Читать онлайн Маскарад в лунном свете, автора - Майклз Кейси, Раздел - ГЛАВА 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Маскарад в лунном свете - Майклз Кейси бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.8 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Маскарад в лунном свете - Майклз Кейси - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Маскарад в лунном свете - Майклз Кейси - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Майклз Кейси

Маскарад в лунном свете

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 19

Еще одна такая победа, и я останусь без войска.
Пирр
Свет единственной свечи отбрасывал причудливые тени на стены. Маргарита в одном пеньюаре ходила по спальне взад-вперед, ломая руки и мечтая лишь о том, чтобы ночь поскорее кончилась и, наконец, наступило утро.
Сон не шел к ней. Она слишком долго жила своими планами и мыслями о мести, и сейчас ей с трудом верилось, что очень скоро все это кончится. Она не чувствовала за собой никакой вины за то, что сделала. Однако она также не испытывала и никакой радости, никакого облегчения.
Одно только страстное желание, чтобы все это поскорее кончилось.
Она невероятно устала, но сейчас, когда Марко, скорее всего, уже получил средство для нанесения последнего удара, который сокрушит Вильяма, об отдыхе нельзя было даже думать. Она была уверена, что Ральф выполнит распоряжения Марко буква в букву, признавшись во всех грехах, которые он совершил в своей жизни до сегодняшнего дня и выдав при этом всех, с кем он совершал эти преступления. Марко, несомненно, объяснит ему, что лишь абсолютная честность является гарантией успеха, и Ральф, конечно, не захочет, чтобы что-нибудь сорвалось.
Не могло быть никаких сомнений, что он напишет о всех их прошлых делах с французами и задуманной ими нынешней сделке с Донованом.
Она не включит эту часть, как и любое упоминание об этом их последнем плане, когда будет передавать признание сэра Ральфа властям. И остального описания преступлений «Клуба» будет достаточно и без того, чтобы еще и ставить в неловкое положение Донована и его президента, тем более что Донован решил отказаться от сотрудничества с ними. И потом, у нее не было никакого желания развязывать войну — она преследовала другие личные цели.
Их посадят в тюрьму, всех пятерых. Возможно, двоих или троих из них даже повесят. Но повесят за попытку совершить государственную измену, а не за то, что они довели до самоубийства ее отца. Не ее месть вынесет им приговор, не она будет виновата, если их казнят. Это будет правосудием, которого им так долго удавалось избегать.
С этим она сможет жить. И благодаря этому, ее папа обретет наконец-то покой на небесах.
Только бы пережить эту нескончаемую ночь! Надо было сказать Марко, чтобы он пришел сюда из Грин-парка сразу же, не дожидаясь утра.
Продолжая мерить шагами комнату, она гадала, что подумает Донован, когда Ральф с Вильямом и остальные будут арестованы и брошены в тюрьму. Возненавидит ли он ее за то, что она разрушила его планы? Конечно, он сказал ей, что не собирается больше с ними сотрудничать. Но действительно ли он намеревался так поступить? Иногда ей казалось, что она читает в его душе, как в открытой книге. Но только иногда. В этой книге были страницы, которых она еще не видела или видела лишь мельком. Вполне возможно, что, говоря это, он просто пытался доставить ей удовольствие.
Маргарита тихо рассмеялась. Донован? Доставить ей удовольствие? Слишком мягко сказано. Да он возродил ее, перевернул всю ее жизнь. Впервые за много лет она чувствовала себя по-настоящему живой. Благодаря ему, она могла сейчас вспоминать о своей прежней жизни и улыбаться. Ее родители любили ее.
И у нее все еще был дедушка. А теперь и Донован.
Пора было подумать и о будущем. Как только Марко принесет ей признание Ральфа, как только она прочтет его и передаст властям, она сможет подумать и о своей дальнейшей жизни.
Своей жизни с Донованом. Они будут так счастливы в Филадельфии, дедушка будет часто их навещать и, конечно же, у них будут дети…
— Тсс! Ангел? Дай мне, пожалуйста, руку. Я, кажется, застрял.
— Что такое? Донован… ты идиот! — вскрикнула Маргарита, резко повернувшись и увидев над подоконником лицо Донована. Он широко улыбался, и от этой улыбки ноги ее мгновенно сделались словно ватные. В неожиданном озарении она поняла, что могла бы прожить с этим человеком и сотню лет и так никогда и не быть уверенной в том, что он совершит в следующую минуту.
Она бросилась к Доновану, который уже влез на подоконник, и почти что втащила его в комнату, так что, не удержавшись, он свалился на пол прямо у ее ног.
— Ты вполне мог бы разбиться, — сказала она нарочито суровым тоном и слегка ударила его по макушке.
— Ой! Конечно. Но, похоже, я взобрался сюда лишь затем, чтобы моя дорогая возлюбленная исколошматила меня до смерти.
— Так тебе и надо, — ответила Маргарита, вновь слегка ударив его по голове, и тут же улыбнулась, поскольку была несказанно рада видеть его и не собиралась тратить время, изображая из себя скромницу. — Ты влез по водосточной трубе?
Он позволил ей помочь ему подняться.
— Да, и я никому этого не советую. Почему ты до сих пор не в постели? Уже почти два. Все юные леди уже, должно быть, давно спят.
— Ха! Это Лондон, Донован. Большинство юных леди сейчас танцуют на балах. Как ты узнал, что я здесь?
Он бросил на нее странный взгляд, в котором ей на мгновение почудилась жалость, и наклонившись, поцеловал ее в щеку.
— Я этого и не знал. Как не знал и того, что это окно твоей спальни. Просто оно единственное было открыто. Нет, ты только подумай! В этот самый момент я вполне мог бы разговаривать с сэром Гилбертом, гоняющимся за мной по своей спальне с пистолетом в руке, не будь я чертовски везучим, как все ирландцы.
Маргарита кивнула и улыбнулась, представив на миг эту сцену.
— Согласна. Но почему ты вообще явился сюда посреди ночи? Неужели мое решение провести этот день с дедушкой привело тебя в такое уныние, что ты не смог подождать до завтра, чтобы увидеться со мною?
— Может быть, — ответил Томас, обнимая ее за талию. — Или, возможно, я просто решил, что настала пора заняться с тобой любовью в более подходящей обстановке, а не так, как мы делали это прежде, прячась по разным темным углам. Да, так оно, скорее всего, и есть. Тебя заинтересовало мое предложение?
Делая вид, что колеблется, Маргарита медленно обвела взглядом спальню, освещенную единственной свечой, стоявшей на столике возле кровати.
— Ну, — протянула она наконец, играя складками шейного платка Томаса и пожирая его глазами, — полагаю, я должна дать тебе этот шанс. Ты, кажется, говорил мне, что ты потрясающий любовник. Или, может, это был кто-то другой из моих поклонников? Не помню.
— Ах ты маленькая колдунья, — проговорил Томас и, взяв ее обеими руками за ягодицы, привлек к себе. — Эти двери заперты? — он мотнул головой сначала в сторону двери, выходившей в коридор, затем той, что вела в ее гардеробную. — Мне совсем не хочется, чтобы меня прервали, когда я стану от тебя отбиваться.
Маргарита молча кивнула, прижимаясь к нему всем телом. Кровь мгновенно закипела в ее жилах, что происходило всегда, когда бы она к нему ни прикасалась.
— Я не могу в это поверить, Донован. В доме моего деда, в моей собственной спальне! Мы безнравственны, оба мы.
— Это жалоба? — спросил Томас и, взяв ее на руки, решительно шагнул к кровати.
— Нет, — чуть ли не промурлыкала Маргарита в ответ, целуя его в щеку и шею. Как же она любила этого мужчину! — Просто замечание.
Он положил ее на постель, разобранную Мейзи несколько часов назад, и, так и не сняв туфель, лег рядом и вытянулся в полный рост.
— Я соскучился по тебе, ангел. Целый день без тебя, — проговорил он, нежно целуя ее в лоб, веки, нос. — Целый долгий нескончаемый день. — Его рука протянулась к шелковым завязкам на ее пеньюаре. — И весь этот день я только об этом и думал.
Пеньюар распахнулся, открыв прозрачную ночную рубашку, и Маргарита нервно сглотнула, чувствуя, как в глубине ее существа разгорается уже такое знакомое, но от этого не менее желанное пламя.
— Ты собираешься когда-нибудь все же заняться со мной любовью, Донован, — сказала она хрипло, — или так и будешь лишь говорить об этом?
— Оставайся здесь, — приказал он, ткнув в нее пальцем, и соскользнул с кровати. — Оставайся на месте, юная леди.
— Слушаюсь, сэр, мистер Донован, сэр, — весело ответила она и прикусила нижнюю губу, глядя, как он сбрасывает с себя одежду. В сущности, ей еще не доводилось видеть его полностью обнаженным, и теперь она сгорала от любопытства. Он был великолепен! Его плечи, такие широкие! Его живот, такой плоский! Его бедра, такие узкие! Его…
— Донован? — она внезапно почувствовала смущение, сама не зная, почему.
Он вновь скользнул в постель под простыню и, вопросительно глядя на нее, помог ей приподняться и снять пеньюар.
— Да? Ты хотела что-то спросить, дорогая? — в глазах у него плясали веселые искорки.
— Неважно, — прошептала она, когда он опустил ее опять на подушки. Лента у нее в волосах развязалась, и они рассыпались в беспорядке по ее плечам и груди, слегка щекоча нежную кожу, так как Донован, освободив ее от пеньюара, тут же стащил с нее и рубашку, и та исчезла где-то в ногах кровати.
Она была голой — абсолютно голой под покрывшей ее простыней. Повернувшись, она увидела, что Донован, подперев голову согнутой в локте рукой, смотрит на нее, не отрывая глаз. Он больше не улыбался, и выражение его лица было странно торжественным, когда, взяв один из ее локонов, он стал накручивать его на палец.
Все мысли о Марко, о признании Ральфа, о том, что ее ждет утром, мгновенно вылетели у Маргариты из головы. Сейчас она могла думать только о Доноване, о своей любви к нему и о том несказанном восторге, который она вскоре испытает в его объятиях.
— В первый раз, — произнес Томас тихо, так тихо, что ей пришлось напрячь слух, чтобы расслышать его слова, поскольку у нее стучало в висках. — В первый раз, — повторил он, — все произошло не совсем так, как мне бы хотелось. Да и во второй тоже. Ты заслуживаешь лучшего. Заслуживаешь того, чтобы знать, что же это такое — любить по-настоящему. Поэтому, — он вздохнул, — для меня это наше брачное ложе. И наша брачная ночь. Наша первая ночь. Я хочу любить тебя сегодня, как свою новобрачную. Показать тебе, как я всей душой, всем телом боготворю тебя.
У Маргариты защипало глаза. Он был такой серьезный, такой искренний, такой удивительный!
— Хо… хорошо, — проговорила она с запинкой, испытывая некоторый трепет перед глубиной его любви. — Но ты меня пугаешь, Донован. Я не знаю, чего ты хочешь… что может быть лучше того, что у нас уже было.
Уголки его рта слегка изогнулись в улыбке и, медленно наклонившись, он коснулся ее губ своими губами.
— Ах, ангел, сколь многому тебе еще предстоит научиться. — Он слегка укусил ее за нижнюю губу. — И с каким же наслаждением я стану тебя учить.
Он поцеловал ее, и она подняла руки и обняла его за спину, наслаждаясь прикосновением волосков у него на груди к своей нежной коже.
Вопреки ее ожиданию, он не стал затягивать поцелуя, а оторвавшись от ее рта, стал покрывать поцелуями ее горло, грудь и ложбинку между грудями. Его руки сжимали, мяли, гладили ее грудь, и внезапно она вздрогнула от восторга, почувствовав его губы на своем соске, и судорожно вздохнула.
В следующее мгновение он начал водить языком вокруг каждой ее груди, одновременно лаская руками ее тело, и слегка откинув голову назад, она запустила пальцы в его пышную шевелюру и закрыла глаза, позволяя ему услаждать ее — да, услаждать ее, — так как каждое его прикосновение к чувствительным эротическим точкам на ее теле, о существовании которых она даже не подозревала, вызывало в ней дрожь восторга.
Откинув простыню, он наклонился и, нежно раздвинув ей ноги, прижался губами к заветной точке между ее бедер.
Ей показалось, что она воспарила над кроватью и плывет, когда он приподнял ей ноги и положил их себе на плечи. Почувствовав его язык в своих влажных глубинах, она не испытала ни стыда, ни смущения. У нее от него не было никаких секретов. Она отдавала ему всю себя, беря то, что он давал ей в ответ, и это было прекрасно и правильно.
Итак, это и есть любовь, подумала она, и это было ее последней мыслью, так как после этого она утратила всякую способность соображать и могла только реагировать. По телу ее одна за другой прокатывались волны наслаждения, и его ласки возносили ее на вершину блаженства.
Внезапно он оказался на ней и, протянув руки, она ухватилась за него, нуждаясь в якоре, нуждаясь в чем-то, за что могла держаться, ибо, как ей казалось, в любое мгновение ее могло унести с кровати, унести с земли. Он вошел в нее, и кружение началось вновь, удивляя и почти пугая ее, так как она не могла даже предположить, что может быть еще большее наслаждение.
Он начал двигаться в ней, скользя все глубже и глубже. Должно быть, вскоре он в какой-то степени почувствовал, что она ощущает, так как внезапно его движения сделались еще более быстрыми и восхитительно нетерпеливыми.
Помогая ему, она приподняла бедра, пытаясь удержать его в себе.
И затем, когда она думала, что не сможет больше выдержать этого наслаждения, он сделал еще одно движение и его семя хлынуло в нее горячим потоком.
— Господи, Маргарита, я люблю тебя! — простонал Донован несколько мгновений спустя и откинулся на спину, привлекая ее к себе.
— И я люблю тебя… Томас, — прошептала она дрогнувшим голосом, опуская голову ему на грудь. Как же сильно она любила его! Ее переполняло страстное желание показать ему это…
Спустя несколько долгих восхитительных мгновений он позволил ей исследовать свое тело, что расширило ее познания во сто крат и заставило почувствовать себя, наконец, настоящей женщиной. Женщиной с большой буквы. Не ниже и не выше его, но равной ему во всем… Мужчина и женщина, ставшие наконец одним целым. Сейчас. Сегодня ночью. И навсегда. Отныне в этом не было никаких сомнений…
Спустя несколько долгих восхитительных часов, когда за окнами начало сереть, Донован покинул ее, поцеловав в последний раз в губы и приказав спать, что было, в сущности, излишне, поскольку, подумала Маргарита, она будет теперь спать целую вечность. Или, по крайней мере, до тех пор, пока на город не опустится опять тьма и он не придет к ней снова. Почувствовав, что ноги его коснулись каменных плит мостовой, Томас оторвал руки от водосточной трубы и привалился к стене, полной грудью вдыхая свежий утренний воздух. Он безумно устал, и ему ничего так не хотелось в эту минуту, как подвалиться Маргарите под бок и проспать так весь день.
Его Маргарита. Его ангел. Какая женщина! Каждый раз, держа ее в объятиях, он чувствовал, как сгорает в пламени ее любви, а потом возрождается вновь, как феникс из пепла.
Он улыбнулся. В конечном итоге, совсем неплохо провести так следующие пятьдесят или более лет.
Отыскав нож, который он спрятал за небольшим кустом, Томас оглядел улицу и, нахлобучив поглубже шляпу на голову, медленно зашагал вперед. Он должен был все как следует обдумать, прежде чем являться к Хервуду.
Томас не был убийцей, и ему совсем не нравилось убивать. Но это была война, и ты был вынужден убивать, чтобы не быть самому убитым. Марко понял это сразу. Маргарита же — Господь благослови ее и ее изобретательный ум — никогда не сможет этого понять.
Как же он хотел, чтобы все это наконец-то закончилось!
Мимо Томаса проехала закрытая карета, но, провожая ее глазами, он лишь мельком подивился про себя тому, как может кто-то гулять до рассвета, когда дома его, несомненно, давно уже ждет теплая постель и любящая жена.
Спустя час, все еще жуя пирожок, который он купил у уличного торговца, Томас свернул на улицу, где жил Хервуд, и застыл на месте. Возле дома Хервуда стоял небольшой экипаж, и у кучера, восседавшего на козлах, был весьма суровый вид.
Кто мог приехать к Хервуду в столь ранний час? Медленно Донован подошел ближе. Внезапно дверь дома отворилась, и на пороге, продолжая разговаривать с кем-то, кто шел за ним — судя по виду, это был слуга Хервуда, — появился человек, весьма похожий на полицейского.
Обменявшись еще несколькими словами со слугой, человек, похожий на полицейского, сел в экипаж и уехал.
— Эй, ты там! — поспешно крикнул Донован слуге, уже собиравшемуся войти в дом. — У меня назначена на восемь встреча с сэром Ральфом. Что-нибудь случилось?
Слуга кивнул, нервно потирая руки.
— Можно так сказать, сэр. Он, видите ли, умер, сэр.
Томас ошеломленно уставился на слугу. Человек, который еще только вчера собирался жить вечно, умер? Неужели ему повезло и он, слава Богу, не отяготит свою совесть убийством Хервуда?!
— Умер? Да что ты говоришь? Как?
— Ох, сэр, я все еще никак не могу опомниться. Видите ли, сэр, я должен был возвратиться позже, но молодая леди, с которой я встречаюсь… ну, в общем, мы с ней поссорились, сэр. Мне некуда было деваться, вот я и вернулся. И нашел его висящим там… лицо черное… ужас! И зачем только он это сделал, никак я в толк не возьму.
Томас нахмурился. Его первоначальная версия, что причиной смерти Хервуда стал апоплексический удар, вызванный, вероятно, неуемной радостью по поводу обретения им, как он верил, бессмертия, лопнула как мыльный пузырь.
— Висящим там? Ты хочешь сказать, сэр Ральф повесился?
Слуга энергично закивал.
— Поэтому он, наверное, и отослал нас всех, или так, во всяком случае, сказал мне констебль, когда я привел его сюда. Чтобы, значит, никто ему не помешал. И вот теперь мне придется снимать его и готовить к погребению, и это, скажу вам откровенно, сэр, мне совсем не нравится. Совсем не нравится.
— Я могу тебе помочь, — предложил Томас. Ему хотелось увидеть тело Ральфа и лично убедиться в его смерти. Он вдруг вспомнил, как Хервуд сказал, что, возможно, попросит его помочь ему вынести кое-что из дома сегодня утром, но вряд ли он имел в виду труп. А может, именно о трупе он и говорил? Не дошли ли отношения между мошенниками до того, что «бессмертный» Хервуд решил убрать Лейлхема! О Господи! Все это становилось слишком уж запутанным… и слишком опасным.
Слуга, чуть ли не кланяясь ему на каждом шагу, провел Томаса в дом, и вскоре они уже стояли в чистенькой и просто обставленной гостиной, главной достопримечательностью которой, несомненно, был сейчас висевший в петле сэр Ральф.
Он был мертв. В этом не могло быть никаких сомнений, подумал Томас, глядя в остекленевшие глаза Хервуда и стараясь не обращать внимания на его почерневшее лицо. Медленно он обошел комнату, отмечая про себя упавший стул, связанные вместе шнуры от гардин и совсем небольшое расстояние от пола до кончиков ботинок сэра Ральфа. На память ему пришло описание смерти Жоффрея Бальфура в исповеди Хервуда. Каждая строчка дышала прямо-таки паническим ужасом перед подобной участью.
Кто-кто, а Хервуд уж никак не мог совершить самоубийства. Не мог человек, страстно жаждущий жить вечно, покончить с собой. А уж о повешении вообще не могло идти и речи.
Подойдя к камину, Томас слегка дотронулся до узла на ручке заслонки, затем опустил глаза и вдруг заметил в пепле несколько обгоревших клочков бумаги. Подняв один из них, он прочел на нем написанные рукой Хервуда два слова: «Вильям»и «исповедь».
Хервуд, конечно, мог сам сжечь черновик своего признания. Томас бросил взгляд на тело, на тщательно связанные вместе шнуры. Да, это было возможно, но маловероятно. Хервуд, несомненно, оставил бы себе хоть одну копию; такой уж он был человек. Что он там писал о Маргарите? О страсти к ней Лейлхема?
Томас наморщил лоб, пытаясь вспомнить, и в его мозгу всплыли строчки:
«…Как он отреагировал бы, узнай он об американце, о том, что его драгоценная Маргарита, скорее всего, стала любовницей Томаса Донована? Он бы убил ее, вот что он сделал бы!..»
Убил ее? Убил ее!
Томас посмотрел на каминные часы. Было уже почти девять. Марко с Пэдди должны были прийти на Портмэн-сквер лишь к одиннадцати…
Маргарита все еще находится в полном неведении… Она и понятия не имеет, что Лейлхем на самом деле убил ее отца. Она не знает, что Лейлхем убил и Ральфа и нашел черновик его признания, не знает о страсти к ней графа. Ей не известно, что, связавшись с одним невероятно глупым американцем, она подвергла себя смертельной опасности, поскольку Вильям теперь не только ненавидит ее, но, возможно, и подозревает в организации расправы над его приятелями. При всех его странностях, Лейлхем был отнюдь не дураком. Рано или поздно он догадается о той роли, какую она сыграла в этом деле, если уже не догадался.
Но Маргарита пока ничего этого не знает. Задуманный ею блестящий план мести близился, по ее мнению, к успешному завершению, и она, несомненно, была совершенно уверена в своей окончательной победе. К тому же, зная ее, можно было не сомневаться, что при встрече с Лейлхемом она не откажет себе в удовольствии еще и поддразнить его, намекнув на свои прежние победы, для того только, чтобы увидеть, как он кипит от бессильной злобы.
Господи, пожалуйста, сделай так, чтобы она еще спала!
Бросив на пол обгоревший клочок, Томас шагнул к двери. Он должен увидеться с Маргаритой, прижать ее к груди… сейчас же! Нет! Сначала он расскажет обо всем Марко с Пэдди, а уж потом отправиться на Портмэн-сквер и увезет Маргариту из Лондона — даже если для этого ему придется связать ее и засунуть ей в рок кляп!
— Послушайте, сэр! Куда вы уходите? Вы ведь сказали, что поможете мне.
— Я? — Томас обернулся. — Думаю, все же нет. Вот, держи, — он кинул слуге монету. — Найми кого-нибудь себе в помощь. Но на твоем месте я лучше сходил бы за тем полицейским, который был здесь, и задал бы ему один вопрос.
— Вопрос? Какой вопрос? — удивленно спросил слуга, убирая монету в карман. — Зачем мне это надо?
Томас криво усмехнулся.
— Затем, что тебе, возможно, захочется послушать, что он скажет по поводу того, как мог твой хозяин повеситься со связанными за спиной руками.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Маскарад в лунном свете - Майклз Кейси



девочки помогите вспомнить роман! путешествия во времени. гг оказалась на диком заподе средь песчаной улице с золотым канделябром в руке. поможет г. герой воспитывает племянников
Маскарад в лунном свете - Майклз Кейсиирина
17.06.2013, 16.35





Нет, Ирина. Никто не поможет. Некому. Порядочные и умные люди ушли с сайта. Пока- пока
Маскарад в лунном свете - Майклз КейсиЛиза
17.06.2013, 17.14





Че к чему? А где коменты?
Маскарад в лунном свете - Майклз КейсиСветлана
11.07.2013, 7.04








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100