Читать онлайн Флибустьер, автора - Миллер Линда Лаел, Раздел - ГЛАВА 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Флибустьер - Миллер Линда Лаел бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.78 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Флибустьер - Миллер Линда Лаел - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Флибустьер - Миллер Линда Лаел - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Миллер Линда Лаел

Флибустьер

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 19

- Черт побери, где ты был? - спросил Алекс, бледный от раздражения и застарелой боли в поврежденном колене, войдя в комнату, которая была прежде кабинетом Дункана, и обнаружив там друга в компании с бутылкой.
Чтобы избавить свою семью и друзей от возможного потрясения, Дункан сперва спрятал ящик с «гран-марнье», затем отправился в спальню, где поспешно сменил одежду двадцатого века на штаны, башмаки и свободную льняную рубашку. Ему было невыносимо находиться там, зная, что Фиби теперь нет с ним и он, может быть, никогда больше ее не увидит. Одна лишь мысль о такой возможности была совершенно невыносимой, реальность же, день за днем, ночь за ночью будет просто пыткой.
- Сколько времени я отсутствовал? - мрачно спросил Дункан, призывая на помощь все свои душевные силы и приводя мысли в относительный порядок. Как бы сильно он ни хотел предаться отчаянию, он не мог позволить себе такой роскоши. Нужно было выиграть войну, а от него зависели жизни многих людей.
В ожидании ответа он разглядывал исцеленного Алекса. Его друг уже не пользовался костылем, ни в прямом, ни в переносном смысле, хотя его хромота бросалась в глаза. За его пояс был засунут пистолет, как раньше, и волосы были причесаны и аккуратно связаны в пучок. Его кожа была загорелой.
Вопрос явно застал Алекса врасплох, как и должно было быть.
- Боже мой, - произнес он наконец, - неужели ты этого не знаешь? Прошла неделя с тех пор, как ты испарился, словно призрак, черт побери! Мы с Лукасом обшарили остров до последнего дюйма, пытаясь найти какие-нибудь следы тебя или Фиби. Что за дьявольщина здесь творится?!
Дункан чувствовал внутри себя пустоту, ныли старые шрамы. Он был уверен: быть привязанным к хвосту лошади, которая волочит тебя по каменистой дороге, менее больно, чем расстаться с женой без надежды когда-либо снова увидеться с нею. Кроме того, ему не улыбалась перспектива рассказывать о своих приключениях.
Прежде чем ответить, он сделал изрядный глоток бренди и повалился в кресло за столом.
- Ты бы лучше налил себе, дружище, и присел. Это долгая и запутанная история, полная неожиданных поворотов.
Алекс смотрел на Дункана с любопытством и раздражением, но внял его совету. Взяв в руки кружку и примостившись на подушке, он поднял брови и пробормотал:
- Ну, давай, выкладывай.
Дункан не надеялся, что ему поверят. Тем не менее он начал с той ночи, когда появилась Фиби Алекс лично присутствовал при том событии, поэтому была вероятность, что он хотя бы частично поверит рассказу, каким бы фантастическим он ни был, а затем поведал недавние события, начиная с путешествия на лифте в будущее.
Кое-как Дункан описал наиболее важные моменты и, прочистив горло, сообщил обстоятельства своей нынешней разлуки с Фиби. К этому моменту его уже не волновало, слушает его Алекс или нет.
- Великий Боже! - промолвил Алекс, когда рассказ закончился и Дункан, обессилев, положил голову на руки возле пустой кружки. - Мыши размером с людей? Экипажи, которым не нужны лошади? Ракетные корабли, летающие на Луну? Черт, похоже, что любой нормальный человек сойдет с ума, пробыв там пять минут?
Дункан вздохнул и только потом посмотрел на друга спокойным взглядом.
- Итак, ты считаешь, что я сошел с ума?
- Я бы подумал это про любого другого человека, рассказавшего мне такую сказку, - ответил Алекс. - Но, поскольку я знаю, что ты чертовски разумен, остается только допустить, что ты говоришь правду. - Он сильно нахмурился, сведя брови, когда стал обдумывать дальнейшие следствия ситуации. - Если могут происходить такие вещи, то, значит, мы не имеем права претендовать на понимание мира и его законов. - Он замолчал и долго смотрел на Дункана, прежде чем спросить: - Как же ты будешь дальше жить без Фиби?
- Не знаю, - ответил Дункан. Разумеется, ему очень хотелось выпить еще бренди, чтобы прийти в бесчувственное состояние, но это удовольствие могли позволить себе другие люди, обладавшие досугом для действительно невыносимых страданий. Он с выражением хмурого неодобрения осмотрел комнату, заметив поврежденные стены и потолок. Его стол и кресло остались практически единственными целыми предметами.
- Что ты, Лукас и остальные делали в мое отсутствие?
Шея Алекса густо покраснела, и он на мгновение отвел глаза, давая понять Дункану, что занимался какими-то весьма личными делами. Например, улаживал отношения с Филиппой. Перемена в Алексе была одновременно и удивительной, и трогательной, хотя Дункан был слишком погружен в себя, чтобы в полной мере оценить степень его исцеления.
- Во-первых, я женился на твоей сестре, - сказал Алекс, встречаясь с Дунканом взглядом.
Дункан знал, что его улыбка была тусклой, может быть, даже мрачной, но он искренне обрадовался этой новости.
- Поздравляю, - сказал он. - Я бы давным-давно привез ее на Райский остров, если бы знал, что она способна совершить такое чудесное превращение.
Алекс покраснел еще сильнее и медленно отошел. Очевидно, у жениха и невесты все было в порядке, пусть даже мир вокруг них лежал в руинах. Но Дункан не позволил себе развивать эту мысль дальше.
- Мы не бездельничали, - поспешил добавить Алекс. - То есть Лукас, Билд и остальные. Мы... э-э... присвоили корабль Морно. Прекрасное судно, и, в сущности, его нужно было только почистить. Под напором Лукаса его оснастили, и оно готово к плаванию.
- А Морно и прочие? - спросил Дункан. - Что вы сделали с ними? А особенно с девушкой, Симоной?
Алекс встал, подковылял к столу и наполнил свой стакан.
- Морно и его люди по-прежнему в тюрьме, - сказал он, и едва заметное колебание, нотки нежелания говорить дальше, заставили Дункана насторожиться. - А девушка мертва, - закончил Алекс.
Дункан почувствовал, как все внутри у него переворачивается.
- Мертва?
- Мы, конечно, не могли запереть ее с Морно и его шайкой, - сказал Алекс, и его мрачный тон свидетельствовал, что он живо вспоминает подробности смерти Симоны. - Она жила здесь, спала в своей старой комнате и делала свою старую работу. Она где-то достала веревку и повесилась на одной из балок в прачечной. Ее нашла Филиппа.
Симона прекрасная, непокорная Симона умерла в таком юном возрасте. Эта мысль обожгла все существо Дункана, как брызги кислоты.
- Господи! - пробормотал он и долго молчал, осознавая эту новую печаль и смиряясь с ней, делая ее, как и многие предыдущие горести, частью своей души. - А моя мать? - спросил он наконец. - Как поживает эта дорогая мне замечательная женщина?
- Мистрисс Рурк поживает хорошо, - ответил Алекс, - если принять во внимание события последних недель. Она сожалеет о смерти твоего отца и, как все остальные, очень встревожена исчезновением тебя и Фиби. Как ты собираешься им все объяснять?
Дункан вздохнул. Одно дело рассказывать о случившемся Алексу, но описывать лифты и все, что он знал о тайнах времени, другим людям, было испытанием, к которому Дункан был не готов.
- Когда-нибудь, - ответил он после некоторого раздумья, - мне, конечно, придется сказать им правду. А пока что просто не буду ничего говорить и надеюсь, что ты, Алекс, поможешь мне.
Алекс отнесся к его рассказу скептически что, конечно, было чепухой по сравнению с тем, как воспримут такую необычайную историю его семья и подчиненные.
- Не думаю, что это им понравится, - сказал он. - Однако их радость от твоего возвращения, пусть даже без твоей прелестной жены, вероятно, отвлечет их на какое-то время. А что ты собираешься делать теперь?
- Умереть, - ответил Дункан, не в силах представить себе жизнь без Фиби. Боже всемогущий, грядущие годы казались ему невыносимо унылыми и тоскливыми превыше всех сил. - Правда, боюсь, судьба не будет столь милосердной.
- Да, едва ли, - согласился Алекс. - Пойдем, настало время Лазарю выйти из могилы, таща за собой погребальные одежды. Ты должен показаться людям, Дункан, положить конец тревогам, охватившим твоих друзей, и сказать нам, что делать дальше.
Дункан кивнул, ужасаясь предстоящему, и поднялся на ноги. Он развел руками и попытался усмехнуться.
- Смотрите, - объявил он, - как Лазарь, шатаясь и щурясь, выходит на свет.
Истерика у Фиби постепенно прошла, оставив после себя оцепенение. Прошла неделя, другая, но нигде на острове не было найдено и следа Дункана. Это, конечно, не удивило ее, поскольку она точно знала, что с ним случилось. Она оставалась на Райском острове, жила в том же самом номере, который занимали они с Дунканом, ждала, размышляла и частенько плакала. Иногда она заходила в бар и болтала со Снежком, но все равно она была одинока, если не считать ее неродившегося ребенка. Последнего, разумеется, нельзя было считать интересной компанией.
Однажды, дождливым днем, когда ее деньги подходили к концу, а настроение было мрачным, как никогда, Фиби нашла книгу с биографией Дункана, лежащую на металлическом столике на веранде. Ее сердце заколотилось, когда она узнала знакомый «матерчатый» переплет.
Книга как будто возникла из пустоты.
И вот она, перед ее глазами. Конец истории, ответы на вопросы, над которыми она размышляла. Прожил ли Дункан долгую жизнь, или был схвачен и повешен англичанами? Изменил ли ее визит в прошлое историю, и, если изменил, отразится ли он на заплесневелых страницах тоненькой и потрепанной книжки?
Фиби прикусила губу, на мгновение прижав биографию к груди.
За поржавевшими ставнями повисла густая серая пелена дождя, закрыв вид на экзотические цветы и яркую зелень, заставив умолкнуть пестрых, крикливых птиц. «Зная, что случилось с Дунканом, я могу обречь себя на ужасную, нескончаемую боль, - рассуждала Фиби. - Допустим, его схватили и казнили британцы, или он был убит в бою?»
Фиби положила книгу обратно, даже положила ее обложкой вниз, намереваясь уйти прочь, но у нее не хватило сил. Она должна узнать, что случилось с Дунканом, к лучшему или к худшему.
Она опустилась в одно из мягких виниловых кресел, взяла принадлежавшую профессору Беннингу книгу «Дункан Рурк - пират или патриот?» и открыла ее на первой странице. Рассказ с первых же строчек поглотил ее, и она забыла об окружающем. Были фразы, заставлявшие ее улыбнуться, или же, наоборот, запрокинув на несколько секунд голову, закрыть глаза, чтобы сдержать нахлынувшие слезы.
Автор упоминал, что Дункан взял в жены таинственную женщину, про которую думали, что она сбежала из тюрьмы или сумасшедшего дома, но однажды ночью, после боя, она пропала, и никто никогда больше ее не видел, Чувствуя, как у нее заныло сердце, Фиби всхлипнула и заставила себя читать дальше. До последней главы она добралась за какой-нибудь час, потому что повествование было коротким и очень сжатым, почти без лирических отступлений и поэтических излишеств. Усевшись прямо, чувствуя, как сердце бьется в горле, и подумав, что странно так волноваться из-за событий, случившихся двести лет назад, Фиби, мысленно подобрав юбки, ринулась в море правды.
Факты были просто чудовищны.
Через три недели после пленения Морно и его команды, напавшей на его дом, Дункан отвез всех, связанных по рукам и ногам, в некое место к югу от Куинстауна. Он использовал в своих целях бывший корабль Морно, переименованный в «Фиби Энн», и переправил пленников своим друзьям, которые, в свою очередь, должны были передать их британским властям.
Миссия была успешной до этого момента. Жак Морно и его команда предстали перед английским судом один лишь список их преступлений занимал половину печатной страницы и были приговорены к расстрелу.
Дункан отплыл на Райский остров и наткнулся там на отряд английских солдат под командой капитана Лоуренса. Его и всю команду немедленно арестовали, а также Лукаса и Алекса, но только после того, как Лукас был тяжело ранен, пытаясь спасти брата.
Слезы катились по щекам Фиби, пока рассказ приближался к неминуемой развязке.
Капитан Лоуренс без сомнения, тот же самый человек, который служил в Куинстауне и жестоко высек мистера Биллингтона, вступившегося за Фиби в таверне, на примере Дункана Рурка решил преподать урок всем бунтовщикам. К тому же, Лоуренс, вероятно, слышал об истории с Франческой Шеффилд, хотя автор не освещал эту часть биографии Дункана, и чувствовал себя обязанным содрать лишний фунт мяса в пользу своего товарища.
Дункан был привязан к дереву и зверски высечен, но на этот раз не было Джона Рурка, чтобы освободить его, отвезти домой и залечить его раны. Лукас был ранен в предшествующей стычке, Алекс и остальные связаны и вынуждены лицезреть судьбу, которая ожидала их самих утром. Нет, во второй раз Дункан испил полную чашу страданий, не смягченных ни милосердием, ни правосудием.
Его оставили привязанным к дереву на всю ночь, чтобы предоставить ему возможность, по словам Лоуренса, поразмыслить над своими грехами. К утру Дункан был мертв.
Фиби закрыла книгу, шатаясь, вышла под тропический ливень и ее вывернуло наизнанку. Она не могла вообразить более жестокой смерти для Дункана. Она вернулась бы на два столетия назад и перенесла бы все мучения вместо него, если бы это было возможно. Все, что угодно, она сделает все, что угодно, лишь бы изменить историю!
Когда ее желудок опустел, она осталась стоять под дождем, беременная от человека, который был мертв больше двухсот лет, с разбитым сердцем и измученная до мозга костей. Она и в самом деле не знала, как вынести остаток жизни, мысленным взором видя картину казни Дункана. Но ради Джона Александра Рурка, своего сына, она не должна сдаваться.
Снежок нашел ее во дворе, промокшую до костей, с волосами, прилипшими к лицу, поднятому навстречу дождевым струям. Он взял ее за руку и отвел в бар, дал ей чашку горячего кофе и отправился на поиски полотенец и сухой одежды.
Фиби сидела на табурете у стойки, не притронувшись к кофе, и глядела в высокое зеркало за стойкой. Но вместо своего собственного жалкого отражения она видела Дункана. Он стоял на коленях перед деревом, служившим позорным столбом, со связанными и высоко поднятыми над головой руками, с волосами, покрытыми кровью и потом, с лицом, ободранным о грубую кору. Его спина была исполосована. Она видела, как Дункан умирает, и была не в силах помочь ему или хотя бы утешить. Тогда она издала непроизвольный крик отчаяния и упала без чувств.
Снежок, вернувшись, обнаружил ее на полу. Она шевелилась, пытаясь встать, и издавала звуки, похожие на всхлипывания.
- Фиби... - сказал он. - Бедная маленькая Фиби.
Он вызвал «скорую помощь», и, несмотря на протесты Фиби, ее увезли в больницу. По иронии судьбы ее положили на ту же самую кровать, которую занимал Дункан во время своего визита в двадцатый век.
Открыв на следующее утро глаза, она увидела Шарон сестру, которая напоминала Симону, стоявшую у кровати.
- Вы хотите потерять своего ребенка, миссис Рурк? - спросила сестра, и ее голос был одновременно резкам и дружелюбным. - Именно это случится, если вы не успокоитесь.
Фиби уже лишилась мужа, единственного человека, которого она любила, и потеря ребенка была бы окончательным ударом.
- Хороший совет, - согласилась она, - если бы я только знала, как им воспользоваться. Может быть, нужно сходить к психоаналитику.
Шарон нахмурилась и пододвинула стул.
- Что случилось с вашим симпатичным мужем?
Объяснять было бессмысленно: любая попытка, вероятно, закончится тем, что ее отправят в какой-нибудь сумасшедший дом на материке.
- Он пропал, - ответила Фиби.
Эти два слова означали все и ничего. Дункан не просто пропал он был героем во всех смыслах слова, и судьба наградила его ужасной смертью.
Сестра вздохнула: - Значит, вы остались одна с ребенком. Многие женщины в наши дни находятся в такой ситуации. Я, например.
Фиби с радостью приветствовала попытку отвлечь ее от созерцания собственной жалкой участи. Кроме того, она действительно заинтересовалась.
- Вы мать-одиночка? Шарон улыбнулась.
- У меня двое сыновей Линдер и Мартин. Иногда приходится туго, но мы всегда как-то выкручиваемся. - Ее лицо на мгновение омрачилось. - Их отец был убит в Персидском заливе.
- Мне очень жаль, - пробормотала Фиби. Она подумала, страдал ли муж Шарон так же, как Дункан, или его смерть была быстрой и милосердной. Но, разумеется, ей и в голову ни пришло спрашивать.
- Да, - сказала Шарон с тоскливой улыбкой. - Мне тоже жаль. Мой Бен был хорошим человеком. Но разве слезы и терзания могут что-нибудь изменить? В один прекрасный день понимаешь, что нужно жить дальше. Чем скорее вы поймете это, миссис Рурк, тем лучше будет для вас и вашего будущего малыша.
Фиби кивнула. - Я знаю, что вы правы, - сказала она, и ей на глаза снова навернулись слезы. - Я попытаюсь собраться с силами.
Шарон погладила Фиби по руке:
- Отдохните немножко, ладно? Закройте глаза и попытайтесь думать о чем-нибудь хорошем...
В этот момент Фиби на ум пришло имя Старухи, якобы обладающее магической силой. Она почувствовала первую неуверенную, хрупкую надежду и начала про себя повторять это слово.
Фиби выписали на следующее утро, в разгар неистового тропического урагана, и Снежок отвез ее в отель на своем джипе. Дождь с таким грохотом молотил по брезентовой крыше машины, что они даже не пытались разговаривать. Но Фиби все равно была занята: с того мгновения, как она вспомнила подлинное имя Старухи, она набиралась сил и решительности.
Когда они добрались до места, Фиби направилась в свой номер, а Снежок вернулся к работе. Он был хорошим другом, хотя их знакомство продолжалось недолго, и она всегда будет благодарна ему за его доброту.
Шторм продолжался весь день, и пальмы под порывами урагана сгибались почти до земли. Персонал отеля был вынужден закрыть все ставни и запереть двери. Электричество отключили на всякий случай, в погребе были запасены консервы, вода в бутылках, а также одеяла, подушки и аптечки первой помощи.
Фиби была возбуждена, ей казалось, что она впитывает энергию разъяренной стихии. В ее мозгу теснились планы и возможности, и она с каждым вздохом повторяла тайное заклинание длиной в одно слово подарок Старухи.
С наступлением ночи ураган достиг наивысшей силы, пытаясь сорвать кровлю и сотрясая отель до основания. Фиби, два других постояльца и персонал спустились в погреб, взяв с собой фонарики, книги, переносные радиоприемники и нервно переговариваясь друг с другом.
Фиби знала, как она повторяла себе снова и снова, что, даже если ей удастся вернуться к Дункану, ей может не хватить времени, чтобы уберечь его от английского плена. Она слишком хорошо знала, что время идет неодинаково в обоих мирах она могла попасть в тот век до того, как Дункана схватят и казнят, но могла и найти его могилу на склоне холма, рядом с могилой отца.
- Вы не хотите посидеть с нами, милочка? - спросила миссис Зиллман, дружелюбная пожилая женщина с волосами голубого, оттенка. Она и ее муж Малькольм купили коттедж во время предыдущей поездки на Райский остров и вернулись, чтобы юридически вступить в обладание недвижимостью.
Фиби посмотрела на закрытые двери лифта и направила луч фонарика на табло наверху. Цифры, показывающие номера этажей, конечно, не светились, поскольку электричество было отключено.
- Я слишком взволнована, - ответила она, и это было совершенно верно. Про себя она снова повторила имя Старухи.
Миссис Зиллман сочувственно улыбнулась вероятно, она слышала от персонала подробности истории Фиби и вернулась к мужу и остальным. Через мгновение после ее ухода раздался тихий звон, и двери лифта отворились.
Сердце глухо забилось в конце концов, это может означать лишь то, что снова включили электричество, и Фиби вошла в кабину. Если бы не фонарик, она оказалась бы в полной темноте, когда двери закрылись за ней. «Дункан! - молила она тихим лихорадочным шепотом. - Будь там! Пожалуйста, будь там живой, невредимый и упрямый!»
Лифт тихо загудел, хотя больше не было никаких признаков, что он работает на электричестве, но Фиби чувствовала, как он движется, поднимая ее. Она затаила дыхание, когда кабина остановилась и двери открылись.
Перед ней была разоренная гостиная Дункана, и она без малейшего колебания бросилась в комнату, сжимая сумочку и фонарик. Двери закрылись за ее спиной, но Фиби даже не обернулась, чтобы увидеть, что они пропали безвозвратно.
Она вернулась в мир Дункана.
Фиби, нахмурившись, стояла в центре красивой комнаты. Шторма в этом мире не было, и стоял день, а не ночь. Она окликнула было Дункана по имени, но тут же замолчала. Если британцы уже овладели островом, она не хотела оповещать их о своем присутствии. Хотя вряд ли ее, вооруженную фонариком и сумочкой с витаминами и прочими принадлежностями жизни в современной Америке, приняли бы за врага.
Жив ли Дункан, или она прибыла слишком поздно?
Она все еще стояла на месте, прикусив губу и размышляя, что предпринять, когда появилась Маргарет Рурк. При виде своей невестки Маргарет тихо вскрикнула и бросилась к Фиби, чтобы обнять ее. Фиби так же крепко обняла ее в ответ, затем отстранилась, чтобы вглядеться в лицо Маргарет. Изящные черты лица вытянулись, глаза слегка впали и были окружены темными кругами, но сила Рурков по-прежнему присутствовала в ней. Маргарет была одета в траур, и Фиби надеялась, что она оплакивает только Джона, а не Дункана.
- Мы думали, что вы покинули нас навсегда, - сказала Маргарет.
Фиби покачала головой. Ей было страшно спрашивать, но неизвестность была непереносимой.
- Где Дункан?
Лицо Маргарет на мгновение потемнело, как будто она не помнила ответа, и Фиби затаила дыхание.
- Но он же отправился в Куинстаун, - сказала наконец Маргарет, посветлев. - Они повезли туда этого жалкого пирата и его людей, чтобы передать их властям. Ох, моя милая, Дункан будет так рад, что вы вернулись!
Облегчение Фиби пролилось бальзамом на открытую рану, но она не могла себе позволить долго наслаждаться им. Дункану еще предстояло столкновение с капитаном Лоуренсом и отрядом английских солдат, и если они не найдут способ предупредить его, то Фиби, вероятно, придется присутствовать при казни мужа. При этой мысли желчь хлынула ей в горло.
- А англичане? Они еще не явились? Маргарет покачала головой.
- Мы не ждем их, - сказала она.
- Поверьте мне, они направляются сюда. На Райском острове остались одни женщины?
Маргарет кивнула: - Тут только Филиппа, Старуха и я. Служанки разъехались на другие острова, а все мужчины с Дунканом.
- Отлично, - сказала Фиби, взяв Маргарет под руку. - Вот что нам нужно сделать...
Стояла глухая ночь, и луны не было, но Дункан гнал корабль Морно, носящий название «Фиби-Энн», к Райскому острову. Он нутром чуял, что назревает беда, а его мать и сестра остались там одни, под защитой одной лишь Старухи. Правда, последнюю вполне можно было считать грозным противником.
Алекс, с трудом переносящий разлуку со своей молодой женой и точно так же горевший нетерпением вернуться, присоединился к Дункану на носу корабля.
- Море сегодня исключительно тихое, - сказал он, но Дункан уловил скрывавшееся за этими словами беспокойство.
- Да, - сказал он. - Можно подумать, что наступил мир и мореплавателям не угрожают никакие опасности.
- Я думаю о женщинах, оставшихся на острове, - ответил Алекс. - Не надо было оставлять там Филиппу.
Дункан сочувствовал ему. Он тоже хотел защищать Фиби, когда она была с ним. Теперь он отдал бы все, что у него было, лишь бы она снова очутилась с ним, какие бы опасности не угрожали им обоим.
- Да, но чтобы ты мог сделать, Алекс? - рассудительно спросил он. - Привел бы свою прелестную жену на корабль и позволил ей находиться в обществе таких типов, как Жак Морно? Рисковал бы, что она попадет в руки англичан и будет увезена в Англию или куда - нибудь еще как пленница или как добыча?
Алекс покачал головой, но его внимание было приковано к темным водам. Он прищурил глаза и нахмурился.
- Ты видишь свет?
Дункан тоже стал всматриваться во мрак. Да, верно, далеко впереди мерцал какой-то огонь. Наверняка не на суше, но на сильном удалении от любого из здешних островов и прямо по их курсу. Ничего не ответив Алексу, он повернулся и криком созвал команду на палубу.
Пушки были приготовлены к бою, и те немногие люди, у которых не было оружия, прицепили шпаги или засовывали за пояс кинжалы и пистолеты. Дункан сам полез на ванты, пытаясь рассмотреть источник света, но они были слишком далеко, чтобы оценить происходящее хоть сколько-нибудь точно.
- Может быть, просто обойти стороной? - предложил Алекс. Он предпочитал действовать наверняка: когда мог, внезапно нападал, заставляя врага врасплох, и убирался с дороги, когда считал, что ему расставили ловушку.
Нет, - не согласился Дункан, покачав головой. - Они уже знают, что мы здесь. Именно поэтому они и обнаружили себя.
- Но это может быть засада, - предположил Лукас, вышедший на палубу, когда объявили тревогу, и немедленно присоединившийся к Дункану и Алексу. Несмотря на свои политические убеждения, он явно получал удовольствие от жизни бунтаря. Возможно, его еще удастся превратить в защитника свободы.
- Если засада, то очень неуклюжая, - ответил Дункан.
Они подплывали все ближе, почти неслышно скользя под беззвездным небом по обсидиановым волнам, движимые ночным ветром, пушки были заряжены и готовы открыть огонь. С огромным удивлением они обнаружили качающиеся на волнах две маленькие шлюпки. Одна из них полыхала, как погребальный костер викинга, и скоро должна была затонуть, а во второй виднелись четыре фигуры в плащах с поднятыми над головой лампами.
- Не стреляйте! - раздался женский голос, перекрывший треск горящей лодки.
Дункану показалось, что у него внутри все перевернулось. Фиби?! Но это было невозможно: он оставил жену в ее сумасшедшем столетии, пусть даже неумышленно и не по своей воле.
Тем не менее, ее имя сорвалось с его губ хриплым криком, разнесшимся над водой:
- Фиби!
- Дункан! - прокричала она голосом, полным радости.
Дункан на мгновение закрыл глаза в попытке справиться со своими чувствами.
- Фиби! - прошептал он, и Лукас с Алексом вторили ему возгласами радости.
Когда шлюпка оказалась у борта корабля и с палубы «Фиби Энн» была спущена веревочная лестница, Дункан первым спустился вниз.
Он не сказал Фиби ни слова, а просто сжал ее в объятиях, едва не перевернув крошечную лодку, и прижался лицом к ее шее. И его совсем не волновало, что она почувствует его слезы. Фиби повисла на нем, и он ощутил, как к нему прижимается ее живот, в котором рос его ребенок.
Пока они стояли в шлюпке, обнявшись и покачиваясь в такт колебаниям океанских вод, Филиппа, Маргарет и даже Старуха поднялись по лестнице на палубу. Горящая лодка зашипела и скрылась под водой.
- Но как?.. - попытался спросить Дункан, обретая дар речи.
Фиби дотронулась пальцем до его губ.
- Сейчас не время, дорогой, - сказала она. - Мы должны убираться отсюда и поскорее, иначе твоя история, как свидетельствует книга «Дункан Рурк пират или патриот?», закончится очень печально.
Дункан засмеялся. Жизнь преподнесла ему сюрприз, и он был полон радости. Он подумал, что больше ему у жизни просить нечего. Жена и ребенок этого было более чем достаточно. Фиби поднялась вверх по лестнице, и Дункан последовал за ней.
На палубе корабля, носящего ее имя, Фиби сказала мужу, что на Райском острове их ждут англичане, и он в первый раз в жизни ни о чем ее не спрашивал. Он кивнул, но не стал отдавать команды развернуть корабль. Они продолжали плыть вперед.
Фиби встревожилась:
- Мы что, не станем поворачивать?
- Нет, - ответил Дункан убийственно спокойным тоном. - Райский остров мой дом. Я не отдам его без боя.
Перед мысленным взором Фиби вспыхнула картина: Дункан, привязанный к дереву, и она едва не потеряла сознание.
- Ты сошел с ума, пока мы были в разлуке? - прошептала она с ужасом. - Я же только что рассказала, что уготовило тебе будущее...
Дункан коснулся ее лица движением, одновременно благоговейным и вызывающим.
- Я люблю тебя, Фиби Рурк, и, пока ты здесь, со мной, мне не надо никакого рая. Но разве ты не понимаешь? От судьбы не убежишь: если мы не пойдем ей навстречу, она погонится за нами.
Фиби опустила голову, и Дункан обнял ее.
- Я боюсь, - прошептала она. - Я так боюсь, едва найдя тебя, снова потерять.
Он взял ее рукой за подбородок и заставил поднять голову.
- Пока ты рядом, - сказал он, - я неуязвим.
Фиби просто прижалась к нему, зная, что спорить бесполезно.
Через несколько часов Фиби сидела с Филиппой и Маргарет на камбузе, в ожидании развязки произнося про себя отчаянные молитвы. Мрак был таким непроницаемым, что она не видела своих спутниц, сидевших по обе стороны от нее. Единственным звуком, кроме их дыхания, были ритмичные удары волн в борта судна.
Первый пушечный залп сотряс корпус корабля, и Фиби задрожала всем телом, и душа ее замерла. Три женщины взялись за руки, но не произнесли ни слова. Раздался еще один залп, и еще, прежде чем те, кого атаковал Дункан, ответили на выстрелы. Нос «Фиби-Энн» снова сотряс удар, и на палубе раздались крики.
Фиби представила, как английские солдаты берут корабль на абордаж, примкнув штыки, и внезапно ожидание стало невыносимым. Она вырвалась из рук Маргарет и Филиппы, которые доблестно пытались удержать ее, и бросилась через камбуз к выходу, отыскивая путь на ощупь и натыкаясь на столы и скамьи. Найдя дверь, она отодвинула засов и распахнула ее.
На трап с верхней палубы проникал свет фонарей. Шум боя в первое мгновение едва не оглушил ее. Воздух был едким от дыма и странного, металлического запаха крови, который Фиби слишком хорошо знала.
- Фиби! - кричала Маргарет за ее спиной. - Вернись!
- Ты сошла с ума?! - вторила Филиппа.
Фиби поискала какое-нибудь оружие и увидела тяжелый черпак в ведре с водой. Схватив его и не обращая внимания на крики сестры и матери Дункана, она бросилась на палубу.
Рядом с ней просвистел клинок шпаги, вонзившись в одну из мачт, и Фиби, подстегиваемая адреналином, взмахнула черпаком с силой, порожденной отчаянием. После этого она нырнула в гущу битвы, пригибаясь и увертываясь, кашляя и моргая, одержимая одной мыслью найти Дункана. Времени, чтобы поискать ответа на вопрос, что она будет делать, когда найдет его, у нее не было.
Вскоре мысли Фиби чуть-чуть прояснились; и она поняла, что бессмысленно идти на врага с черпаком. Она спряталась за бочкой и, затаив дыхание, стала ждать.
Люди кричали от боли и от ярости, время от времени раздавался громкий всплеск, когда какой-нибудь бедолага падал за борт. На берегу к темному небу с ревом поднимался огромный костер, поглощая дом Дункана......И отрезая путь в будущее. Бой продолжался, и наконец Фиби казалось, что прошла вечность, превратился в поединок двух последних бойцов. Это были Дункан и английский капитан Лоуренс.
По наступившей тишине, нарушаемой только звоном шпаг, Фиби сделала вывод, что для всех остальных на борту «Фиби-Энн» бой закончился. Она не могла узнать, какая сторона победила, поскольку, снова найдя Дункана, была не в силах отвести от него глаз.
Лоуренс был отличным фехтовальщиком и в какой-то момент едва не вынудил Дункана упасть на колени, но Дункан собрался с силами и, высекая каскады голубых искр из шпаги противника, прижал его к релингу. Фиби увидела, что ее муж остановился, оценил ситуацию и пронзил шпагой сердце Лоуренса.
Дункан долго смотрел на убитого им человека, но на пожар, на суше бросил только беглый взгляд. Вырвав клинок из тела противника, он швырнул шпагу на окровавленную палубу и обернулся.
- Фиби? - прохрипел он, вложив в эти два слога все свои страхи и надежды. Она бросилась в его объятия. Они вместе встретили судьбу и изменили ее.
- Все пропало, - сказала она. - Дом... лифт...
- Неважно, - бросил Дункан, прижимая ее к себе.
И он был прав. Сейчас важно было только то, что они вместе, и, по крайней мере, в это мгновение им ничто не угрожало.
«Фиби Энн» была маленьким судном, и, поскольку уединиться на нем было негде, кое-какие с нетерпением ожидаемые последствия воссоединения Фиби и Дункана пришлось отложить. После того как пленные были связаны, а раненым оказана первая помощь, они сели на камбузе за стол напротив друг друга и сидели до рассвета, ничего не говоря, протянув навстречу друг другу руки, переплетя пальцы и соединив души.
Когда корабль на рассвете бросил якорь в бухте какого-то жалкого необитаемого острова, Фиби не узнала пейзаж. Этот остров не входил в число тех, которые она посетила во время путешествия на каноэ с Райского острова в Куинстаун, когда покинула Дункана, чтобы начать недолгую карьеру служанки в таверне.
- Что это за остров? - спросила она, стоя рядом с мужем на палубе.
Дункан усмехнулся, облокотившись на релинг и разглядывая белый пляж и густые заросли, как патриарх, осматривающий свои владения.
Странно, что вы не узнаете, мистрисс Рурк, - сказал он. - Это же сады Эдема. Фиби оглянулась, пересчитывая пассажиров корабля.
- Кажется, у нас изобилие Адамов и даже найдутся две-три Евы, - сказала она.
- Остров большой, - ответил Дункан. И он был прав.
Пока корабль танцевал на искрящихся волнах залива, Дункан и Фиби отправились на берег в одной шлюпке, Филиппа и Алекс - в другой. Обе пары расстались на пляже, направившись в противоположные стороны. В то мгновение, когда они ступили за первый поворот, Фиби обернулась и встала перед Дунканом, обхватив его руками за шею.
- Больше ни шагу, - сказала она. - Я больше не могу ждать, Дункан Рурк.
Он откинул свою прекрасную голову и засмеялся. Его смех разнесся над морем, которое так долго было его домом и его любовницей.
- Ах ты, бессовестный ребенок, - сказал он и крепко поцеловал ее.
Фиби взяла его за руку и повела в тень, где песок расстилался белой постелью, а над головой шелестел ярко-зеленый полог листвы, влажный и ароматный.
Он снова поцеловал ее, и они опустились на колени, не отрываясь, друг от друга и нежными, неловкими движениями рук пытаясь, снять друг с друга грязную, заскорузлую одежду. Они были разделены чуть ли не вечностью и думали, что разлука продлится вечно, а теперь снова нашли друг друга в Эдеме. Терпение покинуло их обоих.
Дункан опустил Фиби на песок и оторвался от ее губ, только когда расстегнул на ней корсаж и широко распахнул его, обнажая налитые груди.
- Я люблю вас, мистрисс Рурк, - сказал он. - Не хотите ли жить здесь со мной и создать мир заново?
Фиби сжала его голову руками, привлекая к своей груди, и тихо вскрикнула, когда он сомкнул губы вокруг нежного соска в страстном поцелуе.
- Я тоже люблю вас, мистер Рурк, - прошептала она. - Да... да... я хочу, чтобы это стало началом... всего... всего...
Он поднял ее юбки и, отчаянно сорвав с нее панталоны, вошел в нее одним глубоким и неистовым рывком, за которым последовал и другой, и третий, пока Фиби, охваченная наслаждением, не задрожала, растворяясь в горячем песке... И только тогда Дункан дал волю всей силе своей любви.
Когда страсть утихла и они вновь обрели способность двигаться и дышать, они вошли в теплые чистые воды залива и снова любили друг друга в волнах прибоя, словно два морских животных, и их крепкие молодые тела изгибались в грациозном единении.
Они ласкали друг друга очень долго, но это было неважно, ведь Дункан и Фиби пребывали в Эдеме, мир был новым и чистым, и перед ними лежала вечность.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Флибустьер - Миллер Линда Лаел



Мне очень понравилось!
Флибустьер - Миллер Линда ЛаелКиса
17.05.2013, 14.46





Достаточно инересно, не затянуто и не слишком мрачно. Любовь на века..
Флибустьер - Миллер Линда Лаелирина
4.10.2013, 17.18








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100