Читать онлайн Вызов гордости, автора - Майклз Кейси, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Вызов гордости - Майклз Кейси бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.49 (Голосов: 45)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Вызов гордости - Майклз Кейси - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Вызов гордости - Майклз Кейси - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Майклз Кейси

Вызов гордости

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

– Хоть я и не в восторге от твоей записки, Джаред, очень уж она странная, но это вполне достаточный повод отложить мою поездку в ту сырую пещеру, которая (что просто смехотворно!) называется моим сельским поместьем; так что я у тебя в долгу. – Кевин Ролингс, новоиспеченный граф Локпорт, с довольным видом сидел, откинувшись на спинку кресла и элегантно скрестив ноги, обтянутые панталонами из оленьей кожи. Он потягивал спиртное из высокого стакана и выглядел олицетворением беззаботности, но его проницательные глаза внимательно изучали искаженное лицо хозяина дома. Если говорить правду, то Кевин покрыл расстояние от Лондона до Сторм Хейвена в рекордно короткий срок, едва не загнав своего коня – после того, как получил письмо Джареда о неудавшемся нападении на Анну и Бо.
Сделав приличный глоток портвейна, он спросил:
– А как у них дела сейчас? Бо снова в добром здравии?
Джаред осушил свой бокал и подошел к буфету, где стоял графин:
– Бо выздоравливает, слава Богу, и сделался героем всего графства. Анна от него не отходит, и, право же, я думаю, что он счастливейший из смертных, – ответил он с печальной улыбкой.
Кевин встал с кресла. После четырех часов в седле ему не очень-то хотелось сидеть. Он подошел к окну и выглянул в сад – когда он уезжал, сад был в полном цвету, а сейчас уже увядал.
– Может быть, тебе стоит начать с самого начала, дружище? В твоем письме упоминается какой-то заговор.
– Если я прав, Кевин, это не очень приятная история.
– Но я готов выслушать ее целиком.
– Ну ладно. Садись, а я позабочусь, чтобы нас не беспокоили.
Джаред запер дверь в библиотеку, налил обоим по щедрой порции выпивки и рассказал Кевину все, что знал, о кошмаре, случившемся шесть дней назад.
– Предполагалось, что это будет похоже на грабеж, – во всяком случае, они хотели, чтобы мы так думали. Бо решил не сопротивляться, потому что с ним была Анна, а Хэрроу те уже успели обезвредить. Бедняга Бо быстро понял свою ошибку, когда услышал, что разбойники обсуждают, ограбить ли своих жертв до или после того, как они с ними разделаются.
– Господи, как это грубо! – протянул Кевин. – Отвратительные личности. Я бы лучше поцеловал огромного дряхлого медведя, чем прикоснулся к еще не остывшему телу.
Джаред возвел глаза к потолку и поинтересовался у Кевина, не хочет ли он сказать что-нибудь еще, пока рассказчик не приступил к продолжению. Кевин, царственно склонив свою белокурую голову, ответил отрицательно:
– Они ехали в Сторм Хейвен в моей карете. В моей, Кевин. Мерзавцы охотились за мной и Амандой, и только благодаря милости Божьей боевой клич Бо испугал одного из подонков, а второго единственным выстрелом ранило в ногу, так что он тоже пустился в бега.
– Милость Божья, клянусь моей святой тетей Сарой! Дуракам везет.
Джаред сердито отмахнулся, не видя в происшествии ничего смешного:
– Ты что, не понимаешь, Кевин? Моя проклятая недальновидность едва не стоила жизни двум хорошим людям. Бо всегда говорил, что Фредди паршивый человек. И Аманда говорила. Они оба пытались меня предостеречь. Но нет – я считал себя самым умным! Я над ними смеялся!
Наконец-то Джаред открыл другу истинную причину своего смятения, и в голосе его зазвучало отчаяние.
– И смотри, что из этого вышло: у двоих хороших людей жизни едва не оборвались, не успев начаться, а моя жена сидит наверху в спальне, и ее сознание словно заперто в черную шкатулку, ключа от которой я никак не найду. Она не разговаривает, Кевин. Она почти ничего не ест. Она просто сидит там целыми днями, а по ночам лежит рядом со мной, как деревяшка, и никак не реагирует на мои объятия. Она уверена, что навлекла на всех нас опасность, выйдя за меня замуж. Она одержима страхом за ребенка и за меня. Она говорит, что, если бы не настояла на этой беременности, ничего этого не случилось бы. Я знаю, что у женщин в ее положении бывают странные мысли, но Аманда убеждена, что приносит всем только несчастье, и даже Агги не может ее переубедить. – Джаред упал в кресло и закрыл лицо руками. – Так продолжаться не может, Кевин! Еще немного, и я ее потеряю – а без нее я умру.
Кевин сочувствовал Джареду, но его мысли занимала прежде всего первая часть истории.
– Скажи, почему ты так уверен, что это был Фредди, и почему говоришь «они», а не «он»?
Джаред с большим трудом взял себя в руки и снова встал с кресла. Он так устал! После того бала он спал урывками, всего по несколько часов. Сквайр Босли был слишком занят своими расстроенными домашними, чтобы дать делу официальный ход, поэтому расследованием занимался Джаред. Каждую свободную минуту он проводил с женой, но она едва его замечала. Погрузившись в депрессию, она спряталась в свой мир, куда Джареду доступа не было.
– Ну что я могу тебе ответить? – произнес он, наконец. – Бо рассказал то, что слышал, а это подтверждает, что головорезов кто-то нанял, какие-то «господа». Мои единственные враги – по крайней мере, известные мне – это Бланш и Фредди. Бланш знала про тот званый вечер и знает, что Аманда беременна. Нам известно, что она услужливо сообщила об этом Фредди, ты сам мне об этом писал. Дентон не поднял бы на меня руку – зачем ему убивать курицу, несущую золотые яйца? А вот Бланш и Фредди запросто могли составить этот «чудесный» заговор. Должно быть, Фредди пришел в ярость, когда узнал, что скоро станет вторым в очереди на титул, а может, отодвинется и еще дальше, если Аманда окажется плодовитой. Самый простой способ обеспечить себе титул – это избавиться от меня и Аманды, устроив вооруженный грабеж, во время которого мы оба погибнем!
– Ну хорошо, насчет Фредди я согласен, но все равно не понимаю, каким образом сюда примешалась Бланш. Отвергнутая женщина? По-моему, это чересчур, – задумчиво сказал Кевин.
– Когда я был в Лондоне, мы с Бланш сильно поссорились, а Аманда еще подбросила дров в огонь, когда Бланш явилась сюда с визитом – заявила, что я ей все об этом рассказал. Конечно, я ничего не рассказывал, но именно ту встречу Бланш не хотела бы делать достоянием публики. Меня ничуть не удивило, что они с Фредди спелись. Если уж на то пошло – ты бы мог предположить, что Бланш явится в Сторм Хейвен?
Конечно, мне бы хотелось иметь настоящие доказательства, но я не знаю, как быть, – разве что сыщики с Боу-стрит выследят хотя бы одного грабителя. Я бы отправился в Лондон и вытряс правду из Фредди, но не могу оставить Аманду даже на день. Вот почему я написал тебе – если ты повидаешься с Фредди, то, возможно, сумеешь найти ответы на некоторые вопросы.
– Хорошо, я их найду, – пообещал Кевин, не зная, о ком тревожиться сильнее – о юной женщине наверху или об отчаявшемся мужчине напротив. – Найду, даже если мне придется с корнем вырвать раздвоенный язык Фредди! Кевин поднялся и похлопал друга по плечу: – Оставайся рядом с женой, Джаред. Ты ей нужен. Я вернусь в город как раз к обеду в клубе Фредди. Как только что-нибудь узнаю, тут же с тобой свяжусь.
В Кевине, направлявшемся к двери, не оставалось уже ничего от того денди, которого он любил изображать.


Когда он выходил из дома, мимо него, словно Кевин ничего из себя не представлял и на него можно было не обращать внимания, протиснулась невысокая пухлая фигура. За шарообразной маленькой женщиной чуть медленнее топал Хэрроу, все еще с повязкой на затылке, и нес сильно потрепанный мешок – единственный ее багаж.
Женщина надежно утвердилась в холле и взревела в совершенно неженственной манере:
– Где моя детка? Сей секунд отведите меня к ней! Нет у меня времени тут прохлаждаться целый день!
Эхо этого заявления еще звучало в холле, когда на месте действия появились три горничные, два лакея и разгневанная леди Чезвик. Женщина тотчас же безошибочно выделила из всех леди Чезвик, спускавшуюся вниз по лестнице, и надвинулась на нее с таким решительным видом, что хрупкая леди Агата невольно попятилась.
– Где вы держите мое дитя, мадам?
– В-ваше д-дитя, говорите? У нас тут нет детей. То есть я хочу сказать, что скоро будут, но пока… О, что за вздор! Как ты смеешь врываться в дом моего племянника, будучи воспитанной не лучше, чем трубочист?!
Хэрроу положил свою ношу на пол и откашлялся:
– Прошу извинения, миледи, но мне кажется, она говорит про мисс Менди. Это ее старая няня. Лорд Сторм послал меня за ней несколько дней назад.
– Ну да, и ты не слишком торопился доставить меня сюда, Хэрроу. Ты никогда не был скор на ногу, даже мальчишкой.
Женщина коротким кивком отпустила конюха, и тот с радостью покинул холл. Она снова повернулась к леди Чезвик и поморщилась:
– Грязный старикашка этот Хэрроу. И всегда таким был. Всегда вонял лошадьми, и все такое. Но все ж таки довольно приличный – если держаться от него против ветра, вот так-то.
Если женщина была не в восторге от Хэрроу, то и леди Чезвик испытывала к старой няне Аманды примерно такие же чувства. Она попыталась не дать гостье подойти к лестнице, но безуспешно, потому что мощная няня просто оттолкнула ее в сторону и стала подниматься сразу через две ступеньки. Ее юбки задирались, обнажая пухлые икры. Леди Чезвик крикнула вслед:
– Как тебя зовут?
– Бьюла Фартингейл.
– Я могу называть тебя Бьюла? – крикнула леди Чезвик.
Мисс Фартингейл остановилась на площадке и перегнулась через перила.
– Попробуйте, и ужо будет вам за это! Я откликаюсь только на «няню». – Взметнув всклокоченными седыми волосами, она скрылась из виду.
Няня безошибочно устремилась к главной спальне и с грохотом распахнула дверь. Салли, пытавшаяся уговорить Аманду проглотить несколько ложек говяжьего бульона, перепугалась до полусмерти, аж подскочила на месте. Няня расправилась с ней быстро, устроив разнос: мол, нечего баловать тех, кто сам прекрасно может о себе позаботиться; а потом просто выгнала хлюпающую носом Салли из комнаты.
Затем няня закрыла и заперла дверь и стала критически разглядывать грустноглазую молодую женщину, безучастно смотревшую на нее.
– Почему это здесь так темно среди бела дня, могу я спросить? – взревела няня, ни к кому в особенности не обращаясь, подошла к окну и раздернула занавески. – Вот так. Теперь больше похоже на дело, – объявила она. – Ну, разве не стало веселей? А то было все равно что на похоронах.
– Здесь вполне могли состояться похороны, няня. Сразу двое, и все по моей вине. – Тихим невыразительным голосом Аманда добавила: – Пожалуйста, оставь меня.
Няня громко презрительно фыркнула:
– Оставить тебя! Оставить тебя, вот как? После того, как Хэрроу проволок меня через пол-Англии по самым ухабистым дорогам? Я покинула славную уютную комнатку в доме моей сестры, если хочешь знать, и все только потому, что ты ведешь себя, как полная дурочка! И нечего сидеть тут, как окаянная восковая кукла, бери живо ложку и ешь. Попозже я принесу тебе нормальной еды, а пока сойдут и эти помои.
Аманда по-прежнему сидела, сложив руки на коленях. Няня подошла к ней и проскрипела прямо в ухо:
– А ну ешь, маленькая мисс, или я зажму тебе нос и волью все это тебе в глотку. Да упокоит Господь твою святую мать, я уже делала так раньше.
Аманда поела. Аманда приняла ванну. Она позволила няне перевязать ей волосы розовой лентой. Каким образом старушке удалось совершить все эти чудеса, в то время как леди Чезвик и Джаред беспрестанно свирепо колотили в дверь, она и сама не знала, но через некоторое время осаду сняли, и она осталась со своей воспитанницей наедине.
Довольная тем, что позаботилась обо всех первостепенных нуждах своего ребенка, няня решила наконец немного поговорить с Амандой. Она постепенно вытянула из девушки всю историю той роковой ночи и выяснила, что Аманда испытывает глубочайшее чувство вины.
– Ага, так значит, это все твоя вина, да? А я-то думала, что ты уже выросла. Дитя, тебя можно обвинять в том, что эти бедные дети попали в такую передрягу, не в большей степени, чем меня. Кто ты такая, чтобы иметь власть над судьбами кого-то, кроме себя самой? Полагаю, если бы Хэрроу удалось убить меня по дороге, когда он пытался ввалиться в каждую яму, ты бы тоже была в этом виновата? Ну и ну, никогда не думала, что доживу до того, что ты станешь такой зазнайкой. И вот что я тебе скажу: это самый настоящий грех. Хэрроу говорит, твой бедный муж просто сам не свой от тревоги за тебя. Да и остальные тоже. Вон как они орали и стучали, и я вижу, что ты для всех этих людей очень много значишь, милая моя. И если ты привнесла в их жизнь любовь, это значит, что они готовы принять и любые страдания – так же, как и ты готова разделить с ними их страдания.
А твое дитя? Мне вот кажется, что ты просто помогаешь этому Фредди, вместо того чтобы поверить в своего прекрасного мужа. А если будешь продолжать в том же духе, то повредишь маленькому, и это точно будет твоя вина. Ну, моя золотая всезнайка, что ты мне на это скажешь?
И Аманда сломалась. Она бросилась в объятия к своей старой няне и зарыдала в первый раз с того дня, когда решила, будто виновата в том, что навлекла опасность на тех, кого любит. Няня прижала ее к своей необъятной груди и покачивалась взад и вперед, как делала это много раз в прошлом, время от времени утирая слезы. Через некоторое время она слегка оттолкнула Аманду и заявила:
– Ну, хватит уже, юная леди, а то твое дитя начнет икать.
Аманда утерла глаза подолом:
– Ах, няня, я так рада, что ты приехала. Обещаю, теперь я буду вести себя хорошо.
Няня подошла к звонку и позвонила горничной, но ничуть не удивилась, когда в комнату вместо служанки ворвался очень крупный мужчина с очень встревоженным лицом.
– Теперь с ней все будет хорошо, милорд, – заявила няня и отошла в сторону, потому что Аманда негромко всхлипнула и кинулась в объятия мужа. – Но вы можете побыть здесь только час, милорд. Моей детке нужно отдохнуть, – громко предупредила она и закрыла за собой дверь, едва не сбив с ног топтавшуюся в коридоре леди Чезвик.
Няня осмотрела благородную леди с головы до ног и хладнокровно сказала:
– А теперь, мадам, покажите-ка мне мою комнату, если у вас нет других дел.
Леди Чезвик несколько раз открыла и закрыла рот, а потом молча поманила старушку за собой. Впрочем, маленькая няня прекрасно понимала, что ей не надрали как следует уши только потому, что она успешно справилась с Амандой.
Остаток дня две женщины провели, кружа друг перед другом, как бойцовые петухи – то клюнут, то отступят – но в конце концов между ними установилось хрупкое перемирие, которое в любой момент могло перерасти в боевые действия.


Леди Уэйд, одетая в прозрачный пеньюар, пыталась сделать выбор между двумя платьями – из голубого атласа и из розовой парчи, не в силах решить, какое из них лучше подчеркнет ее красоту сегодня в театре, когда в ее спальню ворвалась горничная. Девушку определенно что-то сильно расстроило.
– Да что ты за дура проклятая, Мэри! Сколько раз тебе говорить, что нужно стучаться? А если бы я принимала гостя? Думай, что делаешь, а то придется еще разок проверить на тебе крепость моей щетки для волос.
Мэри сделала несколько книксенов, пытаясь перевести дыхание, и обратилась к леди Уэйд:
– Н-но, миледи, там, внизу, мужчина!
Бланш не впечатлилась.
– И что? Возьми у него визитку и вытолкай взашей. Я сегодня не принимаю.
– Он очень настаивает, миледи.
– Естественно. Все мои поклонники нетерпеливы. Ничего, ему полезно немного охладиться. – Она пожала плечами. – Ладно, я его приму. Мне что-то стало интересно. Скажи, я спущусь примерно через час, если он готов ждать.
У дверей послышался какой-то шорох, и Мэри испуганно вскрикнула, потому что ее оттолкнули от дверей тростью черного дерева. Бланш, услышав шум, отвернулась от зеркала и с ужасом увидела нового графа Локпорта, небрежно облокотившегося на косяк. Касторовая шляпа ухарски сползла на один глаз.
– Как ты уже заметила, потаскушка, я ждать не намерен. Будь добра, накинь что-нибудь на свое вымя. Мне нужно с тобой поговорить, а от этого зрелища я неделю не смогу пить молоко, – лениво протянул Кевин с грозным выражением на лице.
Вообще-то Бланш Уэйд испугать было нелегко, но на этот раз она испугалась. Она окинула взглядом худощавую фигуру Кевина, столь обманчиво хрупкую в этом модном наряде, и увидела враждебность даже в его позе. Кажется, она здорово ошиблась, когда не приняла во внимание друзей Джареда. А где же Чевингтон? Обычно где один, там обязательно и второй, а сегодня Кевин в одиночестве. Бланш пред почла бы столкнуться с неуклюжим Бо, потому что Кевин выглядел поистине угрожающе. Бланш решила прибегнуть к браваде:
– Я проигнорирую ваши оскорбления, учитывая их источник, и согласна забыть это незначительное происшествие, если вы немедленно уйдете. Если же нет, у меня не останется выбора – придется велеть слугам выгнать вас взашей.
Кевин усмехнулся краешком рта:
– Это было бы забавно, Бланш. Если речь идет о двух лакеях, которых я встретил внизу, думаю, сейчас они очень заняты – пытаются вставить на место свои зубы. – Улыбка исчезла, голос сделался ледяным. – Нет, сука, мы с тобой побеседуем, и никто нам не помешает. – Он подошел к розовому атласному креслу и кивнул Бланш. – Давай садись. Что-то мне подсказывает, что разговор будет долгим.
Бланш как бы невзначай подошла к своему бюро и медленно завела руку за спину, пытаясь открыть маленький ящичек. Но прежде, чем она успела вытащить украшенный драгоценными камнями пистолет, Кевин наклонился и с силой дернул небольшой коврик, на котором она стояла. Бланш не удержалась на ногах и рухнула на пол, а пистолет отлетел через всю комнату в угол.
– Нехорошо, нехорошо, мадам! Эти игрушки опасны.
Бланш с трудом поднялась на ноги, осыпая Кевина градом ругательств, но он только сухо рассмеялся. От досады на глаза Бланш навернулись слезы. Она бросилась к ногам Кевина, всхлипывая и моля о пощаде:
– Что я вам сделала, милорд? За что вы меня так наказываете?
Кевин с омерзением посмотрел на нее:
– Отличная игра, Бланш. Тебе стоит попробовать себя на подмостках, хотя вряд ли миссис Сиддонс
type="note" l:href="#n_11">[11]
испугается, что ты украдешь у нее славу. – Он грубо ткнул Бланш в бок носком отполированного до зеркального блеска башмака. – Вставай, ведьма, а то испортишь мне обувь, и мой камердинер оторвет мне голову. Ты утомляешь меня своей истерикой, так что давай сразу перейдем к делу. Где Фредди?
Бланш села на пятки и притворилась удивленной:
– Фредди? Какой Фредди? Я знаю не меньше сотни разных Фредди.
– Разумеется, кузен лорда Сторма. У меня к нему послание от его кузена. – Если Кевин и сомневался насчет причастности Бланш к заговору и убийству, все его сомнения исчезли, стоило ему только увидеть, как с лица леди Уэйд сошли все краски. Бланш вдруг стала старой и уродливой.
– От Д-джареда? – переспросила она негромко. Но ведь Джаред должен быть уже мертв! Фредди клялся, что у его людей не бывает неудач! О чем толкует этот безумец?
– Да, мадам, от Джареда Делани, того самого человека, которого я вчера оставил в Сторм Хейвене ухаживать за женой. У нее началась тяжелая депрессия из-за подлой интриги против Джареда и его супруги, имевшей место неделю назад. Эти козни едва не привели к гибели наших общих друзей, Бо Чевингтона и его нареченной невесты. Я рассказываю тебе о жертвах, шлюха, жертвах заговора, который родился в больных и злобных умах. Но ты, разумеется, ничего об этом не знаешь, я прав?
Бланш прищурила проницательные зеленые глаза, лихорадочно пытаясь осознать услышанное. Чертов Фредди! Неужели он ничего не может сделать как следует? Как вышло, что его люди совершили такую идиотскую ошибку?
– Я-я… я не знаю, о чем ты говоришь, Кевин. Неужели Бо и его очаровательная крошка попали в какое-то неприятное происшествие? Месяц назад, когда я виделась с ними в Сторм Хейвене, они прекрасно себя чувствовали.
– Пожалуйста, не оскорбляй меня враньем, Бланш. Твоя игра окончена, а Фредди сбежал и оставил тебя все расхлебывать. Ну, – предложил он небрежно, – может, ты все-таки захочешь спасти свою шею и рассказать мне хоть какую-то часть правды. Не заставляй меня вытрясти из тебя душу!
– Ты сумасшедший! Я ничего не знаю! Я помолвлена с Перегрином Дентоном, и я… – Она пронзительно завопила, потому что Кевин протянул руку, схватил одну из болтавшихся в ушах Бланш золотых сережек и сильно ее крутанул.
– У меня в запасе есть и другие фокусы, и я их с удовольствием на тебе опробую, если ты и дальше будешь врать, – предупредил Кевин все тем же небрежным тоном. Бланш попыталась оттолкнуть его руку, но он ударил ее тростью по пальцам и еще раз сильно дернул сережку. – Не вынуждай меня быть жестоким, корова, вдруг мне это понравится?
И тогда она заговорила, громко и быстро. Она рассказала Кевину, как сообщила Фредди о будущем ребенке Аманды и о дате вечеринки по поводу обручения. Она хотела отомстить Джареду, обещавшему на ней жениться, но передумавшему, сказала Бланш, но поклялась, что ничего не знала про убийство. Фредди уехал из города в свой новый охотничий домик в Шотландии, и она понятия не имеет, когда он вернется.
– Это все, что мне известно, Кевин, клянусь! – рыдала Бланш. – Откуда же я знала, что Фредди попытается убить Джареда? Я этого не хочу, я люблю Джареда!
– У тебя странные способы выражения любви, жалкое ты создание. Я никогда не понимал вкусов Джареда относительно женщин, пока он не встретил Аманду. – Кевин встал с кресла, по-прежнему сжимая в кулаке длинные волосы Бланш, так что ей тоже пришлось подняться на ноги вместе с ним. Кевин наклонился к ее лицу. Бланш закричала от страха и боли. – Советую тебе ничего не рассказывать Фредди о моем визите. Пусть радуется своей победе, пока он в Шотландии, а по возвращении я к нему загляну.
– Ты ничего не сможешь доказать! – завизжала Бланш. – Твое слово против нашего! Его вообще не было в стране, когда произошло это нападение!
– А я и не хочу, чтобы Фредди стоял перед судом или чтобы его шея слишком сильно вытянулась от веревки. О нет. Я хочу, чтобы он извивался, как скользкий угорь, каким он и является, на крючке, пока я не решу сделать подсечку. Только попробуй лиши меня этого удовольствия, Бланш, и я еще разок зайду к тебе в гости. – Кевин подсунул палец ей под подбородок и грубо заставил Бланш поднять голову. – И вам это не понравится, мадам. Вам это очень не понравится.
– Что здесь происходит? – раздался голос от двери. – Убери руки от моей невесты, мерзавец!
Кевин обернулся и увидел Перегрина Дентона, несущегося на него, как стареющий бык. Граф аккуратно отступил в сторону, и Дентон, споткнувшись об услужливо подставленную Кевином трость, с грохотом рухнул на пол. После этого Кевин наконечником трости подцепил его шляпу, откинул ее в сторону, вежливо пожелал обоим хорошего дня и ушел.
– Что все это значит, дорогая моя? – спросил Дентон с пола.
– Заткнись, болван! – заорала Бланш. – Сядь и заткнись! Мне нужно подумать.
Она перешагнула через растерявшегося мужчину и забормотала себе под нос:
– Так значит, сучка Делани жива, вот оно как? Ну что ж, это ненадолго!
Дентон был глуп, но не настолько, чтобы не понять, что Бланш говорит об убийстве его падчерицы. Он не испытывал к Аманде большой любви, но точно знал: если ее убьют, то денежное содержание, к которому он так быстро привык, сразу закончится. Кроме того, почему, собственно, Бланш хочет видеть Аманду мертвой?
Наплевав на ее требование сесть и помолчать, Дентон поднял шляпу и трость и выскользнул из комнаты. Почему Бланш так нехорошо повела себя с ним? Что Ролингс делал в ее спальне? Он решил вернуться домой и все хорошенько обдумать.
Поскольку Бланш он был больше не нужен, да к тому же слишком много знал о том, почему она так быстро уехала из деревни, умнее всего было бы как можно скорее бежать из Лондона. Но Дентон был влюблен, а влюбленный мужчина редко мыслит ясно. Глупый влюбленный мужчина не мыслит вообще.


Кевин провел в Лондоне неделю, тайно наводя справки о Фредди и еще раз посетив Бланш, чтобы убедиться, что она не знает, где находится охотничий домик Фредди. Дентон как источник информации тоже оказался совершенно бесполезным, он только падал Кевину кучу вопросов о недавних событиях в Сторм Хейвене. Пожилой джентльмен так сильно расстроился из-за грубости Бланш, что Кевин счел себя обязанным взять Дентона под свое крылышко – так сказать, из уважения к Аманде. Кроме того, он хотел быть уверенным, что Перегрин не окажется втянут в очередной заговор против его друзей.
К концу недели Кевин понял, что пора покинуть город и сообщить обо всем Джареду. Поскольку он не видел Перегрина целых два дня, то заставил себя заглянуть к нему еще разок и удостовериться, что тот предупредит Джареда, если Фредди покажется в Лондоне. Когда он добрался до жилища Дентона, было еще совсем рано. Весьма неопрятная женщина в ночной рубашке едва приоткрыла дверь и заявила, что мистер Дентон еще в постели и не принимает.
Кевин уже собрался уходить, но тут его посетила своего рода прихоть. Он повернул обратно, всунул трость в щель и приказал женщине отвести его к Дентону. Увидев, какого цвета монета в руках у Кевина, старая карга очень проворно отошла от двери, показала пальцем, где спальня Дентона, и попробовала монету на зуб.
Уж не знаю, куда Дентон тратит деньги, думал Кевин, но только не на слуг и не жилье. Какой бардак! Он громко постучал в дверь спальни набалдашником трости и, не услышав ответа, вошел в темную комнату. Глаза не сразу привыкли к полумраку, но потом Кевин увидел такое, от чего с омерзением отвернулся.
Огромное тело Перегрина Дентона распростерлось у изножья кровати, голова в ночном колпаке свисали с матраца, из приоткрытого рта доносился мощный храп. Кевин мужественно подошел к кровати, при жав к носу надушенный платок, и тростью ткнул Перегрина в голое брюхо.
– Вставай, пьянчуга! – рявкнул он.
Дентон долго фыркал, стонал, но наконец проснулся, пытаясь оттолкнуть едва не проткнувший его предмет.
– Что за чертовщина тут происходит? – заорал он, пытаясь сесть и вглядываясь в модно одетого денди, которому хватило смелости вторгнуться в его спальню.
Ролингс не отвел взгляда. На его лице застыло выражение величайшего отвращения.
– Перебрал вчера, приятель? – язвительно спросил он. – И что такое? Неприятности с женщинами, насколько я понимаю?
Дентон тут же все вспомнил и жалобно застонал, обхватив голову руками.
– Она меня вышвырнула, Ролингс. Прислала записку, пишет, мол помолвка разорвана. Какая-то чушь, вроде разница в годах.
Услышав веселое восклицание Кевина, Дентон понял, что сочувствия не дождется, залопотал что-то, как ребенок, у которого отняли леденец, и начал вытирать глаза кисточкой от ночного колпака.
– Ах ты бедняга, – с притворным сочувствием поцокал Кевин языком. – Все твои мечты о супружеском блаженстве разбиты бессердечной потаскушкой.
Дентон громко высморкался в грязный платок.
– О да, да. Меня ужасно, жестоко использовали. – Он в последний раз вытер покрасневшие от слез глаза, и Кевин увидел, как тусклый свет пролился на столь же тусклые мозги Дентона. Лицо обманутого жениха в смятении исказилось. – Да! – вскричал он, швыряя ночной колпак на пол. – Меня использовали! Но зачем? С какой целью?
Ролингс услужливо подсказал:
– Думаю, это как-то связано с твоей падчерицей, согласен?
Ему все стало ясно. Бланш случайно обмолвилась насчет Аманды, и Дентон растерялся. Кевин едва не смягчился, видя, как страдает Дентон, но жалеть его все же не стал. Он грубовато посоветовал Перегрину держаться подальше от незнакомых мест, а то как бы Бланш не вспомнила о своих несдержанных речах и не решила, что присутствие Дентона на этой грешной земле ей больше не требуется.
– На что, вы намекаете, сэр? – разбушевался Дентон, – что мой дорогой ангел захочет моей смерти, потому что злится на мою падчерицу?
– О, – лукаво улыбнувшись, ответил Кевин, – а Аманда говорила, что ты туповат. Нужно ей сказать, что она ошибалась. – С этими словами он надел свою новую касторовую шляпу с загнутыми полями, продемонстрировал Дентону изящную ногу и повернулся к двери. – Благоразумный человек уже начал бы паковать чемоданы, – бросил он напоследок и еще до того, как за ним закрылась входная дверь, услышал, что Дентон вопит, призывая свою экономку.
– Несчастный жалкий болван, – бормотал он себе под нос, проезжая в своем двухколесном экипаже по Мейферу и заметив, что с двери Бланш исчез молоток, – общепринятый способ сообщать посетителям, что хозяев нет дома. Теперь ему оставалось лишь вернуться в Сторм Хейвен и отчитаться Джареду о проделанной работе.
Его смущало отсутствие каких-либо доказательств, подтверждающих причастность Фредди или Бланш к нападению на карету Джареда, хотя вообще-то Кевин собирался разобраться с ними без помощи закона. Разумеется, после этого придется бежать и Америку, и, говоря по правде, ему вовсе не улыбалось потерять только что обретенные земли и деньги, но Джаред оказался в куда худшем положении, поскольку ему нужно было думать о семье. Кевин подумывал о том, чтобы нанять головорезов, как это сделал Фредди, но по здравом размышлении от этой мысли отказался. Он хотел, чтобы Фредди понял, кто его убивает, хотел, чтобы тот потел и дрожал от страха, увидев направленный на него пистолет. Он хотел полюбоваться на то, как Фредди будет на коленях умолять о пощаде, когда он, Кевин Ролингс, мститель и защитник невинных, хладнокровно прицелится в него.
По дороге в Сторм Хейвен он обдумывал, как вывести Фредди и Бланш на чистую воду и отвергал один план за другим. Он добрался до места назначения, уверенный лишь в одном: Фредди не успокоился. Он сделает еще одну попытку, и нужно быть к ней готовыми. Ибо теперь опасность грозит всем четверым – Бо, самому Кевину, Джареду и беременной Аманде.


После возвращения Кевина в Сторм Хейвен он, Бо и Джаред проводили долгие часы, запершись в кабинете Джареда и обдумывая, что делать дальше, – но всякий раз приходили к выводу, что следующий ход все равно за Фредди. Невозможно узнать, где именно в Шотландии находится кузен. Если Бланш наврала и знает, где он, то она наверняка попытается с ним связаться. Ему обязательно станет известно о том, что его прихвостни ошиблись, даже если он не читает ежедневных лондонских газет.
Но проходила неделя за неделей, и трое друзей начали подумывать, что Фредди навсегда бежал из страны, отлично понимая, что его ждет, если он решится снова сунуться в Англию. Во всяком случае в газетах писали, что Бланш отправилась морем в Италию, и друзья, прочитав это, испытали большое облегчение.
Как-то пришло письмо от Дентона, и обратный адрес заставил Аманду гадать, что приятного находит ее городской отчим в диких местах Корнуэлла.
– Поправляет здоровье, – предположил Джаред, изо всех сил пытаясь не рассмеяться. И хотя такой ответ привел Аманду в замешательство, Дентон не так уж интересовал ее, чтобы она стала углубляться в этот вопрос.
Она все еще была подавлена, но няня ее бранила, а леди Чезвик упрашивала, и Аманда постепенно возвращалась к жизни и с нетерпением ждала рождения ребенка. Сначала из-за ее депрессии, а потом из-за быстро растущего живота в Сторм Хейвене не устраивали никаких званых вечеров. Недели текли быстро и спокойно, а первый снег напомнил всем, что скоро наступит Рождество.
Снегопады следовали один за другим, на улице стоял мороз, поэтому снежное покрывало не таяло, так что к Рождеству Сторм Хейвен оказался напрочь отрезанным от остального мира. Никто не мог его покинуть, и – что гораздо важнее – никто не мог в него попасть. Временно забыв о неприятностях, которых можно было ожидать от Фредди, Джаред и Кевин ослабили надзор и занялись подготовкой к Рождеству, которое должно было стать незабываемым для дам. Бо по-прежнему жил у сквайра, дожидаясь венчания, назначенного на начало весны.
В сочельник Аманда сидела в голубой гостиной, вытянув перед собой свои маленькие ножки и поло жив их на небольшую скамеечку.
– Знаете, тетя, если бы не совет Салли, я бы могла надеть зеленые туфли с синим платьем. Уже и не помню, когда я в последний раз видела пальцы у себя на ногах. Мне кажется, я самое неуклюжее создание на свете.
У леди Чезвик имелись кое-какие соображения по поводу – как бы это повежливее сказать – довольно большого живота Аманды, но поскольку сама она никогда детей не рожала, то и считала, что просто слишком волнуется за девушку.
– Вздор, – тут же ответила она. – Джаред мне каждый день говорит, какая ты красивая.
Аманда скорчила гримаску:
– Наверное, он слишком много пьет. Должно быть, он совсем свихнулся, если считает свою растолстевшую жену привлекательной. Даже Салли хихикает, когда я пытаюсь забраться в ванну или выбраться из нее, – это и вправду выходит у меня очень неловко.
Тетушка рассмеялась, покачала головой и снова занялась крохотным свитерочком, который она вязала – разумеется, из голубой шерсти, потому что все ждали только мальчика. Тут дверь в гостиную распахнулась, и в комнату ввалились две пары ног – все остальное было скрыто огромной елкой, с которой сыпался снег.
– Господи помилуй! Елка! Как замечательно, у меня не было елки с самого детства! – Леди Чезвик захлопала в маленькие ладошки и встала, чтобы помочь Кевину отодвинуть диван, иначе их огромная ноша просто не уместилась бы в комнате.
Джаред высунулся из-за веток. Его лицо раскраснелось от холода, а в голубых глазах плясали веселые огоньки.
– Тебе нравится, детка? Ты знаешь, это моя самая первая в жизни елка – и первая из тех, что мы будем украшать вместе с тобой.
Аманда, подтверждая распространенное мнение о непредсказуемости реакций женщин в деликатном положении, тут же разразилась слезами. Джаред уронил дерево на ногу Кевину и кинулся к жене.
– Сердечко мое, чем я тебя так расстроил? – спросил он, стоя рядом с ней на коленях. Аманда помотала головой, продолжая плакать. Джаред сел на пол и вопрошающе посмотрел на тетю.
– Девочка плачет от счастья, племянник. Любому дураку понятно, – сказала леди Чезвик, тоже смахивая слезу.
Джаред хлопнул себя ладонью по лбу.
– Я сдаюсь! Аманда, милая, перестань плакать, пока ты не затопила нас вместе с комнатой! Я так хотел тебя порадовать!
Аманда отняла руки от мокрого лица и улыбнулась встревоженному мужу:
– Я знаю, Джаред. Прости меня за то, что я такая дурочка. Не знаю, что со мной, – я раньше не была такой слезливой. Ты же знаешь, я никогда не плачу.
Тут вмешалась леди Чезвик:
– Это все ребенок. Беременные женщины часто делают странные вещи. К примеру, твоя мама, Джаред, ужасно полюбила свиные ножки. Меня от них просто тошнило, честное слово.
Из-за дерева раздался приглушенный голос:
– Если вы уже все выяснили, может, ты поможешь мне с этим деревом, старина? Я все-таки удерживаю не тоненькую веточку, если ты помнишь. О, так гораздо лучше, а то я уже начал чувствовать себя подушечкой для булавок!
Следующие полчаса они провели, таская елку из комнаты в комнату, из угла в угол, пока Аманда и леди Чезвик пытались решить, где она лучше веет будет смотреться. В конце концов остановились на музыкальной комнате, где Джаред и Кевин наконец заупрямились и отказались передвинуть «чертово дерево» хотя бы на дюйм.
Няня, Салли и вся остальная прислуга занялись украшением елки, а повариха принесла свежей воздушной кукурузы, чтобы нанизать ее на веревочку и повесить, как гирлянду. К тому времени, как под елку положили последние подарки и наконец-то поужинали, давно пора было ложиться спать, но Джаред попросил Аманду задержаться на минутку, пока он не принесет кое-что из кабинета.
Когда он вернулся, Аманда сидела, уютно свернувшись калачиком, в уголке дивана. Волосы ее поблескивали в отблесках пламени камина – единственного освещения комнаты.
Джаред подошел к ней сзади и поцеловал в макушку:
– Ты счастлива, малышка?
Вместо ответа она подняла руку и притянула к себе голову мужа для поцелуя. Потом поманила его присесть рядом, и они так сидели, глядя в огонь, – ее голова у него на плече, его рука обвила то, во что превратилась ее талия.
Через какое-то время Аманда почувствовала, что глаза у нее закрываются, и предложила отправиться в постель.
– Завтра будет долгий день, любовь моя; ты же хотел обменяться подарками утром, а не вечером. Думаю, тетя Агата встанет с петухами, чтобы потрясти все коробки и заглянуть под каждую обертку. Ты видел, какая она была сегодня вечером? Счастливая, как ребенок.
– Да, моя сладкая. И только подумай, каким веселым будет следующее Рождество, когда самым главным участником праздника станет наш сын! В этом доме не было слышно радостного детского смеха очень много лет, а ведь это лучшие в мире звуки. – Джаред прильнул к губам жены и пробормотал: – Я уже похвалил тебя за то, как ты преобразила наш дом? Даже Кевин это заметил и хочет, чтобы ты помогла ему привести в порядок старый особняк его дяди.
Аманда слегка нахмурилась.
– Я хотела поговорить с Кевином, но мне не хочется, чтобы он решил, будто я его выгоняю. Ты знаешь, как мне нравится его общество, но не пора ли ему приступить к графским обязанностям? Он живет здесь с нами с тех пор, как Бо и… с конца сентября. Мне кажется, это слишком долго, а тебе?
– Наверное, он не может оторваться от моей жены. Думаешь, стоит у него спросить?
– Ты опять насмехаешься надо мной, Джаред! Я знаю, что Кевин остался с нами, чтобы быть под рукой, если Фредди снова задумает покушаться на наши жизни. Нет, не тряси головой, словно я говорю ерунду. Мы так ни разу и не поговорили о том, что произошло с Бо и Анной, потому что ты утверждал, будто это ограбление, и больше ничего. Но я же знаю! И терзалась я только потому, что мы не поехали вместе с ними в тот вечер. На них напали, потому что они ехали в нашей карете! Прошу тебя, не обращайся со мной, как с ребенком, Джаред. Я хочу знать правду.
Значит, шаткому покою конец, грустно подумал Джаред. Он пытался уберечь Аманду от правды, а она все это время позволяла ему думать, что верит в его версию.
– И что ты успела понять, детка?
Аманда смотрела на языки пламени:
– Я знаю, что к этому каким-то образом причастна леди Уэйд. В этом я уверена, хотя не понимаю почему. Бедный отчим, он был просто пешкой в ее гадкой игре, правда? – Аманда снова повернулась к мужу: – Для этого они сюда и приезжали, да? Чтобы навредить нам?
И Джаред неожиданно рассказал Аманде все, что знал о подлом заговоре. Она немного поплакала, а потом спросила:
– Неужели мы ничего не можем сделать? Я рада, что леди Уэйд покинула страну, но чувствую, что Фредди непременно вернется и сделает новую попытку.
Даже в полумраке комнаты Аманда разглядела грозное выражение на лице мужа. Джаред в тысячный раз проклинал себя за то, что оказался таким болваном и не разгадал в кузене чудовище, прежде чем события зашли так далеко. Потом он вздохнул и произнес:
– Мы никак не можем доказать то, что знаем, детка. Бланш сбежала из Лондона в Италию после того, как Кевин ее навестил, и я уверен, что ее мы больше не увидим. Но, как и ты, мы думаем, что Фредди – это другое дело. Нам известно, что он был в Шотландии, когда произошла попытка убийства, но после этого все его следы потерялись. Должно быть, до него дошли слухи о неудаче наемников. Может быть, он никогда не вернется… – Джаред помолчал и холодно добавил: – Он наверняка знает, что стоит ему появиться в Лондоне, и я его убью.
Аманда похолодела и задрожала. Джаред тут же начал заверять ее, что он, Бо и Кевин запросто справятся с интригами Фредди, потому что теперь им все известно и они настороже.
– Но после Нового года Кевину придется вернуться к делам, если он хочет получить удовольствие от лондонского сезона. Страшно подумать обо всех предприимчивых мамашах, с которыми ему придется столкнуться, раз уж он теперь граф. – Джаред поднялся с дивана и опустился перед Амандой на колени. Часы в музыкальной комнате пробили полночь. – Рождество наступило, любовь моя. У меня есть для тебя небольшой подарок. И я хочу, чтобы ты развернула его прямо сейчас.
Он сунул руку в карман сюртука, вытащил оттуда толстый конверт кремового цвета и аккуратно положил его Аманде на колени.
– Я поклялся, что сделаю это, еще до того, как мы поженились, хотя тебе ничего не говорил. Надеюсь, что это тебя порадует, сердечко мое.
Аманда с озадаченным видом открыла конверт и вытащила из него стопку документов очень официального вида. Она попросила Джареда принести свечу, чтобы прочитать их, и через несколько минут негромко вскрикнула и крепко обняла мужа, прижав его к своей груди.
Документы на владение Фокс Чейзом упали на пол.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Вызов гордости - Майклз Кейси

Разделы:
ПрологГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Эпилог

Ваши комментарии
к роману Вызов гордости - Майклз Кейси



Ужасная книга!!!!!!!!!Нудятина!!!ПлоХХо,очень скучно написанаааа!!!Эротических сцен тоже нет,ну просто очень и очень скучно!
Вызов гордости - Майклз КейсиАнастасия
16.06.2012, 19.26





Не огласна с Анастасией.Роман интересен, читается легко.Какое трагическое детство главного героя. Главная героиня обладает характером и может настоять на своем. Советую читать.
Вызов гордости - Майклз КейсиВ.З.,64г.
28.09.2012, 22.08





зря потратила время. не советую читать
Вызов гордости - Майклз КейсиМарина
12.06.2013, 13.44





Можно почитать.
Вызов гордости - Майклз КейсиКэт
22.10.2014, 14.17








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100