Читать онлайн Ради счастья дочери, автора - Мартон Сандра, Раздел - ГЛАВА ПЯТАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ради счастья дочери - Мартон Сандра бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.03 (Голосов: 37)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ради счастья дочери - Мартон Сандра - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ради счастья дочери - Мартон Сандра - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мартон Сандра

Ради счастья дочери

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА ПЯТАЯ

Чейз наблюдал, как Энни меряет комнату шагами. Это завораживало. Она ходила взад и вперед, взад и вперед, каждый раз задерживаясь перед ним и бросая на него взгляды, которые выражали то злость, то недоумение, то страх, порадовавший бы сердце Медузы Горгоны.
После короткой вспышки гнева вслед за отъездом Дон и Ника она больше ни слова ему не сказала, но это вряд ли могло его успокоить. Он ждал новой вспышки. Но ему ли упрекать ее…
Что заставило его совершить такую глупость? Даже мысль об их возможном примирении казалась безумной. Так нельзя было поступать. Черт возьми, это просто бессовестно. Дон, которую обманом заставили поверить в чудо, уехала с надеждой в сердце…
Но по крайней мере она уехала. А ведь он хотел именно этого. Чтобы его дочь осталась наедине с мужем, чтобы у нее было время подумать и понять, что будущее ее брака никак не связано с неудавшимся браком родителей.
Если одно поколение что-то испортило, это не означает, что другое поколение должно поступить так же.
Чейз почувствовал, как камень упал с души. Его поступок был импульсивным, возможно, даже жестоким. Но раз поступок этот давал Дон время найти свою дорогу на минном поле жизни и брака, его стоило совершить. В самом деле, кому он, Чейз, причинил боль? Когда дети вернутся после своего медового месяца – счастливые, в этом он был уверен, полные радужных надежд на свое будущее – свое, а не их с Энни, – тогда он объяснит, что слегка ввел их в заблуждение. Самую малость.
– И как, ты думаешь, она будет себя чувствовать, когда ты расскажешь ей, что солгал?
Чейз поднял голову. Энни стояла перед ним. Она дрожала от ярости, а глаза ее метали молнии.
И в ярости Энни была прекрасной.
Давным-давно она дрожала так… в его руках. Когда он прикасался к ней. Когда гладил ее грудь, живот. Когда погружался в ее шелковую глубину…
– Ты слышишь меня, Чейз Купер? Как, по-твоему, будет чувствовать себя наша дочь, когда поймет, что вместо чуда ей подсунули кучу вранья?
Чейз пожал плечами.
– Это не совсем так.
– Ты прав, гораздо хуже.
– Послушай, я просто хотел помочь ей.
– Ха!
– Ну ладно, ладно. Может быть, я совершил ошибку, но…
– Может быть? – Ее голос сорвался на крик, брови взлетели вверх. – Может быть, ты совершил ошибку?
– Слова просто вырвались. Я не имел в виду…
– Неужели ты даже не можешь признать, что был не прав?
– Но я уже сделал это. Сказал, что, может быть, совершил ошибку.
– Ты солгал, Чейз. Большая разница. Но я не удивлена.
Чейз встал.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Ничего, – отрезала Энни и отвернулась.
– Черт побери! – Он схватил ее за плечи и повернул лицом к себе. – Вот это слово я всегда не переносил. «Ничего», – отвечала ты всегда, но даже круглый идиот мог бы понять, что при этом что-то имеется в виду.
Энни слащаво улыбнулась.
– Мне приятно это слышать.
Кровь бросилась ему в лицо. Он сжал ее еще крепче.
– Ты нарываешься на неприятности, детка.
– Почему? – Она подняла голову. – Что ты собираешься сделать, а? Ударить меня?
Она увидела, как глаза Чейза превратились в узенькие щелки. Зачем она это сказала? Да, они ссорились, оскорбляли друг друга. К тому моменту, когда решили развестись, каждый из них уже перепробовал все возможные способы побольнее уколоть другого.
Но он ни разу не ударил ее. Она никогда раньше не боялась физического насилия с его стороны. Не боится и сейчас.
Она сказала это в бешенстве. Он тоже вышел из себя. Но совсем недавно, когда оба были в ярости, он заключил ее в свои объятья и целовал до тех пор, пока у нее ноги не подкосились.
Боже мой, женщина, ты что, сошла с ума? Неужели стараешься так ужалить его, чтобы он снова поцеловал тебя?
Энни изогнулась и вырвалась из его рук.
– Это ни к чему не приведет. – Она подошла к дивану и села. – Я просто хотела бы знать, что нам делать дальше.
– А почему мы должны что-то делать? – спросил он, садясь в кресло.
– Дон надеется…
Чейз вздохнул и, наклонившись вперед, упер локти в колени и обхватил руками голову.
– Как ты мог? Как ты мог сказать это? Сказать такую чушь…
– Не знаю. – Он выпрямился и провел рукой по лицу. – Наверное, просто устал. Я совсем не спал. Слушай, чем набито это проклятое кресло? Железом?
– Конским волосом, что как раз тебе подходит, учитывая, что ты – самый настоящий жеребец!
Чейз подавился смехом.
– Жеребец? Что за вульгарность, Энни? Следи за своим языком, детка.
– Не называй меня «детка». Мне это не нравится. Просто скажи мне, что мы теперь будем делать.
Чейз поморщился от боли, поднимаясь на ноги. Он разогнул спину, помассировал шею и медленно подошел к окну.
Из-за леса за домом поднималось лимонно-желтое солнце. Увидев его, Чейз улыбнулся, потому что ему в голову пришла мысль, что оно теперь двинется на Гавайи вслед за Дон, начинающей свой медовый месяц с Ником. Чейз хотел поделиться этой мыслью с Энни, но подумал, что та вряд ли сможет сейчас оценить ее.
– Подождем, пока дети вернутся, – сказал он, поворачиваясь к Энни, – и тогда скажем… я скажу им, что не должен был говорить, что мы собираемся начать все сначала.
– То есть скажешь правду.
– Одну только правду, и ничего, кроме правды. Да.
Энни кивнула. Встала и прошла в кухню. Чейз последовал за ней. Опустился на стул.
– Послушай, я знаю, что это будет не так легко, но…
Энни молча хлопнула дверцей буфета, и он вздрогнул.
– Если ты собираешься приготовить еще кофе или чай…
– Именно это я и собираюсь сделать.
– …то мне не надо. Последняя дюжина чашек все еще плещется у меня в животе.
– Может быть, что-то другое? Горячий шоколад?
Брови Чейза полезли вверх.
– Ну, не знаю, возможно…
– Может быть, болиголов? Большую чашку?
– Не стоит так вести себя, Энни. – Он встал, подошел к холодильнику и открыл его. – А пива нет?
– Нет. – Энни проскользнула у него под рукой и захлопнула дверцу холодильника. – Я, – сказала она самодовольно, – не пью пиво.
– Могу поспорить, что женоподобный поэт тоже не пьет пива.
– Же… – Энни, зардевшись, осеклась. – Если ты имеешь в виду Милтона…
– Как насчет диетической кока-колы? Или это тоже не в твоих привычках?
Энни бросила на Чейза сердитый взгляд. Потом подошла к шкафу и распахнула его.
– Вот, – сказала она, кидая ему банку. – Пей свою кока-колу, хотя еще только шесть часов утра. Может быть, твоя голова после этого просветлеет, и ты предложишь что-нибудь дельное.
– Я уже предложил. – Чейз дернул за кольцо на банке и скривился, глотнув теплой газированной воды. – Я сказал тебе, – он достал из морозилки лед, положил несколько кубиков в стакан и налил в него колу, – когда дети вернутся домой после медового месяца, я признаюсь им, что мы слегка приукрасили правду ради их благополучия.
– Мы? – мягким, но угрожающим тоном спросила она.
– Хорошо. Я. Я это сделал. Я приукрасил правду.
– Чейз, ты солгал.
Чейз медленно допил свой стакан и прижал его ко лбу.
– Я солгал. Все в порядке? Тебе легче?
– Да. – Энни пожала плечами. – Нет. – Она долго смотрела на него, потом отвернулась и занялась кофе. – Ты солгал. Но я тоже принимала в этом участие.
– В чем? О Боже, я на ногах уже больше суток, и мой мозг отказывается соображать. Что теперь тебе не нравится? Я сказал, что объясню Дон, что это была целиком моя идея. Больше я ничего не могу сделать, верно?
– Но ведь я, как и ты, несу ответственность за весь этот кошмар. – Энни вздохнула и провела рукой по лицу. – Дон спросит меня, почему я ничего не сказала, если знала, что ты лжешь. Когда ты заявил ей, что мы думали о примирении, я могла бы сказать, что это не так, что ты это выдумал.
Чейз почувствовал, как защемило сердце.
– Но ты не сказала… Почему?
Ее волосы упали на лоб – мягкими, блестящими локонами. Ему захотелось коснуться их. Она вздохнула.
– Ты подумаешь, что я сошла с ума.
– Посмотрим.
– Потому что в глубине души я понимала, что это единственный способ заставить ее перестать сравнивать себя и Ника с нами. Это так глупо с ее стороны. То, что мы с тобой разлюбили друг друга, вовсе не означает, что и они обязательно разлюбят… – Энни вызывающе посмотрела на него. – Ну, по-твоему, я спятила?
Какое-то неопределенное чувство шевельнулось у него в душе. Облегчение, сказал он себе. А что, собственно, еще?
– Я не думаю, что ты сошла с ума, – улыбнулся он. – Но ты должна признать, что совсем заблудилась в дебрях правды и лжи, как и я.
Она кивнула.
– Ладно, когда они вернутся, мы оба сознаемся, что выдумали это из лучших побуждений. – Губы Энни задрожали. – Дон очень расстроится. И рассердится.
– Это пройдет.
– Мы с ней никогда не обманывали друг друга, Чейз. Даже когда… когда мы с тобой окончательно решили разойтись, мы сказали ей правду.
Чейз посмотрел на нее и осторожно произнес, глядя, как Энни вытирает глаза рукой:
– Ну, может быть, есть другой выход. – Он выдавил из себя улыбку. – Мы и вправду могли бы попробовать еще раз…
– Что?
– Конечно, не по-настоящему, – быстро сказал он. – Могли бы притвориться. То есть провести какое-то время… неделю… вместе. Пообедать в ресторане, поговорить. Что-то в этом роде.
Энни уставилась на него. Ее глаза округлились и стали очень темными.
– Притвориться?
– Ну да, – отрывисто бросил Чейз. – Просто чтобы легче было посмотреть детям прямо в глаза и сказать: мы пытались…
– Нет, – Энни покачала головой. – Я… я не могу.
– Почему?
Она искала ответ. В самом деле, почему бы и нет? Они могли бы пожать друг другу руки, заключить сделку и притвориться ради счастья дочери.
Нет, она не смогла бы… Видеть Чейза целую неделю? Семь дней улыбаться ему за обедом? Слышать его голос? Идти рядом с ним? Нет, это было бы слишком… слишком…
– Это было бы неправильно, – резко сказала она. – Нет необходимости громоздить одну ложь на другую. – Она встала, взяла кофейник и вылила его содержимое в раковину. – Ты был прав. Еще глоток кофеина – и меня стошнит.
– Энни…
– Что? – Она обернулась. – Это не подходит, – спокойно сказала она. – Ни для тебя, ни для меня, ни для кого-то еще.
– Никому и не нужно об этом знать.
Энни выпрямилась.
– А как насчет твоей невесты? Как ты все объяснишь ей?
Чейз пожал плечами. Еще одна ложь вернулась бумерангом и ударила его.
– Ну… – протянул он, – ну, я бы ей сказал… сказал бы… – Его глаза встретились с глазами Энни. – Я скажу ей то, что ты сказала бы своему женоподобному поэту.
Энни вспыхнула.
– У тебя, Чейз Купер, есть одно качество. Ты всегда умел подбирать слова. Я ведь говорила тебе, что Милтон – профессор в колледже.
– Он – косноязычный идиот, и могу поспорить на что угодно, что ты ходишь на один из его курсов. Как он называется? «Как в двадцать первом веке говорить на языке шестнадцатого века»? «Пятьдесят способов превратить обычный образ мысли в полное помутнение рассудка»? Энни, зачем ты шатаешься по всяким дурацким курсам, которые читают ничтожества?
– Конечно, мистер Купер, вы не ничтожество.
– Ты совершенно права. По крайней мере у меня на руках есть мозоли. Я знаю, что такое честный труд.
– Извини, Чейз, ты лишился права пользоваться этим словом. Слово «честность» теперь запрещено для тебя – после той чудовищной лжи, которую ты нагородил нашей дочери.
– Ты именно так с ним познакомилась?
– С кем?
– С Хофманом. Я прав? Ты посещала курс, который он вел.
– Милтон – ученый-шекспировед, пользующийся хорошей репутацией.
– Репутацией в чем? В соблазнении замужних женщин?
Глаза Энни засверкали.
– Я – не замужняя женщина. Да, я посещала курс, который он вел. Да, он пишет стихи. Прекрасные стихи, которые ты не способен оценить. К сожалению, мне придется тебя разочаровать: Милтон – не «голубой».
Чейз сложил руки на груди.
– Полагаю, ты это знаешь из личного опыта, – сказал он, чувствуя себя так, как будто получил удар в солнечное сплетение.
Энни помолчала. Впрочем, стоит ли беспокоиться о том, что она солжет мастеру этого дела?
– Конечно, – сказала она, слегка улыбнувшись.
Чейз сжал челюсти. Настало время отпустить какое-нибудь саркастическое замечание.
– Рад за вас обоих, – холодно сказал он. – Ну и когда знаменательный день?
– Знаменательный день?.. – Она сглотнула. – Ты имеешь в виду свадьбу? – Она пожала плечами и мысленно скрестила пальцы. – Мы… э-э-э… мы еще не решили точно. А когда вы с Дженет свяжете себя узами?
Именно. Узами. Чейз почувствовал, как веревка затягивается вокруг его шеи.
– Скоро. Не знаю точно. Я начинаю новый проект в Сиэтле.
– И, конечно, это самое главное.
– Это важная работа, Энни.
– Не сомневаюсь. И уверена, что Дженет понимает это.
– Да, понимает. Она знает, что для того, чтобы фирма, которая мне досталась от моего старика, достигла такого успеха, требуется работать двадцать четыре часа в сутки.
– Она все понимает лучше, чем я.
– Ты совершенно права.
Они смотрели друг на друга, напоминая себе, что были рады больше не жить вместе. Потом Чейз отвернулся.
– Мне нужно успеть на самолет, – сказал он.
– Правильно. Брось все. Повернись спиной к тому, что ты натворил.
– Черт возьми, завтра днем я должен быть в Сиэтле, чтобы осмотреть участок для стройки. Дьявол, что я говорю? – Нахмурившись, он поднял рукав свитера и посмотрел на часы. – Сегодня днем.
– Беги, – холодно сказала она, – хотя мы так и не разрешили проблему, которую ты создал.
– Прекрасно. Ты хочешь поговорить? Можешь отвезти меня в гостиницу, я соберу вещи, а потом ты отвезешь меня в аэропорт.
Пятнадцать минут до гостиницы, подумала Энни, прищурившись, еще сорок минут до аэропорта Брэдли. Примерно час. Конечно, она может продержаться так долго в его компании, если они в результате разработают какой-нибудь план.
– Хорошо, – сказала она и запнулась. Может быть, ей следует пойти переодеться? Нет. Зачем? Чейз заслужил, чтобы в аэропорт его привезла женщина в нелепом свитере. – Ну, – сказала она нетерпеливо, беря ключ от машины, – чего ты ждешь, Чейз? Пошли.
Энни ждала в машине, пока Чейз забирал свой чемодан из гостиницы.
Предложение отвезти его в аэропорт было не самой лучшей идеей.
Они так ничего и не придумали за время дороги. А сидеть бок о бок в ее крохотной «хонде» было… ну, не слишком уютно. Чейз чересчур велик для этой машины. Его бедра находились в дюйме от ее бедер. Его плечо касалось ее плеча при резких поворотах, а запах лосьона будоражил ей ноздри.
Чем быстрее она от него избавится, тем лучше.
– Ладно, – сказала она, когда он опять сел рядом с ней, – какая авиакомпания?
– «Уэст-Коуст». Что-то в этом роде. – Он рылся в кармане, пока она выезжала на дорогу. – Вот билет. «Уэст-Коуст Эйр».
– Интересно, – сказала Энни с натянутой улыбкой. – Это, наверное, новая компания. Какой терминал? А или Б?
– Что ты имеешь в виду?
– В Брэдли два терминала, – терпеливо объяснила она. – Один – А. Другой – Б. Мне нужно знать, куда мы едем.
– Мы едем не в Брэдли. Я лечу из Бостона. Я думал, что ты поняла.
Энни уставилась на него. Бостон. Два часа езды вместо сорока минут. У нее вспотели руки на руле.
– Бостон, – произнесла она тихо, – я не думаю…
– Мой рейс в полдень. Мы успеем? Может быть, мне позвонить в авиакомпанию? Если есть другой рейс через час или два, остановимся где-нибудь, чтобы перекусить.
– Не говори глупостей. – Энни взглянула на часы на панели. – Успеешь. – Она нажала на педаль газа.
Они добрались в аэропорт на двадцать минут раньше.
Энни припарковала машину на стоянке. Чейз открыл дверцу и вышел из машины.
– Ну хорошо, – сказал он, – спасибо, что подбросила.
Она кивнула.
– Пожалуйста.
– Жаль, что мы так ничего и не придумали.
– Да. Мне тоже.
– Как только дети вернутся домой…
– Я тебе позвоню.
– К тому моменту мы найдем выход.
– Конечно.
– Дон – умница. Она поймет, если мы чистосердечно во всем признаемся.
– Чейз, твой самолет.
– Да, да. – Чейз захлопнул дверцу машины. – Ну…
– До свидания, – сказала Энни и резко рванула с места.
Проехав квартал, она прижала машину к бордюру. Сердце колотилось, а глаза щипало.
Зачем они ссорились по таким пустякам? Зачем старались больнее ужалить друг друга?
– Потому что вы не подходите друг другу, – прошептала она, отвечая на свой собственный вопрос. – Вы никогда не подходили друг другу. И только секс не давал вам понять правду…
Энни нахмурилась. Что-то лежало на полу около переднего сиденья. Она нагнулась и подняла с пола длинный конверт.
Это был билет Чейза.
– Черт побери, – сказала она, делая такой резкий разворот, что запахло жженой резиной.
Его не было видно в терминале, хотя, может быть, она просто не могла найти его в толпе сновавших там людей.
Энни подбежала к табло вылета. Куда он должен лететь? В Сиэтл. Самолетом «Уэст-Коуст Эйр». Вот он. Выход номер шесть.
Она промчалась через зону регистрации билетов, через зал ожидания – к выходу. Чуть было не остановилась возле контрольного пункта, когда охранник попросил ее предъявить билет, но тут же вспомнила, что находится здесь именно потому, что сжимает билет в руке, а поэтому помахала билетом охраннику и понеслась дальше.
Где же Чейз?
Вот! Вот он!
– Чейз! – закричала она. – Чейз! Он обернулся на звук ее голоса.
– Энни? – Она увидела, как просветлело его лицо. – Энни, – повторил он и открыл свои объятия.
Позже она твердила себе, что и не думала бежать к нему, просто шла слишком быстро и не могла остановиться. Но в результате оказалась в его объятиях.
– Энни, – нежно сказал он, – детка.
А потом ее руки обхватили его шею, а его руки гладили ее волосы и они с Чейзом целовались.
– Чейз, – прошептала она потрясенно, – твой билет…
– Все в порядке, – сказал он, не отрывая губ. – Ничего не говори. Просто целуй меня.
Она повиновалась, и все было так, как всегда. Сладость его поцелуя. Воздушная легкость. И прилив возбуждения, который всегда охватывал ее, когда она была в его руках…
– Мама, папа! Это потрясающе!
Энни и Чейз отшатнулись друг от друга. Буквально в трех футах от них стояли Дон и Ник. Ник выглядел слегка удивленным, а лицо Дон выражало откровенную радость.
Энни опомнилась первой.
– Дон? – спросила она. – Ник? Что вы здесь делаете?
– Да, – справившись с замешательством, присоединился к ней Чейз, – мы думали… э-э-э… мы думали, что вы улетели несколько часов назад.
– Рейс задержался. Вроде бы из-за непогоды. Ничего страшного. Мы просто бродили вокруг, чтобы убить время.
– Здорово, – от души произнес Чейз. – То есть очень плохо. То есть… Послушайте, я бы с удовольствием остался и поболтал с вами, ребята, но мой самолет должен взлететь через минуту-другую, так что…
– Конечно. – Дон подошла к родителям и по очереди обняла их. – Я думаю, что это прекрасно, – сказала она, улыбаясь, – то, что вы делаете.
– Дон, – сказала Энни, – детка…
– Энни, – осторожно прервал ее Чейз.
Она посмотрела на него. Он прав. Неподходящее время, чтобы рассказывать дочери об их уловке.
– Что, мам?
– Просто… просто будь объективна, ладно? Относительно… относительно твоего отца и меня.
Дон кивнула и прижалась к мужу.
– Хорошо. Я только хотела, чтобы вы оба знали, как много значит для меня то, что вы действительно стараетесь начать сначала.
Чейз пожал плечами.
– Ну конечно, но…
– Я соглашусь с любым решением, которое вы примете, особенно теперь, когда вижу, какие усилия вы прилагаете…
Они уставились на свою дочь.
– Вы же летите вместе в Сиэтл? Это прекрасно.
– О, – умоляюще произнесла Энни, – Дон…
– Ты ведь понимаешь, что я сомневалась? Правда ли вы стараетесь что-то сделать или просто хотите успокоить меня? – Дон улыбнулась. – Теперь я знаю, что все было по-настоящему, и неважно, чем это обернется.
Голос из громкоговорителя объявил:
– Заканчивается посадка на рейс номер шестьсот шесть авиакомпании «Уэст-Коуст Эйр».
Дон взяла родителей под руки.
– Пошли. Мы с Ником вас проводим.
– Нет, – затараторила Энни, – в этом нет необходимости.
Но они уже двигались по залу: Энни с одной стороны от Дон, а Чейз – с другой. Когда они подошли к выходу на посадку, Дон поцеловала их на прощание.
– Я люблю тебя, мама, – прошептала она, прижимаясь к Энни щекой.
– Эй, послушайте! – раздался чей-то голос. Служащий на выходе старался одновременно улыбаться и быть строгим. – Поторопитесь, пожалуйста, если хотите улететь.
– Чейз… – в отчаянии произнесла Энни, когда он взял ее за локоть.
– Иди, – пробурчал он сквозь зубы и потащил ее вперед.
– Нет. Это невозможно!
– Так же, как и вернуться назад. Иди, улыбайся. А когда мы окажемся в самолете, веди себя хорошо.
– Ты размечтался, Купер. Ты что – забыл? У меня же нет билета.
Звук, который издал Чейз, был похож на смех.
– Извини, – сказал он, – но, кажется, у тебя есть билет.
– Не говори глупостей! У меня твой билет. Я старалась тебе это объяснить.
Энни помахала конвертом перед его лицом и побледнела, когда ее бывший муж вытащил из кармана пиджака точно такой же конверт.
– А я купил другой. И старался объяснить это тебе.
– Нет, – простонала она.
– Да.
Энни почувствовала, что ее ноги приросли к земле. Рука Чейза на ее локте сжалась.
– Но ведь там другое имя! Они увидят, что это не мой…
Чейз выхватил конверт из ее обмякшей руки и вытащил листок.
– Поторопитесь, – снова сказал служащий.
А потом… Энни оказалась сидящей рядом с Чейзом в первом классе «Боинга-747», взлетавшего в чистое утреннее небо.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Ради счастья дочери - Мартон Сандра

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Эпилог

Ваши комментарии
к роману Ради счастья дочери - Мартон Сандра



Действительно, что не сделаешь, ради счастья дочери, даже вернеш потеряную любовь. Хотя в настоящей жизни редко так получается.
Ради счастья дочери - Мартон СандраЛена
28.06.2012, 15.32





в сказки Андерсана не верю давно
Ради счастья дочери - Мартон Сандралидия
30.10.2013, 9.13





роман хороший,хотя и сказка можно же иногда поверить в сказку. Так что читайте.
Ради счастья дочери - Мартон Сандранатали
25.12.2013, 6.53





Кое-как дочитала до 6 главы.Неужели все американки такие тупые!!!!!
Ради счастья дочери - Мартон СандраВАЛЕНТИНА
25.12.2013, 19.02








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100