Читать онлайн Возвращение в Эдем Книга 1, автора - Майлз Розалин, Раздел - Глава двенадцатая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Возвращение в Эдем Книга 1 - Майлз Розалин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.73 (Голосов: 90)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Возвращение в Эдем Книга 1 - Майлз Розалин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Возвращение в Эдем Книга 1 - Майлз Розалин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Майлз Розалин

Возвращение в Эдем Книга 1

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава двенадцатая

Тара вышла и поехала вниз по узкой Ливерпуль-лейн, лениво поглядывая по сторонам. Сердце ее колотилось от возбуждения. «Готово. Он у меня на крючке», — думала она. Ее переполняло радостное чувство победы. Память вернула ее к вчерашнему вечеру, тщательно подготовленному гала-представлению моды, проведенному Джоанной, которая решила продемонстрировать ведущим модельерам новейшие тенденции. Вход был только по приглашениям, и, поскольку места было немного, а представление обещало сенсацию, билеты были на вес золота. Подозревая, что звезда его начинает закатываться, Грег Марсден тем более был польщен, получив приглашение, — это свидетельствовало о том, что его все еще числят в сливках общества. Чего он не знал, так это того, что самая большая знаменитость в этом кругу, та, кому предстояло стать звездой всего представления, специально устроила дело так, чтобы его включили в список.
У Тары были веские основания желать, чтобы Грег оказался на представлении. Как последнее, самое свежее открытие в мире сиднейских манекенщиц, Тара могла рассчитывать на самые потрясающие, новейшие модели. Знала она и то, что, поскольку Джоанна сама рассчитала всю демонстрацию до мельчайших подробностей, ей, Таре, будут предоставлены наиболее благоприятные условия. А ведь стиль и шик — главные приманки для Грега. Нет, он положительно должен быть на представлении.
Эта мысль пришла ей в голову, когда они болтали за бокалом шампанского после благотворительного матча. Она видела, что нравится ему, возбуждает любопытство, и потому до конца сохраняла выражение Моны Лизы, стараясь выглядеть загадочной и непроницаемой. И лишь убедившись, что по-настоящему задела его за живое, уехала вместе с Джоанной домой.
— Теперь я понимаю, почему женщины так и вьются вокруг него, — задумчиво сказала Джоанна по дороге к автомобильной стоянке. — У него бездна обаяния, к нему даже птицы с деревьев слетятся.
Она со значением посмотрела на Тару и добавила с понимающей усмешкой:
— Так что смотри в оба, птичка. После тех авансов, которые ты ему сегодня сделала, держу пари, что он тебя в покое не оставит.
Тара ничего не ответила, будто не расслышала.
— Ладно, ладно, все поняла, — сказала наконец Джоанна. — Только одно хочу добавить, думаю, ты не можешь себе позволить испортить собственную репутацию, а с таким человеком это неизбежно. Может, через полгодика? И уж во всяком случае держись подальше от него на представлении, иначе я три шкуры с тебя спущу.
Тара от души надеялась, что Джоанна не ошиблась, говоря, что Грег не оставит ее в покое, хотя Джоанне она этого, разумеется, не сказала, напротив, запротестовала. Она рассчитывала на то, что обведенный золотой полоской большой белый квадрат бумаги, на котором написано: «ГАЛА-ПРЕДСТАВЛЕНИЕ МОДЫ», а чуть пониже: «МИСС ТАРА УЭЛЛС», — выманит лису из норы. С приближением вечера она, однако, ощущала все меньше уверенности и к тому же нервничала из-за самого показа. Готовясь к первому появлению на подиуме, она вся напряглась, чтобы предстать перед Грегом в лучшем виде — зная план зала, она знала и точное расположенение его столика. Увы! Выйдя из-за кулис на освещенную арену, она сразу увидела, что столик у самого подиума пуст.
Может это и к лучшему, потерянно размышляла она в гримерной, готовясь к следующему выходу. Надо сосредоточиться на главном, на том, ради чего я здесь. Вокруг суетились другие манекенщицы, окруженные костюмерами, гримерами, парикмахерами, которые усердно готовили своих подопечных к очередному выходу. В эпицентре этой созидательной бури Джоанна была в своей стихии: наполовину гарпия, наполовину курица со своим выводком. То отругает, то успокоит — динамо-машина в человеческом облике.
— Двигайтесь, двигайтесь Клео, это не твоя вешалка, твоя вот, здесь ты все найдешь. Ну-ка, прекратить смешки, сосредоточьтесь, это не игра, это работа. Ким, ты отстала от музыки в последнем выходе, а ну-ка, соберись, ты что, считать не умеешь? Попробуй только снова ошибиться, и я с тобой разберусь… Дженни, детка, не забывай поднимать глаза — эй ты, в зеленом, не ту шляпу надела. Давай, давай, милая, пошевеливайся. Ну а теперь — на выход, и запомните — для всех говорю — вы получаете удовольствие, удовольствие.
Роль Тары в вечернем представлении заключалось в том, чтобы в конце каждой из трех частей проделать на подиуме весьма сложные па — наполовину просто проход, наполовину танец, — завершить показ мод мощным аккордом, продемонстрировать все лучшее. Она уже дважды выходила на подиум и дважды возвращалась, ослепительно улыбаясь публике, но полностью подавленная изнутри, ибо Грега все не было. На третий раз она уж его и не высматривала. А он как раз появился, с восхищением глядя, как, в сопровождении двух мужчин, затянутых в спасательные костюмы, она появляется в свете прожекторов, подобная стреле из чистого серебра, задрапированная в потрясающее вечернее платье, которое в ярком свете блестело, как металл, и притягивало все взгляды.
За кулисами Джоанна демонстрировала последнюю вспышку гнева.
— Ну, хватит, хватит. О боже, кто это тут курит? Немедленно прекратить! Эй ты, глупая потаскушка, если только ты прожгла дыру в этом платье, я сама тебе дам коробок спичек, чтобы ты получше сыграла роль Жанны Д'Арк. Так, я всех вас вижу, начинается последний большой общий выход, все должны показать, кто на что способен, ясно? Так-так, головы выше, и вперед, слушать музыку…
Несмотря на возбуждение, Джоанна все же обратила внимание на то, что Тара вернулась в приподнятом настроении и с трудом подавляет чувство триумфальной победы. Она приписала это естественному волнению после успешной демонстрации. На приеме, последовавшем за представлением, появилась новая возможность заманить мистера Марсдена в силки. Он возник из ниоткуда, когда она танцевала свой первый танец с Джейсоном; появился и грубо перехватил ее, не обращая внимания на протесты гнома, который был бессилен что-либо противопоставить этому напору. Тем не менее Таре удалось хоть немного отомстить за Джейсона. Пробормотав: «Извините, я на секунду», она быстро удалилась с танцевальной площадки, из зала и просто с банкета, оставив его одного и не дав даже возможности сообразить, что же произошло.
Это был рассчитанный риск; конечно, он мог так разозлиться на подобного рода шутки, что ей уж больше его не видать. Но она надеялась, что он будет не столь обозлен, сколь еще больше заинтригован и что ее исчезновение только раззадорит его. И вот цветы, которые доказывают, что она не ошиблась в своих расчетах. Вполне довольная собой, она сочинила в уме ответ на его приглашение: «Пятница, девять тридцать, „У Соланж“, Ровена-плейс». Само собой, с букетом цветов.
Телефон требовательно зазвонил, но величавый дворецкий не торопился снять трубку.
— Резиденция Харперов. Доброе утро.
Мейти гордился своей манерой говорить по телефону, убежденный в том, что может достойно ответить любому, кто бы то ни был. Однако даже и он не мог рассчитывать, что погасит гнев женщины, которая вот уже в течение двух недель безуспешно пыталась дозвониться до Грега Марсдена. Джилли была убеждена, что Грег просто должен быть на месте, даже тогда, когда его нет, и ее попытки поговорить с ним были так настойчивы, что даже Мейти со всей его дипломатией ничего не мог поделать.
— Нет, очень жаль, но его сейчас нет дома. Может, что-нибудь передать ему? Уверяю вас, мадам, что сразу по появлении ему докладывают обо всех звонках. Боюсь, не могу вам сказать, почему он не связался с вами. Может, снова передать, что вы звонили? Нет, к сожалению, не могу вам сказать, когда он будет. У него нет точного расписания, приходит и уходит в разное время. Сказать ему, чтобы позвонил вам?
И так до бесконечности, пока Джилли не выплеснет на невозмутимого Мейти все свое разочарование тем, что никак не может связаться с Грегом. В конце концов, признав свое поражение и велев Мейти передать Грегу, чтобы тот позвонил сразу, как вернется, она повесила трубку. «О боже, боже, — устало подумал Мейти, — что за несчастье для дома — иметь такого хозяина, который после всего, что случилось с мисс Стефани, такое себе позволяет…» Он немного постоял в раздумье, а потом тяжелой поступью отправился к себе.


— Знаете ли, вы очень красивая женщина.
Грег и Тара обедали в одном из лучших и самых дорогих сиднейских ресторанов. Тара чуть не физически ощущала свой триумф. Как это он не чувствует его, думала она, а сердце так и подпрыгнуло при его словах. Ведь это он впервые говорит мне такое, подумала она, едва сдерживаясь, и на миг в глазах ее вспыхнул тот же бледный огонь, что горел в нем самом. Но она поспешно опустила ресницы и, потупив взор, скромно ответила: «Спасибо».
— Должно быть, все мужчины, говорили вам это, — настойчиво продолжал он.
— Ну, не все некоторые.
— Да? И сколько же именно?
Она притворилась, будто считает.
— Так, минуточку. Однажды… и еще… а, и этот тоже…
— М-м-м, — Грег саркастически усмехнулся.
— Ага, не забыть бы и этого, — продолжала Тара.
— Как, и он тоже?
— И… и… и…
— Ладно, довольно. Давайте лучше остановимся, а то я ревную к каждому из них.
— Ревнуете? — Губы Тары искривились в притворно-застенчивой улыбке. — Да мы ведь едва знакомы, мистер Марсден.
Грег пристально посмотрел на нее через стол. Голубое вечернее платье эффектно оттеняло ее глаза и кожу. Гибкая, изящная фигура выражала всю ее живость, а беседовать с ней можно было часами. Тара ответила Откровенным взглядом. После встречи с Мейти она уже не боялась никаких разоблачений, тем более со стороны такого самопоглощенного человека, как Грег. Любой другой муж ощутил бы присутствие жены по тысяче мелочей, которые никак не изменишь, — любой, но не Грег.
К тому же, к сегодняшней встрече она готовилась с особым тщанием. Тара вовсе не удивилась впечатлению, которое произвела на Грега, — она тщательно продумала одежду «палача». И к тому же она знала жертву. И этим знанием в полной мере воспользовалась, выбрав костюм в высшей степени соблазнительный и в то же время элегантный, не бьющий в глаза — никакой дешевки или чрезмерной откровенности; на такой крючок Грег не попадается. Платье, что она выбрала, пришло в последней партии одного из лучших домов моды в Сиднее, который посылал Джоанне разные наряды, чтобы ее манекенщицы появлялись в них в нужных местах. Блестящая ткань мгновенно меняла окраску под лучами света — не просто голубая, но с оттенками от василькового до сапфирового. В данный момент в отблесках свечи, горевшей посреди стола, она светилась собственным ровным светом, напоминавшим жука-светляка.
Тара уловила взгляд Грега и кокетливо отвернулась, прикидываясь равнодушной. Грег тоже почувствовал, что спешить не следует. Он налил ей вина, заговорив о чем-то случайном. Но глаз от нее он оторвать не мог, и Тара знала, что означает этот взгляд из-под прикрытых тяжелыми веками глаз: вот-вот, и он окажется на крючке. Он откровенно любовался ею. Бледно-голубое вечернее платье сужалось к талии в форме четко очерченной буквы V, мягко оттеняя красивую грудь. На шее было тяжелое серебряное колье — холодный металл резко контрастировал с мягкой кожей, которую он так страстно жаждал поцеловать. При малейшем движении головы в ушах начинали плясать серебряные сережки — он хотел сорвать их и овладеть ею тут же, прямо на полу. Она медленно закинула ногу на ногу, и его обостренный слух уловил звук трущихся друг о друга тонких чулок и еще почти неслышный шелест шелковых трусиков у нее под платьем. Для человека с повышенной чувственностью, вроде Грега, эти звуки были как зов женской плоти, воплощенной в Таре, мука тем более сладкая, что он не мог откликнуться. Он хотел раздевать ее целую неделю, оставаться с нею в постели целый месяц. У него было такое ощущение, что весь его прежний сексуальный опыт был лишь подготовкой к встрече с ней. Он буквально ощущал, как эти карминовые губы ласкают его тело, а эти глубокие голубые глаза погружаются в дымку в экстазе любовных объятий. Она должна принадлежать ему! Так он ее не отпустит.
Он подхватил ее последнюю реплику, придав своей интонации безошибочно сексуальный оттенок.
— Вы говорите, что мы почти незнакомы. А у меня такое чувство, будто я знаю вас очень давно. Это, должно быть… как там говорят — deja vu.
— Или, может быть, — откликнулась Тара мягко, не выдавая иронии, — наша встреча была предопределена.
— Скажите-ка, — он взял ее за руку и начал нежно поглаживать, — у вас есть друг или, может быть, муж?
Тара помолчала, тщательно подбирая слова.
— Был у меня один человек. Я его очень любила. Он был прямо как принц из сказки, и я мечтала о нем с самого детства. — Она замолчала.
— Вижу, вы и впрямь его любили, — ободряюще сказал Грег. — И что же?
Голос Тары прозвучал холодно и бесстрастно.
— Мечта обернулась кошмаром. Я пробудилась. — Она устремила на него пристальный взгляд. — А вы?
— Я? — он был явно удивлен. — О нет, не спрашивайте. Это нечестно.
— Как это нечестно? Честно. Я ведь сказала вам.
— Ну что же… Вы, конечно, и так знаете, что я был женат и потерял жену. Но не стоит говорить об этом, тут ничего серьезного не было.
Ничего серьезного. Тара с трудом сдержалась. Ничего серьезного для такого человека, как ты. Она с трудом выдавила сочувственную улыбку. Он потерпел поражение на собственной территории и даже не заметил этого. С искренней улыбкой он продолжил:
— Я — человек, который ищет чего-то необыкновенного… и когда я найду это, тут я и пропал. Собственно, я уже пропал — ведь вы здесь.
Тара не проронила не слова.
— О чем, в сущности, речь? Любовь — это величайшая загадка жизни. Я не о сексе — это ерунда. Но когда думаешь друг о друге, уважаешь друг друга, ощущаешь подлинную близость, дружбу… Тара, больше всего на свете я хочу, чтобы мы стали друзьями.
Впервые в жизни Тара испытала чистую радость от того, что играет с мужчиной, ловит его, как рыбу, на крючок, заманивает…
— Просто друзьями? — едва слышно сказала она.
— Как скажете. — Грег поднял ее руку к губам и мягко-мягко поцеловал. Он был вполне удовлетворен. «Если уж удалось втянуть ее в игру, считай, что дело сделано, — думал он. — Эта от меня не уйдет. Правда, придется потрудиться, что-то тут такое есть, — на миг его мысль зацепилась за нечто такое, чему он не мог дать определения. Но со своей обычной самоуверенностью он переступил через это препятствие. — Раньше у тебя всегда получалось, парень, — сказал он себе, — получится и на этот раз.
Установившаяся тишина была прервана неожиданным восклицанием.
— Привет, Грег!
— Фил! — Вот уж кого Грег не ожидал сейчас встретить.
— Тут такой тусклый свет, так что я никак не мог понять, ты это или не ты. — У Филипа было сильное искушение пройти мимо, не заметив Грега. Но он решительно отбросил это поползновение, как недостойное и малодушное. Грег послал Филипу самую обворожительную из своих улыбок. Вот как раз удобный случай рассеять все сомнения, которые у Фила могут быть насчет него и Джилли.
Он обратился к Таре покровительственно и нежно, что, как он заметил, не ускользнуло от Филипа.
— Тара, это Филип Стюарт, старый друг моей жены. Филип, а это Тара Уэллс.
«Так, — подумал Филип, — стало быть, это последняя жертва. Не удивительно, что Джилли из себя выходит, даже похудела, бедняжка. Ей дали отставку. Ради этой „звезды-манекенщицы“. — Его сердце наполнилось жалостью, теперь он понимал, каково приходится Джилли. Он поздоровался с Тарой вежливо, но холодно. Тара же придерживалась своей новой манеры поведения, которую находила весьма действенной, — она просто молчала. Она была полностью поглощена Грегом, и появление Филипа было для нее полной неожиданностью. Она все еще не привыкла к тому, что перед ней возникают люди из ее старой жизни. К тому же она была поражена тем, как Филип изменился. Некогда стройный, он теперь сутулился, лицо, когда-то так красиво очерченное, сморщилось, и выглядел он как человек, который забыл, что такое улыбка. Бедняга Филип! Еще одна жертва ненасытного любвеобилия Грега. Сердцем она была с ним, но сидела спокойно и неподвижно, нацепив на лицо, как маску, ничего не означающую улыбку.
— Как Джилли, Фил? — бодро спросил Грег.
— Да вроде все в порядке — по крайней мере так было, когда я видел ее в последний раз. — Он пристально взглянул на Грега. — Я ведь редко здесь бываю в последнее время, так что мы почти не видимся.
— Как жаль. — Удивление и дружеское участие, прозвучавшее в голосе Грега, было, казалось, совершенно ненаигранным.
— Действительно, жаль, — сказал Филип ровно. — Ладно, мне пора. Приятного вечера. Рад был познакомиться с вами, мисс Уэллс.
Филип всегда умел сохранять достоинство, подумала Тара. А сейчас оно ему ой как нужно. Она с симпатией посмотрела ему вслед.
— Отличный парень этот Филип, — заметил Грег. — Стюарты были ближайшими друзьями моей жены.
Тара почувствовала, как внутри у нее все закипело, и наклонилась, собираясь нанести удар.
— Расскажите о своей жене, Грег. Что она из себя представляла? — Она едва сдерживалась от нетерпения.
Грег помолчал, собираясь с мыслями и заговорил медленно и размеренно. Его ответ был выдержан в мягких, даже трогательных тонах.
— Она была славным существом, на редкость любящим и честным. Самое щедрое сердце, другого такого я не встречал. Мне до сих пор ее очень не хватает…
Он напрягся, и слезы выступили на глазах. Слезы! Крокодиловы слезы, подумала Тара, едва сдерживаясь от ярости. Она готова была воткнуть нож в это черное сердце. Но даже не пошевелилась, ожидая продолжения.
— Однако же она сама была своим худшим врагом, — вновь заговорил Грег. — Не следовало делать вид, будто твоя жена была верхом совершенства. Это отпугивает женщин, ведь тогда им приходится сражаться с исчезнувшим ангелом. Никогда не встречал людей, которые бы так беспокоились о том, что скажут о них другие. — Он помолчал, словно эта мысль впервые пришла ему в голову. — Вы знаете, странно. Едва увидев вас, я поразился, как вы напоминаете Стефани внешне. Но она… впрочем, смешно сравнивать. Она была гадким утенком. Вы — лебедь, которым она всегда хотела быть. — Он помолчал, ожидая, пока официант наполнит бокалы, и изящным жестом поднял руку.
— За нас, Тара. За вашу красоту. За будущее, чего бы оно ни принесло.
— За нас, — повторила она тост, вкладывая в него свой смысл. «За нас», — подумала она мстительно. Официант вновь появился и поставил на стол закуски. Нежно улыбаясь, Тара взяла нож и вилку и обезглавила форель, опять-таки имея в виду что-то свое, сокровенное.
Вечер подошел к концу. Белый «роллс-ройс» вез их к дому Тары, изредка подавая серебристый сигнал. Сама поездка на этой машине, которая была с любовью выбранным свадебным подарком Грегу, стала еще одним испытанием для Тары в этот вечер, когда ножевые раны сменялись булавочными уколами. Они остановились у одного из больших жилых домов на Элизабет-Бэй. Грег вышел, обошел машину кругом и открыл дверь для Тары.
Они стояли друг против друга на пешеходной дорожке; теплый морской ветерок шевелил волосы; воздух вокруг был наэлектризован непроизнесенными вопросами, страстями, желаниями.
— Благодарю… за прекрасный вечер. — Тара опустила глаза.
— Эй, — он взял ее за подбородок и поднял лицо к себе, — мне ведь еще домой ехать, а это далеко. Неужели вы не предложите хоть чашку кофе? — В глазах у него были призыв и обещание.
Она отступила.
— Да нет, вряд ли… не сегодня. У меня с утра много дел. — Повисло молчание, и Грег изящно повиновался. Сожалеюще улыбнувшись, он кивнул:
— Ну что ж. Может, в следующий раз?
— Может быть. Спокойной ночи, Грег.
Она стояла на дорожке, пока габаритные огни «роллс-ройса» не исчезли за поворотом. Затем она быстро зашагала в свою крепость — свой дом, который был в нескольких кварталах отсюда. Она еще не была готова дать ему свой адрес. Рано. Вернуться домой было сущим облегчением. В этих стенах ей не нужны были никакие маски. К большому неудовольствию Макси, хозяйка то дрожала, то плакала, то смеялась, то пускалась в длинные монологи, в которых смешаны были проклятия, угрозы и обещания. Но древний инстинкт расы научил его ждать, пока все пройдет, и в конце концов так оно и случилось.


Помощникам Джейсона всегда приходилось нелегко, когда у маэстро в муках рождалась творческая идея. Самые экстравагантные требования сменялись раздраженными отказами, и вся мастерская напоминала кипящий котел, пока, наконец, новая тема не обретет ту форму, которая устроит маленького тирана. Сегодняшняя съемка должна была запечатлеть сверхэлегантные образцы вечерней одежды, и Джейсон старался представить себе людей ночи, тех, кто наслаждается тьмой, когда простые люди давно уже видят третьи сны. Осуществляя последний сценарий, Тара и ее партнер из кожи вон лезли, чтобы ублажить Джейсона и вдохнуть жизнь в его мечту.
— Ты — вампир, — рычал Джейсон, редкие волосенки которого дыбом встали на голове. — Ты — неотразимо прекрасный вампир женского пола, и ему остается только отдаться тебе. Ты впиваешься ему в шею — ну, ну, ну!
Лежа на неподвижном теле, Тара послушно потянулась прямо к адамову яблоку на бронзовой от загара шее.
— Нет же, нет, нет, — завопил Джейсон. — Кусай, кусай, черт тебя побери! Впейся в его шею своими клыками и не думай о нем, ему за это платят, и мне нужно, чтобы ему было больно… вот так, это уже лучше. Еще разок. И подними глаза, поверни подбородок, мне не видны твои глаза. Ну, в чем дело? Гляди на меня и сосредоточься, сосредоточься, ну вот, снова не то…
А Тара и впрямь потеряла всякий интерес к мощной мужской шее, в которую раньше впивалась с некоторым удовольствием. Позади Джейсона незаметно появилась Джилли Стюарт. Тара отпрянула от партнера и отошла немного в сторону.
— Мне надо попудриться, — сказала она первое, что пришло в голову, и подняла руку ко лбу, словно чтобы стереть пот.
— Ладно, перерыв пять минут, пудра там, внизу, — согласился Джейсон. — Там вся косметика, бери ее и тащи сюда, только в темпе. Раз уж мы прервались, мне надо, чтобы на теле этого малого была кровь, натуральная кровь, которая стекает у него с шеи от любовных укусов Тары — вампир есть вампир, можно это сделать? И пусть высморкается, а то у него нос покраснел, как у Рудольфа-Красноносого Следопыта. — Он метался по студии, стремительно отдавая указания.
— Так, эти притирки надо сменить. Розовое убрать, мне нужно голубое и, может, немного зеленого, чтобы усилить зловещий эффект.
Оказавшись в самом центре этой кутерьмы, Джилли стояла совершенно растерянная и дрожала. Она ошеломленно озиралась, явно не зная, к кому обратиться, а Тара в это время внимательно оглядывала ее. Как и на Филипе, время оставило на ней свои следы. Кошачья уверенность, которая некогда так бросалась в глаза, уступила место подернутому дымкой потерянному взгляду, который напомнил Таре того бездомного зверька, каким был Макси, когда она впервые набрела на него. Некогда безупречный вид теперь тоже остался одним воспоминанием: волосы были небрежно сколоты в узел, а косметику она, похоже, наводила в темноте. Но многое осталось от прежней Джилли, например, манера отбрасывать волосы с глаз и запрокидывать голову, как лошадь, готовая пуститься в галоп. «И в конце концов, — мрачно подумала Тара, — ты выбралась из истории с Грегом Марсденом целехонька, чего о себе я сказать не могу». — Она решительно шагнула вперед.
— Вы хотели меня видеть?
— Вы — Тара Уэллс? Меня зовут Джилли Стюарт. Мы можем поговорить?
По возбужденной манере своей собеседницы, по блеску в глазах Тара поняла, что, готовясь к свиданию, Джилли кое-что приняла. Но облегчать ей задачу она не собиралась.
— Вы из журнала или газеты?
— Нет, нет, — поспешно ответила Джилли. — Я… я приятельница Грега Марсдена.
— Понимаю.
— Близкая приятельница.
Тара промолчала. Близкая приятельница, подумала она. Ну что же.
— Видите ли, — Джилли нервно вертела в руках бумажную салфетку. — Вы недавно видели моего мужа, Филипа Стюарта.
Тара сделала вид, что пытается вспомнить.
— Да, да, совершенно верно. Грег познакомил меня с ним в ресторане.
Наступило молчание. У Джилли словно язык прилип к гортани. Наконец она выдавила из себя:
— У вас с Грегом роман?
— Извините? — Такое бесстыдство вызвало у Тары гнев и презрение.
— Я знаю, вы встречаетесь, — нервно продолжала Джилли.
— О… — Тара говорила сколь возможно холодно и отчужденно. — Мы увиделись после теннисного матча. Потом пообедали вместе. Это все.
Джилли совсем утратила контроль над собой, ее понесло:
— Лжете, — закричала она, побелев от ярости. — Не забывайте, я знаю Грега Марсдена. Он просто не может пройти мимо красивой женщины. И если женщина ясно говорит «нет», он уже не тратит понапрасну времени. Да нет никаких сомнений. Вы его любовница.
Даже в рабочей суете, царившей в мастерской, головы стали поворачиваться в их сторону, люди прислушивались. Таре это не понравилось.
— Слушайте, мы не можем поговорить где-нибудь в другом месте? И спокойно, — мягко спросила она. — Тут рядом бар, надеюсь, там не слишком много народу. — На лице у Джилли мелькнула тень скорбной надежды, как у побитого ребенка.
— Мне надо сделать еще два-три снимка, и, если хотите, встретимся там.
Джилли ухватилась за это предложение как за соломинку.
— Я буду вас там ждать.
Голос Джейсона прорезал гул в мастерской, как циркулярная пила.
— Кто-нибудь здесь собирается работать? Или я плачу просто за удовольствие побыть с вами? А ну-ка за дело — живо! Нет, крошка, я не могу сейчас разговаривать с Джоанной, и мне наплевать, в каком она настроении. Эй, не то освещение, мать вашу… Тара! Тара! Ты где?
Тара улыбнулась и двинулась к своему рабочему месту.
— Итак, до скорого, — сказала она.
Если бы, выходя из мастерской, Джилли оглянулась, она увидела бы, что лицо Тары и впрямь приняло выражение вампира.
Великолепная ярость и творческое горение Джейсона сильно растянулись, и Тара освободилась куда позднее, чем предполагала.
Ругая Джейсона почем зря, она заторопилась к бару, вполне готовая к тому, что Джилли ее не дождалась. Но беспокоиться было, как выяснилось, не о чем. Джилли нашла естественное для всякого пьянчужки убежище и чувствовала себя вполне в своей тарелке. Судя по виду, она уже изрядно набралась.
— Извините, что так задержалась, — сказала Тара, подойдя к столику, за которым сидела Джилли. — Пришлось задержаться дольше, чем рассчитывала. Хорошо, что вы не ушли, а то я боялась, что вам надоело ждать.
— А, ерунда. — Джилли небрежно махнула рукой. Говорила она уже вполне невнятно. — Что будете пить? — И привычным жестом подозвала официанта.
— Пожалуй, пива — холодного пива.
— Пива и еще виски, — распорядилась Джилли, только тут заметив, что на столе перед ней стоит целая батарея пустых бокалов. Она попыталась оправдаться.
— Я пью только, когда мне не по себе. Когда Филип в отъезде, в доме становится так пусто и одиноко.
— Да, представляю, — сочувственно сказала Тара и сразу же вернулась к теме.
— Но ведь у вас есть Грег.
— В самом деле? — Джилли пьяно прищурилась, а потом в ее голосе неожиданно появились хвастливые интонации. — Да, да, конечно. Я нужна ему. Впрочем, — новая интонация, — мне он тоже нужен. Да, Грег Марсден — это наркотик. Вроде вот этого. — Она сделала большой глоток и поморщилась, ощущая, как виски разливается по телу. Тара возобновила наступление.
— Он… немного рассказывал мне о своей жене. Насколько я понимаю, вы с ней были лучшими подругами.
— С самого детства. Наши отцы были рядом. Их связывали деловые интересы. — Тень прошлого мелькнула на лице у Джилли. Ну конечно! Один эпизод из прошлого всплыл и в памяти Тары, только совершенно в новом освещении. Отец Джилли покончил с собой, когда сорвалась сделка с Максом Харпером! Неужели она все эти годы помнила об этом? И неужели она казнила за это Стефани? О, Джилли!
— Словом, вы сошлись с Грегом после смерти его жены, так я понимаю? — Тара осторожно закинула удочку.
Джилли подумала немного и решила, что это очень удобная ложь.
— Ну да, конечно, — небрежно сказала она. — Впрочем, мне не хочется больше говорить о ней. Меня просто тошнит от этих разговоров.
— Извините, — ледяным голосом произнесла Тара. Джилли подозрительно поглядела на нее.
— Вы знаете, Стефани тоже любила пиво. Она всегда предпочитала его сухому вину или шампанскому.
Похоже, в замутненном сознании Джилли пробуждались какие-то воспоминания. Тара поспешила вернуть ее к сегодняшнему дню.
— Так о чем это вы?
— Что? А, да. Я хотела сказать, что Грег никогда по-настоящему не любил Стефани.
На лице Тары можно было прочитать охватившие ее чувства: «Никогда?»
— Точно, — продолжала Джилли несколько сомнамбулически. — Он говорил мне. Так что, влюбившись в него, я никого не предала. Он был, как говорится, свободным скакуном.
— Да, ну а как насчет Стефани?
— Что насчет Стефани?
— Она-то Грега любила?
Вопрос явно показался Джилли неуместным.
— Любила? Да, наверное, любила. Но это…
— Ничего не меняет?
— Ну-у, — Джилли была не настолько пьяна, чтобы не понимать, как мерзко это звучит, — ведь она уже умерла, верно? А мертвым не все ли равно?
«Если бы ты только знала правду», — подумала Тара.
Неожиданно Джилли посмотрела на часы.
— Который час?
— Около семи.
Джилли даже вскрикнула, как от боли.
— Боже, я опаздываю, мне надо бежать.
— Бежать?
— Да. — Лицо Джилли светилось торжеством, а желтые кошачьи глаза сверкали. — Грег ждет меня дома. Надо поторапливаться.
Тара быстро прикинула.
— Вы на машине сюда приехали?
— На такси. В последнее время я все больше на такси разъезжаю.
— Я отвезу вас домой, — сказала Тара, не забыв спросить:
— А где вы живете?
— Правда? Живу я в районе Хантерс-Хилл, и Грег всегда так злится, когда я опаздываю. — Она глуповато хихикнула, словно влюбленная школьница.
— С удовольствием окажу вам эту услугу, — сказала Тара и ничуть не слукавила.


Грег расхаживал перед домом Стюартов в Хартерс-Хилл, и терпение его начинало лопаться. «Мерзкая сука, — думал он злобно, — чего только не вытворяет, чтобы встретиться со мной, и не может даже прийти вовремя». — Он ненавидел стучаться в двери пустых домов, когда никто не выходит встретить. Он привык к прямо противоположному; вся его натура жаждала бурных приветствий и громких аплодисментов. Побледнев от гнева, он все же сдерживался и ждал.
Поездка в Хантерс-Хилл дала Таре возможность сблизиться с Джилли, и она без труда выудила у нее все подробности взаимоотношений с Грегом. Подъезжая к дому Джилли, они уже сделались закадычными подругами, по крайней мере в сдвинутом сознании Джилли. Выбираясь из машины и стараясь не слишком качаться из стороны в сторону, она рассыпалась в благодарностях и признаниях дружбы.
— Давай не терять друг друга, ладно? Позвони мне, мой телефон есть в адресной книге.
«О, я позвоню, — подумала Тара, — позвоню».
У конца дорожки сквозь деревья она разглядела белый «роллс-ройс» и долговязую, худощавую фигуру Грега, прислонившегося к двери.
— Ты бы лучше поторопилась, Джилли, ведь тебя ждут, — весело сказала она. — Увидимся, не сомневайся.
Она включила зажигание, запустила двигатель и уехала, не оглянувшись. Меж тем Джилли припустилась вверх по дорожке, с тревогой ожидая нового свидания.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Возвращение в Эдем Книга 1 - Майлз Розалин



ок
Возвращение в Эдем Книга 1 - Майлз Розалинлена
25.10.2012, 16.18





очень хорошая книга я хочу вам сказать
Возвращение в Эдем Книга 1 - Майлз Розалинксения
6.01.2015, 17.52





хорошая книга. даже очень. я уже неслолько раз читала.
Возвращение в Эдем Книга 1 - Майлз РозалинКИФАЯТ
24.02.2016, 13.23








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100