Читать онлайн Навеки твой, автора - Мецгер Барбара, Раздел - Глава 28 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Навеки твой - Мецгер Барбара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.12 (Голосов: 25)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Навеки твой - Мецгер Барбара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Навеки твой - Мецгер Барбара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мецгер Барбара

Навеки твой

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 28

Скверно, что Рекс не мог наслаждаться обществом Аманды теперь, когда остался с ней наедине. Дверь в спальню ради соблюдения приличий была открыта, но они одни, пока его родители продолжают потрошить друг друга. Только он и Аманда, но у Рекса снова все двоилось в глазах. Проклятие!
Аманда положила ему на глаза прохладную ткань и велела отдыхать. Отдыхать? Он только это и делает, а время уходит, как вода сквозь пальцы. Однако прикосновение Аманды успокаивало. Когда Мерчисон накладывал холодное полотенце, Рексу казалось, что его череп обложили тяжелым мокрым песком, словно дамбой, предотвращающей наводнение. Когда Аманда делала это, он чувствовал поцелуи бабочки, легкость весеннего дня. Он вздохнул от удовольствия. Не такое удовольствие он хотел испытать, даже в его жалком состоянии! Он же не мертвец, в конце концов.
Рекс снова вздохнул, потому что мог умереть.
– Думаю, они решили, что безопасно оставлять нас вдвоем, поскольку я слишком слаб, чтобы изнасиловать вас.
Сквозь ткань он не мог видеть, но почувствовал улыбку в ее голосе, когда Аманда спросила, хотел ли он это сделать.
– Взять вас против вашего желания? Никогда! Вы должны знать, что я никогда не причиню вам вреда. Но хотеть вас? Я хотел вас с того момента, когда в тюрьме взял вас на руки. Я презирал себя, потому что вы были беспомощны, нуждались в заботе и защите. Но потом мне нужно было вымыть вас, и я пропал. Можете меня презирать, но ваше тело притягивало меня как магнит, как путеводная звезда, как пение сирены. Потом, узнавая вас, слушая вас, видя вашу храбрость и достоинство, я нашел больше поводов для восхищения и желания. К счастью, я был слишком одурманен, чтобы совершить какое-то насилие.
– А я – нет. – Аманда погладила его рукой по выбритой щеке. – Вспомните, это я пришла к вам в комнату. Я хотела вас с тех пор, как очнулась в ваших руках и поняла, что я в безопасности. Все в вас опьяняло меня, и я не ломала голову над оправданиями.
Рекс стянул с глаз компресс, чтобы увидеть Аманду – слава Богу, никого рядом нет! – и заметил, как розовые пятна вспыхнули на ее щеках от признания в порывах, несвойственных леди. Он благословлял эти порывы.
– Черт, вы так красивы, что я готов заплакать от того, что не могу снова обнять вас. Хотя знаю, как это неправильно.
Аманда быстро поцеловала его в губы.
– Так уж и неправильно? Вы едва не умерли. Да и я еще могу встретиться с палачом.
– Это было бы очень неправильно, – настаивал Рекс, стараясь четко видеть лицо, все остальное расплывалось перед его глазами. – Но за всю жизнь не вспомню почему.
– Потому что я полюбила бы вас еще больше, а вы чувствовали бы себя обязанным сделать мне предложение. И окончательно все испортили бы!
В ее голосе звучало огорчение, потому что он говорил о желании, а она – о любви. Рекс попытался смягчить ее разочарование.
– Я чувствую гораздо больше, чем желание, мой ангел. Правда.
Аманда улыбнулась.
– Я это знаю, не сердитесь. Я не стану использовать в своих интересах вашу слабость. Мне уйти?
Уйти, когда он чувствует себя в сто раз лучше только от того, что она рядом?
– Пожалуйста, останьтесь. Ваше прикосновение как… ваш голос как… Черт, я не поэт. Просто мне нравится, когда вы рядом. Пожалуйста, останьтесь, поговорите со мной.
Подвинув стул ближе к кровати, Аманда положила ладонь на руку Рекса. Сначала они беседовали о его родителях, но Аманда не знала, в чем причина их раздоров, а Рекс не был готов открыть ей, что мужчины рода Ройсов способны распознавать правду. Она, пожалуй, сочтет, что его мозг сильно пострадал от удара кирпичом. Хуже того, она может сбежать, решив, что все ее защитники: Дэниел, граф, Харри и он сам – сумасшедшие. Ни к чему подвергать ее такому испытанию.
Рекс чувствовал себя предателем, но не мог сказать, кого предал – Аманду или своих родных. Вместо этого Рекс решил спросить о ее родителях. Ее мать и отец были счастливы в браке? Как они встретились? Они хотели еще детей? Он знал мало примеров счастливого супружества, браков по любви, а не по расчету.
Брак вообще плохая тема, сообразил Рекс, когда Аманда прикусила нижнюю губу. Ее родители умерли, бывший поклонник хотел жениться на ней из выгоды. А что до него, то…
– Мы вот-вот выйдем на след камердинера, – быстро сказал Рекс.
Подавшись вперед, Аманда сжала его руку, горя желанием оставить тему брака и узнать новости.
– Вы действительно думаете, что Брюссо скоро найдут? Почти три дня прошло.
– Если это вообще возможно, Дэниел его найдет. Дэниелу помогают Димм и половина сыщиков с Боу-стрит, после того как мы объявили о вознаграждении. Харри говорит, что знает полусвет и преступный мир и платит там за информацию. Камердинер не мог уйти далеко, мы разослали людей, которые расспрашивают о раненом французе в доках, тюрьмах, на почтовых станциях.
– Но что, если это не он бросил кирпич? Вы сказали, что он не убивал сэра Фредерика. – Аманда не спрашивала, почему Рекс верил камердинеру. Возможно, у Брюссо есть алиби.
– Если он не совершал убийство, он знает, кто это сделал. Я думаю, что это он ранил меня, потому что нападавший такого же роста и веса и больше ни у кого нет причины нападать на меня. Кроме того, если Брюссо не виновен в нападении и не отлеживается после укусов Верите, почему он скрывается? Он знает, что мы его разыскиваем, а мы знаем, что его нет в доме Джонстона. – Взяв руку Аманды в свои, Рекс поглаживал большим пальцем ее запястье. – Они найдут его. Мы получим ответы. Тогда настанет время подумать о других вопросах.
Не успела Аманда спросить, о каких именно, как Рекс заснул. Когда он проснулся, рука Аманды показалась ему более прохладной и жесткой.
– Я слишком задержал вас?
– Нисколько, – сухо ответила леди Ройс, поглаживая его пальцы.
Отняв руку, Рекс спрятал ее под одеяло. Мать поднесла стакан лимонада к его рту и, когда он кончил пить, вытерла ему губы, словно всю жизнь это делала.
– Спасибо. Где Аманда?
– Там, где ей и полагается быть, а это значит, где угодно, только не в твоей спальне. Если бы ты не был так болен, я бы высказала тебе все, что думаю, о том, как ты поступаешь с бедной девочкой. Ей и без того есть о чем волноваться.
Как он мог сказать графине, что ее крестница считает добродетель совершенно несущественной?
– Как видите, сегодня я не в состоянии повесничать. Возможно, завтра.
– Сарказм тут неуместен, я говорю не о невинности Аманды. Я думаю о ее сердце, олух. Я тебя предупреждала, я не допущу, чтобы ты играл ее чувствами.
Рексу захотелось съежиться, как ребенку, украдкой набившему карманы печеньем.
– Коли разговор зашел о чувствах, значит, вы с моим отцом перестали рвать друг друга на части? Он уже на пути в Ройс-Холл?
Не глядя на Рекса, графиня переставляла на прикроватном столике кувшин с лимонадом и стаканы.
– Мы с Ройсом заключили мир. И за обедом не плескали друг в друга черепаховым супом. Конечно, я настояла, чтобы Аманда обедала с нами. Ее присутствие обязывало нас поддерживать хотя бы видимость вежливости, но мы и без этого прекрасно справились. Твой отец очарован ею. Я знала, что так и будет. Он согласился остаться в Лондоне, чтобы вернуть доброе имя Аманде.
– Я рад, что он поможет ей в юридических вопросах, особенно когда я сам ни на что не годен.
– Никто не знает о законе больше, чем твой отец. Он сейчас отдыхает. Не понимаю, о чем он думал, доведя себя до такого плачевного состояния.
Рекс думал, что тому причиной горе и разочарование.
– Вас это волнует?
– Да. – Почувствовав, что Рекс понял, что она говорит правду, графиня повернулась к нему и поправила одеяло.
– А тебя волнует, что мы с твоим отцом помирились?
Рекс вспомнил подслушанный спор.
– Это возможно? После стольких лет?
– Я молюсь об этом. Я всегда его любила. Теперь мы стали старше и, надеюсь, мудрее, увидели, чего стоили тебе и нам всем потраченные впустую годы. Я больше не боюсь ни его, ни тебя, вижу, какой ты прекрасный человек и сколько добра ты сделал. Его другой сын, оказывается, тоже вырос превосходным джентльменом, к моему стыду, без моей помощи. Ройс клянется, что доверяет мне и больше никогда не будет сомневаться во мне. Больше того, мы оба поняли, что гордость плохой советчик. У нас было много горя. Возможно, у нас есть шанс на счастье.
– Ничто меня так не обрадует, – сказал Рекс, жалея, что мать не может определить, что он говорит правду. И отец, и мать так одиноки. Они нужны друг другу, а у него впереди собственная жизнь. – Попытайтесь. – Он коснулся перевязанной головы. – У нас, Ройсов, толстые черепа. Но мы способны измениться.
– Я надеюсь на это, и ради себя, и ради Аманды.
Графиня оставила сына размышлять над ее словами, но у него мысли разбегались. Он контужен, напомнил себе Рекс, и нечего доводить себя до полусумашествия попытками солгать себе об убийстве, браке, Аманде. Он снова заснул, мечтая, чтобы она была рядом с ним. Всегда.
– Невозможно, – бормотал он, проснувшись.
– Согласен, – по-французски сказал Мерчисон. Обычно молчаливый камердинер был вне себя. Ему приходилось заботиться о трех джентльменах сразу: один ранен, другой утомился от дальней поездки, а третий щеголяет в цирковом костюме.
– Новости, какие новости? – Рекс даже не знал, какой сегодня день и который час.
Мерчисон передернул плечами. Откуда у него время искать убийцу? Потом он издал пронзительный свист, словно кинжалом прошивший голову Рекса. Тут же прибежал лакей с чистой ночной сорочкой. Рекса переодели, и у него снова выступила испарина и задвоилось в глазах. Черт, нужно выздоравливать скорее, иначе они его уморят! Аманда? Он так решил, потому что в комнате было сумрачно, ему показалось, что она сидит в углу с шитьем.
– Ангел?
– Ангелы пока еще не пришли за тобой, Джордан, – прошептала няня Браун.
Ее глаза опухли от слез, руки так дрожали, что ему пришлось забрать у нее чашку, пока она не пролила чай ему на грудь. Рекс был не в силах снова менять ночную сорочку, но с облегчением заметил, что ему лучше. Он мог сам поднести чашку ко рту.
– Не изводи себя, няня. Все будет хорошо, я поправлюсь. Почему ты не ложишься?
– Я не могу оставить тебя одного!
Влитые в него ячменный отвар, лимонад, суп, чай напоминали о себе и настойчиво просили выхода. Няне придется уйти, иначе оба окажутся в неловком положении. Когда он сказал о своей надобности, няня поспешно вышла. Рекс обрадовался, что, наконец, может сделать что-то сам. Он и своим делом – делом Аманды займется, пока врач навсегда не приковал его к постели.
Следующим визитером была не Аманда, но Рекс несказанно обрадовался приходу кузена.
– Есть какие-нибудь новости?
– Нет, но есть пироги с малиной, только что из духовки. Ешь быстрее, пока сюда с ножом в руках не ворвалась накрахмаленная повариха. Не знаю, для кого она их прячет.
– У меня нет аппетита.
– Еще лучше. – Дэниел разломил пирог, чтобы поделиться с Верити. – Я думал, ты голодный после той еды для младенцев, которой тебя пичкали.
Откусывая пирог, он сказал, что зашел узнать, не вспомнил ли Рекс что-нибудь о нападавшем. Оба знали, что на самом деле Дэниел зашел посмотреть, в каком состоянии Рекс.
– Рад видеть, что ты уже больше похож на себя. – Дэниел снова откусил, потом взглянул на пирог. – Ты смотришь на Аманду так, будто она лакомый кусочек вроде этого. Твоя мать тебе в этом отношении не доверяет.
– Вечно она вмешивается, – пробормотал Рекс. Дэниел улыбнулся и вытер рот, смахивая крошки.
– Когда ты собираешься признаться, что любишь ее?
– Графиню?
– Мисс Карвилл, – рассмеялся кузен. – У тебя уши горят от одной мысли о ней. Держу пари, что и сердце пускается вскачь.
– Вожделение и любовь – разные вещи.
– Ты когда-нибудь хотел женщину сильнее?
Рекс даже не пытался лгать кузену:
– Нет.
– И ты едва не погиб, пытаясь отвести от нее подозрения?
– Полагаю, – бормотал Рекс. – Но не только из-за этого, нужно раскрыть преступление и выяснить роль сэра Найджела.
Дэниел фыркнул, рассыпая вокруг крошки.
– Ты мог бы жить без нее?
– Откуда я знаю? Оставь свои намеки и заруби себе на носу, этого не будет, черт побери. – Рекс сменил тему: – Как я понимаю, ты слышал о Харри?
– Родственников мало не бывает, верно?
– Что ты о нем думаешь?
– Он важная персона. Мы вчера зашли к Лидии Бертон узнать, не слышали ли что-нибудь девочки.
Дэниел был не из тех, кто задает вопросы в кругу готовых на все женщин или ищет повод для посещения публичного дома.
– Поверить не могу, что миссис Бертон впустила вас.
– Похоже, она и старина Харри целую вечность знакомы. Видишь, как полезны могут быть родственники? Дамы ничего не знали, но мы прекрасно провели время, определяя, кто из них больше наврет.
– Зачем?
Дэниел взял второй пирог. Верити скулила, пока он с ней не поделился.
– Проверяли свои способности.
– Скорее соревновались. Кто победил?
– Ну, у меня еще неделю сыпь не пройдет, но и Харри вывернуло на новый ковер Лидии. Думаю, мы не скоро туда вернемся. – Дэниел вздохнул, а вслед за ним и Верити – из-за того, что еда закончилась. – Сегодня вечером мы собираемся пройтись по другим борделям.
Рекс решил поговорить с Харри о том, что он сбивает Дэниела с пути истинного, или пусть следит за ним. А Дэниелу сказал:
– Будь осторожен, дружище. Даже тебе не справиться с пулей убийцы или брошенным ножом. И нового брата я не хочу потерять. Присмотри за ним.
Дэниел, расхохотавшись, ушел.
Рекс не видел ничего смешного в том, что два его родственника рискуют жизнью, пока он валяется в кровати. Поэтому он решил встать и проверить свои силы.
Аманда нашла его на полу. Задравшаяся ночная рубашка мало что скрывала, не оставляя простора для воображения.
– Нет, я не пострадал. Нет, мне не нужен лакей, чтобы лечь в кровать, черт побери! И не надо прикрывать рукой улыбку. Я соскучился по смеху.
Как только Рекс вернулся под одеяло, Аманда осталась читать ему книгу. Ему нравилось слушать ее голос, вдыхать легкий цветочный аромат, наблюдать, как поднимается и опадает ее грудь с рубиновой подвеской в ложбинке. Аманда сказала, что не надевает драгоценности матери, выезжая в свет, но теперь она редко покидала дом, и то только для того, чтобы собрать цветы в саду или выгулять Верити в парке напротив. Увидев, что Рекс нахмурился, Аманда добавила, что ее сопровождает лакей. Граф Ройс также однажды сопровождал ее, сдерживая ее шаг, но выглядел, по меньшей мере, на десять лет моложе по сравнению с тем, когда прибыл в Лондон.
– Лондон или графиня, кажется, благотворно на него подействовали. Он замечательный, мягкий, добрый человек. Теперь я понимаю, почему вы оба так восхищаетесь им.
Рекс совсем не восхищался графом, когда тот часом позже прервал их беседу. Книга была давно забыта. Граф сказал, что пришла его очередь сидеть с сыном. Кроме того, к мисс Карвилл приехали визитеры.
Рекс велел ей остаться, особенно если снова явился Ашуэй с сестрой. Аманда не решалась двинуться, пока граф не сказал:
– Мы справимся, дорогая. Идите, не беспокойтесь о нас. Вы не можете держать Ройса в постели вечно.
Заметив ее румянец, граф нахмурился и взглянул на Рекса.
– Похоже, это возможно?
Аманда вылетела из комнаты с книгой и Верити. Граф смотрел ей вслед, потом улыбнулся сыну.
– Мне нравится эта девочка. Я был бы счастлив назвать ее дочерью.
Рекс выслушал эту фразу с каменным лицом и промолчал. У него были свои счеты с отцом.
Лорд Ройс подвинул стул, на котором сидела Аманда, уселся и вздохнул.
– Думаю, тебе жаль, что я не назвал Харри сыном.
Потом граф попытался объяснить, почему не мог этого сделать.
Другие джентльмены принимали в свой дом незаконных отпрысков, но их не считали родственниками и не принимали в свете. Ни к чему мальчику расти, постоянно сознавая, что он хуже младшего брата.
– Но Харри был моим сыном, и я действительно любил его. Я бы приблизил его, но твоя мать ненавидела саму мысль об этом. Сначала она ревновала к его матери, потом к нему, думая, что я стану любить его больше, чем тебя. Ее ревность посеяла в моей душе семена сомнения.
Рекс сел в постели, оттолкнув руку отца. Скрестив на груди руки, он объявил:
– Моя мать – честная женщина.
– Да, но она боялась меня, боялась тебя. Она любила тебя, я знаю, но не понимала. Она сказала, что больше не хочет иметь странных детей. Именно так она тебя назвала. Но ты был красивый, жизнерадостный, веселый мальчик, и я решил, что она больше не хочет меня. Именно тогда я решил, что она, должно быть, предпочитает другого мужчину. Но у меня был чудесный дар распознавать правду. Как не воспользоваться этим и не спросить ее?
– Ты был глупцом.
Граф опустил голову.
– Знаю. И я оскорбил твою мать своими подозрениями.
– Она была честнее тебя. Ты, скрывая прошлые грехи, лишил меня брата, даже когда она оставила нас.
– Нет, клянусь, в этом было большее. Я думал, что действую в интересах Харри, защищая его от жестокой реальности.
Рекс, хотя и был сбит с толку, знал, что это правда. Кто он такой, чтобы решать, что правильно, а что – нет? Что он сам сделал бы в подобных обстоятельствах? Он слушал, а отец продолжал отчаянную попытку заставить его понять.
– Харри должен был пробиться в мире. Я оплатил бы его жизнь за границей, в Индии или колониях. Я предложил ему пособие или какое-нибудь имение, но он этого не принял. Он, конечно же, обладал нашим даром и хотел использовать его на благо страны. То же самое сделал и ты, когда повзрослел, – сказал отец, вспомнив их споры, когда Рекс собрался в армию. – Харри хотел работать в Лондоне, где вырос. Мое или твое присутствие погубило бы все его шансы и смутило бы твою матушку, оживив старые сплетни и породив новые. Харри сделал блестящую карьеру самостоятельно, если не считать нескольких запросов и представлений, которые я сделал для него. Твое знакомство с ним вкупе с моей репутацией, возможно, погубило бы его. Он стал исключительной личностью, а Харрисоны проделали огромную работу, вырастив и замечательно воспитав его.
– Харрисон? Харрис? Майор Харрисон? – Рекс вскочил с кровати и на сей раз не упал. Гнев держал его на ногах, голова была ясной, комната больше не плыла перед глазами. Чтобы не потерять равновесия, Рекс схватился за подлокотники кресла, в котором сидел отец, и крикнул: – Мой брат – Советник? И все эти годы он знал, кто я? Он устраивал маскарад, чтобы я его не узнал? Я убью его.
Граф покачал головой, услышав фальшивые ноты:
– Это ложь, ты ничего подобного не сделаешь. Харри постоянно соблюдает инкогнито, у него слишком много врагов. Кроме того, он считал это хорошей шуткой. А теперь ложись в постель, иначе я позову твою матушку.
Рекс лег, но все еще кипятился.
– Ты должен понимать, что Харри неоценим для страны. Кроме того, он помогал мне положить конец утечке государственных тайн и английского золота во Францию.
– Ты это делал?
– И Марсо, конечно. Тебе он известен как Мерчисон.
– Что, и он родственник?
– Нет. Всю его семью уничтожили сторонники Наполеона. За несколько последних лет мы разгромили по меньшей мере шесть банд контрабандистов и захватили армию шпионов. А что, по-твоему, мы делали на побережье, если не помогали армии? Как ты думаешь?
А Рекс думал, что отец там хандрит и чахнет.
– И ты мне не сказал? Не позволил помогать?
– Ты был в университете и слишком молод, чтобы вовлекать тебя в такие опасные действия, потом ты ушел в армию. В последнее время я ждал, когда ты оправишься от ран и черной меланхолии. Я надеялся удалиться от дел и передать заботу о безопасности Англии тебе и Харри.
– И все-таки он бастард!
Это правда. Во всех смыслах этого слова.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Навеки твой - Мецгер Барбара



Очень хороший роман. Гл. герой обладает определенным даром, но он считает его проклятием. Спасая гл. героиню, которая оказалась в самом настоящем кошмаре, и оказывая ей помощь и поддержку, он постепенно принимает свой дар и направляет в нужное русло.
Навеки твой - Мецгер БарбараТаня Д
17.03.2015, 17.43








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100