Читать онлайн Обещанный рай, автора - Мейсон Конни, Раздел - 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Обещанный рай - Мейсон Конни бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.21 (Голосов: 19)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Обещанный рай - Мейсон Конни - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Обещанный рай - Мейсон Конни - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мейсон Конни

Обещанный рай

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

5

Они медленно выплывали из своего небытия, так и не разорвав объятий, не разлепив губ. Но любому волшебству приходит конец, и когда они вновь вернулись на землю, Кейн приподнялся над Гленной и хрипло спросил:
— Кто ты такая на самом деле, черт побери? И почему ты хотела, чтобы я принял тебя за шлюху?
— Что?! — ахнула Гленна, чувствуя, как разбиваются вдребезги ее хрустальные мечты. — Да как ты мог такое обо мне подумать? Кто тебе это сказал? Уж, во всяком случае, не я.
— В таких делах слова не нужны. Вид твоих соседок по вагону сказал мне все лучше любых слов.
— Соседки по вагону? Ты хочешь сказать, что Сэл, Перл и Кэнди?.. — изумилась Гленна. Кейн утвердительно кивнул. — О боже! — Она была потрясена совершенно искренне. — Мне и в голову это не приходило! Они были милые, опекали меня в пути. Особенно Сэл, она такая добрая. Мы просто ехали вместе, вот и все.
— Ты на самом деле такая наивная, Гленна? Мне казалось, что в наши дни такое просто невозможно. Где ты провела все последние годы?
— Школу заканчивала, — сердито ответила Гленна. — Проклятую школу проклятой мисс Мердок. Четыре года проучилась и решила, что с меня хватит.
— Гленна, прости меня. Конечно же, мне не нужно было слушать Перл.
— Перл? Она сказала тебе, что я шлюха? Но с какой стати ей было так говорить?
— Как я понимаю, она так сказала от ревности, — пожал плечами Кейн. — Заметила, что ты мне понравилась, и решила выдать тебя за шлюху, такую же, как она сама.
— Но почему ты ей поверил, Кейн? Разве ты не видел, что я и одета не так, как они, и веду себя иначе.
— Может быть, ты сама что-то сказала, а может быть, мне хотелось в это поверить. Я же сказал, что меня потянуло к тебе с первого взгляда. Ведь если бы ты в самом деле была шлюхой, все было бы очень просто. И тот разговор в поезде, я был уверен, что мы говорим об одном и том же. Теперь-то я понимаю, что ошибся. Чертовски ошибся. Прости меня, Гленна. Не за то, что случилось между нами, но за то, что я принимал тебя за другую. Ведь вчера ночью я думал, что ты — тертый калач, опытная шлюха. И уж никак не предполагал, что ты можешь оказаться девственницей.
После этих слов Гленна надолго замолчала, пытаясь собрать разбегающиеся мысли. «Сожалею ли я о том, что случилось? — спросила она себя и тут же решительно ответила: — Нет. И Кейн во всем виноват ничуть не больше, чем я сама».
— Я ни о чем не жалею, Кейн, — сказала она наконец. — На самом деле я почти не сопротивлялась. Между прочим, ты спас меня от тех троих и был очень нежен со мной. Нет, я ни о чем не жалею. Если бы все начать сначала, я поступила бы точно так же.
Кейн густо покраснел. Он вспомнил об Элен, оставшейся в далекой Филадельфии. Сможет ли он спокойно вернуться к своей невесте после того, что случилось вчерашней ночью? Нет. Но, с другой стороны, что он знает о Гленне? Эту загадку нужно было разрешить, и немедленно.
— А как твоя фамилия, Гленна? И почему ты ехала одна?
Какого черта тебе понадобилось тащиться в такую даль среди ночи?
Гленна вздохнула:
— Никто не знал, что я возвращаюсь домой.
— Домой? А где твой дом? Неужели в этой глуши?
— Мой дом — это прииск отца, «Золотая Надежда». Я надеялась добраться туда до вечерних сумерек, но за прошедшие четыре года Красавица стала уже не так легка на ногу.
Кейн раскрыл от удивления рот и простонал, глядя в изумрудные глаза Гленны:
— О, нет! Боже, только не это! — Только сейчас он понял, что лишил девственности дочь старинного отцовского друга. Того самого человека, для встречи с которым он проделал весь этот путь. — Так, значит, ты — дочь Пэдди О'Нейла!
— Ты знаешь моего отца? — поразилась Гленна.
— Я никогда с ним не встречался, но он друг моего отца. Кстати говоря, именно мой отец помог твоему купить этот прииск много лет тому назад.
— Значит, твой отец — Патрик Морган? Но ты же сказал, что тебя зовут Кейн Александер, — сказала Гленна и сконфузилась.
— Кейн Александер Морган, — застенчиво пояснил он. — Я не всегда называю себя полностью. Особенно в тех случаях, когда ситуация мне не совсем понятна.
— То есть?
— Несколько недель тому назад Пэдди прислал моему отцу письмо с просьбой о помощи. Ничего не объяснил, написал лишь, что дело у него неотложное и должно оставаться в тайне.
— И твой отец послал тебя разыскать моего отца и выяснить, чего он хочет, — задумчиво сказала Гленна.
— Не совсем так, — уточнил Кейн. — Мой отец умер от удара, и, найдя письмо Пэдди, я сам решил отправиться к нему. Ты не знаешь, в чем дело?
— Не имею ни малейшего представления, прости, — покачала головой Гленна. — Вообще-то мой отец не любил писать письма. И прими мои соболезнования по поводу кончины твоего отца.
— Ну что ж, тогда отложим объяснения до встречи с Пэдди.
— Разве ты не знаешь? — удивилась Гленна. — Ничего не слышал? И никто в городе ничего тебе не сказал?
— Не сказал о чем?
— Мой отец умер. Около двух недель тому назад. Я сама об этом узнала только в Денвере.
Кейн посмотрел на Гленну с нежностью и любовью, думая о том, как тяжело девушке в ее возрасте остаться одной. Сколько же ей довелось пережить всего за одни сутки! Сначала весть о смерти отца, затем нападение бродяг, которые хотели ее изнасиловать. И как только у нее хватает сил выдержать все это!
«А потом на нее свалился еще и я, — подумал Кейн, сгорая от стыда. — Явился, лишил девственности, да при этом еще принял ее за шлюху!»
— Отчего умер Пэдди? — спросил Кейн. — Я и не знал, что он болен. Или это был несчастный случай?
— Его убили! — срывающимся голосом пояснила Гленна. — Подстрелили за городом, когда он возвращался домой. Я говорила с шерифом, но ему пока не удалось найти никаких следов.
— О господи, Гленна, прости меня! Если бы я только знал, как Пэдди нужна моя помощь, если бы я приехал раньше!
— Я думаю то же самое, Кейн. Мне давно уже надо было вернуться домой. Ведь сердцем я чувствовала что-то неладное.
— Ты не знаешь, что могло его тревожить? — спросил Кейн.
— Шериф сказал, что у отца были финансовые проблемы. Порода на его участке истощилась, а золотую жилу он так и не нашел. Но кому и зачем нужно было его убивать, вот чего я не понимаю. Во всем этом есть какая-то тайна, Кейн.
— Ну, что же, мисс Гленна О'Нейл, значит, мы с тобой теперь партнеры. Во имя памяти о своем отце я останусь здесь до того дня, пока преступник не будет найден. А он будет найден, это я тебе обещаю.
— Спасибо тебе, Кейн, и от меня, и от моего покойного отца. Я думаю, что ему будет спокойнее на том свете, если он будет знать, что кто-то ищет его убийцу.
После этого оба они надолго замолчали. Гленна погрузилась в мысли о своем отце, а Кейн — о ней самой. То, что он сказал Гленне, было правдой. Он действительно сожалел о том, что лишил ее девственности, но при этом не сожалел о безумной ночи любви, проведенной с нею. Знал он и о том, что должен будет рассказать Гленне про Элен, но только не сейчас. Разве можно говорить о невесте с женщиной, с которой ты только что переспал? Тем более о невесте, к которой ты не испытываешь никаких чувств.
— Давай поспим немного, Гленна, — сказал наконец Кейн. — Я буду рядом и не покину тебя, пока мы не доведем наше дело до конца.
«Не обещаю ли я сейчас того, чего не смогу сделать? — подумал Кейн. — Впрочем, время покажет».
С этой мыслью он крепче прижал к себе Гленну и погрузился в сон.


Косые лучи яркого утреннего солнца весело пробивались сквозь редеющие серые облака, предвещая наступление чудесного летнего дня. Гленна открыла глаза. Вспомнила о событиях минувшей ночи и улыбнулась. Удивительно, но ей совершенно не было стыдно за то, что она отдалась мужчине, которого, по сути, почти не знала. Ведь когда они с Кейном занимались любовью, Гленна не знала даже о том, что он — сын старинного друга ее отца.
Осмотревшись, Гленна обнаружила, что Кейн успел под; няться раньше ее и уже хлопотал на поляне, разводя погасший за ночь костер. Рядом с ним паслись на свежей травке отвязанные от дерева лошади. Гленна решила понаблюдать за Кейном со стороны.
Высокий, широкоплечий, он, несмотря на внушительные размеры, умел двигаться с грацией дикой кошки. Узкие панталоны, перехваченные на бедрах широким ремнем, облегали Кейна, словно вторая кожа, и было видно, как при каждом шаге упруго перекатываются мощные мускулы на его ногах. Обнаженный до пояса, бронзовый от солнца, Кейн был похож сейчас на античного бога.
«Он не ходит, он просто летает», — подумала Гленна.
Грудь у Кейна была широкой, под стать плечам, а бедра — узкими. Взгляд Гленны упал на выпуклый бугорок между ними, и щеки ее немедленно порозовели. Мысли вновь обратились к прошедшей ночи, и она подумала о том, что Кейн умеет летать и в темноте.
«Надеюсь, он еще не раз покажет свое искусство», — подумала Гленна и окончательно раскраснелась.
Кейн обернулся. Сверкнули его серые глаза, и он спросил, подмигнув:
— Ну что, все рассмотрела?
Гленна смутилась, отвела глаза и ответила, запинаясь:
— Я… Я не подглядывала. А как ты догадался?
— Я всегда чувствую, когда на меня смотрит женщина. Особенно такая красивая, как ты.
От этих слов в душе Гленны вспыхнуло новое, незнакомое ей прежде чувство. Оно росло и разгоралось, словно степной пожар, раздуваемый ветром.
— Кейн, — нежно и страстно прошептала она.
Он услышал, понял ее зов, но силой удержал себя, заставил не броситься в ее объятия. Кейн боялся еще раз воспользоваться неопытностью Гленны. Хочет ли она его так, как он сам хочет ее, — осознанно и искренне?
Он подошел к Гленне, опустился перед ней на колени и нежно спросил:
— Ты в этом уверена, Гленна?
— Совершенно уверена, Кейн, — ответила она.
— Тогда скажи, любовь моя. Скажи, чего ты хочешь.
— Я хочу, чтобы ты занялся со мной любовью, — ответила она без тени сомнения. — Я хочу тебя. Прямо сейчас.
«О боже! — мелькнуло в голове Гленны. — Неужели это сказала я, вчерашняя школьница Гленна О'Нейл? И чем я сейчас лучше той же Сэл, или Перл, или Кэнди? Нет, нет, неправда, я не такая, как они. Я хочу любви Кейна, а не его денег».
Мысли ее оборвались, потому что Кейн быстро сбросил с себя панталоны и нырнул к ней, под днище повозки.
Ни Кейну, ни Гленне не нужна была сейчас прелюдия, они оба были готовы к любви и одинаково сгорали от желания. Кейн сразу же вошел в Гленну, и от его вторжения по всему ее телу поплыл жидкий огонь.
«Сейчас все гораздо лучше, чем вчера», — подумала Гленна, обвивая руками шею Кейна, отвечая поцелуями на его пылкие поцелуи, чувствуя, как сильно и нежно проникает он в самые тайные глубины ее лона. Их движения становились все быстрее, все жарче, и вскоре с их губ одновременно слетел хриплый стон экстаза.


До «Золотой Надежды» они добрались уже за полдень. Соскочив с повозки, Гленна первым делом нашла глазами высокую осину на склоне холма и с горечью прошептала:
— Бедный папа. Он лежит там, под этим деревом.
И она, не дожидаясь Кейна, направилась к этому скорбному месту.
— Гленна, куда ты? — крикнул он ей вслед.
— Шериф Бартоу сказал, что мой отец похоронен там, — ответила она на ходу, указывая рукой на зеленый склон. — Я должна пойти к нему, Кейн.
— Подожди, я с тобой, любимая.
— Нет. Мне нужно побыть там одной. Надеюсь, ты понимаешь меня, Кейн?
Кейн молча кивнул и остановился, наблюдая за маленькой фигуркой, ловко взбирающейся по крутому склону.
После того как сегодня утром они с Гленной вновь занимались любовью, чувства Кейна пришли в смятение. Он теперь понимал, что сердце его не выдержит и разорвется, если только он не станет просыпаться каждое утро, сжимая в своих объятиях рыжеволосую богиню. Каждое утро, всю жизнь, до самой смерти.
«Что со мной, черт побери? — размышлял Кейн, продолжая провожать взглядом Гленну. — Ведь у меня в жизни было столько женщин, что и не сосчитать. Чем же приворожила меня Гленна и почему я не встретил ее раньше, до того как дал согласие жениться на Элен?.. Так любовь это или нет, черт побери? Проклятие! Оказывается, я ровным счетом ничего не понимаю в любви. Ведь раньше мне вовсе не нужно было влюбляться в женщину, чтобы получить с ней наслаждение. Любить — это значит отдать другому часть своей души, но способен ли я на это?»
И Кейн решил отдаться на волю судьбы. Пусть все идет так, как идет. Если Гленна по-прежнему будет хотеть близости с ним, он с радостью откликнется на ее зов, но не более того. Никаких обещаний он давать ей не будет. Ведь все равно рано или поздно настанет день, когда ему придется вернуться домой, в Филадельфию, и жениться на Элен — независимо от того, хочет он того или нет. Если бы он не был таким трусом, он рассказал бы Гленне об Элен. Но, с другой стороны, зачем портить праздник, зачем разрушать иллюзию счастья, которая согревает сейчас их обоих? Может быть, он и не прав, но поступить иначе он просто не в силах.


Дом, в котором Гленна с отцом прожили столько лет, совсем не изменился. Те же занавески на окнах, та же узкая кровать в комнате, где прошло ее детство, и так же, как прежде, расставлена мебель в столовой. Чистенькая маленькая кухня, аккуратно прибранная спальня отца — все как четыре года тому назад, и такое чувство, что отец лишь ненадолго вышел из дома и вскоре вернется назад.
— Ты можешь разместиться в спальне отца, — предложила Гленна, когда в дом с чемоданами в руках вошел Кейн.
— Но стоит ли, Гленна? Я могу устроиться и на сеновале, в пристройке.
— Уверена, что стоит, Кейн. Мне будет спокойнее, если ты будешь спать в доме.
«Спокойнее и удобнее для нас обоих», — мысленно добавил Кейн и улыбнулся, предвкушая жаркие ночи с Гленной под крышей старого деревянного дома. Здесь он научит ее всем премудростям любви и подарит Гленне незабываемые минуты счастья, получая от нее ответные дары.
— Черт побери, Гленна, что здесь происходит? — спросил Кейн, входя в дом и увидев учиненный ею разгром. Все шкафы раскрыты настежь, вещи разбросаны на полу вперемешку с бумагами, вытряхнутыми из ящиков письменного стола.
— Ищу письмо, или записку, или еще что-нибудь, что мог оставить для меня отец, — уныло ответила Гленна. — Правда, так ничего и не нашла. Ни одной золотой пылинки или самородка — как будто никто здесь и не мыл песок много лет подряд. А ты ничего не нашел?
— В обеих пристройках только инструменты. Кстати говоря, ты не заходила в банк, когда была в Денвере? Может быть, Пэдди там для тебя что-то оставил?
— Об этом я и не подумала, — виновато ответила Гленна. — Мне так хотелось поскорее добраться сюда, на могилу папы.
— Как видишь, в доме для тебя ничего нет. За пару недель можно будет обследовать берег реки и холмы, чтобы понять, осталось ли здесь что-нибудь стоящее. А может быть, шериф прав, и «Золотую Надежду» пора оставить.
— Оставить «Золотую Надежду»? — ахнула Гленна. — Никогда! Да и куда мне уходить отсюда? Здесь мой дом, и другого у меня нет. Нет, я останусь и буду, как отец, продолжать поиски золотой жилы.
— Гленна, будь благоразумной. Ты — одинокая женщина. Разве тебе это под силу?
— Найму помощника. Должен же быть какой-то выход! А ты, Кейн? Ты не хочешь стать моим помощником?
— Я могу им стать, но лишь на короткое время. Возможно, до тех пор, пока нам удастся найти убийцу твоего отца, но мой дом — в Филадельфии. У меня там дела… обязательства. Я не могу остаться здесь навсегда.
— Ты не хочешь остаться здесь! Даже после того, как… — Голос ее задрожал.
— В первый раз мы занялись с тобой любовью исключительно по моей вине, Гленна. Я соблазнил тебя. Но утром ты сама этого захотела. Помнишь, я же спросил тебя? И не пытайся играть на моих чувствах, это не заставит меня остаться здесь, на этом безнадежном прииске. Рано или поздно дела все равно заставят меня вернуться, и лучше оговорить это сразу.
— К черту дела, к черту обязательства! — гневно воскликнула Гленна. — Если должен уйти — уходи сразу. Мне никто не нужен, и ты тоже.
Кейн посмотрел в ее пылающие глаза, заметил, как дрожит ее гордо вздернутый подбородок, и ему вдруг нестерпимо захотелось обнять Гленну и поцеловать ее приоткрытые губы. Даже в гневе она была прекрасна. Но и опасна тоже, надо заметить.
— Ты прав, я сама захотела тебя сегодня утром, — пылко проговорила Гленна. — Но будь ты проклят, если я захочу тебя еще раз!
— Как бы то ни было, но сейчас тебе без меня не обойтись, что бы ты ни говорила. Мой долг — найти и покарать убийцу.
— А что будет потом, когда ты уедешь? Со мной, с «Золотой Надеждой»? Об этом ты не подумал?
— Забудь про этот прииск, Гленна. Если бы здесь оставалось хоть немного золота, я помог бы тебе наладить его добычу, но увы. Впрочем, я в любом случае не оставлю тебя без средств к существованию и буду выплачивать тебе содержание до тех пор, пока ты не выйдешь замуж. Я знаю, если бы мой отец был жив, он принял бы точно такое же решение. А еще лучше будет сделать так, — заговорил он быстрее и громче, сам увлекаясь пришедшей на ум идеей. — Я возьму тебя с собой, и ты будешь жить у моей матери. Вот увидишь, она будет очень рада. Поможет тебе войти в общество…
— К черту общество! И не нужна мне твоя помощь! За последние четыре года я привыкла быть одна. Содержанкой твоей я не стану, сама справлюсь, вот увидишь!
Ее глаза рассыпали зеленые искры, огненные локоны растрепались.
«Да, характер у нее что надо! — подумал Кейн. — Такую лошадку просто так не объездишь!»
И он поклялся себе, что не ляжет с этой женщиной в постель до тех пор, пока она сама не позовет его — чего бы ему это ни стоило. О боже всемогущий, дай ему сил!
Ближайшие дни Кейн решил посвятить прииску и обшарить на нем каждый уголок. Он обыскивал прииск медленно и тщательно, пытаясь найти ключ к загадочному письму Пэдди и поминутно поражаясь тому, с какой любовью продумана здесь каждая деталь. Желоб для промывки породы Пэдди установил там, где речной поток, расширяясь, терял свою стремительность и не мог смыть тяжелые золотые песчинки, но оставался при этом достаточно сильным, чтобы уносить гравий и пустой песок. Именно сюда и притаскивал Пэдди золотоносную породу из шахты на склоне холма.
Кейн знал о том, что Пэдди искал здесь золотую жилу, и если Пэдди не удалось найти ее за много лет, то можно ли рассчитывать на то, что Кейн и Гленна смогут отыскать ее за счи-таные дни или недели?
Гленна трудилась бок о бок с Кейном, молча, упорно, до кровавых волдырей на руках промывая тяжелый песок. Так прошло десять дней, и за все эти дни на переборках желоба не сверкнуло ни единой золотой крупинки. На одиннадцатый день Кейн предложил Гленне оставить напрасные попытки. Гленна отказалась.
— Пойми, Гленна, — продолжал убеждать ее Кейн. — «Золотая Надежда» уже отдала вам с отцом все, что у нее было. В шахте осталась лишь пустая порода. Я готов дать тебе еще день или два, но потом мы все равно с тобой должны будем уехать отсюда. Тем более что нам давно пора повидаться с шерифом.
— Я никуда не поеду, Кейн, и буду мыть породу до тех пор, пока не найду золотую жилу. Она здесь есть, я это знаю. Ах, если бы папа написал хоть несколько строчек. В чем именно требовалась ему помощь?
— Боюсь, что этого нам уже никогда не узнать, Гленна. Пора успокоиться. Примирись с тем, что дальнейшая твоя жизнь не будет связана с этим прииском. Встретишь мужчину, которого полюбишь, выйдешь за него замуж и уедешь отсюда…
«Я уже встретила мужчину, которого люблю, — подумала Гленна. — Вся проблема в том, что он не хочет связывать свою судьбу с моей. Это больно, но от этого не умирают. Ведь у меня есть „Золотая Надежда“, и я останусь здесь до тех пор, пока не найду то, что искал отец. И плевать мне, что скажет при этом Кейн».
— Поступай так, как считаешь нужным, Кейн, — сказала она вслух. — Возвращайся в город, уезжай в свою Филадельфию. Обо мне можешь больше не волноваться.
— Мне нужно поговорить с шерифом. Я хочу узнать, не нашел ли он убийцу твоего отца, и если нет — предложу ему свою помощь. Боюсь, что смогу остаться в Денвере от силы на неделю или две. У тебя нет выбора: ты должна вернуться в город вместе со мной. Одну тебя я здесь не оставлю.
Гленна ничего не ответила, и Кейну показалось, что он сумел уговорить ее, однако уже за ужином ему пришлось убедиться в обратном. Он понял, что проиграл, когда Гленна протянула ему лист бумаги со списком вещей, которые ей нужно было купить в городе.
— Мистер Ховард из центрального универмага отпустит мне это в кредит, — сказала она с улыбкой.
— Черт побери, Гленна! Никогда не встречал такой упрямой женщины, как ты. Ну сколько раз нужно повторять тебе одно и то же? Ты не можешь оставаться здесь одна.
— Все будет хорошо, Кейн, честное слово. За несколько дней со мной ничего не случится.
— А когда мне придется вернуться в Филадельфию, что тогда?
— Найму помощника/Может быть, предложу ему владеть прииском на паях. Выкручусь как-нибудь.
— Бывают минуты, когда мне хочется взять тебя за твою прекрасную шею, Гленна, и придушить, — сказал Кейн и вздохнул, признавая тем самым свое поражение.
В ту ночь Гленне не спалось. Они с Кейном спали порознь, каждый в своей спальне. Желая Гленне доброй ночи, Кейн окинул ее пристальным, испытующим взглядом, но она сделала вид, будто ничего не заметила. Разве обязана она утолять похоть Кейна? Он видит в ней только живую грелку? Нет, он, конечно, испытывает к ней какие-то чувства, но явно недостаточные для того, чтобы отложить свое возвращение в Филадельфию. Что же касается самой Гленны, то она безумно хотела Кейна, живо помня волшебство той первой проведенной с ним ночи.
Гленна встала с постели, томясь от неутоленного желания, и подошла к окну. Полная луна поднялась над речным берегом, заливая уснувшую землю серебряным светом. Мягкий, теплый ветерок коснулся своими нежными пальцами обнаженной шеи Гленны и полетел дальше, к тихим струям речного потока. Движимая неведомым чувством, Гленна вышла за дверь и оказалась посреди ночной тишины, под бездонным, усыпанным яркими звездами небом.
Обманчивый лунный свет бросал призрачные тени, до неузнаваемости изменяя весь мир, окружавший Гленну. Она пошла к реке и брела по берегу до тех пор, пока дом почти не исчез из виду. Только тогда она остановилась и уставилась на воду, задумчиво следя за тем, как сверкают серебряные лунные светлячки, отражаясь от лежащего на речной отмели камешка.
Гленна простояла неподвижно несколько минут и только тогда поняла, что же, собственно говоря, она видит перед собой, а поняв, вздрогнула, словно от удара электрического тока.
Такие обломки кварца старатели называли «поплавками». Это были камешки, отколовшиеся от жилы в результате подземных толчков и вымытые наружу речным потоком. Теперь, для того, чтобы напасть на золотую жилу, им с Кейном нужно перебраться сюда, выше по течению, и начать промывать породу из той части подножия холма, которая вплотную опускается к речной отмели.
«Удалось ли отцу набрести на этот камень или другой „поплавок“? — подумала Гленна. — Успел ли он, хотя бы перед самой смертью, понять, что нашел свою заветную золотую жилу? Должно быть, он и просил Патрика Моргана дать ему в долг сумму, необходимую для обустройства новой шахты?»
Гленна знала, что если действительно напасть на золотую жилу, то все затраты быстро окупятся — и наемные рабочие, и могучая новейшая техника, позволяющая пробивать глубокие тоннели даже в самой твердой скальной породе.
Не обращая ни на что внимания, двигаясь словно во сне, Гленна скинула ночную сорочку и, совершенно обнаженная, ступила в реку. Вода была ледяной, но течение — спокойным, и Гленна безо всяких приключений добралась до отмели. Здесь она опустилась на колени перед «поплавком», желая убедиться в том. что ее глаза не обманулись в призрачном лунном свете. Сердце радостно забилось, когда она рассмотрела палево-желтые полосы, вкрапленные в серо-голубое тело камня. Она вынула камень из воды, погладила рукой разводы на его поверхности, потом быстро вернулась на берег и поспешила к дому, сжимая в руке заветный камень и выкрикивая на каждом шагу имя Кейна.
Крик Гленны разбудил Кейна. Он, не раздумывая, вскочил с постели, быстро натянул на себя брюки и выбежал за дверь, не забыв прихватить на ходу свой верный «винчестер».
Он был готов ко всему — к тому, чтобы отбить Гленну от напавших на нее диких зверей или вытащить ее из ямы, куда она могла свалиться в ночной темноте, но только не к тому, что увидели его глаза.
Она появилась на берегу, быстро ступая по кромке песка, — обнаженная, залитая лунным светом. Серебряные лучи мерцали на высокой, тугой груди Гленны, прятались в мягких изгибах ее бедер, искрились в распущенных, летящих локонах.
«Богиня!» — подумал Кейн, не в силах отвести взгляд от темного треугольника волос, притаившегося между ее бедрами — треугольника, который притягивал его, словно магнит. Зачарованный, Кейн двинулся вперед, навстречу Гленне, передвигаясь медленно, словно во сне.
В следующую секунду до него долетели слова Гленны, и они заставили Кейна мгновенно забыть про колдовские лунные чары.
— Кейн, я нашла «поплавок»! Прииск вовсе не истощился, как все полагали. Посмотри! Это же золото! Ты понимаешь, что значит этот камень? Он же из золотой жилы, Кейн, я это знаю.
— Гленна, что ты делаешь здесь одна и при этом совершенно голая? Ты так кричала, что я едва не поседел.
— Взгляни, — выдохнула Гленна, протягивая Кейну раскрытую ладонь с лежащим на ней камнем. — Я нашла его на отмели. Видишь светлые разводы? Это золото. Ты понимаешь, что это означает, Кейн?
Она говорила возбужденно и быстро.
Кейн взял с ладони Гленны камень и внимательно рассмотрел его при лунном свете.
— Ну, что скажешь? — нетерпеливо спросила его Гленна. Кейн окинул ее взглядом с ног до головы, криво усмехнулся и ответил:
— Я думаю, что сейчас тебе лучше всего пойти в дом и что-нибудь на себя накинуть, если, конечно, не хочешь подцепить воспаление легких. Ты же вся мокрая.
— Будь ты проклят, Кейн! — разочарованно воскликнула Гленна. — Ты же все прекрасно понимаешь. Эти желтые разводы — золото. А значит, нет никакой необходимости избавляться от «Золотой Надежды».
— Послушай, Гленна, — перебил ее Кейн. — Один обломок камня еще ничего не доказывает. Да, я допускаю, что где-то здесь проходит золотая жила, но где именно? Ведь можно потратить еще двадцать лет, но так и не найти ее.
— Я найду ее, — упрямо заявила Гленна. — С твоей помощью или без.
Она повернулась и пошла назад, к реке, дав Кейну возможность полюбоваться собой сзади.
— Куда ты? — спросил он вслед.
— Туда, где нашла этот камень. Я уверена в том, что там должны найтись и другие.
— Нет, нет, — запротестовал Кейн. — Оставь это до завтра, а сейчас иди и ложись в постель. Лучше — в мою.
— Что? — возмутилась было Гленна, но в ту же минуту ее подхватили сильные мужские руки.
Гленна не сопротивлялась. Напротив, ей вдруг стало удивительно спокойно и тепло в надежных руках Кейна.
«Проклятие! — с неожиданным раздражением подумала про себя Гленна. — И почему только Кейн уродился таким красивым? Нет, нужно издать закон, запрещающий мужчинам быть такими сильными и неотразимыми».
Кейн, в свою очередь, догадался о том, что Гленна сдалась на волю победителя, и без лишних слов понес добычу в свою постель. Уложив Гленну, он припал к ее губам и был вознагражден пылкими ласками.
Их поцелуй длился долго, бесконечно долго. Бедра Гленны медленно раздвинулись, словно открывая путь желанному гостю. Она глубоко вздохнула, опустила ресницы и запрокинула голову, чувствуя, как наполняется ее влажное, готовое к любви лоно. Он входил в нее медленно — слишком медленно, и Гленна страстно обхватила Кейна за плечи, заставляя его погружаться быстрее и глубже, до самого дна. В крови ее заполыхал пожар, и, теряя контроль над собой, она еще успела с сожалением подумать о том, как много времени было понапрасну потеряно ею в ожидании Кейна Моргана.
Кейн ушел, когда она еще спала. На середине кухонного стола белела записка, прижатая тем самым вчерашним камнем. Гленна взяла листок и стала читать, живо вспоминая при этом все, что произошло вчерашней ночью:


«Дорогая Гленна!
У меня не хватило духа разбудить тебя, и я ушел, не попрощавшись. После вчерашней находки нет необходимости лишний раз напоминать о том, что я постараюсь вернуться как можно скорее. Зачем я уехал в город, ты тоже знаешь, мы не раз говорили с тобой об этом. Я знаю, как тебя взволновал «поплавок», но, честно говоря, не думаю, что эта находка способна что-либо изменить. Впрочем, обо всем этом мы поговорим, когда я вернусь. Всегда держи под рукой винтовку и помни, как много ты значишь для меня».


Гленна перечитала записку Кейна несколько раз, пытаясь найти в ней что-нибудь, притаившееся между строк. Разумеется, Кейн не писал впрямую ни о том, что любит ее, ни о том, что не собирается немедленно вернуться в свою Филадельфию. И все же он думает о ней, заботится о ней. «Впрочем, при чем тут любовь? — неожиданно подумала Гленна. — Заботиться можно и о лошади, и о собаке. Лучше мне забыть на время о своих чувствах к Кейну и заняться поисками золотой жилы. И если я не нужна мужчине, то зачем он нужен мне?»


В город Кейн вернулся еще до наступления вечерних сумерек. Он очень рано выехал с прииска, и потому у него оставалось время на то, чтобы немного отдохнуть с дороги, принять ванну и пообедать в ресторане.
На протяжении двадцати миль, отделявших «Золотую Надежду» от Денвера, у Кейна было достаточно времени на то, чтобы хорошенько подумать обо всем, что с ним случилось за последние дни. Перед его мысленным взором постоянно вставала обнаженная фигура Гленны, посеребренная лунным светом, и Кейн знал, что этот образ пребудет с ним до самой его смерти.
«Смогу ли я покинуть ее, когда настанет время возвращаться домой? — думал Кейн. — Смогу ли просто так сесть в поезд и уехать от нее навсегда?»
За немногие дни их знакомства и близости Гленна успела занять в его жизни очень важное место, это была не просто страсть. Нет, это было какое-то новое, неведомое ему прежде чувство, мешавшее Кейну спокойно думать о возвращении в Филадельфию, где его ожидало венчание с Элен.
«Такие страстные отношения, как у нас с Гленной, не могут продолжаться вечно», — безуспешно пытался убедить себя Кейн, прекрасно понимая при этом, что она не похожа ни на одну из тех многих женщин, в которых он влюблялся, с которыми переживал недолгую страсть и которых забывал — быстро и безболезненно. Да, такой женщины, как Гленна, у него не было никогда и, наверное, никогда больше не будет.
После обеда Кейн решил навестить «Красную Подвязку», о которой столько раз слышал от Перл. Она находилась совсем неподалеку от гостиницы, в которой остановился Кейн. Он решил не брать лошадь, а пройтись пешком. Очень скоро нашелся нужный дом, ярко освещенный огнями, и Кейн вошел в вертящиеся стеклянные двери.
Чего он никак не ожидал, так это увидеть внутри такую роскошную обстановку. С высокого лепного потолка свисали хрустальные люстры со множеством свечей, отражаясь в полированном черно-белом паркете пола. Вся дальняя стена была зеркальной, и от этого фойе казалось гораздо просторнее, чем было на самом деле. Вдоль боковых стен располагались изящные полированные ломберные столики, возле которых были расставлены глубокие, обитые красным бархатом кресла. Приоткрытая в стенной арке дверь вела в игорный зал, а у противоположной стены возвышалась небольшая сцена со стоящим на ней инкрустированным пианино. Одним словом, это был роскошный салон, ничуть не уступавший своим нью-йоркским или даже парижским собратьям.
С первого взгляда было понятно, что все это великолепие рассчитано отнюдь не на рабочих с окрестных шахт. Нет, «Красная Подвязка» ориентировалась на других клиентов — тех, чьи бумажники топорщатся от набитых в них зеленых бумажек, и таких клиентов в славном городе Денвере, судя по всему, водилось немало.
Кейн прошел в игорный зал, отыскал свободное место возле стола, за которым играли в «блэк джек», и присоединился к полудюжине игроков. Первую сдачу он проиграл, но затем, неожиданно для себя самого, выиграл сразу три подряд. Не желая больше испытывать судьбу за этим столом, Кейн забрал свой выигрыш и не торопясь направился к рулетке. Едва он присел на стул, как за его спиной раздался знакомый женский голос:
— Долго же ты не появлялся у нас, красавчик.
Кейн нахмурился, оборачиваясь к Перл. Он вспомнил о том, как она заставила его поверить в то, что Гленна — «ночная бабочка».
— Привет, Перл, — кисло улыбнулся он.
— О, да ты сегодня не в духе, — надула губки Перл, прижимаясь к плечу Кейна своей большой мягкой грудью. — Но я знаю, как развлечь мужчину. Хочешь подняться со мной в мою комнату, Кейн?
И она, не дожидаясь ответа, пошла к лестнице, ведущей на второй этаж.
Провожая Перл взглядом, Кейн не мог не отметить, что та прекрасно выглядит. Сегодня на ней было красивое, плотно облегающее атласное зеленое платье с большим вырезом на груди. Блестящие черные волосы тщательно уложены. Одним словом, Перл была весьма привлекательна и даже красива — но не для Кейна.
— Не сейчас, Перл, — сказал ей вслед Кейн. — У меня пошла игра, и я не хочу останавливаться.
Перл обернулась, капризно поджав свои яркие губы, и вновь подошла к столу.
— Пойдем со мной, мой милый, — сказала она и добавила хриплым шепотом, положив свою ладонь на руку Кейна: — Я стану твоей удачей.
Справа и слева послышался мужской гогот и грубые пожелания удачи вперемешку с солеными шуточками, и Кейн понял, что благодаря Перл он стал центром внимания для всех, сидевших в игорном зале. Он с досадой поднялся и пошел следом за нею к лестнице, разглядывая ее покачивающиеся при каждом шаге бедра. Перл повела Кейна прямиком в свою комнату.
Едва за ними захлопнулась дверь, как Перл бросилась в объятия Кейна, но тот охладил ее пыл, взяв девушку за плечи, и тогда она озадаченно спросила:
— В чем дело, сладкий мой? Хочешь, чтобы я разделась первой? С удовольствием.
— Не стоит, Перл. Не старайся понапрасну. Я пришел сюда не за этим.
— Не за этим? Тогда за каким чертом ты явился? Уж, наверное, не для того, чтобы просто поболтать. Кейн весело улыбнулся и ответил:
— Угадала, прелесть моя. Именно за этим я и пришел.
— Мне некогда болтать в рабочее время, — нетерпеливо откликнулась Перл. — И кстати, где ты так долго пропадал?
— Это никому не интересно. А вот лучше скажи, зачем тебе нужно было лгать мне насчет Гленны.
— Гленны? Гленны О'Нейл? Но при чем здесь она?
— Зачем ты заставила меня поверить, что она — одна из вас и тоже будет работать в «Красной Подвязке»?
Перл сникла, опустила голову и виновато ответила:
— Какое это имеет значение? Поверь, со мной тебе будет лучше, чем с ней. Ведь она еще девственница. Глядишь, еще в обморок упадет, когда тебя без штанов увидит.
Серые глаза Кейна весело сверкнули, уголки рта сложились в улыбку. «Если бы только Перл знала, что на самом деле было между мной и Гленной», — подумал он, а вслух заметил:
— Ты не имела права лгать мне.
— А кто тебе сказал правду? — подозрительно прищурилась Перл. — Всякому было видно, что ты тогда искал, кого бы уложить в свою постель. Разве не так, Кейн? И что же, теперь ты сердишься из-за того, что не можешь уложить с собой именно ее, Гленну?
— Если ты еще раз посмеешь оболгать Гленну, я не спущу тебе этого, Перл. Ты поняла?
— Разумеется, — угрюмо кивнула Перл и добавила, заметив, что Кейн собирается уйти: — Постой! Не уходи, Кейн. Ведь мы еще не закончили.
— Я закончил, — отчеканил Кейн, — и теперь, если не возражаешь, хотел бы вернуться к рулетке.
И он ушел, оставив Перл в полной растерянности.


На следующее утро Кейн решил навестить шерифа Бартоу. Он вошел к нему в кабинет, представился, и шериф сказал:
— Не ожидал увидеть вас так скоро.
— Значит, вы ждали, что я приду? — спросил Кейн.
— Честно говоря, я думал, что вы намного старше и скорее ответите на мою телеграмму, чем явитесь лично.
— Теперь я понимаю, шериф, вы ожидали не меня, а моего отца. Он умер. Я приехал вместо него, чтобы помочь Пэдди О'Нейлу, но, увы, я опоздал.
— Значит, вам уже известно, что случилось с Пэдди, — облегченно произнес шериф. — А Гленну вы видели?
— Да, — кивнул Кейн. — Я был у нее на прииске. Это она рассказала мне о том, что Пэдди убит. Вы еще не поймали преступника?
— У меня нет ни единой зацепки, Морган, — честно признался Бартоу.
— И что вы собираетесь делать дальше? — не отставал Кейн. — Я обещал Гленне остаться здесь до тех пор, пока убийца не будет схвачен.
— Все не так просто, Морган, — пояснил шериф. — Я провожу расследование, но пока что ничего не обнаружил. Могу рассказать вам лишь об обстоятельствах убийства.
Кейн уселся поудобнее и приготовился внимательно слушать.
— Пэдди приехал в город на своей повозке за день до убийства за покупками. Список был найден на его теле. Остановился он в гостинице «Денвер Армз», пообедал там в ресторане, а затем его видели в «Красной Подвязке». Там он встречался с человеком, не местным, потому что никто не может сказать, кто он. В последний раз Пэдди видели живым, когда он выходил из салуна. Все свидетели в один голос утверждают, что, судя по всему, Пэдди был с этим незнакомцем в дружеских отношениях. Как мне удалось выяснить, имя этого человека — Эрик Картер. На следующий день Пэдди был найден мертвым на выезде из города.
— Этот Эрик Картер по-прежнему в городе, шериф?
— Вчера он точно здесь был. Заходил ко мне, чтобы уточнить дорогу к прииску Пэдди, — ответил шериф. — Я принялся осторожно расспрашивать его, но убедился в том, что Картеру ничего не известно об участи Пэдди. Во всяком случае, он очень расстроился, узнав, что Пэдди мертв.
— Где он остановился, шериф? — спросил Кейн, срываясь с места. — Я хотел бы сам поговорить с этим человеком.
Мне кажется очень странным, что он расспрашивал о «Золотой Надежде».
— Он поселился в «Денвер Армз», — ответил Бартоу и добавил: — Я хочу, чтобы вы первым узнали то, что мне самому стало известно лишь вчера.
Кейн замер на месте и насторожился.
— Перед смертью Пэдди продал Эрику Картеру свой прииск. За пять тысяч долларов.
— Что? Этого не может быть! Гленна убеждена в том, что Пэдди не продал бы свою «Золотую Надежду» ни при каких обстоятельствах.
— Поговорив с мистером Картером, я склоняюсь к тому, что Пэдди все-таки продал прииск. Ведь он не получал с него никакой прибыли уже несколько месяцев кряду, а деньги ему были очень нужны — ведь Пэдди должен был оплачивать учебу своей дочери в Сент-Луисе.
— Мне трудно поверить в то, что Пэдди продал свой прииск, так и не найдя золотую жилу.
— Вы, кажется, говорили, что Пэдди писал вашему отцу и просил о помощи?
— Да, но…
— Мистер Морган, мне самому было трудно в это поверить, но Эрик Картер показал мне купчую на участок, подписанную Пэдди и заверенную по всем правилам. Подозревать этого человека в убийстве я не могу, у меня для этого нет никаких доказательств. Правда, портье показал, что в тот вечер Пэдди вернулся в свой номер и больше уже ни с кем не встречался, а Картер в ту ночь не ночевал в гостинице. Когда я спросил Картера о том, где он был в ту ночь, он ответил, что провел ее в «Красной Подвязке», с одной из тамошних женщин. Я не могу опровергнуть его слова, Морган.
«Бедная Гленна, — с отчаянием подумал Кейн. — Сумеет ли она с этим справиться?»
— Как зовут ту женщину, с которой Картер провел ночь накануне убийства? — спросил он.
— Ее зовут Кончита, она мексиканка. Но от нее вы уже ничего не узнаете. Бедная девочка погибла неделю тому назад. Перевернулся экипаж, в котором она ехала.
— О боже! — взорвался Кейн. — Да будет ли всему этому конец?
— Я побывал в «Красной Подвязке» и выяснил, что Картер действительно был там в ту ночь. Все видели, как он поднимался по лестнице вместе с Кончитой. Так что, похоже, он не солгал.
— Неужели вы не видите, что все подстроено? — с издевкой спросил Кейн. — Или вы ослепли? Пэдди передумал продавать участок. Нет сомнений в том, что Картер подстерег той ночью Пэдди, убил его, выкрал купчую, а затем убил и Кончиту, чтобы обеспечить себе полное алиби! Исполняйте свой долг перед законом, шериф, или я сам исполню его за вас.
— Сбавьте тон, Морган. Поверьте, я не настолько глуп, как вам кажется. Просто до того времени, когда у меня на руках соберутся все необходимые доказательства, мне выгоднее, чтобы Картер думал, что я ни в чем не подозреваю его. Пусть занимается своим делом, а я буду наблюдать за ним и ждать, когда же он допустит промашку. Если Картер замешан в убийстве, он ее непременно допустит. Кроме того, этот человек не показался мне похожим на хладнокровного убийцу. Очень может быть, что он невиновен. Расправиться с Пэдди могли и случайные бродяги. Кстати, те пять тысяч долларов-Пэдди не положил в банк, и на теле их тоже не оказалось. Картер заявил, что расплатился за участок золотом.
— Не давал он Пэдди никаких денег, — хмуро заявил Кейн.
— Возможно, — согласился Бартоу, — но это еще надо доказать.
— Позвольте мне помочь вам, шериф. Я могу…
— Не нужно, Морган, и держитесь подальше от этого дела. Я и сам с ним справлюсь.
Кейн едва не задохнулся от охватившей его ярости и чувства собственного бессилия.
— А что теперь будет с Гленной? — спросил он. — Выходит, у нее нет ни дома, ни наследства — ничего! И на что она, черт побери, жить-то будет?
— Честно говоря, здесь я надеялся на помощь со стороны вашего отца. Возьмите девушку с собой, Морган, хотя бы до тех пор, пока я здесь сумею со всем разобраться. Ей опасно оставаться в наших краях.
— Ха, легко сказать! — с горькой иронией отозвался Кейн. — Я думаю, что вы, шериф, знаете характер Гленны не хуже меня. Она ни за что не захочет уехать из Денвера до тех пор, пока не увидит убийцу своего отца закованным в цепи. И уж если эта юная леди вбила что-нибудь в свою прелестную головку, ее не переубедить.
Шериф Бартоу окинул Кейна оценивающим взглядом и неожиданно сказал, тщательно подбирая при этом слова:
— Вы могли бы очаровать ее, Морган, для этого у вас есть все данные. Или женитесь на ней, что ли, черт побери.
Кейн усмехнулся, представив себе, сколько новых трудностей появится в его жизни, вздумай он жениться на Гленне О'Нейл.
— Идея неплохая, шериф, но дело в том, что я уже обручен. Честно говоря, если я не вернусь домой в самом скором времени, мои проклятые родственнички свернут мне шею.
— Жаль. Идея и в самом деле была неплохая. Так вы сказали, что останавливались на прииске у Гленны, не так ли? — переспросил шериф, усмехаясь.
Кейн смутился, покраснел и ответил, запинаясь:
— Я… Это вовсе не то, о чем вы подумали, шериф. Я отношусь к Гленне с уважением, не более того.
— Ах да, я совсем забыл: вы же обручены, — сухо заметил шериф. — И что вы намерены делать дальше?
— Отправлю домой телеграмму, куплю в магазине все необходимое и по возможности переговорю с Картером, а затем вернусь на прииск. Мне хочется самому все рассказать Гленне раньше, чем Картер заявится на «Золотую Надежду» с купчей в руках.
— Боюсь, что вы и здесь опоздали, — заметил Бартоу. — Картер собирался выехать сегодня утром. Сказал, что не предъявлял своих прав на прииск до сих пор только потому, что ездил в Силвер-Сити улаживать какие-то свои дела. Он даже не знал о том, что Гленна вернулась. Я сам ему рассказал. Картер обещал дать ей время на то, чтобы упаковать все необходимое перед тем, как она съедет.
— Как вы разрешили ему уехать? — возмутился Кейн. — Этот человек может оказаться убийцей, и вы отпускаете его на прииск, зная, что Гленна там одна! О чем вы только думаете?
— Успокойтесь, Морган. Картер не сделает Гленне ничего плохого. Он выглядит очень осторожным человеком и знает, что его первым вздернут на виселицу, если с Гленной что-нибудь случится.
— Я немедленно выезжаю, шериф. Картер опережает меня всего на какой-нибудь час или два.
— Ни во что не вмешивайтесь, Морган, — еще раз предупредил Кейна Бартоу. — Если Картер окажется убийцей, я сам с ним разберусь. Не делайте глупостей.
Кейн окинул шерифа дерзким взглядом и пулей выскочил за дверь.
Несмотря на жгучее желание отправиться в путь немедленно, Кейн должен был задержаться, чтобы довести до конца дело, камнем висевшее у него на шее. Он отправился на почту, чтобы отбить телеграммы Элен и своей матери. Он знал, что его просьба отложить их с Элен свадьбу еще на несколько недель вызовет в Филадельфии бурное негодование, но ничего другого ему просто не оставалось. В нынешних обстоятельствах он не может покинуть Гленну.
Но если бы только Кейн знал, к каким последствиям приведут его телеграммы, он, наверное, не стал бы посылать их.


Порывшись в отцовских сундуках, Гленна подобрала для себя пару старых рабочих брюк и поношенную клетчатую рубашку. Подвернула рукава и штанины и приготовилась отправиться туда, где вчерашней ночью ей удалось найти заветный «поплавок». Быть может, ее находка показалась Кейну не слишком значительной, но для нее самой это было величайшим событием в жизни. Найденный камень объяснял многое, даже причину, заставившую отца просить о помощи. Гленна не сомневалась в том, что отцу наконец удалось найти сказочную золотую жилу и ему нужны были деньги — закупить оборудование для шахты, нанять новых рабочих. Подобные траты были для него непосильными. Вот он и обратился с письмом к своему другу детства.
Вложить деньги в столь рискованное предприятие мог только такой богатый человек, как Патрик Морган. «Проклятый Кейн! — с бессильной яростью подумала Гленна. — Он не понял всей важности моей находки! Ну, ничего, я выскажу ему все, что думаю, как только он вернется! Но будет еще лучше, если до этого я успею найти жилу и ткну его в нее носом!»
В кладовке отыскалось и сито для промывки золотого песка — старое, знакомое Гленне с детства. Она прихватила лопату и отправилась вверх по течению. Найдя знакомую отмель, Гленна перешла на то самое место, где ей удалось вчера обнаружить свой камень. Здесь она стала загружать лопатой в сито песок и промывать его в речных струях, внимательно следя, не блеснут ли на донышке золотые крупинки.
На отмели она проработала весь день, но так ничего и не приобрела — если, конечно, не считать кровавых волдырей на ладонях. К вечеру Гленна почувствовала себя измотанной до предела, промокшей и проголодавшейся, и тут случилось маленькое чудо. В последней лопате песка обнаружился еще один «поплавок» — меньший по размеру, чем вчерашний, но с теми же светлыми разводами, неоспоримо доказывавшими близость золотой жилы.
Теперь Гленна не сомневалась в том, что ее отца убили именно из-за этой жилы и сделал это тот, кто сумел проникнуть в его тайну. Впрочем, что это даст убийце? Ведь теперь хозяйкой прииска стала она, Гленна. Нет, что-то здесь не так. И потом, если бы отца убили из-за золота, то сейчас здесь уже хозяйничали бы самозванцы, а где они?
Скромно поужинав, Гленна прилегла отдохнуть, страстно желая, чтобы рядом с ней сейчас оказался Кейн — разделить с ней радость и надежды и — чего уж там греха таить! — постель. Конечно, умом Гленна понимала, что ее связь с Кейном — ненадолго, но все же мечтала о том, чтобы это «недолго» продолжалось до самой смерти.
На следующий день ей удалось найти большой обломок отливающего золотом кварца, и она удвоила усилия. Вскоре после полудня она совершенно выбилась из сил и отправилась домой, сжимая в руке свою последнюю находку. Здесь она приложила кусок кварца к первым двум камням и запрятала их подальше, под кровать.
Она заканчивала обедать, когда вдали послышался стук копыт, и Гленна поняла, что ее одиночеству подошел конец. Гленна хотела выбежать навстречу Кейну с распростертыми объятиями, но в последний момент вспомнила его наказ — всегда держать под рукой заряженную винтовку.
Она схватила стоявший в углу «винчестер», проверила патрон и только после этого распахнула входную дверь. Издалека она могла с уверенностью сказать только одно — приближавшийся всадник был мужчиной. Сначала Гленна решила, что это Кейн, но уже через минуту поняла, что ошиблась, рассмотрев вьющиеся по ветру светлые волосы незнакомца. Гленна подняла винтовку и стояла неподвижно на пороге своего дома до тех пор, пока, всадник не приблизился и не спешился.
— Мисс О'Нейл? — вежливо спросил незнакомец, и Гленна осторожно кивнула в ответ. — Вы, конечно, не знаете меня, но мы были знакомы с вашим отцом.
Слова незнакомца немного успокоили Гленну, но не настолько, чтобы она выпустила из рук «винчестер».
— Вы — друг моего отца? Как вас зовут?
— Простите, что не представился с самого начала. Я — Картер, Эрик Картер.
— Не припоминаю вашего имени, — настороженно сказала Гленна.
— И не могли его знать, мисс О'Нейл. Я живу в Силвер-Сити, а с вашим отцом мы познакомились незадолго до его смерти.
— Вам что-нибудь известно о гибели моего отца? — с надеждой в голосе спросила Гленна. — Вы из-за этого и приехали сюда?
— Мисс О'Нейл, я отдал бы все за то, чтобы ваш отец был жив, но, к сожалению, это не в человеческих силах. — Внимательные голубые глаза Картера при этом ни капельки не потеплели. — Если говорить точнее, то с Пэдди О'Нейлом мы познакомились всего за две недели до того, как его убили, и виделись с тех пор всего один раз — как раз накануне трагедии. Именно в тот день мы и заключили нашу сделку.
— Какую еще сделку, мистер Картер? — напряглась Гленна, почувствовав, что начинается самое главное.
— Ваш отец продал мне свой участок. Картер знал, что это известие окажется тяжелым ударом для Гленны, но предпочел не ходить вокруг да около. Из горла Гленны вырвался протестующий крик:
— Вы лжете! Отец не мог продать «Золотую Надежду»! Никому и никогда!
— У меня на руках купчая, мисс О'Нейл, подписанная и заверенная по всем правилам. Мне очень жаль. Я понятия не имел о том, что у Пэдди есть дочь. Я узнал о вас лишь после того, как…
— После того как убили его! — холодно произнесла Гленна, поднимая винтовку. — Вы убили моего отца и похитили у него документы, подтверждающие право владения прииском. По своей воле он никогда бы с ним не расстался. А купчую подделали позже.
— Это не так, мисс О'Нейл, — возразил Картер, не сводя настороженных глаз с «винчестера». — Скажите, вы узнали бы подпись вашего отца? — Гленна утвердительно кивнула. — Тогда взгляните сюда.
И он полез в свой карман.
— Помедленнее, мистер, — предупредила его Гленна. — Помните, одно резкое движение, и я всажу вам пулю в лоб.
Картер осторожно вынул из кармана сложенный лист бумаги и медленно протянул его Гленне.
— Здесь говорится о том, что вы заплатили отцу за участок пять тысяч долларов. Что случилось с этими деньгами и где они сейчас? Шериф сказал, что на теле отца не нашли никаких денег.
— Вот этого я не могу вам сказать, мисс О'Нейл. Я уехал из Денвера как раз в тот день, когда убили вашего отца. Я недавно вернулся. Но вы, я надеюсь, признаете подпись своего отца?
— Да, — неохотно согласилась Гленна. — Но вы могли принудить отца подписать бумаги, приставив к его голове револьвер. Заставить отца отказаться от «Золотой Надежды» можно было только силой.
— Как вы полагаете, похож я на человека, который может приставить револьвер к чьей-то голове? Неужели меня можно принять за убийцу?
Гленна заставила себя окинуть Картера взглядом. Глаза его — умные, чистые — действительно не походили на глаза убийцы. Правда, Гленна не представляла себе, какими должны быть глаза настоящего убийцы, и просто положилась на свои ощущения.
Эрик Картер был игроком, человеком, полагавшимся на свою удачу. Он мог поставить на карту последний доллар, но убить человека — никогда. Сорвав большой куш в Силвер-Сити, он решил не искушать больше судьбу и попытать счастья на новом месте. Положив в банк остатки выигранных денег, он отправился в Денвер, где и познакомился с Пэдди О'Нейлом. В ходе их разговора тот предложил ему купить «Золотую Надежду». Картер ухватился за это предложение, и они договорились встретиться в Денвере ровно через две недели — именно столько времени попросил Картер на то, чтобы собрать необходимые пять тысяч долларов.
Он вернулся в Силвер-Сити, снял со счета все свои сбережения, отвез их в Денвер, и они с Пэдди заключили сделку. На следующее утро Картер вновь вернулся в Силвер-Сити и провел там еще две недели, уговаривая свою любовницу переехать вместе с ним в Денвер. Та отказалась, и в результате Картер вновь вернулся в Денвер, и опять в одиночестве. Что ж, он не держал зла на свою любовницу. И в самом деле — одно дело быть любовницей удачливого игрока, и совсем другое дело — стать женой старателя. Впрочем, та женщина оказалась весьма бойкой и успела обзавестись новым кавалером еще до того, как Картер уехал из Силвер-Сити. Его заместителем стал один богатый владелец серебряных шахт. Так что за будущее этой красотки можно было не волноваться.
Все это Эрик Картер рассказал Гленне, и рассказ показался ей достаточно правдивым, хотя и не освобождал Картера от подозрений.
— Мистер Картер, все это не имеет для меня никакого значения. Я знаю, что вы убили моего отца, — обвиняющим тоном сказала Гленна. — Никакого другого объяснения случившемуся у меня нет. И если шериф ничего не может доказать и сделать, я все сделаю сама, своими руками.
Она подняла винтовку, и Картер побледнел, заглянув в лицо своей смерти.
Прогремел выстрел, но за секунду до этого Картер успел рухнуть на землю. Он схватил Гленну за ноги и повалил ее, не давая перезарядить винтовку.
Гленна даже ахнуть не успела, как оказалась крепко придавленной к земле. «Винчестер» вылетел у нее из рук и теперь лежал в стороне — далекий и бесполезный.
— Не хотел сделать вам больно, мисс О'Нейл, но, право же, я не из тех, кто спокойно стоит на месте, когда в него начинают палить. Я не убивал Пэдди О'Нейла, слышите? Да, я игрок, но я — не убийца! Если хотите, я вас отпущу, только прежде обещайте не стрелять в меня. Будьте благоразумны, а я, в свою очередь, обещаю дать вам время на то, чтобы спокойно упаковать вещи и съехать отсюда. Что же касается прииска, то я намерен работать на нем, и даже не пытайтесь меня от этого отговаривать.
Подбородок Гленны предательски задрожал, глаза засверкали изумрудом, и Картер только теперь вдруг понял, насколько красива эта женщина. «Может быть, предложить ей остаться здесь и стать моей любовницей?» — промелькнула в его голове шальная мысль.
Впрочем, подобное предложение Картер решил приберечь на потом, когда эта рыжая бестия немного успокоится. А пока лучше не поворачиваться к ней спиной — пристрелит!
— Итак, Гленна, — сказал Эрик Картер, перекатывая на языке ее имя. — Могу я считать, что получил от вас обещание держать себя в руках?
Гленна собралась было послать его ко всем чертям, как вдруг почувствовала, что ее больше ничто не удерживает. Это Кейн, словно разъяренный буйвол, набросился на Картера и могучим ударом сбросил его, освободив Гленну.
Выстрел Кейн услышал издалека и с той секунды так пришпоривал своего жеребца, что едва не загнал его. За короткие минуты бешеной скачки он успел нарисовать себе сотню картин, одна ужаснее другой, но главным сюжетом в них оставался один — мертвая Гленна и стоящий над ней убийца, тот же самый человек, который так хладнокровно пристрелил ее отца. Так что Эрику Картеру досталось сразу за двоих — и за Гленну, и за покойного Пэдди О'Нейла.
Кейн накинулся на Картера, а когда тот отлетел в сторону, прорычал, размахивая кулаками:
— Ублюдок! Что ты с ней сделал?
— Это что еще за дьявол? — прохрипел Картер, безуспешно пытаясь укрыться от града ударов, которыми осыпал его Кейн.
Наконец дар речи вернулся и к Гленне, и она крикнула во весь голос:
— Кейн, погоди! Не убивай его!
Увещевания Картера неожиданно подействовали, и с ней произошла странная вещь: она вдруг поверила в искренность его слов, и они породили целый рой новых мыслей.
— Почему это я не должен убивать этого сукиного сына? — продолжал бушевать Кейн. — Ведь он застрелил твоего отца, а теперь пытался убить и тебя!
— Нет, Кейн, ты ошибаешься. Это я стреляла в Картера, и, как мне теперь начинает казаться, — напрасно. Скорее всего он в самом деле не убивал отца.
— Спасибо вам, мисс О'Нейл, — сказал Картер, с благодарностью глядя на Гленну. — Я в самом деле не солгал вам. Я и вправду не убивал Пэдди О'Нейла.
— А теперь попробуй меня убедить в том же самом, — неприязненно проворчал Кейн.
— Да кто вы вообще такой, черт побери? — сказал Картер, поднимаясь с земли. — И почему вы суетесь в это дело?
— Меня зовут Кейн Морган, и я друг семьи О'Нейлов. А теперь давай объясняй, с чего это я вдруг должен верить словам убийцы.
Картер нервно покосился на «винчестер» Кейна, прокашлялся и заново приступил к рассказу о том, как познакомился с Пэдди и как тот продал ему свой прииск. Кейн выслушал Картера молча, сосредоточенно нахмурив брови. В целом история выглядела весьма правдоподобно, хотя в ней и оставалось немало белых пятен. Неясно было, например, что же случилось с теми пятью тысячами долларов, которые Пэдди получил за свой участок. Непонятными оставались и причины, по которым он решился продать свою «Золотую Надежду».
Кейн решил согласиться с рассказом Картера — во всяком случае, до тех пор, пока шериф не закончит свое расследование. И, раз уж Гленне теперь все равно придется вернуться в город, он поможет ей перебраться туда. В Денвере они на пару возьмутся за шерифа и заставят его пошевеливаться.
— Не могу сказать, что поверил всему, что вы рассказали, Картер, — предупредил Кейн, осуждающе покачивая головой, — но пока у вас на руках все козыри. Живите, но помните: мы с шерифом Бартоу теперь глаз с вас не спустим.
— Можете хоть носом землю рыть, Морган, все равно вам не удастся найти против меня ни одной улики, потому что их нет и быть не может.
Двое мужчин стояли друг против друга, тяжело дыша и не двигаясь с места, и Гленна решила немного разрядить обстановку.
— Кейн, я склонна верить мистеру Картеру, во всяком случае, до тех пор, пока кто-нибудь не сможет доказать обратное.
Кейн понял, что Гленна, убитая известием о том, что ей придется покинуть родной дом, не хочет продолжать спор относительно истории, рассказанной Картером. Да и самому Кейну нелишне, наверное, было бы вспомнить о том, что шериф Бартоу строго-настрого запретил ему заниматься любой самодеятельностью. Кейн замолчал и тяжело вздохнул, мысленно помянув при этом недобрым словом Пэдди, который был настолько скрытен, что не оставил ни единой зацепки, ни единого словца — ничего, что могло бы объяснить его странное решение продать «Золотую Надежду».




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Обещанный рай - Мейсон Конни

Разделы:
12345789101112131415161718192021222324

Ваши комментарии
к роману Обещанный рай - Мейсон Конни



Очередной ужасающий бред. Героиня дура. Гг тупое похотливое животное.мадам чуть не изнасиловали трое,а она тут же быстро раздвигает лапки и вовсю давай являть ГГ всю силу страсти.вообще,большую часть времени героиня проводит лежа на спине нервно раздвинув ноги и страстно "любя" гг
Обещанный рай - Мейсон КонниНаталья
20.05.2013, 23.30





Что меня больше всего раздражает у этого автора, то, что героини никогда и ничего не могут толком объяснить своим героям, им не хватает времени, они что-то постоянно лепечут, отсюда возникают разные недопонимания... Неужели так трудно что-то объяснить? Почему-то не хватает нормальных человеческих слов. Все проблемы в этих романах не из-за действий каких-то врагов или злодеев, а из-за того, что герои не умеют разговаривать друг с другом...
Обещанный рай - Мейсон КонниМарина
26.11.2014, 1.44





Книга супер мне понравилась.
Обещанный рай - Мейсон Коннисаня
13.09.2015, 19.08





Книга супер мне понравилась.
Обещанный рай - Мейсон Коннисаня
13.09.2015, 19.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100