Читать онлайн Мой любимый принц, автора - Маршалл Паола, Раздел - Тринадцатая глава в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мой любимый принц - Маршалл Паола бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 21)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мой любимый принц - Маршалл Паола - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мой любимый принц - Маршалл Паола - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Маршалл Паола

Мой любимый принц

Читать онлайн


Предыдущая страница

Тринадцатая глава

Он разговаривал с Диной. Кто-то окликнул его по имени, он оглянулся… и тут на него обрушился страшный удар.
Окружающий мир разлетелся вдребезги. Он поднялся высоко в воздух, словно на крыльях, и направился к золотому пятну света, к гигантскому солнечному диску.
На мгновение он оглянулся. Далеко-далеко внизу, на грязном тротуаре у здания суда лежала оболочка, некогда бывшая Джейкобом Грантом. Рядом на коленях стояла женщина. Затем все исчезло. Он мчался прямо к солнцу. Теперь он уже не знал, ни кто он, ни кем он был, знал лишь то, что именно к этому стремился всю свою жизнь. К полной свободе, которая всегда оставалась недосягаемой.
Время исчезло: было лишь безграничное пространство и безграничный свет. Свет сиял в вышине, словно мерцающее око. Последний рывок, и цель будет достигнута. Но в следующее мгновение оглушительный звук разбил первозданную пустоту, готовую его принять.
Кто-то снова и снова повторял его имя. Он не желал слушать, но с каждой его попыткой достигнуть света, имя звучало вновь и вновь:
— Коби… Коби… Коби…
Женский голос напоминал ему о том, кем он был раньше.
Он сделал еще один рывок и начал падать. Из света он погружался в темноту. Теперь он слышал голоса Хендрика и сэра Алана:
— Летая слишком близко к солнцу, недолго и крылышки опалить.
Он попытался подняться снова, но мог лишь падать, как легендарный Икар, падать на землю, к своей бренной оболочке.
Он открыл глаза и увидел плачущую Дину и скорбное лицо Уокера. На этот раз, когда его глаза закрылись, он погрузился в полную темноту… снова прикованный к земле.
— Он жив, — сказал Уокер Дине. — Пока еще жив. — Он был слишком потрясен, чтобы думать о вежливости. — Нам надо отвезти его домой.
Кенилворт, остолбеневший, как и большинство свидетелей перестрелки, пробормотал непослушными губами:
— Нужен врач, хирург. Предоставьте это мне, Дина.
Коби истекал кровью: кровотечение доказывало, что он еще жив. Уокер, прежде чем подойти к Дине, дал приказ своим подчиненным найти убийцу сэра Рэтклиффа, но бесполезно было искать человека в беснующейся толпе.
Прибыл полицейский хирург. Он подтвердил, что сэр Рэтклифф мертв, а Коби тяжело ранен. Необходимо остановить кровотечение, прежде чем везти его домой.
Дина подложила Коби под голову свою меховую накидку. Ей было невыносимо видеть его лежащим на холодном грязном тротуаре. Когда Коби открыл глаза, словно в ответ на ее зов, Дина подумала, что он приходит в себя, но он тут же снова погрузился в беспамятство.
Теперь все, что ей оставалось, это усесться в экипаж Кенилворта и следовать за собственным экипажем, в котором лежал Коби. Одна и та же мысль вертелась у нее в голове: «Ну почему я вчера не рассказала ему о ребенке? Теперь уже может быть слишком поздно».
Впоследствии Дина сама не понимала, как она пережила эти ужасные дни, пока Коби находился на грани жизни и смерти.
Заходя в его спальню, где он лежал, тихий и неподвижный, Дина с трудом сдерживала свои чувства. Сможет ли он снова смеяться? Узнает ли о ее беременности? Доживет ли до рождения ребенка?
Доктора приходили и уходили, осматривали его, гадали, почему он до сих пор не пришел в сознание. Сиделки, работающие по сменам, удивлялись железному самообладанию леди Дины. «Вряд ли он хочет, чтобы я плакала, — сурово говорила она себе. — Что толку в слезах?»
Она не знала, помогает ли ей постоянный поток посетителей или, напротив, отягощает ее ношу. Первым пришел Хендрик Ван Дьюзен.
Он поселился на Парк-Лейн и целыми днями сидел в углу библиотеки, дожидаясь улучшения… или ухудшения. Дина выделила ему спальню и следила, чтобы он не забывал есть. Однажды он подошел к ней и спросил:
— Нет новостей?
Дина покачала головой.
— Нет, ни хороших, ни плохих. Доктор говорит, что он давно должен был прийти в себя. Он просыпается и пьет понемножку, но еще ни разу не заговорил со мной.
— Доктора много чего говорят, — мрачно ответил Ван Дьюзен.
— Поживем, увидим, — вздохнула Дина. — Вы не хотите отдохнуть, мистер Ван Дьюзен?
— Нет, — ответил он. — Вы были очень добры, когда позволили мне остаться здесь, но вы должны меня понять. Он стал для меня сыном. Сыном, которого я потерял.
Он помолчал, а затем повернул к ней мертвенно-бледное лицо.
— Я уверен, что вы меня выслушаете. Я никому не рассказывал об этом, даже Джейку. Вы знаете, что я лгал в суде. Нет, не только о Джейке, как вы сами наверняка понимаете, но и о себе. На запад меня повлек не кризис среднего возраста. Я был, как и сказал, ученым. У меня было все, что можно желать от жизни, хорошие мозги, успешная карьера, жена и сын. Боги благословили меня. Но в божьей власти как давать, так и отнимать. Однажды утром мы вместе пошли в банк, чтобы открыть счет для маленького Гая. Ему исполнилось двенадцать лет, и я уже начал знакомить его с премудростями жизни. Произошло ограбление. Двое бандитов ворвались в банк и заставили всех нас выстроиться вдоль стены. Один из кассиров хранил пистолет под стойкой, он открыл огонь и убил одного из грабителей. Второй грабитель застрелил кассира и начал палить во все стороны. Моя жена и Гай погибли сразу. Я успел сорвать маску с его лица, но он оглушил меня и бросился бежать. Полиция его выследила, а я и несколько других свидетелей его опознали. Но адвокат обнаружил ошибку в обвинительном акте. В результате убийца моей жены и ребенка был выпущен на свободу. Я никогда этого не забуду. Он шел мимо меня, улыбаясь. Моя жена и сын погибли, а я даже не смог насладиться местью. Мой мир был разрушен. Мало того, что я потерял семью, отныне мне незачем было жить. Я верил в Господа Всемогущего, Сократа, Томаса Джефферсона, Американскую Конституцию и силу закона. И все эти боги оказались фальшивыми! Если я хотел отомстить (о да, как же я хотел отомстить!), то мне нужно было сделать все собственными руками. Я научился стрелять, а затем выследил убийцу и тайно прикончил его. Беда в том, что, утратив веру, я не мог больше оставаться в Гарварде, не мог преподавать философию, которая стала мне ненавистна. Я бросил университет и отправился на юго-запад, чтобы начать новую жизнь. Там я и встретил Джейка. Я убедил себя, что Гай был бы похож на него, если бы остался в живых. Я обрел сына. Сына, которому обязан жизнью. Ведь он спас меня, леди Дина. Он застрелил двух человек, которые пытались убить меня из засады, а потом выхаживал меня, тяжело раненного. За это я буду вечно ему благодарен. Но я не могу привязать его к себе, леди Дина, это было бы неправильно. Тем более, Джейку не нужен отец. Он ненавидит всех отцов и любую власть жгучей ненавистью. И поэтому, когда мы уехали с юго-запада, я отпустил его. Я был для него лишь прикрытием, прикрытием и останусь.
Ван Дьюзен умолк. Пока он говорил, Дина не проронила ни слова, только взяла его за руку и не отпускала до самого конца исповеди.
— Я никому этого не рассказывал, — повторил Ван Дьюзен. — Сколько в вас мудрости, дитя мое. Вы знаете, когда говорить и когда молчать. Не удивительно, что он так вас ценит.
— Что я могла сказать? — возразила Дина. — Слова не помогут.
— Нет, конечно. Наконец-то я обрел покой, леди Дина, но боюсь, я не вынесу, если и Джейк будет убит подлецом.
Ван Дьюзен не признался ей, что это он застрелил сэра Рэтклиффа, а она не стала спрашивать.
Не только Хендрик Ван Дьюзен исповедовался перед Диной. В дом постоянно приходили посетители, многих из которых она не знала. Все они рассказывали о Коби Гранте и о том, что он для них сделал.
На следующий день Дине сообщили, что ее хотят видеть отец Ансельм и капитан Армии спасения.
— Да, джентльмены, чем обязана?
Отец Ансельм, католический священник, судя по его имени и платью, сказал:
— Инспектор Уокер известил нас, леди Дина, о том, что наш благотворитель мистер Дилли, основавший приют для бездомных детей, это на самом деле ваш муж, мистер Джейкоб Грант. Мы пришли выразить ему свое уважение и пожелать скорейшего выздоровления.
Капитан добавил:
— С нами девочка из приюта. Она принесла корзину с цветами, которые дети купили на свои карманные деньги. Вы позволите ей войти?
Дина, едва сдерживающая слезы, кивнула.
— Конечно. К сожалению, к мужу я вас пустить не могу. Ему еще очень плохо.
Скромная корзинка цветов из рук маленькой девочки, удивленно и испуганно озирающейся по сторонам, тронула Дину гораздо сильнее, чем роскошные букеты, присланные принцем и принцессой Уэльской.
Впервые она готова была разрыдаться. Мужчины заметили ее состояние и оба, по-своему, попытались ее утешить.
— Не могу поверить, — сказал капитан Армии спасения, — что Бог отнимет его у вас, леди Дина. Но даже если это случится, значит, такова Его воля. Мы должны верить в Него, иначе нам не на что будет опереться.
«Мистер Дилли, — думала Дина, ставя цветы на маленький приставной столик. — Вот как он называл себя, когда надевал эту странную одежду… и занимался благотворительностью! Кто бы мог подумать? Не помешало бы сообщить об этом сэру Альберту Паркеру!»
Кроме ежедневно доставляемых букетов принц Уэльский прислал ей письмо.
«Я многим обязан вашему мужу, — писал принц, — и хотел бы отблагодарить его. Поверьте, душой и сердцем я с вами».
Не успела Дина прочесть письмо, как дворецкий объявил о визите миссис Сюзанны Уинтроп. Сюзанна вбежала в гостиную, осунувшаяся и подурневшая.
— Как он? — с порога спросила она и, не дожидаясь ответа, продолжила: — Лорд Кенилворт сказал, что он все еще без сознания. Я не могу выразить вам свои чувства…
Она разрыдалась, упала на диван и уткнулась лицом в подушку.
— Жизнь так жестока, а я так ужасно с ним обошлась. Сама не знаю, что на меня нашло. Я называла Коби своим любовником, хотя на самом деле он отверг меня… и я возненавидела вас за это…. После этого я сошлась с сэром Рэтклиффом, чтобы забыть его, а он всего лишь хотел с моей помощью досадить Коби… а теперь Коби умирает, и я так перед ним виновата.
Дина села рядом с Сюзанной, обняла ее и начала успокаивать.
— Я не поверила вам, — мягко сказала она обезумевшей от горя женщине. — Я и подумать не могла, что он способен так меня обмануть.
— Нет, конечно, — всхлипнула Сюзанна. — Мы любили друг друга, когда он был совсем еще мальчиком, но я прогнала его. Я знала, что поступила правильно, и все равно жалела об этом всю оставшуюся жизнь. А всего сильней жалела, когда он женился на вас, и я увидела, как он вас любит. Мне так совестно, что я пыталась вас обмануть.
— Ничего страшного, — ответила Дина, подумав о том, что признание Сюзанны полностью совпадает с рассказом Коби.
— На самом деле я пришла, чтобы предупредить вас, — продолжила Сюзанна несколько минут спустя. — Сюда едут его родители. Не для того, чтобы навестить его, а по моему приглашению. Пока им еще ничего не известно, ведь сейчас они в море. Думаю, вам следовало это узнать, чтобы их появление не оказалось для вас неожиданностью.
Она выпила свой чай залпом, словно бренди. После ее ухода Дина поднялась в спальню Коби и долго на него глядела. Его лицо было бледным, и черты заострились. Дина размышляла о том, каким человеком был ее муж на самом деле. Если бы он мог хоть на минуту очнуться и поговорить с ней! Иногда он приходил в себя, но очень ненадолго, и ни с кем не разговаривал.
После этого Дина уже ничему не удивлялась… даже визиту леди Хинидж.
— Моя дорогая леди Дина. Спасибо, что согласились принять меня, хотя вам, должно быть, неприятно видеть перед собой жену человека, который пытался убить вашего мужа. И все же я обязана была прийти, чтобы поблагодарить его через вас. На прошлой неделе я узнала, что ваш муж перевел на мой банковский счет половину стоимости украденных бриллиантов. Я была свидетельницей похищения, — пояснила леди Хинидж с таким видом, словно разговор шел о чем-то обыденном. — Конечно, он был замаскирован, но я сразу его узнала. В банке мне передали письмо. Мистер Грант выразил надежду, что я не откажусь от этих денег, и сообщил, что вторая половина потрачена на доброе дело.
«На детский приют, — подумала Дина. — Сэр Рэтклифф перевернулся бы в гробу, если бы узнал, на что были потрачены его бриллианты!»
Затем явился Уокер. Как и принц, Хендрик Ван Дьюзен, леди Хинидж и отец Ансельм, он был чем-то обязан ее мужу, но не сказал, чем именно. Впоследствии он приходил чуть ли не каждый день, чтобы узнать о состоянии мистера Гранта и выразить Дине свое сочувствие.
Однажды он по секрету сказал:
— Мне не следует так говорить, леди Дина, но хорошо, что этого негодяя сэра Рэтклиффа застрелили. Если бы он остался в живых, скандал разразился бы неимоверный.
Дина и его угостила чаем. С тем самым шоколадным тортом, о котором однажды говорил ему Коби. Перед уходом Уокер пожал ее руку.
— Не сдавайтесь, леди Дина, ради нас всех.
Она поднялась к себе, раздумывая над его словами. Скольких еще людей Коби выручил из беды? Но что его связывает с инспектором Уокером, оставалось загадкой.
У дверей спальни к ней подбежала взволнованная сиделка.
— Леди Дина, надо послать за доктором. Мистер Грант еще не пришел в себя, но начал бредить!
Дина присела у его кровати и взяла его руку, безвольно лежащую на одеяле. Коби слепо взглянул на нее и забормотал снова.
Теперь ей придется самой заботиться о нем, чего бы ей это ни стоило. Нельзя допустить, чтобы сиделки услышали его бред…
В своих снах Коби вернулся в прошлое. Он снова пережил отказ Сюзанны… и жестоко страдал. Он сидел в гостиной Софи Месингем, отбиваясь от ее ухаживаний… и выслушивал рассказ о тайне своего рождения. Он играл в карты с Лиз и Пейдж в первые счастливые дни в Братт-Кроссинге. Он стоял привязанный к ограде загона, а Грир хлестал его плетью. А потом он карабкался по скалам, преследуя бандитов, напавших на Хендрика из засады… и убивал их обоих. Он лежал вместе с Дженни в ванне в ее борделе и участвовал в своем первом ограблении банка.
Затем он перенесся в Сан-Мигель. Снова и снова он видел перед собой Белиту, как будто повторяющаяся картина ее гибели могла изменить прошлое. Он знал, что какая-то женщина держит его за руку и разговаривает с ним, но ее слова казались ему не более реальными, чем блуждающие вокруг тени.
Голос Дины всколыхнул в нем новую цепочку воспоминаний, и теперь он беседовал с Виолеттой в Мурингсе и выслушивал ее угрозы.
Дина в оцепенении слушала его голос. Когда Коби заговорил о Мурингсе, она попыталась остановить его, приложив пальцы к его губам, но он отбросил ее руку. «Вот почему он женился на мне и перехитрил Рейни — чтобы спасти меня от Виолетты!»
Он спасал Лиззи Стил от сэра Рэтклиффа и вел свою тайную войну. Дина узнала, почему приходил Уокер в ночь пожара, узнала, зачем Коби украл бриллианты и какой «долг благодарности» связывает его с Уокером и с принцем Уэльским.
Наконец, слегка охрипнув, он умолк и, не выпуская Дининой ладони, уснул. Ночная сиделка, заглянув в его спальню, обнаружила супругов спящими. Дина все еще держала Коби за руку, а ее голова покоилась на его подушке.
На следующее утро ее разбудил голос Коби. Но теперь он говорил тише и был гораздо спокойнее. Дина сидела с ним, пока он не уснул. Она знала, что его мучают не сны, а воспоминания, и, наконец, получила ответы на многие из вопросов. Кроме того, Коби постоянно повторял то, что она давно мечтала услышать: слова любви.
Проснувшись снова, он принялся шарить рукой по одеялу, словно разыскивая ее ладонь. Дина взяла его за руку, погладила по голове (казалось, его это успокоило) и тихонечко заговорила с ним.
Она рассказала ему о ребенке.
— Как я жалею, что не сделала этого раньше, — с болью призналась она, — но мне хотелось дождаться окончания процесса, чтобы ничто не омрачало наше счастье. Ты хочешь мальчика или девочку, радость моя? Мне все равно. Конечно, могут родиться и близнецы, как у твоей бабушки.
Коби заворочался, словно услышав ее, и в первое мгновение Дине показалось, что он приходит в себя, но затем он закрыл глаза, вздохнул, выпустил ее руку и снова заснул.
Впервые Дина почувствовала, что все безнадежно. Слезы, которые она так долго сдерживала, уже готовы были пролиться, но стук в дверь заставил ее взять себя в руки. Это была сиделка.
— К вам посетители, леди Дина.
— Кто?
— Мистер и миссис Джон Дилхорн. Они в гостиной.
Женщина сидела на диванчике у камина, мужчина нервно расхаживал по комнате. Увидев Дину, он остановился. Женщина встала. Дина узнала бы этого мужчину, даже если бы встретилась с ним посреди улицы. Вылитый Коби, только лицо помягче, и волосы не золотые, а серебряные. Нельзя сказать, чтобы его внешность была недостаточно мужественной, просто в правильных чертах Коби чувствовалась твердость, внутренняя суровость, которой у этого человека никогда не было. Он излучал доброту.
Но облик его жены удивил Дину. Мать Коби оказалась высокой, темноволосой и энергичной. Ее лицо было очень выразительным, но красавицей она не была никогда. «Вот уж не подумала бы, — решила Дина, — что это его мать, так они не похожи. Хотя… хотя… это от нее он унаследовал свой сильный характер».
Мариетта шагнула к Дине и протянула руку… такую же, как у него.
— О, моя дорогая. Нам не следовало приходить. На вас лица нет от усталости.
Дина покачала головой.
— Нет, вы правильно сделали, что пришли, только… он бредит и никого не узнает… я… мы… не знаем, выживет ли он…
Джек Дилхорн ахнул и отвернулся, пряча опечаленное лицо.
Мариетта без колебаний приняла Дину в свои объятия.
— О, моя дорогая девочка. Как хорошо, что мы приехали. Ты ведь позволишь, чтобы я помогла тебе?
Она бережно отвела Дину к дивану и усадила ее. У молодой женщины совсем не осталось сил.
— Простите меня, — дрожащим голосом пробормотала Дина. — Я не подумала об этом сразу…. А вдруг… если вы придете к нему, заговорите с ним, он услышит и узнает ваши голоса. Он постоянно твердит в бреду о том, как хочет увидеться с вами.
— Сюзанна сказала нам, как мужественно вы держались, моя дорогая, — сказал Джек, все еще стоящий у камина. — Мы сожалеем, что наше знакомство состоялось в столь печальных обстоятельствах.
«Коби часто смотрел на меня с такой же нежностью, — подумала Дина. — Что за противоречивый человек. Если бы он мог услышать, что у нас будет ребенок, то наверняка бы очнулся».
Она только собралась сказать это Джеку, как открылась дверь и вбежала сиделка.
— Скорее, леди Дина. Мистеру Гранту стало хуже!
Дина побелела, как полотно.
— Сейчас же иду, — ответила она, а затем обратилась к Джеку и Мариетте: — Вы должны пойти со мной. Кто знает, а вдруг это поможет?
Ее надежда была порождена отчаянием, и Дина поняла это, войдя в спальню Коби. Он полулежал на горе подушек, но так и не пришел в себя. Его лицо покрылось мертвенной бледностью, а дыхание стало поверхностным.
Забыв обо всем, Дина бросилась к кровати и упала на колени у изголовья. Она схватила его руку и горячо зашептала:
— Коби, Коби, не умирай, не покидай меня. Здесь твои папа и мама, и… — она повторила снова, потому что в прошлый раз он ее не услышал, а на этот раз мог, — и у нас будет ребенок, ты же хочешь увидеть ребенка, радость моя? Не оставляй его сиротой.
Она услышала, как ахнула Мариетта, увидела искаженное от горя лицо Джека и, обхватив Коби руками, расплакалась в первый раз, потому что поняла, что он умирает.
В полусне Коби чувствовал, что кто-то зовет его и пытается сообщить нечто важное. Что, он не слышал, знал только, что говорит женщина, и в ее голосе звучит любовь.
Он снова оказался в Нью-Мексико. Мгновение назад он был мальчишкой, и ехал верхом в лучах восходящего солнца вместе с бандитами из шайки Андервуда, распевая незатейливые куплеты. Затем люди исчезли, и пустыня начала изменяться.
Небо, окрашенное рассветом во все цвета радуги, побледнело.
Склоны гор, оттенки которых менялись от алого до лилового, от серого до желтовато-коричневого, утратили свои краски. Теперь он не ехал верхом, а шел огромными шагами к чернеющим вдали скалам. В небе разгоралось зарево, и он стремился к нему и к покою.
Ничто не могло остановить его на пути к свету. Он помнил, что однажды голос заставил его вернуться, но не теперь! Больше этому не бывать.
И в то же время нежный женский голос не умолкал, жалобно повторяя его имя. На этот раз она была не внизу, а позади. Надо сказать ей, чтобы она ушла.
Он оглянулся, отворачиваясь от света. Это была Дина. Она стояла в унылом платье, которое носила в Мурингсе, и с печальным лицом. Младенец на ее руках протянул к нему пухлую ладошку.
— Неоконченное дело, Джейкоб Грант, — прогремел ее голос.
— Нет, — ответил он. — Нет.
— Да, — сказала Дина. Младенец загулил и снова помахал ладошкой.
— Нет, — и он повернул голову к разгорающемуся свету; как только он повернулся, Дина и младенец начали бледнеть, превращаясь в бесплотные тени.
— Неоконченное дело, — пронеслось над пустыней.
— Нет, — повторил он, но на этот раз в его ответе не было прежней уверенности.
— Неоконченное дело, — пропел гаснущий голос.
«Истина в том, что повторено трижды подряд».
Цитата была написана пламенем в небе. В следующее мгновение она погасла. С ней погас и свет.
На этот раз он ответил:
— Да!
Пустыня исчезла, и снова началось падение к свету, но не к ослепительному солнцу, сиявшему в небесах, а к маленькому тусклому огоньку.
Достигнув цели, Коби снова очутился в своей спальне, в постели, и Дина обнимала его. Она всхлипывала, и он чувствовал, как по щеке текут ее слезы.
Все воспоминания о чистилище, в котором он находился после ранения, исчезли, словно растаявшие в небе облака.
Коби попытался сесть, но обнаружил, что ему не хватает сил. Он прошептал, и сам удивился слабости своего голоса:
— Дина, почему ты плачешь?
— От радости, — ответила она. — Когда я вошла, Коби, мне показалось, будто ты умираешь.
Коби отвел взгляд и увидел своих родителей, стоящих у двери. Что они здесь делают? Почему он в постели? Откуда эта слабость?
— Джек! Мариетта! Это, правда, вы? — прошептал он.
Они глядели на него с таким видом, словно многолетней размолвки между ними никогда не было.
— Как я здесь оказался?
— Коби, разве ты не помнишь? — спросила Дина.
Коби выглядел озадаченным. Он вспомнил, как выходил из здания суда. Вспомнил, как заговорил с Диной… а потом пустота. И свет…
Почему Дина плачет? Коби поерзал на кровати, безуспешно попытался сесть и жалобно спросил:
— Почему я так ослаб?
— Коби, ты совсем ничего не помнишь? Сэр Рэтклифф выстрелил в тебя на лестнице возле здания суда. С тех пор ты был без сознания, — ответила Дина и снова расплакалась.
Казалось, она собирается выплакать все свои слезы, накопившиеся за эти ужасные дни.
— А мама с папой?
Ответила его мать. Она подошла к кровати, села на стул и взяла Коби за руку. Она поцеловала его в щеку, и, да, это было совсем как в детстве.
— Сюзанна нас пригласила пару недель назад. Мы только вчера прибыли в Англию. Она сообщила ужасную новость и привезла нас сюда, чтобы мы могли сразу же увидеться с тобой. Мы были с Диной, когда сиделка сказала, что ты… что тебе очень плохо. Что ты в опасности.
Мариетта всхлипнула.
— Она ошибалась, но в первое мгновение нам всем показалось, что она права… пока ты не заговорил с Диной.
Коби знал, что должен что-то вспомнить, но воспоминание от него ускользало. Он сдался. Бесплодные попытки вызывали головную боль. Но оставался еще один вопрос, и на этот раз память его не подвела.
— Уокер арестовал сэра Рэтклиффа? — неожиданно поинтересовался он.
Дина задумалась над ответом. Она не собиралась признаваться Коби в том, что знает все его секреты. После гибели сэра Рэтклиффа о его виновности попросту умолчали, чтобы избежать гораздо более шумного скандала.
Притворившись растерянной, Дина спросила:
— Кого арестовал? Сэра Рэтклиффа застрелили из засады после того, как он попытался убить тебя. Убийцу так и не нашли.
Коби готов был поспорить, что знает стрелка. Немного помолчав, поскольку говорить было трудно и больно, он хрипло ответил:
— Ну что же, зато сэкономили на судебных издержках. Не мешало бы вознаградить того, кто это сделал.
Это было так похоже на настоящего Коби, а не на лежащую в постели бледную тень, что все сразу повеселели.
Его отец шагнул к кровати и кротко сказал:
— Как ты думаешь, можно мне участвовать в торжествах по случаю твоего выздоровления? Обещаю не плакать!
И это было так похоже на Джека, что его жена и сын расхохотались, и даже если смех Коби был очень тихим, главное, что он мог смеяться.
Их смех снял напряжение, и Дина неожиданно вспомнила о бедном мистере Ван Дьюзене, живущем в библиотеке. Она отправила к нему сиделку с радостной новостью и осталась ждать докторов, которые должны были подтвердить, что худшее уже позади.
Два дня спустя, после того как Коби выспался, поел и побеседовал с родителями, к нему зашла Дина.
— Я сказал спасибо Хендрику, — откровенно заявил он, — хотя он и притворялся, будто не понимает, за что я его благодарю. Уокер не досаждал ему?
— Нет, — ответила Дина. — Конечно, он допросил его и всех остальных, причастных к делу, но так ничего и не выяснил об убийце сэра Рэтклиффа. Кажется, в доме Хендрика даже провели обыск. По словам инспектора, в сэра Рэтклиффа стреляли из кольта сорок четвертого калибра. По-моему, он только рад, что кто-то сделал за них всю работу. Подумай, какой бы разразился скандал, если бы сэра Рэтклиффа осудили за покушение на убийство!
— Да, уж это точно, — сонным голосом пробормотал Коби. Он был еще слаб и быстро уставал, но доктора обещали скорое выздоровление. Он снова встретился с родителями, и мама рассказала ему о том, как самоотверженно ухаживала за ним Дина.
— Под конец, когда доктора сказали, что тебе хуже, она прогнала всех сиделок, и делала все сама!
Коби видел, как его молодая жена ходит по комнате, раздавая указания слугам. Трудно поверить, что ей еще не исполнилось девятнадцати.
Он понимал: Дина решила остаться с ним наедине из опасения, что посторонние люди могут услышать его бред. Теперь уже и не узнаешь, какие из секретов стали ей известны.
А спрашивать он не собирался…
Надо было довериться ей: она оказалась истинной дочерью своего отца, умнейшего человека, и у нее достаточно силы духа, чтобы знать все… и хорошее, и плохое.
Более того, она уже не раз выручала его. Сначала в Маркендейле, когда так ловко спрятала похищенные бриллианты. Если бы не она, сидеть бы ему сейчас за решеткой.
А затем она дважды вернула его к жизни. Ведь это Динин голос напомнил ему о том, что на земле у него осталось незавершенное дело.
Сегодня утром Хендрик сказал ему:
— У тебя не жена, а сокровище, Джейк, а сокровища нужно беречь. Никогда бы не подумал, что ты найдешь женщину, которая окажется тебе ровней, а она еще так молода. Если ты когда-нибудь ее обидишь, я приду к тебе с револьвером и позабочусь, чтобы ты искупил свою вину перед ней!
Что ж, Коби готов дать ей гораздо большее. Безграничную любовь, которую не дарил ни одной женщине.
Дина подошла к его постели с выражением любви и сострадания на безмятежном лице. Серьезным тоном она сказала:
— У тебя хватит сил, Коби, чтобы не уснуть, пока я буду говорить?
— Смотря, что ты хочешь сказать, — лукаво ответил Коби.
«Да, он быстро идет на поправку», — с радостью заметила Дина.
— Что ж, я думаю, тебе приятно будет это узнать. Ты слушаешь?
Он приоткрыл один глаз.
— Тебя, Дина, я всегда готов выслушать.
— Отлично. Так вот. У нас будет ребенок!
— Правда? Когда? Ой, Дина, я был так неосторожен. Ты еще слишком молода!
— Вовсе нет. А теперь лежи смирно и будь паинькой. Кого ты хочешь, мальчика, девочку, а может, близнецов?
Ее слова эхом отозвались у него в голове.
— Странно, Дина, но могу поклясться, что ты уже говорила мне о ребенке… и о близнецах тоже. Это так?
Дина уставилась на него. Она действительно говорила ему о ребенке, когда все решили, что он умирает, когда его дыхание стало прерывистым, а на лице появилась «маска смерти». Возможно, Коби все-таки ее услышал, ведь в следующее мгновение его глаза открылись, и он узнал ее.
— Я рассказала тебе, когда ты был без сознания. И что это за старые трюки, Коби, ты снова отвечаешь вопросом на вопрос! Теперь я точно знаю, что ты выздоравливаешь!
Коби взглянул на нее с улыбкой.
— И ты собираешься так же вертеть мной, когда я встану на ноги? Позволь и мне хоть чуть-чуть покомандовать. Сядь рядом со мной и возьми меня за руку. Я так скучал по тебе, дорогая. Где бы я был без тебя? Если бы не ты, я бы не выжил.
— Глупости, — отмахнулась Дина, но покорно взяла его руку и поднесла к губам.
— Нет, Дина! — воскликнул он, и его голос был звучным и сильным, как у прежнего, здорового Коби.
— Я должен кое-что сказать тебе, и это надо было сделать давным-давно. Я люблю тебя, Дина, безумно люблю. Наверное, я влюбился в тебя в тот первый день в Мурингсе, когда ты вошла в библиотеку, но мое проклятое самолюбие не позволяло мне признать это.
Коби многое мог добавить, но не сейчас. Усталость заставила его умолкнуть.
Он знал, что дух авантюризма навсегда останется с ним, но любовь к жене и будущему ребенку не позволит ему так безрассудно рисковать собой. Он не забудет свой долг перед ними.
Лицо Дины светилось любовью.
— Милый, — воскликнула она, целуя его в теплую щеку. — Я и не надеялась это услышать. Никогда не думала, что буду так счастлива.
В бреду Коби признавался ей в любви, но Дина боялась, что он никогда не сможет сказать этого наяву. Ее сердце готово было разорваться от радости.
Ромашка, сорванная в Мурингсе, не обманула.
«Он любит меня».
Теперь Дина знала о Коби все и была уверена, что его чувства так же сильны, как и ее любовь.
Коби открыл глаза и сонным голосом произнес:
— Мама рассказала, как ты самоотверженно заботилась обо мне. Ты, верно, устала, любовь моя, и тебе нужно подумать о ребенке. Ты должна отдохнуть.
— Ну что ты, — ответила Дина, — мне нигде так хорошо не отдыхается, как с тобой, — и, не выпуская его руки, тихо и мирно уснула, склонив голову ему на подушку. И в объятиях своей принцессы принц Доллар, наконец-то, обрел рай.
А самым лучшим трюком фокусника был ребенок, которого носила его любимая жена.




Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Мой любимый принц - Маршалл Паола

Разделы:
Пролог1 глава2 глава3 глава4 глава5 глава6 глава7 глава8 глава9 глава10 глава11 глава12 глава13 глава

Ваши комментарии
к роману Мой любимый принц - Маршалл Паола



Мало
Мой любимый принц - Маршалл Паолалена
6.01.2014, 22.39





Очень хороший роман!Не пойму для чего его разделили и почему вторая книга так называется.Советую,читайте.
Мой любимый принц - Маршалл ПаолаАнна.Г
13.12.2014, 13.49





Очень интересный роман.Читала с большим удовольствием. Перед его чтением прочитайте "Английский подснежник". почему-то роман разделен.
Мой любимый принц - Маршалл ПаолаСофи
1.02.2015, 22.45





Роман вызвал у меня массу эмоций, в основном отрицательных, единственное положительное-это чувства гл. героев, Дина и Коби мне очень понравились. Через весь роман проходит тема педофилии, изнасилования девочек и их убийства. Гл. герой пытается вывести подонка на чистую воду, но в конце его просто застрелили, ведь это же роман, неужели нельзя было бы придумать более страшную смерть, в жизни и так большинство преступников остаются безнаказанными. Моя оценка 5 баллов, это за то, что негодяй не поплатился за содеянное, раньше меньше 8-ми я никогда не ставила.
Мой любимый принц - Маршалл ПаолаТаня Д
12.03.2015, 13.32





Мне понравился роман,хотя жаль,конечно,что этого козла убили.
Мой любимый принц - Маршалл ПаолаТатьяна
15.05.2016, 15.16








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100