Читать онлайн В огне желания, автора - Мартин Кэт, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - В огне желания - Мартин Кэт бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.62 (Голосов: 60)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

В огне желания - Мартин Кэт - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
В огне желания - Мартин Кэт - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мартин Кэт

В огне желания

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

– Значит, всё дело в деньгах? – спросил Брендон, не отводя взгляда от мулов, неспешно двигавшихся вперед. – Значит, вы приняли предложение Эгана из-за денег?
Присцилла украдкой взглянула на него. Они сидели на передке фургона, и рядом с ним она чувствовала себя так спокойно, словно одно присутствие этого высокого широкоплечего человека обещало ей полную безопасность. Некоторое время назад она переоделась в темно-зеленое платье из плотной ситцевой ткани. Шляпка была ему в тон. Обрывки прежнего платья остались далеко позади, как и ужасная лавка полковника Кинли. Присцилле становилось все лучше по мере того, как недавнее прошлое отдалялось.
– Не стану отрицать, и из-за денег тоже, но не только из-за них, хотя именно так вы и думаете. Я приняла предложение Стюарта Эгана, потому что тетушка Мэдлин умерла, оставив меня совсем одну. Эган обещал позаботиться обо мне… и я уверена, что так оно и будет. Его деньги означают для меня дом (собственный дом, которого у меня никогда не было и о котором я всегда мечтала) и безмятежное существование. Но и это не главное. Важнее всего мужское плечо и возможность опереться на него, а также понимание и уважение. И конечно, дети. Их мы воспитаем вместе.
– Но ведь вы даже не видели его! Откуда же вам знать, что вы уживетесь с ним?
Фургон тряхнуло на выбоине, Присцилла привалилась к Брендону и тотчас отодвинулась со смущенной улыбкой.
– Письма Стюарта убедили меня в этом. Судя по ним, это человек глубокий и тонкий. Он так же стремится завести семью, детей, как и я. Он обеспечит мне безбедную жизнь, наши дети не будут ни в чем нуждаться. Разве этого мало, чтобы уважать человека… и любить? Мне очень повезло, мистер Траск.
– Время покажет, так ли это, мисс Уиллз, – отозвался он со странной усмешкой.
Присцилла пропустила его замечание мимо ушей, радуясь тому, что они снова обращаются друг к другу официально. Слава Богу!
– Я хотел сказать, что мы еще далеко от «Тройного Р», – помолчав, добавил Брендон. – Между нами и ранчо простираются мили техасской земли, а земля эта, как вы уже успели убедиться, бывает весьма враждебной.
Присцилла вспыхнула от досады. Меньше всего ей хотелось вспоминать об инциденте в лавке, об этих ужасных, отвратительных людях. С такими ей пришлось столкнуться впервые в жизни. Одна мысль об их бесцеремонных прикосновениях возбуждала в ней тошноту. Но, хотя они унизили ее достоинство, она с еще большим ужасом вспоминала выстрел Брендона, уложивший одного из них. Присцилла тогда едва снова не впала в беспамятство.
Уезжая из Цинциннати, она представляла себе Техас землей обетованной, прекрасной колыбелью ее будущего счастья со Стюартом. Но после первых же шагов по этой земле мечта едва не разбилась вдребезги.
Да и само воображаемое счастье со Стюартом как-то отдалилось, померкло. Присцилла покосилась на Брендона (и когда только он успел стать для нее просто Брендоном, а не мистером Траском?). Даже мысленно называть его по имени она считала недопустимой интимностью и понимала, что это опасно, но вернуться к прежнему уже не могла.
Она следила из-под ресниц, как Брендон держит вожжи, как настороженно оглядывается, не упуская ни единой мелочи.
Даже в тени широких полей шляпы глаза его казались пронзительно-голубыми, словно горели внутренним огнем. Взгляд девушки скользнул по прямой линии носа, по четким очертаниям подбородка и вернулся к губам, словно его притягивала неведомая сила.
Брендон правил так уверенно, сидел так прямо, развернув широкие плечи!
И чем дольше Присцилла смотрела на него, тем сильнее ощущала какое-то странное волнение в крови. Вместо того чтобы отвернуться, она представляла себе, как лежали его руки у нее на талии, на плечах, как бережно они обнимали ее, когда она плакала.
Девушка не сразу сообразила, что от нее ждут ответа. Кажется, Брендон говорил что-то о враждебности Техаса.
– Я привыкну к здешней жизни. Ведь у меня нет выбора.
– Ошибаетесь, мисс Уиллз. Техас – это тоже Америка, а в Америке у каждого есть выбор.
Присцилла могла бы возразить, что ее случай особый, ибо она попросту не приспособлена к иной жизни, чем та, что предложил ей Стюарт. В конце концов, она и не желала иной жизни. С давних пор, едва ли не с детских лет, Присцилла мечтала стать женой и матерью. Дети! Она страстно хотела их.
– Все как-нибудь устроится, мистер Траск, я в этом совершенно уверена. Стюарт мечтает о том же, о чем и я.
Казалось, Брендон сдерживает какие-то слова, рвущиеся с языка. Во всяком случае, об этом свидетельствовал его взгляд.
– Время позднее, – наконец проронил он. – Пора поискать место для ночлега. Завтра нам опять предстоит долгий путь.
Присцилла кивнула, спрашивая себя, что же он хотел сказать на самом деле.
* * *
Они разбили лагерь в стороне от дороги. Брендон выбрал это место потому, что поблизости журчал ручей, полноводный, как маленькая речушка. Присцилла сразу же направилась к нему, намереваясь смыть дорожную пыль.
– Далеко не уходите, – крикнул ей вслед Брендон, – и смотрите, куда ставите ногу. Здесь полно… «…гремучих змей и скорпионов, ядовитых сороконожек длиной дюймов в шесть и пауков размером с мужской кулак».
Но он решил воздержаться от уточнений, памятуя о том, через что Присцилле уже пришлось пройти в этот день.
– …здесь полно такого, с чем лучше не сталкиваться, – пояснил Брендон.
– Я буду осторожна.
– Вот и хорошо. А я позабочусь об ужине.
Когда она исчезла в кустах, он выпряг мулов, расседлал лошадь, напоил и стреножил всех животных, оставив их пастись поблизости. Подстрелить кролика в этих местах было делом несложным. Жареное мясо, печеная картошка и дыня на десерт показались Присцилле настоящим пиром. После ужина они выпили по кружке горячего кофе, и Брендон немедленно начал готовиться ко сну. Раскатав свои тюфяки и одеяла, он разложил их у костра, пристроив седло вместо подушки, а те, что предназначались Присцилле, понес к фургону.
– Я постелю вам в фургоне, – бросил Брендон.
Присцилла всмотрелась в сгущающиеся сумерки и поежилась. Казалось, они затеряны на краю света, а вокруг… вокруг могли таиться головорезы вроде тех, что напали на нее в лавке.
– Постойте!
– В чем дело? – нетерпеливо спросил Брендон, останавливаясь.
– Я понимаю, что это в высшей степени неприлично… но не позволите ли вы… то есть только на эту ночь, конечно… не позволите ли вы мне лечь рядом?
– Мисс Уиллз! Дьявольщина!
– Почему вам обязательно богохульствовать?
Ворча, он медленно вернулся к костру и бросил ее тюфяк и одеяло рядом со своими.
– По-вашему, я святой?
– Едва ли, мистер Траск.
Он взглядом оценил расстояние между тюфяками и решительно оттащил второй примерно на фут, потом улегся и надвинул шляпу на лицо резким, раздраженным движением.
– Мистер Траск!
– Ну что еще?
– Не поможете ли мне расстегнуть платье?
В конце концов, он сам и застегнул его несколько часов назад. Казалось бы, следовало сообразить, что ей не дотянуться до пуговиц на спине.
Брендон снова сдвинул шляпу на затылок и уселся, бормоча невнятные проклятия в адрес женского пола. Он посмотрел на Присциллу так, словно она заставляла его голыми руками мешать угли в костре. Однако все же расстегнул пуговки. Его сноровка свидетельствовала о большом опыте по этой части.
– Полагаю, не стоит просить вас ослабить мне корсет, – пробормотала девушка, когда он отвернулся.
Что делать? Без его помощи ей не справиться, хотя обычно она как-то ухитрялась обходиться без горничной. Но в этот день Присцилла устала до изнеможения и едва могла поднять руки.
Брендон тихо, но длинно выругался, чего девушка, к счастью, не расслышала, развязал узел и до тех пор распускал тугую шнуровку, пока его подопечная не издала вздох облегчения.
– Теперь, надеюсь, все?
– Очень благодарна вам за помощь.
Когда Брендон снова расположился на своем жестком ложе и надвинул на лицо шляпу, Присцилла открыла сундук и достала длинную ночную сорочку – образчик благопристойности.
Пользуясь вместо ширмы массивным фургоном, она переоделась, чувствуя себя лучше уже оттого, что пластины корсета не впиваются в тело. Далее предстояло распустить тугой узел волос на затылке и заплести их в косу. В таком виде нечего было и думать спать без одеяла, поэтому Присцилла натянула его до самого подбородка, хотя даже ночь не принесла прохлады.
Между тем ночь наполняли звуки незнакомые и потому пугающие, но Присцилле придавала храбрости близость Брендона. При желании стоит ей лишь протянуть руку, и она коснется его. Напряженно прислушиваясь, она размышляла о том, что означают все эти звуки, пока близкий вой не заставил ее вскочить.
– Это всего лишь койот, – донесся из-под шляпы спокойный голос. – Трусливое животное. Он потому и воет, что боится нас.
– Вы уверены?
Брендон отбросил шляпу, повернулся на бок и взглянул на Присциллу. Красноватый отсвет тлеющих углей костра придавал его лицу суровое выражение.
– Здешние места, мисс Уиллз, еще долго останутся дикими. Я уже не раз говорил вам об этом, но забыл упомянуть о том, что эта земля все же прекрасна. Тому, кто сжился с ней, принял ее законы, она скорее друг, чем враг. Эта земля и накормит, и напоит, и защитит от непогоды. – Перевернувшись на спину, Брендон посмотрел на звезды. – Ни в одном дворце нет потолка такой красоты, как небесный свод над вами, ни один парк не удивит вас таким великолепием, как равнины Техаса. Эти ночные шорохи кажутся музыкой тем, кто знаком с ними, они убаюкивают и навевают хорошие сны.
– Вам здесь нравится, – удивилась она. – Я так и подумала, когда мы встретились.
– Впервые оказавшись здесь, я воспринимал все иначе. Природа казалась мне враждебной, как и вам сейчас. Хотите верьте, хотите нет, но я родился в Англии, и отец мой был министром при дворе короля Георга Четвертого.
– Вы, конечно, шутите?
– Я так и знал, что вы не поверите, – усмехнулся Брендон. – Отец умер, едва мне исполнилось восемь лет, но я хорошо помню его. Мать не надолго пережила его, а после ее смерти меня воспитывал Морган, старший брат. Когда мы остались сиротами, жизнь казалась нам хуже некуда, но хорошие воспоминания помогли примириться с утратой. Я вспоминаю родителей с любовью и благодарностью.
– Как бы я хотела помнить своих! Они умерли, когда мне было еще меньше, чем вам, – шесть лет. Я ничего не помню, совсем ничего.
– Не может быть, чтобы совсем ничего, мисс. Уиллз. Что-то всегда остается в памяти. Я, например, помню множество событий: поездки в провинцию, путешествие с отцом во Францию, через Ла-Манш. А ведь мне тогда было всего четыре года.
Присциллу охватил легкий озноб. Странно, но она всегда ощущала его, думая о родителях. Сердце начинало биться учащенно, а ладони увлажнялись.
– Значит, память у вас лучше, чем у меня.
– Простите, что завел этот разговор. – Странно взглянув на нее, Брендон снова надвинул шляпу на лицо.
Уже через несколько минут дыхание его стало глубоким и ровным, но к Присцилле сон не шел еще долго, и она, как это нередко случалось, тщетно пыталась нащупать хоть что-то в пустоте, которую должны были бы заполнять воспоминания. Неужели так неестественно ничего не помнить? Брендон не первый, кто так считал.
Однако когда Присцилла заговаривала о родителях с тетушкой Мэдди, та спешила сменить тему. Они оба утонули, и довольно об этом. Больше девушка ничего не знала. Правда, у нее был медальон с двумя крохотными миниатюрами на фарфоре, но эти изображения никак не оживляли память.
Да, она ничего не помнит. Ну и что с того? Разве воспоминания способны воскрешать? Родителей больше нет, и ничего тут не поделаешь.
По обыкновению отмахнувшись от неразрешимой проблемы, Присцилла повернулась на бок и постаралась устроиться поудобнее на жестком тюфяке. Многоголосая ночная песня продолжала звучать: стрекотали цикады, попискивала в отдалении ночная птица, мирно журчал ручей. И когда к этим звукам присоединился унылый вой койота, девушка только улыбнулась.
Постепенно ей удалось заснуть.
* * *
Брендон шевельнулся, смутно сознавая, что лоб его покрылся испариной из-за томительного стеснения в паху. Это было сладостное томление – предвкушение скорого облегчения, иначе почему совсем рядом он ощущал женскую грудь? Да, женщина лежала рядом, и он ласкал ее, наслаждаясь тем, как твердеет и наливается сосок.
Потом Брендон сквозь сон припомнил, что лежит у костра на открытой равнине, а значит, в его объятиях никакие может быть женщины. Однако его возбуждение не было плодом ночных видений. Он жаждал женщину со стройным и округлым телом, и это желание было совершенно определенным. Грудь, к которой он прикасался, была невелика, но заполняла его ладонь и упруго отвечала на ласки. Только тонкая ткань отделяла их друг от друга. «Нужно поскорее преодолеть эту преграду, скользнуть под нее. И когда я сделаю это, – подумал Брендон, одурманенный желанием, – когда я коснусь шелковистой кожи, то услышу стон удовольствия. И я позабочусь о том, чтобы эти стоны продолжались…»
И тут он услышал крик Присциллы, окончательно рассеявший его сон. Брендон мгновенно приподнялся, выхватил револьвер и огляделся.
– В чем дело? Что случилось?
Присцилла стояла в нескольких футах от своего ложа, прижав руки к груди и глядя на Брендона так, словно видела его впервые. Лицо ее пылало, глаза округлились.
– Вы спали? – спросила она странным тоном, как бы упрекая его в чем-то.
– Конечно, спал. Что еще я мог делать?
– Да, но… я думала, вы уже проснулись…
– Какого черта? Не все ли равно, спал я или проснулся? Брендон решительно не понимал, с чего эта суета и что заставило его трепетную спутницу вскочить ни свет ни заря. Рассвет еще не начался, однако тьму пронизывал яркий свет полной луны, поднявшейся над горизонтом за спиной Присциллы. Поэтому ее ночная сорочка казалась полупрозрачной, а очертания тела хорошо различались в полумраке. И тут Брендон осознал, что брюки неприятно стесняют его. Он все еще был сильно возбужден. Ладонь сразу вспомнила упругую округлость небольшой груди.
– Господи Боже, так это были вы!..
– Не п-произносите всуе имя Госп-подне! – сухо отозвалась Присцилла.
При этом она отступила еще на шаг, и Брендон вздохнул, только теперь поняв, что натворил. Ему хотелось от души выругаться, но он сдержался, опасаясь испугать ее.
– Послушайте, мисс Уиллз, я ведь предупреждал вас, что я не святой, а человек из плоти и крови. Я не собирался проделывать ничего подобного, но раз уж так случилось, может, оно и к лучшему. Нам еще предстоит немалый путь до ранчо Рейна-дель-Роблес. Если бы я не чувствовал этой дурацкой ответственности за вас после случая с Хеннесси, то уже сделал бы попытку переспать с вами. Ну вот, теперь вы знаете, какая черная у меня душа, и это заставит вас впредь держаться на расстоянии. А теперь ложитесь.
Она смотрела на него во все глаза.
– То есть ложитесь и спите. И поверьте моему слову: я сделал это не намеренно. Думал, что вижу сон.
«Я тоже», – мысленно произнесла Присцилла, решив, что Брендон говорил правду. Очевидно, ночью стало прохладнее, она бессознательно прижалась к нему, и… и все случилось.
Когда шляпа снова закрыла лицо Брендона, девушка быстро отодвинула свой тюфяк на безопасное расстояние, устроилась на нем и погрузилась в воспоминания об ощущениях, вызванных прикосновениями ее спутника. Она тогда спала, но тело, напротив, словно проснулось и жило своей отдельной жизнью. Груди до сих пор томительно ныли, необычно тяжелые и налившиеся, а между ног все горело, впервые в жизни.
Неужели это и называют желанием? Присцилле не верилось, что она способна испытывать такое. Тетушка, например, понятия не имела ни о чем подобном, так и умерла девственницей. Она не раз с гордостью повторяла, что не позволила прикоснуться к себе ни одному мужчине. Очевидно, ей внушала отвращение мысль о том, что часть мужского тела проникнет в ее тело.
Присцилла же давным-давно решила, что это неизбежно, поскольку она собирается иметь детей. Она, разумеется, не знала в подробностях, как именно происходит зачатие (леди и не должна знать об этом до замужества), но понимала, с чем сопряжено появление на свет новой жизни: женщина должна уступить мужскому вожделению. Однако Присцилла даже не подозревала, что и сама женщина способна испытать вожделение! А ведь именно его она и испытывает сейчас!
Приоткрыв глаза, девушка покосилась на Брендона. Он спал, и его могучая грудь размеренно вздымалась в такт дыханию. В тот недопустимо интимный момент она была уверена, что видит сон, и спокойно, может, чуть смущенно, предавалась чудесным ощущениям. Присцилла даже позволила себе едва слышно застонать и изогнуться, чтобы сладкое давление на грудь усилилось. Ладонь Брендона составляла для нее целый мир, и она погрузилась в него с наслаждением.
Но как же была потрясена Присцилла, поняв, что происходит!
Она шевельнулась раз, другой, стараясь забыться сном и избавиться от греховных воспоминаний. Между тем, чем больше металась девушка, тем сильнее в ее крови разгорался разбуженный огонь. Как удобно и уютно было лежать рядом с ним, словно они были созданы друг для друга, и как хотелось большего, неизведанного… но чего?
Она снова бросила взгляд на спящего мужчину, совсем недавно прикасавшегося к ней столь интимно. «А как же Стюарт Эган? – думала она в растерянности. – Буду ли я чувствовать то же и с ним?» Часть ее души надеялась на это, но другая, более своенравная, считала это невозможным. При всей своей накзности и неискушенности Присцилла догадывалась, какую великую власть имеет над женщиной мужчина, пробудивший ее естество.
Трудно, почти невозможно не думать о нем – прошло еще слишком мало времени! Брендон значил для нее слишком много, больше, чем кто бы то ни было, но Присцилла дала себе слово бороться с неуместным чувством.
* * *
Ее разбудил чудесный аромат свежее сваренного кофе. Над ней склонился Брендон. В руках у него была жестяная кружка, а над ней вился парок.
– Пора подниматься. – Улыбнувшись, он протянул кружку Присцилле. – Нам еще ехать и ехать.
– Да, я что-то разоспалась. – Сконфуженная девушка пригубила кофе. – А ведь собиралась подняться рано и приготовить завтрак.
– Я не хотел будить вас после случившегося… я имею в виду тех негодяев и все такое…
Присцилла покраснела до корней волос и уткнулась в кружку. Она подумала совсем о другом «случившемся».
– Насчет сегодняшней ночи… – начал Брендон, от которого не укрылось ее смущение.
– Нет-нет, забудем об этом! Вы ни в чем не виноваты. «Забудем об этом!» Как будто о таком можно вот так просто взять и забыть!
Брендон вспомнил, как лежал без сна до самого рассвета, слушая безмятежно ровное дыхание Присциллы и вспоминая краткий миг их близости. А как она ответила на ласку, словно подавшись навстречу его прикосновениям! Теперь эта юная женщина чинно сидела, попивая кофе, он же не мог оторвать взгляд от тяжелой косы, скользнувшей с плеча на восхитительную округлость ее груди.
– Постарайтесь одеться побыстрее, – нахмурившись, бросил Брендон.
Да как же было не хмуриться? Один взгляд на чертову ночную сорочку – и такие мысли лезут в голову! Вести себя прилично легко, когда еще ничего не случилось, но после того, что произошло ночью… три дня такой пытки доведут его до безумия, и даже Пэтси Джексон будет не под силу вернуть ему здравый рассудок.
– Сковородка с беконом стоит на углях. Я не стал тратить время и печь лепешки. Да если бы и испек, они бы немногого стоили.
– Зато если я испеку, вы пальчики оближете, – с гордостью заметила Присцилла. – Я, знаете ли, великолепная кухарка.
– Да неужто? – Брендон невольно расплылся в широкой улыбке. – Уж и не знаю, чего бы я не отдал за настоящую домашнюю стряпню. Может, вы и пироги умеете печь? Я бы взял па себя труд отыскать ягоды для начинки.
– Пироги мне особенно удаются.
Позже, пока Брендон готовил лошадь и мулов в дорогу, Присцилла оделась, вернее, подготовила корсет к затягиванию, а платье – к застегиванию. Помощь Брендона была неизбежна и в оставшиеся три дня, поскольку все вещи в гардеробе Присциллы, кроме платья, разорванного мексиканцем, застегивались на спине. Потом она доела бекон и оставшийся кусок дыни, отчистила песком и вымыла сковороду и вообще всячески старалась принести пользу.
Когда вещи были собраны, Брендон помог девушке подняться в фургон.
– Некоторое время вам придется обходиться без меня. Я немного проедусь верхом, посмотрю, нет ли вокруг чего-нибудь подозрительного.
– Но как же?..
– От вас ничего особенного не требуется. Предоставьте мулам двигаться по дороге, и все пойдет как по маслу.
Он ловко вскочил в седло. Вороной захрапел и затанцевал под незнакомым седоком, но Брендон тотчас ласково успокоил его. Животное скоро смирилось.
А вот Присцилла сидела на передке фургона с таким ошеломленным видом, что Брендон заподозрил неладное.
– И с чего же мне начинать? – наконец спросила она. Брендон ощутил раздражение и жалость.
– Дьявольщина! И как я не догадался! – Он смерил Присциллу таким взглядом, что она вспыхнула и потупилась.
Брендон спешился.
– Я не отказывалась, а только попросила объяснить, что делать! – с вызовом проговорила она.
Как ни возмутило его это новое осложнение, он все же смягчился, выслушав ее наивное возражение.
– Присцилла, дорогая девочка, – начал Брендон, из-за недовольства забыв на миг о дурацких условностях, – это только кажется, что править упряжкой просто, на деле же требуется сноровка.
Со вздохом он снова привязал лошадь и устроился на передке рядом с Присциллой. Взяв вожжи, Брендон легонько шлепнул мулов по крупам.
– И что же дальше? – спросила Присцилла, поняв, что он не собирается передавать ей вожжи.
– Дальше мы поедем, как и прежде. Правда, я хотел отправиться на разведку, но теперь решил отказаться от этой затеи.
– Но почему бы вам не дать мне несколько уроков? Впереди еще три полных дня пути, эти позволило бы нам скоротать время и принесло бы пользу.
– Нет.
– Поскольку я намерена провести свою жизнь на ранчо, мне все равно необходимо научиться править.
Снова вздохнув, Брендон остановил упряжку.
– Ладно. Раз уж я сижу с вами рядом, ничего непоправимого не произойдет, – сказал Брендон, но тут же подумал: «Как знать. Все зависит от того, что считать непоправимым. Многое может произойти именно потому, что мы всегда рядом».
Вообще-то он собирался на разведку вовсе не потому, что чего-то опасался, а просто хотел немного остудить кровь. Да и что может случиться с ними теперь, когда уже ясно, что шайка Руиса не собирается преследовать их? Скорее всего они не увидят ни одной живой души до самого ранчо.
– Вытяните руки.
Присцилла повиновалась, и Брендон подал ей вожжи.
– А теперь хлестните их легонько по крупам и заговорите с ними.
– Заговорить с мулами? Но что же им сказать?
– Поскольку мы не знаем их кличек, – Брендон не удержался от улыбки, – называйте их как вам угодно. Обращаться к ним нужно негромко, но твердо.
– Ну вот что, мулы, пора трогаться! – сказала Присцилла с решительным видом и шлепнула животных по крупам.
Как ни странно, упряжка тронулась.
– Смотрите, смотрите, мы едем!
– Только потому, что вы им нравитесь, – пошутил Брендон.
– А они очень милые и смешные.
– Ну уж, вы скажете! Впрочем, они милы, если хорошо выполняют свою работу.
– А если нужно повернуть?
– Это делается примерно так же, как при верховой езде. Если хотите повернуть направо, тяните за правую вожжу, а другую при этом немного отпускайте.
– Хорошо, что вы все объяснили, ведь я никогда в жизни не ездила верхом и понятия не имею, как управлять лошадью.
На этот раз вздох Брендона напоминал стон.
– В таком случае, мисс Уиллз, что вы делаете в Техасе? На пограничных землях вы так же неуместны, как койот в светской гостиной.
– Я здесь не затем, чтобы ездить на лошади или управлять мулами. Я собираюсь вести дом и заниматься хозяйством, чтобы создать уют своему мужу и нашим детям. Уверяю вас, это мне удастся гораздо лучше.
– Вот, значит, как, – насмешливо пробормотал он, смерив ее взглядом. – В таком случае на ранчо Стюарта Эгана для вас найдется достойное место. Если то, что я о нем слышал, верно, он будет держать вас в задней комнате, поближе к кровати, и позаботится о том, чтобы вы рожали детей одного за другим.
Присцилла залилась румянцем, но не ответила ни слова.
Напряженное молчание длилось долго, но постепенно убаюкивающее покачивание фургона и мерный перестук колес сделали свое дело, и оба смягчились. Тишину нарушало лишь пение птиц. Ландшафт постепенно менялся. Однообразная равнина, покрытая травой и кое-где мелким кустарником, теперь сменилась невысокими холмами. На их склонах росли дубы. Дорога шла вверх, но подъем был едва заметен, и животные не выказывали признаков усталости.
Присцилла неплохо справлялась с упряжкой, пока не оказалась перед глубоким оврагом.
– Здесь я, пожалуй, возьмусь за дело сам, – предложил Брендон.
– Как же мне научиться по-настоящему править, если я буду делать это только на ровной дороге? – возразила Присцилла, не желая уступать вожжи.
– Я не собираюсь рисковать.
– Но я справлюсь, уверяю вас!
Брендон впился в нее таким взглядом, словно намеревался проникнуть в самую душу.
– Строптивая девчонка! Ладно уж, валяйте! Но учтите, если по вашей вине у фургона отвалится колесо, мы загремим вниз.
Просияв, Присцилла потянула за правую вожжу и отпустила левую, именно так, как он учил ее в самом начале. Мулы послушно свернули с дороги. Потянув за левую, девушка заставила их взять новое направление, и фургон начал медленно спускаться в овраг. И все обошлось бы хорошо, если бы под ноги мулам не бросилась птица, длинноногая и длинношеяя, державшая в клюве небольшую змею. Она выпорхнула из-под мескитового куста столь неожиданно, что мулы разом отпрянули в сторону.
– Дьявольщина! – Брендон потянулся за вожжами. Увы, именно в этот момент колесо попало в сурочью нору и фургон так подбросило, что Присцилла неминуемо вывалилась бы, если бы Брендон не ухватил ее за талию и не прижал к себе. Она лишь на мгновение выпустила вожжи, но этого оказалось достаточно, чтобы упряжка сумасшедшим галопом рванулась сначала вниз по склону, а потом вверх, рассыпая по пути свой груз, в том числе сундуки Присциллы.
– Держи вожжи, черт возьми, держи вожжи! – кричал Брендон, стараясь дотянуться до них и при этом не отпуская Присциллу.
Бог знает, каким чудом, но ему удалось вцепиться в кожаные постромки уже на противоположной стороне оврага.
– Хоа, мулы, хоа! Тише, тише… успокоились.
Суровый тон его окриков заставил животных опомниться, и, наконец, они остановились. Их бока тяжело вздымались.
Присцилла, еще не оправившись от страха, сидела на коленях у Брендона и дрожала всем телом. Его горячее дыхание обжигало ее затылок и заставляло трепетать выбившиеся завитки волос возле уха.
Когда же она осознала, что Брендон держит ее в объятиях, сердце девушки отчаянно забилось.
– Как дела? – мягко спросил Брендон. Она увидела над собой его лицо.
– Все в порядке…
Присцилла хотела добавить, что не виновата, как-то объяснить случившееся, но не могла издать больше ни звука. Губы пересохли, и она медленно облизнула их.
– Присцилла… – услышала она.
Кажется, ей следовало заявить, что такая фамильярность недопустима, но девушка лишь молча смотрела в сияющие голубизной глаза на загорелом лице. Впервые она заметила лучики морщинок в углах его глаз и на лбу, однако, по ее мнению, это делало Брендона еще более привлекательным.
– Я знаю, что не должен так поступать, но хотя бы один раз… только один.
Она не успела даже подумать, что это значит, когда кончики пальцев приподняли ее подбородок и губы прижались к губам, приоткрывая их. Его язык, горячий и шелковистый, проник в ее рот, и у потрясенной Присциллы перехватило дыхание. Незнакомый вкус поцелуя показался ей упоительным. Ладонь Брендона скользнула на ее затылок, не давая шевельнуться, но девушка и сама не отстранилась бы ни за какие блага мира.
Поцелуй длился недолго, но показался ей бесконечным – первый настоящий поцелуй в ее жизни. Смутная мысль о том, какой опыт по этой части за спиной у Брендона, пришла и растаяла. Присцилла не хотела думать об этом, мечтая лишь о том, чтобы он не разжимал объятий.
И вдруг все кончилось так же внезапно, как и началось. Разгоряченная, смущенная, потрясенная, девушка тщетно искала слова и наконец, не найдя ничего лучшего, влепила Брендону пощечину. Это ошеломило ее даже больше, чем его.
– Как вы осмелились на подобную вольность?! – вскричала она, чувствуя нелепое противоречие между своими словами и действиями. – Я… я дала слово другому! Я скоро стану его женой, и вы прекрасно это знаете!
– Приношу почтительнейшие извинения, мисс Уиллз. – Брендон потер щеку и ухмыльнулся самым возмутительным образом. – Однако никто на моем месте не устоял бы перед искушением, держа на коленях столь очаровательную мисс.
Ужаснувшаяся Присцилла вскрикнула. Боже, она и впрямь сидит у него на коленях, и что-то твердое упирается в нее снизу!
– Господи Иисусе! – Залившись краской, девушка поспешно сползла на сиденье.
– Не произносите всуе имя Господне, – тут же услышала она.
Глядя вдаль, Присцилла со стыдом вспоминала, как ночью прижималась к Брендону и к чему это привело. Должно быть, она порочна от природы.
– Я не хотела задерживаться у вас на коленях… то есть я вообще не предполагала там оказаться… надеюсь, вы не думаете, что…
– Я ничего такого не думаю, мисс Уиллз, – церемонно заметил Брендон. – С первой же нашей встречи я ни секунды не сомневался в вашей добродетели. – Он собрал поводья и закрепил их. – Ваш здравый смысл я подвергал сомнению, но вашу добродетель – никогда. А теперь пойду собирать наше добро. Оставайтесь здесь и, что бы ни случилось, не касайтесь вожжей.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману В огне желания - Мартин Кэт



Замечательный роман,в нем есть все и путешествия и приключения,интрига ,расследование, тайна и конечно же любовь и страсть.Главный герой очень понравился настоящий мужчина, мечта каждой женщины.Мне книга очень понравилась,советую почитать не пожалеете.
В огне желания - Мартин КэтНатали
20.08.2013, 14.32





Действительно хороший роман. Конечно ввначале немного бесила тупость гл.героини, но интрига не отпускала до конца. Хотелось дочитать роман, а это редкость))
В огне желания - Мартин КэтКати
28.08.2013, 23.16





Бесподобный роман. Полный восторг. Наслаждалась чтением, что бывает не всегда. Невозможно оторваться. Читайте и убедитесь в этом.
В огне желания - Мартин КэтВ.З.,65л.
11.11.2013, 10.02





Вроде сюжет неплохой, а чего то не хватило.А героиня вообще не понравилась. Ее поведение-это что то. Мне аж даже ее мужа-злодея и то жалко стало. Да, туповата героиня оказалась вплоть до конца романа, но в конце,девочки, она наконец одумалась.А как же ,думала с ней Брендон няньчиться будет, а он раз и послал ее.Быстренько у нашей героини мозги заработали .Конец счастливый-красивая свадьба.
В огне желания - Мартин КэтMarina
25.11.2013, 15.45





Не отрывалась,пока не прочла весь роман.Захватило.Красивая история любви.Читается легко,интересно.9баллов.
В огне желания - Мартин КэтНаталья 66
6.12.2013, 17.34





Прекрасный сюжет! Написано здорово и со знанием дела! Эта книга помогла мне разобраться в себе и я поняла что значит "дышать полной грудью"!
В огне желания - Мартин КэтАнна
19.08.2014, 17.58





Бесподобный роман!Согласна с коментариями Натальи, так что читайте,не пожалеете.
В огне желания - Мартин КэтАнна.Г
12.01.2015, 21.33





Почему-то читаю этот роман тяжело,треть романа за 5 дней-нонсенс. Может дальше будет лучше посмотрим. Пока 4-5 из 10.
В огне желания - Мартин КэтАня
10.02.2015, 10.50





Роман похож на сериал, жизненный, стремительный, захватывающий. Но есть моменты приукрашенные, героиню несколько раз пытаются изнасиловать, но она избегает этого, гл. героя избивают до такой степени; перебита переносица, заплывшие глаза, разквашенные губы, переломанные ребра, его еле выводят из пещеры, а он через полчаса садится на лошадь и оказывается в гуще событий, а потом возвращается и занимается любовью с героиней, было бы более правдоподобно; героиня лечит раны, делает примочки и т.д.
В огне желания - Мартин КэтТаня Д
4.03.2015, 18.45





Это третья книга,а первая КРЕОЛЬСКАЯ ЧЕСТЬ,вторая ЖАР СЕРДЕЦ-все книги отличные!
В огне желания - Мартин КэтНаталья 66
1.04.2015, 21.52





Ненормальная героиня. И ростянуто. Еще домучала. 7/10
В огне желания - Мартин КэтВикки
18.06.2015, 22.32





Из тех книг К.Мартин, что я прочитала, в этой - самый лучший главный герой, мужчина до кончиков пальцев. Собственно дочитала только из-за него, несмотря на довольно интересную задумку и развитие сюжета. Но все впечатление испортила главная героиня - тупая индюшка. Ее выходки - что-то с чем-то, умозаключения словами не передать, а уж сколько раз ее пытались изнасиловать - сбилась со счета.В общем, сплошной героизм к месту и нет и благонравная дурочка-героиня снизили мой балл, герой вытянул = 8/10
В огне желания - Мартин КэтНаталия
16.11.2016, 7.26








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100