Читать онлайн Женщины Флетчера, автора - Миллер Линда Лаел, Раздел - ГЛАВА 33 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Женщины Флетчера - Миллер Линда Лаел бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.15 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Женщины Флетчера - Миллер Линда Лаел - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Женщины Флетчера - Миллер Линда Лаел - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Миллер Линда Лаел

Женщины Флетчера

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 33

Ухмылка, застывшая на лице Филда Холлистера, явно раздражала Гриффина. Он угрюмо захлопнул саквояж, взъерошил белокурые волосы таращившего на него глаза маленького пациента, и пробормотал:
– Ну ладно, в чем дело?
Филд взглянул на мальчугана, который лежал на подстилке в углу палатки, и улыбнулся еще шире.
– Не обращай внимания на доктора Флетчера, Лукас,– сказал он.– Он проспал занятия в школе, на которых учили, как вести себя у постели больного.
Лукас смутился, но слишком плохо себя чувствовал, чтобы пускаться в длинные объяснения.
– Он дал мне апельсин, – защищая доктора, сказал мальчик, протягивая Филду плод в качестве доказательства.– Вот.
– Я был не прав, – ответил Филд; между тем Гриффин, пройдя мимо него, вышел из палатки и неподвижно застыл под проливным дождем. Приятно было чувствовать, как потоки воды стекают по лицу, прилепляя ко лбу пряди волос и пропитывая рубашку.
Филд поговорил еще немного с мальчиком и присоединился к Гриффину. Священник больше не усмехался, черты его приняли грустное мученическое выражение.
– Инфлюэнца? – понизив голос, спросил он. Гриффин кивнул.
– Еще были случаи?
Гриффин запрокинул голову, на миг полностью подставив лицо дождю. Его прохладные струи немного ослабили ощущение смертельной усталости, хотя и не прекратили бесконечную, томительную душевную боль.
– Два, – тихо сказал он.
Филд схватил его за руку и потащил в сторону большого шатра в центре поселка, где располагалась столовая.
– До сегодняшнего дня,– прошептал он сквозь зубы, когда они сели за один из деревянных столов и стали пить отвратительный кофе, приготовленный Чангом,– я готов был поклясться, что у тебя достаточно здравого смысла, чтобы не стоять под проливным дождем.
Гриффин попытался изобразить улыбку, но у него получилась лишь гримаса.
– Успокойся, Филд. Врачи не болеют.
Дождь барабанил по туго натянутой парусиновой крыше шатра.
– А ты можешь заболеть, Гриффин, у тебя ужасный вид – когда ты в последний раз спал?
Гриффин отхлебнул кофе, раздраженно выругался и протянул руку к глиняному кувшину со сливками, добрая порция которых окрасила мерзкое пойло в светло-бежевый цвет и немного притупила его горький вкус.
– Я не сплю, Филд. Это пустая трата времени.
– Ты намерен оставаться на ногах, пока не свалишься? – резко спросил Филд, так энергично помешивая кофе, что ложка то и дело ударялась о стенки эмалированной кружки.
Гриффин хмуро взглянул в сердитые голубые глаза друга:
– Последний раз я свалился, друг мой, когда ты и твои сообщники обработали меня хлороформом. Хотя у нас не было возможности обсудить это, должен сказать, что я это не одобряю.
Взгляд Филда оставался прямым и вызывающим.
– Я и не рассчитывал на твое одобрение, – отозвался он. – И меня это совсем не волнует. Ты думаешь, существует опасность эпидемии?
Кофе свернулся комочками на языке Гриффина, и он с трудом сдержал острое желание выплюнуть его на посыпанный опилками пол. Он устало пожал ноющими плечами:
– Возможно. Здесь идеальные условия для распространения любой заразы – удивительно, что тут еще не появился ни тиф, ни холера.
Священник чуть побледнел:
– Надо что-то делать! Гриффин снова пожал плечами:
– Скажи это Джонасу, друг, мой. Эти мокрые палатки и открытые сточные канавы относятся к его компетенции, а не к моей.
Выведенный из себя, Филд с усилием сделал несколько глотков кофе.
– Возможно, но это твои пациенты, Гриффин.
– Надеюсь, ты на самом деле не думаешь, будто я забыл об этом? – спокойно осведомился Гриффин. – Кстати, чего это ты так ухмылялся, когда мы были в палатке у Лукаса?
– Из-за Рэйчел, – ответил Филд, и его глаза снова засветились улыбкой, хотя на этот раз она выглядела немного потускневшей.
Упоминание ее имени кольнуло Гриффина мучительной болью, в его голосе появилась хриплая нотка:
– Что с ней?
– Не могу поверить – неужели ты еще не слышал об этом?
Гриффин окатил друга гневным взглядом.
– Что с ней? – прорычал он. Филд расхохотался:
– Она здорово осадила Джонаса, Гриффин,– с некоторой помощью со стороны Мэми и ее «устричного ружья».
Гриффин был весь внимание:
– Что?!
– Она закрыла «Заведение Бекки», Гриффин. Завтра там открывается «Пансион Маккиннон».
Гриффин нетерпеливо отмахнулся от сообщенных ему новостей:
– Бог с ним, с пансионом – что там насчет Джонаса, Мэми и ружья?
Филд улыбнулся, теперь уже от всей души.
– Если верить рассказу Мэми, Джонас ворвался в салун и, рыча, как лев, потребовал, чтобы Рэйчел собрала вещи и уехала с ним. – Он умолк и поднял вверх обе руки, увидев ярость на лице Гриффина.– Нет, дай мне закончить. Рэйчел не слишком вежливо отказалась, и они поспорили. Гриффин, видно для Джонаса это была последняя капля – он отшлепал ее.
Хотя мысль о том, что Джонас посмел коснуться Рэйчел, пробудила в Гриффине самые кровожадные инстинкты, он поневоле ухмыльнулся картине, возникшей в его воображении.
– А я считал, что он вообще не способен на хорошие поступки.
Сжимая в ладонях пустую кружку из-под кофе, Филд засмеялся:
– Подожди, это еще не все. Мэми вытащила дробовик, который, по ее словам, она хранит на случай, если в наших местах когда-нибудь появятся устрицы, и нацелила его в голову Джонаса. После чего он и счел за лучшее отпустить буквально кипевшую от злости Рэйчел. Но, видимо, Мэми показалось, что он недостаточно быстро очистил помещение,– она сделала предупреждающий выстрел и попала в зеркало, которое для Бекки доставили пароходом из Сан-Франциско.
– Черт,– пробормотал Гриффин, от усталости не в силах засмеяться. Он испытующе посмотрел в лицо Филда, которое слишком хорошо знал, и заметил скрывающееся за ухмылкой серьезное выражение. – Ты что-то не досказываешь?
– У Мэми сложилось впечатление, что Джонас собирался убить кое-кого в том случае, если Рэйчел в течение двадцати четырех часов не появится у него на пороге.
Гриффин так стремительно вскочил на ноги, что скамейка, на которой он сидел, упала на посыпанный опилками пол.
– Проклятый сукин сын, я ему... Филд решительно замотал головой:
– Сядь, Гриффин. Немедленно.
– Этот...
– Послушай меня! Джонас пошел на попятную и, по-моему, тебе не мешает сделать то же самое. Если ты не полезешь в драку, вполне возможно, что и он угомонится.
Гриффин едва слышал уговоры друга. Он был слишком занят мыслями о том, каким идиотом оказался, поверив словам Рэйчел насчет того, что она не любит его. Дважды ее тело убедительно доказывало ему совершенно обратное. Он вцепился обеими руками в край стола и выругался. Молли оказалась права: Рэйчел пыталась защитить его. И у него возникло подозрение, что Рэйчел готова даже пойти к Джонасу, если требуется это ради спасения его, Гриффина, шкуры.
– Говоришь, Джонас дал задний ход. С чего бы это? Филд нахмурился:
– Кто знает? С моей точки зрения, он пожалел о том, что показал себя в своем истинном виде.
Внезапно Гриффин сорвался с места и вылетел из шатра, оставив друга, недопитый кофе и перевернутую скамейку. Снаружи лил дождь, словно вознамерившийся очистить землю от таких мерзостей, как палаточный городок. Без пиджака, не заботясь о том, как он выглядит, Гриффин бежал, пока не оказался у запертых дверей дома Бекки. Промокший до костей, запыхавшийся, он поднял кулаки и принялся колотить по дверям. Наконец одна из них отворилась.
На пороге, вскинув подбородок и широко открыв фиалковые глаза, стояла Рэйчел.
– Ты солгала! – торжествующе произнес он. – Ты думала, Джонас убьет меня, если ты выйдешь за меня, и солгала!
Ее нижняя губа задрожала.
– Я все еще считаю, что он сделает это, Гриффин Флетчер. И ничто на свете не заставит меня рисковать.
Он осторожно протянул руки и положил их ей на плечи:
– В твоих рассуждениях есть одна ошибка, русалочка. Я могу справиться с Джонасом.
По щеке Рэйчел медленно скатилась слеза, и девушка покачала головой:
– Нет. Джонас не честный человек, не такой, как ты, Гриффин. Он нападет на тебя исподтишка, неожиданно – как тогда в Сиэтле, в саду О'Рили.
– Ну ладно, – сдался Гриффин. – Вполне возможно. Он обычно обделывает дела именно таким образом. Но я знаю одно: я лучше рискну, чем буду жить без тебя.
Рэйчел прижала к его руке мокрое от слез лицо:
– Я люблю тебя, Гриффин. Но не выйду за тебя замуж, пока не буду уверена, что не стану вдовой, как это случилось с Молли Брэйди.
В этот момент Гриффин был готов согласиться на что угодно. Он вздохнул:
– Я должен возвращаться к моим больным. Не могла бы ты оказать мне одну услугу?
Рэйчел неуверенно улыбнулся:
– Какую?
– Перестань волноваться о том, что со мной может сделать Джонас. Все будет хорошо.
Похоже, он не слишком убедил ее, но Гриффина это не беспокоило. Она любила его, и сейчас это было единственное, что имело значение. Он наклонился, поцеловал ее и собрался уходить.
Рэйчел схватила его за руку:
– Гриффин!
– Что? – спросил он, резко повернувшись и успев заметить в ее глазах странное выражение, которое тут же пропало.
На нежно очерченных скулах Рэйчел выступили пунцовые пятна, и она отвела глаза:
– Н-ничего, просто... Не мог бы ты прийти сегодня поужинать со мной? Молли Брэйди и Билли приведи тоже.
Нечто загадочное, изначальное шевельнулось в душе Гриффина. Он понимал только, что это ощущение совершенно не связано со столь обыденным событием, как ужин. Что означала эта странная, дрожащая тень в ее глазах?
– Рэйчел...
Но она уже исчезла, захлопнув за собой дверь салуна.
– В семь часов! – крикнула она, и в ее голосе, донесшемся сквозь дверь, было какое-то истерическое веселье.
Гриффин медленно побрел в сторону палаточного городка, не замечая ни дождя, ни пробирающихся сквозь вязкую грязь фургонов, ни красивой женщины с серебристыми волосами, наблюдающей за ним с веранды дома судьи Шеридана.


Афина предпочла бы остаться у Джонаса, как предыдущей ночью, но не посмела. Если до Гриффина долетят слухи, что она ночевала под крышей этого дома, ей придется навсегда распрощаться со всякой надеждой вновь завоевать его. Она вздохнула и поднесла к губам фарфоровую чашку с золотым ободком из сервиза Кловис, наблюдая за идущим под дождем Гриффином. «Я люблю тебя»,– воззвала она ему вслед в немом отчаянии.
Но едва Афина твердо решила, что сейчас бросится бежать за ним, будто уличная девка, как на крыльце возникла Кловис. И, как всегда, она оказалась слишком наблюдательной.
– Честное слово, я не понимаю, что ты нашла в этом грубом, угрюмом молодом человеке, Афина, – пропищала она, и в ее глазах мелькнуло нечто вроде личной ненависти к нему.– Да если бы ты видела, как он расстроил чудесную свадьбу мистера Уилкса и как ужасно он вел себя в церкви...
Интерес Афины рос. Она слышала проклятья Джонаса по поводу прерванной свадебной церемонии, но эпизод в церкви – это было что-то новое.
– Что случилось – я имею в виду, в церкви? Воспоминание заставило Кловис содрогнуться.
– Естественно, мы все были возмущены тем, что Филд Холлистер выбрал себе в жены эту индианку – ты знаешь, как он разбил надежды моей Руби,– и я лично решила высказать ему все, что думаю. И, представь себе, Гриффин Флетчер явился в церковь – как будто он когда-нибудь ходил туда по собственной воле,– с мешком камней в руках. Сунул мне в руки один из этих булыжников и сказал: «Кловис, бросьте первый камень».
Афина притворилась, будто кашляет, чтобы прикрыть рот рукой.
Кловис, вырастившую четырех дочерей, этот жест не обманул:
– Смейся на здоровье, но хотела бы я знать, есть ли в этом городе более бесстыдный грешник, чем Гриффин Флетчер!
– Грешник? – выговорила, судорожно сглотнув, Афина. – Гриффин?
Кловис энергично закивала:
– Он ухаживал за одной из этих женщин из палаточного городка, Афина. А она, ко всему прочему, еще и дочь Бекки Маккиннон!
«Он за ней больше чем ухаживал», – подумала Афина, и в этот момент ей вдруг расхотелось улыбаться. Она почти потеряла терпение:
– Ах, Кловис, не будьте такой занудой! Вы сердитесь потому, что он не женился на одной из ваших дочерей!
Кловис залилась краской и прошипела:
– Афина, то, что ты сказала,– это верх невежливости! Неужели так разговаривают воспитанные дамы во Франции?
Афина напомнила себе, что в Провиденсе нет гостиниц, и смягчила тон, пытаясь умилостивить свою хозяйку.
– Нет,– сказала она.– Воспитанные дамы так нигде не разговаривают. Извините.
Довольная, Кловис похлопала ее по руке:
– Ничего страшного, дорогая. Ничего страшного. А если ты хочешь привлечь внимание Гриффина Флетчера, есть только один способ. Мы устроим вечеринку!
Эта перспектива не обнадежила Афину.
– Гриффин ненавидит вечеринки,– с сожалением произнесла она. «И вообще, его вряд ли удалось бы вытащить из этих ободранных палаток»,– добавила она про себя.
Кловис передернула плечами, и в ее глазах снова мелькнуло недовольство.
– Он не побывал ни на одной из моих вечеринок! – признала она. Но тут ее лицо просияло, и она прощебетала: – Тебе надо заболеть!
Полные губы Афины изогнулись в улыбке. Единственное, против чего Гриффин не сможет устоять – это болезнь.
– Я и вправду себя неважно чувствую, – заметила она.
Через полчаса Афина уже лежала в постели в комнате для гостей, куда ее отвела Кловис, и действительно выглядела очень больной.


Ворча, Гриффин вытащил часы из жилетного кармана и недовольно взглянул на них. Уже почти шесть тридцать, а у него даже не было возможности сообщить Молли о том, что Рэйчел пригласила их к ужину. Он расправил плечи. Что ж, он посмотрит, что там случилось у Шериданов, потом пойдет домой и переоденется. Если повезет, еще до семи он сможет быть у Рэйчел.
Дождь, который еще недавно взбадривал его, теперь вызывал лишь раздражение. Гриффин шагал сквозь него, думая, какая из дочерей Шериданов на этот раз объелась до потери сознания. К тому моменту, когда он постучал в парадную дверь дома судьи Шеридана, его настроение испортилось окончательно.
– В чем дело? – резко спросил он, когда Кловис впустила его.
Ее подбородок слегка затрясся, и Гриффин не без иронии заметил, что она не простила ему ни его последнего визита в их дом во время «свадьбы» Джонаса, ни того спектакля с булыжниками, который он устроил после того, как Филд объявил о своей женитьбе.
– У нашей гостьи,– поджав губы, произнесла она,– какое-то недомогание.
Гриффин потер глаза указательным и большим пальцем левой руки и вздохнул.
– Ведите меня к ней, Кловис. Я не могу быть здесь весь вечер.
Жена судьи посмотрела на него исподлобья и указала в сторону лестницы:
– В комнате для гостей, доктор Флетчер,– где лежала моя Руби, когда Его чести пришлось побеспокоить вас той ночью.
Гриффин вспомнил о «той ночи» и, поднимаясь по ступенькам, с трудом сдержал улыбку. В ту зимнюю снежную ночь поднялась невообразимая суматоха: Кловис и судья вытащили его из постели в несусветный даже для сельского врача час, убежденные, что их тридцатидвухлетняя «девочка» погибает ужасной смертью. На самом деле, как обнаружил Гриффин, Руби в одиночку прикончила два пирога с сушеными яблоками и нуждалась лишь в небольшой нотации и порции слабительного.
Все еще улыбаясь, он постучал в дверь спальни на втором этаже.
– Войдите, доктор,– произнес робкий голос, тревожно знакомый.
Гриффин подчинился и остолбенел на пороге, увидев Афину, искоса глядящую на него из-за края голубого атласного покрывала. Блеск ее огромных синих глаз был явно здоровым, и в комнате абсолютно отсутствовал тот едва уловимый запах, который сопровождает настоящих больных.
– Ты,– бесстрастно произнес он. Афина захлопала густыми ресницами.
– Я действительно больна, Гриффин,– попыталась настаивать она с ноткой капризного раздражения в голосе.
Расслабившись, Гриффин шагнул в комнату, положил медицинскую сумку на комод и скрестил руки на груди.
– Несомненно,– согласился он, не делая попытки подойти к кровати.
Нижняя губка Афины задрожала, в полном противоречии с коварным блеском в глазах.
– Ты не веришь мне! – с упреком сказала она. Гриффин подумал о троих мальчиках в палаточном городке, которым он может потребоваться в любую минуту, и о Рэйчел, ожидающей его, чтобы провести вместе хотя бы один спокойный, нормальный вечер. Его наполнила холодная, тяжелая злость.
– Конечно, я не верю тебе, Афина. Что тебе на самом деле надо?
Она села на постели, и покрывало с шуршанием соскользнуло вниз, обнажая розовато-белые плечи и ложбинку меж грудей.
– Ладно, мне следовало знать, что я не смогу обмануть тебя. Но ты такой упрямый, Гриффин Флетчер, что я, честное слово, не знала, как мне оказаться с тобой наедине хоть на минуту, если я не притворюсь, будто умираю от какого-то недуга.
Гриффин машинально вытащил часы, проверил время. Пятнадцать минут – Рэйчел ожидает его через пятнадцать минут.
– Не могу понять, что тебе от меня надо, Афина. Если память не изменяет мне, я всегда был последним, о ком ты думала.
Афина закрыла глаза, и на мгновенье выражение ее лица стало естественным. Кровь отлила у нее от щек, губы растянулись, открыв ряд ровных белых зубов.
– О, Гриффин, я была дурой, я знаю. Пожалуйста, прости меня!
Гриффин вздохнул:
– Сейчас речь идет уже не о прощении, Афина. Впрочем, возможно, дело и раньше было не в этом. Я просто ничего к тебе не чувствую.
Синие глаза распахнулись, сверкающие и яростные в полумраке комнаты. Дождь потоками бежал по стеклам, стучал по крыше.
– Из-за Рэйчел Маккиннон!
Он снова взял в руку сумку, собираясь уходить.
Афина, ты сделала свой выбор. Ты выбрала Джонаса. И это произошло задолго до того, как я узнал о самом существовании Рэйчел.
Спокойный, ровный тон Гриффина отнюдь не умиротворил Афину.
– Мне не нужен был Джонас! – завопила она в дикой ярости.– Мне нужен был ты, мне нужен был муж, а не какой-то идиот-филантроп, который отказался от лесной империи ради того, чтобы нянчится с ордой ничтожных людишек!
Безразличие, которое ощущал Гриффин, удивило даже его самого. В ту ночь, когда, вернувшись из Сан-Франциско и еще на пристани услышав сплетни, ворвался в дом Джонаса и обнаружил Афину, развлекавшуюся в чужой постели, Гриффин так рассвирепел, что способен был на убийство. Теперь воспоминание об этом не вызывало в нем никаких чувств – даже презрения.
Он хрипло расхохотался; он смеялся над Афиной, над Джонасом, над собой.
– Ты мстила мне за отказ от щедрого предложения отца, верно? Ты прыгнула в постель к Джонасу, потому что я не бросил медицину ради того, чтобы валить лес и проматывать прибыли, раскатывая с тобой по всей Европе.
Афина откинула покрывало, готовая забиться в истерике от бешенства.
– Дурак! – завизжала она. – Ты мог стать богатым!
Гриффин обвел взглядом трепещущее, роскошное тело Афины, но ее нагота не возбудила его. Единственное, что он ощутил,– это патологическую скуку.
Он снова рассмеялся.
– Прощай, Афина,– сказал он. Затем повернулся и вышел.
Что-то ударилось о дверной косяк и упало на пол водопадом звенящих осколков. Продолжая смеяться, Гриффин выскочил из дома под дождь.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Женщины Флетчера - Миллер Линда Лаел



мне очень понравился роман, перечитала уже два раза))).
Женщины Флетчера - Миллер Линда ЛаелВика
15.08.2014, 20.21





Роман понравился... Кстати, больше понравился злодей-Джонас. Если бы он не нашёл героиню в Сиетле после её отъезда, то, её бы увезли и продали в рабство. А вот положительный герой как-то не вдохновил... Лишил девственности и отправил с чемоданами на корабль. Как-то не по-джентльменски это. И эта месть и чувства к бывшей.
Женщины Флетчера - Миллер Линда ЛаелМарина
4.12.2014, 18.40








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100