Читать онлайн Сокровища сердца, автора - Мейсон Конни, Раздел - Глава 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сокровища сердца - Мейсон Конни бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.25 (Голосов: 24)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сокровища сердца - Мейсон Конни - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сокровища сердца - Мейсон Конни - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мейсон Конни

Сокровища сердца

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 1

Сент-Луис. Апрель 1868 года
Коуди Картеру в Сент-Луисе, в общем-то, нравилось, В этот чудесный апрельский день 1868 года город выглядел шумным и суетливым. Некоторые называли Сент-Луис «воротами на американский Запад». Его ныне разросшийся центр и впрямь послужил когда-то своеобразным трамплином для множества экспедиций, отправлявшихся на Дикий Запад. Но сейчас город был уже достаточно велик, чтобы в нем можно было хорошенько развлечься, а его обитатели достаточно воспитаны, чтобы не обращать внимания на индейскую внешность Коуди. Он был одет в брюки из оленьей кожи, такую же куртку с бахромой; на глаза нависали поля шляпы — память об армейский днях.
Коуди Картер немного постоял перед зданием с вывеской «Веселый дом Сэл», затем решительно толкнул калитку и направился к входной двери. Было только семь часов вечера, но из открытых окон уже доносился шум разудалой пирушки.
Коуди провел военные годы разведчиком на Западе, но, как только был провозглашен мир, отправился на поиски более спокойного места. Он осел в Сент-Луисе два года назад: нашел себе место верхового охранника на Баттерфилдской почтовой линии. Это был такой же труд, как и любой другой, да и платили за него неплохо. Собственно говоря, одинокий и не имеющий никаких связей, Коуди Картер и не мог рассчитывать на более значительную должность. Этому мешало слишком многое. Никто не решился бы предложит» достойную и выгодную работу полукровке — мать Коуди была индианкой, — да еще и незаконнорожденному, сыну владельца процветающего ранчо в Канзасе, Впрочем, последнее обстоятельство не помешало бы Коуди обойти любого, кто рискнул бы состязаться с ним в ругани или стрельбе. Но, к чести Картера, в противоречие с законом он никогда не вступая: зная, как закон относится к метисам вроде него, он старался всегда держаться в его рамках.
Высокий, с саженными плечами и широкой грудью, Коуди был из породы тех парней, о которых принято говорить, что они недаром носят брюки. Он невольно притягивал к себе взгляд»! представительниц прекрасного пола. Великолепное сложение, крепкое, мускулистое тело, мужественные черты, блестящие черные волосы, стянутые на затылке кожаным ремешком, — и поразительно голубые глаза, совершенно неожиданные на таком смуглом лице…
Дверь в заведение Сэл открылась сразу. Коуди вошел внутрь и с ленивым интересом оглядел весьма облегченные наряды присутствующих дам. На собственном горьком опыте он уже имел случай убедиться, что так называемые «порядочные женщины» созданы не для полукровок. Приехав в Сент-Луис, он без памяти влюбился в страстную черноглазую красавицу Лайзу Паксон. Влюбился так, что даже впервые в жизни почувствовал несвойственную ему ранее потребность Б респектабельности и стабильности, которыми наслаждаются обычные люди. Да еще, как идиот, вообразил, что Лайза отличается от других женщин, презирающих таких, как он.
Он нежно ухаживал за любимой, наивно полагая, что и она отвечает ему взаимностью. Так продолжалось до того дня, когда Коуди решился сделать Лайзе предложение. Раскрывая перед Лайзой свое сердце, Картер, конечно же, поведал ей и о том, что он незаконнорожденный и полукровка.
Господи! Он, наверное, никогда не избавится от чувства унижения, которое вызвал у него презрительный смех Лайзы! И никогда не забудет ее резкого и жестокого ответа.
— Паксоны не выходят замуж за ублюдков! — отчеканила Лайза. — Да как ты смеешь… Если бы я знала! Почему ты не сказал мне обо всем раньше? Замуж за тебя?! Даже если ты останешься единственным парнем на земле, и тогда тебе не видать моей руки! Я не хочу превращаться в посмешище для всего города.
Для Коуди эта история послужила отличным уроком. С тех пор он ограничил свое общение с женщинами краткими связями с проститутками. Да и вообще кому нужна жена? Или дети? Тьфу! Дети… Это слово всегда напоминало Коуди о его собственном детстве, превращенном в настоящий ад сводным братцем Уэйном…
— Если ищешь подружку, ковбой, ты пришел туда, куда надо, — приветствовала Коуди Сэл Спаркс, окидывая его оценивающим взглядом с головы до ног. — Сдается, я уже видела тебя здесь пару раз?
— Точно, пару раз, — ответил Коуди, одарив кокетливую хозяйку неотразимой улыбкой. Вообще-то он редко улыбался, но когда это случалось, то вокруг словно становилось светлее.
— Как будешь развлекаться, ковбой? Уже решил, что ты хочешь? Выпивку, женщину? — спросила Сэл, завороженная мужественной красотой этого высокого и смуглого парня.
— Ага!.. Женщину.
— Ну что ж, прекрасно. Меня зовут Сэл. Может, я тебе подойду? — с вызывающей улыбкой спросила хозяйка.
В глазах Коуди промелькнула искра интереса. Он неторопливо оглядел фигуру женщины. Коуди видел Сэл раньше, но в постели с ней не бывал и вроде бы даже ни разу не разговаривал.
Сэл была немного старше, чем хотелось бы Коуди, но к ее внешности он не мог предъявить никаких претензий: тонкая, изящная фигура, высокая, соблазнительная грудь, кудрявые волосы приятного каштанового цвета, привлекательные, почти безупречные черты лица… На вид ей можно было дать лет тридцать.
— Прекрасно подойдешь, Сэл, — медленно проговорил он.
— Как тебя зовут, ковбой?
— Друзья называют меня Коуди, — ответил Картер и чуть не рассмеялся: тех, кого он мог назвать друзьями, было считанные единицы.
— Отлично, Коуди! — произнесла Сэл, как бы пробуя его имя на вкус. — Что-нибудь выпьешь или…
— Если ты не возражает», Сэл, то я бы сначала поднялся с тобой наверх. А потом можно и выпить.
Он еще раз улыбнулся, и Сэл неожиданно ощутила, что ей нестерпимо хочется поскорее отправиться с этим ковбоем в свою комнату. Хотя резкие черты его гордого лица и смуглая кожа явно указывали на примесь индейской крови, Сэл меньше всего интересовала сейчас его родословная: Коуди был самым привлекательным и крутым парнем из всех, кого она видела за чертовски долгое время, а это для женщины ее профессии говорило о многом.
«Я должна оставить его только для себя», — думала Сэл, поднимаясь с Коуди по лестнице и сжимая его руку.
Кэсси Фенмор быстро пересекла холл второго этажа, торопясь покинуть заведение Сэл до того, как толпа ночных посетителей заполнит дом свиданий. Она и так задержалась дольше обычного — из-за того, что Сэл попросила подшить ей платье. А вообще Кэсси работала с шести утра до шести вечера и уходила до того, как начинали стекаться алчущие ночных развлечений клиенты. Служить горничной в публичном доме — занятие не из приятных. Кэсси пошла на это только потому, что заболела ее любимая бабушка и никто, кроме Сэл, не соглашался платить девушке жалованье, достаточное для покупки дорогих лекарств. А после смерти бабушки Кэсси осталась у Сэл, полагая, что обязана здесь работать из чувства благодарности.
Кэсси была очень хороша собой, и не слишком наблюдательный человек легко мог принять ее за одну из «девочек», обслуживавших клиентов заведения, тем более что «товар» у Сэл был отнюдь не второсортный. Со своими пышными локонами цвета спелой пшеницы и ясными зелеными глазами, двадцатилетняя Кэсси выглядела очаровательной, а ее точеная фигурка являлась предметом зависти девочек Сэл, и многие из них были благодарны хорошенькой горничной уже за то, что она не собиралась с ними конкурировать.
Кэсси вполне устраивала работа в «Веселом доме Сэл», и в целом она была довольна жизнью — насколько, конечно, может быть довольна жизнью одинокая молодая девушка без всяких связей, без знакомых и родни. Во всем мире у Кэсси был лишь один человек, которого она могла бы назвать родственником, но вот уже долгие годы он не проявлял к ней ни малейшего интереса: после смерти матери Кэсси он отправил осиротевшего ребенка жить к бабушке.
Должно быть, не захотел причинять себе лишнее беспокойство и хлопоты, связанные с воспитанием девочки. Кэсси понимала, как трудно растить ребенка мужчине, оставшемуся одиноким, и не очень осуждала его за то, что он переложил все свои забот на плечи старухи. Но того, что он попросту забыл о ее существовании, Кэсси простить не могла…
Девушка тихонько постучала в дверь комнаты Сэл и, не дождавшись отпета, проворно проскользнула внутрь. Быстро повесив в шкаф подшитое платье, Кэсси тут же поспешила к выходу: крикливо украшенные комнатки «Веселого дома Сэл» заставляли ее нервничать. Она начинала дрожать от страха, просто представляя, что в них обычно происходит. За время работы здесь Кэсси достаточно насмотрелась на мужчин и решила, что никогда не позволит никому из этих развратников делать с ней что-либо подобное. Лучше остаться старой девой, чем служить удовлетворению мужской похоти!
Выйдя в коридор, Кэсси сразу направилась к боковой лестнице, которой пользовалась прислуга. Центральная лестница предназначалась для гостей и выбранных ими женщин, и девушка предпочитала обходить ее: уже было несколько случаев, когда, встретив здесь задержавшуюся позже обычного на работе Кэсси, посетители принимали ее за одну из девиц. Воспоминания об этом были крайне неприятными, и девушка старалась сделать все возможное, чтобы снова не попасть в подобную ситуацию…
Пока Коуди поднимался по лестнице, улыбка не покидала его лица. Он не сомневался, что проведет в постели с Сэл незабываемый вечер. Чувствовалось, что хозяйка заведения — отменная любовница, и он заранее предвкушал удовлетворение и расслабленность после пары часов интимных наслаждений. Уже долгое время Коуди не был с женщиной: по роду занятий ему приходилось постоянно быть в дороге, и для походов к Сэл или в любой другой бордель возможностей почти не оставалось.
Миновав последнюю ступеньку, Коуди на мгновение остановился, чтобы перевести дыхание, и внезапно заметил в дверях одной из комнат очаровательную девушку. Коуди замер. Он тут же пожалел, что сразу принял предложение Сэл вместо того, чтобы хорошенько осмотреться в ее заведении. Никогда еще не встречал он подобной женщины. Как она хороша! Такое прелестное личико просто невозможно забыть. Как жаль, что он… Ну да ладно. Теперь уже жалеть поздно; но Коуди твердо решил, что узнает о девушке побольше на случай следующего посещения «Веселого дома». Не двигаясь с места, он восхищенными глазами провожал незнакомку, которая начала спускаться по лестнице в противоположном конце коридора, совершенно не подозревая о его присутствии и вообще о том, что за ней кто-то наблюдает. Коуди подумал, что никогда не забудет ее плавную походку, покачивающиеся стройные бедра и дивной красоты ножку, показавшуюся на долю секунды, когда девушка спускалась с лестницы, чуть приподняв юбку.
— Ты идешь, ковбой? — окликнула Сэл и обернулась, чтобы узнать, почему он остановился.
— Кто эта женщина?
Сэл проследила за взглядом Коуди.
— Это просто Кэсси. Она не для таких, как ты, — не задумываясь, ответила Сэл: она решила, что Коуди успел разглядеть грубую коричневую униформу Кэсси и сообразил, что это прислуга, а не одна из девиц.
Но поскольку Коуди меньше всего внимания обратил на одежду девушки, он понял слова Сэл по-своему, предположив, что эту красавицу хозяйка предназначает для определенных покупателей, имеющих средства, чтобы обладать таким свежим и соблазнительным сокровищем. И, заходя в комнату Сэл, Коуди дал себе зарок захватить при следующем посещении столько денег, за сколько можно купить расположение Кэсси на всю ночь, — и не важно, в какую сумму ему это обойдется…
Когда на следующее утро Коуди возвратился в занимаемую им меблированную комнату, там его ожидала телеграмма, присланная из Додж-Сити адвокатом по имени Корнелиус Уиллоуби, которому для поиска адресата понадобилась помощь агентства Пинкертона.
В тот же день, чуть позднее, аналогичная телеграмма была доставлена Кэсси Фенмор по месту работы.
Коуди сначала решил проигнорировать послание, но после долгих раздумий и нешуточной внутренней борьбы пошел на вокзал и взял билет до Додж-Сити. Затем побывал в конторе Баттерфилдской почтовой линии и попросил отпуск по семейным обстоятельствам.
Первой мыслью Кэсси было вообще забыть о существовании телеграммы. Но любопытство оказалось сильнее, и она купила билет до Додж-Сити по пути с работы домой. Следующую остановку она сделала в лавке, где приобрела необходимую для поездки одежду.
Коуди стоял, прислонившись спиной к стене станционного здания, прячась от прямых лучей солнца. Он курил длинную тонкую сигару и лениво разглядывал пассажиров, толпившихся на станции в ожидании поезда. Коуди достал из кармана часы, сверил время и досадливо нахмурился: поезд опаздывал. Чем бы себя занять? Его взгляд бесцельно блуждал по толпе, затем обследовал улицу напротив вокзала и остановился на небольшой булочной. Из ее открытых дверей доносился такой восхитительный аромат свежей выпечки, что Коуди сглотнул слюну. Только он начал подумывать о том, а не сбегать ли ему туда, чтобы купить одну из тех липких булочек с изюмом, которые хозяин как раз выкладывал на витрину, как вдруг боковым зрением заметил фигурки двух грязных, взлохмаченных ребятишек, словно из-под земли выросших возле булочной. Они остановились у дверей, и, когда булочник отвернулся в сторону, младший скользнул внутрь, быстро схватил с витрины пару булочек и сломя голову бросился бежать. Девочка, чуть постарше, улепетывала вслед за ним. Коуди почувствовал, что, сам не зная почему, желает удачи этим оборвышам, несущимся через улицу в сторону станции. Но, на беду ребятишек, хозяин заметил пропажу и припустил за ними. Коуди подумал, что, не поймай булочник девчонку, парнишке скорее всего удалось бы скрыться. Но когда мальчик понял, что его компаньонка схвачена, он сбавил скорость, а потом и новее остановился.
— Беги, Брэди, беги! Не останавливайся! — закричала девочка.
Мальчуган был явно растерян и до смерти напуган, но все же послушался приказания, повернулся и снова побежал.
Коуди оторвался от стены, чтобы получше разглядеть происходящее, и в этот момент мальчишка врезался В него со всего маху, чуть не сбив с ног. В грязных ручонках он сжимал булочки, словно они были из чистого золота. Через несколько секунд подбежал запыхавшийся булочник, таща за воротник девочку.
— Проклятые воришки! — заорал он, свободной рукой хватая Брэди и тряся его изо всех сил. — Выпороть бы вас, чтоб неповадно было! Только вот руки марать не хочется. Украли, мерзавцы? А кража — преступление. Так что пусть полиция с вами и разбирается!
— Нет, не надо полиции! Пожалуйста, не вызывайте полицию! — стала умолять девочка.
Коуди в жизни не видел более запуганных и забитых детей, и что-то дрогнуло в его сердце.
— А нельзя ли просто позвать их родителей? — спросил он, когда булочник потащил ребят за собой.
— Мы сироты, — робко проговорил мальчуган.
Эми даже застонала: не мог сказать ничего более умного!
— Тогда ваше место в приюте! — хозяин булочной.
— Нет! Мы не пойдем в приют! — Эми извернулась и с неожиданной силой ударила булочника ногой по голени.
— Ах ты дрянь! — взвыл он от боли и, выпустив Брэди, закатил Эми оглушительную затрещину.
Воспользовавшись моментом, Брэди немедленно впился зубами в руку врага.
Побагровевший от ярости булочник поднял руку, чтобы ударить мальчугана. Коуди не любил вмешиваться не в свое дело, но стоять и спокойно наблюдать, как здоровяк булочник чинит расправу над беззащитными детьми, он не мог.
— Подожди-ка секунду, парень! — сказал Коуди, перехватывая своей сильной рукой запястье хозяина булочной. — Не надо их бить, побойся Бога! Они же еще маленькие.
— Сегодня — воры, а завтра — убийцы! — рявкнул булочник, свирепо вращая глазами.
Слово «убийцы» напомнило бедняге Брэди события недавнего прошлого.
— Мы не убийцы! Мы никого не убивали! — зарыдал он.
— Конечно, никакие мы не убийцы, — быстро добавила Эми, пытаясь загородить брата.
— Знать ничего не хочу! Я должен сдать их в полицию. Если этих бродяжек не посадят в тюрьму, то прямиком отправят в сиротский дом, — прошипел булочник.
— Я заплачу за эти чертовы булочки! — сказал Коуди, доставая из кармана горсть монет, Он показал их булочнику, пристально посмотрев ему в глаза, и от этого взгляда на лбу мужчины выступили капельки пота. — На твоем месте, приятель, я постарался бы навсегда забыть об этом происшествии, — медленно проговорил Коуди.
Булочник подумал, что перед ним пара самых холодных голубых глаз, которые ему когда-либо встречались. Он был не настолько глуп, чтобы не почувствовать реальность угрозы, и к тому же заметил, что говорит с метисом, одним из тех ужасных парней, для которых перерезать кому-нибудь глотку — пара пустяков.
— Ну-у… если… если вы так считаете, мистер… — пробормотал булочник, отступая назад. — Но вы получше им растолкуйте, чтобы они держались подальше от моего магазина. Ведь в следующий раз вас может не оказаться поблизости.
Поскольку булочник бы труслив, то последние слова он произнес вполголоса и только тогда, когда убедился, что между ним и Коуди достаточно безопасная дистанция.
Коуди проследил, как он скрылся в своем заведении, а потом взглянул на ребят. Они уписывали хлеб с такой жадностью и скоростью, словно у них несколько дней крошки во рту не было.
— Э-э, малыши, да когда же вы ели в последний раз?
— Два дня назад. Мы нашли кое-что в ведре с отходами за салуном, — с набитым ртом проговорила Эми, судорожно проглотила здоровенный кусок булки и признательными глазами доверчиво посмотрела на Коуди.
— Дерьмо! — громко выругался Коуди, но, заметив округлившиеся глаза мальчика, закашлялся и сказал: — Я имел в виду, ерунда все это. А где же ваши родственники?
— У нас никого не осталось, — тихо сказал Брэди. — Вы не сдадите нас в приют, ведь нет?
— Так вот, значит, откуда вы сбежали, ребятки…
В голове Коуди пронеслись какие-то неясные воспоминания, и он внимательнее посмотрел на детей. Где же он их видел? И тут его озарило:
— Послушайте, а не вас ли я вытащил из-под колес поезда пару недель назад?
Эми уже давно узнала их тогдашнего спасителя, но решила, что лучше не заговаривать о том происшествии, если он сам первый не вспомнит. Сейчас она кивнула, подтверждая справедливость слов Коуди.
— Ну вы и мастера искать на свою голову приключений! У вас вообще-то есть место, куда пойти?
— Нет, совсем некуда!.. — всхлипнул Брэди.
— Как хоть вас зовут?
— Меня Брэди, а ее — Эми. Мы брат и сестра.
— Я так и понял, — сказал Коуди. У детей были одинаковые темные кудрявые волосы и карие глаза.
— Извините, ребятки, но больше ничем не могу вам помочь. Я уезжаю из города ближайшим поездом.
Он вытащил из кармана несколько банкнот и протянул Эми.
— Купите себе еды. И постарайтесь держаться подальше от неприятностей. Меня нисколько не удивит, если вас уже разыскивает полиция.
— Вы думаете, они знают? — Брэди побледнел как полотно.
— О чем знают? — Коуди совершенно не понимал, что имеет в виду этот мальчуган и почему они с сестрой так боятся полиции.
— Не обращайте на него внимания, мистер, — сказала Эми, незаметно толкнув брата в бок.
— Меня зовут Коуди. Коуди Картер. — Коуди недоумевал, зачем он назвал свое имя. Ведь скорее всего он видит этих ребятишек в последний раз.
— Спасибо вам за деньги, мистер Картер, — вежливо сказала Эми и добавила, обращаясь к брату: — Ну пошли. Нам пора.
Брэди смотрел на Коуди грустными и безнадежными глазами. И Коуди почувствовал, как его сердце, которое он давно уже считал просто куском холодного камня, вдруг затопило глубочайшее сострадание. Что за чертовщина! В этом не было никакого смысла. У него у самого в детстве хватало проблем, с чего бы ему сейчас разнюниваться из-за двух незнакомых бродяжек? Уэйн, брат Коуди по отцу, ненавидел его такой лютой ненавистью, что детство превратилось для Картера в сплошной кошмар. Наверное, если бы не трагическая смерть матери, которая погибла, когда Коуди был примерно в возрасте Эми, его жизнь была бы намного легче. Но прошлое изменить невозможно. Поэтому, оглядываясь назад, Коуди ощущал только горечь…
— Ну, малыши, пока. Берегите себя! — Коуди небрежно махнул рукой и повернулся в сторону перрона.
Вдали раздался гудок паровоза.
— Он кажется добрым дядей, — задумчиво произнес Брэди, глядя на удаляющуюся фигуру Коуди. — А почему у него такая темная кожа?
— Дядя Джулиан тоже казался добрым, когда только приехал к нам, — ответила Эми рассудительно. — А мистер Картер похож на одного из тех индейцев, которых мы видели па картинках в наших книжках. Наверное, он и вправду индеец.
— А мне не важно, кто он, — неожиданно твердо ответил Брэди. — Он все равно мне нравится.
Паровоз пыхтя остановился и с громким шипением выпустил мощные струи пара. Коуди взял свою сумку и присоединился к пассажирам, устремившимся к вагонам, на ходу размышляя о том, что неплохо было бы помочь тем несчастным ребятишкам чем-то большим. Неожиданно Коуди заметил в толпе женщину в трауре. Черное платье, несмотря на весь его унылый вид, тем не менее весьма соблазнительно развевалось при ходьбе.
Незнакомка очень торопилась, поэтому Коуди быстро отступил в сторону, дав ей пройти.
Траурное платье облегало стройную фигуру женщины, как перчатка; впрочем, даже если бы она была одета в орудийный чехол, и тот не смог бы скрыт» изумительно женственных линий ее тела. Из-под черной шляпки выбивались белокурые локоны; почти все лицо скрывала густая вуаль, видны были только изящный подбородок и полные алые губы. Заинтригованный, Коуди уставился на эти четко очерченные лепестки, и в этот момент женщина проскользнула мимо него всего в нескольких дюймах. Коуди еще ни разу не встречал женщину, которая могла бы очаровать его с первого взгляда или возбудить его любопытство своей таинственностью. Незнакомке это удалось. Даже юбка ее шуршала как-то по-особому возбуждающе. Коуди перевел взгляд на ноги женщины и восхищенно замер, следя за плавным покачиванием стройных бедер. Женщина вошла в вагон. Коуди бросился за ней и успел занять место прямо напротив.
Ему показалось, что таинственная дама смотрит на него, но, поскольку ее лицо было скрыто вуалью, Коуди так и не разобрал, какое он произвел впечатление. Женщина повернулась к окну. Коуди откинулся на спинку сиденья, надвинул шляпу на глаза и дал волю своему воображению. Ему доставляло удовольствие мысленно рисовать ее портрет. Наверняка она молода, очаровательна и свежа. Да, Коуди был не на шутку заинтригован.
Машинист дал два длинных свистка, предупреждая замешкавшихся на платформе об отправлении поезда. Затем проводник поднял откидные ступеньки и проводил последних пассажиров в вагон.
Стоя в тени вокзального здания, Эми и Брэди задумчиво наблюдали за медленным движением колес.
— Я бы хотел поехать вместе с мистером Картером, — грустно произнес Брэди.
— Ты даже не знаешь, куда он отправляется, — отозвалась Эми.
— А какая разница? Идти нам все равно некуда. Кроме того, он хороший человек. Интересно, он женат? Может быть, у него есть дети нашего возраста?..
— Сомневаюсь, — ответила Эми, настроенная более скептически, — Мистер Картер не похож па человека, у которого могут быть жена и дети. Выброси его из головы, Брэди. Я о тебе позабочусь. Пойдем, нам нужно уходить отсюда. Теперь у нас есть деньги, и мы купим настоящей еды.
Брэди хотел было последовать за сестрой, но краем глаза вдруг заметил какое-то движение возле угла станционного здания. Оттуда, угрожающе размахивая руками, несся к ним какой-то мужчина.
— Эй вы, а ну подождите-ка!
— Эми, смотри! Это, наверное, мистер Конрад. Он хочет нас убить! — закричал Брэди и крепко вцепился в платье сестры.
Эми оглянулась и увидела бегущего к ним незнакомца. Она, не раздумывая, схватила Брэди за руку и бросилась вперед.
— Куда ты меня тащишь?
— Не разговаривай! Беги! — выдохнула Эми, увлекая брата за собой. Но к великому ужасу детей, из-за другого угла вокзала показался второй человек, явно намереваясь их перехватить. Брат и сестра заметались, запертые между движущимся составом, зданием вокзала и двумя преследователями. Но мужчины не приняли в расчет изобретательность Эми.
— К поезду! Быстро! — крикнула девочка, мгновенно оценив обстановку и выбрав единственный путь к спасению.
Но поезд уже набрал довольно большую скорость, а ступеньки подняты; забраться можно было только в багажный вагон, да и то при известной ловкости.
— Лезь, Брэди! — скомандовала Эми, судорожно подталкивая брата вперед.
Тот инстинктивно повиновался и, ухватившись за поручень, с неожиданным проворством вскарабкался на площадку тамбура.
— Скорее, Эми! — рыдал Брэди, чувствуя, как ускоряется движение состава.
Он протянул сестре руку; их пальцы соприкоснулись, разжались, опять сомкнулись. Брэди вцепился в ладошку сестры и тащил изо всех сил… Наконец Эми невероятным усилием удалось подтянуться, и, тяжело дыша, она ввалилась в вагон…
Бледные, мокрые от пота, дети молча, в какой-то прострации наблюдали, как постепенно удаляется платформа, на которой остались, что-то крича и потрясая кулаками, их преследователи.
Брат и сестра понимающе улыбнулись друг другу и уселись на пол, чтобы перевести дыхание.
— Как ты думаешь, куда мы едем? — спросил Брэди, когда станция окончательно скрылась из вида.
— Не знаю. — Эми задумалась. После долгого молчания она произнесла: — Я уверена в одном: для нас сейчас любое место лучше Сент-Луиса. Как ты думаешь, дядя Джулиан действительно умер?
— Конечно. Во всяком случае, выглядел он как мертвый.
Несколько минут они обсуждали эту тему, затем умолкли, измученные пережитым потрясением.
Неожиданно Брэди вздрогнул.
— А вдруг они пас здесь найдут? — испуганно спросил он сестру. — Как мы заплатим за билеты? Могу поспорить, что мистер Картер нам поможет, если мы попросим, — тут же успокоенно сказал он.
Брэди всегда был большим оптимистом, нежели его сестра.
— Возможно, — не без иронии ответила Эми, которая, хоть и была старше Брэди всего лишь на три года, отнюдь не питала больших иллюзий относительно Коуди Картера. — Да не беспокойся ты, Брэди, я обо всем позабочусь. Разве я тебя когда-нибудь подводила? Эми резко отвернулась в сторону: младшему брату вовсе не следует видеть, что подбородок у нее трясется и она вот-вот расплачется. Она должна быть мужественной, чтобы спасти Брэди. Мерный перестук колес привел Коуди в задумчивое настроение. Итак, он едет в Додж-Сити — город, где провел свое неприкаянное детство… События пятнадцатилетней давности вставали перед глазами Коуди так ярко, будто происходили вчера.
Ему тогда исполнилось пятнадцать. Пять лет назад умерла его красавица мать, и вот отец, Бак, только что возвратился из Сент-Луиса с молодой женой и ее пятилетней дочерью. Последний год прошел на ранчо довольно мирно, так как сводный братец Коуди Уэйн уехал учиться в колледж, а Бак был постоянно занят хозяйственными делами. Без Уэйна, который вечно издевался над братом — даже это слово он произносил как бранное! — Коуди был почти что доволен жизнью: хоть никто не тыкал в нос, что он незаконнорожденный полукровка.
Конечно, если бы Бак женился на его матери, Коуди был бы гораздо счастливее. Но Сверкающая Звезда досталась хозяину ранчо в обмен на несколько голов скота, когда голодающее племя индейцев случайно забрело на земли Бака. Так как его жена, мать Уэйна, скончалась при родах всего несколько месяцев назад. Бак с удовольствием взял Сверкающую Звезду в свой дом и в свою постель. Того, что отец никогда даже не помышлял жениться на ней, Коуди до сих пор не мог ему простить.
Жестокость и ненависть Уэйна отравили детство Коуди. Уэйн, старше почти на десять лет, избивал сводного брата, всячески издевался над ним, подстраивая самые гнусные каверзы; так продолжалось до тех пор, пока Коуди не сравнялось четырнадцать, — к тому времени он подрос и набрался достаточно сил, чтобы давать отпор хиловатому Уэйну.
Коуди никогда не был ябедой, поэтому не обращался за помощью к Баку, предпочитая улаживать свои трудности самостоятельно. К тому же отец вряд ли принял бы его сторону: Коуди с самых ранних лет понял, что Бак предпочитает своего законного белого сына индейскому полукровке.
Вскоре после того, как Уэйн уехал в денверский колледж, Бак отправился в Сент-Луис и вернулся оттуда со сногсшибательной женой-блондинкой. Ее звали Линда, и она привезла с собой пятилетнюю дочь от первого брака. Как ни странно, Коуди забыл даже имя этой девочки. Ему смутно помнились лишь очень светлые, как у матери, волосы и круглое личико херувима.
Будучи почти вдвое моложе мужа, Линда вскоре «положила глаз» на Коуди, который рано развился физически и к пятнадцати годам превратился в крепкого и красивого юношу. Поначалу она бросала на него откровенно призывные взгляды, старалась ненароком коснуться его тела… Затем случилось то, что должно было случиться: однажды Коуди обнаружил ее в своей постели, где Линда взяла его нетронутую юность, предложив взамен искусные любовные утехи. Происшедшее потрясло Коуди. На следующее утро он еще был словно в шоке, чувствовал себя донельзя смущенным, почти что уничтоженным. Не имея смелости взглянуть отцу в глаза, мучимый сознанием своей вины, Коуди потихоньку уложил сумку и улизнул из дома, поклявшись не возвращаться на ранчо, пока там будет жить Линда. Поскольку у Бака были Уэйн и новая жена, Коуди решил, что отец не станет слишком сожалеть о его бегстве. Уезжая, юноша дал себе слово, что не будет претендовать на ранчо или любую другую часть отцовского имущества: права на него принадлежат законному сыну, Уэйну, и детям, которые могут появиться у Бака и Линды.
С того дня, когда в последний раз переступил порог Каменного ранчо, он никогда не оглядывался назад. Разъезжая по всему Западу вплоть до Калифорнии, зарабатывая на жизнь помощью фермерам, забоем скота и поездками с переселенцами в качестве проводника, он возмужал и заматерел, научился защищать себя от людей, считавших, что полукровки — их законная добыча, приобрел определенную известность в качестве искусного стрелка. Коуди научился обращаться с оружием не потому, что так уж стремился к этому. Просто однажды он отчетливо осознал, что обязан быть на «ты» с карабином и пистолетом, если хочет отбить охоту приставать к нему у тех, кто считает метисов ублюдками, недостойными Ходить по земле.
В конце концов Коуди поступил на службу в армию, став разведчиком и проводя дни и ночи в поиске, участвуя в подавлении восстания индейских племен в Аризоне и Нью-Мексико. Затем он пришел к выводу, что война — дело бессмысленное, и после завершения боевых действий распрощался с армией. За все это время он ни разу не связывался с Баком, никогда не ездил на Каменное ранчо. Ему казалось неловким и неприличным даже смотреть на отца после того, как он и Линда обманули старика: Коуди не утешал себя мыслью, что он был тогда всего лишь юным простофилей, попавшимся на крючок искушенной и похотливой женщины.
Хотя с тех пор у Коуди было много связей, первый «любовный» опыт навсегда поселил в его душе недоверие к особам женского пола вообще и к женам в частности. Он также хорошо помнил, что Бак пренебрегал им и что маленькая дочка Линды была предоставлена сама себе и практически лишена забот матери, жаждавшей только развлечений. Все это привело Коуди к решению никогда не жениться и не иметь детей, В свои тридцать лет он был один как перст и свободен, как ветер. После выхода в отставку он обосновался в Сент-Луисе и нашел подходящую работу. Тут его в конце концов и разыскал адвокат отца.
Бак умер, и теперь Коуди должен был присутствовать на оглашении его завещания.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сокровища сердца - Мейсон Конни



Хороший и милый роман.
Сокровища сердца - Мейсон КонниВикушка
7.09.2013, 16.30





Хороший и милый роман.
Сокровища сердца - Мейсон КонниВикушка
7.09.2013, 16.30





Замечательный роман!!!
Сокровища сердца - Мейсон Коннисокровище
25.11.2013, 8.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100