Читать онлайн Нежная ярость, автора - Мейсон Конни, Раздел - 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Нежная ярость - Мейсон Конни бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.17 (Голосов: 41)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Нежная ярость - Мейсон Конни - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Нежная ярость - Мейсон Конни - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мейсон Конни

Нежная ярость

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

11

Габби скучала от одиночества, она только изредка видела тетушку Луизу. Даже домашних слуг привлекли к работе на плантации. А когда Филип возвращался домой поздним вечером, то был озабоченным и неразговорчивым. Он падал в постель столь уставшим, что, едва коснувшись головой подушки, сразу же засыпал. Иногда он отсутствовал всю ночь, и Габби мучилась, представляя его с прекрасной Амали. Почему-то в заверения Филиппа тетушке Луизе в том, что любовница ему не нужна, Габби совершенно не верилось. Скоро ее тело изменится и перестанет вызывать в нем желание, тогда он вполне может вновь обратить свое внимание на любовницу.
Как только силы Габби восстановились, она обследовала весь дом, от винного погреба до огромного бального зала на верхнем этаже. Тетушка Луиза объяснила, что комнаты в доме специально идут в один ряд, с верандой по обеим сторонам, чтобы малейший ветерок беспрепятственно проникал туда. Комнаты были светлыми и даже какими-то воздушными. Мебель, в основном сделанная по французским эскизам, но из местных пород дерева, неплохо гармонировала с самим домом. Габби была в восторге от своего нового жилища и неустанно продолжала поражаться всему в нем, даже количеству слуг, поддерживающих в нем порядок.
Когда Габби познакомилась с Жераром, мужем тетушки Луизы, она изумилась, сколь он огромен. Этот мужчина настолько возвышался над своей женой, что она казалась вполне среднего роста. Его крупную голову увенчивала копна густых седеющих волос. Мускулы на его массивном торсе внушали уважение, но не это было самым удивительным во внешности этого могучего раба. Самым поразительным был цвет его кожи... белый! Такой же или почти такой же белый, как у нее с Филиппом. Теперь поняла, откуда у Амали золотистый цвет кожи. Когда Габби познакомилась с домом, она оценила, как хорошо наладила хозяйство тетушка Луиза и решила, что лучше в него не вмешиваться. Она легко приспособилась к беспечной жизни жены плантатора, ожидающей своего первого ребенка. Ее баловали и нежили, она привыкла к жаре, и ей понравились долгие часы послеобеденного отдыха, когда Филип обычно присоединялся к ней в их большой кровати.
Даже когда Габби оправилась от своего недомогания, Филип все не решался предложить ей близость, опасаясь, что это вызовет у нее новый приступ. Однажды Габби решила взять инициативу на себя и намекнула мужу, что их близость не повредит ни ей, ни ребенку. Первый раз, когда они занимались любовью, Филип относился к ней, как к фарфоровой кукле, которая может разбиться. Но вскоре ее желание превратило его страсть в бушующее пламя. Слишком много ночей он провел, лежа рядом с ней, держа ее в объятиях, но не решаясь притронуться к ней. Он пытался быть нежным, но вскоре они набросились друг на друга с пожирающей страстью. Когда наконец он проник в нее, она вскрикнула от удовольствия и прижалась к нему. Он быстро довел ее и себя до пика блаженства. После этого они занимались любовью каждую ночь, и усталость Филиппа бесследно исчезала, стоило ему лишь прикоснуться к Габби.
Первыми, кто посетил Габби в Бельфонтене, оказались сестры Марселя Дюваля, Элен и Линетт.
Она была очарована этими жизнерадостными девушками, которые пришли в восторг от того, что жена Филиппа их ровесница. Младшей из сестер – Элен – было семнадцать лет. Ее лукавый вид и шаловливые манеры рассмешили Габби. Каштановые кудряшки задорно обрамляли ее личико и подчеркивали большие голубые глаза. Линетт было девятнадцать, и она выглядела гораздо степеннее сестры, но при этом и красивее. Ее черные волосы, спадающие на плечи, были перевязаны лентой, зеленые глаза казались удивительно прозрачными, а капризный, чувственный рот напомнил Габби Марселя. Линетт должна была выйти замуж в начале следующего года. Хотя она никогда не видела своего будущего супруга, она беспрекословно доверяла суждению и вкусу своего брата, который устроил этот брак. После свадьбы Линетт собиралась жить во Франции, а Элен должна была оставаться в Ле Шато, пока для нее тоже не подберут подходящую партию.
Габби узнала от сестер Дюваль, что на Мартинике Марсель почти все время живет в Сен-Пьере, предпочитая городской дом и оживленную светскую жизнь города скучному существованию плантатора. Несколько раз в году девушки приезжали к брату и тогда целыми днями наносили визиты, делали покупки и ходили в театры. Карнавал сестры всегда проводили в Сен-Пьере.
Поскольку девицы Дюваль большую часть года проводили на плантации, а Марсель оставался в Сен-Пьере, Габби не возбранялось навещать своих новых подруг. Ле Шато оказалось таким же хорошо устроенным поместьем, как и Бельфонтен, хотя Марсель предоставил ведение дел сестрам и своему управляющему.
Урожай тростника был собран, и вовремя. Пошли дожди, которые начинались по утрам ливнями, но к полудню тучи рассеивались, и тогда Габби могла встречаться с сестрами Дюваль.
Габби не видела и не слышала Амали с того злополучного дня их приезда в Бельфонтен. Возможно, Филип последовал совету тетушки Луизы и отослал ее. Он по-прежнему много отсутствовал. Теперь, когда уборка тростника завершилась, он часто ездил в Сен-Пьер и иногда по нескольку дней жил в городском доме. Его корабли прибывали и убывали с грузом во все концы света, и Габби только теперь начинала понимать огромность его состояния и владений. Учитывая его богатство, любая девушка на острове ухватилась бы за возможность стать его женой, и тем не менее он поехал за женой во Францию. Нелепо было продолжать думать, что ему хотелось купить то, что любая женщина в здравом уме отдала бы ему по своей воле.
Хотя Габби слегка побаивалась тетушки Луизы, негритянка постоянно проявляла преданность Габби и ее будущему ребенку, пытаясь завоевать ее любовь. Она заботилась о «маленькой девочке» как о своей дочери и каждый день готовила что-нибудь вкусное, чтобы вызвать аппетит Габби, которой часто из-за жары не хотелось есть. Все это время Габби и растущий в ней малыш процветали.
Когда в первый раз ребенок шевельнулся в Габби, она встревоженным криком разбудила Филиппа, который крепко спал рядом с ней. Он изумленно посмотрел на нее, а потом прижал руку к ее животу и сам ощутил биение крошечной жизни, которую он сотворил.
– Это мальчик, Габби, – гордо объявил Филип. – А после этого у нас будет еще один, а потом еще один.
– Филип, – мягко упрекнула его Габби, – я не уверена, что хочу рожать тебе по ребенку каждый год. – Хотя она говорила шутливо, эта мысль ее отрезвила. Неужели она превратится в племенную кобылу, которую отбросят в сторону, когда она будет не нужна, ради Амали или еще кого-нибудь в этом роде?
– Рождение детей– это естественное завершение нашей страстной любви, – сказал Филип сухо. – Может быть, ты хочешь, чтобы я взял любовницу, избавив тем самым тебя от мук деторождения? Но тогда ты мне будешь не нужна...
Габби ошеломленно молчала. Она считала, что жестокость Филиппа осталась в прошлом, и вдруг он стал угрожать ей любовницей, давая понять, что если она перестанет выполнять свое жизненное предназначение, значит, от нее нет никакой пользы.
Увидев выражение ее лица, Филип сразу почувствовал раскаяние. И почему он ранит жену такими необдуманными словами, ругал он себя. Габби заслуживала гораздо лучшего отношения. Она прекрасно приспособилась к уединенной жизни на плантации и с радостью ожидала рождения ребенка, несмотря на свой юный возраст. Она даже научилась отвечать на его ласки, проявляя не меньшую страсть, чем его собственная. Так откуда же эта внутренняя потребность наказывать ее? Ведь она стала для него так много значить. Может быть, он просто боится проявить свою любовь? Может быть, воспоминания о Сесили все еще преследуют его?
– Прости меня, милая, – покаянно произнес Филип. – Я сам не знаю, что на меня находит. Я не стал бы намеренно ранить тебя. Пожалуйста поверь мне.
Габби простила, но не забыла.
В ту ночь Габби впервые услышала ужасающи ритуальный бой барабанов. До нее уже доходили слухи о поклонении змеям, о колдовских обрядах! Вуду, очень распространенных на Мартинике. Она думала, что местные негры католики, как и французы, но муж объяснил, что хотя они и становятся католиками, но многие по-прежнему участвуют в старинных обрядах, старательно соблюдая традиции негров, вывезенных в давние времена из Африки. Христианские священники пытались жестокими наказаниями искоренить Вуду, но рабы не подчинились. Все на острове испытывали страх перед колдовскими проклятиями.
Бой барабанов обеспокоил Габби, и она прижалась к Филиппу. Ей казалось, что этот бой предвещает ей какое-то несчастье. До сих пор ей не приходило в голову, что рабы на плантации Бельфонтен тоже занимались магией, но теперь она это знала. Позже ей приснился кошмарный сон. Во сне черные тела извивались и танцевали вокруг алтаря, на котором обнаженная женщина с золотистой кожей держала змею, как бы зазывая ее стать частью собственного тела. Габби проснулась, мокрая от пота, вцепилась в Филиппа, и оставшуюся часть ночи Филиппу пришлось успокаивать ее..
На следующее утро Габби проснулась при ярком солнечном свете, и все страхи минувшей ночи рассеялись. После долгих дождливых и пасмурных дней теплые лучи солнца были желанны. Габби в хорошем настроении надела свое самое яркое платье, правда, его пришлось выпустить в талии, но оно достаточно хорошо выглядело, учитывая ее изменившуюся фигуру. Габби напевала, собираясь нанести продолжительный визит Элен и Линетт в Ле Шато. Она скучала по их оживленному обществу все те дни, пока шел дождь. Габби так не терпелось поскорее поехать в гости, что она с трудом высидела, пока хорошенькая мулаточка Франсина укладывала ее серебристые локоны в красивую прическу. После завтрака она поручила передать Филиппу, что к обеду ее не будет, и отправилась в Ле Шато в карете, которой правил Жерар.
Когда Габби прибыла в Ле Шато, сестры Дюваль не выбежали, как обычно, ей навстречу. Она нерешительно подошла к входной двери и чуть не потеряла дар речи, когда дверь распахнул Марсель. Он был чрезвычайно счастлив видеть ее и сразу провел ее в прохладный холл.
– Габби, как я рад снова вас видеть, – повторял Марсель с видимым удовольствием. – Она продолжала безмолвно смотреть на него, пока он вел ее в гостиную и усаживал в мягкое кресло. – Я не ожидал увидеть вас в Ле Шато, потому что мои сестры сейчас в Сен-Пьере.
– Я... я не знала, что они уехали, – сказала Габби смущенно.
– Они задались целью скупить весь Сен-Пьер, – снисходительно засмеялся Марсель. – Я тоже к ним присоединюсь через день или два, когда закончу дела здесь. – Его зеленые глаза блестели, как изумруды, и Габби покраснела, когда его взгляд остановился на ее располневшей фигуре. – Но хватит обо мне, – продолжал Марсель. – Как вы? Вы счастливы? Я не нашел вас, когда вернулся в дом моей сестры в Новом Орлеане. Каким образом Филип вас нашел?
В этот момент появилась служанка с угощением, и Габби с удовольствием пила напиток из молока
с ромом, обдумывая ответ. Наконец она сказала: § – Я довольна и счастлива. Мне кажется, Филип переменился. Он... он так ждет рождения нашего ребенка. – Она немного смутилась, говоря о ребенке.
Марсель скептически взглянул на нее, а потом заметил:
– Вы хотите сказать, что Филип стал образцовым мужем? Не думал, что он на это способен. – От Габби не ускользнула нотка сарказма в его голосе.
– Если вы думаете о прошлой связи Филиппа с Амали, Марсель, то не беспокойтесь. Ему больше не нужна любовница, – подчеркнуто вызывающе произнесла Габби. – Теперь у Филиппа ни для кого нет времени, кроме жены и будущего ребенка.
– Хотел бы я, чтобы этот ребенок был моим, – прошептал Марсель, чей взгляд опять скользнул по располневшей талии Габби и потом остановился на ее фиалковых глазах.
Габби поразилась глубине чувства в голосе Марселя и, чтобы скрыть свое замешательство, стала расправлять складки на платье. Видя ее неловкость, он взял ее руки в свои и начал говорить о разных вещах, которые ее не могли смутить. Поддавшись его обаянию, Габби расслабилась, и они непринужденно болтали, не замечая времени.
Тем временем Филип, разгоряченный и пыльный после работы, вернулся домой раньше, чем обычно, из-за поломки оборудования. Он мечтал не спеша принять ванну, а потом провести жаркие послеполуденные часы в прохладной спальне, не спеша занимаясь любовью с Габби либо просто отдыхая рядом с ней. Филип улыбнулся в предвкушении, потому что Габби редко отказывала ему, даже теперь, когда она ходила с большим животом. Филип был разочарован, когда ему доложили, что Габби поехала в Ле Шато и вернется поздно. Он рассеянно приказал приготовить горячую ванну, разделся и налил себе большую порцию рома, чтобы ослабить напряжение. Огненная жидкость показалась ему успокаивающей, поэтому он быстро налил вторую порцию, а потом следующую, и мысли о Габби и ее восхитительном теле постепенно растаяли.
Когда Филип уселся в горячую ванну, мысли о Габби снова вернулись к нему. Он так мечтал о том, как прижмет к себе ее сладострастно изогнутое тело, позволит ей постепенно возбудить себя, предвкушая момент, когда он наконец овладеет ею. Нахмурившись, он осознал, что эти мысли разбудили его плоть, и зло чертыхнулся. Почему его жены нет на месте, когда она ему нужна? В этот момент послышался шум, и Филип вылез из ванны и выжидательно посмотрел на дверь с довольной улыбкой, уверенный, что Габби вернулась раньше и, значит, день не пропал.
Улыбка Филиппа застыла на его губах, когда он увидел, что к нему приближается Амали. Ее роскошное тело выглядело очень соблазнительно в белой блузке с большим вырезом, через которую просвечивали соски ее острых грудей. Ее юбка с яркими полосами обхватывала гибкие бедра, открывая колени. С насмешливой улыбкой она отметила возбужденное состояние Филиппа и, дразняще покачивая бедрами, направилась к нему, а затем, не дойдя двух шагов, она остановилась. Филип был слишком ошарашен, чтобы сдвинуться с места, а Амали взяла полотенце и стала с вызывающей тщательностью вытирать его тело.
– Что ты здесь делаешь, Амали? – хрипло спросил Филип, остро ощущая прикосновение ее рук.
– Я соскучилась, месье Филип, – промурлыкала она вкрадчивым голосом.
– Я же тебе объяснил, что мне больше не нужна любовница, – сказал Филип, и в голосе послышалась гневная нота. – Тебе было приказано не появляться в большом доме и не расстраивать мою жену. – Ему хотелось, чтобы его слова прозвучали внушительно, но это ему не удалось, уж очень откровенно проворные ручки Амали порхали по его
телу.
– Ха! – воскликнула она. – Разве твоя жена может доставить тебе удовольствие теперь, когда у нее такой большой живот? Скоро она вообще не сможет удовлетворять тебя. Кроме того, – продолжала она, и ее мягкие, как у кошки, движения стали волновать еще больше. – Мадам Габби тут нет, а я здесь, любовь моя.
Она обняла его за шею, стала покусывать ухо маленькими, острыми зубками и радостно засмеялась, когда увидела, как его мужское естество откликнулось на ее дерзость.
– Я знала, что твое тело не могло так скоро забыть мои прикосновения. – Голос ее был сладким, как мед.
Отступив на несколько шагов, Амали сбросила блузку с плеч, обнажив золотые полушария грудей. Ее соски были как спелые вишни. Одно движение – и юбка полетела на пол вслед за блузкой.
Под юбкой у Амали ничего не было, и взгляд Филиппа был прикован к темному треугольнику курчавых волос, влажных от желания.
– Ты хочешь меня, любовь моя, так же, как я хочу тебя, – прошептала Амали, теперь нисколько
не сомневаясь в своем могуществе. – Приди ко мне, давай вновь испытаем восторг, которому радовались когда-то.
Филип резко вздохнул, когда Амали подошла к нему так близко, что ее твердые соски обожгли его грудь, как пламя, и растопили его сопротивление. Из последних сил он отодвинулся от нее.
– Оденься, Амали, – сказал он хрипло. – У меня есть жена, которая носит моего ребенка. Я не сделаю ничего, что могло бы расстроить ее и подвергнуть риску здоровье ребенка.
Праведные слова Филиппа совершенно не произвели впечатления на Амали.
– Ты хочешь меня, любовь моя, я вижу это по твоим глазам. И все твое тело говорит о твоем желании. Позволь мне остаться, Филип. Позволь мне доставить тебе такое удовольствие, какое никто, кроме меня, тебе не даст.
Прежде чем Филип мог остановить ее, она опустилась на колени перед ним, и ее губы и язык начали ласкать его так, что комната зазвенела от его криков сладострастия.
Он рывком поднял ее.
– Ты порочная, обольстительная колдунья, – застонал он. – Как я мог забыть твое золотое, обольстительное тело, твои губы, всегда готовые поглотить меня! Да, черт меня побери, я хочу тебя!
Филип отнес Амали на кровать, а ее ликующий смех разносился по комнате.
– Филип, Филип, – простонала она, когда его руки начали чувственное наступление на ее груди. – Как я тосковала по тебе эти долгие месяцы! Как я хотела прийти к тебе, потому что знала, что твоя бледная жена недостаточно женщина, чтобы удовлетворить тебя, но боялась, что ты рассердишься на свою Амали! Теперь я вижу, как я была не права. Ты ждал меня.
С трудом сдерживая вожделение, Филип провел языком по внешней стороне ее губ, потом засунул кончик языка ей в рот. Он знал, что потом испытает чувство вины, но сейчас хотелось сосредоточиться на страстном, извивающемся теле под ним, которое возбуждало его так, что трудно было вынести. Его пальцы обнаружили, что она готова принять его, а она схватила его, чтобы ввести внутрь. Но ему не нужна была помощь, и его мужское естество безошибочно достигло цели.
С криком восторга Амали приподняла бедра и прижалась плотнее к нему, а Филип упал в ее глубину и заполнил ее настолько глубоко, что она едва не лишилась чувств. С затуманенными страстью глазами он откинул голову, уже ничего не соображая, его лицо было искажено конвульсиями, его крики разрывали послеполуденную жару.
В этот роковой момент Габби тихо открыла дверь, думая что Филип крепко спит. Она решила не задерживаться в Ле Шато, после того как узнала, что сестры Дюваль в отъезде и в доме один Марсель. Габби помнила ярость Филиппа, когда он последний раз застал ее наедине с Марселем. И вот она в замечательном настроении поспешила в свою спальню, предвидя теплую, а может быть, и страстную встречу с мужем. Бесстыдная сцена, которая предстала пред ее взором, мгновенно ввергла Габби в пучину ада. Широко открыв глаза, она подавила рвущийся наружу крик ужаса, прижав крепко сжатый кулак к своему дрожащему рту. Блаженное выражение лица Филиппа и его возгласы удовлетворения ранили ее. Взор Габби был прикован к обнаженному золотому телу, из-за которого ее муж бился в экстазе. Извивающееся тело Амали было покрыто бисеринками пота и сияло языческой красотой. Габби стояла, пригвожденная к месту, не отрывая глаз от любовников, которые предавались взаимному наслаждению. Она чувствовала себя лишней. Внутренне сжавшись, она наблюдала, как напряглись прелестные черты Амали, которая стремилась к утолению плотской жажды. Но прежде чем Амали вознеслась на вершину блаженства страсти, она повернула голову в сторону Габби, и ее кошачьи глаза заблестели торжеством.
Этого Габби вынести не смогла. Раньше ей казалось, что самое большое унижение в ее жизни – это быть проданной своим отцом, но она ошибалась... ошибалась... ошибалась... Ее собственный муж только что превзошел ее недостойного отца. Габби схватилась рукой за живот, потому что в этот момент ребенок шевельнулся, и, как во сне, она поспешила прочь от сцены предательства, неуклюже проковыляла по лестнице, потом по комнатам дома, никого не встретив по дороге. Больше всего ей хотелось убежать. Не думая, она направилась в конюшню, где стоял нерасседланный конь Филиппа, и вскарабкалась на него. Габби не была искусной наездницей, из-за беременности ей было невероятно трудно держаться в седле, но она решительно взяла поводья и пришпорила коня в направлении банановых зарослей, в сторону Ле Шато... и Марселя – друга, в котором она теперь очень нуждалась.
Габби била дрожь, ей казалось, что Филип всадил в нее нож, а Амали повернула его в ране. Конь под Габби несся вперед с резкими выпадами, видимо почувствовав неопытную наездницу. Внезапно конь остановился и не желал двигаться вперед. Забыв об умении животных предвидеть опасность, она пришпорила коня каблуками, отчего протестующий конь встал на дыбы. Змея, прятавшаяся в грозди бананов, соскользнула по стволу на тропинку перед испуганным конем. В полном отчаянии Габби уцепилась за гриву, не способная от страха ни кричать, ни думать. Она начала скользить по крупу лошади, потом ее руки совсем ослабли, она свалилась на землю, покатилась и сильно ударилась о ствол бананового дерева. Габби не видела мертвую змею, которая лежала на тропе, растоптанная копытами коня. Единственное, что она сознавала, – пронизывающая, непереносимая боль рвала ее тело на части.
Жepap был в конюшне, когда конь хозяина вернулся без всадника. Жерар не знал, что кто-то без предупреждения брал коня Филиппа, и очень удивился, когда животное появилось со стороны банановых зарослей, взмыленное и очень испуганное. Недоброе предчувствие закралось в душу Жерара. Он знал, что месье Филип отдыхает в спальне и что мадам Габби пошла наверх сразу же, как он привез ее домой из Ле Шато. Покачав головой в замешательстве, он пошел посоветоваться с тетушкой Луизой, и они вдвоем решили разбудить Филиппа, чтобы рассказать ему о странном происшествии.
Когда ни Габби, ни Филип не отозвались на его стук, Жерар храбро толкнул незапертую дверь. Вторым потрясением для Жерара за этот день было мгновение, когда он узнал золотистое тело своей дочери под мускулистым телом Филиппа. Пораженный, он уставился на них и на мгновение забыл, зачем явился. Когда соображение вернулось к нему, он интуитивно догадался, что Габби наверняка наткнулась на эту же сцену, и, потрясенная до потери рассудка, вскочила на коня Филиппа, и поскакала через банановую рощу в Ле Шато. Жерар побледнел. Такая попытка в ее состоянии была равносильна самоубийству.
Когда Филип увидел Жерара в своей спальне, он побледнел от гнева. Не столько из-за того, что тот вошел без видимой причины, сколько из-за того, что управляющий застал его в постели с Амали, которая обвилась всем телом вокруг него.
– Что тебе нужно?! – зарычал Филип, высвобождаясь из объятий Амали.
Жерар смотрел на свою дочь, которая растянулась на постели, явно довольная, и мурлыкала, как котенок. Наконец, отведя взгляд от ее обнаженного тела, он посмотрел на Филиппа с непроницаемым видом, скрывая отвращение под неподвижной маской.
– Ну? – спросил Филип, поспешно натягивая халат. – Смотри, если у тебя нет оправдания.
– Я насчет мадам Габби. Я думаю, что она... думаю, что она...
– Говори, что такое с мадам Габби? Она что, так быстро вернулась из Ле Шато?
Капли пота выступили на лбу Филиппа, когда он испытал укол совести. Неужели Габби увидела, как он занимается любовью с Амали? Может быть, она больна? Он почувствовал страх.
– Сестры Дюваль уехали в Сен-Пьер, поэтому мы вернулись из Ле Шато скорее, чем думали, —
сказал Жерар, стараясь говорить ровным голосом.
Бросив пристыженный взгляд на кровать, где Амали приподнялась на локте, Филип спросил:
– А где мадам Габби сейчас?
– Это я и пытаюсь доложить вам, месье Филип. Несколько минут назад ваш конь вернулся в конюшню, весь взмыленный и ужасно испуганный. Поскольку никто другой его не выводил, я решил, что мадам Габби поехала на нем в сторону банановых зарослей и с ней что-то случилось. Тетушка Луиза обыскала весь дом, ее нигде нет.
– Проклятье! – выругался Филип, ощущая в груди холодок панического страха. Неужели Габби повторит судьбу Сесили? Он уже вообразил ее мертвой. Стремительно одевшись, он направился к двери.
– Месье Филип, а как же я? – капризно крикнула ему вдогонку Амали.
Филип повернулся к постели, словно оскорбленный тем, что Амали по-прежнему лежит там в призывной позе. Он недовольно сморщился и сказал холодно и размеренно:
– Убирайся! Чтобы к моему возвращению тебя здесь не было! – И вышел из комнаты. Жерар последовал за ним, на прощание обернулся и посмотрел с красноречивым упреком на свою дочь. Самодовольная улыбка на губах Амали была ответом.
Вскоре Филип и Жерар осторожно пробирались сквозь банановые заросли. Филип напряженно вглядывался в тропу, пытаясь распознать следы Габби. Неожиданно послышался голос Жерара:
– Сюда, месье Филип!
И почти сразу же Филип увидел маленькое тело, неподвижно лежащее у подножия бананового дерева.
– Габби! – закричал он и рванулся к неподвижной фигуре.
Крик отчаяния сорвался с его губ. Повсюду была кровь. Кровь запачкала задравшуюся юбку Габби и стекала ручейками по ее ногам. Недалеко от нее лежала змея, раздавленная пополам конскими копытами. Никаких объяснений не требовалось. Ведь Жерар рассказал ему, что Марсель сейчас в Ле Шато, и Филип подумал, что, как только Габби увидела его, она решила покинуть мужа и поехать к Марселю, точно так же как когда-то Сесили. В глубине сознания его мучило подозрение, что Габби застала его с Амали и убежала с мыслями о самоубийстве. Но Филип постарался прогнать это предположение, предпочитая обвинить во всем Габби, что делало его невиновным в собственных глазах. «Проклятье этому ветреному сердцу!» – вопреки всякой логике произнес он про себя. Поспешив оставить его, Габби совершила убийство.
Филип с облегчением заметил, что грудь Габби тихонько вздымалась и опускалась. Поскольку крови было чрезвычайно много, Филип понял, что если он хочет спасти Габби, то должен действовать немедленно. Он собирался поднять ее на коня.
– Нет, подождите, месье Филип! – закричал Жерар. – У нас нет времени. Надо немедленно остановить кровотечение. Если ее так везти домой, она наверняка умрет. Быстро давайте вашу рубашку, – сказал он, принимая решение вместо Филиппа.
После секундного колебания Филип снял мягкую льняную рубашку и протянул Жерару, который разорвал ее на длинные лоскуты. После этого Жерар с решительным видом приступил к спасению Габби. Он осторожно поднял ее юбки, и Филиппа охватил ужас, когда он увидел крохотное окровавленное тельце, которое только что было живым. Как он ни старался, он не мог отвести взгляд от своего мертвого ребенка.
– Месье Филип, – мягко произнес Жерар, – я знаю, что нужно сделать. А потом нам понадобятся носилки, чтобы донести ее до дома. Скачите как ветер, месье Филип, и предупредите мою жену.
Филип неохотно подчинился, бросив последний отчаянный взгляд на бледное, неподвижное лицо Габби. Он почти не помнил, как доехал до плантации и как потом вернулся с подмогой.
Увидев затравленный взгляд Филиппа, Жерар быстро произнес:
– Она жива, но нам надо поторопиться. Филип настоял на том, чтобы самому положить Габби на носилки. Он так беспокоился за нее, что не обратил внимания на крошечный сверток, завернутый в обрывки рубашки, в руках у Жерара.
Тетушка Луиза встретила их на краю банановой рощи и горестно охнула, увидев бледное лицо Габби и ее неподвижное тело. Она лишь на минутку задержалась поговорить с Жераром и взглянуть на маленький сверточек, который он нес, и сразу поспешила вдогонку мужчинам, несущим носилки, и за Филиппом.
Филип неотрывно наблюдал, как трудилась тетушка Луиза, чтобы спасти Габби. Она терпеливо вливала в Габби с ложечки отвары трав, которые помогают свертыванию крови. Тряпочными тампонами она останавливала поток крови, который уносил жизнь Габби. Всю ночь тетушка Луиза сидела у неподвижного тела, а когда наступило утро, у Габби начался жар. Филип был испуган сильными судорогами, которые буквально сотрясали Габби. Он помогал обтирать ее пышущее жаром тело, пока тетушка Луиза вливала животворные снадобья в ее горло.
Только через четверо изматывающих душу суток жар спал, и они поняли, что Габби выживет. Только тогда Филип позволил себе задуматься о несчастном случае, который так дорого ему обошелся. Снова Марсель Дюваль, сам того не зная, вмешался в его жизнь и причинил такую потерю. Бездумная, безрассудная поездка Габби к Марселю стоила жизни ребенку и наследнику Филиппа.
Жерар рассказал Филиппу, что умерший ребенок был мальчиком, и Филип ощутил горечь и совсем забыл о собственной измене, которая привела к безрассудному поступку Габби. Филип помнил только о том, сколько раз он предупреждал Габби, как опасно одной ездить в джунглях. Горюя о потере ребенка, он убедил себя, что Габби умышленно пыталась убить его ребенка. Он забыл свое страстное свидание с Амали, нарушение супружеских обетов, свое вожделение к бывшей любовнице. Даже мысль о том, что у Габби могут быть еще дети, не утешала его измученную душу. Его постоянно мучило предположение, что Габби подвергла риску свою жизнь и жизнь ребенка для того, чтобы быть с Марселем.
Во время болезни Габби Филип переселился в свободную спальню, чтобы не тревожить ее сон. В тот день, когда у Габби спал жар, Филип вернулся в эту спальню настолько измотанный, что еле передвигал ноги. Утомленный долгим бодрствованием у постели Габби, он свалился на кровать и почти сразу же провалился в сон. Внезапно он проснулся от того, что маленькие нетерпеливые ручки стягивали с него одежду.
– Амали! – закричал возмущенно Филип, зажав в кулаке обе ее руки. – Какого дьявола!.. – Он попытался встать, но гибкое тело Амали придавливало его к кровати.
– Я нужна вам, месье Филип, – мурлыкала Амали. Филип был зачарован ее язычком, который высунулся из-за жемчужных зубок и облизывал полные, красные губы. Амали была похожа на хищного зверя.
– Ведь я хранила верность вам, – продолжала Амали, безжалостно преследуя свою цель. – Я не убегаю в объятия другого мужчины. Если бы во мне жил твой ребенок, я бы не убила его.
Филип побледнел, признав правоту ее слов или, по крайней мере, то, что ему казалось правотой. Габби умьшленно убила их сына! Он вздохнул и отпустил руки Амали, позволив ей возобновить ласки.
– Позвольте мне любить вас, месье Филип, – ласково ворковала Амали. – Позвольте мне смягчить вашу боль. – Ее кожа была шелковистой.
Его страсть вспыхнула, и внезапно Филиппом овладело сильное желание к Амали. Он схватился за нее как утопающий.
– Твоя любовь не меняется, любовь моя, – сказал он прерывистым голосом, невольно вспомнив неверность Габби с Робом. – Ты никогда меня не предашь. – Их губы встретились, и его тело ожило, ее руки почувствовали, что он готов войти в нее. Скоро Филип погрузился в ее золотую плоть, и ее вскрики удовольствия заглушили голос его совести. Габби не могла смириться с потерей ребенка. Она чувствовала себя опустошенной. Она знала, что, пока она металась в жару, Филип все время был рядом, но с тех пор, как она пришла в себя, она редко его видела. Когда он появлялся в ее спальне, он был холодным и рассеянным. Наконец, не в силах более выносить его мрачное молчание, Габби затронула тему, которую они оба старались избегать.
– Ребенок был мальчик или девочка? – спросила она тихим, печальным голосом.
– Сын, – ответил Филип с каменным видом. – Он похоронен на семейном кладбище, если
тебе интересно. – Голос звучал безжалостно. Габби тихо заплакала, но Филиппа это не тронуло. – Почему, Габби? – спросил он. – Почему это произошло?
– И ты смеешь меня спрашивать, Филип? – спросила она, пораженная его вопросом. – По-моему, вина лежит и на тебе тоже.
– Но ведь не я безрассудно поехал верхом в джунгли на последних месяцах беременности! – взорвался Филип. – Ты целиком в ответе за убийство моего сына!
– Ты в самом деле считаешь, что ни в чем не виноват, Филип? – Фиалковые глаза Габби затуманились обидой и горечью. Убить собственного ребенка! О чем он говорит?!
Увидев ее расстроенное лицо, Филип остановился, но выражение упрека в его холодных глазах не исчезло. Габби задрожала от слабости. Похоже было, что Филип не испытывает никакого раскаяния за то, что произошло в тот день, когда она застала страстную любовную сцену с Амали. Возможно, Филип и Амали продолжали свою связь за ее спи – . ной со дня возвращения Филиппа в Бельфонтен. Насколько она могла убедиться, влечение Филиппа к Амали было огромным.
Она ощутила безнадежность.
– Какая теперь разница, кто виноват, Филип, – устало произнесла она. – Нам обоим придется жить с сознанием собственной вины.
– Но ведь ты направлялась к Марселю!
– Я... мне некуда было больше пойти, – печально прошептала она.
Филип ничего не ответил, стараясь сдержать захватившую его ярость. Зная, на что способен, когда он вне себя, он решил, что в данный момент разлука будет лучшим средством поддержать их хрупкие взаимоотношения. Ему нужно было место и время, чтобы подумать, излечиться от гнева и сердечной боли. Уединение даст им обоим время излечиться. Им обоим так многое надо забыть... и простить. Может быть, позднее им удастся продолжить свою жизнь заново. Время смягчает старые воспоминания и обиды. И чем скорее он скажет о своем решении, тем легче будет им обоим.
Филип прокашлялся:
– Я пришел попрощаться.
Габби побледнела, и ее глаза на похудевшем лице стали совсем огромными.
– Попрощаться?
– Нам следует расстаться на время. Тетушка Луиза с Жераром вполне способны позаботиться о тебе в мое отсутствие.
– А куда... куда ты поедешь?
– Через два дня «Стремительный» отправляется в плавание в Новый Орлеан и порты Северной .Америки. Я собираюсь пойти в этот рейс.
Габби хотелось спросить, поедет ли с ним Амали, но гордость ей не позволила. Вместо этого она молча кивнула.
– К тому времени, как я вернусь, ты уже полностью поправишься, и нам легче будет обсудить наши разногласия. Мне кажется, что небольшая разлука для нас сейчас лучше всего.
Габби была расстроена холодностью Филиппа, но понимала, что у нее нет ни сил, ни желания спорить с ним.
– До свидания, Филип, – произнесла она голосом, лишенным всяких эмоций. Он ушел прежде, чем она зарыдала.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Нежная ярость - Мейсон Конни

Разделы:
123456789

Часть вторая

1011121314151617Эпилог

Ваши комментарии
к роману Нежная ярость - Мейсон Конни



Мрак!!!потратила время.
Нежная ярость - Мейсон Конниэвас
3.03.2012, 2.39





Временами полный бред.Но читать можно.
Нежная ярость - Мейсон КонниRimma
28.08.2012, 0.45





Временами полный бред.Но читать можно.
Нежная ярость - Мейсон КонниRimma
28.08.2012, 0.45





Временами полный бред.Но читать можно.
Нежная ярость - Мейсон КонниRimma
28.08.2012, 0.45





Was ein Bullshit..
Нежная ярость - Мейсон КонниMonique
17.09.2012, 10.36





Не соглашусь с мнением других.Хороший роман.Все романы которые здесь есть вымышленны.Это сказки для взрослых женщин.Красивая сказка..Читала на одном дыхании.Наполнена жизненными сюжетами..Читайте каждый любит свои сказки.У кого-то это будет любимая.
Нежная ярость - Мейсон КонниОльга
1.11.2012, 19.26





Нет слов. В шоке. Вот так начнет мужчина легко относиться к своим изменам, и как далеко это может его и его семью завести. Сколько должно было погибнуть детей, чтобы человек научился думать головой, а не....То, что произошло в публичном доме- апофеоз поведения глупого, развратного идиота-. Рядом с таким всегда женщина страдает
Нежная ярость - Мейсон КонниЭлис
1.03.2013, 10.25





Да уж сама в шоке. Это отвратительно - но это правда жизни. И она очень горькая ради своих нерв я читать не стала. короче ужас, если хотите читайте, если вы относитесь к жизненным несчастьям очень легко.
Нежная ярость - Мейсон КонниЛале
26.03.2013, 18.57





Да ну, туфта какая-то. Самое-самое начало было интересным, а потом... Про мужика который думает не головой а членом. В нем нет ничего за что можно было бы хоть как-то зацепиться, ни одной привлекательной чарты. Не самый удачный роман у Мейсон.
Нежная ярость - Мейсон КонниДина
26.03.2013, 20.26





Этот Филип с Мартиники- козел! Козел и дебил! Полный мрак!
Нежная ярость - Мейсон КонниЭва
15.04.2013, 20.53





Остался горький осадок от прочитанного...Жутко, что такое можно назвать любовью.Оценивать не буду,предлагать почитать тоже.
Нежная ярость - Мейсон Коннис
2.07.2013, 12.52





согласна,полный бред
Нежная ярость - Мейсон КонниАйрис
2.07.2013, 15.46





На протяжении всего романа герои изменяют друг другу и устраивают сцены ревности. Мне не понравилось.
Нежная ярость - Мейсон КонниКэт
6.11.2013, 13.05





Да нормальный роман . Гг конечно же говнястенький ,но уж такова задумка автора . В общем роман на любителя и под настроение .
Нежная ярость - Мейсон КонниMarina
30.06.2014, 14.50





Почему все обвиняют гг-я???? Да здесь гг-я полная ДУРА!!!!! Извините, но я никак не могу понять ее. Весь роман она бегает то туда то сюда.и изменяет на лево и право....Гг-й обыкновенный мужчина. ..в жизни они все такие.а героиня ДУРА
Нежная ярость - Мейсон Коннилуиза
23.07.2014, 18.56





МДА...жаль потраченного времени. гг-й какой-то ненасытный секс-гигант. е...т все, что движется, да ещё и обвиняет жену во всех грехах. а гг-ня просто бесхребетное создание. да если бы я своего мужа застала в постеле с другой, то по меньшей мере не осталась бы с ним ни на минуту. короче, не тратьте времени зря
Нежная ярость - Мейсон КонниLili
5.09.2014, 23.29





роман полная хрень, герои друг другу изменяют. зря потратила время.
Нежная ярость - Мейсон КонниЕкатерина
11.11.2014, 18.43





полностью согласна с Луизой!!!!!!героиня проститутка трахается со всеми.....да и муж ее не лучше....какая тут может быть любовь....УЖАС МЕРЗОСТЬ!!!лучше бы не читала!!!!
Нежная ярость - Мейсон КонниАнастасия!
11.08.2015, 14.27





ужасный роман. тяжелый, неприятный. все пере**лись. ггерой садист и неадекват. ггня тоже пустилась во все тяжкие, но ее поступки мне, по крайней мере, понятны.
Нежная ярость - Мейсон Коннилёлища
27.01.2016, 6.59








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100