Читать онлайн Обманы, автора - Майкл Джудит, Раздел - Глава 23 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Обманы - Майкл Джудит бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.65 (Голосов: 155)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Обманы - Майкл Джудит - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Обманы - Майкл Джудит - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Майкл Джудит

Обманы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 23

Александра прилетела из Рио и пришла на чай, беззастенчиво любопытствуя:
— Я слышала, ты приехала сюда насовсем, ловко обошлась с Николсом и теперь ведешь дело с ним вместе, а также что ты два раза подряд обедала с красивым таинственным мужчиной очень значительного вида.
Сабрина рассмеялась с удовольствием, пробившимся, наконец, через бесчувственную немоту последних двух недель. Она могла считать, что жизнь ее разбита, но некоторые вещи не изменились, и присутствующая здесь Александра была ярким тому доказательством.
— Его зовут Дмитрий Каррас, и он прятал меня в погребе, когда мне было одиннадцать лет. Глаза Александры заблестели.
— На своем дне рождения ты рассказала только часть этой истории. Я когда-нибудь узнаю остальное? Или будет так же, как с той, которую ты так и не докончила в тот день, когда ворвался Скотланд-Ярд?
— Эту я обещаю докончить. Сколько времени ты пробудешь в Лондоне?
— Достаточно долго, чтобы закрыть квартиру Антонио, узнать последние сплетни…
— Что ты делаешь изумительно.
— И скупить Хэрродс, Цэндру Роде, Фатнум и Мэйсон.
— А что, в Рио нет магазинов?
— Дорогуша, ты не поверишь, какие в Рио магазины. Все на любой вкус. Но я хочу как в Лондоне, а Рио — не Лондон. Я полагаю, что, в конце концов, привыкну, но до тех пор, раз я могу скупить несколько магазинов и отправить за океан, почему бы не сделать этого? У тебя есть время походить со мной по магазинам или ты слишком занята тем, что женишь Габи и Брукса?
— Есть что-нибудь такое, чего ты обо мне не знаешь?
— Я же ничего не слышала о том, что ты чувствуешь по поводу оставленных в Штатах детишек и их отца. Сабрина дрожащей рукой поставила чашку на стол. Все упоминали об этом, вскользь или неопределенно.
— Вам должно их не хватать, дорогая; вам, должно быть, очень трудно. — Но никто не говорил с прямотой Александры, никто не требовал от нее прямого ответа. И никто не знал, что письма Пенни и Клиффа лежали на столике около ее постели, читаные и перечитанные каждую ночь, и что она отвечала им мысленно, только не на бумаге, пока Гарт не даст ей разрешения написать им.
— Я не обсуждаю свои чувства, — сказала она.
— Знаю, дорогуша, или я об этом уже услышала. Но думаю, что тебе пригодится возможность излить душу. Мы с Сабриной никогда не говорили о чувствах, но когда мы прощались перед этим злосчастным круизом, она меня поцеловала. Удивила меня… Это было так на нее не похоже, что я отшатнулась. Думаю, что этим ранила ее, она хотела прямо выразить свои чувства, а я ей не дала этого сделать. Я подумала об этом, когда она умерла. Антонио хотел сохранить свою квартиру, но я не продам свой дом, он ведь еще и дом Сабрины. Да, это мне напомнило, пока я здесь, я могу познакомить тебя с разными людьми и для дела, и для развлечений. Как бы дам тебе первый толчок, помогу отвлечься от мыслей о детях.
— Я действительно хочу быть одна.
— Мрачные мысли — нездоровое времяпрепровождение. Ты скоро собираешься повидаться с ними?
— Ты никак не уймешься?
— Ну, ну, леди, ты должна по ним скучать. И по своему красивому, хоть и несколько чопорному мужу. Неужели тебе не хочется облегчить душу?
— Не могу. Говорить слишком больно. Мне все время больно. Я так по ним скучаю, что если бы у меня еще были слезы, я оставляла бы за собой лужи. Что толку говорить об этом? Я хочу, чтобы они были рядом, я хочу чувствовать, что есть место и люди, которые меня любят, которым я нужна… о, черт, гляди, что я наделала. Я начала плакать и не могу остановиться. Выпей еще чаю, я вернусь через минуту.
— Нет, останься. Боже мой, прости меня. Я не знала, что это так плохо. Но тогда почему ты от них уехала?
— Я должна была.
— Он что, выгнал тебя?
— Я должна была уехать. У меня не было выбора. Я не могу вернуться и не могу говорить об этом.
«И дрожала мелкой дрожью, как листья трепещут под ветром», — подумала Александра и быстро сказала:
— Дорогуша, я не знала. Я больше не буду упоминать об этом. Я не знакома ни с кем, кто так относится к своим детям, большинство предоставляют заниматься ими слугам или интернатам. Меня это очень пугает, если хочешь знать. Я не уверена, что хочу заводить себе детей, если в этом столько… столько чувств…
Сама того, не желая, Сабрина рассмеялась:
— Да, столько, если, конечно, ты этого хочешь. Они сидели в дружеском молчании.
— Ну, — сказала Александра, — так что там насчет Дмитрия и погреба? Как это ты обедаешь с ним и все равно одна?
— Дмитрий — просто друг.
— Я тоже.
— Значит, и с тобой я тоже пообедаю.
— Мне это нравится. Хотелось бы, чтобы у нас было больше времени. У меня какое-то сумасшедшее ощущение, что я тебя знаю много лет, из-за Сабрины. Но я мечтаю узнать тебя получше. Что, черт побери, буду я делать посреди Бразилии без тебя? Приезжай на мою свадьбу! Приедешь? Ты должна появиться, или я не буду считать, что законно замужем, если ты не приедешь.
— Когда это будет?
— Накануне Рождества или на Рождество, как решит вождь гуарани. Можешь себе представить, ждать разрешения на брак от кучки индейцев, которые посоветуются со звездами или луной или посмотрят на форму муравейников? И еще что-то в этом роде. Ты не считаешь, что я сошла с ума?
— Нет. Я считаю, ты делаешь то, что хочешь.
— Ты единственная, у кого хватило здравого смысла не спрашивать меня, влюблена ли я. Ну, обещай, что приедешь на свадьбу.
— Я не могу, Александра. Я должна, пока не разберусь в себе, оставаться какое-то время на одном месте. Александра кивнула:
— Я не сомневалась, что ты так скажешь. Но ты будешь тут, пока я в Лондоне?
— Куда я могу деться?
— Обратно в Америку, к мужу и детям…
Улыбка исчезла с лица Сабрины.
— Нет. Я буду здесь. И буду рада видеть тебя. Надеюсь, ты будешь часто приходить.
— Так часто, как только смогу. Если передумаешь, можешь просто появиться на свадьбе, без предупреждения. Сабрина покачала головой:
— Я не передумаю. Но благословляю тебя и целую. И на этот раз ты не отвернешься. Они посмотрели друг на друга.
— Знаешь, дорогуша, если бы я сейчас просто вошла сюда, то под страхом смерти не могла бы ответить, кто ты — Сабрина или Стефания.
— Знаю, — ответила Сабрина, — так и должно быть.
Другие тоже говорили это, сыпались приглашения, и все хозяйки заявляли, что Стефания просто сенсация сезона: с такой элегантной легкостью заняла она место Сабрины. А затем новая история вытеснила все остальные. 17 декабря лондонская «Таймс» опубликовал на первой полосе статью о кражах и подделках предметов искусства, написанную Майклом Бернардом, с фотографиями Джоли Фэнтом. Статья появилась одновременно в международном издании «Геральд трибюн», напечатанном в Париже, «Ди вельт» в Германии и в «Нью-Йорк тайме». В течение нескольких часов после публикации буря телефонных звонков, шепотков и негодования пронеслась по ресторанам, клубам, каждой художественной и антикварной галерее Лондона. Сабрину рано утром разбудил отчаянный звонок Николса с новостями.
— Меня интересует, дорогая Стефания, не замешаны ли мы в этом? Я вспоминаю, что встречал несколько раз Карpa, но никогда ничего не покупал у него. Сабрина, да тут в списке несколько экземпляров фарфора, приобретенные у него!
— Какого фарфора, Николс?
Он зачитал описания. Танцовщицы, животные, фигурки птиц. Мейсенского аиста не было. Конечно, нет, запись, и накладная были уничтожены вскоре после того, как аист разбился. Где-то в книгах в «Вэстбридже» в числе десятков других галерей вписан и «Амбассадор», но в истории, рассказанной Майклом и Джоли, «Амбассадор» не упоминался. И не было причины их связывать. Теперь, когда история мультимиллионера Макса Стуйвезанта с его личной коллекцией произведений искусства, контрабандной сетью, сделками с изготовителями подделок, убийством на Средиземном море прогремела повсюду своими сенсационными заголовками, кто обратил бы внимание на такую маленькую деталь: имя прекрасной леди Сабрины Лонгворт в списке убитых?
— Мы не замешаны, — сказала Сабрина. — Фарфор, который Сабрина покупала у Карра, был настоящим. Она говорила, что проверила его происхождение.
— Но вы уверены? — настаивал Николс. — Мне не хочется на вас давить, Стефания, я знаю, что воскрешаю тяжелые воспоминания…
— Николс, я повторяю вам еще раз. Мы в этом не замешаны. Никакой опасности нет. Но слухи могут оказаться смертельными, и если я когда-нибудь услышу, что вы подвергаете сомнению репутацию «Амбассадора» или чистоплотность его сделок, я, не колеблясь, расторгну наше партнерство и выкуплю вашу долю. Это должно вас успокоить.
— Боже правый, Стефания, у меня и в мыслях не было предполагать… Я доверял Сабрине, я ею восхищался. Но она была на этой яхте, я должен был проверить…
— Вот и проверили. Так что в дальнейшем обсуждении нет смысла.
— Никакого. Конечно, никакого. Вы сегодня будете в магазине?
— Конечно.
Она каждый день приходила в свой кабинет, нагоняя работу за пропущенные три последних месяца, корпела над отчетами об аукционах, готовилась к тому времени, когда снова начнет заниматься покупкой и работами по созданию интерьеров. Она знала, что забрела в неизвестную страну между прошлым и будущим, что строит барьер между ее сегодняшней жизнью и работой и воспоминаниями о сестре, муже, детях, доме. Она жила одним днем. Планировать будущее означало, что с прошлым покончено навсегда. Она знала это, но все еще ей было легче жить настоящим.
Оливия Шассон была частью настоящего, и она позвонила, приглашая ее на обед.
— Это будет очень скромный прием. Я была подругой и покровительницей работы Сабрины и хочу узнать вас так же хорошо, как знала ее.
— Мне очень жаль. Я обедаю с другом…
— Приводите его с собой, дорогая. Полагаю, что он будет себя удобно чувствовать с нами.
«Нашего ли он круга?» — про себя перевела вопрос Сабрина.
— Его зовут Дмитрий Каррас…
— О, международные банки. Мы встречались на поминках после похорон Сабрины, у нас несколько общих друзей. Приводите его, пожалуйста.


За столом в доме Оливии на Белграйв-сквер собралось на обед четырнадцать человек. Они радостно приветствовали Сабрину, им хотелось побыстрее выразить свои соболезнования, чтобы можно было расспросить ее подробно о скандале с контрабандой и подделками: в утренних газетах появилось продолжение статьи.
Они обсуждали это со смехом, приберегаемым для случаев падения сильных, но звучала в их словах и настороженность, потому что все они были собирателями, вкладывавшими немалые деньги в искусство и антиквариат, а никто не знал, какие откровения появятся в следующей статье.
За консоме они расспрашивали Сабрину о том, как отличать подделки. Она отвечала коротко, описывая типы глин, глазурей, красок и рисунка. Объясняла, как иногда можно в ультрафиолетовом свете различить фальшивое или двойное глазирование, но не всегда, по мере улучшения глазурей этот способ все менее и менее надежен.
— Многое здесь зависит от интуиции, — сказала она. — Если вы долго изучаете детали, вы проникаетесь ощущением стиля и способа обработки, которое часто позволяет отличить оригинал от подделки. — Какую-то долю минуты она поколебалась, а затем плавно продолжила: — Просто путем осмотра. Хотя обычно сначала мы проверяем происхождение предмета, ищем приметы, которые помогают нам сказать клиентам, является ли он оригиналом или подделкой. По моему опыту, очень немногие подделки долго остаются нераскрытыми.
Ее тихий чистый голос захватил всеобщее внимание.
— Потрясающе, — проговорил кто-то, пока она вслушивалась в отзвук своих слов. — Но разве не этим занимался Макс?
Дмитрий положил ладонь ей на руку, но Сабрина в этом не нуждалась. Она вздернула голову и холодно обвела глазами стол.
— Я не буду обсуждать ни Макса Стуйвезанта, ни его действия.
— Ну, знаете ли! — произнес тот же голос, но его прервали другие тихие голоса:
— Не глупи, ее сестра…
— Несколько недель назад…
— Как можно было вспоминать об этом… Сильный голос Оливии перекрыл все шепотки.
— Стефания моя гостья, а не наемный эксперт по искусству. Мы рады приветствовать ее в Лондоне. — Она повернулась к сидевшей по правую руку Сабрине. — Моя дорогая, вы больше не должны отвечать ни на какие вопросы. Хотите еще немного вина?
Сабрина и Дмитрий обменялись улыбками.
— Вы мне запретили отвечать, — сказала она.
За столом раздался смех, кто-то спросил о новой игре в Монте-Карло, а Дмитрий стал рассказывать Сабрине о вилле, которую он только что купил под Афинами рядом с виллами своих сестер и их семей. Она молча слушала, расслабившись, успокоенная его присутствием. Он напоминал ей Гарта своей манерой тихо говорить, готовностью помочь ей, если понадобится, но, не навязывая себя. Даже свет в его глазах… Но нет, ни у кого не было такого света в глазах, как у Гарта.
— Там восхитительно, — говорил Дмитрий о своей вилле. — Воздух напоен свежестью и цветами. Никто не сплетничает и не говорит о делах. Там музыка, рассказы о богах, богинях и прошлой славе. Мы притворяемся, что нынешнее время не существует. Может быть, соберетесь когда-нибудь посмотреть своими глазами? Она улыбнулась:
— Может, когда-нибудь.
После кофе с коньяком Оливия пригласила ее и Дмитрия осмотреть свою художественную галерею.
— Я хочу ее расширить и переделать, — сказала она. — Сделать лучше освещение. Я хочу, Стефания, чтобы это сделали вы.
Они стояли в дверях и смотрели вдоль длинной сводчатой комнаты.
— Сабрина годами пилила меня, чтобы я ее осовременила, но до сих пор мне было все равно. Но для моих новых скульптур все это не пойдет.
— А какого рода они? — спросил Дмитрий.
— Современные. Высотой десять, пятнадцать, двадцать футов. Честно говоря, они выглядят как кошмар водопроводчика и пьяный бред столяра, но я это говорю только своим. Эксперты считают, что это настоящее искусство и прекрасное вложение капитала. Какой-то музей в Бостоне уже предложил назвать их Шассоновским собранием, если я завещаю их ему. Что бы вы с ними сделали?
— Забудьте про музей, — предложил Дмитрий. — Постройте детскую игровую площадку Оливии Шассон. Оливия расхохоталась и похлопала его по плечу:
— Вы ее профинансируете, а Стефания придумает, как она должна выглядеть.
— И назовите ее, — предложила Сабрина, — «Casher et chasser».
Дмитрий рассмеялся над тем, как она обыграла фамилию Оливии.
— Игра в прятки, — сказал он, а Оливия радостно заулыбалась.
— Замечательно, — проговорила она, — замечательно.
— Я чувствую, что не совсем потеряла Сабрину. Сразу после Нового года, дорогая Стефания, начинайте переделку галереи.
И она возвратилась к своим гостям, с удовольствием повторяя французские слова. Дмитрий взял Сабрину за руку.
— Какая бессердечная женщина. Она не чувствует, что потеряла вашу сестру.
— Но ведь она и не потеряла, — сказала Сабрина, отняв руку, она пошла вдоль галереи. — С небольшим перерывом она видит черед собой женщину, которая выглядит так же, обращается с ней, как с ровней, и поможет ей поменять обстановку дома. Чего ей еще желать?
— Того самого человека, по сути.
— По сути? Большинство людей удовлетворяется внешностью.
Дмитрий последовал за ней, и они стали рассматривать шассоновское собрание немецкой и французской живописи.
— Мне хотелось бы лучше узнать вас, если вы разрешите мне это. Вы необыкновенная женщина.
Сабрина отвернулась от мрачного портрета давно умершего торговца шерстью и посмотрела в живую теплоту глаз Дмитрия.
— Мы с вами обедали три раза, — сказал он, — но не стали ближе, чем когда я увидел вас впервые.
— Я надеюсь, мы друзья, — тихо ответила она.
— Друзья. Конечно. Я хочу гораздо большего, как вы догадываетесь. Но я не тороплюсь.
— Как осмотрительно, — сухо пробормотала она, — если учесть, что я еще замужем.
— Мне не нужно напоминать об этом. Вы все еще влюблены в своего мужа.
Она застыла, потом отвернулась и двинулась к выходу.
— Думаю, нам не следует это обсуждать.
— Пожалуйста, — он взял ее за руку, — я прошу прощения. Мы такие разные, так по-разному воспринимаем друг друга. Знаете, в каком-то смысле я всю свою жизнь думал о вас. Одно памятное утро. И с тех пор вы навсегда врезались мне в память, я никогда не забывал ни вас, ни вашей сестры.
Они медленно шли по галерее, и постепенно напряжение отпустило Сабрину. Дмитрий рассказывал о себе, особенно о репортере, который как бы усыновил его и его сестер, после того как сфотографировал их в посольстве.
— У него не было детей, и мы стали его семьей. Он устроил моего отца на новую работу, отправил нас в школу, помог мне получить стипендию в Кембридже, даже пытался найти мне жену. — Дмитрий улыбнулся. — В этом он не преуспел.
Они приближались к концу галереи.
— Я знаю, что остался в вашем прошлом, — сказал Дмитрий. — Но вы должны понять, что вы и ваша сестра снились мне с детства, пронизали всю мою жизнь, неожиданно появляясь, когда я меньше всего вас ждал… иногда, извините меня, в очень неподходящее время.
— Вы имеете в виду, когда вы были с другими женщинами?
— Даже тогда.
Он продолжал говорить, но Сабрина больше его не слушала. Он описал ее сны о Гарте, и его слова вернули этот сон: прикосновение Гарта к ее руке, его губы на ее губах, его спокойный голос, его полные желания глаза, обращенные к ней, теплоту их тел, когда они лежали рядом после акта любви. Одиночество нахлынуло на Сабрину, она ощутила себя потерянной.
«О любовь моя, моя милая любовь, я тоскую по тебе, ты мне нужен, я не могу вынести…» — Она подавила в себе этот молчаливый крик и снова стала прислушиваться к Дмитрию.
— …ваша красота и мужество, — говорил он. — И ваша радость жизни. Наверное, я всегда любил вас, потому что вы показали мне все это, когда я был молод, а с тех пор я ни у кого их так и не видел. Я всегда надеялся, что когда-нибудь встречу вас и дам вам такую же мечту под стать моей. Я никогда не думал, что найду вас через трагедию.
Внезапно Сабрина ощутила, что ее хоронит под собой его настойчивое желание вернуть прошлое. «Мне надо уйти от этого. Я не могу дышать, я не могу думать… Я хочу свою сестру. Я хочу свою семью. Я хочу Гарта».
— Стефания, что случилось? Я сказал что-то не то? Учащенно дыша, она пыталась улыбнуться.
— Слишком много разговоров о прошлом в тот момент, когда я стараюсь построить новую жизнь. Давайте вернемся к остальным.
— Но подождите, мы ведь друзья? Если я пообещаю не говорить о прошлом, мы остаемся ими?
— Да. Конечно.
«Ну почему все на меня давят? Почему хотят приспособить к своим собственным желаниям? Почему не дадут возможности быть самой собой? Я приспособилась бы под желания Гарта, потому что он никогда этого не требовал. Даже не просил. И не попросит».
— Конечно, мы друзья, — произнесла она, возвращаясь на вечер. Но она тут же забыла о нем из-за приближавшегося дня свадьбы Габриэль. Чтобы заставить себя не думать о Гарте, она старалась сконцентрироваться на деталях, с которыми великолепно справилась бы одна миссис Тиркелл. И когда начали собираться гости, она поняла, что ей удалось создать обстановку, которая восхитит Габриэль, но не позволит выбросить из головы Гарта.
В гостиной, где мягко сияли белые свечи в серебряных канделябрах и, мерцая, бросали свет на букеты лиловых орхидей и белых роз из оранжерей Оливии, сидели в бархатных креслах пятьдесят гостей и слушали разыгрываемые на арфе и пианино дуэты.
— В точности как это бы сделала Сабрина, — повторяли гости снова и снова.
— Как изумительно вы сохраняете живым ее дух.
На Габриэль было нечто цвета слоновой кости и атласный плащ, отделанный золотым шитьем. Она стояла у большого зеркала в спальне Сабрины и любовалась собой.
— Это самое близкое к белому, что можно было изобразить, не притворяясь, что я девственница. Но чувствую себя девственной. Правда, глупо?
— Нет, — сказала Сабрина, одетая в коралловый бархат. — Ты выглядишь прелестно. Как будто стоишь на пороге мира.
— Но я так себя и чувствую! Как ты смогла догадаться? Ох, какая я глупая, прости меня, Стефания. Ты должна выслушивать мои сентиментальные восторги, когда твой собственный брак…
— Габи! Я буду сколько угодно слушать твои восторги, если пообещаешь не говорить о моем браке.
— Это справедливо. Но теперь я чувствую себя виноватой.
— Тогда я сбегаю вниз к миссис Тиркелл на пару слов. Думаю, через пять минут пора начинать.
В гостиной Брукс стоял перед камином, обрамленным белым и лиловым, и спокойно обозревал комнату. Рядом с ним стоял его парижский друг. Александра сидела в первом ряду. На следующий день она уезжала в Рио к Антонио, и тремя днями позже, в рождественский вечер, они должны были пожениться.
«Я окружена романтической любовью, — подумала Сабрина. — Годами никто не женился. Все только разводились. А теперь мой дом наполнился любовью и свадьбами». Слова эти мучительно зазвучали в ней, и ей захотелось отослать всех из дома, свернуться клубочком в тишине своей комнаты и перебирать свои воспоминания, одно за другим, как фотографии, которые нельзя отобрать.
«Скоро. Скоро они все разойдутся».
Она стояла во время церемонии рядом с Габриэль, слушая традиционные слова и ответы и думая о Гарте.
«Я забрала это у тебя, — говорила она ему, — такую же церемонию, достоинство, тайну, веру, все у тебя отняла. Это одна из самых плохих вещей, которые я с тобой сделала. Я превратила это в твоих глазах в злую шутку. И я никогда до сих пор этого не понимала. Мне хотелось, чтобы здесь стояли мы с тобой и произносили эти слова. Я обещала бы тебе, что вместе с тобой построю брак, не игру, не развлечение, не короткое приключение. Я обещаю тебе навсегда мое сердце, мою руку, мою любовь, но ты так далеко и так сердишься…»
— Стефания, — сказала Александра, — с тобой все в порядке?
Она обернулась. Брукс и Габриэль, рука об руку, уже женатые, приветствовали своих гостей. Она извинилась:
— Я, кажется, позволила своим мыслям взять над собой верх.
Александра обняла ее.
— Ты так бледна. Что я могу для тебя сделать?
— Помоги мне всех накормить и поддержать разговор легким и приятным.
— Я имею в виду, что мне сделать, чтобы ты была счастливой?
На мгновенье Сабрина позволила себе прислониться лбом к плечу Александры. Потом она выпрямилась и улыбнулась:
— Почаще возвращайся в Лондон. Так хорошо будет ждать этого. И они пошли вниз присмотреть за свадебным пиром.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Обманы - Майкл Джудит



Предсказуемая книга))))
Обманы - Майкл ДжудитRoskStar
29.01.2012, 11.02





Книга очень увлекательная, необыкновенная история и большая настоящая любовь. Рекомендую почитать.
Обманы - Майкл ДжудитЕлена
23.03.2012, 21.17





Пронзительно-чарующая история о поиске себя, легкомысленном поступке, который привел к трагическим последствиям и заслуженной любви. Герои живые, не шаблонные персонажи, а думающие и чувствующие индивидуально. Спасибо автору за прекрасное произведение.
Обманы - Майкл Джудитm-ll Caramell
30.08.2012, 9.46





Что то очень личное описано. Как может человек написать то, что никогда не чувствовал? Я читала и понимала и одну героиню и другую. Сама себе удивлялась. Герои стремились найти, познать себя, так же, как и мы. И нам всем вместе это удалось?!
Обманы - Майкл ДжудитКэтрин
18.12.2012, 20.09





Мне роман понравился, но не внесу его в число своих любимых.Просто эта история что-то затронула в моей душе.Очень понравилась Гг-ня хотя конец ожидала чуть-чуть другой!+10
Обманы - Майкл ДжудитЭдуарда
28.10.2013, 20.46





Немного затянуто и нудновато. Хотя идея на самом деле о поиске себя
Обманы - Майкл ДжудитОльга
6.11.2013, 21.31





книга не только о поиске себя. но и о том. что семейная жизнь это труд. творчество.
Обманы - Майкл Джудитлюбовь
25.11.2013, 19.09





Прекрасная книга. Но начало не очень, я пропускала.
Обманы - Майкл ДжудитЛика
17.02.2014, 23.21





Прекрасная книга. Но начало не очень, я пропускала.
Обманы - Майкл ДжудитЛика
17.02.2014, 23.21





Героини раздражали до жути, игра игрой но это.. Да и что это за мать такая!! Или год держать подле себя мужчину ждущего когда она соизволит выйти за него.. Как собака на сене..rnЭмоции, переживания, поведение и поступки описаны вполне жизненно, на на протяжении всей книги каждому из персонажей хотелось влепить оплеуху за идиотизм, и мужу и сестрам и родителям. Всем! В общем из-за характеров и поведения героев у меня было отторжение этой книги, советовать не стану. Есть произведения куда приятнее, которые не доставляют раздражения.
Обманы - Майкл ДжудитАнна
21.04.2015, 6.25





Не пошел.
Обманы - Майкл ДжудитКэт
23.02.2016, 8.24





Читала давно, но мне понравилось.
Обманы - Майкл ДжудитКрина
14.09.2016, 9.16





Читала давно, но мне понравилось.
Обманы - Майкл ДжудитКрина
14.09.2016, 9.16








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100