Читать онлайн Роковой мужчина, автора - Мейерсберг Пол, Раздел - ПИСТОЛЕТ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Роковой мужчина - Мейерсберг Пол бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Роковой мужчина - Мейерсберг Пол - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Роковой мужчина - Мейерсберг Пол - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мейерсберг Пол

Роковой мужчина

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ПИСТОЛЕТ

Девять часов предыдущего вечера. Я занимаюсь любовью с Барбарой. Полдесятого. Урсула сбежала из больницы и отправилась домой. В десять вечера она позвонила в дом на пляже. Никого не застав, позвонила в офис. Одиннадцать вечера. Она поехала к Барбаре и видела нас – например, через окно спальни. Или на кухне. Я так и знал, что кто-то следил за нами. Гадство.
В офисе на автоответчике ее послания не оказалось. Я позвонил ей домой. Никто не отвечал. Автоответчик молчал. Никаких рассказов о смерти ее отца. Ничего.
Когда Диана задала невинный вопрос, как здоровье Урсулы, я ответил, что она в полном порядке. Затем позвонил Оз – но не насчет Урсулы, а чтобы сообщить мне последние новости по делу Ларри Кэмпбелла. Очевидно, теперь подозреваемым номер один стала жена Ларри. Новая гипотеза гласила, что она приехала в мотель и убила его. Или, например, узнала о его связи и наняла кого-то, чтобы убить его. Странно. Именно такую гипотезу я сочинил насчет Фелисити.
Примерно в одиннадцать часов я начал разговаривать сам с собой. Расхаживая кругами по кабинету, я дважды покормил рыбок, не отвечал на звонки, и, наконец, подумал, не поехать ли просто к ней домой, повидаться с ней, не оттягивая объяснение. Я знал, что она дома, и, вероятно, ждет меня.
Пусть катится к черту. У меня есть право встречаться с Барбарой. Какого хрена она будет диктовать условия? Если хочет покончить с собой – пожалуйста. На долю секунды я пожалел, что ей это не удалось.
Диана вошла в кабинет со свертком, принесенным рассыльным. Что в нем – бомба? Я развернул сверток. Внутри лежала книга, присланная из «Бук-Сити». В каком-то смысле это действительно была бомба. Книга называлась «Город Нигде», автор – Элисо Лурье, та самая книга, которую Урсула просила меня принести вчера, а тем временем заказала ее сама. Что она пыталась этим сказать? Повод приехать к ней? Или какое-то предупреждение? Столько всего, что она делала, было зашифровано! Я решил ничего не делать, но мне ужасно не нравилось, что я не способен разобраться в ситуации. Все происходящее вело меня к факту, что я в каком-то смысле виноват перед ней. Это было нехорошее ощущение.
После полудня я встретил на стоянке Кэт. – Почему такой печальный? – спросила она. Раньше я не хотел говорить с ней, но сейчас мне был нужен слушатель-женщина. Кроме того, в лице Кэт я имел психотерапевта. Мне не терпелось разыскать ключи к поведению Урсулы, возможно, получить какой-нибудь совет, хотя бы предположение. Разговор с Полом не помог. Повинуясь внезапному побуждению, я пригласил Кэт пообедать.
– Мне хочется обсудить с тобой одно дело.
Она колебалась, не понимая, что означает это приглашение.
– У меня назначена встреча, – сказала она.
– Жалко.
– Но я могу ее отменить, – она прикоснулась к моей руке.
Мы отправились в «Империал-Гарденз». Пока мы не пришли туда, я не думал об иронии, заключавшейся в таком выборе. Было еще рано. Столик, где я сидел с Урсулой, был свободен. Я колебался. В известном смысле я искушал судьбу. Официантка-японка улыбнулась мне. Вероятно, она меня вспомнила. Я задрожал. Что за черт! Нет, просто кондиционер весь день включен. Решив быть с Кэт откровенным, но не называть Урсулу по имени, я изложил ей суть дела.
– Теперь ее поведение становится непредсказуемым, и я хочу знать, что мне делать. Вряд ли нам с ней удастся спокойно сесть и все обсудить.
– Дело вот в чем. И поверь мне, не имеет никакого значения, что она женщина. Мужчины реагируют точно таким же образом, когда тот, кого ни любят, не отвечает на любовь так, как они хотят. В них копится гнев и даже ненависть, которая направлена на объект их любви. Но это длится недолго. Ненависть быстро обращается на третье лицо, независимо от того, оправдана ли ревность или нет.
– Почему? А если нет никакого третьего лица? И она знает, что никого нет и быть не может.
– Ей нужно найти кого-то другого, потому что если она и дальше будет ненавидеть тебя – объект своей любви, если хочешь – то это будет равносильно признанию, что ты не достоин ее любви. А в таком случае это отразится на ее выборе, на ней самой, это будет означать, что она сделала ошибку. А любовь не признает ошибок.
– Так что она ищет кого-то другого.
– Именно. В принципе – это Эдипов комплекс.
– Эдипов комплекс? Я думал, что он относится к родителям и детям. Дети и их матери.
– В твоем случае основа точно такая же. Девушка, очень сильно привязанная к отцу, видит в матери соперницу. Это особенно хорошо проявляется при вторых браках, когда мачеха становится объектом ненависти. Так что «мама» в одной или в другой форме становится лишней, и от нее надо как-то избавляться. В любовных делах действует тот же самый принцип.
В ее словах имелся смысл, и, если вспомнить Фелисити, очень важный смысл. Вероятно, Урсула ненавидела бы ее, если бы та была жива. Какое-то мгновение она ненавидела Диану. Теперь она обратит свой гнев на Барбару. Что-то вроде цепной реакции.
– И что с этим можно поделать?
– Одно из двух. Ты можешь попробовать убедить ее, что ее ревность не имеет никаких оснований. Или прекрати с ней встречаться, объяснив почему. В любом случае это будет длительный процесс. И если ты ее не любишь…
– Люблю. – Неужели?
– Об этом можешь судить только ты сам.
Я принялся за обед. В противоположном конце ресторана открылась дверь в одну из отдельных комнат, и из нее вышли мужчина и женщина. Это были Пол и Урсула.
Откуда ей известно, что я буду здесь? Никто этого не знал. Даже Диана. Она сошла с ума. Кроме того, черт возьми, чем она занималась с Полом?
– Что такое? – Кэт поняла, что что-то произошло.
Я был парализован. Пол увидел меня и помахал рукой. Урсула же, увидев меня, никак не отреагировала. Что она подумала про нас с Кэт?
Пол остановился у нашего столика. Он был ни капельки не смущен. Я смотрел на Урсулу. Она улыбалась с отсутствующим видом, пока я представил Кэт и Пола друг другу. Я почувствовал жар. Что случилось с кондиционерами?
– Здесь вкусно кормят, не правда ли? – обратилась Урсула к Кэт, не замечая меня. Затем повернулась и без единого слова пошла прочь. Прихрамывая, она прошла мимо кассира и исчезла.
Я мгновенно вспотел, и оставив Пола и Кэт, бросился за Урсулой. Обеденный зал размещался на третьем этаже. Я пролетел мимо японской парочки, перепрыгивая через ступеньки. На стенах висели наклонные зеркала. Я мчался за ее исчезающим отражением.
Я догнал Урсулу на первом этаже напротив бара и схватил ее за плечо. Она повернулась и вцепилась зубами мне в руку. Я вскрикнул.
– Ну, ударь меня, – прошипела она.
– Почему ты ушла из больницы?
– Где ты был прошлой ночью?
– Это мое дело.
– Потаскуха!
Я схватил ее за плечи. Она открыла кошелек и достала пистолет, уперев ствол мне в живот.
– Отпусти. Или я прострелю тебе кишки.
Я отпустил ее. Я понял, что она сошла с ума.
– Только попробуй пойти за мной, – проговорила она. – Я тебя убью.
Она убрала пистолет в сумочку и вышла из ресторана. Из розовой полутьмы бара на нас смотрели люди. Я не знаю, заметил кто-нибудь пистолет или нет. Я – заметил. И не собирался идти за ней.
Откуда у нее пистолет? Затем я вспомнил ночь, когда пришел в ее дом, чтобы поспать в комнате для гостей. Когда она спустилась вниз, в ее руке был пистолет.
Пол спустился по лестнице, глядя на нас. Нас было четверо – два его, два меня. Даже больше, если учесть отражения от отражений.
– Что она тебе говорила? – спросил я. Я должен был знать.
– Она сегодня позвонила мне и предложила пообедать вместе.
– И ты согласился.
– Да. А что, это нехорошо?
– Не обязательно. О чем она говорила?
– Она хотела знать, знаком ли я с какими-нибудь проститутками.
– Что?!
– Она сказала, что подумывает стать «девочкой по вызову».
– И что ты сказал?
– Я сказал, что не знаком ни с какими проститутками, и что она должна быть осторожной, если не хочет подцепить СПИД.
Кэт спустилась по лестнице.
– Послушайте, меня не интересуют ваши дела, – сказала она, – но я иду домой. Спасибо за обед.
– Кэт, я страшно виноват, – извинился я. Она все поняла.
– Удачи, – она бросила взгляд на Пола. – Я сама доберусь до дома.
Я взглянул на Пола.
– И она ничего не говорила обо мне?
– Ничего.
Я сел в машину, рассеянно дав парню, который припарковал ее, пятидолларовую бумажку, и поехал на запад по бульвару Сансет. Моя машина блуждала наугад, точно так же как мой ум. Мимо проносились машины и мысли. Эдип. В ночь гибели Ларри Кэмпбелла я пересказывал ей рассказ Билли Уайлдера про Эдипа. Кажется, она говорила, что Эдип с самого начала все понимал и знал, что он делает? А знал ли я с самого начала, что делаю, в какую историю влип?
Я был с Барбарой. И обманывал Урсулу. Но все равно ее слово было равносильно пощечине. «Потаскуха!» Никто никогда не называет так мужчину. Кэт могла бы сказать, что на самом деле Урсула говорила о себе. Она перенесла на меня то, как она сама видела себя. Нет. Это неправда. Она была верна мне до невероятности. Я знал, что она не спала ни с Полом, ни с кем-либо еще с тех пор, как встретила меня. В ее жизни не было мужчин. Этот астролог-иностранец не был ее любовником. Она не трахалась с кем попало. И что я теперь мог ей ответить?
Я не стал поворачивать на север, на Бенедикт. Вся моя решимость улетучилась. Я продолжал ехать по Сансет, направляясь к океану. Добравшись до своего дома, я хотел только спать, полностью отключиться. Я лежал на матрасе, прислушиваясь к гулу океана, со страхом ожидая плохих снов. Даже бодрствуя, я не мог управлять своими мыслями, не мог привести их в порядок. Тысячи нитей вели в одно место. К ней. И ко мне.
Я очнулся от глубокого сна в семь часов. Меня разбудил телефон, загремевший над ухом. Я бросился к нему, сшиб на пол, наконец, поднес трубку к уху.
Звонила Барбара. Она была в ужасном состоянии. Ее голос дрожал.
– Мне только что звонили из полиции.
– Что случилось? – я мгновенно вспомнил убийство Фелисити. Ко мне вернулась безумная мысль, что ее убила Барбара.
– Мой магазин разгромлен. Полный кошмар.
– Я приеду через полчаса. Жди меня.
– Что мне делать?
– Успокойся. Я еду.
Я повесил трубку. Помылся под душем, но бриться не стал. Это можно сделать в офисе. Тем более – у меня ходуном ходили руки.
«Шкатулка Пандоры» была только что не разнесена в щепки. Зеркала побиты. Барбара была в слезах. Она не заплатила последний страховой взнос.
– Самое страшное, что насколько я могу судить, ничего не украдено. Кто мог это сделать?
Я носом чуял ответ. Лимонный запах.
Я сказал Барбаре, что позвоню в страховую компанию и докажу ее правоту. Она просрочила срок платежа только на пару недель, а до этого всегда аккуратно платила. Я находился с Барбарой примерно двадцать минут, и она постепенно успокоилась. Я сказал ей, что позвоню через час из офиса.
Я ехал так быстро, как осмеливался. Хватит! Я поставлю ее на место! Двери были заперты – в первый раз. Причем все. Свой ключ к ее дому я оставил на пляже.
Я разбил дверь на кухне, орудуя гаечным ключом из гаража. Порезав о стекло левую руку, проник на кухню и начал выкрикивать ее имя. Я продолжал кричать, идя через прихожую и вверх по лестнице.
Урсула сидела на кровати, глядя в зеркало.
– Зачем ты это сделала?
– Ты вернулся к ней.
– Это не ответ.
– Это может быть ответом, – сказала она и направила на меня пистолет.
– Не валяй дурака!
Урсула встала с кровати. Я смотрел на нее. Она была не слишком уверена в себе.
– Мне приходилось убивать раньше, – заявила она. – Убийством больше, убийством меньше – какая разница?
Я не знал, можно ли ей верить. У меня возникло ощущение, что она заранее приготовила эти слова.
– Этой ночью ты был с ней? – Теперь ее голос дрожал.
– Где я был этой ночью, тебя не касается. – Я начал чувствовать ненависть.
– Ты боишься. Взгляни на себя, – она повернулась к зеркалу. – Что ты видишь?
– Урсула, отдай пистолет.
Я направился к ней и протянул руку, чувствуя спокойствие. Урсула переложила оружие в левую руку, подальше от меня, и поглядела в зеркало.
– Мы встретились в зеркале, – сказала она. – Может быть, расстаться нам суждено тоже в отражении?
Я подумывал о том, чтобы кинуться на нее и отобрать пистолет. Теперь я не жалел ее. Ее халат был распахнут. Все еще глядя в зеркало, она приставила ствол к груди, уперев его в мягкую плоть. Я видел, как ее палец замер на курке.
Она передвинула пистолет к пупку, ткнула его в лунку. Какая-то жуткая эротика! Потом она передвинула ствол ниже, к паху. Я не хотел смотреть, но не мог отвести глаз. Она стала пихать ствол в себя.
– Как ты думаешь, могут ли люди иметь оружие? Какого ты мнения придерживаешься о законах об оружии? Я читала где-то, что право носить оружие в нашей стране – символ права на личную свободу. Если ты отнимешь у человека оружие, то отнимешь у него свободу.
– Урсула, – произнес я. – Пожалуйста, отдай мне пистолет. Мы что-нибудь придумаем. Давай потолкуем.
Я сел на кровать. Любая угроза с моей стороны могла привести к печальному исходу. Она начала потихоньку вращать ствол пистолета.
– Внутри становится тепло. Не правда ли, забавно, как важен для нас секс в одно мгновение, и как в следующее мгновение он кажется ничтожным и тривиальным занятием? Не успеешь моргнуть глазом, как он уже ничего не значит. А затем снова важнее всего на свете. Затем – вдруг – снова становится ничем.
Сейчас я не чувствовал никакого желания, одну опустошенность. Она тоже.
– Я много думала о разнице между нами. К сексу это не имеет никакого отношения, верно? Это не вопрос разницы пола. Я делаю то, что большинству людей даже и представить трудно. – Она повернулась ко мне лицом, готовая разрыдаться. – Я чувствую себя свободнее, когда выполняю свои желания. А ты чувствуешь себя свободнее, когда противишься им. Вот в чем разница между нами..
– Ты не можешь делать все, что хочешь. Точно также как не можешь иметь все, что хочешь.
– Получаешь ли ты удовольствие, останавливая себя? Не правда ли, самоограничения позволяют тебе чувствовать себя лучше?
– Я полагаю, самоограничение означает, что ты владеешь собой. Иначе наступит хаос.
– В сексе самоограничение – то же самое, что сдерживание, не так ли? Но в ограниченном сексе нет ничего хорошего. Почему бы то же самое правило не применить ко всей остальной, жизни? Так должно быть. Секс – это не хаос, верно? Это – свобода!
Я знал, что она хочет, чтобы я что-нибудь сказал. Но что я мог сказать? Я согласен. Я не согласен. Ты права. Ты неправа. Она нуждалась в моей помощи. Я знал это, но не мог ей оказать помощь. Я недостаточно любил ее и презирал себя.
– Тебе лучше уйти.
– Я не хочу покидать тебя в таком состоянии.
– В каком? Кем я тебе кажусь? Больной женщиной? Раненым зверем?
– Я не понимаю тебя.
– Знаешь, это называется «безразличие».
Ее взгляд потряс меня. Это был взгляд человека, который хочет умереть. Он не был отчаянным. Он не был безнадежным. Он был просто отсутствующим. За ним не стояло никаких воспоминаний.
Я пошел к двери. Она молчала. Я не оглядывался. Больше нам было нечего сказать.
Я спустился по лестнице, взглянув на угли в большом камине, и почувствовал застарелый запах горелого гикори.
Прикоснувшись рукой к холодному дереву входной двери, я услышал выстрел.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Роковой мужчина - Мейерсберг Пол



OMG...Что это было?..
Роковой мужчина - Мейерсберг Полren
12.06.2014, 1.13








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100