Читать онлайн Мой любимый принц, автора - Маршалл Паола, Раздел - Восьмая глава в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мой любимый принц - Маршалл Паола бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 21)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мой любимый принц - Маршалл Паола - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мой любимый принц - Маршалл Паола - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Маршалл Паола

Мой любимый принц

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Восьмая глава

Фокусник не знал, но начал подозревать. В последние дни Дина пробуждала в нем все большее любопытство: теперь он убедился, что она еще более сложный человек, чем можно было предположить.
Коби даже пришел к выводу, что она сумеет понять и одобрить его тайную войну с сэром Рэтклиффом. Единственной причиной, не позволяющей ему признаться, был постоянный страх: сэр Рэтклифф мог догадаться, что она знает о его тайне, и избрать ее своей следующей жертвой. Коби боялся потерять женщину, которую искренне любил, хотя ни разу не говорил с ней о своих чувствах.
Без сомнения, повторный визит инспектора Уокера и его странное поведение означали, что, говоря на языке служанок, «что-то стряслось».
Но что в действительности происходит, Дина понять не могла. Зачем, к примеру, Коби понадобилось похищать бриллианты? И если не они были причиной появления в их доме инспектора Уокера, то что же? Что мог сделать Коби, чтобы привлечь внимание полиции? В романах, которые она читала, изощренными преступниками оказывались самые неожиданные персонажи. Может, и Коби такой же?
Если да, то стоит ли ему верить? А если нет, что будет с их браком, если она выскажет вслух столь невероятное предположение? Кроме того, она опасалась кое-чего другого, на этот раз касающегося лично ее. В обычных обстоятельствах она давно бы уже поделилась с Коби своей новостью, но если он ввязался в какую-то рискованную авантюру, лишние волнения только усилят опасность.
Как будто мало того, что он оказался главным свидетелем в этом проклятом судебном разбирательстве. Так Дина и заявила ему однажды вечером за игрой в криббидж.
— Я не успокоюсь, пока эта тяжба не закончится, — сказала она. — Она висит над нами, словно дамоклов меч. Виолетта стала еще раздражительнее, чем раньше, и не она одна.
Коби взглянул на жену и с необычной для него серьезностью ответил:
— Я не в восторге от навязанной мне роли главного свидетеля. Тем более что я американец, а значит — чужак. Как я понял, слушанье состоится в ближайшие дни… и тогда нам всем придется поволноваться. Кроме тебя, дорогая.
Дина окинула его самым, что ни на есть, простодушным взглядом.
— Я буду беспокоиться о тебе, Коби.
— А я запрещаю, — ответил он, подойдя к ней и поцеловав в губы. — Ты должна сидеть в зале суда с таким невинным видом, чтобы судьи решили, что муж эдакого херувимчика должен быть по меньшей мере архангелом.
— Разве у архангелов бывают жены? — усмехнулась Дина.
— Кокетка, — воскликнул Коби, — и за это я по-королевски отплачу тебе в постели.
Но Дина даже в постели не могла забыть о своих тревогах, и в ту ночь долго лежала без сна, размышляя об этом загадочном человеке, который никогда не говорил, что любит ее, и запрещал любить ей.
Но она влюбилась в него, и теперь ей придется продолжить начатую в Мурингсе борьбу за его ответную любовь.
Думая об этом, она наконец уснула… чтобы снова увидеть его во сне.
К всеобщему облегчению, дело сдвинулось с мертвой точки: дата судебного заседания была назначена на последнюю неделю ноября.
Сенсацией стало известие о том, что в качестве свидетеля в суд будет приглашен принц Уэльский. Из-за высокого положения участников процесса председателем был назначен главный судья лорд Кольридж.
Бьючамп и сэр Фрэнсис Ноллис, личный секретарь принца, сделали все, чтобы убедить сэра Рэтклиффа отступиться, но он продолжал стоять на своем. Слишком высоки были ставки. Более того, в случае победы компенсация, которую ему выплатят, может спасти его от разорения.
Коби побеседовал с защитником у себя дома. Адвокаты ответчиков: лордов Кенилворта, Дагенхэма, Рейнсборо и самого Коби встретились и решили нанять сэра Дарси Спенлоу. Его называли помесью льва и лисицы. С виду он производил впечатление маленького и безобидного человека, но, как вскоре обнаружил Коби, его вопросы били не в бровь, а в глаз.
— Прежде чем перейти к делу, мистер Грант, я должен сообщить, что сэр Рэтклифф обратился к услугам известнейшего адвоката. Это высший чиновник министерства юстиции сэр Альберт Паркер.
Коби понятия не имел, что сказать в ответ, и решил промолчать. Интересно, откуда у сэра Рэтклиффа взялись деньги?
Сэр Дарси продолжил:
— Я прочел заявление, сделанное вами и вашими сообвиняемыми, и у меня сложилось мнение, что именно ваше свидетельство было решающим. Я обратил внимание, что остальным ответчикам около сорока пяти — пятидесяти лет. Хотелось бы знать, как вы, достаточно молодой человек, оказались в этой компании.
Коби ответил, не задумываясь:
— Я еще в первую ночь заметил, что сэр Рэтклифф жульничает, но, будучи американцем, счел неразумным выдвигать какие-либо обвинения. Когда и остальные поняли, что происходит, я сообщил им о своих сомнениях. Более того, у меня очень хорошая память, и я могу точно вспомнить каждое его действие с картами и фишками.
— Не могли бы вы подробно описать свои наблюдения, мистер Грант?
Просто и понятно Коби рассказал сэру Дарси об игорных партиях, в которых принимал участие сэр Рэтклифф.
Сэр Дарси начал записывать. Пока все, что он здесь услышал, совпадало с показаниями остальных ответчиков.
— Если вашу память захотят проверить в суде, вы согласитесь подвергнуться испытанию?
— Конечно. Я не буду возражать.
Сэр Дарси, все еще продолжая записывать, продолжил:
— Я выяснил, что в ваших встречах принимал участие мистер Херви Бьючамп, но он не подписал заявление, составленное лордом Кенилвортом. Почему? У него возникли сомнения?
— Вовсе нет. Как приближенный принца, он решил избрать роль советчика, а не участника. Он стремился любой ценой уладить дело, чтобы не только избежать скандала, но и не нанести вред принцу Уэльскому.
Он помолчал.
— Именно по этой причине мы позволили сэру Рэтклиффу подписать документ, который хотя и связывал ему руки, но позволял избежать позорной огласки… при условии, что никто из нас не проговорится.
— При условии, что никто не проговорится, — согласился сэр Дарси. — Но кто-то проговорился. Сэр Рэтклифф утверждает, что это были вы. Это так, мистер Грант?
Коби покачал головой.
— Нет, это не я… что бы он ни думал.
— Вы знаете, кто проговорился, мистер Грант?
— Нет, могу лишь высказать предположение…
— Предположение, — повторил сэр Дарси. — Вы американский гражданин, мистер Грант. Единственное, что может сделать адвокат сэра Рэтклиффа против ответчиков, это обвинить их в недобросовестности. Если ему это не удастся, он попытается очернить их репутацию и доказать, что их словам нельзя верить. Есть ли что-то в вашем прошлом, что позволило бы сэру Рэтклиффу и его адвокату напасть на вас с этой стороны? Если да, лучше скажите сразу.
Теперь настала очередь лжи.
Не моргнув глазом, Коби ответил:
— Ничего, я уверяю вас, сэр Дарси. Я выходец из очень уважаемой семьи и коммерсант с деловыми связями на трех континентах. Я не скажу, что мое прошлое безупречно, но и не вижу причин, по которым адвокат сэра Рэтклиффа сможет подвергнуть сомнению мою честность или добросовестность.
«Говорит, словно прирожденный адвокат», — подумал сэр Дарси. Кроме того, ему пришла в голову мысль, что блестящий мистер Джейкоб Грант как-то уж слишком хорош. Фаворит принца, зять лорда Рейнсборо и, следовательно, родственник Кенилворта. Он невероятно богат, причем состояние заработал сам, отказавшись от финансовой поддержки приемного отца.
Более того, этот американец выглядит и ведет себя, словно английский джентльмен. Если он говорит правду, одного его свидетельства может быть достаточно, чтобы утопить сэра Рэтклиффа.
— Я верю в вашу искренность, мистер Грант. Если вы и в суде будете отвечать так же, как отвечали мне, всем вам, включая принца, нечего опасаться.
— И это все? — поинтересовался Коби, вставая.
— Конечно. Я хотел бы встретиться с вами еще раз до начала слушаний. Если что-то случится, надеюсь, вы сразу же сообщите мне.
— Можете быть уверены, сэр Дарси.
Неожиданно сэру Дарси захотелось узнать, что же скрывается за очаровательной невозмутимостью молодого американца.
Коби всего лишь скрыл от него свое преступное прошлое в Аризоне, кражу бриллиантов Хиниджа и попытки разоблачить убийцу, виновного в гибели трех маленьких девочек и одного частного детектива. Кое-что из этого, хотя и не все, очень пригодилось бы адвокату сэра Рэтклиффа.
Виолетта сказала Дине о том, какое отвращение вызывает в ней предстоящий судебный процесс.
— Ума не приложу, почему ему захотелось вывалять нас в грязи. В стране и без того слишком сильно сочувствуют республиканцам, чтобы устраивать подобные представления.
Дина тихо ответила:
— Я согласна с тобой, Виолетта. Но лично меня тревожит только участие Коби.
— Уж об этом тебе нечего беспокоиться, — презрительно заявила Виолетта. — Твой Аполлон сожрет живьем любого адвоката!
«Но ты не знаешь того, что знаю я», — подумала Дина, вспоминая украденные бриллианты. Ей казалось, что ее муж идет над пропастью по туго натянутому канату, и любой неверный шаг грозит ему гибелью.
— А Кенилворт волнуется? — поинтересовалась она.
— Еще чего! Он в ярости, дорогая, из-за того, что у этих судебных писак хватает наглости его допрашивать.
Подобные разговоры велись по всему кварталу Мэйфейр. Большинство аристократов вернулись в Лондон, чтобы не пропустить развлечение. Газетчики поддерживали сэра Рэтклиффа и выступали против принца Уэльского и его сторонников, особенно против «принца Доллара». Взыграли патриотические чувства: как может американец быть главным свидетелем по делу против британского баронета?!
Что-то в этом духе и заявил Уокер, явившись в контору Коби за неделю до начала суда.
— Не слишком вы популярны, мистер Дилли. Но вряд ли вас это тревожит.
— Не слишком, — согласился Коби. — Что случилось на этот раз, инспектор?
— Во-первых, я рад, что вы не теряете голову. Наверное, не хотите оказаться в невыгодном положении в зале суда. У меня для вас новости. Я выследил Линфилда, и он готов расколоться и выдать сообщников, но только в обмен на помилование. Он скользкий тип, сами понимаете, и поэтому я хочу, чтобы вы запачкали ваши лилейно-белые ручки, мистер Дилли, и пошли со мной. Вдруг окажется, что это тот самый человек, которого вы видели у мадам Луизы.
— И все? Вы уверены, что без меня не обойдетесь? Может, лучше возьмете с собой вашего толстого сержанта?
— Бейтса? Нет, Бейтс мне не нужен. Это неофициальная встреча, мистер Дилли, не более официальная, чем все ваши прошлые похождения. Чем меньше он будет знать, тем лучше. Нет, мне нужен напарник, и желательно, чтобы им были вы. Боитесь?
Коби вспомнил Профессора, который всегда готов выступить в роли прикрытия. Уж он не стал бы тратить время на пререкания с Уокером.
— Нет, — улыбнулся Коби, и Уокера бросило в дрожь: ему показалось, что на него взглянул совершенно другой человек. — Где и когда я вам нужен?
— В доках. Сегодня вечером. — Уокер указал точное место встречи и подытожил: — И приходите в облике мистера Дилли.
— Ясно, инспектор. Вы уверены, что мне можно доверять?
— Доверять вам, мистер Дилли? Еще чего не хватало. Я не доверяю фокусникам и мошенникам. Я лишь верю, что вы ненавидите этого ублюдка Хиниджа еще сильнее, чем я. Если сегодня мы добьемся своего, возможно, нам удастся арестовать его до начала процесса. Тем самым мы избавим от хлопот и вас… и принца Уэльского. А он знает, какой вы мошенник, мистер Дилли?
Коби расхохотался. Он вспомнил несколько намеков принца в Маркендейле, свидетельствующих о том, что ему прекрасно известно, кто вернул украденные письма.
— Думаю, знает, инспектор.
— Тогда это все, — энергично заявил Уокер. — Не вздумайте не прийти. Вы меня подведете.
— Я никогда бы так не поступил, — весело откликнулся Коби. — Не в моих привычках отказываться от развлечений.
— О, да, я понимаю. Но вряд ли это окажется развлечением. Вы готовы к опасности, мистер Дилли?
— Всегда, — ответил Коби.
Он вспоминал слова Уокера, стоя в тени Лондонского Тауэра.
Уокер, неожиданно появившийся из-за угла, был одет так же бедно. Он одобрительно кивнул, увидев Коби.
— Словно всю жизнь в этом тряпье проходил, — заметил он. — Наш человек в пабе за углом, в «Приюте странника». Там у нас назначена встреча. Я войду первым. Вы зайдете чуть позже, и будете наблюдать за нами. Если мы выйдем, идите следом, но так, чтобы вас не было видно. Если раньше вам не приходилось заниматься слежкой, используйте свои таланты фокусника. Только не исчезайте совсем! Если что, я вас окликну. Надеюсь, вы не забудете, что вас зовут Дилли?
— Не боитесь попасть в засаду?
— Нет. Не думаю, что наш человек пойдет на это после того, как согласился выдать сообщников. С другой стороны, это может оказаться ловушкой. Но зачем? Возможно, я зря вас позвал.
«А может, и нет», — думал Коби, потягивая отвратительно теплое пиво и поглядывая на Уокера и второго мужчину, которого в последний раз видел в доме мадам Луизы.
Уокер и Линфилд оживленно спорили. Уокер покачал головой, но собеседник продолжал в чем-то его убеждать. Затем Уокер, похоже, согласился, оба встали и направились к двери. Через мгновение поднялся и Коби.
Они свернули в боковую аллею, и Коби крался за ними, скрываясь в тени деревьев. Аллея переходила в тропу, тянущуюся вдоль реки. В кустах валялись просмоленные веревки, обломки старых механизмов и ржавый котел.
Неожиданно Коби потерял их из вида. Только что они были здесь, и вдруг исчезли.
Он бросился бежать, пока не наткнулся на высокий забор. Что делать? Идти дальше или заглянуть за ворота? Да, если они открыты. За воротами обнаружился причал и несколько лодок.
Дальше начиналась еще одна аллея. Коби помчался к ней, решив, что теперь уже таиться бесполезно. Где Уокер?
Уокер лежал полузадушенный за складом недалеко от аллеи. Линфилд пообещал отвести его в притон, якобы для встречи с одним из своих сообщников. Когда они добрались до цели, Линфилд неожиданно повернулся к нему, набросил шарф ему на шею и начал душить.
Уокер был осторожен, но нападение застало его врасплох. В какое-то мгновение он понял, что умирает. Из глаз его посыпались искры, он задыхался, и последняя его мысль была о том, что если Грант потерял их или просто предпочел остаться в стороне, то сейчас он умрет и будет брошен в Темзу. Потом всплывет, раздувшийся и неузнаваемый, и оплакивать его станут лишь жена и Бейтс… да и то вряд ли.
А затем его отпустили. Он лежал на земле, хватая ртом воздух, и к нему медленно возвращалось сознание. Он чувствовал запах реки и влажной почвы, а кто-то с жаром шептал:
— Дыши, парень, дыши. Не хватало мне еще одного трупа на моей совести.
Это был голос Гранта. Напарник спас ему жизнь.
Теперь Уокер сидел, кашляя и задыхаясь, его легкие горели огнем, а перед глазами плясали искры. Казалось, ему никогда уже не вздохнуть свободно. Грант поддерживал его, а когда Уокер почувствовал себя лучше, помог ему встать, довел до ближайшей швартовной тумбы у воды и снова усадил.
Уокер огляделся по сторонам и увидел неподвижное тело со странно повернутой головой. Он взглянул на мистера Дилли, нет, на мистера Джейкоба Гранта, сидящего с окровавленным лицом, в разорванной одежде, но все с таким же загадочным видом.
— Вы спасли мне жизнь, — выдохнул он, наконец; ему было больно говорить.
Коби взглянул на него, но ничего не ответил.
— Для этого вам пришлось убить человека. — Уокер указал на лежащий у стены труп.
— Верно, — невозмутимо сказал Коби, словно убить одного человека ради спасения другого было для него обычным делом. — Выбора не было. Пришлось его прикончить, чтобы он не прикончил меня.
— Могли бы меня не спасать. Позволили бы ему убить меня, потом убили бы его, и никто бы ничего не узнал. Зато вы отделались бы от меня навсегда. Я никому не говорил, куда иду сегодня.
— Тоже верно, — согласился Коби. — Хотя и жалко было его убивать. Он мог оказаться полезным свидетелем. Но вряд ли вы хотели смерти нам обоим. Если бы он прикончил меня, то снова принялся бы за вас… чтобы добить.
Уокер кивнул.
— А вы жестокий ублюдок.
— К вашим услугам, инспектор. К вашим услугам.
Уокер почувствовал, что говорить ему становится все легче.
— Неплохая карьера для фокусника, не так ли? Сначала вы заплатили мне… нам… за проведение облавы в доме мадам Луизы.
— Верно…
— Затем вы сожгли бордель Хоскинса и заодно избавились от него. После этого вы украли драгоценности сэра Рэтклиффа. А теперь убили человека, чтобы спасти меня. Не слишком ли много для фокусника?
Коби задумался на мгновение. Он решил пойти на откровенность, и будь что будет.
Разведя руками, он сказал:
— Виновен во всем, кроме смерти Хоскинса, к которой я не причастен. И, конечно, это далеко не все. К этому, — он указал на неподвижное тело, — можете добавить еще несколько трупов в Аризоне, Нью-Мексико и еще кое-где. Вы удовлетворены? Или вы предпочли бы, чтобы я позволил этому типу избавиться от вас? Я не настолько легкомысленно отношусь к человеческой жизни, хотя у меня и хватило легкомыслия настроить вас против себя. Я прошу у вас прощения… но только за это и ни за что больше.
Уокер с ошеломленным видом поинтересовался:
— Это официальное признание или пустая болтовня?
— Болтовня… и, в то же время, правда. Между нами… я бы сказал, ублюдками, но знаю, что вы, по крайней мере, законнорожденный.
— А вы нет.
Коби кивнул еще раз.
— И что же, инспектор, вы теперь собираетесь делать? Передадите меня властям? Вы можете, я знаю. Это ваш выбор. Можете надеть на меня наручники и обвинить в убийстве, инспектор, если хотите. Но знайте: так или и иначе я утащу сэра Рэтклиффа за собой в ад до того, как меня повесят.
Уокер сглотнул. Когда-то он ненавидел этого человека жгучей ненавистью. Грант насмехался над ним и унижал его с самого начала… а теперь спас ему жизнь. Но не это охладило его жажду мести, а кое-что другое. Мысль о том, что они с Грантом похожи.
Коби словно мысли его читал.
— А мы похожи, да, инспектор? Как две стороны одной монеты. Вы читали «Короля Лира»?
Он начал цитировать, и его голос был красивым, несмотря на звучавшую в нем насмешку.

— «Видишь, как судья издевается над мелким простым воришкой? Дай-ка я тебе скажу на ухо: пусть поменяются местами; раз, два, три, — где теперь судья? Где вор?» 

type="note" l:href="#FbAutId_1">[1]
Уилл Уокер часто думал об этом. Он видел, как комиссар берет взятки в своем кабинете, видел тысячу подобных сцен… и все они совпадали с тем, что он сейчас слышал, и с тем, что знал давно.
Коби видел, что в душе инспектора идет внутренняя борьба, и решил не вмешиваться. Если это финал, если он в конце концов переиграл сам себя, так тому и быть. Если нет, его время еще настанет.

— «Вот так-то круговорот времен несет с собой отмщение» 

type="note" l:href="#FbAutId_2">[2]
, — еще раз процитировал он.
Да, удача может от него отвернуться — и тогда ему придется заплатить за все. Но не сейчас. Уокер взглянул на него, и Коби понял, что видит перед собой друга, а не врага.
— Дайте руку, Коби Грант, — сказал Уокер, впервые обратившись к нему по имени. — Нам надо убрать за собой.
Поднявшись с помощью Коби, он наклонился и взял мертвеца за ноги.
— Ему самое место в Темзе.
Коби подхватил Линфилда подмышками. Вместе вор и полицейский раскачали тело и бросили его в маслянистую воду.
— Никогда не думал, что скажу это, — медленно произнес Уокер, — но я преследовал вас вопреки приказам начальства. И все это время я гонялся за собственной тенью. Может, кто-то на моем месте и передал бы вас в руки правосудия, но только не я. Даже не потому, что вы спасли меня, хотя и это сыграло свою роль. — Он протянул руку. — Я благодарен вам за спасение моей жизни и за то, что в ней появился смысл.
Коби ответил на рукопожатие.
— Нам нужно расстаться, — сказал он. — Нельзя, чтобы нас видели вместе.
Уокер кивнул.
— Я буду следить за вторым сутенером. Теперь я верю, что убийца сэр Рэтклифф, и не успокоюсь, пока его не повесят.
На обратном пути в ушах Уилла Уокера эхом звучал голос мистера Дилли: «Где теперь судья? Где вор?»
— Ей-богу, не знаю, — сказал себе Уокер.
Дина никак не могла уснуть. Сегодня утром Коби предупредил ее, что задержится, и, как обычно, не назвал причин. После ужина она занялась вышиванием, почитала немного, а затем легла в свою огромную кровать с балдахином. Без Коби кровать казалась ей еще огромнее.
Она нарочно не сказала мужу о назначенном на завтра визите к доктору. В последнее время Коби был слишком занят и даже не заметил, что у нее давно уже не было месячных.
Более того, он не заметил, что после возвращения из Оксфорда здоровье Дины ухудшилось. Она не говорила ему по той же самой причине: не хотела его отвлекать.
Перед самым отъездом из Оксфорда мама поинтересовалась ее самочувствием и понимающе улыбнулась, когда Дина рассказала ей о приступах тошноты по утрам.
— Эта болезнь называется беременностью, радость моя. Обязательно покажись доктору, когда вернешься в Лондон.
Сон все не шел. Наконец Дина встала и набросила платье. На часах была половина второго… вероятно, Коби уже дома. Она открыла дверь в его спальню, но его кровать оказалась пуста.
Дина пожала плечами. Значит, он еще не вернулся. Ей снова пришла в голову мысль о его возможной измене. Она попыталась отбросить ее, еще раз поежилась и начала бесшумно спускаться по ступенькам. Отыскав в гостиной журнал с последним рассказом о мистере Шерлоке Холмсе, молодая женщина засунула его подмышку и, пройдя через прихожую, направилась к лестнице.
Не успела она дойти до лестницы, как входная дверь распахнулась. Дина испуганно оглянулась; на самом деле пугаться было нечего, ведь это наверняка ее муж. Это и был он, но…
Когда Ист-Энд остался позади, Коби чувствовал себя выжатым, как лимон. Ему не терпелось как можно скорее вернуться домой. «Да, мне уже не двадцать лет, — с усмешкой подумал он. — В те времена я не знал, что такое усталость». Мечтая об отдыхе, он решил не возвращаться в свое тайное убежище, чтобы переодеться в приличный костюм. В столь позднее время все домашние давно уже спят.
Он взял кэб; хотя кучер и поглядывал с подозрением на его окровавленное лицо и изорванную одежду, деньги сделали свое дело, и вскоре Коби очутился на Парк-Лейн. Он открыл дверь… и обнаружил перед собой Дину.
Дина изумленно глядела на мужа. Его лицо было покрыто синяками и кровью, и одет он был в тот самый коричневый костюм, который она видела в его шкафу. Коби был совершенно не похож на того щеголеватого, очаровательного мужчину, с которым она прожила почти семь месяцев.
На ее губах появилась печальная улыбка.
— Я знаю, — с болью прошептала она. — Ты не можешь мне ничего объяснить, поэтому не стану и спрашивать.
Мысленно проклиная свое невезение, Коби ответил:
— Прости, дорогая, — и сразу же понял, как глупо это звучит. — Я все бы тебе объяснил, если б мог, но это не моя тайна. Я лишь прошу, чтобы ты мне верила.
— Но ты же мне не доверяешь, — мрачно возразила Дина.
Неожиданным и резким движением он привлек ее к себе.
— Дина, я не хочу обманывать тебя, но мне приходится.
Он взял в ладони ее лицо.
— Когда-то, много лет назад, я был слишком неосторожен с одной девушкой едва ли старше тебя. Она любила меня, но я испытывал к ней жалость и что-то вроде дружеской привязанности. Я не хотел быть легкомысленным, я думал, что помогаю ей, но мое вмешательство погубило ее. Ее убили, чтобы отомстить мне. А до того… — Коби умолк. Как рассказать ей о Сюзанне, чтобы она не догадалась, о ком идет речь?
— А до того… — И Дина видела, глядя на него, на его лицо, милое, усталое лицо с темными кругами вокруг глаз, с огромным синяком на подбородке, что ему трудно говорить, что его душа истекает кровью.
— До того, Дина, я был влюблен в женщину намного старше меня, и она отвечала мне взаимностью, хотя и не хотела выходить за меня замуж из-за разницы в возрасте. Мое бездумное упрямство, мои попытки переубедить ее привели лишь к боли и страданиям для нас обоих. Эта боль длилась годами и испортила жизнь и мне, и ей. Третью женщину, которая любила меня, я полюбить не мог и тоже сделал ее несчастной. Теперь ты понимаешь, почему я просил тебя не влюбляться? Я не хочу, чтобы и ты страдала из-за меня. Когда это все закончится, обещаю, я больше ничего не буду от тебя скрывать. Поверь, все это началось задолго до нашей свадьбы, и я вынужден пройти этот путь до конца. Но главное — чтобы ты не страдала.
Дина чувствовала, что он дрожит всем телом. Он был совершенно не похож на того самоуверенного мужчину, с которым она познакомилась в библиотеке Мурингса.
— Я больше не буду тебя упрекать, — сказала Дина.
«Я беспокоюсь о тебе, потому что люблю тебя». Дина не стала говорить этого, потому что Коби запретил ей любить. И, кроме того, она понимала, что сейчас слова любви только усилят его боль.
Глядя на ее нежное доверчивое лицо, Коби испытал сильнейшее искушение. Ему хотелось уступить ей, довериться ей, снять со своих плеч эту ношу. Теперь на его совести еще одно убийство. Ему хотелось сказать ей, что он ничего не мог сделать, что ему пришлось убить Линфилда, чтобы спасти Уокера и себя.
Но это было бы верхом эгоизма. Взвалить на нее этот груз… Коби вздрогнул. Дина заметила и приложила ладонь к его лбу.
— У тебя лихорадка?
— Нет, — буркнул он. Ему хотелось обо всем забыть. — Идем в постель. Я хочу только обнять тебя, и ничего больше.
Вместе, рука об руку, они поднялись по лестнице, чтобы исполнить его желание. Чтобы лежать в объятиях друг друга и разделить на двоих не страсть, а покой и утешение.
Херви Бьючамп явился к Коби за два дня до начала судебного процесса.
Он сразу же перешел к делу.
— Я хочу поблагодарить вас от имени моего господина за возвращение его писем и за то, как вы ведете себя в столь прискорбных обстоятельствах. Мой господин хотел вознаградить вас, но поскольку вы американский гражданин, все, что он может сделать, это передать через меня слова благодарности. Вы, как и я, знаете, что предпринимать какие-либо действия, которые можно зафиксировать на бумаге, было бы неразумно.
Коби позволил себе улыбнуться. Его синяки начали проходить, и к нему вернулось его обычное самообладание.
— Этот разговор кажется мне преждевременным, — холодно заметил он. — Кто знает, а вдруг адвокат сэра Рэтклиффа сотрет нас всех в порошок?
— Именно по этой причине принц захотел поблагодарить вас сейчас. А теперь о другом. Мне сообщили, что инспектор Уокер из Скотланд-Ярда причиняет вам беспокойство в связи с пропажей бриллиантов Хиниджа. В моих силах заставить его замолчать. Однако с сэром Рэтклиффом, который во всеуслышание обвиняет вас в краже и клевете, я ничего не могу поделать. Ему я рот не заткну, а Уокеру — можно.
— Не волнуйтесь об инспекторе Уокере, — беззаботно ответил Коби. — Мы с ним пришли к соглашению. Он больше не считает меня вором. Мое дело закрыто. — И он ослепительно улыбнулся.
Бьючамп медленно произнес:
— И больше он ничем вам не досаждает?
Коби вскинул брови.
— Чем он может мне досаждать, сэр? Конечно, нет.
— Я знаю, что он занимается поиском убийцы из Ист-Энда. Я надеялся узнать об аресте… одного человека…. Это могло бы решить все наши проблемы, но, как я слышал, доказательства найти очень трудно.

— Так всегда и бывает, ведь мы живем не на Диком Западе и не в стихах Льюиса Кэролла. Помните, сэр? «Я и суд, я и следствие, — Цап-царап ей ответствует» 

type="note" l:href="#FbAutId_3">[3]
. Жизнь была бы намного проще, если бы не ограничения, которые мы сами на себя накладываем. С другой стороны…
— С другой стороны, — огрызнулся Бьючамп, — мы можем отправить на виселицу невиновного!
Коби кивнул. Его удивило, что Бьючамп знает о причастности сэра Рэтклиффа к убийствам девочек. Но известно ли ему, что это Коби Грант поджег притон на набережной и стал косвенным виновником гибели Хоскинса?
После этого приход Уокера не стал для Коби неожиданностью.
— Недолго ждать осталось, мистер Дилли, — радостно объявил он. — Простите, сэр. Но я привык думать о вас как о мистере Дилли.
— Незачем извиняться, инспектор. Если бы я был законнорожденным, то носил бы очень похожую фамилию. Но если хотите, можете называть меня Грантом. «Сэр» — слишком громко звучит для обычного фокусника.
Эта нехитрая шутка вызвала у Уокера улыбку.
— Кстати, о фокусниках. Я недавно встретил на улице Угольщиков отца Ансельма, и он сказал, что вы собираетесь выступить перед детьми на рождественском представлении.
— Так и сказал? — Впервые улыбка Коби была искренней. — Надеюсь, он вас пригласил, инспектор? Если нет, то я приглашаю. Клянусь, на этот раз я не стану звать на сцену ни вас, ни ваших подчиненных!
— Ага, а я приведу жену. Она обожает фокусы.
Коби всегда знал, что спасение человеческой жизни накладывает определенные обязательства и на спасителя, и на спасенного. Он уже сам не понимал, кто у кого в долгу!
— Но я пришел не за этим. Я выследил второго. Мэйсон — мелкий мошенник, а не убийца, как его мертвый приятель. Его запугать не трудно. Есть и другие свидетели. Пускай сэр Рэтклифф побережется: мы его прищучим, если не за одно убийство, так за другое. Но сначала он успеет выступить в суде. Вы готовы к тому, что он может на вас вылить?
— Он интересовался моим прошлым?
— Так я слышал. Кто предупрежден, тот вооружен. Так что будьте готовы ко всему.
— Я это учту, инспектор.
— Не сомневаюсь, мистер Дилли. В суде вам могут пригодиться все ваши таланты. Сэр Альберт Паркер — сущий дьявол. Я видел его в деле.
О том же его предупреждали и Бьючамп, и собственный адвокат. «Истина в том, что повторено трижды подряд», — написал его любимый автор, Льюис Кэролл, и об этом не стоило забывать.
Дина не поверила Виолетте, хотя та уже в третий раз заявила, что у Коби роман с Сюзанной Уинтроп. Когда сестра приехала на Парк-Лейн, ее буквально распирало от желания поделиться новостями.
— Ты не слышала, моя дорогая? Сюзанна Уинтроп потеряла ребенка. Так до сих пор и не ясно, кто был отцом — Аполлон или сэр Рэтклифф.
Свою отравленную стрелу Виолетта выпустила за чайным столом. Она была такой же блистательной как обычно, но на ее лице уже появились признаки увядания. Этим и объяснялась ее ненависть к Дине, которая не только отбила у нее Коби, но и превратилась в ослепительную красавицу.
Дина отодвинула чайник и встала. В ее голосе было столько же льда, как в голосе ее мужа, когда он злился. Позже Виолетта пришла к выводу, что этому трюку Дина научилась у него.
— Учти на будущее, Виолетта, я не собираюсь выслушивать оскорбительные замечания в адрес моего мужа в его доме и в моей собственной гостиной. Я не верю ни единому твоему слову. Я не знаю и не хочу знать, кто был отцом несчастного ребенка Сюзанны, но я уверена, что это не Коби. Если ты хочешь и дальше появляться в этом доме, тебе придется воздерживаться от подобных высказываний.
Виолетта открыла рот… и снова его закрыла. Лицо сестры было неумолимым. Без сомнению, этому она тоже научилась у Коби.
— Ну что ты, Дина, — с недовольной гримасой сказала она. — Зачем поднимать шум по пустякам? Я всего лишь пересказываю последние новости… я же не утверждаю, что это правда!
— Что ж, у меня нет желания их выслушивать. Ненавижу сплетни. Лучше бы ты посочувствовала бедной Сюзанне. Я знаю, как сильно она хотела этого ребенка.
Только теперь Дина догадалась, что той женщиной, которую любил Коби, и которая отвергла его из-за разницы в возрасте, была Сюзанна. Теперь она была уверена, что Коби сказал ей правду, и что его связь с Сюзанной прекратилась много лет назад.
Она села и принялась, как ни в чем ни бывало, наливать чай. Впервые ей удалось одержать верх над Виолеттой, и обе они понимали, что отныне в их отношениях диктовать условия будет Дина.
О, да, круговорот времен нес с собой отмщение… не только для Коби, но и для Дины.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Мой любимый принц - Маршалл Паола

Разделы:
Пролог1 глава2 глава3 глава4 глава5 глава6 глава7 глава8 глава9 глава10 глава11 глава12 глава13 глава

Ваши комментарии
к роману Мой любимый принц - Маршалл Паола



Мало
Мой любимый принц - Маршалл Паолалена
6.01.2014, 22.39





Очень хороший роман!Не пойму для чего его разделили и почему вторая книга так называется.Советую,читайте.
Мой любимый принц - Маршалл ПаолаАнна.Г
13.12.2014, 13.49





Очень интересный роман.Читала с большим удовольствием. Перед его чтением прочитайте "Английский подснежник". почему-то роман разделен.
Мой любимый принц - Маршалл ПаолаСофи
1.02.2015, 22.45





Роман вызвал у меня массу эмоций, в основном отрицательных, единственное положительное-это чувства гл. героев, Дина и Коби мне очень понравились. Через весь роман проходит тема педофилии, изнасилования девочек и их убийства. Гл. герой пытается вывести подонка на чистую воду, но в конце его просто застрелили, ведь это же роман, неужели нельзя было бы придумать более страшную смерть, в жизни и так большинство преступников остаются безнаказанными. Моя оценка 5 баллов, это за то, что негодяй не поплатился за содеянное, раньше меньше 8-ми я никогда не ставила.
Мой любимый принц - Маршалл ПаолаТаня Д
12.03.2015, 13.32





Мне понравился роман,хотя жаль,конечно,что этого козла убили.
Мой любимый принц - Маршалл ПаолаТатьяна
15.05.2016, 15.16








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100