Читать онлайн Я тебя прощаю, автора - Мэйджер Энн, Раздел - Глава третья в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Я тебя прощаю - Мэйджер Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.69 (Голосов: 32)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Я тебя прощаю - Мэйджер Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Я тебя прощаю - Мэйджер Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мэйджер Энн

Я тебя прощаю

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава третья

Повернув «линкольн» на Оушен-драйв так, что завизжали шины, Лукас надавил педаль акселератора, набирая скорость. Немыслимо реальный сон в прошлую ночь был убедительным доказательством того, что он слишком долго обходился без женщины. Лукас вновь проснулся в поту, только на этот раз великолепная блондинка, которой в последнее время вздумалось преследовать его во сне, забралась к нему в постель и провела губами и языком по всему его телу.
Проснувшись, Лукас буквально дымился от возбуждения и был вынужден избавиться от лишнего пыла в спортивном зале на тренажерах, прежде чем отправиться в офис.
Сейчас ему было жарко, одежда стала липкой от пота, и раздражение все росло. Он забыл об увиденном вчера в зале объявлении, предупреждающем, что на следующий день воду отключат в связи с ремонтом водопровода.
— Что? По моей вине? Что вы несете, черт побери? — рявкнул Лукас в сотовый телефон, рывком поворачивая руль вправо. Пальмы, ядовито-розовые олеандры и искрящийся залив за окном слились в расплывчатую кляксу.
Лукас мгновенно проникся неприязнью к этой миссис Питерс, экономке, которую вчера так и не дождался.
По его вине. Пока она не произнесла эту фразу, Лукас слушал ее вполуха. Он опаздывал, а его мысли метались от девушки, преследующей его во сне, к назначенной на девять часов встрече с вечно взвинченным Стинки Брауном.
Стинки оказался невозможным клиентом. Он был счастлив, когда врач Гертруды согласился подтвердить, что престарелая леди выжила из ума. Но он точно с цепи сорвался с тех пор, как узнал об обугленном трупе в сгоревшем фургоне Бетани-Энн. По-видимому, девушка сообщила своим мексиканским друзьям, что бабушка написала ей об изменении завещания. Кроме того, она известила их о внезапной смерти бабушки и своих планах вернуться на ранчо, чтобы успеть на панихиду.
Лукас отправил в Мексику осведомителя. Безобразные сплетни о наследнице росли как снежный ком. Бетани, которую разыскивала полиция, исчезла, а это давало возможность предположить, что за ней числится немало грехов.
Стинки следовало бы возрадоваться, но вместо этого он перепугался, решив, что средства массовой информации непомерно раздуют скандал. Стинки требовал, чтобы девушку нашли, а слухи пресекли — и как можно быстрее.
— Но послушайте, мистер Бродерик, — бубнил настойчивый, сухой голос миссис Питерс в трубке, — мне очень жаль, если вам пришлось вернуться домой пораньше специально для встречи со мной, но вы же сами позвонили мне вчера днем и сообщили, что уже наняли экономку. Только по этой причине я и не явилась в назначенное время.
Лукас с трудом отвлекся от мыслей о пропавшей наследнице. Бледное лицо Пеппина, стоящего в передней, вспыхнуло перед его мысленным взглядом. «Миссис Питерс? Нет, не приходила, папа. Мы ждали у телефона, как ты велел. Она даже не позвонила».
— В какое время я звонил вам, миссис Питерс? — спросил Лукас суровым, почти гневным тоном.
— Право, мистер Бродерик, об этом следовало бы знать вам…
Лукас взорвался.
— Я спрашиваю, в какое время? Женщина раздраженно сообщила:
— Около двух. Я запомнила это потому, что…
Лукасу было наплевать, почему чертова баба запомнила время.
— Я не звонил вам, миссис Питере. Я точно знаю это — потому, что весь день провел на совещании.
— Вот как? Тогда кто же?..
— Неважно.
— Вы хотите перенести встречу?
Ни за какие коврижки, миссис Питерс! Лукас отрывисто попрощался и отключил телефон.
— Проклятье! — Лукас переполнился холодным бешенством, браня себя за недогадливость: наверняка Пеппин и Монтегю имели какое-то отношение к тому, что уже шесть экономок не явилось на встречу.
Но в течение одиннадцати дней мальчики вели себя просто идеально. Лукаса так и подмывало пощупать у них лопатки — проверить, не растут ли крылышки.
Почему его не насторожило смутное чувство, что некий незримый ангел проник к нему в дом и волшебным образом упорядочил его жизнь с сыновьями?
Мозг Лукаса изо всех сил старался истолковать диковинные события последнего времени. Прежде всего, Лукас вспомнил, какое непонятное ощущение испытал в доме Моуранов: ему казалось, что в холле он не один.
Нет, об этом он велел себе забыть. С трудом отмахнулся от интригующего эпизода и задумался о переменах в собственном доме.
Мальчики стали вежливыми, дружелюбными, внимательными и опрятными. Несколько раз они готовили для него ужин. В сущности, в последнее время жизнь в доме Лукаса стала подозрительно напоминать идиллию. Если не считать его волнений по поводу простуд, расстройств желудка, ночных кошмаров и прогулов школьных уроков, если не считать той нелепой щедрости, с какой мальчики отдали садовнику два любимых костюма Лукаса, это первая неделя после дня рождения Пеппина, которая принесла ему радость.
Но недоумение Лукаса росло по мере того, как он вспоминал просьбы мальчиков научить их готовить бульон и овощи — даже брокколи. Если не считать картофеля фри и колечек лука, мальчики никогда в жизни не ели овощи. А к брокколи они не притрагивались даже кончиком вилки.
А все эти медицинские вопросы? Звонки Питу? Черт побери, зачем?
Значит, они обманывали не только Лукаса. Заставили Пита прописать им легкую диету, антибиотики и постельный режим.
Что же эти сорванцы делали с таблетками, овощами и бульоном, притворяясь, будто поглощают их? Лукас нахмурился, вспомнив, как они сновали в свою комнату и обратно с бесчисленными тарелками бульона и овощей.
И вдруг его осенило.
Они кого-то кормят там. Кого-то большого и прожорливого, и этот «кто-то» или сильно ранен, или болен.
Овощи почти наверняка исключали что-то мало-мальски привлекательное, как, например, крупная собака.
Это должно быть какое-то отвратительное существо, если мальчики так уверены, что отец не позволит держать его в доме. Почему Пеппин каждую ночь будил его воплями? Неужели эта тварь свободно бродит по дому? Может, мальчики боятся ее?
Черт побери! Что они скрывают?
Лукас включил приемник и выключил его сразу же после начала обзора новостей, в котором сообщалось об убийствах нескольких техасских юристов. Какой-то маньяк пристреливал юристов как бы в исполнение смертного приговора. Об этом кричали заголовки газет всего штата, а партнеры и сотрудники Лукаса ни о чем другом и не говорили — с тех пор, как глава хьюстонского филиала был найден убитым выстрелом в голову на заднем дворе собственного дома.
Ярко-розовые бутоны олеандров невесомо покачивались над высокой белой стеной, отгораживающей от бульвара весь особняк Лукаса, кроме верхнего этажа. Лукас свернул в гигантские ворота, проехав мимо объявления «Продается», появившегося здесь вскоре после развода.
Лукас недолюбливал это трехэтажное, ультрасовременное здание с застекленной крышей, новейшей системой безопасности, теннисными кортами, бассейном, джакузи, причалом для лодок, мостками для ловли рыбы и комнатами для слуг — сплошь креатур Джоан, получавших непомерное жалованье.
Лукас вырос среди небольших домов и всегда чувствовал себя неуютно в огромных, густо декорированных комнатах. Этот дом мертвым грузом висел у него на шее. Агент по продаже недвижимости продолжал посылать ему списки необходимых переделок, где под первым номером значилось уничтожение древнего туннеля под домом, ведущего к заливу. Туннель был любопытной реликвией, оставшейся от особняка начала века, который Джоан приобрела за немыслимую сумму для того лишь, чтобы разрушить и воздвигнуть на этом месте свой дом.
«Линкольн» резко затормозил перед массивным особняком. Лукас вышел из машины. Не успев открыть парадную дверь, он услышал, как из комнаты сыновей приливными волнами звуков ударных инструментов выливается рэп.
Отлично. Эти маленькие дикари дома. Наконец-то чертова музыка послужит не только для того, чтобы сводить его с ума. Под ее прикрытием ему удастся застать мальчишек врасплох.
Лукас взлетел по винтовой лестнице и торопливо зашагал по коридору мимо своей спальни, машинально отметив, что там включен душ. Сколько раз он наказывал мальчишкам пользоваться только собственным!
Достигнув закрытой двери комнаты сыновей, он на минуту остановился и прислушался, а затем без стука распахнул дверь и ворвался в комнату.
Две огромные колонки изрыгали рэп.
— От этого грохота мы все оглохнем! — рявкнул он, метнувшись к усилителю и выдернув из розеток все три вилки.
Во внезапно наступившей оглушительной тишине отчетливо послышался из его ванной шум текущей воды, и это было странно, поскольку оба мальчика уже оделись, чтобы идти в школу. Пеппин, который только что осыпал все лицо светлой пудрой, а теперь растирал салфеткой наведенные под глазами тени, виновато вздрогнул.
— Папа? Откуда ты… ты вернулся! — вовремя спохватился он, метнув взгляд в Монтегю.
Лукас взял со стола пудру и тени для век и с отвращением швырнул их в мусорную корзину.
— Значит, ты не болен! — заключил он и после паузы добавил: — Я звонил миссис Питерс.
Монтегю, который сидел на полу, читая буклет под названием «Шаг за шагом: как подделывать документы» и одновременно зашнуровывая солдатские ботинки, мудро не отрывал взгляда от страницы, посвященной разнообразному применению лазерных копиров.
— Я хочу знать, что, черт возьми, вы затеяли!
— Ничего, папа.
Пристальный взгляд Лукаса наконец оторвался от мертвенно-бледного лица Пеппина. Сегодня, как и все последнее время, в комнате мальчиков царила противоестественная чистота и нигде не было ни следа крупной и отвратительной твари. Никакого застоялого запаха помета, мочи или залежавшейся еды. Ни бумажки или даже книги на полу — кроме одного кольца для игры.
Букет пышных роз украшал стол Монтегю. И это было странно: насколько Лукас помнил, ни один из его сыновей даже не смотрел на цветы, не говоря уже о том, чтобы срезать их и поставить в вазу. Внезапно Лукас вспомнил, что букеты роз расставлены по всему дому. Даже возле его постели стоит ваза с белыми розами.
Может, это животное издает какой-то особый залах, который мальчики пытаются заглушить с помощью аромата роз?
Пройдя к стенному шкафу, Лукас распахнул дверцы, но не увидел ничего, кроме скомканной простыни, двух собственных фотографий, одеяла и своей любимой, недавно исчезнувшей старой рубашки.
И это подстилка для зверя? Он схватил рубашку, в бешенстве повернувшись к сыновьям.
— Где он?
— Кто, папа? — Голос Монтегю прозвучал невозмутимо, но пальцы застыли на спутанных шнурках второго ботинка.
— Ваш новый любимец, черт побери! Пеппин издал приглушенный возглас.
— Любимец?
— Где существо, которому вы скармливали куриный бульон? Что происходит? Вы притворялись больными и послушными, убирали в доме, готовили ужин — только чтобы усыпить мою бдительность!
В тишине он услышал шум воды в душевой — этот звук было невозможно спутать с каким-нибудь другим.
— Папа, мы опаздываем в школу. Ты не подвезешь нас?..
Слово «опаздываем» сработало как сигнал. Взглянув на часы, Лукас вспомнил о Стинки Брауне. Сквозь стиснутые зубы он процедил:
— Я иду принять душ. Мы поговорим по дороге в школу.
Побледневшие мальчики воззрились на него.
— Папа, нет! Мы все объясним! Сейчас же!
— Сейчас у меня нет времени. Объяснения подождут.
Он испытал смутное удовольствие, заметив испуг мальчиков. Если вопрос не решится сам собой в машине, они поговорят с друзьями в школе и, если повезет, найдут новых хозяев для своего последнего приобретения — и проблема отпадет сама собой к тому времени, как он вернется домой.
— Чтобы к моему возвращению оба были готовы, — велел Лукас, раздеваясь и направляясь к себе.
Пеппин бросился следом.
— Папа, но…
Лукас круто обернулся.
— Да? Что это за внезапное желание исповедаться?
— Папа, я собирался принять душ…
— У вас есть свой.
В этот момент на него налетел Монтегю, ноги которого в черных высоких ботинках выглядели неестественно громадными.
— Послушай, папа, может, ты примешь душ у нас?
— Похоже, сегодня все сговорились лишить меня душа! — Лукас сдернул спортивные шорты. — И напрасно: я уже разделся, у меня нет времени и терпения на ваши затеи.
Шагая через свою спальню к ванной комнате, откуда валил пар, он услышал, как Пеппин беспокойно произнес:
— Успокойся, Монти. Ведь он сам говорил, что хочет увидеть нашего нового любимца.
— Ну и что?
— Ну и не дергайся. Это сработает. Что сработает?
— Может, они столкуются.
— Болван!
— А что? Очень даже может быть.
Клубы пара вырвались из просторной душевой кабины, когда Лукас распахнул дверь и шагнул на розовый мрамор, скользкий от мыла.
Теплая вода с силой ударила ему в лицо, и он закрыл глаза. Машинально он протянул руку, нашаривая на полочке мыло, но его там не оказалось.
Внезапно теплые пальцы вложили в его правую ладонь пахнущий розами брусок.
— Благодарю, — произнес Лукас, начиная намыливать затылок.
Ему понадобилась секунда, чтобы опомниться.
Он не один.
Руки Лукаса замерли на шее.
Распахнув глаза, он увидел, как она вышла из розового тумана позади него — словно нагая богиня из причудливейших фантазий подростка, словно Венера, выходящая из морской раковины, на картине, которую он видел во Флоренции.
Он ее знает.
В ее голубых глазах тоже вспыхнуло узнавание.
Высокие скулы. Золотистые волосы. Фигура модели. Плавные изгибы. Безупречная, как алебастр, кожа.
Она была точной копией девушки, приходившей к нему во сне. Она была девушкой из ночных кошмаров и той, что с каждой ночью становилась все ласковее, пока однажды не забралась к нему в постель и не принялась дразнить, да так сильно, что он едва не обезумел от желания.
Неужели и сейчас он видит сон? Или же она живая?
Почему-то вспомнилось загадочное ощущение, которое он испытал, выйдя из библиотеки Моуранов и обнаружив, что кто-то за ним наблюдает. Только тогда там никого не оказалось. И все-таки он чувствовал себя так, словно некий посторонний дух, могущественный и невыразимо нежный, соединился с его душой. На несколько блаженных секунд он был обезоружен, избавлен от гнева и горечи. Водопад запертых на замок, но желанных чувств низвергся из него. Он все еще ничего не понимал.
Сны о прекрасной блондинке. И вдруг она здесь. Во плоти.
Это было невероятно. Слишком невероятно, чтобы поверить в реальность происходящего.
— Привет, — послышался робкий нежный голос.
Значит, она настоящая.
Лукас моргнул раз, другой, но девушка не исчезала. Ее глаза сияли. Она была невыразимо прелестна — и обнажена, как в день, когда появилась на свет. Лукас вдохнул благоухание роз.
Вот уже неделю его преследовал этот запах. Теперь Лукас понял почему: это был запах незнакомки.
Он ощущал себя Адамом, нашедшим свою Еву.
Казалось, всю жизнь он стремился к этой минуте.
Забавно: несмотря на то, что он смотрел в глаза девушки, всеми силами стараясь не отводить взгляд, и сосредоточиться на ее черных ресницах, слипшихся от сверкающих капель влаги вокруг бесподобно голубых глаз, Лукас заметил и нечто иное.
Струйки шампуня стекали по ее шее и белопенным холмикам к соскам.
Она была великолепно сложена: с высокой грудью идеальной формы, мягко округленным животом, узкой талией и гладкими, бесконечно длинными ногами. Ее губы приоткрылись в нежной полуулыбке, и Лукас заметил тонкую щелочку между передними зубами. Лукас, который был лучшим учеником по английской литературе в колледже, вспомнил слова Чосера о том, что такая щелочка — признак чувственной натуры.
Словно в полусне мелькнуло загадочное замечание Пеппина: «Ведь он сам говорил, что хочет увидеть нашего нового любимца. Может, они столкуются».
До сих пор девушка не вскрикнула, не заметалась — возможно, она ошеломлена не меньше Лукаса.
Или же — откуда ему знать? — она тоже предвкушала эту минуту.
Лукас медленно поднял руки над головой, как бы давая понять, что он сдается и не собирается ни дотрагиваться до нее, ни причинять ей вред, ни унижать каким-либо образом.
Впрочем, в этом не было необходимости — потому что, как ни странно, девушка ничуть не боялась его. Она первая смело пропутешествовала взглядом от его лица по бронзовым выпуклым мускулам груди, заросшей темными, пружинистыми волосками, и ниже — по плоскому животу. Затем она взглянула туда, где проходила резкая линия загара, и ее взгляд был полон того же пристального любопытства и отсутствия скромности. Как будто они уже были любовниками, и она имела право разглядывать его. Жаркая волна окатила Лукаса.
Он вспыхнул от ее дерзкого бесстыдства, поспешно распахнул дверь душевой кабинки и в спешке ушиб большой палец о порог. Чертыхаясь от боли, он проковылял к вешалке и схватил полотенце.
Где, черт возьми, Пеппин и Монтегю взяли ее?
— Ребята! — крикнул он, обмотав махровую белую ткань вокруг пояса, и повторил громче: — Ребята!
Но они были слишком умны, чтобы отозваться на крик.
Девушка завернула краны и спокойно произнесла:
— Мне жаль, что вы ушибли палец. — Помолчав, она добавила: — Знаете, они не виноваты.
— Не защищайте их. — Он помедлил. — Кто вы, черт возьми? — Лукас перешел на шепот, остро осознавая близость ее гибкого великолепного тела. — Сколько вы здесь живете?..
Но он уже знал ответ.
— Одиннадцать дней? — пробормотал он, и эти слова прозвучали отрывисто и невнятно.
Она покраснела и кивнула.
— Я хотела познакомиться с вами, но боялась…
Значит, это она — новый «любимец» мальчиков. Это ее таинственное ангельское присутствие он ощущал в доме, благодаря ей его жизнь с сыновьями волшебным образом вошла в мирное русло. Ее чары были так сильны, что она ухитрилась проникнуть даже в его сны.
Неудивительно, что мальчики решили не подпускать к дому экономок и прогуливать школу, ухаживая за ней.
Девушка вышла из кабинки. Ее глаза блестели во влажном пару, мокрые волосы прилипли к плечам.
Грубо швыряя ей полотенце, Лукас заметил аккуратный розовый шов вдоль линий волос и вспомнил, как Пеппин осаждал Пита медицинскими вопросами. Тогда Лукас испытал отцовскую гордость, втайне размечтавшись, что Пеппин, возможно, наконец-то чем-то увлекся и в будущем станет врачом.
Он промазал, и полотенце упало на пол. Нагнувшись за ним и протягивая его девушке, Лукас нечаянно коснулся ее. Он ощутил шелковистое тепло нежной кожи, и его сердце заколотилось быстрее.
Ее реакция была не менее бурной, хотя девушка тоже попыталась скрыть ее. Это удалось ей не лучше, чем Лукасу, — он заметил, как дрожат ее руки, пока она заворачивалась в полотенце. А как только полотенце скрыло из виду ее грудь, Лукас увидел, что и она вздрагивает от прерывистого дыхания.
Что, черт побери, здесь происходит?
Еще никогда в жизни его не влекло так неудержимо к другому человеческому существу.
Никогда прежде он, встречаясь с незнакомым человеком, не испытывал ощущения, что давно знает его.
Она не удосужилась как следует вытереться, и горячие струйки воды и мыла сбегали по коже, образуя лужицы возле босых ступней.
Девушка не отрываясь смотрела на Лукаса, а ее зрачки настолько расширились, что на виду остались лишь тонкие кольца голубого пламени, окружающие их.
— К сожалению, я не знаю, кто я такая, — откровенно призналась она робким, испуганным голосом, тронувшим Лукаса. — Если бы знала, тогда, может быть, я вспомнила бы, где мой дом, и ушла отсюда. Я думала… вы поможете мне.
— Я? Откуда мне знать, кто вы?
— Но вы смотрели на меня так, словно знаете меня.
Лукас уставился на ее ноги — потому, что смотреть на них было безопаснее всего. На тонких щиколотках виднелись безобразные царапины.
Вскинув голову, Лукас вгляделся в свежий розовый рубец возле линии волос. На щеке девушки он заметил несколько царапин. Почему-то вспомнились кровавые отпечатки маленьких ног на белых плитках пола. А потом — первые медицинские расспросы Пеппина на стоянке у больницы.
Наконец Лукас все понял.
Словно наяву, он вновь увидел болтающуюся капельницу над окровавленными простынями в смотровой.
Эта девушка — пациентка Пита.
Этот прелестный ангел с мыльной пеной в волосах, который вторгся в дом Лукаса и сделал его жизнь счастливой, — сбежавшая из больницы наркоманка. Она может быть кем угодно.
Оставалось только одно — позвонить Питу.
— Оденьтесь, — приказал Лукас, — а потом поговорим.
— Хорошо, Лукас. Лукас.
Его имя. Просто имя. Такое знакомое и вместе с тем… соблазнительно чуждое. Шелковистый голос девушки превратил привычное слово в нечто немыслимо драгоценное.
Этот восхитительный голос творил с ним чудеса. Лукасу казалось, что он вдруг помолодел на десять лет и что все рассудочные и корыстные правила, по которым он жил, рассыпались в прах.
Он почувствовал ее безмолвную мольбу: «Скажи, кто я такая?»
Черт побери, люди еще не научились общаться без слов!
Эта девушка возбуждала его. И вместе с тем возле нее он испытывал нелепое чувство умиротворенности и удовлетворенности, словно вернулся домой из долгого путешествия, разыскав в необозримой вселенной единственного человека, с которым мечтал провести вечность.
Полный абсурд!
Их ничто не связывает. Она стремится только использовать его. Эта девушка — просто незнакомка, способная причинить немало хлопот, беглянка, может, наркоманка. Она проникла к нему в дом, заставила мальчиков обманывать его…
Дом сиял чистотой. Она готовила для него еду. Приносила розы. Некоторые из этих роз он носил с собой целые дни, их запах преследовал его.
Лукас вспомнил, как мальчики переживали, когда он нашел новых хозяев для их обожаемого доберман-пинчера, который покусал почтальона и гонялся за всеми соседскими детьми. Эта девушка полюбилась сыновьям Лукаса гораздо больше, чем Кайзер.
И самому Лукасу тоже.
Лукас напомнил себе, что неприятностей от нее может быть куда больше, чем от Кайзера, — следовательно, надо избавиться от нее как можно скорее.
— Одевайтесь, — повторил он чуть мягче, чтобы усыпить ее бдительность.
Ее улыбка погасла.
Пока она смотрела в глаза Лукасу, у него возникло тревожное ощущение, что она проникает в его мозг, читает его черные мысли, его подозрения и намерения на ее счет.
— Пожалуйста, не прогоняйте меня, — сказала она.
— Вам нельзя здесь оставаться.
Она устремила на Лукаса испуганный взгляд.
— Если вы меня выгоните, меня найдут и убьют.
— Кто вас убьет?
— Не знаю.
Он ни в коем случае не допустит, чтобы с ней что-то случилось.
— Я хочу остаться здесь, с вами, — призналась она, ее взгляд и голос потеплели. На этот раз Лукас читал ее мысли. Она хотела, чтобы он бросился к ней, стиснул в объятиях, повалил на мраморный пол и предался неистовой любви, прямо сейчас, когда они мокрые и разгоряченные. Она желала, чтобы он любил ее. Вечно. Нет, это уже чересчур. Правда, чересчур. В сущности, все это безумие.
— Обнимите меня, — шепнула она еле слышно. — Просто обнимите.
— Потом.
— Нет!
Возможно, Лукасу и удалось бы уйти, если бы девушка вдруг не улыбнулась так робко и так обаятельно. Если бы полотенце на ее груди не сползло чуть ниже. Если бы оба они не потянулись поправить его. Если бы их пальцы не встретились. Если бы оба они не разразились нервным смехом. Если бы их смех не угас в звенящей тишине.
— Вы хотите этого не меньше, чем я.
— Чего?
Она соблазнительно улыбнулась, протянула руку и пригладила его мокрые волосы.
— Вот этого, — приглушенно пробормотала она, навивая на палец черную прядь. — И… всего остального.
Если даже ее невинные взгляды и ласки обжигали Лукаса, как языки пламени, то что же будет дальше?
Странно, но ему казалось, что он уже знает ответ.
Ее теплый и все понимающий взгляд сцепился со взглядом Лукаса и повлек его к ней, заставляя забыть обо всем на свете.
Он — зрелый мужчина, познавший немало женщин.
Однажды он уже больно обжегся — благодаря женщине, которую любил и на которой женился.
Но сейчас все было иначе.
Совершенно по-другому.
И в десятки тысяч раз опаснее.
Лукас не мог больше противиться, как не может пловец сопротивляться силе опасного приливного течения.
Схватив ее в объятия, желая ее душой и телом, он ощутил бурю необъяснимых, безумных эмоций.
Долгую минуту он впитывал сладость прикосновения ее ослепительной, нежной и влажной плоти.
Медленно-медленно, с мучительной осторожностью он склонился к ее губам.
Этот поцелуй не был ни страстным, ни продолжительным, но он вызвал в них трепетную, бесконечную нежность и пробудил ошеломляющие, неведомые ранее желания.
Лукас никогда бы не поверил, что единственный поцелуй способен сделать его другим человеком. Навсегда.
— Кто ты? — шепнул он, теряя рассудок от возбуждения и улыбаясь незнакомке так нежно, как никогда не улыбался ни одной женщине. — Откуда ты взялась? Зачем?
— Не знаю. Чувствую только, что мы с тобой уже когда-то встречались.
— Сегодня я увидел тебя впервые, поверь мне. Ты не из тех, кого я мог бы забыть. — Лукас был еще не готов признаться, что видел незнакомку во сне.
Девушка ответила ему нерешительным взглядом, свидетельствующим, что она не вполне верит ему.
Амнезия, напомнил себе Лукас. У нее потеря памяти. Она может оказаться кем угодно. Возможно, она замужем. Что, если она…
Он ужаснулся такой возможности.
О Господи, нет! Ему невыносимо даже подумать о том, что другой мужчина владеет ею, прикасается к ней. Или о том, что эта девушка любит кого-то другого.
Его руки теснее сжались на ее талии.
Он преодолеет эти преграды — если дело до того дойдет.
А пока она принадлежит ему. Только ему, и больше никому на свете.
Он поцеловал ее еще раз — крепче, словно клеймил свою собственность.
Но это было ни к чему. Каждым ответным поцелуем она заверяла его, что уже принадлежит ему и всегда будет принадлежать.
Боже мой, к чему все это приведет, с ужасом подумал Лукас, но не мог прекратить поцелуи — даже когда по ресницам девушки заструились слезы.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Я тебя прощаю - Мэйджер Энн

Разделы:
прологглава 1глава 2глава 3глава 4глава 5глава 6глава 7глава 8глава 9глава 10глава 11глава 12эпилог

Ваши комментарии
к роману Я тебя прощаю - Мэйджер Энн



Ну так себе,сказка,читать можно.
Я тебя прощаю - Мэйджер Эннтаня
20.11.2011, 10.49





Даже круче "Куда падал дождь"! Рекомендую!
Я тебя прощаю - Мэйджер ЭннТатьяна
23.11.2012, 8.22





Очень понравилось
Я тебя прощаю - Мэйджер ЭннЕлена
27.04.2014, 21.33





Роман интересный. хотя есть минусы: постоянное напряжение от опасности, подстерегающей героев, и ко всему прочему, безграничная глупость главной героини под конец. лучше уж она сразу бы его простила и роман стал бы короче страниц на пять, чем такое! ну разве можно всю жизнь искать человека, а потом обидеться на его работу? простить своего убийцу, но не простить любимого? чушь какая-то! если не это, так смело можно 10 ставить.
Я тебя прощаю - Мэйджер ЭннИринка
23.06.2014, 23.06





Не сказала бы, что это сказка. Скорее всего, присутствие немного мистики, немного непреднамеренного предательства, немного любви - вот и романчик. Если есть время, то можно прочесть.
Я тебя прощаю - Мэйджер ЭннЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
16.11.2015, 15.14








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100