Читать онлайн Мой разбойник, автора - Миллер Линда Лаел, Раздел - ГЛАВА 16 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мой разбойник - Миллер Линда Лаел бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.94 (Голосов: 18)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мой разбойник - Миллер Линда Лаел - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мой разбойник - Миллер Линда Лаел - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Миллер Линда Лаел

Мой разбойник

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 16

В три пятнадцать ночи Дэн Феррис отпустил Франсин и Джулиана, так и не услышав от них ничего вразумительного.
– Вам известно имя жертвы, мисс Стефенс, – снова и снова допытывался Феррис. – Вы назвали его Дерби Элдер.
– Я была в шоке, – упорно отговаривалась Франсин. – Я не знаю, почему я так сказала. Я понятия не имею, кто этот человек.
В конце концов, им запретили покидать Редемпшн без разрешения шерифа и на полицейской машине доставили обратно в особняк Бэрроу.
Джулиан снова принял душ, переоделся и спустился в кухню, где Франсин готовила кофе.
– Я подумала, что мы все равно не сможем уснуть, – улыбнулась она.
– Наверное, вы правы. – Джулиан вздохнул и провел рукой по влажным волосам. – Но я полагал, что вы здесь не останетесь.
Франсин прислонилась спиной к стойке и, слегка наклонив набок голову, пристально посмотрела на него.
– Насколько я понимаю, вы бывший приятель Кейли, – сделала вывод Франсин.
Эти слова уязвили Джулиана, хотя он и не подал вида.
– Вы правильно понимаете, – ответил он холодно. – И в этом ваше преимущество, поскольку я даже не догадываюсь, кто вы. Хотя мы столько часов провели вместе в офисе шерифа.
– Мы с Кейли подруги.
– Замечательно, – Джулиан резким движением открыл шкаф и достал из него две чашки. – Может, вы объясните мне, что здесь происходит.
– Вы видели ее, не так ли?
Джулиан обескураженно опустил голову, готовый заплакать, как несколько лет назад, когда он, начинающий хирург, потерял первого пациента. Это была девятилетняя девочка по имени Мэнди.
– Все в порядке, – попыталась успокоить его Франсин, положив ему на спину руку.
Он поднял голову и заглянул ей в глаза.
– Вы так считаете? Я видел, как стреляли в вашего Дерби Элдера по другую сторону зеркала. И Кейли тоже была там. Она пыталась спасти его.
– Сядьте, – мягко сказала Франсин, указывая на стол и два раскладных стула походного типа, стоявшие посреди кухни.
Джулиан сел, главным образом потому, что слишком устал, чтобы стоять.
– Я снова спрашиваю вас, мисс Стефенс, что вам известно обо всем этом? – допытывался он.
Франсин налила в чашки кофе и поставила их на стол.
– Я могу ответить на некоторые ваши вопросы, – она печально улыбнулась.
– Почему вы улыбаетесь? – не слишком любезно воскликнул Джулиан. – Нас с вами могут обвинить в преступлении.
– Я просто подумала, что у Кейли странный вкус в отношении мебели, – спокойно ответила Франсин. – Она, наверное, приобрела эти вещи в скобяном магазине. Нас ни в чем не могут обвинить. Если бы шериф мог нас арестовать, он бы уже сделал это. У него нет против нас никаких улик, оружие не найдено, не говоря уже о мотивах преступления. Завтра приедут эксперты из Лас-Вегаса, и они тоже не найдут в доме ни пороха, ни каких других следов, которые указывали бы на наше участие в преступлении.
Джулиан отхлебнул кофе. Он был чертовски крепкий.
– Вы насмотрелись детективов, – пессимистично вздохнул Друри.
– Да, – засмеялась Франсин, – но я права. Поживем – увидим.
– Расскажите мне, что вам известно, – настаивал Джулиан.
– Зеркало в бальном зале, по-видимому, является окном в девятнадцатый век, – и Франсин рассказала все, что знала.
Закончив рассказ, она подвела Джулиана к сундуку, который он уже видел раньше, чтобы показать ему фотографии и газетные вырезки. Джулиан потер руками глаза, не веря тому, что видел. Перед ним лежал снимок Кейли в свадебном платье, стоящей рядом с мужчиной, которого несколько часов назад, едва дышавшего, отправили в госпиталь Лас-Вегаса. Но при всем этом, они оба знали, что Дерби Элдер, муж Кейли, был давно мертв. Джулиан не мог заставить себя прочесть истлевшие, рассыпавшиеся в руках газетные вырезки. Ему было слишком больно осознавать, что Кейли так сильно любила кого-то. Она стояла у него перед глазами, такая, какой он видел ее в последний раз, когда она пыталась прорваться сквозь зеркало. В ее глазах застыло безмерное горе, и это разбивало Джулиану сердце.
Он подошел к камину, провел рукой по холодной скульптуре.
– Это все-таки ее работа, – прошептал он.
Франсин встала рядом с ним:
– Да.
– Мы можем как-нибудь помочь ей?
– Я действительно не знаю, – вздохнула Франсин.
В тот же день Кейли вернулась в город, невзирая на протесты Мануэлы и Бетси. Не было такой силы, которая могла остановить ее.
Пабло с гордым видом сопровождал хозяйку. Внимательным взглядом красивых темных глаз он настороженно оглядывал окрестность, его уши чутко ловили каждый звук. Пабло был настоящим маленьким защитником Кейли, увидев которого, ни к кому не закралось бы сомнение в его преданности хозяйке. Он умер бы за нее, если бы понадобилось.
Кейли застала Уилла и Саймона в канцелярии префекта. Пабло остался на улице с лошадьми. При появлении Кейли оживленная беседа мужчин сразу же оборвалась, они посмотрели на нее удивленно и с некоторым недовольством, во всяком случае, Саймон.
– Что ты здесь делаешь, Кейли? – спросил он.
– Я приехала сказать, что бессмысленно искать Дерби. Вы его никогда не найдете.
Уилл взял ее за руку и подвел к креслу.
– Если ты знаешь, где Дерби, – сказал он нежным голосом, – ты должна сказать нам. Он ранен и ему нужна помощь. Никто не собирается призывать его к ответу за убийство Дюка Шинглера, если он этого боится. Все знают, что он сделал это в целях самозащиты.
Кейли на мгновение закрыла глаза.
– Я не знаю, где Дерби, – чуть слышно произнесла она.
– Но почему ты утверждаешь, что его бесполезно искать– настаивал Саймон– Почему ты так уверена в этом, если не знаешь, где он?
– Он… – Кейли помолчала немного. – Он мертв.
Она читала об этом в газетных вырезках, но не предполагала, что все произойдет именно так, что Дерби исчезнет в зеркале. Господи, может, он лежал в луже крови на полу бального зала в доме ее бабушки? Сколько времени пройдет, пока его найдут?
Саймон налил из графина воды в кружку и подал ее Кейли. Она взяла кружку трясущимися руками и сделала несколько маленьких глотков, пока не почувствовала себя лучше.
– Кейли, мы должны найти Дерби, – начал Уилл. – Может, он действительно тяжело ранен и боится попросить помощи. С ним всегда обходились как с разбойником, и он привык думать...
– Нет, – оборвала его Кейли, и ее глаза наполнились слезами. – Вам хочется верить, что он жив – я не виню вас за это, потому что мне тоже хочется, но я знаю, что Дерби мертв. Я знаю это!
В ее сознании снова возникла та страшная сцена. Она видела, как Дерби пошатнулся, запрокинулся назад, смертельно раненный, и упал в это кривое жидкое стекло, которое тут же засосало его. Все это произошло за считанные секунды, но в воспоминаниях Кейли они растягивались до бесконечности, память снова и снова рисовала ей все ужасные подробности происшедшего. Ей казалось, что она не забудет этого до конца жизни.
– Почему ты так уверена, что Дерби мертв? – снова спросил Саймон тихим голосом.
Логичный вопрос. Он будет хорошим префектом, если не погибнет раньше времени.
Кейли не отвечала. Давясь слезами, она опустилась в кресло.
– Оставь ее в покое, – вступился за нее Уилл. – Ты видишь, в каком она состоянии?!
Саймон игнорировал замечание брата.
– Зачем ты вернулась в город, Кейли? Ты ведь не уверена, что Дерби умер, не так ли? – Голос Саймона оставался мягким.
– Я сказал, оставь ее в покое, – повторил Уилл. Он не повышал голоса, но его слова прозвучали резко и категорично.
– Со мной все в порядке, – промолвила Кейли. – Я приехала в Редемпшн, Саймон, потому что надеялась, что не права. Я надеялась, что моего мужа уже нашли.
Саймон отступил назад, не подав Кейли руки, когда она поднималась с кресла, очевидно, понимая, что, если он попытается помочь ей, она оттолкнет его руку. Она не хотела зависеть от кого бы то ни было, кроме Дерби, но особенно не хотела быть чем-то обязанной своему деверю, человеку, которого судьба избрала для нее будущим мужем.
– Спасибо, – тихо произнесла Кейли и вышла из офиса.
Пабло шел за ней по пятам по грязной центральной улице города в сторону салуна «Голубая подвязка». Недолго колеблясь у дверей, Кейли вошла в салун. Новый владелец, который должен был со дня на день приехать с восточного побережья, застал бы свое заведение в состоянии полного хаоса. Все женщины съезжали, включая и Орэли. Салун был заставлен сундуками, ящиками, коробками из-под шляпок, кругом царила неописуемая суматоха.
На том месте, где лежал Дюк Шинглер, осталась горсть окровавленных опилок, но внимание Кейли было приковано к зеркалу, точнее к тому, что от него осталось.
Кейли видела в нем свое собственое искаженное отражение, скорее похожее на неправильно сложенную мозаику, но не было никаких признаков другого мира, мира, находящегося по ту сторону стекла. Возможно, переход между девятнадцатым веком и двадцатым закрылся навсегда, и не было дороги назад.
Кейли вскинула голову. Ей нельзя было оставлять надежду; она должна думать о ребенке.
– Поедем домой, миссис Элдер, – тихо попросил Пабло, беря ее за руку, – пожалуйста. Может быть, мистер Элдер уже там, ждет вас.
Кейли так вовсе не считала, но и не было причин оставаться в этой страшной комнате, где запахи пороха и крови смешались с запахами пота и опилок, дешевых сигар и виски. Воспоминания о случившемся были слишком живыми, они возникали в сознании Кейли вновь и вновь, не отпуская ее ни на секунду, пока они с Пабло не вышли на свежий воздух.
Пабло побежал за лошадью на другую сторону улицы. Саймон и Уилл последовали за повозкой Кейли, держась от нее на почтительном расстоянии. Это утешало и в то же время раздражало Кейли.
За время их отсутствия Дерби не вернулся на ранчо. Кейли не смела даже мечтать о его возвращении. И все же она осмотрела дом, каждую комнату, и у нее больно заныло сердце.
В эту ночь Кейли не сомкнула глаз, она не могла спать, одолеваемая сомнениями, она молилась за Дерби. Если он жив, пусть он будет в безопасности, а если мертв, пусть его душа покоится с миром. Кейли до рассвета просидела на стуле, прижав к груди одну из рубашек Дерби, слишком подавленная горем, чтобы плакать, совсем обессилевшая от безысходности, чтобы двинуться с места.
Наконец, она надела прозрачное платье, которое так нравилось Дерби, послала Пабло приготовить для нее кабриолет и снова отправилась в Редемпшн. «Голубая подвязка» оказалась наглухо заперта; Кейли взяла ключ у нотариуса Джека Райерсона и вошла в салун. Она остановилась посреди большого зала, машинально перебирая пальцами струны арфы, смотрела в разбитое стекло и ждала.
Ничего не происходило, не считая того, что на какую-то долю секунды она снова почувствовала себя бесплотной, словно состояла из тумана и могла рассеяться в ничто под теплыми лучами солнца. Но ей было безразлично, исчезнет она или нет; она желала только одного – быть с Дерби. А это, вероятнее всего, было невозможно.
Пабло ждал Кейли в кабриолете. Когда она, наконец, вышла из салуна, он взял вожжи и, не говоря ни слова, развернул лошадь в сторону ранчо. До исчезновения Дерби он был совсем ребенком, а эта трагедия раньше времени сделала его мужчиной.
Дерби понял, что произошло, еще до того, как открыл глаза. Он вспомнил, как Орэли спустилась по мокрой крыше «Голубой подвязки», бросилась к нему навстречу и срывающимся от волнения голосом сообщила, что Дюк Шинглер силой удерживал Кейли в салуне и хотел убить ее и всех остальных. Помощь Уилла была бы очень кстати, у него был меткий глаз и крепкие кулаки, но он уже ускакал домой, к Бетси и детям.
Дерби вспомнил, как вошел в салун через черный ход, как Шинглер швырнул Кейли на пол, потом были выстрелы и безумная боль, когда пуля пронзила его грудь и повалила его на спину. Еще он помнил, как падал сквозь стекло, и это было последним воспоминанием, потом темная пелена застлала глаза и осталась одна только боль.
– Эй, – услышал он негромкий женский голос. – Вы проснулись?
Дерби не без труда открыл глаза и увидел склонившееся над ним симпатичное женское лицо.
– Где Кейли? – прошептал он.
– Ее здесь нет. Меня зовут Франсин. – Дерби охватил страх, гораздо более сильный, чем страх смерти.
– Где я?
– В клинике Лас-Вегаса, – ответила женщина. – Вы здесь уже пять дней.
– Я должен вернуться к ней, – заявил он, стараясь говорить медленно и осторожно, экономя силы на то, чтобы успеть договорить. – Назад к Кейли. Я должен убедиться, что с ней все в порядке.
– Кейли не была ранена, – успокоила его Франсин, и он поверил ей. Она очень напоминал ему кого-то из его знакомых, но он не мог вспомнить, кого именно. Франсин подняла ему голову и поднесла к губам стакан прохладной свежей воды. – Хотя она, конечно, очень переживает за вас.
Дерби нахмурился. На женщине была странная одежда, и все здесь было каким-то необычным и чужим, вокруг кровати стояли диковинные машины. Он никогда не видел ничего подобного.
– Это ее мир?
– Да, он самый, – кивнула Франсин.
«Место не имеет никакого значения, – подумал Дерби, – если здесь нет Кейли». Он опустил глаза и увидел на плече повязку, затем перевел взгляд на лампу рядом с кроватью и на устройство над головой, которое ослепило его своим ярким светом.
– Это вы позаботились обо мне? – Дерби посмотрел на Франсин.
– Доктор Друри оказал вам неотложную помощь, потом прибыли парамедики. Доктор сейчас внизу, улаживает дела – полиция, страховка и прочее, – улыбаясь, разъяснила Франсин, а Дерби предпочел бы, чтобы она говорила на более понятном ему английском языке. – Трудно объяснить им, откуда вы взялись. К счастью, Джулиан Друри уважаемый человек. А что касается меня, то вам, наверное, будет интересно узнать, что я родом из семейства Каванагов.
Дерби уставился на нее, совершенно ошеломленный.
– Вы Каванаг?
– Да, хотя по мужу я Стефенс. Моим пра-пра-прадедушкой был Саймон Каванаг.
Дерби присвистнул.
– Черт возьми, – вырвалось у него.
– Вы можете предложить способ, как сообщить Кейли, что с вами все в порядке? – спросила Франсин.
– Вы все знаете? – удивился Дерби. Силы начали покидать его, кружащийся водоворот боли и отчаяния неумолимо затягивал, но слова Франсин не отпускали его сознание. – Вам известно о нашей разлуке и обо всем?
– О да, Кейли рассказывала мне.
– И вы поверили ей на слово?
Мисс Стефенс усмехнулась, и тогда Дерби понял, кого она ему напоминала, она была очень похожа на Этту Ли, дочь Саймона.
– Я видела доказательства: вырезки из старых газет, надгробные плиты и даже фотографии, – пояснила Франсин.
– А зеркало... оно здесь? – Франсин покачала головой.
– Оно в Редемпшне. А мы в Лас-Вегасе. – Дерби попытался подняться с постели, но она нежно удержала его.
– О нет, вам пока нельзя, ковбой. Вы не в состоянии идти куда-то. Понадобится еще несколько дней, чтобы срослись ткани на плече, к тому же вас просто не выпустят санитары.
У Дерби не было сил противиться, а то никто не смог бы удержать его. Он опустил голову на подушку, чувствуя себя совершенно беспомощным, как слепой котенок, пытающийся найти сосок матери.
– Я не могу оставаться здесь, – мрачно буркнул он.
– Я знаю, – ответила Франсин, поправляя одеяла.
– Когда придет время, мы с Джулианом сделаем все, что будет от нас зависеть, чтобы помочь вам.
В дверях показался темноволосый мужчина.
– Я Джулиан Друри, – сухо представился он, подойдя к постели Дерби. Он не протянул руки, поскольку Дерби был слишком слаб для рукопожатий.
– Мы знакомы? – спросил Дерби тоном, не лишенным некоторой любезности.
Доктор покачал головой.
– Не думаю. Мы с Кейли когда-то были друзьями, и, возможно, она упоминала мое имя.
У Дерби екнуло сердце. Это был любовник Кейли, о котором она действительно упоминала мельком, раз или два. За него она когда-то собиралась выйти замуж.
– Дерби Элдер, – представился Дерби в свою очередь и не смог больше произнести ни слова у него перехватило дыхание от неожиданно нахлынувшего приступа боли.
– Пора принимать лекарства, – сказал Друри. – Франсин, вы не могли бы сходить за медсестрой?
Франсин выбежала из палаты, а Джулиан сел на стул у постели Дерби.
– Расскажите мне о Кейли, – попросил он.
Боль железной хваткой вцепилась в Дерби, но болела не рана, а его душа. Дерби не представлял себе жизни без Кейли; потеряв ее, он словно потерял часть себя.
– Не уверен, что смогу выполнить вашу просьбу, – с трудом произнес он, чувствуя слабость и головокружение, как старая дева, затянутая корсетом.
– Вы спасли ей жизнь. – В голосе Джулиана звучала благодарность. – Этот подонок, кто бы он там ни был, убил бы ее, прикончив сначала вас.
Дерби вздохнул. Господи, никогда еще ему не было так страшно, как в тот момент, когда он подумал, что Шинглер может повернуться и выстрелить в лежащую на полу Кейли.
– Вы видели, что произошло?
– Да, в зеркале, – кивнул Друри. – Сила удара пули бросила вас в зеркало.
– По-моему, я прошел через нечто большее, нежели просто стекло, – печально заметил Дерби. У него было такое ощущение, словно доктор Беллкин прижигал ему плечо раскаленной кочергой, как в свое время Саймону и Ангусу. – Если вы поможете мне выйти отсюда, возможно я смогу вернуться обратно...
– С этим придется подождать, – ответил Друри.
Дерби не хотелось откладывать свое возвращение ни на минуту, но он понимал, что не сможет добраться до Редемшпна собственными силами, во всяком случае, сейчас, и ему ничего не оставалось, как ждать.
– Кейли счастлива там, в другом мире? В другом времени? – допытывался Джулиан.
Дерби вспоминал, как они с Кейли смеялись и плакали вместе, как занимались любовью, спорили и строили планы на жизнь.
– Да, – произнес он тихо, но уверенно. – Она была счастлива.
В памяти Дерби сохранился каждый момент их жизни, даже теперь, когда голова шла кругом, как после бурной пьянки, при осмыслении того, что относительно данной реальности Кейли уже давно не было в живых, как и Ангуса, и Саймона, и Этты Ли, Уилла и Бетси, и их сорванцов. Господи, это не умещалось в голове, слишком много всего сразу свалилось на Дерби.
– Вы хорошо позаботитесь о ней? – не отставал с вопросами Джулиан.
В палату вошла женщина в коротком белом платье, в странной шляпе и с иглой в руках. Она наполнила иглу жидкостью из пузырька, стоявшего на тумбочке рядом с кроватью.
– Да, если смогу вернуться, – ответил Дерби. – Что это?
– Это поможет вам уснуть, – сказала незнакомая женщина.
– Я наоборот стараюсь проснуться. – Дерби едва успел договорить, как игла воткнулась ему в руку, и он почти сразу же впал в беспамятство.
Кейли снова и снова приходила к разбитому зеркалу в салуне «Голубая подвязка». Тем временем Саймон и Уилл повсюду разыскивали Дерби, и как Кейли и предполагала, их поиски были тщетны.
По поводу исчезновения Дерби, выдвигались самые немыслимые гипотезы, по городу ходили самые нелепые слухи, вроде того, что Дерби был взят в плен индейцами, или что он устал от жены и забот о ранчо и решил вернуться к бродячей жизни, или что Шинглеры закопали где-то в горах Мексики сундук, полный золота, и Дерби знал, где. Кейли не обращала внимания на весь этот вздор. Она была слишком поглощена горем; она почти ничего не ела и не спала, а только ждала и надеялась, хотя знала, что все произошло именно так, как и было предначертано судьбой.
Через неделю после исчезновения Дерби небеса разверзлись, словно сопереживая Кейли, и на землю хлынул проливной дождь, небесные слезы застучали по крышам домов, покрывая улицы толстым слоем грязи, срывая телеграфные провода, связывавшие Редемпшн с остальным миром.
Кейли вошла в пустой салун, села за стол рядом с зеркалом и уставилась в разбитое стекло, недвижимая, скованная скорбью.
Вдруг комнату озарил золотисто-голубой свет, словно танцор в переливающемся костюме закружился по залу. Кейли в молчаливом изумлении наблюдала, как комната то вспыхивала слепящим светом, то вдруг погружалась во мрак, будто опускалась на дно самой глубокой шахты Невады.
Кейли вскрикнула в испуге, вскочила на ноги и снова опустилась на стул. Она ничего не видела, не понимала, где верх, где низ, где право, а где лево, все вдруг стало бесплотным, всякая материя перестала существовать.
Крик снова вырвался у нее из груди, страшный хриплый крик, от которого заболело горло, и Кейли потеряла сознание.
Прошли сутки, как полагал Дерби, прежде чем у него появились силы подняться с постели. Было темно, в окна стучал дождь, наполняя свежестью и прохладой неподвижный воздух.
Дерби стоял на полу, глубоко дыша, стараясь собраться с силами. Он не знал, где Франсин и доктор Друри, да его это, собственно, и не волновало. Ему нужно было, во что бы то ни стало добраться до зеркала, сделать все возможное и невозможное, чтобы вернуться к Кейли. Передохнув немного, он с огромным трудом дошел до двери. Это настолько истощило запас его сил, что ему пришлось прислониться к стене и добрых пять минут ждать, когда сердце перестанет стучать как сумасшедшее, и он сможет дышать. Затем, собрав в кулак всю свою волю и все силы души и тела, Дерби снова толкнул себя вперед.
Стены коридора поплыли у него перед глазами; он прислонился к дверному косяку и стоял так, пока не убедился, что не теряет сознание. После короткой передышки Дерби медленно зашагал по коридору, опираясь о стену.
Ему повезло, и он не встретил никого из медицинского персонала, но, доковыляв до холла, он увидел сидевшую в кресле Франсин Стефенс. Заметив его, она вскочила. Дерби не решался заговорить, но его взгляд умолял Франсин не выдавать его. Силы быстро покидали Дерби, и он не мог тратить их на спор.
Франсин колебалась некоторое время, потом подошла к нему и взяла под руку. Она была изящной, но сильной, Дерби оперся о ее руку.
– Пойдемте, – прошептала она. – Я отвезу вас к зеркалу.
Каким-то чудом удалось выйти из больницы, не потеряв сознания по дороге. Франсин усадила его в автомобиль спортивного типа – он видел автомобили в газетах в своем времени – и они рванули с места.
Конец двадцатого века не был для Дерби чем-то совершенно неожиданным. В ящике, который стоял в углу палаты, он мельком, пока нянечка заправляла вторую постель, успел увидеть здания, вроде тех, мимо которых они сейчас проезжали, все в огнях, с огромными, похожими на глаза, окнами, полные людей и шума, как «Голубая подвязка» в субботний вечер.
Дерби здесь совершенно не нравилось.
– Как вы это выносите? – изумлялся он. – Весь этот шум, толпы народа?
– Кто к чему привык, ковбой, – засмеялась Франсин.
Дерби совсем выдохся, он откинул назад голову и заснул.
Когда он проснулся, машина стояла перед большим белым домом, и шел дождь.
– Вам нужно переодеться, вы не можете ходить здесь в больничном халате, – сказала Франсин, когда они оказались внутри.
– Где этот доктор Друри? – спросил Дерби. – У него примерно мой размер. Может, он одолжил бы мне какую-нибудь одежонку?
– Одежонку? – смеясь, повторила Франсин.
– Одежду, – нахмурился Дерби. Он не был расположен к веселью.
– Джулиан вернулся в Лос-Анджелес. У него там работа. Но возможно, здесь остались какие-нибудь его вещи. – Франсин проводила Дерби в бальный зал и посадила в кресло у стены.– Подождите, – сказала она. – Я пойду, посмотрю что-нибудь для вас.
Дерби откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Он чертовски устал, все тело ныло, было трудно собраться с мыслями.
Франсин вернулась с пустыми руками.
– Очень жаль, но здесь нет ничего, кроме розвого халата, и я не думаю, что он вам подойдет.
– Я собираюсь назад, – прохрипел Дерби. – И мне абсолютно все равно, в каком виде, хоть голый.
– Так оно и есть, практически, – заметила Франсин по поводу его одеяния.
Дерби встал и, пошатываясь, поковылял к раскладушке, стоявшей посреди зала. Он ощутил легкий ветерок, непонятно откуда появившийся в зале.
– Я только отдохну немного, – еле слышно промолвил он, опускаясь на раскладушку.
Когда Дерби проснулся, все огни были потушены, дождь тарабанил в окна тысячами маленьких кулачков. Всполох молнии прорезал темноту, гулкий раскат грома сотряс небо. Сквозь грохот Дерби услышал легкую, едва уловимую мелодию. Это были звуки арфы.
Дерби неуклюже поднялся с раскладушки, едва удерживаясь на ногах, его больничный халат промок от пота. Каждое движение пронизывало болью все его тело. Превозмогая боль, Дерби зашагал к зеркалу, только оно могло дать ему возможность вновь обрести Кейли, а это было его единственным желанием, все, чего он просил у жизни и судьбы.
Песня арфы, нестройная, но все же прекрасная, влекла его вперед. Дерби двигался на ощупь, собрав всю силу воли, не позволяя себе останавливаться надолго.
Наконец, когда гроза достигла апогея, он нащупал руками поверхность зеркала. В этот момент огромная комната вдруг полыхнула слепящим светом, Дерби заморгал и потерял сознание.
Он очнулся через несколько секунд и посмотрел на зеркало. Вспышка молнии снова осветила комнату, и он увидел, что зеркало с этой стороны было целым, без единой трещины. У Дерби подкосились колени, и он опустился на пол, совершенно обессилевший. Его обступила чернота и одним глотком вобрала в себя все его мысли и ощущения.
Кейли пришла в себя на полу бального зала в доме своей бабушки, над ней склонилась Франсин.
– Где Дерби? – воскликнула Кейли, когда Франсин помогла ей подняться на ноги.– Где он?
На темных ресницах Франсин заблестели слезы. Не зная, что ответить, она только покачала головой. Кейли закричала от отчаяния, от боли, от невыразимой муки. Франсин помогла ей подняться по лестнице и лечь на кровать в детской спальне. Франсин вышла из комнаты, оставив Кейли одну, утопающую в слезах от безутешного горя. Вскоре она вернулась с доктором. Он дал Кейли что-то выпить, и она забылась кошмарным сном.
Кейли не знала, сколько прошло времени – и, вероятно, никогда не узнает – до того момента, как она открыла глаза и увидела Джулиана. Посовещавшись вполголоса с Франсин, он сделал Кейли укол, и она снова почувствовала сонливость. Все понимали, что она успокоилась лишь на время.
– Черт возьми, Джулиан, – сдавленным голосом проговорила Кейли, – Я жду ребенка, а ты дал мне наркотик...
Джулиан вздохнул и провел рукой по темным волосам.
– Я не думаю, что легкое успокаивающее повредит тебе больше, чем нервный приступ, – сказал он. – Успокойся, Кейли. Мы с Франсин не враги тебе – мы на твоей стороне.
Кейли стало стыдно за свою недоверчивость.
– Где Дерби? Что с ним? – В голосе Кейли было отчаяние и надежда.
Франсин села у кровати и взяла подругу за руку.
– Джулиан спас ему жизнь, Кейли, – заговорила она тихо. – Но Дерби хотел вернуться к тебе. Он лежал в больнице, в Лас-Вегасе, а я... я привезла его сюда... – Франсин замолчала и взглянула на Джулиана, как бы ища у него поддержки. – Я думала, он будет спать, и оставила его одного. Но на следующее утро, когда вошла в зал, посмотреть, как он, его уже не было.
Кейли закрыла глаза, боль сдавила ей сердце.
– Он ушел сквозь зеркало?
– Мы не видели, как это произошло, – виновато ответила Франсин.
Джулиан принес из ванной комнаты мокрое полотенце и положил его на лоб Кейли.
– Постарайся не волноваться. Втроем мы что-нибудь придумаем, – утешал он ее.
– Ты видел что-нибудь? – спросила Кейли, хватая его за руку. Успокаивающее уже начало действовать, она еще боролась со сном, но он потихоньку одерживал над ней верх. – Пожалуйста, Джулиан... расскажи мне...
Франсин и Джулиан обменялись взглядами.
– Я видел тебя в салуне, Кейли, видел перестрелку.
– Теперь я понимаю, что Франсин имела в виду, когда сказала, что ты спас Дерби. – События понемногу начали выстраиваться в связную цепочку в ее замутненном сознании. – Слава Богу, что ты был там, Джулиан.
– А теперь поспи, – нежно сказал Джулиан и убрал ей волосы со лба.
Старик Герб Уоллес прокрался в «Голубую подвязку» в надежде стащить пару бутылок, пока не явился новый хозяин, и нашел Дерби Элдера, лежавшего без сознания на полу салуна, сквозь повязку на его груди сочилась кровь.
Несколько часов спустя Дерби очнулся в Трипл Кей. С одной стороны от него стоял Саймон, с другой – Уилл, а Ангус маячил в ногах. Дерби претило ощущать себя немощным инвалидом, но что действительно беспокоило его, так это Кейли.
– Моя жена, – было первым, что он произнес. – Где Кейли? С ней все в порядке?
Уилл и Саймон переглянулись.
– Ну? – подгонял Дерби, но уже начал понимать, что случилось что-то страшное, и надеялся, что они опровергнут его догадку.
– Мы не знаем, – нерешительно начал Саймон. Он тяжело опустился на стул, как столетний старик, а не мужчина в расцвете сил. – Последним ее видел Пабло. Говорит, что она была в салуне, сидела на стуле и смотрела в то, что осталось от зеркала. Была гроза, и Пабло пошел проверить лошадей. Когда он вернулся, то не нашел Кейли в салуне, она как сквозь землю провалилась.
Дерби закрыл глаза. «Такого не может быть», – подумал он, хотя знал, что было именно так. Они разминулись. Кейли вернулась в свой век, а он – в свой. Может быть, рассуждал Дерби, им суждено каждому остаться на своем месте. В конце концов, людям ведь не свойственно путешествовать по времени. Ей полагалось быть там, а ему здесь.
– А Дюк Шинглер? – неожиднно спросил Дерби.
Ангус подошел к комоду и вернулся с бокалом бренди.
– Мертв, – ответил он. – Туда ему и дорога. Сделай глоток. Это ободрит тебя.
– Меня ничего не ободрит, – пробормотал Дерби, но взял бокал и осушил его. – Теперь мне, наверное, придется отвечать за этого сукина сына, – он посмотрел на Саймона.
– Не придется, – опроверг его предположение Саймон. – Все знают, что ты защищал себя и жену. А вот исчезновение Кейли никто не может объяснить. Что тебе известно об этом, Дерби? Ты что-то скрываешь, мы хотим помочь тебе, но для этого мы должны знать правду.
– Вы не можете мне помочь, – сдавленно прошептал Дерби. – Никто не может.
Уилл уже открыл рот, чтобы возразить, а Саймон приготовился задать очередной вопрос, но Ангус жестом велел обоим замолчать.
– Оставьте его в покое, – сказал он твердо. – Просто оставьте его в покое.
Кейли сидела у иллюминатора, рядом с Джулианом, уставившись невидящим взглядом на темный экран телевизора под потолком. Франсин заняла место у прохода и молча листала журнал. Самолет держал курс на Лос-Анджелес.
Прошло уже три недели, как Кейли вернулась из девятнадцатого века. Пока она восстанавливала силы, Франсин почти не отходила от нее, а Джулиан разрывался между Невадой и Калифорнией, навещая Кейли так часто, как только позволял график его работы.
Кейли предприняла несколько яростных попыток вернуться к Дерби, но все напрасно. Зеркало не принимало ее и не возвращало ей любимого.
Последнюю ночи в Редемпшне они провели с Франсин и Джулианом за изучением содержимого сундука. Кейли испытала глубокое потрясение от того, что они там обнаружили – в сундуке ничего не было, кроме нескольких прядей волос, коллекции когда-то разноцветных рекламных карточек и каких-то журналов, которые собирала старая дева Этта Ли Каванаг. В ее дневниках не было абсолютно никаких упоминаний ни о Дерби, ни о Кейли. Они рассказывали лишь о длинной, пустой, совершенно безрадостной жизни их автора. Этта Ли умерла состоятельной женщиной, дожив до глубокой старости, но не внесла свою лепту в продолжение рода Кавангов, а вот ее младший брат Тимоти и четверо сыновей Уилла не оставили фамилию без наследников.
Фотокопии, сделанные Франсин, расказывали другую историю, но они не имели значения теперь, когда судьбы Дерби и Кейли были изменены.
– Кейли, поешь чего-нибудь, – настаивал Джулиан. – Если не для себя, то хотя бы ради ребенка.
Кейли отсутствующим взглядом смотрела на стоявшую перед ней пищу. Подавив отвращение, она взяла миниатюрную пластмассовую вилку, проявляя не больше эмоций, чем робот.
– Почему ты так любезен со мной? – неожиданно спросила она.
– Потому что я твой друг, – ответил Джулиан.
Они с Франсин действительно были ей настоящими друзьями.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Мой разбойник - Миллер Линда Лаел



Роман хороший,стиль написания легкий,эмоций сильных также хватает,но много несостыковок
Мой разбойник - Миллер Линда Лаелвика
30.09.2012, 23.49





Сюжет вроде бы хороший, но написано как то слабовато, может быть на фоне прочтенного мной романа другого автора(не могу вспомнить) там очень все похоже было , но намного интереснее ,не могла оторваться от книги, здесь читала через страницу , поднадоел.....
Мой разбойник - Миллер Линда ЛаелЛиля
20.11.2014, 7.50








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100