Читать онлайн Возвращение в Эдем Книга 1, автора - Майлз Розалин, Раздел - Глава одиннадцатая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Возвращение в Эдем Книга 1 - Майлз Розалин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.73 (Голосов: 90)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Возвращение в Эдем Книга 1 - Майлз Розалин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Возвращение в Эдем Книга 1 - Майлз Розалин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Майлз Розалин

Возвращение в Эдем Книга 1

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава одиннадцатая

Был конец длинного изнурительного дня. В гримерной Тара критически посмотрела на себя в зеркало и отметила предательские признаки усталости. «Сегодня раньше в постельку, дорогая, — сказала она себе удовлетворенно. — Сразу, как только вернешься домой, легкий ужин, хорошую книгу в руку — и на боковую». Она подняла сумку, бросила вокруг последний взгляд, не забыла ли чего, выключила свет и вышла в тихую, просторную студию Джейсона.
Тара чувствовала усталость, но была довольна собой. После веселого утра, когда они праздновали ее успех, она приготовилась к обычной дневной съемке. Джейсон, однако же, был все еще под парами — не пьян, но явно в некоторой экзальтации. Она стояла на пороге и с симпатией следила за тем, как он, не замечая ее, двигается по студии, выключая мощные осветительные лампы и приводя все вокруг в порядок. Он подошел к велосипеду с моторчиком, который во время съемок служил штативом, и задумчиво взобрался на седло, не выпуская из рук бокала с шампанским.
Тара подошла и встала прямо напротив него.
— А, сфинкс, добрый день, — весело воскликнул он. — Послушай, я теперь знаю твое лицо почти так же, как свое собственное, и все же что-то главное от меня ускользает. В мягком и рассеянном освещении ты выглядишь двадцатилетней. Но при ярком солнце… тридцать пять? двадцать девять?
Тара стояла не двигаясь.
— Молчишь, да? Ну да, конечно, ты же сфинкс. Вечная женская красота, которая уносит свою тайну в бессмертие. Вот и она, эта девица с картины Леонардо, на протяжении столетий держит карты рубашками наружу — вроде тебя.
Теперь он смотрел ей прямо в глаза. Тара встретила его взгляд и была смущена его глубиной.
— Что я знаю о тебе? Да ничего. Мне кажется, я знаю тебя целую вечность, а на самом деле знаю только твои глаза и потрясающую улыбку. Ты для меня загадка, Тара Уэллс, и, похоже, это занимает меня все больше и больше.
В смысле того, что Джейсон имел в виду, ошибиться было невозможно. Тара подавила вздох. Она смутно подозревала, что нечто в этом роде может случиться, но не была уверена. С такими, как Джейсон, с его постоянными шутками и прибаутками ей раньше не приходилось встречаться, так что она никак не могла взять в толк, всерьез он говорит или нет. Она вся подобралась, готовая достойно встретить вызов.
— И отчего это я все время думаю о тебе, — Джейсон слегка улыбался. — Да отчего же, отчего любой парень думает о девушке со времен Адама и Евы, Ромео и Джульетты…
Пора вмешиваться.
— Эббота и Костелло, — непринужденно подхватила Тара. Инстинкт подсказывал ей, что пора менять тему, пока не прозвучат слова и обоим не придется болезненно и трудно выпутываться из этой истории.
— Знаешь, кто ты, Джейсон, — продолжала она с той же непринужденностью. — Ты романтик. В обыкновенной бедной работнице ты видишь то, чего в ней нет.
— Ну, это уж моя тайна, — сказал Джейсон с печальной улыбкой, какой Тара никогда прежде не видела на его лице. Ясно было, что он принял ее молчаливый сигнал. Нажимать не будет. Он бодро поднял бокал:
— За нас — и за секреты, которые хорошо хранят.
Тара нежно улыбнулась ему и двинулась к двери.
— Спокойной ночи, Джейсон.
— Эй, — его голос остановил ее. Она замерла и обернулась.
— Ты точно не хочешь покататься на моем велосипеде?
Она покачала головой:
— Нет, мне пора домой.
Оставшись в студии один, Джейсон высоко поднял бокал. Затем, как исстари прощались, он медленно перевернул его и разжал пальцы — бокал упал и разлетелся на осколки.
Тара шла городскими улицами, пробираясь домой через толпы людей. Успешно дебютировав в качестве манекенщицы, начав неожиданно зарабатывать много денег, она переехала из затрапезной гостиницы на новую квартиру — в престижном районе Элизабет-Бэй, обитатели которого наслаждались одним из главных преимуществ жизни в Сиднее — видом на гавань. Ощущая в теле ломоту, а на сердце печаль — при мысли и о Джейсоне, и о превратностях любви, она поднялась на лифте на свой этаж и вошла в свою новую обитель.
Сразу же послышалось приветственное «мяу», и то, что некогда было комочком свалявшейся шерсти, а ныне стало большим упитанным котом, выкатилось к двери навстречу ей.
— А, Макси, привет, малыш. — Она нежно почесала у него за ушами и прижала к груди. — Ну как ты? Хорошо день прошел?
Войдя в квартиру, она сбросила туфли и со вздохом облегчения протопала через застеленный ковром холл в гостиную.
— Я открою тебе секрет, Макси. По лицу мне можно дать двадцать восемь, но к концу дня, такого, как сегодня, мои ноги тянут на все сорок!
Она опустила кота на толстый ковер и подошла к проигрывателю. С тех пор как она сюда переехала. Тара вновь могла наслаждаться музыкой, а ее она любила больше всего на свете. Теперь после экспресс-знакомства с дискотекой и джазом, ее музыкальные вкусы обогатились и уже не ограничивались ее любимой классикой. Она надавила на кнопку, и потекла печальная мелодия — дуэт Барбары Стрейзанд и Нейла Даймонда «Ты мне больше не даришь цветов». Вздохнув, она откинулась на спинку мягкого просторного дивана и огляделась. То, на что упал взгляд, радовало ее, приходилось в этом признаться. Единственное, что выделялось в изящной, тихой комнате, был толстый, кораллового цвета ковер, натянутый на белые стены. В обстановке господствовало стекло и хром в итальянском стиле, а бросавшийся в глаза модерн смягчали длинные занавеси, с потолка и до пола, закрывавшие то, что Тара уже окрестила «замечательным окном». Впрочем, это было не столько окно, сколько четвертая стена, поскольку все стены представляли собой собственно зеркальное стекло, откуда открывался беспрепятственный вид на гавань. По сути, этим и привлекла ее квартира, и она часами могла смотреть на открывающуюся богатую красками панораму. Было ли небо чистым или затянутым облаками — вода залива отражала его цвета с готовностью верной любовницы. Ниспадающие струи дождя доставляли ей такое же наслаждение, как и яркое солнце. Сидеть у прекрасного окна и глядеть на расстилающийся вокруг мир — лучше отдыха не придумаешь.
— У меня был тяжелый день сегодня, Макси, — сказала она, обращаясь к равнодушному коту. — Работала, как собака. Это шутка, малыш. Тебе бы следовало рассмеяться. — Но Макси никак не реагировал, он был поглощен медленным перемещением хозяйки в сторону кухни, что означало долгожданный ужин.
— Ну так, что скажешь о нашем новом доме? — продолжала она, открывая консервную банку. — Дороговато, конечно, но я думаю, мы заслужили это. Заработали. Впервые в жизни я испытываю такое чувство, и знаешь — это прекрасное чувство. Тебе самому следовало бы его испытать.
Она любовно поставила тарелку на пол, рядом с котом, который терся о ее ноги, предвкушая вкусную трапезу.
— Так что, поищем тебе работу? Может, займешься дизайном? Или найдем тебе подружку, чтобы было с кем провести время, пока я на работе? Только запомни одно, Макси. Ни за что не оставляй меня. Мне без тебя будет ужасно одиноко.
Болтая таким образом, она пыталась заняться уборкой своей роскошной квартиры. Домоводство было еще одним занятием, которое было совершенно чуждо Стефани Харпер, но Тару это ничуть не беспокоило. Она пошла в спальню, чтобы снять уличное платье и, потягиваясь, вздыхая, накинула любимый домашний халат, который в свое время, может, и соответствовал моде, но сейчас явно из нее вышел. «Я слишком стара для всех этих антраша, — сказала она Макси, — в этом-то и беда. Но если это оправдывает себя… — Тара решила не договаривать этой печальной мысли, и она так и повисла в воздухе. — Ладно, вернемся к этому попозже».
Покончив наконец с делами, она вернулась в холл, где у двери кучей были сброшены сумки. Она отыскала пакет, который купила в магазине по дороге с работы домой, и, вернувшись в спальню, открыла его. Плотная обертка упала на пол, и у Тары в руках остались две увеличенные фотографии в аккуратных рамках. Тара пристально вгляделась. На первой за роялем сидела девочка. Голова ее была откинута, и, словно в порыве вдохновения, она прикасалась к клавишам. На другой — школьник-футболист пытался дотянуться до мяча. Сара и Деннис. Долгое время Тара буквально поедала глазами фотографии своих детей. Макси уютно устроился у нее на коленях, но вскоре спрыгнул на пол. недовольно заурчав, — ему на нос падали соленые капли. «Осталось недолго, совсем недолго, мои родные», — прошептала она, нежно целуя холодную поверхность фотографий. И она повторила для себя старое заклятье, призывающее к терпению: «Держись. Держись — и все».
Много позже Тара вскипятила чай. поставила чашку на поднос и устроилась за маленьким столиком, который служил ей письменным столом. Тара Уэллс все еще вела дневник. Сегодня она достигла своей первой цели — стала шикарной женщиной, к чему и стремилась. Теперь надо осуществлять план мести. Начинается активная фаза, сказала она себе, время пришло. Рядом с дневником валялась спортивная газета «Спорт ревью». Заголовок гласил: «Чемпион и благотворительность». «Грег Марсден, бывший чемпион Уимблдона, — говорилось в статье, — сыграет в благотворительном матче. Деньги пойдут на поддержку травмированных спортсменов. Предполагается, что это замечательное событие будет отмечено присутствием сливок сиднейского общества; по окончании матча теннисная „звезда“ встретится с почетными гостями на приеме за бокалом шампанского. Марсден, все еще переживающий трагическую и загадочную смерть своей жены, наследницы крупного состояния, Стефани Харпер…»
Тара потянулась за ножницами. Она аккуратно вырезала статью и фотографию, а потом отделила бланк, который следовало заполнить тем, кто хотел бы приобрести билеты. Затем она бережно положила вырезку в дневник. С фотографии на нее смотрел Грег, красивый, энергичный и порочный. Все осталось по-прежнему. «Месть, месть, месть», — стучало у нее в висках.


На центральном корте Хордерна Грег Марсден демонстрировал мастерство высшего класса, которым он заслужил некогда право играть в Уимблдоне. Мощная подача придавала мячу такую скорость, что, если незадачливый противник и успевал подставить ракетку, она едва не вылетала у него из рук. Удары справа насквозь простреливали корт, мячи ложились буквально в миллиметре от задней линии, но всегда на площадке. То же самое можно сказать о его фантастических свечах, когда мяч взмывал над головой наивного противника, рвущегося к сетке, и, замирая в воздухе, падал в дальнем углу; а удар слева был сильнее, чем у многих справа. Каждый удар был красив и точен, Марсден набирал очки, а стадион возбужденно приветствовал своего любимца.
Увы, все это замечательное представление происходило больше в воображении Грега, чем в действительности. В голове Марсден репетировал свою знаменитую подачу, а на деле мяч медленно перелетал через сетку, и противник без труда возвращал его сильным ударом на его сторону. В уме он пробивал мощный неотразимый смеш, а на деле даже и обычный удар справа или подкрутка не получались. Он знал, что не в форме, да и не играл давно, но что будет получаться так плохо, даже вообразить себе не мог. Раньше он играл в клубе довольно регулярно и даже однажды, к великой своей радости, побил Лу Джексона, восходящую «звезду» тенниса. Он принял приглашение блеснуть в благотворительном матче, потому что именно это он и собирался сделать — блеснуть. Он думал, что сметет мальчишку, которого они выпустили против него, — организаторы специально выбрали теннисиста, который достаточно хорош для того, чтобы поддержать игру, но недостаточно силен, чтобы справиться с чемпионом. Он также думал, что благотворительный матч будет способствовать укреплению его репутации, а на приеме с шампанским выпадет случай увидеться с сильными и богатыми людьми сиднейского общества. Как знать? Может, попадется еще одна Стефани Харпер, только на этот раз сексапильная.
Но уже в раздевалке, где он впервые увидел своего противника, Марсден почувствовал, что дело может обернуться плохо. Парнишка, видно, настроился на игру, он изо всех сил сжимал ручку ракетки и что-то бормотал сквозь зубы. А на корте он вообще как с цепи сорвался. В течение первых пяти минут Грег вообще ничего не мог с ним поделать. С самого начала он понял, что поражения не миновать, и теперь старался только не проиграть с унизительно разгромным счетом.
«Сорок — пятнадцать», — голос судьи громко прозвучал в наступившей тишине. Все следили за двумя игроками, быстро передвигавшимися по корту, но, в общем, внимание было сосредоточено на высокой, источающей самоуверенность, гибкой фигуре Грега. В отличие от паренька по другую сторону сетки, Грег остро ощущал присутствие болельщиков, женщин всех возрастов, жадно следивших за его игрой, шумно реагирующих на каждый удар; все болеют за Грега, все желают ему победы. Он посылал направо и налево ослепительные улыбки так часто, как только мог. А главное, он хорошо знал это, нельзя выглядеть жалким проигравшим, хотя, если сказать правду, ничего нет горше поражения.
Среди страстных почитателей Грега билось одно сердце, которое ненавидело его даже сильнее, чем другие любили. Тара наблюдала за игрой в приятной компании Джоанны Рэнделл, находясь в эпицентре бушующих эмоций. Первое появление Грега, которого она так боялась, прошло сравнительно безболезненно, ибо выход из раздевалок на корт был далеко, и нагруженная ракетками и полотенцами фигура лишь слабо напоминала человека, который пытался отнять у нее жизнь и почти в этом преуспел, разрушив ее существование, превратив его в смертельный ужас. Но по мере его приближения она почувствовала, как все внутри нее переворачивается, и во время матча его близость волновала ее все больше и больше. Лишь усилием воли она заставила себя сохранять спокойствие.
— Он тогда сделал блестящую карьеру, — донесся до нее голос Джоанны. — В молодости подавал огромные надежды. Потом что-то случилось. — Она помолчала и сухо рассмеялась. — Вряд ли он заставит себя проснуться, если ты понимаешь, что я хочу сказать.
Тара почувствовала боль в сердце, точно куском льда ткнули в грудь.
— Ну, так или иначе, ничего из него в конце концов не получилось. — Джоанна зевнула и посмотрела на часы. — И сейчас не получается. Только посмотри на него. Я, должно быть, совсем спятила, если позволила тебе вытащить меня на этот дурацкий матч в разгар рабочего дня. У меня много дел. Вот если бы это был футбол — другое дело!
— Игра мистера Уитмена. Счет сетов: два — ноль в его пользу.
Тара глубоко вздохнула.
— Джо, так ты говоришь, что встречалась с Гретом Марсденом?
— Как и половина женского населения этого острова, дорогая. Я видела его год или два назад, на действе вроде этого, вернее на благотворительной демонстрации мод. А что?
— Что он из себя представляет?
— Грег — это бездомная кошка с налетом лоска. Однажды ему выпала большая удача — он женился на мешке денег по имени Стефани Харпер. Ты, должно быть, читала об этом. Она погибла во время медового месяца… крокодил… настоящий каннибал… кошмар.
«О да, это был кошмар», — подумала про себя Тара.
— Тогда все говорили, что он женился на ней из-за денег, — продолжала Джоанна. — Даму эту я не знаю. В обществе она не появлялась, хотя с ее деньгами и положением вполне могла бы вращаться в высших кругах. Но все равно мне было ужасно жаль ее, когда я услышала об этой истории. Между прочим, я не удивилась, если бы мне сказали, что он сам ее прикончил, — она лениво огляделась. — Слушай, кроме нас с тобой на стадионе нет ни единой женщины, которая не бросилась бы под поезд, если бы так хотел Грег Марсден. Ты только посмотри на них! Все только и думают о великой теннисной «звезде» ну и о том, что у него в штанах.
— Ш-ш, — послышался раздраженный голос соседа. Тара слегка покраснела. Джоанна искоса посмотрела на нее.
— Не может быть. И ты тоже?! Мы что, пришли сюда ради Грега Марсдена?
— Разумеется, нет, — сердито откликнулась Тара. — Просто я люблю теннис, вот и все.
— Ясно. — Тут Джоанне кое-что пришло в голову. — Надо, чтобы Джейсон сделал несколько твоих фотографий на корте. Напомни мне.
— Профессионал всегда профессионал. — Тара слабо улыбнулась и переключила внимание на площадку, где драма приближалась к концу. Бегая по корту, гоняясь за мячами, Грег безнадежно проигрывал. Аплодисменты, которыми публика наградила победителя, были весьма хилыми. Но ему было все равно, он весь светился от восторга, — заведомый неудачник, который вдруг оказался впереди. Ведомый своим безошибочным инстинктом, Грег разыграл целый спектакль — торжественное приветствие победителя, знаменитая улыбка, адресованная всем и каждому. После этого игроки ушли с корта.
Позднее, на приеме, Тара ощущала полное спокойствие. Ее прежняя взвинченность прошла, и теперь она вполне готова была встретить во всеоружии события, которые, как она ясно предчувствовала, должны были развернуться. Совершенно не подозревая о той роли, которую предстояло сыграть ей в этой драме, подошла Джоанна с двумя бокалами шампанского в руках.
— Билеты стоили кучу денег, так хотя бы не пропустим даровой выпивки, — весело заявила она. Сделав глоток, Джоанна поморщилась. — Не самый лучший сорт, как тебе кажется? — Она презрительно огляделась. Комната, постепенно наполнялась людьми.
Неожиданно что-то переменилось в гуле толпы, знак того, что появляется важная персона. Грег Марсден вошел через двери, ведущие в помещение для игроков. Он и не подумал переодеться и принять душ, рассчитывая на эффект, который произведет появление теннисной «звезды» и сам запах его тела на болельщиц. Немного поутихнув было, шум зазвучал с прежней силой, и обожательницы струйками потекли к Грегу. Джоанна даже фыркнула от возмущения.
— С тем же успехом он мог прийти голым! Ты только посмотри на этих расфуфыренных гусынь!
Тара внимательно пригляделась к тому, что происходит в дальнем конце комнаты. Грег раздавал автографы, по привычке небрежно флиртуя. Казалось, он почувствовал ее взгляд даже в толпе, и поднял голову. Он посмотрел на нее, а она отвернулась с деланным равнодушием. Но она знала, он ее заметил, и теперь всеми фибрами души жаждала, чтобы он подошел.
— Говорят, — снова донесся до нее голос Джоанны, — что Грег Марсден любит новеньких, особенно если дело происходит на людях. И слышала, сопротивление его только раззадоривает. Не говори потом, что я тебя не предупреждала. Не смотри в ту сторону, — она бросила взгляд на Тару через плечо. — Ну вот и он. Как пчела на мед.
— Привет. — Эти мягкие обволакивающие интонации ни с чем не спутаешь. Холодная и твердая изнутри, как камень, Тара повернулась к нему. Она вглядывалась все в те же глаза, что стояли перед ней в тот страшный миг, когда крокодил потащил ее на дно.
— Меня зовут Грег Марсден. Мы, кажется, не знакомы, — он по-мальчишески улыбнулся.
«Этот человек хотел убить меня. Этот человек разрушил мою жизнь. Это мой собственный возлюбленный муж, он мне дороже всего на свете. Этот человек, который…»
— Нет, — откликнулась Тара с обворожительной улыбкой, протягивая руку, — мы не знакомы. Я была лишена этого удовольствия.


Секретарская доля нелегка, подумала Сьюзи, лучшая сотрудница Джоанны. Одна в целой конторе, а телефон надрывается, и со вчерашнего дня не убрано помещение, а надо еще расставить эти цветы, которые носят каждые пять минут, так что приходится все время бегать вниз со второго этажа, где ждет настоящая работа. Она с облегчением встретила Джоанну, как раз в тот момент, когда принесли очередную корзину цветов и Сьюзи расписывалась в получении.
— Ну и ну, — обилие цветов в приемной ошеломило Джоанну. Вообще-то она привыкла получать цветы после успешных демонстраций, вроде вчерашней. Но не в таких количествах. Она все вглядывалась в цветы, когда вошла Тара. Джоанна с удовлетворением отметила, что та тоже изумлена и сразу выпалила:
— Это для тебя.
— Как, все?
— Почти. Похоже, мы вчера произвели фурор, и тут есть букеты от наших рекламодателей, да и еще кое-кто поздравляет с успехом. Но практически все это, — Джоанна обвела рукой круг, очерченный гвоздиками, хризантемами, розами и гладиолусами, — тебе. И угадай, от кого?
Тара подошла к ближайшей корзине и взглянула на карточку. «Очень прошу отобедать со мной — сегодня, когда угодно, каждый день». Вместо подписи — просто «Г». Сердце у нее подпрыгнуло — победа! Сохраняя внешнее спокойствие, она повернулась к Джоанне, чье любопытство не знало границ.
— Что происходит с тобой в последние два дня? Я видела, что с приема вы ушли вместе.
— Он проводил меня до машины…
— До машины! С каких это пор у тебя машина?
— Со вчерашнего дня. Я подумала, что манекенщица высшего класса, которой предстоит блеснуть на главной демонстрации мод в городе, должна иметь машину. Если мы побеждаем, значит, я заслужила ее, если проваливаемся, она мне будет ох как нужна.
— Потрясающе! Сначала новая квартира, теперь новая машина. Тебе нужен хороший агент.
— Лучший, — ответила Тара, дружески обнимая Джоанну.
— Ну хорошо, а что мне делать со всем этим? Твой любовничек просто лишил меня возможности работать здесь сегодня.
— Да забудь ты о них, — небрежно махнула рукой Тара. — Возьми да выбрось. Или отдай любой из девочек, кому они понравятся. И он мне не любовничек. Я поехала домой одна, отказавшись пообедать с ним.
— О ля-ля, вот те на! — Джейсон ворвался, как всегда, с большим шумом, изображая человека, внезапно попавшего под действие нервно-паралитического газа. — От этого хозяйства надо избавиться. Кто же он, твой обожатель, мамочка? — Он нагнулся к корзинам и принялся читать карточки. Лицо его постепенно темнело. Он повернулся на пятках и пошел к двери. На пороге он остановился.
— Если бы я знал, что ты так увлекаешься теннисом, я бы купил ракетку. — С этими словами Джейсон вышел.
— С ума сошел, — в полной растерянности сказала Джоанна. — Но бог с ним, с Джейсоном. Так как там у тебя с Гретом Марсденом?
— Как там у меня с Грегом Марсденом? — спокойно переспросила Тара.
Джоанна не любила разговоров вокруг да около.
— Он тебе нравится? — прямо спросила она.
Тара отвернулась, не зная, что ответить. Джоанна не отставала.
— Я понимаю, тебе нужны мужчины. Да у тебя, должно быть, и есть.
Тара посмотрела на нее, и с губ слетело застенчивое «нет». Джоанна явно была удивлена.
— У меня нет времени, — заявила Тара, — а уж если быть совсем честной — желания.
Джоанна протяжно свистнула.
— Знаешь, ты не перестаешь меня удивлять. Сегодня девушки хвостом бегают за мужчинами, а у моей лучшей манекенщицы такие старомодные взгляды… прямо-таки древность. Трудно поверить.
Она помолчала, задумавшись.
— И ему тоже будет трудно поверить. Грег Марсден не тот мужчина, кому нравятся скромные и застенчивые девицы. Смотри-ка ты в оба, милая. — Ее открытое, с сильными чертами лицо передернулось. — В этом гнусном мире ухо нужно держать востро. И держи в курсе свою старую матушку, хорошо? Скажи мне, если соберешься снова встретиться с Грегом Марсденом, ладно?
Тара загадочно улыбнулась:
— Непременно, обещаю тебе, — как только сама буду знать.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Возвращение в Эдем Книга 1 - Майлз Розалин



ок
Возвращение в Эдем Книга 1 - Майлз Розалинлена
25.10.2012, 16.18





очень хорошая книга я хочу вам сказать
Возвращение в Эдем Книга 1 - Майлз Розалинксения
6.01.2015, 17.52





хорошая книга. даже очень. я уже неслолько раз читала.
Возвращение в Эдем Книга 1 - Майлз РозалинКИФАЯТ
24.02.2016, 13.23








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100