Читать онлайн В порыве страсти, автора - Майлз Розалин, Раздел - 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - В порыве страсти - Майлз Розалин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.4 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

В порыве страсти - Майлз Розалин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
В порыве страсти - Майлз Розалин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Майлз Розалин

В порыве страсти

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

6

– Элен, он дал нам обещание. А теперь берет свои слова обратно. Джип тяжело подпрыгивал на ухабах, и так же тяжело билось ее сердце. Воздух струился от жары, на горизонте то появлялись, то исчезали расплывчатые силуэты эвкалиптов. Сидевший рядом Чарльз был по обыкновению абсолютно спокоен, однако в его голосе появились новые, угрожающие нотки.
– Ты всегда прощала его, – все та же сдержанность в голосе, – собираешься простить и на этот раз?
Элен оторвала потную руку от руля, отбросила с лица прядь волос.
– Ох, Чарльз…
Она не отрывала глаз от дороги – ей очень не хотелось, чтобы Чарльз понял, что с ней происходит.
– Он обещал нам доход… – выдохнула она.
– Не будет никакого дохода! – раздраженно воскликнул Чарльз. – Даже если бы он был, это оскорбление для нас обоих. Когда Алекс…
Элен глубоко вздохнула. Чарльз прикусил губу и начал заново:
– До рождения Джона все должно было поровну делиться между нами. Но и потом, если помнишь, Джону отходил Кёнигсхаус, а нам с тобой – все остальное. Если Филипп будет и дальше держаться за Кёнигсхаус и закрывать глаза на нехватку денег, моей компании придет конец. А то, что останется, тоже отойдет Джону!
Она знала, что ее слова прозвучат глупо, но не смогла смолчать.
– Если он прав и год действительно окажется удачным, все может измениться к лучшему. А по завещанию нас с тобой ждет хороший доход, так он сказал.
– Доход! – Чарльз будто выплюнул это слово. – Доход! Это не капитал! Не земля, не собственность. Слово, ничего больше. Такой же пустой звук, как все его обещания.
Элен перевела дух.
– Я знаю, что он думает. Он думает, что если мне достанется часть Кёнигсхауса или компании, я не смогу ими управлять. Он считает, что у женщин своего ума нет, что я буду слушаться тебя или Джона.
На мгновение лицо Чарльза смягчилось, усталая улыбка тронула уголки губ. Не глядя на Элен, он легонько дотронулся до ее бедра.
– Слушаться меня? – еле слышно произнес он. – Ты давным-давно перестала это делать.
Они замолчали.
– Нет, ты только подумай! – снова взорвался Чарльз. – Он играл с нами, как со слепыми котятами!
Элен бросила на Чарльза быстрый взгляд – его трясло от гнева.
– Он просто хотел вывести нас из себя. Тебя, меня, даже бедного Бена, не говоря уж о Джонно. Подумай как следует! Даже если сама ты смирилась, неужели ты допустишь, чтобы он так обращался с твоим сыном?
Только этот вопрос и имел значение.
– Думаешь, он это делает нарочно?
– Да, вполне осознанно!
Чарльз отвернулся, невидящими глазами уставился на выжженную равнину, лежащую по обе стороны проселочной дороги. Впереди уже виднелась взлетная полоса и стоящий наготове вертолет.
– Вчера за обедом он дал нам понять, что готов продать ферму. По его милости Джон провел одну из самых кошмарных ночей в своей жизни. – Он помолчал. – Не говоря уж о тебе… что он делает с тобой…
«Он знает, – промелькнуло у нее в голове, – он знает все, что выделывает со мной Филипп. И даже самое ужасное! – Элен содрогнулась. – Да, даже это. Он ведь мужчина, а мужчины знают эти вещи, даже если сами не делают. Должно быть, он презирает меня…»
Лицо у нее горело, она чувствовала, что сейчас заплачет.
– Ты не того выбрала, – голос у Чарльза внезапно охрип. – Если он погубит еще и мою компанию, то окончательно лишит меня всего самого дорогого на свете. Раньше я не мог его остановить. А теперь могу!
Он в сердцах ударил кулаком по дверце, раздался протяжный глухой звук, напугавший Элен. Ей вдруг ужасно захотелось остановить машину, взять его за руку, погладить по лицу…
– Ты хоть понимаешь, что мы связаны одной веревочкой?
Элен круто вывернула руль; джип задрожал, как дикий зверь, и выпрыгнул из глубокой колеи.
– Мне кажется, так было всегда.
Он яростно кивнул.
– Потому что мы никогда не давали ему отпор. Вернее, давали, но безуспешно.
– Я пыталась – но у меня ничего не вышло. Господи, понимает ли она, как подействовали на него ее слова? – подумал Чарльз. И что она все еще прекрасна, несмотря на испуганный и какой-то болезненный взгляд? Он с трудом сдержался, чтобы не дотронуться до нее еще раз.
– Ты всегда хотела, чтобы все вокруг были счастливы… (Особенно он, одновременно подумали оба) – и забывала о себе.
– Но разве не так должна вести себя хорошая жена? – несколько цинично произнесла Элен.
– Если и так, то только пока она любит своего мужа. А тобой двигало чувство вины. Ты чувствуешь себя виноватой с тех самых пор, как Алекс…
– Прошу тебя, Чарльз! – Элен не ожидала, что ее голос прозвучит так громко. – Давай не будем об этом. Не нужно меня оправдывать. Это была моя вина. И с тех пор ничего не изменилось!
Он покачал головой.
– Глупости все это, и ты сама прекрасно это знаешь. Даже если в случившемся есть доля твоей вины, сколько можно расплачиваться?
«Столько, сколько потребуется», – поняли оба, но вслух не произнесли ни слова.
– Как ты думаешь, Филипп изменился? – Элен перевела разговор на другую тему. – Или это я меняюсь?
Чарльз был явно удивлен.
– Изменился? Что ты имеешь в виду?
– Эти внезапные смены настроения: то он сердится, приходит в бешенство, то опять улыбается как ни в чем не бывало; или сюрпризы, которые он нам преподносит, та радость, с которой он пускает нас по ложному следу, а потом смеется нам в лицо.
Легкая гримаса исказила рот Чарльза.
– Он всегда был таким! И с каждым днем будет хуже и хуже!
Что правда то правда, с холодной ясностью осознала Элен.
– Если только…
Подобные нотки Элен слышала впервые.
– Если только?
«…Мы не сделаем что-нибудь, – прочла она его мысли и поразилась тому, что в ответ подумала: – Да».
Они уже подъехали к взлетной полосе, пыльному участку голой земли, в центре которого на очерченном белым кругу находился вертолет с пилотом в кабине. Справа налево почти на километр протянулась двойная цепочка мощных прожекторов – в Кёнигсхаусе можно было приземлиться и ночью. Чуть поодаль, в тени ангара и радиовышки, связывавшей ферму с внешним миром, стоял самолет, предназначенный для дальних перелетов. В жарком, пыльном воздухе раздавались позывные: «Папа Кило Лима вызывает ферму Кёнигсхаус, Кило Отель Сьерра…»
Элен остановила джип, выключила мотор.
– Если только мы не сделаем что-нибудь, – очень спокойно произнес Чарльз.
Ей не хотелось спрашивать, что именно. Но спрашивать и не пришлось. Похоже, Чарльз забыл о ее существовании, он думал вслух:
– Рано или поздно нам придется взять бразды правления в свои руки. Филипп не вечен, хотя сам об этом забывает. Он почти на двадцать лет старше нас, разница – в целое поколение. Тебе это известно, Элен.
Неожиданно он схватил ее за плечи, заставил посмотреть себе в лицо.
– Я всю жизнь был лишь младшим братом Филиппа. Все, буквально все приходилось добывать у него с боем, и даже это он умудрялся отнять. Как отнял тебя.
Глаза у него потемнели, в них плясали гневные искорки. Элен чувствовала, что он вот-вот расплачется.
Но Чарльз не смотрел на нее, его взор был устремлен вдаль, в знойное марево.
– А теперь он собирается уничтожить по своей прихоти все, что я с таким трудом создал. И я должен спокойно смотреть на это? Ну нет, дорогой братец! Братская любовь в твоем понимании меня абсолютно не устраивает!


Пусть катятся! Из окна был хорошо виден столб пыли на горизонте – след джипа. Ничего, пусть отвезет Чарльза на аэродром, при таком настроении от нее все равно никакого прока. Филипп пожал плечами и вслед за Джоном направился в конюшню. Его, как всегда, волновали лишь собственные заботы.
В столовой остались только Бен с Джиной; оба чувствовали себя как после землетрясения.
– Он всегда такой? – тихо спросила девушка. Бен покачал головой и встал. Джина видела, как отец ошеломлен и подавлен, ей стало жаль его.
– Не знаю, что взбрело ему в голову! Конечно, у него всегда был гнусный характер, он всегда поступал как хотел, не обращая внимания на других. Но знаешь, жизнь у него была не самая веселая – если вспомнить, как погибла первая жена, и потом…
Даже теперь Бену было трудно говорить об этом, а уж об Алексе и подавно.
Его прошиб холодный пот. Боже милостивый, а если бы Алекс был здесь! Нет, об этом лучше не думать. Бен поспешно отогнал от себя опасные воспоминания.
Дочь спрашивала о Филиппе. Сейчас следовало думать только о нем!
– Да, он всегда был тяжелым человеком, мерзавцем и сумасбродом. Но раньше в его сумасбродстве была своя логика! – Он отодвинул стул. – Пойдем отсюда.
Прохладный коридор вывел их на тенистую веранду. Под ярким солнцем деревья отбрасывали на землю резкие тени, в небе щебетали красно-белые розеллы.
Бен положил руки на перила.
– Правда, красиво? – просто спросил он.
Джина повернулась к отцу и будто заново увидела его глубоко посаженные, спокойные глаза. Он ничем не выдал своих чувств, но ведь он здесь родился. У нее сжалось сердце.
– Пап, скажи – нужно продавать?
Бен вздохнул.
– Кёнигсхаус обязательно продадут. Если не мы, то наши преемники.
– Дела настолько плохи? Он кивнул.
– Уже многие годы ферма сосет из компании соки. В восьмидесятые годы мы превысили все допустимые кредиты. А начиная с восемьдесят седьмого года еле успеваем отбиваться от кредиторов. Филипп хорошо об этом знает. В минуты просветления он все понимает. А сердце никак не хочет расстаться с Королевством.
Следующий вопрос напрашивался сам собой.
– А что будет делать Джон?
– После того, как наступит крах, ты это хочешь сказать? Если у него есть хоть капля здравого смысла – прихватит, что осталось, и убежит. Наверно, попытается купить себе ферму, пусть самую маленькую. Он ведь только и умеет, что пасти скот.
Аборигены готовились к последнему перегону скота, их спокойные, неторопливые движения резко отличались от бешеной активности управляющего фермой, молодого австралийца – ровесника Джона. Если случится самое худшее, подумала Джина, Генри уйдет с Джоном, куда бы ни занесла их судьба. Они вместе учились в школе. Он прочно связал свою судьбу с Кёнигами.
Джон…
«Не думай о нем, – сказала она себе. – Кёнигов, этих сильных мира сего, девушки-аборигенки не интересуют, а если и интересуют, то с одной вполне определенной целью. Выброси его из головы, иначе дело кончится слезами – твоими слезами. Подумай о ком-нибудь другом».
– А что станет с людьми? С мамиными соплеменниками?
Слова дочери привели Бена в замешательство.
– Ммм… тому, кто купит ферму, понадобятся пастухи, наемные работники, прислуга. О них можешь не беспокоиться. – Он замолчал, отвел глаза в сторону. – Послушай, я думал, ты больше не вспоминаешь маму. Она умерла, а у тебя вся жизнь впереди. Ты уже давно живешь в городе, стала настоящей горожанкой. А когда закончишь колледж, перед тобой откроется весь мир. Ты сможешь преподавать свои танцы в любой стране.
«Там, где тебя не будут чураться, потому что ты кури, вот что хотел он сказать, подумала Джина. – Там, где никому не придет в голову, что твое имя – уменьшительное от Нанджина, что значит Женский Дух Всех Вещей, так назвала тебя мать-аборигенка, которая зачахла и умерла, когда ее оторвали от родной земли и перевезли в город. Но тебе незачем так страдать. Есть много мест на земле, где люди будут считать тебя красивой, экзотичной, особенной – где никто никогда не слышал, чтобы мужчины говорили, что всех черномазых нужно держать за проволокой, что эти скво под любого лягут, а старина Бен – тот по молодости, по глупости сунул свой фитиль в банку дегтя да так прилип, что не оторвать…»
Джина знала, что Бен любит ее. Но он был не в состоянии защитить ее от всего этого, не мог прожить за нее жизнь.
– Я схожу в селение, – спокойно сказала она, – просто поздороваться, может, остался еще кто-нибудь, кто помнит маму.
– Да, но… – Бен явно не знал, что ответить. Впрочем, он всегда шел на поводу у других. – Сразу мы уехать не сможем, мне еще нужно просмотреть счета. Тебе действительно нужно чем-то себя занять, пока я работаю.
– А я-то думал, что об этом позабочусь я! Они и не заметили, как к ним подошел Джон.
Судя по его наряду – джинсовой рубашке, такой же голубой, как его глаза, рваным кожаным штанам и ковбойским сапогам – он был готов к последнему перегону.
– Я подумал, Джина, что тебе захочется съездить к пастухам, раз Бен занят, – сказал он, сверкая от радости глазами. – Нам с отцом придется провести ночь у водопоя, а тебя кто-нибудь отвезет домой. Ехать совсем не далеко.
– Съездить к пастухам? – Джина почувствовала, как у нее запылали щеки. – Вот здорово!
– Съездить к пастухам? Ни в коем случае!
Они видели, что Филипп выехал на своем огромном белом жеребце из конюшни и быстро приближается к ним, однако не ожидали, что он с такой яростью осадит коня и вступит в разговор.
– Джина этого не хочет! Разве можно тащить юную леди в буш, в компанию к таким хулиганам, как Дасти и прочая компания! – взревел он.
«Филипп не желает подпускать меня к своему сыну», – мгновенно поняла Джина. Джон смутился.
– Извини, Джина, я-то думал, тебе будет весело…
– Мне действительно будет весело, и я хочу поехать, – твердо ответила она. – А хулиганов я не боюсь, я их знаю с детства, и Дасти, и всех остальных.
Джон снова повеселел.
– Тогда все в порядке! Пойду выберу тебе лошадь…
– Не торопись, Джонно. – Голос у Филиппа был жесткий, как гранит, а взгляд и того жестче. – Извини, милая, только не сегодня. У нас много дел, и к водопою мы доберемся лишь к ночи. И потом, стадо нервничает, когда рядом женщина – что уж говорить о мужчинах!
Джон не верил своим ушам.
– Отец, о чем ты?
– Извини, Джонно, это последнее слово. – Он широко улыбнулся Джине. – Я уверен, наша юная леди и здесь найдет, чем заняться. Почему бы тебе не прогуляться в селение, к черномазым? – «Где тебе самое место!» – явно хотел сказать он. – Покажи им танцы, которым ты выучилась в городе.
– Мне незачем учить сельчан танцевать, – с достоинством ответила девушка. – Они умели это делать уже несколько миллионов лет назад.
– Ну тогда ты у них поучись основным движениям.
Джина сжала губы.
– Мистер Кёниг, я учусь танцевать с восьмилетнего возраста.
– Помню-помню, – рассмеялся Филипп. – Я как-то был на твоем концерте, кажется, в школе. Или в лагере черномазых?
Господи, что он делает, зачем все время упоминает о «черномазых»? – с ужасом подумал Джон. Что на него нашло? Стараясь не смотреть на Джину, он еле сдерживался, чтобы не вмешаться. Она не поблагодарит его, если он не даст ей самой постоять за себя!
Бен судорожно вцепился в перила, от напряжения у него вздулись вены на руках, как у боксера перед схваткой. Отец, мысленно вскричал Джон, ты ведь говоришь о его дочери, о его жене, ради Бога, прекрати!
Джина чувствовала, что самообладание начинает изменять ей.
– В сиднейском Театре танца, где я сейчас работаю, есть и чернокожие танцоры.
– Уж если ты говоришь о чернокожих…
Она знала, что Филипп насмехается над ней, но ничего не могла с собой поделать.
– Кури. Аборигены. Выходцы с Островов, всех цветов. А некоторые – эскимо, как я!
Филипп от всей души расхохотался, лошадь под ним испуганно шарахнулась.
– Эскимо?
Джипу уже трясло от гнева.
– Да. Темные снаружи, белые внутри. Рожденные черными, воспитанные белыми.
Филипп чуть не подавился от смеха.
– Берете все лучшее и с той, и с другой стороны?
«Не обращай на него внимания», – сказала себе Джина и обернулась к Джону:
– Думаю, я проведу день с соплеменниками моей мамы. Может быть, они меня чему-нибудь научат, а может быть – я их, кто знает?
Филипп безжалостно дернул за узду, разворачивая взмыленного жеребца.
– А потом снова в Сидней? Такая хорошенькая девушка явно не захочет похоронить себя в нашей глуши.
Она знала, Джон ждет ее ответа.
– Но ведь вы захотели. И Джон тоже.
Филипп махнул рукой.
– Мы мужчины, скотоводы. Нам и быть со скотом. А ты танцовщица, перед тобой весь мир. Ты могла бы работать в Лондоне, в Париже, в Нью-Йорке. Я слышал, в Нью-Йорке много черных танцоров.
Джина глубоко вздохнула:
– Конечно.
Филипп успокоил жеребца, посмотрел ей в глаза.
– Если все дело в деньгах, мы с радостью поможем, не правда ли, Бен? Выделим стипендию, чтобы ты могла учиться, где захочешь.
Лишь бы подальше отсюда, от вашего сына. А то вдруг он заинтересуется девушкой из поселка черномазых…
Какая подлость, подумала она и уже вслух продолжила свою мысль:
– Мистер Кёниг, вы хотите сказать, что заплатите, лишь бы я уехала?
Филипп картинно всплеснул руками.
– Милая! С таким воображением тебе нужно быть писательницей, а не балериной! Каждому свое. Скотоводам место на ферме, а балеринам – в театре. Скажи, ты тут обнаружила театр? Подумай о Париже, о Нью-Йорке. Говорят, в Нью-Йорке весело!
И Филипп с гиканьем умчался прочь.
Бен задумчиво смотрел ему вслед, сгорбившись, будто став меньше ростом.
Джон дотронулся до руки девушки и почувствовал, как напряжены ее нервы.
– Пожалуйста, не обращай внимания. – Джон пытался делать вид, что ничего не произошло, но это ему не очень-то удавалось. – Отец – прирожденный лидер, он любит помогать людям, руководить ими.
– Мной он руководить не будет!
Джина резко развернулась и чуть не бегом направилась в свою комнату. Она боялась, что разрыдается на глазах у мужчин. «Если в ближайшее время его никто не убьет, – всхлипнула она, – значит, нет на земле справедливости!»




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - В порыве страсти - Майлз Розалин

Разделы:
1234567891011121314151617181920212223242526272829303132333435

Ваши комментарии
к роману В порыве страсти - Майлз Розалин



Потрясающий роман. Браво автору. Очень удачно описаны характеры героев, особенно г.героев.Сюжет немного переплетаеться с детективом, но от этого он ещё интересней.
В порыве страсти - Майлз РозалинGala
7.04.2015, 23.34








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100