довольный собой и своей шуткой, рассмеялся.
Во время перерыва многие вышли в коридор и на лестницу, ведущую к ложам. Там уже начиналось движение, знаменовавшее подготовку к балу. Бегали лакеи, из кондитерской несли торты и пирамиды конфет в хрустальных вазах. Тащили корзины цветов для украшения зала. Пан Рудецкий с любопытством ко всему этому приглядывался.
Глядя на лихорадочную суету слуг, на их рвение, прямо-таки вдохновением исполненное, пан Рудецкий подумал, что именно так слуги всегда и трудятся, обслуживая забавы аристократии: работают они за деньги, но при этом еще и преисполнены гордости, что именно их для этого используют. Размышления его прервал стук колес кареты у подъезда. Несколько лакеев ринулись к дверям.
«Начинают съезжаться, пора отправляться на пост», — подумал пан Рудецкий. Вошли двое, громко разговаривая друг с другом; лакеи бросились снимать с них пальто.
— Что, не кончилось еще это вытье? — спросил один из них, молодой, стройный, но уже лысый.
Лакей согнулся в поклоне, наиприятнейше улыбаясь:
— Нет еще, с вашего позволения, ясновельможный пан граф, хоть уже и пора…
— Я не с тобой говорю, болван этакий, — обрезал ясновельможный.
Лакей вновь низко поклонился. Господа задержались у зеркала, потом медленно, размеренным шагом стали подниматься по лестнице, небрежно окинув взглядами пана Рудецкого.
Лакей, в выжидательной позе глядевший, как удаляются господа, резко повернулся и показал язык им в спины… но они уже скрылись в дверях, и вышло, что гримаса эта была адресована пану Рудецкому. Узрев свою ошибку, сконфуженный лакей поспешил ретироваться в ложи.
Развеселившийся пан Рудецкий отправился на галерею. Со своего места он мог видеть входную дверь, лестницу и часть верхнего коридора.
То и дело подъезжали новые гости. Отец Стефы, сидевший рядом с портьерой, мог видеть все, а в случае необходимости, чуть откинувшись за портьеру, был бы невидим снизу. Все до сих пор приехавшие были ему незнакомы. Один из них привлек особенное внимание пана Рудецкого. Это был человек старый, но державшийся прямо и величественно, во фраке в обтяжку. Лицо у него было бледное, словно восковое, на нем выделялись орлиный нос и огромные черные глаза. Поседевшие волосы были на старинный манер зачесаны буклями над ушами, гордо стиснутые узкие губы выражали магнатское высокомерие.
Пан Рудецкий знал, что это Анджей Мортенский, председатель местного сельскохозяйственного товарищества и директор выставки. Рядом с ним стоял какой-то низкорослый пан, толстый и краснолицый, без усов, с пышными бакенбардами а-ля Мольтке.
type="note" l:href="#FbAutId_66">[66]
Руки он заложил за спину, стоял с таким видом, словно в грош никого здесь не ставил. Однако на графа он поглядывал с полным почтением, и в этот миг с губ у него не сходила счастливая улыбка. Когда граф обращался к нему, непременно чуточку свысока, руки пана внезапно оживали, и толстые красные пальцы беспокойно сновали у манишки. Он так униженно кланялся, делал столь умильную физиономию, что пану Рудецкому поневоле стало противно.
— Наверняка какой-нибудь мельник из графских поместий! Чтоб горожанин так гнулся!
Концерт никто уже не слушал. Все кинулись смотреть на съезжавшихся аристократов. Пан Рудецкий высматривал пани Эльзоновскую и Стефу, но они еще не появились. Зато прибыли граф Трестка и Вилюсь Шелига. Лакей метнулся к дверям — это вошел майорат Михоровский, сопровождая пана Мачея.
Движение прошло среди собравшихся. Те, кто помоложе, даже выскочили на лестницу. Председатель подался вперед. Он и старший Михоровский приветствовали друг друга крайне почтительно и уже не разлучались. Вальдемара окружили молодые аристократы. Пан Рудецкий внимательно разглядывал его из-за портьеры. Молодой майорат выглядел совершенно иначе, нежели в седле и за обедом — но, быть может, еще великолепнее, ибо безукоризненно сидевший фрак подчеркивал стройность и элегантность фигуры. Он решительно выделялся на фоне окружения. В нем с первого взгляда узнавалась высокая порода.
Приехали старая княгиня Подгорецкая в драгоценных черных кружевах и панна Рита. Княгине предложил руку председатель, Рите какой-то старательно изображавший английского джентльмена юнец, опередивший Трестку.
Барон Вейнер ввел триумфально сверкавшую драгоценностями графиню Чвилецкую. За ней выступала панна Михалина под руку с обругавшим лакея лысым графом и смешливая Паула, опиравшаяся на руку столь же смешливого юноши. Вальдемар с явным нетерпением поглядывал на входную дверь.
«Что же они не едут» — подумал и пан Рудецкий.
— Пане, что же музыка не стихает? — обратился к Рудецкому его сосед. — Бубнят себе и бубнят, а там аристократов понаехало, поди, тоже злятся.
— Кто-то кому-то должен уступить: музыканты аристократам или наоборот, — задумчиво ответил пан Рудецкий.
— Но пока что никто не уступает. А отсюда следует, что все эти господа к искусству мало расположены, да еще плохо воспитаны — и сами не слушают, и другим не дают.
Тут внимание их привлекла суета у дверей. Пан Рудецкий глянул туда и тут же спрятался за портьеру. На лестницу в сопровождении старого князя Гершторфа вступала пани Идалия в пышном бархатном платье и бриллиантах.
Вальдемар вел молодую княжну Подгорецкую. Люция шла с Вилюсем Шелигой. Стефа, окутанная облаком бледно-зеленого крепа, опиралась на руку Трестки. Забыв о предосторожностях, пан Рудецкий высунулся из-за портьеры, чтобы лучше все видеть. Стефа показалась ему попросту прекрасной. Когда она проходила мимо, мужчин, все головы обернулись следом. Пани Идалия в ответ на поклоны кивнула чуть высокомерно, а молоденькая княжна, стройная и премаленькая, — неописуемо изящно. Множество взглядов скрестились на Стефе и Люции — но главным образом на Стефе, потому что большинству из присутствующих она была незнакома. Однако Трестка, сопровождавший ее с прегордым видом, был знаком всем.
Появились граф и графиня Барские с дочерью. К ним тут же подбежал князь Занецкий.
Концерт закончился. После долгих аплодисментов публика стала расходиться, но, не успела и половина из них покинуть зал, как туда уже бросились лакеи, хватая кресла и шумно выволакивая их в коридор. Воцарились гомон и суета. Из-за портьеры вышел Вальдемар, показал рукой в сторону двери и сказал кратко, спокойно, но решительно:
— С этим потом. Сначала — туда.
Лакеи бросились подавать верхнее платье уходящим.
Толчея в зале утихла. Люди покидали его спокойно, без ненужной сутолоки.
«Ого, как он справно! Это вам не лысый граф!» — удовлетворенно подумал пан Рудецкий.
А сосед в очках причмокнул:
— Ну, лихой! Это, чтоб вы знали, майорат… Михоровский из Глембовичей. Ба! Большой пан.
— А вы знакомы лично с майоратом? — спросил он.
— А как же! Здесь, на выставке, познакомились. Я, изволите знать, инженер. А майорат был членом комитета, и самым из них дельным, так что мне посчастливилось не раз с ним общаться. У него были на выставке огромные конюшни. Десять кобыл разных пород, со всех поместий, и тот прекрасный жеребец, чистокровный араб, на котором он так ловко ездил. Да вы наверняка, видели.
— За коней он получил золотую медаль.
— Они того стоят!
— И псарня получила награду. Видимо, у него весьма культурное хозяйство.
— Уж это точно! А ведь совсем молодой. Знаете, он раньше разъезжал по свету, как какой-нибудь набоб, погулял немало. А теперь сидит в своем имении.
Пан Рудецкий погрузился в раздумья.
В зале тем временем воцарился порядок. Садовники устанавливали благоухающие корзинки с цветами. Внезапно из будуара вышли Стефа с Люцией и, держась за руки, пробежались вдоль зала. За ними показались две паненки в возрасте Люции, маленькие, как куколки, в белых платьях. Это были княжны Подгорецкие, внучки княгини Подгорецкой из Обронного. Все четверо весело кружили по залу. Среди тепличных деревьев и цветов девушки казались белыми мотыльками. Стефа, выше ростом и смуглее остальных, вела хоровод. Обе княжны веселились со всем азартом новичков, увлекая за собой и Люцию, державшуюся чуть-чуть серьезнее. Они не обращали ни малейшего внимания ни на зрителей с галереи, ни на суетившихся слуг, почтительно уступавших им дорогу. В коридоре появился Вальдемар, бросил взгляд в зал и оказался среди веселящихся девушек.
— Вальди! Вальди! — закричали княжны.
— Паненки, хоровод! — приказал он весело. Схватил за руки Стефу и одну из княжон, остальные тоже взялись за руки, и все в ритме мазурки сделали несколько кругов по залу.
— Вальди, ты становись в середину, а мы споем! — предложила запыхавшаяся Люция.
— Не нужно, пошли! — сказал он быстро и увлек за собой, взглядом показав на битком набитую галерею.
Девушки сконфуженно разбежались. Вальдемар медленно пошел следом.
Оркестр заиграл вальс, дав тем самым знак, что бал начался. Но пан Рудецкий уже не смотрел на входящие пары, так захватила его сцена, свидетелем которой он только что стал.
— Они всецело ею завладели, всецело… — повторял он, рассеянно слушая соседа. А тот не унимался:
— Какова молодежь, а? Какая грация! А майорат! Он и швец, и жнец, и на дуде игрец! И пахать, и плясать! А красивей всех была та, в светло-зеленом. Интересно, кто такая? Княжна какая-нибудь, не иначе!
«Знал бы ты, что это моя дочка»! — подумал пан Рудецкий гордо.
Бал начался шумно, был полон веселья. Распорядителями в танцах были Вальдемар с графом Брохвичем и еще несколько молодых людей.
Яркие наряды дам перемежались черными фраками, в глазах рябило от драгоценностей и приколотых к платьям живых цветов. Запахи изысканных духов, цветы, колышущиеся веера создавали непередаваемую атмосферу бала. Блестели глаза, гибкие фигуры женщин, изящно опиравшихся в танце на руки мужчин, грациозно склоненные головки — все было исполнено прелести. Мужчины выглядели триумфаторами, их руки смело и уверенно обнимали гибкие станы партнерш. Некоторые, кажется, что-то шептали друг другу на ухо, захваченные уносившим их чарующим ритмом вальса.
Вальдемар пригласил Стефу. Впервые он обнимал ее, впервые чувствовал так близко, гибкую, покорную его движениям. Держал крепко, чувствуя биение ее сердца. Горячее дыхание девушки обжигало его, ее волосы раз и другой мимолетом коснулись его губ. И он склонился еще ближе, чтобы самому прикоснуться лицом к шелковистым прядям. Он видел длинные ресницы Стефы, нежный румянец, прекрасный профиль, пылающие губы, белую шею и обнаженные плечи в бледно-зеленом облаке крепа. Он был очарован девушкой, чувствовал, что и Стефа переживает нечто подобное.
Стефа танцевала прекрасно и свободно, но словно бы в забытьи. Ярко освещенный зал, цветы, прекрасная музыка — все это ошеломило ее, и она увлеченно танцевала. Грудь ее была переполнена незнакомыми прежде чувствами. Не глядя, она знала, что легко и изящно плыла по волнам неизмеримого счастья. Упоение кружило их в вихре вальса, их танец приковал к себе взоры внимательных наблюдателей.
Слеза навернулась на глаза пана Рудецкого, и он тихонько вздохнул. Не мог оторвать глаз от прекрасной пары, но в то же время чувствовал непонятную боль.
— Вырвать ее отсюда, увести, забрать! — зашумело у него в голове.
— Поздно!
Пан Рудецкий знал уже — поздно…
Внезапно звучный, дерзкий марш обрушился на зал, горяча кровь в жилах, отдаваясь в сердцах.
Пары поплыли по паркету. В первой — майорат с молодой графиней Виземберг, дочкой князя Гершторфа, которую майорату тоже некогда сватали. За ними — графиня Барская с князем Занецким, Трестка с панной Ритой, граф Брохвич со Стефой, Люция с молодым Жнином.
Запал возрастал, звучный голос объявлявшего фигуры танца майората разносился по залу. Мазурка никого не оставляла равнодушным, бросала в бешеный вихрь. Неисчерпаемый в своей фантазии Вальдемар измышлял все новые и новые фигуры. Видя его столь развеселившимся, пан Мачей лишь удивлялся про себя, но пани Эльзоновская поспешила вслух объявить, что давно уже не видела майората в таком запале.
Мазурка длилась долго, и майорат не позволял ей убавить бешеный темп; в конце концов, хотя сам он был полон жизни, танцоры попросили его смилостивиться. Зал опустел. Большинство гостей отправились в буфеты, а самые знатные — в кабинет наверху, где для них был сервирован особый стол. В зале появились вооруженные щетками слуги и принялись подметать пол, словно арену перед выходом гладиаторов.
В верхнем кабинете веселились. Слева у Стефы оказались Трестка и панна Рита, справа незнакомый молодой человек с моноклем, и напротив — Вальдемар с графиней Барской. Оказавшись в добром соседстве, Стефа была в самом хорошем расположении духа. Она весело препиралась с Тресткой, успевая в то же время смеяться в ответ на комплименты молодого человека с моноклем. Часто в разговор вмешивался Вальдемар, и оживленный, полный шуток и смеха разговор плыл широкой рекой.
Графиню раздражало внимание Вальдемара к другим дамам, и она прилагала все усилия, чтобы удержать его при себе. Не раз черные глаза графини неприязненно устремлялись на Стефу. Инстинктивно графиня чувствовала опасность, грозящую ей со стороны этой девушки. Панна Барская в своем ярко-желтом платье, смуглая, с черными, как ночь, глазами и волосами, казалась цыганской принцессой, с дикой ревностью сражавшейся за свою добычу.
Когда она переводила взгляд с майората на Стефу, глаза ее вспыхивали.
Пожиравший ее взглядом князь Занецкий шептал:
— Демоническая девушка! Но прекрасная!
Он совершил неосторожность: сидевшая рядом с ним графиня Паула услышала и сказала язвительно:
— Майорат не любит в женщине демонических черт. Ее, в свою очередь, сердило, что сидевший рядом князь всецело поглощен Барской.
Занецкий, вместо того, чтобы впасть в уныние, безмерно радовался. Он призвал бы к майорату всех ангелов небесных, лишь бы тот своей холодностью к демонам в женском облике позволил бы ему самому демона такового завоевать.
Стефа заметила неприязненно вспыхивавшие глаза графини, но ничуть тому не огорчалась и чувствовала себя свободно и весело.
Пан Рудецкий оказался прав: она чувствовала себя прекрасно в кругу этих людей. Ее бальный блокнотик, куда записываются кавалеры на будущий танец, был переполнен фамилиями. «Михоровский» повторялось не один раз.
Ужин длился недолго; танцы вновь начались с удвоенным азартом.
Протанцевав со Стефой контраданс, Вальдемар отвел ее под огромные пальмы, усадил и сказал с ноткой грубоватости, всегда звучавшей в его голосе, когда он чего-то сильно желал:
— Покажите мне ваш блокнот.
Стефа подала ему светло-зеленый блокнотик с крохотным карандашиком того же цвета.
— Вы сами выбирали блокнотик?
— Мне его подарила баронесса. Он перелистал странички:
— Ого, да тут вписана целая армия! Неплохой список! Моя скромная фамилия тут совершенно потерялась. Что-что? Котильон — Брохвичу? Ну, котильон вы могли оставить для меня.
— Я не могла отказать пану Брохвичу. Бал словно битва: побеждает тот, кто приходит первым.
— Не всегда! Иногда пришедший вторым первого побивает. Именно это я и намереваюсь сделать…
Он посмотрел ей в глаза. Стефа смешалась, но ответила без колебаний:
— Так нельзя. Пан Брохвич обидится, и на то у него будут все основания.
— Вы только дайте свое согласие, а уж я сделаю так, что Юрек не обидится… Откажете мне? — он встал и усмехнулся: — Я отправляюсь к Брохвичу. Минутку подождите!
Едва он отошел, к Стефе подскочил молодой человек с моноклем:
— Не занят ли ваш котильон?
— Увы…
— Ах, пардон… Я опоздал. Всегда майорат…
— А ну-ка, что вы тут обо мне сплетничаете? — раздался за его спиной низкий голос майората.
Молодой человек пробормотал что-то по-французски и с поклоном удалился.
Вальдемар стоял перед Стефой, держа под руку Брохвича.
— Знаешь ли, Юрек, я тут атаковал блокнотик панны Стефании, и занятые тобой в котильоне позиции мне весьма не по нраву. Баталию я начинать не хочу, а посему льщу себя надеждой, что дело мы уладим полюбовно.
— Все зависит от меня, а я не согласен, — сказал Брохвич.
— Друг мой!
— Кое-что зависит и от меня, так что выигрываете вы, граф, — сказала Стефа.
— Благодарю! Что скажешь, Вальди?
— Не радуйся до времени! Прибегаю к последнему средству! Сейчас вы убедитесь, что победа останется за мной. Панна Стефания, вы еще в Слодковцах обещали мне самый первый ваш котильон. Этот и будет первым. Что до тебя, Юрек, ты вроде бы стремился овладеть рукою графини Мелании? Поспеши, ей наскучил Занецкий!
— Я отступаю с глубокой печалью в сердце… Порозовевшая Стефа подала Брохвичу руку:
— Простите, я и вправду забыла… Молодой человек пожал ее руку и поклонился:
— Я разбит, но поскольку девиз мой «ничего задаром», попрошу у вас последнюю мазурку.
Стефа с комической гримаской сложила руки:
— Увы! На нее записался пан Жнин.
— Тогда объявим еще одну мазурку, сверх программы. Вальди, ты это сможешь устроить как распорядитель.
— С превеликим удовольствием.
На последней страничке Стефа написала большими буквами: «Белая мазурка» — Ежи Брохвич».
Брохвич поклонился и отошел в сторону Барской.
— Вы довольны? — тихо спросил Вальдемар.
— Почему вы солгали? Я никогда не обещала вам котильон!
— А почему же вы поддержали мою ложь?
— Хотела спасти положение.
— А я хотел танцевать с вами. Раньше мне никак не удавалось преодолеть окружавшую вас баррикаду из фраков, и я прибег к коварству.
— Но что подумает Брохвич?
— Он поверил. А теперь — смотрите! — он кланяется графине и она к нему явно расположена.
Мимо прошел Барский. Он смерил высокомерным взглядом Стефу и майората, но увидел в глазах Вальдемара холод и поспешно удалился.
— Что вы о нем думаете? — спросил Вальдемар.
— О графе Барском? Он выглядит неприступным. А впрочем, я его мало знаю.
Вальдемар покривил губы:
— Он убежден, что не он существует для мира, а мир для него. Считает, что он и есть та ось, вокруг которой все вращается. Ладно, пусть холит и лелеет свое величие, как ему угодно, лишь бы перестал быть апостолом своих идей — они небезопасны для общества…
— Неужели у графа есть какие-то идеи и он их пропагандирует? — удивилась Стефа. — В этом я его и подозревать не могла; у него вид себялюбца, озабоченного лишь своим богатством, титулом и… хорошей партией для дочки.
Вальдемар с улыбкой поклонился:
— Вы попали в точку. Ограничься он этим, графу можно было бы и простить, ибо подобных ему множество. Но при этом он еще проповедует невыносимые этические и общественные теории.
— А его дочь взгляды отца разделяет?
— О да! Правда, у нее это выражено несколько иначе. Она меняет взгляды словно платья, применительно к обстоятельствам.
— Вы все говорите верно, но слышится злорадство…
— Быть может, оттого, что мы на балу. А впрочем, сегодня она — в прекраснейшем наряде, окружена поклонниками и видит среди них парочку особенно ей подходящих…
Стефа улыбнулась и, склонившись к нему ближе, сказала:
— А один из наиболее ей подходящих беседует с представительницей низших классов. Быть может, это сердит ее.
— О, теперь и в вашем голосе слышится злорадство.
— Нет, только откровенность.
— Тогда скажу прямо: я эгоист и ради графини не отойду от вас… оркестр! Пойдемте.
Стефа оперлась на его руку. Обняв ее гибкий стан, майорат смотрел на нее тем взглядом, что привлек не одну женщину, словно птичку на манок. Стефа вздрогнула и опустила длинные ресницы. Майорат обнял ее крепче, и они поплыли в танце по залу.
Котильон танцевали небывало живо, так что не хватило заранее приготовленных цветов, и пошли в ход те, что украшали зал.
type="note" l:href="#FbAutId_67">[67]
Грудь Вальдемара покрыл настоящий панцирь из цветов. Стефа казалась огромным букетом, в цветах тонули панна Рита, графиня Мелания, графиня Виземберг, даже Люция и молоденькие княжны Подгорецкие. Зал казался цветущим садом; все дамы, румяные, разгоряченные, с блестящими глазами, были цветами в нем.
В запале все объяснялись с помощью цветов. Упоительный их запах, очарование реяли в воздухе, оплетая танцующих. Вальдемар отрезвел первым и закончил котильон лихой фигурой из мазурки.
Измученные дамы искали спасения в будуарах. Лакеи разносили прохладительные напитки. Стефа, княжны и Люция выбежали в коридор, сложили на балюстраду охапки цветов и стали прохаживаться. На лестницу взбежал лакей, неся огромный букет роз, гвоздик и орхидей, перевитый перистой ветвью папоротника. Он исчез в дверях зала.
— Интересно, для кого это? — шепнула Люция. — Наверняка Барской от Занецкого.
К ним подошло несколько мужчин. Молодой человек в монокле вновь отпускал Стефе комплименты. Она нетерпеливо забрала цветы и поспешила укрыться в будуаре. Девушки пошли следом за ней.
В проходе, у портьер, они встретили Вальдемара.
Он шел, неся букет, который они только что видели в руках лакея. Блеск радости зажегся у него в глазах. Он разделил букет, половину цветов вручил Стефе, а другими осыпал ее, словно на карнавале. И сказал, понизив голос:
— Это — сверх программы. Цветы оказывают вам почет от моего имени.
Розы с бархатистыми лепестками повисли на платье, упали на шею и плечи девушки, к ее ногам. Одна гвоздика оказалась в волосах.
Вальдемар исчез за портьерой, прежде чем изумленная Стефа успела его поблагодарить. Обе княжны с веселыми криками бросились поднимать цветы и вновь осыпать ими Стефу. Она, опомнившись, хватала их и бросала в них. Все веселились, как дети. Только Люция стояла, словно окаменев, неотрывно глядя на смеющуюся тройку.
— Вот так? Даже так? — шептала она.
Пани Идалия, даже не зная еще о сцене с букетом, начинала сердиться — из-за поистине триумфального успеха Стефы. Аристократическая молодежь наперебой рвалась танцевать со Стефой, она была постоянно окружена кольцом поклонников. От пани Идалии не укрылось, что майорат чересчур часто и крайне настойчиво приглашал Стефу на танец. Но больше всего огорчало баронессу, что Вальдемар не замечал графиню Меланию.
После котильона в боковом будуаре баронессу атаковали с двух сторон весьма расстроенные граф Барский и графиня Чвилецкая и с ходу перешли в наступление. Начал граф:
— Баронесса, вы поступили против правил, введя в наш круг эту Рудецкую. Это почти что скандал! Зa ressemble un peu mal!
type="note" l:href="#FbAutId_68">[68]
Тон графа поразил пани Идалию. Она терпеть не могла, когда ей вот так делали замечания. Свысока глянув на графа, она сухо ответила:
— Никакого скандала я тут не вижу, в зале найдется много паненок, стоящих на общественной лестнице еще ниже, чем Рудецкая. Как компаньонка моей дочери, она имеет право на некоторые знаки внимания.
Барский высокомерно задрал голову:
— Не стану перечить. Знаки внимания? Почему бы и нет? Но исключительно от вас и вашей дочери. А я вижу вокруг панны Рудецкой форменную толпу нашей молодежи. Это уж слишком.
— Все зависело от ее красоты и манеры держаться, — отпарировала пани Идалия.
— Идалька, не нужно ее защищать! — подключилась графиня Чвилецкая. — Брать ее на бал было с твоей стороны величайшей ошибкой.
Пани Эльзоновская разгневалась:
— Не могла же я оставить ее в отеле! Ваши претензии, дорогие мои, кажутся мне чуточку странными.
Разозлилась и графиня:
— Ты с самого начала поступила неосторожно, пригласив ее в Слодковцы. Для места, где постоянно бывает майорат, она чересчур красива.
Барский беспокойно встрепенулся и смерил графиню злым взглядом:
— Permettez, comtesse!
type="note" l:href="#FbAutId_69">[69]
Здесь я вынужден встать на защиту майората. Эта панна не может иметь столь сильного влияния, чтобы торопиться заявлять об опасности. Она вовсе не затмевает… но вносит определенное беспокойство и деморализует молодежь. И поведение майората по отношению к ней можно объяснить легко: она красива, что правда, но… горничные тоже бывают красивы. Понимаете?
Толстые губы графини раздвинулись в понимающей улыбке, и она подмигнула с лукавым видом.
Внезапно на середину будуара вышла графиня Виземберг, до сих пор незамеченной стоявшая в дверях, и холодно сказала:
— Однако горничным мы не доверяем наших дочек, не вводим их в общество, не подаем им руки. Ваше сравнение, граф, по меньшей мере неуместно. Панна Рудецкая c'est une fille jeune, belle et trиs bien йlevйe
type="note" l:href="#FbAutId_70">[70]
. Она вас сердит, но нельзя ее унижать, особенно в присутствии дамы, которая вверила дочь ее опеке.
Графиня повернулась медленным движением и гордо покинула будуар, увлекая за собой шумную волну голубого платья.
Граф, злой и растерянный, грыз усы, а когда и пани Идалия вышла вслед за графиней Виземберг, прошипел:
— Истеричка!
Графиня Чвилецкая пожала плечами:
— Они все свихнулись на этой Рудецкой.
И они вернулись в салон.
Танцы продолжались до утра. Белая мазурка проплыла последней звучной волной, прогремела, разнесла уже чуточку сонное эхо веселья по утомленному залу и умолкла.
Перед подъездом стучали колеса экипажей, лакеи громко выкрикивали кареты.
Восходящее солнце приветствовало разъезжавшихся, говоря им: «Добрый день!»
Усталый пан Рудецкий, возвращавшийся домой на извозчике, печально понурил голову, полную тяжких дум.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Прокаженная - Мнишек Гелена



Это самый лучший роман. который я читала! Всем советую прочитать. Уверена вам понравится!!!!
Прокаженная - Мнишек ГеленаСакина
19.10.2010, 21.58





Далеко не лучший. Возможно, это погрешности перевода, но язык просто до жути хромает. На одном из сайтов про этот роман сказали, что он "лучше Остин, Бронте и Митчелл, вместе взятых". Мне стало интересно, что же это за монстр. Нудное повествование, растянутые и временами не нужные диалоги, достаточно примитивные описания природы. А еще сделан большой упор на мелодраматизм и выжимание скупой читательской слезы. Не знаю, возможно, кому-то понравится. Но лично для меня те же Бронте или Остин гораздо лучше, и даже никакие сравнения просто-напросто неуместны
Прокаженная - Мнишек ГеленаPrue Stevens
29.10.2010, 15.08





Роман не читала и читать боюсь, зато в детстве смотрела экранизацию. Ощущения остались жуткие. Роман тяжелый, героиня погибает, а герой - просто сердце разрывается как вспомню его переживания. В-общем, написано в традициях соцреализма и хэппиэнда нет. Кто увлекается, девочки, читайте не пожалете, но платков и успокоительного берите побольше.
Прокаженная - Мнишек ГеленаЕлена
6.02.2012, 21.05





Ааааа! Елена, ну зачем же вы рассказали, что главная героиня умирает:( Ну вот.
Прокаженная - Мнишек ГеленаИрина
5.05.2012, 15.22





я видела фильм по этому роману и полностью согласна с комментарием Елены роман чудесный такая сильная любовь между героями что дух захватывает но кто сопереживает с героями то ждите печаль и слезы я плакала когда смотрела этот шедевр такое не каждый может выдержать возможно читать будет легче хотя не уверена
Прокаженная - Мнишек Геленанаталия
5.05.2012, 15.35





Фильм не смотрела,а роман понравился и изложение тоже понравилось.Гл.герой так понравился,что даже продолжение про него прочитала. И не разочаровал,остался верен своей любви.Так им всем,этим злыдням,что девочку погубили.Читая "Прокаженную" не реально удержаться от слез.Любовь г.героев описана красиво,чувственно и страстно.А что до каких-то недочетов,то это мелочи и несущественно.
Прокаженная - Мнишек Геленагандира
9.04.2013, 23.01





Роман конечно неплохой, правда написан как по мне немного тяжеловато. Удивил неожиданный конец. Но полностью согласна, что до Бронте и Митчелл далеко...
Прокаженная - Мнишек ГеленаОльга
16.05.2013, 15.08





Впервые роман прочитала в 1995 году. Сейчас год 2013,а эмоции те же,что много лет назад. Умеют сейчас так любить? У этого романа есть еще продолжение,жизнь майората после смерти Стефы,которая все таки закончиться хэппи эндом!
Прокаженная - Мнишек ГеленаБактыгуль
1.06.2013, 18.34





Была у меня такая книга ,взяли почитать и не вернули.вот ищу где купить.г.Омск.плакала сто раз перечитывала,хорошо ,что есть такая книга Г.Мнишек и такая любовь.
Прокаженная - Мнишек Геленаайман
16.06.2013, 23.07





Впервые прочитала роман где-то в году 1991, очень растроилась, узнав, каков конец.Потом книгу кому-то дала почитать и обратно не получила - прихватизировали ее.Недавно снова роман перечитала, опять вся испереживалась.В Интернете прочитала, что у автора романа случилась трагедия в момент написания романа, поэтому и конец она таким и сделала. Хотя, на мой взгляд, он нелогичен.Стефания, обладавшая твердым (но романтичным) характером, вдруг умирает от каких-то писем сомнительного содержания, когда рядом с ней мужчина, бросивший вызов родственникам-аристократам и всему обществу. Я сейчас решила так: дочитываю до главы, где проходит обручение, а дальше уже сама выдумываю конец.Для нервной системы этот выход самый оптимальный.
Прокаженная - Мнишек ГеленаElena
27.11.2013, 11.33





Мне честно нравится, так интересно разворачиваются события.
Прокаженная - Мнишек ГеленаИнара
8.03.2014, 11.57





Восторг от романа!И потрясение.
Прокаженная - Мнишек ГеленаЛидия
11.03.2014, 17.30





Восторг от романа!И потрясение.
Прокаженная - Мнишек ГеленаЛидия
11.03.2014, 17.30





Роман очень интересный и романтичный,но концовка очень тяжелая и нелогичная,дочитала его и честно говоря осталась в шоке....
Прокаженная - Мнишек ГеленаЕлена
22.06.2014, 23.24





может кто знает, где приобрести продолжение книги прокаженная? раз уж написано продолжение, то очень бы хотелось прочитать
Прокаженная - Мнишек Геленаюлия
15.07.2014, 21.48





Читала далеко не первый раз и опять рыдала. Не могла Стефа умереть, не могла! Слишком жестокий конец.
Прокаженная - Мнишек Геленаалька
17.09.2014, 20.19





Почему такой низкий рейтинг??? Да, роман не из легких, но это настоящее и во всех смыслах достойное произведение. Кому "скоротать вечерок" - проходите мимо.
Прокаженная - Мнишек Геленаren
24.09.2014, 23.12





Роман впервые прочитала еще в школе. Сначала плакала над концовкой, а потом... Продолжение называется "Майорат Михоровский", мне больше нравится, есть еще и "Паныч" но его не читала.
Прокаженная - Мнишек ГеленаЛиана
21.05.2016, 9.45





После тогой как я перечитала на этом сайте почти все, и давно искала то что может меня заинтересовать, этот роман очень порадовал! Эмоции после прочтения очень сильные! Не советую любителям легкого чтива. И просьба к читательницам не расскрывать сюжет в комментариях пишите только об ощущениях от прочтения, а так портите все впечатление как будто пришёл в кинотеатр на детектив и рядом "добрый" сосед рассказал кто убийца, уважайте других!
Прокаженная - Мнишек ГеленаКэтрин
28.05.2016, 7.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100