Читать онлайн Мой любимый принц, автора - Маршалл Паола, Раздел - Третья глава в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мой любимый принц - Маршалл Паола бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 21)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мой любимый принц - Маршалл Паола - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мой любимый принц - Маршалл Паола - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Маршалл Паола

Мой любимый принц

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Третья глава

После Сандригхэма и лондонского сезона пребывание в Маркендейле казалась погружением в теплую ванну. «Никто ни от кого ничего не требует, — решила Дина, — только живи и радуйся!» Но ей этого было мало, и молодая женщина постоянно испытывала внутреннее недовольство. «Так чего же я хочу на самом деле? — спрашивала она себя. — Честно говоря, я хочу полностью изменить свою жизнь, но для этого мне придется стать кем-то другим, а не леди Диной Грант… а нужно ли мне это? Осмелюсь ли я потерять Коби… хотя можно ли потерять то, что мне не принадлежит?»
Маркендейл, выстроенный в начале восемнадцатого столетия, был лишен воздушного очарования Мурингса. Это было казарменного вида здание с тяжеловесной мебелью и окнами, выходящими на вересковые пустоши.
Его привлекательность для лорда Кенилворта и его гостей объяснялась близостью железнодорожной ветки, ведущей в Донкастер, где осенью проводились бега. Дина находила скачки невероятно скучным зрелищем и была уверена, что Коби разделяет ее мнение. Однажды он сказал, что предпочитает ездить верхом, а не смотреть, как это делают жокеи.
Дина могла часами блуждать по коридорам Маркендейла, любуясь картинами, или рыться в книгах, в то время как остальные гости заглядывали в библиотеку лишь для того, чтобы прочитать газеты или написать письмо.
Зато ей удавалось избегать женского общества. Вопреки урокам маркизы Дине необходимо было хоть изредка побыть в одиночестве, и именно так она ответила мужу, когда однажды после обеда он отыскал ее в библиотеке. Она с увлечением читала роман Генри Джеймса «Княгиня Казамассима».
Дина взглянула на него с вызовом.
— Надеюсь, ты не собираешься меня упрекать.
— За что? — Коби был краток. Дина давно заметила, что обычно он не отличается болтливостью.
— За то, что прячусь здесь.
Он сел напротив в одно из кресел Уильяма Кента и пожал плечами.
— Имеешь же ты право побыть в одиночестве. — Он жестом указал на книгу, — Что-то серьезное?
В его голосе звучала насмешка: теперь Дина все лучше и лучше его понимала, и знала наверняка, что все его двусмысленные высказывания никогда не были случайными.
— Можно и так сказать. — Она показала ему обложку. — Ведь это все о нас. Я имею в виду наше общество.
Коби кивнул.
— Почитай лучше «Американца» и скажи, правильно ли описывает нас мистер Джеймс.
Ответила Дина уклончиво.
— Большинство американцев, которых я встречала, совершенно на тебя не похожи.
— Это комплимент?
— Если хочешь. — Она очаровательно улыбнулась.
Коби рассмеялся, подошел к ней и нежно ее поцеловал.
— Ты быстро учишься, — сказал он, — а теперь тебе придется научиться кое-чему новенькому: терпеливо принимать пустоту нашего существования. Завтра мы отправляемся на скачки в Донкастер, и я сказал, что ты поедешь со мной. Ведь это лучше для тебя, чем оставаться с женщинами?
Дина поморщилась.
— Было бы лучше, если бы ты остался со мной. Но да, с тобой я поеду.
— Отлично, а теперь идем. Скоро подадут чай, а принц уже спрашивал о тебе. Вижу, ты подобающе одета. — Коби с одобрением взглянул на ее платье из кремового и сиреневого шелка.
— Я всегда одета подобающе, — усмехнулась Дина. — Ты знаешь, что мне приходится переодеваться по шесть раз на дню?
— В таком случае, — ответил Коби, — ты обогнала даже меня, а я-то думал, это невозможно.
Дина еле удержалась, чтобы не спросить о странном коричневом костюме. Коби расценил ее молчание как знак согласия, и они вместе направились в большой зал, который теперь использовался в качестве гостиной.
В огромном камине бушевало пламя. Здесь собрались все гости, включая и приехавших несколько часов назад сэра Рэтклиффа и леди Хинидж, Артура и Сюзанны Уинтропов и мистера Хендрика Ван Дьюзена, который единственный из всех стоял в одиночестве.
Впоследствии Дина решила, что было нечто символическое в этой группе людей, которым никогда больше не удастся встретиться под одной крышей. Виолетта сразу же велела подавать чай, а Коби подвел Дину к принцу, сидящему в глубоком кресле у камина.
— Как вы распорядились, сэр, — сказал Коби.
Дина грациозно поклонилась, и принц взял ее за руку.
— Не надо формальностей, леди Дина, — пробасил он. — Мы все здесь друзья, не больше и не меньше. Где же вы скрывались все эти дни?
— В библиотеке, сэр. — Дина решила, что он заслуживает правдивого ответа. Она видела округлившиеся глаза Виолетты и чувствовала, как остальные женщины буравят ее взглядами.
— В библиотеке, ну надо же! Так я и думал, но что же интересного вы там нашли? И как относится ваш муж к тому, что его жена становится «синим чулком»?
Дина даже не улыбнулась.
— По-моему, ему это нравится, сэр.
— Но вы не уверены, — справедливо заметил принц. — Ваш муж — человек действия. Виолетта сказала, что вы хотели уехать в Оксфорд и стать студенткой. Это правда? Вы слишком очаровательны (не скажу что миловидны), чтобы удалиться от мира.
Он откинулся на спинку кресла и с улыбкой взглянул на ее зардевшееся лицо.
— Вас не обижает, что я не называю вас миловидной?
— Нет, сэр, если вы действительно так считаете. — На самом деле ее это задело.
— Умная девушка, не так ли? Не многие женщины дали бы мне подобный ответ. Нет, вы не миловидны, вы становитесь красавицей, а это гораздо лучше. Ваш муж — проницательный человек.
Сказано было уклончиво, но Дина поняла намек принца: именно Коби заставил ее измениться.
— Я тоже так думаю, сэр.
— Наверняка он гордится своей юной женой.
В этом Дина сомневалась, но из вежливости согласилась.
— Да, и я тоже горжусь им.
Подали чай, и принц указал Дине на кресло рядом с принцессой, которая осыпала ее комплиментами, поинтересовалась, собирается ли Дина ехать в Донкастер, и всколыхнула в окружающих дамах новую волну зависти к юной девочке, ставшей сенсацией сезона и готовой превзойти даже старшую сестру.
Разговор перешел на общие темы. Принц встал, и присутствующим пришлось подняться. Неожиданно к Дине обратился мистер Ван Дьюзен, который тихо сидел у камина, наискосок от нее, с аппетитом уплетая пирожные.
— Развлекаетесь, леди Дина?
— Лучше не спрашивайте, мистер Ван Дьюзен.
Он расхохотался.
— А со стороны кажется, будто развлекаетесь.
— Внешность часто бывает обманчивой, мистер Ван Дьюзен.
На этот раз Хендрик Ван Дьюзен окинул ее пристальным взглядом. Без сомнения, в прошлом он слышал эту фразу от Коби. И не раз.
Прежде чем он успел ответить, Дина добавила:
— Смотря что считать развлечением.
На его круглом лице появилась ленивая улыбка.
— О, да, леди Дина. Давайте поиграем в загадки. Это так непохоже на обычные здешние разговоры. Вижу, вы учитесь у… Джейкоба.
Он чуть было не назвал его Джейком-Попрыгунчиком.
— Да, от Джейкоба. Он никогда не говорил мне, почему его так назвали. Вы не знаете, мистер Ван Дьюзен?
— Увы, нет. Вероятно, семейная традиция.
— Да, но какой семьи? — усмехнулась Дина, но сразу же отступила. — Мне не следовало так шутить с вами. Тем более, сюда идет сэр Рэтклифф, так что я должна вести себя хорошо и быть скромницей.
Это оказалось непросто, поскольку Хинидж явно пытался приударить за Диной Грант на глазах у своей преждевременно состарившейся жены, которая стояла у высокого окна в лучах безжалостного вечернего солнца. Она была одета гораздо хуже своего мужа, и все двадцать лет несчастливого брака отпечатались на ее лице.
Из-за жалости к ней Дина повела себя с сэром Хиниджем слишком резко.
— Какого черта он здесь делает? — бесцеремонно бросил сэр Рэтклифф вслед удаляющемуся Ван Дьюзену. — Не знаете, леди Ди?
Дина, которая терпеть не могла, когда ее называли уменьшительным именем, сухо ответила:
— Он друг моего мужа, а, кроме того, хороший знакомый американского посла и лорда Кенилворта.
— Жаль, что нам приходится иметь дело с подобными выскочками, — вздохнул сэр Рэтклифф, совершенно забыв, что Дина замужем за одним из них.
— Вот именно, — тут же согласилась Дина. — А главное, они настолько богаты, что мы с радостью выходим за них замуж… из-за их долларов, конечно.
Сэр Рэтклифф, вспомнив, что Дина именно это и сделала, добродушно заметил:
— Лучше бы мы могли пользоваться их долларами, но держаться подальше от них самих, ха-ха!
— За удовольствия нужно платить, — вздохнула Дина в ответ. — Тем более, вряд ли я стояла бы сейчас здесь, если бы не вышла за моего мужа. Подумайте о том, чего бы я лишилась.
Разговор стал таким же двусмысленным, как и обычные высказывания Коби, особенно если вспомнить, что Дина вовсе не считала удовольствием вращение в высшем свете. Подлинные преимущества ее брака нельзя было обсуждать с сэром Рэтклиффом.
— Ну, конечно, — протянул он в ответ, решив, что она гораздо остроумнее Виолетты, и не такая стерва. Сюзанна начала ему надоедать: она оказалась слишком привязчивой, а, заведя роман с женой Гранта, он смог бы насолить своему врагу.
— Вижу, вы очень похожи на сестру, леди Дина… во многом, надеюсь, — и Хинидж взглянул на нее с надеждой.
К счастью, Коби, которому не нравилось, что его жена так долго беседует с сэром Рэтклиффом, подошел к ним и, извинившись, увел Дину из зала.
— Маркендейл — архитектурное чудовище, — заявил он. — Я разговаривал с управляющим, и он показал мне планы здания. Оно напоминает гигантский лабиринт. Крыло, в котором нас поселили, относительно новое, оно было построено лет пятьдесят назад для гостей покойного лорда Кенилворта. Лестницы здесь ведут куда угодно, только не туда, куда ожидаешь.
Дина кивнула.
— Мне кажется, — сказала она, — здесь можно заблудиться, а потом, через много лет, кто-то найдет скелет на заброшенном этаже, куда давно уже никто не заглядывал. Может, стоит носить с собой клубок ниток, подобно Тезею, чтобы избежать столь печальной участи?
Коби рассеянно кивнул, вывел ее через застекленную дверь в сад и лишь в конце длинной аллеи обернулся, чтобы взглянуть на дом.
Он указал на окно второго этажа.
— Похоже, где-то там наши комнаты.
Балкон огибал всю стену здания и не портил фасад лишь благодаря примыкающей к дому оранжерее, выстроенной нынешним лордом Кенилвортом.
— Ты хотел бы жить здесь? — поинтересовалась Дина.
Коби покачал головой.
— Не мой стиль, — твердо ответил он.
Хотелось бы ей знать, что же представляет собой «его стиль».
Они свернули к озеру, украшенному беседкой в виде греческого храма, куда Коби велел отнести свой блокнот, карандаши и краски, а также Динино рукоделие.
— Я решил, что тебе захочется посидеть в одиночестве, — сказал он, делая набросок окружающего мирного пейзажа. — Следующие несколько дней нам будет не до того, с этими скачками, официальными ужинами и еще более официальными карточными играми по ночам. И отвертеться не удастся.
Дина рада была посидеть в одиночестве. Она взяла свою работу и занялась вышиванием. Вскоре Коби поднялся с блокнотом в руках.
— Прости, но мне хочется нарисовать дом, — сказал он перед уходом.
Молодая женщина проводила его взглядом. Коби нашел место, откуда дом был виден как на ладони, остановился и начал рисовать. Он вынул из кармана составленный по памяти план внутренних помещений крыла, в котором разместили гостей.
Итак, спальня сэра Рэтклиффа расположена через три окна от его собственной спальни, и попасть в нее можно как с земли по крыше оранжереи, так и по балкону.
Коби начал строить планы.
Он продолжал строить их и вечером, когда вышел из просторной гостиной, где столы по распоряжению принца уже были расставлены для игры в баккара. Стремясь к уединению, Коби забрел в мрачную восьмиугольную комнату, единственное окно которой выходило в сад. На остальных семи стенах размещалась коллекция бабочек, наколотых на булавки в расцвете своей хрупкой красоты.
Еще одна гостья пристально рассматривала их в лорнет; это была леди Хинидж.
Коби с поклоном попятился.
— Я не хотел вам мешать.
— Ничего страшного, — с некоторой резкостью ответила она. — Мне хотелось бы узнать ваше мнение, — и леди Хинидж указала жестом на один из экспонатов.
На ней были знаменитые фамильные бриллианты: колье, серьги, два кольца и брошь. Но вместо того, чтобы украшать, они делали ее еще незаметнее.
— Я не могу судить о подобных вещах, — спокойно ответил Коби.
На ее грустном лице появилась улыбка.
— То есть, вам они не нравятся.
Коби решил, что она разделяет его мнение, и впервые ответил искренне.
— Я не поклонник кровавых сцен, леди Хинидж.
Она неторопливо кивнула.
— Вы умеете находить верные слова, мистер Грант. Мои драгоценности нравятся вам больше? Я слышала, вы вкладываете деньги в бриллианты.
— Насколько я знаю, это достояние семьи Хиниджей. Без преувеличения, они прекрасны. Если бы они попали на рынок, их цена была бы астрономической.
Леди Хинидж рассерженно взмахнула рукой.
— Для меня они ничего не значат. Это всего лишь клеймо, которое я ношу. Мельничный жернов на моей шее, мистер Грант. Лучше бы они лежали на дне моря. Я вас шокирую?
Коби испытывал к ней жалость.
Она казалась несчастной и покинутой. Ее муж увивался за чужими женами, в то время как его собственная жена, чье состояние он промотал за игорным столом, грустила в одиночестве.
— Нет, — мягко сказал Коби.
— Так я и думала. Следите за своей женой, мистер Грант. Защитите ее от волков… вам это будет нетрудно, ведь вы тоже один из них. Видите, я искренна с вами. Когда-то я была похожа на нее, до того, как вышла замуж. Прошу вас, оставьте меня. Я становлюсь слишком откровенной. Я знаю, вы не передадите мои слова мужу. Он ненавидит вас. Может, поэтому вы мне и нравитесь.
Коби взял ее безвольную руку, поднес к губам и поцеловал.
— Сказать, что я глубоко вам сочувствую, было бы дерзостью с моей стороны, леди Хинидж. Я благодарен вам за участие к моей жене. Если я что-то могу для вас сделать…
Она его перебила.
— Никто не в силах мне помочь. Я вышла за него замуж по собственной воле. Но молодые женщины почти ничего не знают о жизни. Иногда неведение слишком дорого нам обходится, мистер Грант.
О да, Коби знал это наверняка. Он вспомнил о том, как дорого обошлась ему собственная наивность, и его жалость к леди Хинидж стала еще сильнее. Ничего не добавив, он поклонился и вышел из комнаты, где мертвая красота покрывалась пылью на стенах заброшенной комнаты.
Вернувшись в гостиную, Коби обнаружил принца играющим в баккара. Ставки колебались от пяти шиллингов до десяти фунтов. Игра проходила в молчании, словно в казино, к удивлению многих неискушенных гостей.
Сэр Рэтклифф постоянно выигрывал. По его словам, удача ему улыбалась. Он подсказывал и Сюзанне, которая сидела рядом с ним и играла впервые. Она тоже выиграла значительную сумму.
Принц пригласил Коби сыграть. Леди Хинидж подсела к нему и стала советоваться с ним, подобно тому, как Сюзанна советовалась с сэром Рэтклиффом. Дина играть отказалась.
— Ты ведь не возражал? — сказала она ему позже. — Я нахожу эту игру слишком скучной.
Коби разделял ее мнение, но у него имелись свои причины для участия в игре. Одной из них была возможность внимательнее присмотреться к манере игры сэра Рэтклиффа. Вскоре леди Хинидж сказала, что слишком устала и собирается отдохнуть. Гранты тут же последовали ее примеру.
Они занимали несколько комнат: маленькую гостиную, две спальни и крохотную ванную, которая в подметки не годилась их роскошной ванной комнате на Парк-Лейн.
— Что за скучный способ проводить время, — заявила Дина, имея в виду игру в баккара.
— Верно, — согласился муж. — Я знаю гораздо лучшие способы, а ты?
— О да! — с жаром воскликнула она.
«Что ж, если у него действительно роман с Сюзанной, скоро это станет известным, ведь здесь, в Маркендейле, ничего ни от кого не скроешь. Похоже, Сюзанна снова увлеклась сэром Рэтклиффом, и это замечательно», — успела подумать Дина, прежде чем Коби увлек ее в постель, и мысли исчезли, сменившись одними лишь чувствами…
Позже, уже под утро, лежа рядом со спящей женой, Коби размышлял о леди Хинидж, сэре Рэтклиффе, двух мертвых девочках и бриллиантовом ожерелье, которое его владелица ненавидит (вернее сказать, временная владелица, поскольку обладательница фамильных драгоценностей не имеет права распоряжаться ими, а после смерти мужа обязана передать их следующей хозяйке дома).
Когда-то он читал роман Троллопа «Бриллианты Юстасов». Главная героиня, Лиззи Юстас, в отличие от леди Хинидж обожавшая свои драгоценности, отказалась расстаться с ними после смерти мужа и носила их с собой в маленьком сейфе. Затем она выкрала их, свалив вину на неизвестного вора.
Сэр Рэтклифф наверняка держит драгоценности в сейфе… там же, где и письма принца Уэльского. Насколько же надежен замок? Сможет ли человек, владеющий искусством взлома сейфов не только с помощью динамита, но и более тонкими способами, вскрыть сейф сэра Рэтклиффа?
Сегодня днем Коби провел рекогносцировку и выяснил расположение комнат на всем этаже. Главное, обставить дело так, будто в дом пробрался вор… если, конечно, удастся совершить кражу.
«На этот раз, — сказал он себе, — мне опять должно повезти».
Все прошло как нельзя лучше. Коби с удовольствием наблюдал за своей будущей жертвой на скачках и за игорным столом. Перед обедом Бьючамп остановил его на лестнице, якобы для того, чтобы поделиться впечатлением о висящей над ними картине Ричарда Уилсона.
— Вы обдумали то, о чем мы говорили в Сандригхэме, мистер Грант? Вы еще не пришли к окончательному решению?
Коби лениво ответил:
— Да, конечно, мистер Бьючамп, — и замолчал. Он отлично умел играть в «кошки-мышки».
В голосе Бьючампа появилось раздражение.
— И?
— И? — Улыбка Коби была очаровательной, как никогда. — Что ж, мистер Бьючамп, сэр, вам остается только набраться терпения. Не мешало бы добавить остроты в вашу пресную жизнь. И да, что касается Ричарда Уилсона, это одна из его лучших работ, вы не согласны?
С этими словами он сбежал по ступенькам и присоединился к Дине и леди Хинидж, которая совершенно не радовалась выигрышам своего мужа. Откровенно говоря, единственным обстоятельством, омрачающим настроение сэра Рэтклиффа, было поведение его жены. Когда вечером она вернулась в свою спальню, он догнал ее и вошел вслед за ней.
— На пару слов, — сказал он, схватив ее за руку. Женщина попыталась вырваться, но не сумела. — Какого черта та заискиваешь перед этой скотиной Грантом? Я этого не потерплю, ты слышишь? Держись от него подальше.
Все еще пытаясь вырваться, она возразила ему:
— Нет. Я твоим грязным развлечениям не мешаю. А в моих разговорах с мистером Грантом нет ничего дурного. Я буду поступать так, как захочу.
— Еще чего, — рявкнул он, выкручивая ей руку. — Ты будешь делать то, что я скажу, или пеняй на себя.
Ей опять не удалось вырваться.
— Ничего я делать не буду. Ты не имеешь права мне указывать.
На этот раз муж отпустил ее, но лишь для того, чтобы ударить по лицу тыльной стороной ладони.
— Ты слышала, что я сказал, женщина. Что-то ты обнаглела в последние дни.
— Я чиста перед тобой. Можешь ли ты сказать то же самое о себе?
Очередной удар швырнул ее на пол. Сэр Рэтклифф склонился над ней и грубо сорвал с нее драгоценности.
— К черту, женщина, ты их не заслуживаешь.
Он повернулся и вышел. Леди Хинидж с трудом поднялась на ноги. Неужели он и с Сюзанной Уинтроп так же жесток? Наверное, нет пока.
Она медленно переоделась ко сну, решив не вызывать служанку. Влезть на постель было больно: ее тело после падения было покрыто синяками. Эта ночь была далеко не первой, когда боль и стыд мешали ей уснуть.
Вскоре после полуночи леди Хинидж задремала, но ее разбудили какие-то тихие звуки. Шум доносился из спальни мужа, которую она считала пустой. Зная, что сэр Рэтклифф не привык возвращаться от Сюзанны до рассвета, леди Хинидж встала, подошла к двери его комнаты и зажгла свет, чтобы увидеть… что?
Мужчина был одет в черное, а широкий шарф, обмотанный вокруг головы, полностью скрывал его лицо. На залитом лунным светом туалетном столике стоял открытый сейф сэра Рэтклиффа, и вор вынимал из него кожаные футляры с драгоценностями. Ожерелье уже лежало на большом черном шелковом платке, расстеленном на кровати.
Почему-то леди Хинидж совершенно не испугалась. Взломщик невозмутимо продолжал рыться в сейфе. Теперь она заметила и пачку бумаг, вынутых из сейфа и аккуратно сложенных на платке.
Мгновение она и вор глядели друг на друга. Леди Хинидж подумала о том, чтобы поднять тревогу, но затем вспомнила о своей загубленной жизни, о бриллиантах, которые жгли ее кожу, и о ненависти к ним и к мужу.
Очень медленно она повернулась, погасила свет и вернулась в постель, позволив взломщику завершить свою ночную работу.
Впервые за много месяцев она уснула с улыбкой на губах.
Когда дверь открылась, Коби решил, что сэр Рэтклифф вернулся из спальни Сюзанны раньше обычного. И что теперь делать?
Но это была леди Хинидж, похожая на привидение в своей длинной ночной рубашке, с распущенными седеющими волосами, с полными ужаса глазами, глядящими прямо на него. Коби хотелось зааплодировать: он ждал от нее истерики или криков, которые разбудили бы весь дом и вынудили бы его спасаться бегством…
Он решил ничего не предпринимать. Единственный шаг к ней, единственное слово могли бы разрушить ее неестественное спокойствие.
Женщина замерла. Она протянула руку, чтобы выключить свет, и молча вышла из комнаты. Весь эпизод занял не более минуты.
Только теперь Коби понял, что канат, по которому он идет, натянут гораздо выше обычного. Он не думал, что леди Хинидж его узнала. Наконец он вынул из кармана карточку и бросил ее в пустой сейф, оставленный на туалетном столике.
Последний этап опасного приключения остался позади. Рассовав добычу по карманам, Коби вылез в окно. Чтобы добраться по балкону до открытого окна собственной спальни, хватило нескольких мгновений. Принесенная из сада лестница уже стояла у стены оранжереи, чтобы создать впечатление, будто вор проник в дом снаружи.
Коби сложил письма принца в большой дорогой конверт из белой бумаги ручного отлива и запечатал искусно сделанной печатью, купленной в одном из лондонских ломбардов.
Конверт был адресован лично Его Королевскому Высочеству принцу Уэльскому. Ранним утром Коби как обычно собирался отправиться на верховую прогулку и по пути положить конверт на стол для входящей корреспонденции.
Теперь оставалось принять ванну и переодеться ко сну. Похожий на ангела, во всем белом и с вьющимися золотистыми волосами, он открыл дверь Дининой спальни и бесшумно улегся в постель рядом со спящей женой, чтобы проснуться утром в ее объятиях.
Сэр Рэтклифф Хинидж лежал в постели с Сюзанной Уинтроп. Почти рассвело, пора было уходить. Он шевельнулся; она в полудреме прижалась к нему. Проснувшись окончательно, женщина с некоторым раздражением сказала:
— Я в самом деле не знаю, что делать.
— Ты о чем? — встревожился ее любовник. Его пугало, когда женщины начинали размышлять. Лучше бы они ограничивались чувствами.
— О том, что у меня будет ребенок.
— А что можно сделать? Твой муж знает, и вроде не против.
Только этой заботы ему не хватало.
— Он понимает, что ребенок не от него, но готов признать его и сделать своим наследником; только боюсь, он может узнать, что ребенок твой.
Сэр Рэтклифф хрипло рассмеялся.
— Не думает же он, будто это работа Аполлона!
Сюзанна, уткнувшись лицом в подушку, ответила сдавленным голосом:
— Почему-то он в этом уверен. Он всегда считал Коби моим любовником.
Она умолкла и повернула к нему искаженное болью лицо.
Сэр Рэтклифф грубо возразил:
— Я полагал, его бы сильнее взволновало, если бы отцом ребенка оказался Коби, а не я. Все-таки Грант — незаконнорожденный ублюдок, а я принадлежу к известному роду.
Сквозь слезы Сюзанна ответила:
— Знаю, но он ведь всегда был уверен, что я изменяю ему с Коби, и примирился с этим. Но если он узнает, что ребенок от тебя, то наверняка рассердится. Получится, будто у меня два любовника одновременно. Он этого не потерпит.
Сэра Рэтклиффа разобрал смех.
— Неплохая шутка, при том что ты клялась мне, будто никогда не была любовницей Гранта. Но нам обоим ведь только лучше, если он будет верить, что это ребенок Гранта, так чего волноваться?
— Потому что… — теперь и ее голос был искажен болью, — я ужасно обошлась с Коби. Он всегда был честен со мной, а теперь все вокруг думают, будто я забеременела от него. Я даже намекнула на это его жене. Я не представляю, как сказать ей правду. Это же так подло… сама не знаю, зачем я это сделала…
— Зато умно, — возразил сэр Рэтклифф, вставая и натягивая тяжелый парчовый халат, — ведь я не в состоянии содержать любовницу и незаконнорожденного ребенка, и не хочу быть втянутым в бракоразводный процесс. Если твой муж ничего не имеет против Аполлона, чего ты боишься? Ты же ничего не теряешь. Я пожалуй пойду, уже поздно, а ты прекращай свое нытье. Хныканье моей жены я еще могу стерпеть, но от любовницы мне нужно кое-что другое. Так что выше нос, дорогуша, если хочешь удержать меня в своей постели.
Он никогда прежде не обращался к Сюзанне подобным тоном, но она начала ему надоедать. Обычные любовные отношения казались ему слишком пресными.
Сэр Рэтклифф весело насвистывал, направляясь по коридору к своей комнате. Вокруг не было ни души. Он отпер дверь спальни, вошел и зажег свет.
Приготовленная ко сну несмятая постель манила его к себе. Зевая, он сбросил халат и направился к ней…
И только сейчас заметил… нет, быть того не может! Это же сейф, открытый настежь и пустой, совершенно пустой, если не считать единственного клочка бумаги на дне. В ужасе сэр Рэтклифф склонился над ним и схватил карточку, чувствуя, как дует из распахнутого окна, которое он оставлял плотно закрытым.
Текст на карточке оказался простым и недвусмысленным. «Я ЗАСТАВИЛ ТЕБЯ ЗАПЛАТИТЬ ЗА ЛИЗЗИ СТИЛ, НО ЭТОГО МАЛО», — было написано заглавными печатными буквами. У сэра Рэтклиффа зашумело в ушах. На мгновение он забыл даже об утрате бриллиантов и писем принца. Кто-то знает! Кто-то разнюхал о смерти Лиззи и забрал бриллианты… и письма… чтобы отомстить.
Его жизнь под угрозой, тайна перестала быть тайной. Полночный вор украл у него не только остатки былого богатства, но и гарантии безопасности. Сжимая карточку в руке, сэр Рэтклифф тяжело опустился на кровать. Что делать? Придется заявить о краже бриллиантов. От жены это скрыть не удастся.
Что бы он ни говорил ей наедине, ему хотелось, чтобы жена продолжала носить его драгоценности. Бриллианты доказывали: он не настолько обеднел, чтобы распродавать фамильное достояние. Нет, надо заявить о краже, но умолчать о карточке, оставленной вором.
Хуже того, его единственным спасением, талисманом, оберегающим от опасности, были похищенные письма. Если их вернут владельцу, ему конец, поскольку он лишится расположения принца — своей единственной поддержки.
Сэр Рэтклифф Хинидж оказался один в бушующем океане, и спасательной шлюпки на горизонте не было.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Мой любимый принц - Маршалл Паола

Разделы:
Пролог1 глава2 глава3 глава4 глава5 глава6 глава7 глава8 глава9 глава10 глава11 глава12 глава13 глава

Ваши комментарии
к роману Мой любимый принц - Маршалл Паола



Мало
Мой любимый принц - Маршалл Паолалена
6.01.2014, 22.39





Очень хороший роман!Не пойму для чего его разделили и почему вторая книга так называется.Советую,читайте.
Мой любимый принц - Маршалл ПаолаАнна.Г
13.12.2014, 13.49





Очень интересный роман.Читала с большим удовольствием. Перед его чтением прочитайте "Английский подснежник". почему-то роман разделен.
Мой любимый принц - Маршалл ПаолаСофи
1.02.2015, 22.45





Роман вызвал у меня массу эмоций, в основном отрицательных, единственное положительное-это чувства гл. героев, Дина и Коби мне очень понравились. Через весь роман проходит тема педофилии, изнасилования девочек и их убийства. Гл. герой пытается вывести подонка на чистую воду, но в конце его просто застрелили, ведь это же роман, неужели нельзя было бы придумать более страшную смерть, в жизни и так большинство преступников остаются безнаказанными. Моя оценка 5 баллов, это за то, что негодяй не поплатился за содеянное, раньше меньше 8-ми я никогда не ставила.
Мой любимый принц - Маршалл ПаолаТаня Д
12.03.2015, 13.32





Мне понравился роман,хотя жаль,конечно,что этого козла убили.
Мой любимый принц - Маршалл ПаолаТатьяна
15.05.2016, 15.16








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100