Читать онлайн Шипы и розы, автора - Медейрос Тереза, Раздел - 27 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Шипы и розы - Медейрос Тереза бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.19 (Голосов: 101)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Шипы и розы - Медейрос Тереза - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Шипы и розы - Медейрос Тереза - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Медейрос Тереза

Шипы и розы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

27

Когда часы на каминной полке гулко пробили два раза, Сабрина вздрогнула всем телом, вызвав удивленные взгляды Энид и тетушки Оноры. Они не могли понять необычного поведения больной, которая после завтрака настояла на том, чтобы ее сразу же усади ли в инвалидную коляску. По меньшей мере, странное желание при наличии в доме огромного числа удобных мягких кресел.
Не обращая внимания на встревоженных родственниц, Сабрина молча перевернула страницу с таким видом, будто вся ушла в чтение, хотя никак нельзя было назвать эту тощую книжицу занимательной. В последние дни классика давалась с трудом и пришлось прибегнуть к помощи Энид, снабжавшей кузину литературой сомнительного качества, но весьма волнующего содержания. Так Сабрина познакомилась с дальнейшими приключениями знаменитой миссис Мэри Тафт, которая внезапно перестала производить на свет многочисленных кроликов после того, как ей пригрозил сделать жуткую хирургическую операцию не менее знаменитый лондонский акушер, пользовавшийся, кстати, дурной славой. Теперь миссис Тафт ожидала приговора суда, который мог оказаться весьма жестоким.
Часы тем временем безжалостно отсчитывали минуту за минутой, Морган не появлялся, настроение падало, глаза устали от чтения. Сабрина принялась разглядывать свое отражение на сверкающей поверхности основания бронзового подсвечника, стоявшего рядом на венецианском столике, и осталась собой недовольна. Сделав вид, будто хочет почесать за ухом, незаметно для других высвободила прядь волос, стянутых на макушке в тугой узел, разомкнула стиснутые губы и постаралась смягчить суровое выражение лица.
Сейчас на нее смотрела совершенно незнакомая женщина, застенчивая, неуверенная в себе, губы чуть подрагивают, будто признавая ее беззащитность. В целом ничего общего с капризной, вечно недовольной больной, в любую секунду готовой наброситься на окружающих, обидеть их или оскорбить.
Что ж, неплохо. Осталось только расправить складки бледно-зеленого пеньюара, самого ее любимого, который Морган пока еще не видел и наверняка одобрит. Однако что-то он задерживается. Может, вообще не придет? Скорее всего в прошлый раз просто поддразнивал, как не раз делал в детстве. Казалось бы, вырос, возмужал, а как был несносным мальчишкой, так и остался. Во всяком случае, в лучшую сторону, похоже, не изменился.
На миг примолк перестук вязальных спиц, которыми безостановочно орудовала Энид, и прозвучал ее голос:
— Хочешь, я тебе почитаю вслух, дорогая?
— Нет, спасибо, — рассеянно обронила Сабрина. — Зачем тебе затрудняться, если со зрением у меня все в порядке?
Энид и герцогиня обменялись недоуменными взглядами.
В это время в комнату робко проскользнула горничная. Она шла на цыпочках, держа серебряный поднос с чашкой горячего шоколада. Руки горничной дрожали, и на ее лице застыло испуганное выражение, словно она ожидала, что в любую секунду дымящаяся чашка может полететь ей в лицо. Как только Сабрина молча взяла чашку, служанка облегченно вздохнула и повернулась к выходу.
— Беатриса! — негромко позвала больная.
Горничная застыла на месте, на ее щеках выступили красные пятна.
— Слушаю, мисс.
— Очень вкусно, — Сабрина мило улыбнулась ей. — Благодарю тебя.
Беатриса разинула рот, пораженная переменой в поведении молодой госпожи. До сих пор горничная считала племянницу хозяев дурнушкой, но сейчас, с красиво изогнутыми в улыбке губами и без обычной кислой мины на лице, она выглядела на редкость хорошенькой. Беа быстро сделала книксен и заспешила на кухню, чтобы как скорее поделиться своим открытием с остальными слугами.
Отставив чашку на столик, Сабрина слизнула с верхней губы полоску шоколада, как кошка, оторвавшаяся от блюдечка с молоком. Часы продолжали безжалостно отмерять минуту за минутой, время шло, и сердце, казалось, билось в одном ритме с маятником. Появилось опасение, что оно может остановиться, когда часы пробьют половину третьего.
Но в этот момент в коридоре послышался сочный мужской баритон, и сердце вновь забилось учащенно. Сабрина уронила книжку, вновь схватила и поднесла к глазам, не сознавая, что держит книгу вверх ногами, посматривая поверх нее, как дядюшка Вилли вводит в гостиную Моргана, дружески похлопывая по спине, как будто они были знакомы всю жизнь. Сабрина вздрогнула, опасаясь, что подобная близость этих двух мужчин ничего хорошего ей не предвещает.
Предводитель Макдоннеллов вновь искусно разыгрывал роль джентльмена, стремившегося принять участие в судьбе молодой страдалицы. Вначале он рассыпался в комплиментах по адресу хозяйки дома, и тетушка Онора засветилась и засияла, как девица, впервые попавшая на бал, затем расхвалил вязанье Энид. Но когда Морган попытался сразить своим обаянием Сабрину, та спряталась за книгой, страстно желая оказаться невидимкой.
Морган склонился, чтобы поднести ее руку к губам, и книга тотчас прошелестела страницами, падая на пол.
Он скользнул губами по пальцам Сабрины, одновременно дразняще коснувшись их кончиком языка. Сабрина отдернула руку, будто ее обожгли, и зло взглянула на мужа. А он смотрел на нее с выражением столь глубокой печали во взоре, что даже женщина с каменным сердцем должна была бы сжалиться и преисполниться сочувствием.
— Ах, дорогая мисс Камерон! Боюсь, я забыл предупредить, что вам следовало одеться для улицы. Сегодня мы с вами отправляемся в дальнюю прогулку.
Сабрина в ужасе уставилась на мужа, понимая, что он не шутит. Только этого не хватало! На нее будут озираться все кому не лень, тыкать в ее сторону пальцами, насмехаться и перешептываться, скрывая злорадные усмешки. И каждый будет неизбежно задаваться одним и тем же вопросом: «Зачем такой великолепный мужчина тратит время на калеку?»
— Нет, — отрезала Сабрина, как если бы Морган предложил отправиться на луну. — Я никогда не выезжаю на прогулки.
— Теперь будете выезжать. — Он приятно улыбался, но, судя по выражению глаз, был абсолютно непреклонен. Сабрина живо представила себе, как со временем найдут в сточной канаве ее изуродованный труп, и содрогнулась. — Я подожду, пока вы оденетесь. — Склонившись к уху Сабрины, он прибавил шепотом: — Конечно, если вы не предпочитаете, чтобы я помог вам одеться.
Эти слова возродили в памяти картины прошлого: загорелые руки помогают снять корсет, обнажается нежная белая кожа; нижние юбки, шурша, спадают к ногам; горячие губы касаются бедра, одновременно ловкие пальцы снимают кружевные подвязки… Сабрина попыталась одернуть себя, подивившись тому, что на ум приходят сцены раздевания, а не одевания.
Строгий голос тетушки Оноры ворвался в ее воспоминания:
— …совершенно неприлично без компаньонки.
Морган выпрямился и одарил хозяйку дома сверкающей улыбкой:
— Пустяки. Убежден, что леди Маклеод будет счастлива сопровождать нас. Она вдова и будущая мать, и ее репутация абсолютно безупречна.
У дядюшки Вилли нервно задергалась щека. Тик одолевал его каждый раз, когда случалось сталкиваться с рассуждениями Моргана, имевшими многозначительный подтекст.
— Ну разумеется, уважаемый друг, если вы так уверены, то…
Неожиданно вмешалась Энид, проявив нехарактерную для нее готовность к самопожертвованию. Она отложила вязанье, взялась за спинку инвалидного кресла и покатила его к двери.
— Если граф соблаговолит подождать нас, я помогу кузине одеться.
Все проигнорировали жалобный вопль Сабрины:
— Но я никуда не хочу с ним ехать! Он же сумасшедший!
Сабрина хмуро помалкивала, пока вокруг нее суетилась кузина, пустившая в ход все свое искусство, чтобы одеть и причесать подругу наилучшим образом. Энид даже поцеловала ее в холодную щеку, прежде чем передать в руки врага.
— Иуда! — прошипела Сабрина, адресуясь к кузине, когда инвалидная коляска, направляемая Морганом, покатила к боковой двери, распахнутой расплывшимся в улыбке ливрейным лакеем.
Впрочем, Сабрина получила возможность отомстить подруге, когда они оказались на залитой ярким солнцем улице и перед ними предстал Рэналд в напудренном парике и ливрее. По-видимому, Энид и вообразить не могла, что предводитель Макдоннеллов способен простить кузену столь ужасное преступление и позволить негодяю сопровождать себя в Лондон.
Вначале Энид мертвенно побледнела, потом покраснела, а Рэналд с неприкрытым изумлением смотрел на ее округлившийся живот. Но тут в дело вмешался Морган:
— Я не говорил Рэналду, что он скоро станет папочкой. Я решил, что он предпочтет услышать это от тебя.
Сабрина ядовито усмехнулась, но долго злорадствовать не пришлось. Морган извлек жену из инвалидной коляски и так крепко сжал в объятиях, будто опасался, что она убежит, хотя прекрасно сознавал, что она не может этого сделать. Они чуть задели друг друга носами, когда Морган устраивал ее на кожаном сиденье.
— Негодяй, — пробормотала Сабрина.
— Малявка, — не остался в долгу Морган.
Высоко задрав нос, за больной последовала Энид, а великан пристроил инвалидную коляску на запятках кареты, потом уселся напротив дам.
— Почему бы тебе не вывесить на карете плакат? — язвительно предложила Сабрина, как только карета тронулась с места. — «Полпенса за погляд. Спешите видеть калеку». Глядишь, со временем обо мне книжку напишут.
— Не говори глупостей, — сурово оборвал жену Морган, оглядывая ее с головы до пят, от кокетливо изогнутых полей шляпки до кончиков остроносых туфелек, высовывавшихся из-под длинной юбки. — За тебя можно взять не меньше двух пенсов.
Сабрина покорно сложила на коленях руки в перчатках, вынужденная примолкнуть под сверлящим взглядом мужа. Едва экипаж свернул за угол, как в оконце показалось ухмылявшееся лицо Рэналда, и Энид поспешно задернула занавеску.
Не прошло и минуты, как над головами загрохотало, словно по крыше карабкался громадный паук, и в противоположном оконце вновь появился, прижавшись носом к стеклу, Рэналд. Энид прикрылась веером.
Карета неожиданно остановилась, запахло рекой, со всех сторон доносился неумолчный шум проспекта, заполненного людской толпой. Сабрина изогнула шею, выглянула в оконце и поняла, что они подъехали к Тауэру.
— Правильный выбор, — похвалила она мужа. — Чем-то напоминает замок Макдоннеллов, но, думаю, здесь намного уютнее.
— А ты бы предпочла попасть в сумасшедший дом?
— Нет, я бы предпочла очутиться в кровати, точнее, собственной постели в доме моего дядюшки.
— Что ж ты раньше молчала? — укоризненно сказал Морган. — Это можно было бы организовать.
Сабрина облила нахала презрением, но не сочла нужным возражать. Она сидела, гордо выпрямившись и глядя прямо перед собой, пока Морган отвязывал инвалидную коляску.
Энид вышла вслед за Морганом и отвернула голову в сторону, спускаясь по лесенке, будто не заметила протянутой руки Рэналда, но у него был такой смиренный вид, что толстушка смягчилась. Она скрестила руки поверх живота и огорченно вздохнула.
Морган не дал жене времени размышлять над горькой долей кузины. Он бережно вынес Сабрину из кареты и посадил в коляску. Она ухватилась за его руки, боясь отпустить и одновременно оглядываясь и прислушиваясь к тому, что происходит вокруг. А происходило именно то, чего она опасалась. Прогуливавшиеся мимо люди начали оглядываться, переговариваться, посмеиваться.
Рыжеволосый мальчишка дернул мать за подол и указал пальцем на Сабрину:
— Посмотри, мама! Вон с той красивой леди что-то стряслось.
Низко наклонив голову, Сабрина подумала, что дети намного честнее взрослых. По крайней мере, не шушукаются за твоей спиной, а высказывают свое мнение вслух и прямо в лицо. Морган заметил, как побледнела жена под любопытными взглядами зевак, поправил плед на ее ногах и достаточно громко, чтобы его могли слышать все, кто пожелает, спросил:
— Надеюсь, вам удобно, ваша светлость?
Сабрина вскинула голову, всерьез разозлившись. При чем здесь «ваша светлость»? Зачем он издевается? Она попыталась прочесть ответ в зеленых глазах, но в них светились давно, казалось, забытые эмоции — доброта, но не жалость, и сочувствие, но не сострадание. Впервые за годы общения с Морганом она поняла, что он пошутил не над ней, а ради нее.
Теперь из толпы гуляющих поглядывали на больную в коляске с почтением и уважением, вслух обсуждая возможность того, что особа королевских кровей иностранного происхождения, возможно, решила посетить знаменитый лондонский Тауэр. Пожилой джентльмен собрал вокруг себя небольшую группу зевак, поясняя, что странное сооружение с колесами скорее всего разновидность крытого кресла, в котором в прошлом обычно носили высокородных особ два ливрейных лакея.
Сабрина хотела поблагодарить находчивого мужа, но слова застряли в горле, она лишь одарила его величественной улыбкой и махнула рукой в сторону ворот Тауэра.
Рэналд заметно расстроился, когда Морган обошел стороной оружейную палату, где можно было бы лицезреть меч, отрубивший голову Анне Болейн, одной из жен Генриха VIII. Затем огорчилась и Энид, поскольку предводитель Макдоннеллов не счел нужным зайти в помещение, где можно было полюбоваться сокровищами английских монархов. Но как только инвалидная коляска выехала из западного выхода на пустынный дворик, где каменные арки были перегорожены стальными решетками, Сабрина поняла, что ее муж изначально стремился попасть именно сюда.
Морган привез ее в Тауэр не ради того, чтобы полюбоваться оружием или сокровищами британской короны, егo привлек зверинец, где можно было наблюдать, как мечется в клетке из угла в угол белый медведь, прыгают с ветки на ветку неугомонные мартышки, и посмотреть в упор на величественного льва. Лев, казалось бы, способен загипнотизировать любого пристальным взглядом немигающих желтых глаз; но потом он вдруг широко зевнул, вся магия пропала. Морган впервые видел всех этих экзотических животных, радовался, как малый ребенок, и го восторг передавался окружающим. Сабрина почти не обращала внимания на зверей и смотрела только на мужа, лицу которого блуждала столь редкая для него простодушная улыбка.
Тем временем Морган нашел общий язык с енотом и принялся скармливать ему с ладони орешки. Наблюдавшая за этой сценой Сабрина внезапно ощутила, как по шее ее пробежал холодок, словно за ней подглядывал некто, желавший ей зла. Она быстро огляделась. Возле ворот мирно подремывал страж в яркой форме, неподалеку топтались, обмениваясь застенчивыми взглядами, Энид и Рэналд; в тени под арками никого не было видно. Сабрина постаралась стряхнуть с себя неприятное ощущение. Видно, она слишком давно не была на людях и у нее разыгралась фантазия. Или кто-то из многочисленных зевак пялился на королевскую особу иностранного происхождения.
Кто-то робко потянул за край пледа, и Сабрина обнаружила рядом с коляской крохотную обезьянку, а потом так завозилась с ней, что не заметила, как за ее спиной Морган подал знак Рэналду.
Игнорируя протесты Энид, Рэналд сграбастал ее одной рукой, другой подхватил скучающего стража и потащил обоих в дальнюю часть дворика. Недовольная столь бесцеремонным обращением, Энид хотела было отчитать своего кавалера, но быстро притихла, когда охранник пустился в длинный рассказ о каком-то злосчастном виконте, вплотную приблизившемся к клетке со львом.
— Неужели сразу отхватил два пальца? — взвизгнула Энид. — А что потом? Лев выплюнул пальцы или проглотил?
Морган подождал, пока они скроются из виду, и припал на одно колено перед инвалидной коляской.
Сабрина задрожала всем телом, ощутив, как под юбку заползает пара мускулистых рук.
— Что ты делаешь? — возмутилась она.
— Твои ноги оставались неподвижными вот уже несколько месяцев, — спокойно пояснил Морган. — Их надо растереть, чтобы восстановить кровообращение.
И сразу принялся за дело, массируя ноги сильными чуткими пальцами. Надо сказать, результат не заставил себя ждать. Бешено заколотилось сердце, кровь заструилась по жилам огненным потоком, стало жарко, но ноги остались бесчувственными.
— Зря тратишь время, — резко бросила Сабрина. — Я не могу ходить.
— Ты просто боишься ходить, — возразил Морган, вскидывая голову, чтобы посмотреть в глаза больной. — Или боишься упасть.
Глядя в зеленые глаза, Сабрина поняла, что уже падает. Он смотрел на нее не с жалостью, как на калеку, а как равный на равную, подстегивал взглядом и как бы убеждал, что еще не все потеряно и все хорошее впереди. Такого человека нельзя было ненавидеть.
Мягкие подушечки его сильных пальцев прошлись по внутренней стороне икры, добрались до колена, поднялись к подвязке, чуть тронули голую кожу, опустились и вновь принялись массировать икры, да так жестко, что Сабрина невольно ойкнула.
— Я причинил тебе боль? — тут же вскинулся Морган.
Больная покачала головой, подумав: «Сейчас нет, но обязательно причинишь».
Не утруждая себя объяснениями, Морган неожиданно зашел сзади, просунул руки под локти Сабрины и поднял ее. Она повисла в воздухе, как дорогая кукла. Тогда Морган осторожно отодвинул ногой коляску в сторону и бережно поставил Сабрину на землю так, что она едва касалась тверди подошвами туфелек. После чего внезапно отпустил. Сабрина осталась стоять, сцепив зубы и глядя прямо перед собой, но отказываясь сделать хоть один шаг.
— В твои глупые игры я не играю, — процедила она сквозь зубы.
Морган слегка подтолкнул жену в спину, она сделала крохотный шажок и закачалась, как травинка на ветру, но муж тут же схватил ее за бант на талии и помог восстановить равновесие.
— Вот и хорошо. Молодчина, детка. На сегодня хватит и одного шага. Давай попробуем еще разок, ладно?
Сабрина поджала губы и стиснула колени, но Морган опять чуть подтолкнул ее вперед. На этот раз он не подоспел вовремя, и Сабрина рухнула вперед, но в последнюю секунду сумела вытянуть руки и тем самым смягчить падение.
Слегка насмешливое молчание Моргана показалось громче возбужденных криков мартышек.
Сабрина оттолкнулась руками от земли и сказала:
— Во дворе Тауэра могли бы подметать и чаще. Здесь все же очень грязно.
В течение последовавшей недели Сабрине довелось вплотную познакомиться почти со всем, по чему в Лондоне ступала нога человека, в том числе с ровным и прохладным мраморным покрытием в Вестминстерском аббатстве, роскошными персидскими коврами, устилавшими пол в дорогих магазинах Ладгейт-Хилл, и, наконец, с мозаичными плитами Музыкальной академии, причудливый узор которых впоследствии в точности воспроизвела на листке почтовой бумаги тетушки.
Нельзя сказать, что больная получала от бесконечных падений большое удовольствие. Лишь густая трава в парке Воксхолла, недавно открытом для посетителей, давала облегчение ее ноющему в самых разных местах телу. Повсюду Сабрину сопровождал дурманящий аромат сосны и сандалового дерева. Морган постоянно находился рядом, выступая в роли надежной опоры и терпеливого учителя. Он подбадривал словом и делом, не разрешал ей расслабиться и с маниакальным упорством побуждал к новым попыткам встать на ноги, несмотря на неудачи, не обращая внимания на слезы и мольбы.
Морган Макдоннелл был, пожалуй, даже большим чудовищем, чем первый граф Монтгаррский. Альберт Ужасный лишь сдирал со своих жертв кожу; Морган умел с дьявольским искусством проникнуть под кожу. Он превратился в личного дьявола Сабрины, зеленоглазого, в безупречного покроя шелковых панталонах и отороченном кружевами шейном платке. Ни на секунду не уставая, Морган гнал жену сквозь ад, сотворенный им самим, нежно и сильно, ласково и со злой усмешкой.
Именно таким Сабрина помнила его с детства: упрямым, изобретательным, озорным, с постоянной насмешкой в глазах. Его язвительные, но отнюдь не злобные замечания оставляли в душе Сабрины столь незаметные на первый взгляд раны, что вначале она их попросту не замечала, но по ночам часами не могла из-за них заснуть.
Она презирала его.
Она терпеть его не могла.
Она жила лишь ради того момента, когда он появится на пороге и ее сердце вновь ускорит свой бег.
Больше ей не разрешалось валяться на диване день-деньской в пеньюаре. К приходу графа Монтгаррского Сабрине следовало быть одетой для выезда и сидеть на жестком деревянном сиденье инвалидной коляски, выпрямив спину и сложив руки на коленях. При всей своей жестокости, даже Альберт Ужасный не смог бы придумать для своих врагов столь изощренных и мучительных пыток.
Морган появлялся в доме герцога ровно в два часа пополудни, не пропустив ни дня, не опоздав ни на минуту. За это время он завоевал полное доверие дядюшки Вилли тетушки Оноры, не сводивших с великана обожающих глаз, и всегда умел вызвать улыбку на лице Энид. Единенный, кто на дух не переносил графа Монтгаррского и не скрывал своей неприязни, — это Филип Маркхем. Когда бы он ни нанес визит в дом Бельмонтов, каждый раз выяснялось, что леди Маклеод отправилась сопровождать свою кузину и загадочного графа в очередную поездку в поисках новых приключений.
В Лондоне только и говорили, что о рабском преклонении графа Монтгаррского перед Сабриной Камерон. Он неизменно сопровождал ее на домашние театральные представления и присутствовал во время игры в карты. На балах Морган всегда оставался рядом с больной, не покидая ее ни на минуту, и все признавали, что за все это время он ни разу не бросил взгляда на какую-либо из кружившихся в танце красоток. Его трогательное внимание к несчастной больной вызывало неприкрытое восхищение со стороны дам света, уважение мужчин и колкие реплики из уст Сабрины.
Несколько раз, пока они ехали по улице, Сабрина вновь ощущала, как ее пробирал холодок, будто от чужого злобного взгляда, но, обернувшись, успевала заметить лишь слабую тень, некое темное пятно, на миг заслонившее яркий солнечный свет.
Однажды после обеда они, как обычно, выехали на прогулку, и в тот момент, когда карета Моргана повернула за угол, Сабрина выхватила взглядом из толпы бородатого мужчину, показавшегося знакомым, и стоявшую рядом женщину, лицо которой скрывала густая вуаль. Изо рта готов был уже вырваться удивленный возглас, но, прежде чем она успела обернуться, пара смешалась с толпой. Морган многозначительно приподнял бровь, как бы усомнившись в здравом уме своей спутницы, и она, потрясенная, откинулась на подушки сиденья, подумав, что, по-видимому, тоскует по дому больше, чем ей казалось.
Сабрина до сих пор не могла понять, почему Морган настаивал, чтобы их встречи всегда проходили на людях. К концу второй недели они успели посетить все лондонские достопримечательности и увеселения, кроме разве что сумасшедшего дома и публичной казни. «Вряд ли Морган сознательно ищет общества, дабы предотвратить сплетни, — размышляла Сабрина. — Человеку, выросшему среди Макдоннеллов, пользовавшихся столь дурной славой, в высшей степени наплевать на чужое мнение. Кроме того, в данном случае речь идет, собственно говоря, только о моей репутации. Ему это никак не может повредить».
В промежутках между визитами Моргана Сабрина бесилась и думала только о нем, так что не осталось ни времени, ни сил издеваться над прислугой. Каждое утро, едва открыв глаза, она принималась массировать ноги, пока кровь не начинала огнем бежать по жилам, а потом пыталась самостоятельно сделать несколько робких шагов по спальне. Со временем слуги научились игнорировать странные шумы, доносившиеся из-за запертой двери в разное время, даже по ночам, — звуки падающего тела, треск сбитой на пол мебели, глухие проклятия.
К началу третьей недели больная запаниковала, что никак не отразилось на поведении Моргана. Как ни измывалась над ним Сабрина, как ни язвила острым язычком, он все равно появлялся на следующий день. Предводитель Макдоннеллов стойко сносил оскорбления, от которых слуги в слезах выскакивали бы из комнаты.
За первый мучительный месяц после трагедии Сабрина сумела испортить отношения со всеми, кого любила, включая Энид, братьев и даже родителей. Однако Морган оказался ей не по зубам и продолжал стоять на ее пути гранитным монолитом ростом в шесть футов и три дюйма, излучая уверенность и силу, которые со временем, как она опасалась, могли растопить даже ее заледеневшее сердце. Однажды ночью она лежала в своей холодной постели с гулко бьющимся сердцем, дрожа всем телом от мыслей о Моргане. Решение пришло неожиданно. В свое время её не удалось прогнать Моргана, но за минувшие месяцы прибавилось опыта и мастерства. Сейчас достаточно пары-тройки острых ударов в больное место, а потом южно вогнать кинжал между ребер.
Разработав свой дьявольский план, Сабрина должна остаться довольна собой, но вместо этого стало жутко, она накрылась с головой одеялом, ища спасения в темноте, созданной собственными усилиями.
— Мисс, послушайте, нельзя же так! Их светлость велели передать вам, чтобы… — Горничная захлопнула дверь, не закончив фразы, как раз в тот момент, когда в дверь ударилась драгоценная ваза и разлетелась на мелкие кусочки.
Служанка поспешно удалилась, и Сабрина довольно ухмыльнулась. Она терроризировала домашних весь день, понимая, что известие о ее вызывающем поведении еще до вечера дойдет до слуха Моргана.
Стук шагов горничной затих вдали, и Сабрина вновь повернулась к зеркалу, которое было решено использовать в качестве главного орудия в борьбе с Морганом. Лицо ее сейчас представляло собой жуткую белую маску, на этом фоне четко вырисовывались глубокие впадины под скулами и зловеще алел бантик губ. Волосы были стянуты вверх в узел так туго, что глаза приобрели экзотический восточный разрез. Узел сверху был украшен яркими лентами, свисавшими оттуда наподобие кокетливых паутинок. Сабрина прекрасно сознавала, что полупрозрачный белый пеньюар с кружевными оборками придает ей вид слабой болезненной дамы, столь же хрупкой, как драгоценная ваза, которую она только что разбила.
В бессмысленных, ничего не выражающих синих глазах дамы в зеркале Сабрина могла прочитать свое будущее, будущее без Моргана, без надежды, будущее старой девы, укутанной в кружева, со старческими пятнами на руках и сморщенным лицом. О ней будут ходить слухи и легенды, соседи станут шепотом говорить новым знакомым: «Вон та эксцентричная старая дева в белом. Это племянница старого герцога. Однажды приехала ранней весной в гости да так и осталась навсегда».
Путь назад, в дорогую Шотландию, теперь отрезан навечно, и не приходится больше мечтать вновь увидеть легкий туман, затянувший заросшие вереском холмы; никогда ей не услышать шума водопада и не полюбоваться пенной лентой воды на фоне сочной зелени, и нечего рассчитывать снова свидеться с колючими кустами диких роз, карабкающихся вверх по голому склону.
За спиной Сабрины чуть приоткрылась дверь, в щелку несмело просунул голову Стивен, готовый в любую секунду отпрянуть при виде летящей в его лицо посуды.
— Матушка просила напомнить, что мы все тебя ждем, — сказал он. — Ты готова, дорогая?
— Да, — раздумчиво ответила Сабрина, не отрывая глаз от своего отражения в зеркале. — Готова и рвусь в бой.
Она полулежала на мягком диване, со всех сторон окруженная горой взбитых подушек, сжимая в пальцах с розовыми ногтями бокал шампанского. Напиток удалось раздобыть, прибегнув к услугам одного из гостей, так как напуганные слуги, бродившие по залу с подносами в руках, обходили больную далеко стороной. В данный момент Сабрина всерьез сомневалась, что ей подадут стакан воды, даже если она решит поджечь платье от стоявшего неподалеку подсвечника.
Скучающе обвела взглядом толпу гостей. Моргана все не было. По залу суматошно металась тетушка Онора; в мерцающем свете свечей она казалась сильно потрепанным ангелом. Наконец тетушка остановилась и принялась хлопать в ладоши, призывая гостей занять места перед началом театрального представления.
Сабрина глухо застонала при виде появившейся на сцене тонкой фигуры, облаченной в костюм, изукрашенный белыми, красными и зелеными полосами. От пантомимы ее уже мутило, и насмерть прискучили глупейшие похождения злосчастного Арлекина и его коварной жены коломбины. Не далее как в прошлом году Брайан и Алекс поздравили сестру с днем рождения и преподнесли в качестве подарка разыгранную ими комедию. Единственным, что в то время смешило до слез, были волосатые ноги Брайана, торчавшие из-под нижней юбки, которую ссудила актерам матушка. Больная чуточку взгрустнула, припомнив, как весело она смеялась в тот вечер.
Внимание привлек легкий шумок возле двери. Сабрина бессознательно небрежно изменила позу, приподнялась на локте и вытянула шею. Помимо воли вся потянулась навстречу Моргану, с улыбкой прокладывавшему дорогу сквозь толпу. Сабрина решила, что в Лондоне муж использует чарующую улыбку как смертоносное оружие.
Гости перешептывались, скрывая любопытствующие взгляды за распахнутыми веерами и открытыми табакерками. Белокурый великан явно представлял больший интерес для публики, чем разворачивающаяся на сцене история. «Хотелось бы знать, — подумала Сабрина, — понимает ли он, какой ошеломляющий эффект на гостей и хозяев производят его вечные появления с опозданием? Задумывается ли он над тем, какой урон наносит моему бедному сердцу?»
Раскланиваясь направо и налево, Морган упорно продвигался к цели; в свете свечей его волосы отливали золотом, улыбка не сходила с лица, и выглядел он потрясающе. Сабрина не сводила с него восхищенных глаз, понимая, что, когда муж встанет рядом, любоваться им уже не придется. При первой встрече в Лондоне она решила, что уверенность ему придает отлично сшитая одежда. Сейчас же она поняла, что он всегда обладал грацией и осанкой короля. Ни босые ноги, ни потертый плед не могли скрыть этого. Он был рожден королем, и пора это признать.
При этой мысли Сабрина склонила голову, чтобы никто не заметил блеска ее глаз, и постаралась взять себя в руки, не выдать обуревавшие ее разноречивые чувства. Когда она подняла глаза, то увидела, что Моргана задержал озабоченный лакей. Он что-то втолковывал великану, время от времени тревожно поглядывая в сторону дивана. Сабрина откинулась на подушки, прикрыв глаза рукой, в позе безумно страдающей больной, но из-под ресниц продолжала наблюдать за мужем.
Ее ожидания оправдались, и она своими глазами увидела, как на короткое мгновение с лица Моргана слетела маска светской учтивости. Он сжал зубы с угрюмым видом, давно знакомым Сабрине. Однако это длилось лишь секунду, Морган вновь заулыбался, заговорщически подмигнул лакею и продолжил путь к дивану. Проигнорировав стоявший рядом стул, присел в ногах у больной, едва не отдавив пальцы.
Сабрина поспешно убрала ноги подальше, жалобно скривилась и громко чихнула. Вытирая глаза кружевным носовым платком, недовольно проворчала:
— Кажется, сэр, меня раздражает запах вашего мыла для бритья.
— Не думаю. Скорее всего пушинка в нос попала. Вокруг вас слишком много подушек.
Сказал и молча уставился на сцену, как будто там происходило нечто крайне интересное. На самом деле великана так и подмывало выложить Сабрине все, что он думает о ее капризах, дать себе волю и наорать на нее, да так, чтобы пух и перья летели от Лондона до самого Глазго. В этот момент сидевшая ближе к сцене высокая дама оглянулась и поверх раскрытого веера с состраданием посмотрела на Сабрину. Этот взгляд напомнил Моргану причину, по которой он предпочитал встречаться с женой исключительно в общественных местах. В противном случае великан не мог за себя поручиться. Оставшись наедине с несчастной, он бы наверняка не выдержал и стал бы её жалеть, холить и лелеять, как все остальные.
А больше всего предводитель Макдоннеллов опасался, что поддастся собственным желаниям, забудет о немощи жены и набросится на нее, дав выход пылкой страсти.
Особенно трудно сдерживаться, когда сидишь рядом с возлюбленной, возлежащей на диване в почти прозрачном наряде, который больше подходит для спальни, чем для гостиной.
От ее кожи исходил дурманящий аромат распустившихся лилий, не имевший ничего общего с теплым запахом цветущих роз, запомнившимся с детства. Трудно было перебороть дикое желание броситься на жену прямо здесь, на глазах у всех, развязать идиотский узел на макушке, распустить густые длинные волосы, раздвинуть бедра…
Зал взорвался хохотом и бурными рукоплесканиями, когда Арлекин с видом победителя взвалил злобно визжавшую Коломбину на плечо. По мнению Моргана, полосатого малого не в чем было упрекнуть. Вполне можно понять и простить мужика, если над ним постоянно измываются. На каком-то этапе остается один выход — применить грубую силу, чтобы привести в чувство окончательно распоясавшуюся супругу. Морган стиснул кулаки, глядя на сцену, обуреваемый бессильным гневом.
Сабрина выбрала не самый удачный момент для того, чтобы пнуть мужа ногой и зло прошипеть:
— Да отодвинься же, идиот! За твоей спиной мне ничего не видно.
Из того ряда, где восседала тетушка Онора, на больную зашикали, призывая к молчанию; в их сторону повернулось сразу несколько голов, а Арлекин застыл в немом укоре.
Морган протянул руку, схватил жену за ступню и принялся водить по коже большим пальцем.
— Похоже, ты заметно окрепла, дорогая? Пинаешься совсем как здоровая.
Ступня сразу же безжизненно повисла в руке мужа.
— Скорее всего просто спазм. Ноги по-прежнему очень болят.
Морган не отпустил ногу и принялся ее прощупывать с мастерством, которое отдалось жаром в сердце Сабрины. Нога моментально ожила, и больная быстро ее подобрала.
— Ты права, детка, это действительно спазмы, и лучше тебе не делается, — усмехнулся Морган. — Может, пока не поздно, решиться на ампутацию? Отрезать к чертовой матери и забыть о боли. Что скажешь?
Ну что тут сказать в самом деле? Сабрина попыталась выиграть время на обдумывание достойного ответа и решила пока пожаловаться»
— Что-то в горле пересохло. Тебя не затруднит принести мне бокал шампанского?
Морган не сдвинулся с места, жестом подозвал лакея и коротко скомандовал:
— Дама желает шампанского.
Насмерть перепуганный слуга протянул бокал, но его рука так тряслась, что несколько капель пролилось на платье больной.
— У тебя обе руки левые, ничего толком не умеешь! — взвизгнула Сабрина, вытирая платком мокрое пятно. — Вас всех нужно уволить. Обязательно скажу дядюшке.
Не сводя глаз со сцены, не оборачиваясь, Морган коротко приказал:
— Сейчас же извинись.
— Прошу прощения, — пролепетал лакей.
— Не ты. Она должна извиниться.
— Она?
— Ты меня имеешь в виду? — удивилась Сабрина. — Как бы не так.
— Ты была недопустимо груба к этому человеку. А теперь извинись.
— Простите меня, милорд, — с убийственным capказмом проговорила Сабрина. — Я совсем запамятовала, о Макдоннеллы — последний бастион хороших манер в Шотландии. Если бы лакей нечаянно пролил шампанское, ты бы, вероятно, просто вытащил пистолет и пристрелил его.
Осознав, что мелкие стычки у дивана вскоре перерастут в настоящее и, вполне возможно, кровопролитное сражение, донельзя смущенный лакей поспешил ретироваться.
Морган повернулся лицом к жене, и она отпрянула в ужасе при виде страшной ярости, бушевавшей в зеленых глазах. Даже Арлекин с Коломбиной замерли на месте, когда великан взревел, как раненый вепрь:
— Мне осточертели твои идиотские капризы и выходки! — В гневе Морган забыл все, чему учила его Елизабет, и изъяснялся с привычным раскатистым шотландским акцентом. — Бедная несчастная девочка! Наша страдающая принцесса! Как бы не так! Пока ты была маленькой и здоровенькой, то тебе легко давалась роль ангелочка, потому что все твои желания тут же исполнялись, достаточно было открыть ротик или мило улыбнуться.
— Нет, не все, — прошептала Сабрина, но Морган не расслышал и продолжал:
— Но как только тебя обидели и корона Камеронов чуть пошатнулась на твоей головке, ты сразу превратилась в злую, вечно недовольную, брюзжащую фурию. Теперь-то понятно, что ты собой представляешь на самом деле. — Он низко наклонился над женой, она попыталась глубже зарыться в подушки, но негде было спрятаться от его справедливого гнева. Морган понизил голос до шепота, так что теперь его никто не мог услышать, кроме жены; в глазах его вспыхнула и разгорелась искорка насмешки. — Если бы я знал, что ты превратишься в такую стерву, я бы скорее пристрелил тебя, а не Пуку.
Всему есть предел, и со всего маху Сабрина закатила мужу звонкую пощечину. Зал ахнул и замер в ужасе. Морган не шелохнулся, демонстрируя завидную выдержку, отчего больная окончательно утратила контроль над собой и влепила еще одну пощечину, достаточно сильную, чтобы оставить на щеке красное пятно. А предводитель Макдоннеллов, способный одним пальцем навсегда погасить огонь жизни в хрупкой женщине, сидел с каменным лицом, и сверкавший в его глазах гнев сменила боль, не имевшая никакого отношения к пощечинам Сабрины.
Сейчас он был на редкость хорош — настоящий ангел, высеченный из мрамора.
Резко очерченные черты мужественного лица внезапно поплыли перед глазами Сабрины, по щекам ее заструились горячие слезы, она резко отвернулась, чтобы никто не видел, как она плачет. Из пересохшего горла вырвался хриплый стон, еле слышный, но услышанный в самых дальних углах притихшего зала.
— Почему ты не можешь просто оставить меня в покое? Что ты ко мне привязался? Или ты не настолько мужчина, чтобы найти себе настоящую женщину, а не такую калеку, как я?
Вот тогда-то Моргана проняло, он поморщился, почти незаметно, но его выдали морщинки вокруг глаз. Великан выпрямился, расправил плечи, будто сбрасывая тяжелую ношу, и Сабрина поняла, что наконец добилась своего — совершила непростительный, с его точки зрения, грех. Она унизила мужа публично, а для Макдоннелла хуже этого не было ничего.
Его глаза затуманились, как горы Шотландии в предрассветные часы. Морган встал, отвесил низкий поклон и негромко сказал:
— Прошу принять мои глубочайшие извинения, если я вас чем-то оскорбил. Доброго вам вечера, мисс Камерон.
Глядя в широкую спину, постепенно скрывавшуюся в виду, Сабрина поняла, что Морган не пожелал ей доброго вечера, а распрощался навсегда.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Шипы и розы - Медейрос Тереза

Разделы:
Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

12345678

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

9101112131415161718192021

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

222324252627282930313233

Ваши комментарии
к роману Шипы и розы - Медейрос Тереза



Хороший роман , советую всем прочитать!!
Шипы и розы - Медейрос ТерезаЛили
2.05.2012, 9.27





Замечательная книга. И вообще очень хороший автор. Читать было одно удовольствие.
Шипы и розы - Медейрос ТерезаКира 33
2.05.2012, 15.40





Замечательный роман, прочитала с удовольствием.
Шипы и розы - Медейрос ТерезаМарина
11.08.2012, 13.58





Книга захватывает с первой страницы! И очень неожиданная развязка с Ив. Я до последнего была уверена, что она влюблена в Моргана. Советую прочитать!
Шипы и розы - Медейрос ТерезаЮлия...
13.08.2012, 19.47





Отличный,чувственный, шикарный сюжет получила море удовольствия!
Шипы и розы - Медейрос ТерезаЕлена
14.09.2012, 14.34





С удовольствием прочитала этот роман , получила массу позитивных эмоций , красивый ,чувственный роман ....Гг-и молодцы ...
Шипы и розы - Медейрос ТерезаВиктория
21.04.2013, 15.18





Nemnogo zatyanuto. Vo vtoroi chasti romana geroinya prevratilas' v durochku.
Шипы и розы - Медейрос ТерезаVirginia73
27.04.2014, 3.25





Мне роман, не понравился, его нельзя назвать любовным романом. Во-первых главный герой беднее главной героини, во-вторых с этой её травмой и то, что она жила неизвестно где, вообще ерунда какая-то. Ну и самое главное, самой любви, как раз то и нет, то что можно было бы описать короче - растянуто, сцены скомканы, жаль потраченного времени. Тройка с минусом.
Шипы и розы - Медейрос ТерезаЕв
29.04.2014, 17.48





Очень неплохо.Приятный чувственный роман,хотя,возможно,немного растянутый.
Шипы и розы - Медейрос ТерезаМарина*
25.07.2014, 4.44





Ой, девочки! Уже не первый роман этого автора в кооором героиня к третьей части начинает бесить. Сначала ее героини остроумные, сильные духом красавицы, но влюбившись..превращаются в злобных тварей. Особенно жаль при этом их мужчин, которые раз за разом , унижаясь, выпрашивают любовь у несносных гарпий. К концу романов прекращаешь уважать как одних так и других. Парочку романов этого автора даже не хотелось дочитывать. И этот просто заставила себя дочитать, но извинений героини за свои отвратительные поступки так и не дождалась. Все, с романами этого автора я закончила.
Шипы и розы - Медейрос Терезагалина
22.04.2015, 21.31





Мне очень понравился роман!Читать!
Шипы и розы - Медейрос ТерезаНаталья 68
17.08.2015, 11.21





А по мне, роман вовсе не чувственный. События имеют место, но от них ноль эмоций. ИМХО.
Шипы и розы - Медейрос ТерезаЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
19.08.2015, 16.10





Девчонки посоветуйте пожайлуста хорошие романы,где Гг адекватные без истерик,Где любовь начинается не с постели и героини не стервы,а добрые и нежные.(только пожайлуста не Макнот)Благодарю за ответы!!!
Шипы и розы - Медейрос Терезас
24.02.2016, 20.01





Для С. Почитай Клейпас, Уоррен Трейси, джефферсон николь, куин джулия( но у нее мне не все нравится).
Шипы и розы - Медейрос Терезанаташа
24.02.2016, 21.46





Наташа спасибо огромное!Клейпас Лизу не люблю,остальные посмотрю,еще раз спасибо!
Шипы и розы - Медейрос Терезас
25.02.2016, 12.22





Для с . .:Дьюран мередит "не отрекайся от любви " , идеальный брак -Томас Шерри , "Достоин любви " и "Роковое сходство" Гефни Патриция
Шипы и розы - Медейрос ТерезаПривет
20.05.2016, 10.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

12345678

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

9101112131415161718192021

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

222324252627282930313233

Rambler's Top100