Читать онлайн Тени старого дома, автора - Майклз Барбара, Раздел - II в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Тени старого дома - Майклз Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Тени старого дома - Майклз Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Тени старого дома - Майклз Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Майклз Барбара

Тени старого дома

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

II

На следующее утро Кевин еще спал, когда я покинула его. Я стояла, глядя на него с любовью и нежностью, какая бывает у женщин в такие моменты. Как молодо он выглядел, как беззащитно и невинно! Его губы были сложены в блаженную улыбку, лицо спокойно.
Я натянула на него простыню. Воздух был свежим и бодрящим. Ночью, очевидно, был дождь. Я не слышала его. Я не услышала бы и торнадо.
Когда я спустилась вниз, Роджер и Би были на кухне. Их громкие голоса я услышала еще издалека. И когда я различила фразу «нарисованная на тонком пластике» в устах Роджера, я уже знала, о чем они говорили. Когда я вошла, он повернулся ко мне, счастливый оттого, что есть на ком выместить свою злобу.
– Черт побери, Энн, почему вы не рассказали мне об этих сумасбродных планах Би? Вы не имели права...
– Я устала играть роль Ватсона, – сказала я, беря чашку и блюдце из буфета. – Я отказываюсь.
– Не трогайте ее, – вступилась Би. – Я настояла на том, чтобы она дала мне слово, перед тем как сообщить о своих планах. Вы должны благодарить ее, Роджер. Если вы хотите покричать на кого-нибудь, кричите на меня.
– Моя дорогая девочка, я не желаю кричать на вас. Я был очень обеспокоен, вот и все. Это страшно рискованно – проводить такие мероприятия.
– По вашему мнению, приведение было всего лишь дешевым трюком, – сказала Би. – Тогда в чем риск?
– Вы должны были быть там, – начала я неуверенно.
– Хорошо, – согласился Роджер. Самоконтроль давался ему с таким трудом, что на лбу вздулись вены. – Давайте послушаем вашу версию, Энн.
Итак, меня обязывали. Но я была уже вдоволь сыта его властной манерой подводить итоги, заранее предполагая отрицательное отношение.
– Это могла быть подделка – картинка на тонком прозрачном материале или даже проекция с пленки. Я обратила внимание на несомненное падение температуры. – Губы Роджера разжались, и я поспешила добавить: – Но шоковое состояние и страх могут заставить людей почувствовать холод, не так ли? Я определенно была напугана. Но вокруг самого приведения не было ауры страха.
– Совсем наоборот, – сказала Би пониженным голосом. – Оно было кротким и встревоженным.
– Абсолютно субъективное восприятие, – сказал Роджер.
Я вскинула руки.
– Каждое, черт возьми, восприятие субъективно, Роджер. У нас нет ничего, кроме нескольких расплывчатых фотоснимков, которые можно отнести к разряду объективных. Если у вас не появилось что-нибудь еще этой ночью?
Роджер покачал головой.
– В отличие от вас я посвятил время тому, что натягивал нити поперек верхних ступеней лестниц, достаточно высоко, чтобы не помешали животные. Сегодня утром они оказались целы. Магнитофон, который я поставил на балконе, примыкающем к прежней комнате Кевина, не зафиксировал ничего. Есть дверь на первом этаже, ведущая в башню. Я проверил ее, и, если выяснится, что она открывалась последние двадцать лет, я откажусь от охоты на призраков. Петли насквозь проржавели, а щели забиты пылью. Если кто-то приходил к Кевину этой ночью...
– Никто не приходил к Кевину этой ночью, – сказала я. Подумав, я добавила: – По крайней мере, никто из тех, о ком вы хотите знать.
Би вспыхнула. Должно быть, она была шокирована. Я надеялась, что ей стало стыдно из-за снотворного.
– Вы сохранили бы мне много сил, если бы соизволили сказать, что намереваетесь провести ночь с Кевином, – сказал раздраженно Роджер. – Все то время, что я потратил на натягивание нитей...
– Я не намеревалась.
– Хорошо. Тогда предупредите меня в следующий раз.
– Будь я проклята, если это сделаю. Я не предпринимаю рискованные экспедиции, Роджер.
– Вы должны. Если...
– Роджер, – голос Би был очень тих, но он заставил Роджера замолчать. Взгляд, брошенный им, обещал, что я не услышу окончания.
– Что вы будете на завтрак, Энн? – спросила Би. – Вам требуется что-либо более существенное, чем кофе, после... – Она снова покраснела, представив, что ее слова будут неправильно поняты, прежде всего Роджером. Выражение ее лица было настолько застенчивым, что я с трудом сдерживала свой гнев: разве Роджер не говорил, ссылаясь на отца Стивена, что все средства хороши во спасение? И Би придерживалась того же мнения, пока к ее религиозным убеждениям не примешались эмоции. Никто из нас не совершенен.
Я отказалась от ее предложения позавтракать, сказав, что хочу утром выполнить кое-какую работу. Не было никакого смысла сидеть с ними и слушать их пререкания. Мы оставались все еще в том же исходном состоянии, плетя конфликтные сети и не находя точку опоры. Но главной причиной того, что я удалилась, была неготовность встретиться глазами с Кевином, особенно в присутствии этих двоих. Я стеснялась. Это звучит смешно, но это правда.
Я сидела за своим письменным столом и грудой книг, как за баррикадой, когда он пришел в библиотеку. Мы пристально взглянули друг на друга, и Кевин сказал:
– Доброе утро.
– Доброе утро.
– Прекрасный день.
– Ночью прошел дождь, – ответила я.
– Правда?
Уголки моего рта стали изгибаться. Мы оба рассмеялись.
– Я не проспал его, – сказал Кевин. И поспешно добавил: – Я говорю глупость. Я только имел в виду... Это был удивительный сон.
Я не возражала. Было моим личным достижением то, что я ухитрилась поддерживать его бодрствование так долго. Би, должно быть, дала ему полную пригоршню этих проклятых пилюль. До того и после он спал, как будто его огрели молотком по голове.
– Для меня он тоже был удивителен, – призналась я.
– Я рад. Я почему-то мало что помню об этом, – Кевин хлопнул себя по лбу. – Ой, я что-то не в себе этим утром.
– Все правильно. Может быть, чувствуешь себя как после какой-то работки?
Кевин внезапно упал в кресло. Он взял мою руку и несильно провел ногтем по ее тыльной стороне вдоль сухожилий.
– Быть может, стоит проанализировать эту ночь и повторить ее снова, чтобы убедиться, что в первый раз я все понял правильно?
– Позер.
– Беда в том... – Кевин оглянулся и понизил голос: – Я чувствую себя, как будто живу в общежитии. Как долго Роджер собирается здесь околачиваться?
– Почему бы тебе не спросить его об этом?
– Я не хочу, чтобы тетушка Би чувствовала, что к ее друзьям относятся неприветливо.
– Ты не любишь его?
– О, я не знаю. – Кевин продолжал рисовать на моей руке. – В нем что-то есть. Я думаю, что у нас несовместимые характеры.
– Я надеюсь, что так.
Кевин ухмыльнулся.
– Хочешь, поедем куда-нибудь вечером? Кино для автомобилистов, может быть, или... О, черт, я забыл. Я намеревался ехать в этот глупый театр с той глупой блондинкой.
Я постаралась, чтобы во мне не проскользнуло самодовольство, но, вероятно, безуспешно...
Кевин сказал:
– Я откажусь. Скажу ей, что у меня неприятности или что-нибудь в этом роде.
– Нельзя оставлять это на последнюю минуту. Это будет грубо. Кроме того, она, возможно, прибежит сюда с цветами и куриным супом.
– Вполне вероятно. О, дьявол, что же мне делать?
– Поезжай, конечно.
– И ты не будешь возражать?
Я колебалась только секунду.
– Конечно, я возражаю. Мне хотелось бы выцарапать ей глаза. Мне хотелось бы ее задушить ее собственными оборчатыми штанами. Мне хотелось бы...
– Этого? – его длинные жесткие пальцы согнулись за моей шеей и притянули мое лицо к его лицу.
Если бы Роджер появился тремя секундами позднее, я бы не заметила его прибытия. А так у меня было время скользнуть обратно в кресло и поднять книгу, прежде чем он вошел. Прозаическое восприятие Роджером наших с Кевином новых отношений было легче принять, чем замешательство и смущение Би, но у меня не было настроения выслушивать саркастические замечания и встречать понимающие взгляды.
– О, вот вы где, Кевин! – воскликнул Роджер. – Не будете ли вы возражать, если я взгляну на те шкафы наверху, в конце галереи? Вы можете помочь мне, если у вас нет более важных дел.
– Мы пытаемся работать, – сказала я.
– О, извините. Продолжайте. Я не буду шуметь.
Тем не менее он продолжал громыхать на верхней площадке железной лестницы. Кевин вопросительно взглянул на меня.
– Попозже? – пробормотал он.
– Попозже. – Я знала, что довлеет над ним, и это не была моя неотразимая привлекательность. Бедный мальчик, он был действительно скован прошлой ночью и смутно чувствовал, что его поведение было необычно. И он жаждал показать мне, на что способен, если находится в хорошем состоянии. Мне было немного любопытно.
Он работал добросовестно и степенно остаток утра, и было приятно чувствовать, что наши головы так же созданы друг для друга, как и тела. Сверху, там, где работал Роджер, постоянно доносился шум – серия глухих ударов и шорохов, изредка оживляемых случайными падениями и яростными проклятиями, когда он что-нибудь ронял. Затем Би позвала нас на обед, после чего Кевин предложил искупаться. Роджер сказал, что это прекрасная идея. Он поднялся наверх, чтобы переодеться, а Кевин за спиной Би послал мне серию таинственных гримас.
– А ведь это именно ты сказал, что ему полезны упражнения, – поддразнила его я.
Роджер не был в хорошей физической форме. Очень скоро он ушел, громко объявив, что у него много работы в библиотеке. Не надо говорить, что никто из нас не откликнулся на этот намек. Мы провели несколько следующих часов в одном из наиболее романтических мест, которые я когда-либо видела. Поистине оно было самым романтическим местом, в котором я когда-либо предавалась любви. (Черчилль был прав: если у вас есть что сказать, не заботьтесь о предлогах.) Это была небольшая полянка в отдаленной части имения с плакучей ивой и вишневыми деревьями, закрывающими крохотный искусственный прудик. В тени земля была покрыта толстым слоем зеленого мха, и проникающие солнечные лучи дрожали, подобно ртути. Обнаженная фигура мраморной нимфы в пруду, должно быть, изображала невинную Еву в этом маленьком раю. Тот день был самым лучшим, был апогеем. Иногда я думаю, что достижение совершенства является ошибкой. Все, что происходит после этого, ведет к спаду.
Мы возвращались в дом, взявшись за руки. Это было подобно движению от солнечного света к вечерним сумеркам. Все мелкие хлопоты и заботы повседневной жизни взгромоздились на мои плечи. Я поймала себя на мысли о том, что скажет Би. Однажды она уже мне намекнула, что не будет возражать против того, чтобы я стала ее родственницей, но она может не одобрить такого развития событий.
Мы провели в праздности больше часов, чем предполагали. Понимая друг друга без слов, мы вошли в дом через внутренний дворик, избегая кухни, где скорее всего должна была находиться Би. В библиотеке Роджер принимал Дебби. Переливающийся водопад ее золотистых волос дрогнул, когда она повернулась, чтобы поздороваться с нами.
– Бог мой! – воскликнул Кебин. – Неужели уже так поздно?
– Я пришла немного раньше, – сказала Дебби. В ее глазах была ярость, но лицо и голос ласково извинялись.
– Я буду готов через десять минут, – пообещал Кевин. – Только попью, придумаю бранные слова, которые заслужил, и сразу назад.
Он очень легко, бегом пересек комнату. Дебби следила за ним. Она явно ничего не могла поделать. Неожиданно я почувствовала к ней сострадание, но я чувствовала также и неловкость, предполагая, что со спины моя рубашка покрыта зелеными пятнами.
– Хотите что-нибудь выпить, Энн? – спросил Роджер.
– Мне надо переодеться. Рада видеть вас, Дебби. Желаю вам весело провести вечер.
Я умею быть приветливой и обходительной, даже когда нахожусь в состоянии войны.
Кевин занял ванную в нашем коридоре, поэтому я спустилась вниз и приняла ванну в римском саркофаге. Я тянула время, надеясь, что, когда я закончу, они уйдут. Мне не нравится быть садисткой.
Хотите верьте, хотите нет, я уже забыла, что было запланировано на сегодняшний вечер. Когда я увидела Би, накрывающую на стол в маленькой столовой, достающую благородный фарфор и звенящий при прикосновении хрусталь, то стала расспрашивать, почему мы не едим, как обычно, на кухне.
– Помогите мне, Энн, – попросила она, не глядя на меня. – Скоро здесь будет отец Стивен. Мы поболтаем немного позже.
Я не думаю, что последняя фраза заключала в себе упрек. Би была сосредоточенна и взволнованна. По ее просьбе я принесла серебро из ящика стола красного дерева и свернула узорчатые салфетки. Когда стол был сервирован так, как ей этого хотелось, я спросила, нужна ли моя помощь на кухне.
– Все уже готово, – сказала Би с тем же едва уловимым оттенком упрека. – Будьте ближе к дверям, чтобы сразу впустить его, как только он придет. Во дворике мы подадим коктейли.
Выходя из комнаты, я оглянулась назад. Она разворачивала сложенные мною салфетки и свертывала их по-своему.
Отец Стивен уже прибыл. Его впустил Роджер и проводил в библиотеку. Я нашла их погруженными в один из их дружеских споров. Роджер размахивал документом перед своим соперником.
– Я говорю вам, что мы пропустили несколько очень важных бумаг, – настаивал он. – Я обнаружил примечание к родословной Мандевиллей, в котором содержатся материалы, относящиеся к ранней истории дома. Этот надутый осел не использовал их, его интересовала только его собственная самодовольная и глупая семья.
– Прервемся на минуту, Роджер, – перебил его отец Стивен. – Я хочу поздороваться с Энн. Вы прекрасно выглядите нынешним вечером, моя дорогая.
Мы все еще обменивались комплиментами, когда вошла Би. Последовал новый виток обмена любезностями, затем Би повела всех нас во внутренний дворик. Белла уже была там. Она растянулась на своем обычном месте на участке, освещенном солнцем. Она обратила на нас свой заинтересованный взгляд при приближении Би с подносом с сыром.
– Как она может лежать на этом горячем солнце! – промолвила Би с видом, который говорил о ее решимости завязать вежливую беседу.
Отец Стивен улыбнулся, глядя на старую собаку, семенившую навстречу нам, виляя хвостом.
– Старики и животные предпочитают тепло. У нее, возможно, подагра, как вы думаете? – Он поднял вверх кусок сыра.
– Каждый спешит к своей закуске, даже Роджер, – съязвила я.
– Не надо меня сюда примешивать, – сказал Роджер. – Я люблю собак. Это показывает, какой я хороший парень. Не слишком ли мелкая тема у нас, Би? Нам бы лучше поговорить о деле, а то мы не успеем закончить до возвращения Кевина. У меня предчувствие, что он вернется рано. Как вы думаете, Энн?
– Он не сказал.
– У вас уже было сражение. Эти отношения с Дебби...
– В самом деле, Роджер!
– О, Би, вопрос очень важный. Кевин – наша главная забота, не так ли? Я не осуждаю того, что происходит между ним и Энн, я только надеюсь, что это доставляет им удовольствие.
Он улыбнулся мне, и я испытала большое искушение показать ему язык за его снисходительную веселость, но, конечно, не сделала этого. Бросив быстрый взгляд на порозовевшее лицо Би, отец Стивен сказал:
– Подождите минуту, Роджер, вы сбиваете меня с толкy. Пусть вас сменит кто-нибудь другой. Энн, есть ли какие-нибудь новости, о которых мне следовало бы знать?
Красивое проявление такта пошло на пользу прежде всего Би. Отец Стивен, должно быть, знал, что у меня нет намерения что-либо скрывать. Кроме того, он, возможно, для себя решил, что мы с Кевином всегда спим вместе.
– Кевин поменял комнату этой ночью, – ответила я.
– Прекрасная идея! Мне следовало предложить это самому.
– Да, мы все удивляемся, почему это не пришло нам в голову прежде, – сказала я угрюмо. – Мы все время говорим о своем стремлении помочь Кевину, но постоянно бываем беспечны. Нам нужно вести наблюдение каждую ночь. – Я заколебалась, но только на секунду: – Я была с Кевином с двух часов ночи. Я не могу поклясться, что с ним ничего не случилось до этого, но я не верю в это.
– Понимаю. – Отец Стивен холодно кивнул. – Следовательно, смена комнаты действительно принесла ему пользу. Однако мы не можем быть до конца уверены – здесь могли сыграть роль многие другие факторы. Вы абсолютно правы, Энн. Мы недостаточно проявляли заботу о Кевине. Есть ли что-нибудь еще?
Снова я заколебалась, мысленно проклиная себя за неспособность заблаговременно привести свои мысли в порядок. Я не хотела, чтобы они подумали, что мне стыдно за свои отношения с Кевином, но существовало множество вещей, о которых я не могла упомянуть, не нарушив обещания, данного Би. Она не стала помогать мне. Ее глаза избегали встречаться с моими, ее руки были крепко стиснуты. Она рассказала Роджеру о спиритическом сеансе, но не о снотворном. Отец Стивен тоже не знал о нем.
– Есть кое-что еще, – сказала я. – Объяснил ли Роджер свою идею о доисторическом культе?
– Да, он рассказал мне об этом до вашего прихода. Он также упомянул и о вашем предложении. – По блеску в глазах Роджера я догадалась, что он говорил о моем подозрении, что в этом участвуют некоторые люди. Я окинула Роджера тяжелым пронизывающим взглядом.
– Я надеюсь, Роджер упомянул, что я отбросила эти идеи. В действительности я не верю...
– Оправдания излишни, Энн. Я не знаю, чьей изобретательностью восхищаться больше, вашей или Роджера. В действительности ваша путаница имеет больше смысла, чем его.
– Вы имеете в виду...
– Боже сохрани, нет. Я буду последним, кто отрицает, что такие группы существуют на самом деле, но я уверен, что здесь обошлось без их участия. – Он бросил взгляд на Роджера и добавил как можно вкрадчивее: – Если бы я мог предположить, что в нашем тихом обществе появился культ колдунов, я бы принял Роджера за главаря шабаша.
Усмехнувшись, Роджер приветственно поднял свой стакан.
– Какой еще культ? О чем вы говорите? – спросила Би.
– Всего лишь одна из дурацких идей Энн, – ответил Роджер. – У меня была возможность поговорить с этой маленькой белокурой кретинкой, прежде чем вы с Кевином пришли, Энн. В ее голове нет других мыслей, кроме как тащить Кевина к алтарю. Я понимаю, в следующем году она заканчивает учебу, а в ее колледже девушка, не имеющая к июню на пальце кольца, считается неудачницей.
– Кевин – вполне подходящая находка, – согласилась я. – Молодой, хорош собой, богатый, умный, мягкий, добрый...
Мой голос надломился. Это удивило меня так же, как и остальных. Я отвернула лицо в сторону.
– Ладно, Энн, – вмешалась Би. – Право, не стоит об этом. Дайте теперь мне сказать. Я собиралась ему сообщить в любом случае.
Это предложение звучало более великодушно, чем было на самом деле. Она, должно быть, знала, что Роджер все равно проболтается, даже если она обо всем умолчит. Но снотворное так и не было упомянуто.
Я думала, что отец Стивен будет напуган. Но он только стал казаться еще утомленнее. Пока Би говорила, морщины на его лице углублялись. Когда же она закончила, он устало покачал головой:
– Жаль, что вы это сделали. Я предостерегал вас.
– Я не вижу в этом никакого вреда, – сказала Би.
Я с горечью произнесла:
– «Величайшее искушение – вершить правые дела, не зная как, не умея».
Отец Стивен взглянул на меня с легкой улыбкой.
– Это Элиот
type="note" l:href="#note_14">[14]
, не так ли? Он всегда лаконичен. Но это не было правым делом. Не волнуйтесь, Би, мы обсудим это в другой раз.
– Вы все еще не отказались от вашего ритуала? – спросил Роджер.
– Я не могу принять историю, рассказанную Би, как последнее свидетельство.
– В любом случае мы согласны на него, – сказал Роджер. – Но заклинание...
– Не путайте, Роджер. Сколько раз можно повторять это? Я не могу проводить заклинание без лицензии епископа, и я не могу обращаться к нему с просьбой без разрешения Би.
– В таком случае это должно быть интересно, – пробормотал Роджер. – Я читал об этой процедуре, но никогда не видел, как ее проводят. Я не понимаю, почему христианский ритуал и символизм могут действовать на что-то, никогда особенно не почитавшее их.
– Ваша точка зрения ошибочна, Роджер. – Отец Стивен наклонился вперед, намереваясь начать спор. – Вы читали об английской церкви в Манлденхолле, которую недавно закрыли из-за того, что там поселились духи дохристианских идолопоклонников?
Роджер засмеялся:
– Да, я видел заметку в газете. Викарий думал, что церковь была построена на месте языческого храма, где приносились в жертву девственницы...
– Но точно ли вы передаете то, что случилось там на самом деле?
– Я не знаю насчет девственниц. В этом частном случае заклинания не помогут. Ведь так?
Они продолжали спорить, обрывая друг друга на протяжении всего ужина, и мое раздражение продолжало нарастать. Они были старыми друзьями, наслаждались своими дебатами, но они не имели права обсуждать данный предмет так, как будто упражнялись в риторике.
Би говорила очень мало. Мы перекинулись всего несколькими словами, пока убирали со стола, предоставив мужчинам продолжать их дискуссию. Затем мы все пошли в часовню.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Тени старого дома - Майклз Барбара



совершенно неинтересный, как будто и есть интрига, но все надуманно. 5 с большой натяжкой. Лучше выбрать для чтения другой роман этого автора
Тени старого дома - Майклз БарбараАнна
18.10.2016, 14.14





совершенно неинтересный, как будто и есть интрига, но все надуманно. 5 с большой натяжкой. Лучше выбрать для чтения другой роман этого автора
Тени старого дома - Майклз БарбараАнна
18.10.2016, 14.19








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100