Читать онлайн Влюбленная вдова, автора - Майклз Кейси, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Влюбленная вдова - Майклз Кейси бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.45 (Голосов: 42)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Влюбленная вдова - Майклз Кейси - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Влюбленная вдова - Майклз Кейси - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Майклз Кейси

Влюбленная вдова

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

Знаменитая кондитерская «Кокосовая пальма», помещавшаяся в доме номер 64 по Сент-Джеймс-стрит, существовала чуть ли не с XVII века. В ту пору она была просто скромной кофейней. Глядя на нее сейчас, вряд ли бы кто-то поверил в это. Превратившись в изысканный аристократический клуб, известный своими строгими традициями, она в глазах Киппа была замечательна в первую очередь тем, что там человек мог рассчитывать на известную уединенность — во всяком случае, до восхода солнца.
Он почти упал на стул в самом дальнем углу комнаты, проклиная весь мир в целом и свою горькую долю, какой она казалась ему в эту минуту.
— Напрасная трата времени! — горестно бубнил он, уставившись в бокал с вином. — С таким же успехом можно толочь воду в ступе! Зря мы вообще отправились в парк. Не думаю, что у меня хватит решимости повторить нашу вылазку еще раз, Брейди.
— Тут ты прав, старина, — поддакнул его приятель, глядя на него через стол. — Сам не знаю, чего нас туда понесло. Абсолютно бессмысленная затея.
И только после этого решился сделать то, о чем размышлял уже давно, — пустить пробный шар, но только очень осторожно! Во-первых, Кипп все же был его другом. А во-вторых, Брейди видел, что его друг действительно страдает.
— Все еще пытаешься залечить сердечную рану, да, дружище? Нет-нет, если ты решил пустить мне кровь из носу, лучше считай, что я ничего такого не говорил! Тебе просто показалось! И потом… я ведь даже не упомянул ее имени, правда?
— Да, Брейди, ты настоящий друг, — согласился Кипп, сразу догадавшись, на что он намекает. Но даже если граф и рассчитывал покопаться в его душе, то уж Кипп точно не намерен был облегчать ему эту задачу. — А теперь почему бы тебе не перестать совать свой длинный аристократический нос в мои дела и не позволить мне мирно пить свое вино?
— Как скажешь, старина, — вздохнул в ответ Брейди. — Извини, друг… но я до смерти люблю сидеть и слушать, как ты плачешься мне в жилетку по поводу своих горестей. Забавно смотреть, как ты хмуришься! Две-три морщинки на твоем гладком лбу если и уродуют его, то лишь чуть-чуть. К тому же, пронюхав о том, что ты уже не так божественно прекрасен, весь Лондон только обрадуется — если не считать дам, конечно!
Кипп снова глотнул вина и сдался, поняв, что вряд ли ему удастся избежать обсуждения ненавистной темы, которую так неосторожно затронул Брейди.
— Ну, тебе ведь известно, что Мэри с Джеком сейчас в Филадельфии. Уже почти год прошел с тех пор, как они уехали туда, — проговорил он, поднимая бокал к глазам и внимательно рассматривая вино на свет. — Радуются жизни, как две беззаботные пташки, а каково мне, им, похоже, наплевать. Нет, — добавил он, покачав головой, — это не так. Мэри давно уже знает. А Джек, я думаю, всегда это знал. Во всяком случае, догадывался — еще с тех пор, как мы детьми играли втроем. О Боже, Брейди, как я проклинал свое проклятое благородство, когда желал им счастья! Да что там — я ведь своими руками помог им его обрести!
— Джек Колтрейн с детских лет был твоим самым близким другом, Кипп, — напомнил ему Брейди, который слушал эту историю уже во второй раз. Но тогда Кипп упился до положения риз, и Брейди поймал себя на том, что ему до смерти жаль виконта. Впрочем, ему и сейчас было его жаль — но что-то подсказывало Брейди, что Киппу нужно раз и навсегда покончить с прошлым. Оплакать его, поставить на нем крест и только потом уже заниматься поисками жены. — Тем более я помню, как ты сам говорил мне, что с того самого времени, как Мэри водили на помочах, она смотрела только на Джека.
Кипп одним глотком опрокинул в рот содержимое бокала.
— Ладно, Брейди. Раз уж ты решил точить меня как ржа железо, пока я не расскажу тебе все до конца, не вижу причин, почему бы мне не покончить со всем этим прямо сейчас.
— Я?! Точу тебя?! О, ты ранил меня в самое сердце! — Ехидно ухмыльнувшись, Брейди придвинул свой стул поближе, уселся поудобнее и навострил уши. В глазах его плясали веселые чертики. Худое, отличающееся немного суровой красотой лицо графа вдруг приняло проказливое выражение, словно у удачливого мальчишки-карманника, каких немало снует по Пиккадилли. — Ну-ну, рассказывай.
— Знаешь, Брейди, я тебя люблю. Если бы не это, с чего бы мне, скажи на милость, терпеть, как ты то и дело грызешь меня за мои самые восхитительные грехи?!
— А что, скажешь, плохо мы с тобой грешили? Кипп ухмыльнулся:
— Да, это уж точно. Ну а теперь, если ты помолчишь минутку, я уж, так и быть, расскажу тебе о письме Джека. Представляешь, оно шло почти три недели.
— Да что ты? — Брейди глотнул вина, краем глаза заметив, что сурово сжавшиеся губы друга превратились в узкую белую полоску. — И что же он пишет? Небось восхищается местной флорой и фауной и клянется привезти тебе в
подарок шерстяные индейские одеяла, табак и маис?
— Не угадал. Они просят меня стать крестным отцом их первенца. Наверное, он уже успел появиться на свет, поскольку Джек сообщил, что они ожидают его со дня на день.
— Ух ты! — Растерянно моргнув, Брейди откинулся на спинку стула, ожидая продолжения.
— Ну я и согласился, естественно. А как же иначе — ведь у меня и в мыслях никогда не было встать между ними. И все равно — держу пари, что Джек и Мэри будут до смерти рады увидеть меня женатым, когда вернутся из Америки, а это случится через месяц-другой. Уверен, у них станет тяжело на душе, если они решат, что я сижу один-одинешенек в своем пустом огромном доме всего лишь в двух шагах от их собственного, где царит счастье. Еще вообразят меня этакой жертвой неразделенной любви! Эй! — окликнул он служанку. — Еще бутылку, пожалуйста!
Брейди молчал. Его грызла совесть, ведь он сам вызвал Киппа на этот разговор. И все же хорошо, что ему удалось наконец заставить обычно скрытного друга излить то, что наболело у него на душе.
— Ага, ну вот, кажется, я и получил наконец ответ. Если отбросить в сторону весь тот ворох вранья, каким ты пытался заморочить мне голову, то все ясно как божий день. Ты хочешь жениться только ради спокойствия Мэри. Чтобы она не думала, будто ты несчастен.
— Да… что-то в этом роде. Ну а раз уж я решился на это, следует поторопиться — в моем распоряжении от силы пара недель. И за это время я должен найти себе жену.
И снова повисло молчание.
Они были слишком близки, чтобы Брейди не догадывался, что Кипп сказал ему все. И сейчас он молча радовался тому, что у его друга хватило решимости покончить с прошлым.
А раз так, значит, его долг — попытаться развеять повисшее за столом мрачное уныние.
— Ладно, старина, не вешай нос. Кстати, о том восхитительном ангелочке, которым мы с тобой только сегодня любовались в парке… ну, та блондиночка с невинными голубыми глазками, помнишь? Так вот, я не я буду, если не выясню, кто она такая. Нет-нет, можешь меня не благодарить! А потом, если нам повезет, думаю, мы увидим ее завтра вечером на балу у Селборнов. А если даже и нет, что ж… по крайней мере мы с тобой знаем, какие интересные вечера устраивают Софи и Брэм. Кстати, Брэм только на прошлой неделе жаловался мне, что у них появилась еще одна блохастая обезьяна. Они, дескать, взяли ее лишь для того, чтобы Джузеппе не было скучно, бедняжке. И теперь они на пару носятся по всему дому.
— Ах да, милая Софи и ее зверинец! До сих пор не понимаю, что она нашла в старине Брэме, а ты? Я ему всегда говорил, хорошо все ж таки, что их единственная дочка вылитая Софи! Второй такой женщины нет на свете. Впрочем… не думаю, что хотел бы получить в жены такую красавицу. Хотя, если честно, та блондиночка в парке была очень даже ничего!
— Даже слишком — ты это хотел сказать? Господи, хоть убей, не понимаю тебя, старина! Ладно, не нужна тебе красавица — не надо. Но уж позаботься, чтобы у нее по крайней мере были хорошие зубы. — Развалившись на стуле, Брейди хищно ухмыльнулся, и его собственные зубы, белые и острые, как у волка, ослепительно сверкнули в пламени свечей. — Боюсь, в данном пункте я буду вынужден твердо стоять на своем. Послушай, ты и в самом деле не хочешь взять в жены красавицу? То есть я хочу сказать — если уж тебе так не терпится, что ты готов сам сунуть голову в петлю… черт, почему бы и нет?!
— Потому что мне вовсе не нужна еще одна Софи… или еще одна Мэри — словом, ты меня понимаешь. Я хочу найти жену, которая подарит мне наследника… и то лишь потому, что моя покойная матушка вбила себе в голову, что без него не обойтись. А когда он появится, я тут же дам ей понять, что с этой минуты у нее своя жизнь, а у меня — своя. По-моему, этого достаточно, как ты считаешь?
— Ну, если ты так думаешь, дружище, — неуверенно протянул Брейди, тут же отметив про себя, что он единственный во всей Англии человек, способный всерьез отнестись к тому, что сможет сыграть для Киппа Ратленда роль Купидона при его прагматичном взгляде на женитьбу. Бедняга пытается себе внушить, что ему нужна тихая, покладистая, незаметная женщина. Словом, удобная жена. Но Брейди отлично знал, что это не так.
Ну уж нет, подумал он, вот что ему нужно на самом деле, так это влюбиться — страстно, безумно, неистово. Ему нужна женщина, которая заставит его потерять голову — и поможет выкинуть из головы все мысли о прошлом.
Итак, пришел к выводу Брейди, все, что теперь от него требуется, — это разнюхать, кто та молоденькая блондинка, потом заставить ее благосклонно взглянуть на Киппа, после чего доказать ему, что он ищет невесту не там, где следует… Ну… и можно считать, дело в шляпе. Господи, знать бы еще, где ее искать!
Сразу повеселев, граф Синглтон решил, что это отличный план — осталось только привести его в исполнение. А потому с легким сердцем наполнил бокалы вином. Вперед и только вперед, мысленно воскликнул он, и очень скоро Кипп найдет женщину, достойную его любви; а уж он позаботится, чтобы именно так и случилось!
Тоскливая тема супружеского счастья Мэри и Джека в этот вечер больше не поднималась.
— Эбби? Эбби, дорогая, это ты? Ну конечно, ты. Кому ж тут еще быть — разве что грабителю. Но если это так, я должен предупредить тебя, что в доме нет ни гроша. Эбби, ну иди же скорей к нам! Нам пришла в голову такая замечательная идея — ты просто не поверишь!
— О, только не это! Спаси нас Господи от этих «замечательных» идей! — сквозь зубы пробормотала Эбби и протянула свою ротонду и шляпку рассеянной Эдвардине. Но та, уже напрочь забыв о ней, взбежала по лестнице и близоруко уставилась на себя в зеркало.
— Черт! — буркнула Эбби вслед племяннице. Потом рассеянно поправила густые белокурые волосы, как обычно, низко сколотые на шее скромным пучком, расправила узкие плечи и открыла дверь в гостиную.
Хоть и весьма скромно обставленная, эта комната, однако, была едва ли не самой лучшей в крошечном, убогом домике, который они снимали на Халф-Мун-стрит.
Естественно, дядюшки уже были тут — чинно сидели рядышком на хлипком диванчике, обтянутом сиреневой материей, готовой вот-вот треснуть от старости. Пушистые венчики седых волос, окружавших сияющие лысины, стояли дыбом — судя по всему, оба почтенных джентльмена были в полном восторге от собственной изобретательности.
Они даже не заметили ее появления, и это при том, что дядюшка Дэгвуд сам же звал ее только минуту назад!
Впрочем, вот такими они и были, братья-близнецы Бэкуорт-Мелдоны. Они всегда жили в собственном сумасшедшем мирке. Оставалось только радоваться — ну, это еще неизвестно! — что оба до сих пор вообще помнили о ее существовании.
И пока оба джентльмена, заговорщически хихикая, перешептывались, Эбби со вздохом уселась на такой же диванчик в противоположном углу комнаты. Налив себе остывшего чаю, она окинула добродушным, любящим взглядом обоих «дядюшек».
Поговорка «как две горошины в одном стручке» хоть и не вполне им подходила, однако, как ни странно, приходила на память каждому, кому выпадало счастье увидеть Дэгвуда и Бейли Бэкуорт-Мелдонов.
Даже сейчас, разменяв уже шестой десяток, близнецы упорно одевались одинаково. Увы, сказали бы вы, увидев их, и немудрено, потому что вкуса у обоих было не больше, чем в вареном турнепсе.
Оба щеголяли сверкающими лысинами, которые благодаря немногим сохранившимся клочьям седоватых волос смахивали на тонзуры средневековых монахов. Вдобавок престарелые джентльмены были невысокими, чуть выше Эбби. У
обоих была утиная походка вразвалочку, вечно заложенный нос, и ко всему прочему братьев неизменно сопровождал удушливый запах духов, которыми они поливали себя весьма щедро.
Однако Дэгвуд был тяжелее брата примерно на три Стоуна
type="note" l:href="#FbAutId_2">[2]
, и только благодаря этому Эбби в конце концов научилась отличать его от брата. Как все-таки странно, иной раз думала она, что один из близнецов обожает сладкое, тогда как другой предпочитает овощи, считая, что от них «кишкам одна только польза».
Один пухлый, другой тощий — вот и все, что отличало близнецов друг от друга. Эбби, посмеиваясь про себя, именовала Дэгвуда и Бейли «толстый и тонкий».
И при этом в карманах у обоих гулял ветер — так же, как и у всех Бэкуорт-Мелдонов.
Надо сказать, что семейство Бэкуорт-Мелдон никогда не отличалось особым богатством. Собственно говоря, их денежные дела скорее можно было бы назвать благородной нищетой, однако по-настоящему туго им стало всего года четыре назад. Это случилось вскоре после свадьбы Эбби с младшим братом обоих
близнецов, Гарри. И в тот же год отец Эдвардины, Честер, подхватив простуду, скоропостижно скончался.
В том, что семья потеряла даже те крохи, которые имела, был виноват только Гарри. Все эти четыре года, три из которых она вдовела, Эбби несла на своих плечах тяжкий груз вины за то, что натворил Гарри, за его несусветную
глупость.
К сожалению, идти Эбби было некуда. Да и что вообще оставалось двадцатитрехлетней вдове без гроша в кармане и без малейших перспектив в будущем: заполучить богатого мужа — маловероятно, ждать наследства — неоткуда, вот и остается только служить опорой и поддержкой семье, в которую она когда-то вошла, полная детской наивности и радужных надежд на счастье.
Но если честно, Эбби успела их полюбить. Она любила их всех: Эдвардину, ее бесталанного братца Игнатиуса, Гермиону, вдову Честера, и обоих близнецов. О нет, поправилась она, не всех. Было одно исключение — Эбби терпеть не могла Пончика, пуделя Гермионы. Кстати, его люто ненавидели все, у кого в голове была хоть капля мозгов.
Именно Эбби когда-то увидела в расцветающей с каждым днем красоте Эдвардины возможность поправить финансовые дела их семьи. Девочка могла сделать блестящую партию, не прилагая к этому никаких усилий. (Дай Господи, чтобы так и было, взмолилась про себя Эбби. Потому что глупышка Эдвардина вместо того, чтобы жить, просто плыла по течению.)
Это был отличный план, даже с учетом всех его слабых мест. Брак с человеком богатым и респектабельным позволил бы Бэкуорт-Мелдонам поправить свои изрядно пошатнувшиеся дела. А это, в свою очередь, удержало бы обоих близнецов от их безумных попыток разбогатеть.
Как предполагала Эбби, сегодня ее и призвали как раз для того, чтобы она выслушала очередную «замечательную идею» Дэгвуда и Бейли.
Отставив в сторону чашку, она деликатно откашлялась, надеясь привлечь этим внимание своих дядюшек.
Впрочем, обычно это не срабатывало. Не сработало это и сейчас. С головой погрузившись в свой разговор, они скорее всего даже не заметили ее появления.
— Говорю тебе, Дэгвуд, у нас непременно все получится. Довольно уже этих попыток пристыдить человека и заставить его хоть раз в жизни поступить честно. Атака — вот что нам нужно…
— Он ограбил нас…
— … а мы вернем все себе.
— Только представь себе — ночь, обмотанные тряпками копыта лошадей, черные маски на лицах…
— … сунуть парочку монет кому нужно…
— … и бах! — одна нога здесь, другая там…
— … пришли и испарились…
— … словно призраки…
— … а на следующее утро вас обоих вздернут на виселице! — непререкаемым тоном закончила дискуссию Эбби, таким образом заставив увлекшихся близнецов заметить ее присутствие. — Да вы никак рехнулись! Решили, значит, просто украсть ваше так называемое богатство у сэра Терстона, да? Вот, значит, почему вы согласились приехать в Лондон? Вот ради чего я лезу из кожи вон, стараясь пристроить вашу племянницу раньше, чем кто-то вдруг обнаружит, что ее ангельское личико скрывает полное отсутствие мозгов?! И все для того, чтобы вы могли без помех украсть лошадь?!
— Не просто лошадь, — надувшись, пробурчал Бейли и обиженно уткнул подбородок в галстук, на котором, как обычно, красовались пятна от его любимого морковного супа. — Приз Бэкуортов — это не просто какая-то лошадь, не забывай об этом, девочка. Брат, ну скажи же ей!
— Победитель скачек в Ныомаркете — причем неоднократный! — хвастливо произнес Дэгвуд — наверное, в сотый раз за последние шесть месяцев. Сказать по правде, вздумай Эбби сосчитать, сколько раз ей приходилось вежливо выслушивать историю о легендарном жеребце по кличке Приз Бэкуортов, она бы, наверное, рехнулась. Или вообще повесилась.
— Ах, какие блестящие победы! — снова завел свою любимую песню Бейли. — А потом мы пустили его на племя, и три года он кормил нас всех! Мы просто купались в деньгах — вот что сделала для нас эта лошадь!
— Пока Гарри…
— Да-да, знаю, — тяжело вздохнув, перебила Эбби. — Пока мой покойный муж, упокой Господи его душу, не спустил его в карты сэру Терстону Лонгхоупу. Который, по вашим словам, бессовестно плутовал — кстати, доказать это вряд ли удастся.
— И не нужно. Всем известно, что бедняга Гарри был пьян как сапожник, и Лонгхоуп просто воспользовался этим.
— Истинная правда, Бейли, — подтвердил Дэгвуд. — Кто ж не знал, что Гарри был мастером закладывать за воротник, прости, дорогая Эбби, но из песни слова не выкинешь! Только вот жеребец-то был не его, а наш! Мы-то ведь как-никак старшие в роду. А мы к его проигрышу не имели никакого отношения, верно?
— Да только вот негодяю Лонгхоупу до этого не было никакого дела. Явился в наш дом и преспокойненько увел лошадь, наше сокровище, пока мы хоронили Честера да пытались привести в чувство Гермиону, которая закатывала одну истерику за другой, и это при том, что Честеру всегда было на нее наплевать…
— И пока мы из кожи вон лезли, чтобы заткнуть рот сплетникам, которые просто как с ума сошли после безвременной кончины несчастного Гарри. Не забывай об этом.
— Точно, Бейли. Ну и начудил бедняга! Удавился на собственном галстуке, выбираясь из будуара леди Стентон по водостоку, — подумать только! Трудно даже представить себе, что испытали несчастные жители Мейфэра, когда проснулись на следующее утро и увидели Гарри, болтавшегося на ветру словно флаг, в перемазанных грязью панталонах и с вывалившимся языком, — вторил брату Дэгвуд. Спохватившись, он бросил виноватый взгляд на Эбби: — Прости, милая. Не будем об этом, ладно?
— Хорошо. Не будем, — с вымученной улыбкой кивнула Эбби. После ужасной кончины мужа она впервые обнаружила, что перестала смущаться при упоминании о его беспутстве. Она только злилась на себя — ведь ей было всего девятнадцать, когда они встретились, но она была так глупа, что считала его замечательным. Считала, пока он не пустил по ветру ее небольшое приданое, а потом ясно дал понять, что теперь она ему не очень-то и нужна. — Забудем об этом. Зато вспомним, что увести лошадь из конюшни сэра Терстона Лонгхоупа…
— И не одну, а всех, что там есть, — перебил ее Дэгвуд. — Они все наши, будь я проклят! Отсюда до Уимблдона рукой подать, Лонгхоуп на сезон снял дом на Беркли-сквер, так что ни одна живая душа нас не увидит. Ты и глазом моргнуть не успеешь, как мы уже вернемся. А утром галопом домой, в Систон.
Эбби смерила близнецов таким взглядом, что они поперхнулись.
— А теперь послушайте меня, — процедила она, смерив их уничтожающим взглядом. — Только попробуйте сделать это! Во-первых, у вас ничего не выйдет. А во-вторых, даже если и выйдет, то сэр Терстон тут же догадается, чьих это рук дело. Украсть из конюшни лошадь — к тому же не одну! — это просто уму непостижимо! Знаете, чего вы добьетесь? Что завтракать будете уже в тюрьме! Хотите перещеголять по части глупости даже Гарри?
— Кстати, мы можем отправиться в Систоп прямо из Уимблдона. Даже еще лучше — прокрадемся туда под покровом ночи…
— …ничего не может быть проще. Молодец, Эбби. Всегда говорил, что у тебя светлая голова на плечах.
— Да, и я намерена сделать все, чтобы она там и осталась! — Эбби возмущенно потрясла пальцем под носом сначала у одного из дядюшек, потом у другого. — Я сказала — нет! Вам понятно? Даже не думайте! Лучше давайте поговорим о том сокровище, которое у нас осталось: об Эдвардине. Согласны?
Близнецы незаметно обменялись заговорщическими взглядами, пожали плечами и принялись наперебой оправдываться.
— Клянусь, мы выкинем это из головы, Эбби, дорогая! — торжественно пообещал Дэгвуд, в то время как
Бейли с самым серьезным видом молча кивал. — Больше ни слова! Вот увидишь — мы останемся в городе до конца сезона, выдадим замуж наше бесценное сокровище и вообще будем самыми примерными из дядюшек!
— Так я вам и поверила! — взвизгнула Эбби, окидывая их сверху вниз свирепым взглядом — впрочем, без особой надежды на то, что это их образумит. — Я была бы полной дурой, если бы вам поверила! Ладно, дайте мне слово, что будете советоваться со мной и дальше, если вам в голову придет очередная «замечательная идея», хорошо? Тогда у нас по крайней мере появится шанс улизнуть прежде, чем всю нашу семью закуют в кандалы!
— Моя милая девочка…
— … такая заботливая, такая…
— … чудесная. И все же как забавно было бы…
— Нет, — железным тоном отрезала Эбби. — Выкиньте это из головы!
— … покрыть лицо сажей и в полночь промчаться через деревню…
— … припав к седлу…
— А ну прекратите! Немедленно!
— … прокрасться на цыпочках внутрь, отыскать нашего красавца…
— Я сказала — нет!!!
— Вот я и говорю — такая милая девочка…
— … так всегда заботится о нашем благополучии. Поди сюда, Эбби, поцелуй дядюшек!
Эбби покачала головой, закусила губу, стараясь не рассмеяться, и подчинилась. Она прижалась губами сначала к пухлой щеке, потом к впалой, потом, в свою очередь, подставила им щеку для поцелуя. И снова стала суровой, потому что — Бог свидетель! — кто-то же должен следить за порядком в этой сумасшедшей семейке, или им всем не миновать каторги!
— Ну а теперь, джентльмены, вспомните, что все мы сегодня вечером приглашены на обед — кстати, это, кажется, первое и единственное приглашение, которое мы получили с тех пор, как приехали в город, — грустно добавила она. — Думаю, нет нужды повторять, как важно произвести самое выгодное впечатление на барона Хэндли и его супругу — тогда, возможно, за этим приглашением последуют и другие. Итак, для всех нас это решающий день — если мы, конечно, хотим, чтобы Эдвардина имела успех в обществе.
— Хэндли, так-так, — хмыкнул Дэгвуд. — Наверняка он припомнит ту сотню фунтов, что ты занял у него в прошлом месяце, Бейли. Ну и народ теперь пошел — нет ни малейшего понятия о приличиях. Так что не дай ему загнать себя в угол, братец. Нужно только…
— … держать ухо востро…
— … и держаться поближе к дамам…
— … лучше всего укрыться за юбками Гермионы, верно?
Эбби подавила вздох, гадая, за какие грехи она вынуждена терпеть подобные муки.
— А теперь, дорогие мои дядюшки, у меня к вам три просьбы — всего три! Во-первых, будьте готовы вовремя, чтобы не пришлось платить кучеру за ожидание. Во-вторых, если сэр Терстон Лонгхоуп тоже окажется в числе приглашенных — а я искренне надеюсь, что его там не будет, — не вздумайте назвать его вором, ни в лицо, ни за спиной! Обещаете?
Бейли, так и не научившийся считать до трех, послушно кивнул.
Дэгвуд, более сообразительный, озадаченно нахмурился:
— Но ты сказала, что у тебя три просьбы, Эбби? Боюсь, ты что-то пропустила.
Эбби направилась к двери, собираясь заставить Эдвардину принять ванну.
— Ах да! — Улыбнувшись, Эбби бросила на них последний взгляд. — Ничего нового, дядюшка Дэгвуд. Просто хотела напомнить, что сегодня очередь Игги запереть Пончика в чулане, чтобы его мамочке не пришло в голову взять эту тварь с собой на обед!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Влюбленная вдова - Майклз Кейси



Ужасная тягомоть.Нудно,глупо,очень затянуто.Не советую.
Влюбленная вдова - Майклз КейсиЛеся
27.10.2012, 2.49





превосходный роман.
Влюбленная вдова - Майклз КейсиДинара
12.11.2014, 16.42








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100