Читать онлайн Гордячка, автора - Марш Эллен Таннер, Раздел - Глава 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Гордячка - Марш Эллен Таннер бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.74 (Голосов: 34)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Гордячка - Марш Эллен Таннер - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Гордячка - Марш Эллен Таннер - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Марш Эллен Таннер

Гордячка

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 12

На следующее утро Сэйбл испытывала смятение. Открыв глаза, она не увидела знакомой деревянной обшивки над головой, вместо нее – ряд прозрачных иллюминаторов, через которые пробивались солнечные лучи. Она быстро села в постели, и одеяло сползло с ее обнаженных плеч. Она вспомнила, что находится в каюте капитана.
Аромат крепкого кофе и тарелки на столе свидетельствовали о том, что Морган ушел совсем недавно. Отбросив прядь волос со лба, она босиком пошла по ворсистому персидскому ковру к умывальнику. Надевая бриджи и рубашку, она что-то мурлыкала себе под нос и вдруг поняла, что впервые за много дней по-настоящему счастлива.
Выйдя на палубу, Сэйбл машинально направилась к юту. Внутри у нее что-то оборвалось, когда она увидела внушительную фигуру капитана, стоящего на юте спиной к ней. Солнце освещало его растрепанные каштановые кудри, а руки, так страстно ласкавшие ночью ее тело, упирались в стройные бедра. Он беседовал о чем-то с первым помощником и Дэниэлом Хэйсом.
Сэйбл подошла к основанию трапа и вопросительно взглянула на него:
– Можно мне присоединиться к вам, сэр? Морган повернул голову, и губы его дрогнули, когда он увидел ее внизу – тоненькую, с ямочками на нежных щеках. У нее перехватило дыхание, когда он поманил ее взмахом руки. Его интимный взгляд свидетельствовал о том, что он ничего не забыл. Его сильная рука сжала ее локоть, помогая подняться по трапу, и на юте он не отпустил ее, развернув лицом к себе.
– Как вам спалось, миледи? – спросил он ее глухим голосом – тем самым голосом, который когда-то напугал ее, а теперь словно ласкал, подбадривал. – Верно, вы легли спать очень поздно?
Он восторженно смотрел, как зарделись ее щеки.
– Я хорошо выспалась, благодарю вас, капитан, – вежливо ответила она, но в ее изумрудно-зеленых глазах мелькнули лукавые искорки. В это утро она вся светилась радостью; солнечные лучи золотили ее волосы, вид которых напоминал ему о том, как эти сияющие пряди обматывались вокруг его шеи, когда он целовал ее податливые губы.
– Даю гарантию, что вас отлучат от двора, когда вы вернетесь домой, – сказал он, заметив россыпь золотистых веснушек на вздернутом носу девушки. – У меня есть достоверные сведения, что королева проявляет недовольство в отношении юных леди, которые пренебрегают шляпками и солнечными зонтиками.
Сэйбл лукаво улыбнулась:
– Но ее величество должна понять, что меня похитили против моей воли и без единой шляпки.
– Против воли, Сэйбл? – Он вдруг посерьезнел, а взгляд его голубых глаз стал пристальным. – Вы и теперь так считаете?
Она почувствовала смятение – он так близко наклонился к ней, что тепло его дыхания коснулось ее лба.
Раздался оглушительный звук. Это Джек Торенс прочистил горло, приглядываясь к ним с немалым интересом.
– Так мы закончили, капитан? – невинно уточнил он.
Морган со вздохом выпрямился. На какую-то долю минуты он забыл о своих тревогах, отвлекшись на озорные искорки в глазах и соблазнительные губки девушки.
– Мы поговорим позже, Джек. А пока у вас достаточно дел. Это касается и вас, мистер Хэйс.
– Слушаюсь, сэр!
И оба офицера поспешили к своим делам, а Морган, вроде бы забыв о Сэйбл, наклонился, чтобы сделать запись в судовом журнале, лежащем на нактоузе. Сэйбл молча смотрела на него какое-то время, а затем нерешительно назвала его по имени. Когда он обернулся, бедняжка увидела, что его лицо вновь обрело свое обычное суровое выражение, и почувствовала, как ею овладевает отчаяние. Что бы ни произошло между ними, Морган, как и прежде, командовал своим судном и, по-видимому, не отказался от своего опасного плана. Этот непреодолимый барьер всегда будет стоять между ними, и он не потерпит никакого вмешательства с ее стороны в свои дела. К ее досаде, многие стороны его жизни оставались закрытыми для нее, и ее вновь обуял страх, охвативший ее накануне, в серале, когда она воочию убедилась в недоступности турецкой крепости.
– Вы узнали, где они держат Сергея? – робко спросила она, не рассчитывая, что удостоится ответа.
– Мы с Джеком знали, где он находится, еще до приглашения на прием к султану, – спокойно ответил он.
У нее округлились глаза, но она не стала уточнять, как им удалось это выяснить. Оказавшись на судне Моргана, она усвоила много заповедей, и одна из них гласила: уважай личную жизнь капитана. Она также узнала, как неразумно совать нос в его дела, но в данном случае, когда он рисковал жизнью, она не могла оставаться безучастной.
– А вы не скажете, где именно он находится? Бронзовая щека капитана дернулась, и он насмешливо посмотрел на нее.
– Чтобы вы сами спасли его, мое храброе назойливое дитя? Нет, и не настаивайте! Зная вас прекрасно, не скажу. – Он улыбнулся еще шире, и возле углов его глаз сбежались морщинки. – Придется по возвращении на родину переговорить на этот счет с вашими родителями, хотя, возможно, им уже известно, насколько непослушна и неуправляема их дочь.
На его подтрунивание Сэйбл ответила смущенной улыбкой. Любовь к нему разрывала ее сердце, и она не могла с юмором воспринимать его слова, когда над ним нависла серьезная угроза. Догадавшись, что она чувствует, Морган захлопнул журнал и подошел к девушке. Он смотрел на нее с той самой усмешкой, которую она когда-то так ненавидела, но от которой в эту минуту у нее подкосились ноги.
– Вам нечего опасаться, Сэйбл Сен-Жермен, – мягко сказал он. – Я вовсе не собираюсь рисковать свободой Сергея или жизнью моих подчиненных ради глупого героизма. Мы вытащим его из тюрьмы, но не раньше, чем я выработаю самый надежный план. Что же касается вашего вопроса, то – да, я действительно знаю, куда упрятали Сергея, и собираюсь подготовить все в ближайшие несколько дней.
– В таком случае где же он? – повторила свой вопрос Сэйбл, готовая верить каждому слову капитана, но мучимая любопытством. – Он в Кафесе? Никко Триманос рассказывал мне об этом месте. Он говорил, что это тюрьма, в которой султан держит своих наследников, чтобы они не устраивали заговоров против него. – Она вздрогнула, подумав о том, каким кровожадным должен быть Абдулазиз, прибегающий к таким методам!
– Кажется, вы тоже малость пошпионили на приеме? – заметил Морган, не зная, стоит ли сердиться на нее за это.
– Простите! – прошептала Сэйбл, отводя взгляд. – Просто меня страшит то, что вы собираетесь предпринять.
– Успокойтесь, – заверил он ее. – Да, Сергея держат в Кафесе, и придется пошевелить мозгами, чтобы ухватить удачу за хвост и вызволить его оттуда, но ведь для того мы и прибыли в Стамбул, так?
– Но я все же не…
Морган прикрыл пальцем губы девушки, чтобы она замолчала, и хотя прикосновение было осторожным, в его голосе прозвучало предупреждение, которое она не могла проигнорировать.
– Я терплю в вас многое, Сэйбл Сен-Жермен, гораздо больше, чем в любой другой знакомой мне женщине, но вмешательства в это дело я не допущу! – Когда капитан вгляделся в ее широко распахнутые глаза, его тон смягчился. – Это нужно для вашей собственной безопасности. Понимаете?
Она кивнула, но в горле у нее стоял ком. Ей казалось, вот-вот он скажет что-то еще, и она молча стояла, пока он осторожно поглаживал ее щеку. Но он отошел, и Сэйбл поняла, что разговор окончен. И хотя ей отчаянно хотелось броситься вслед за ним и требовать, чтобы он отказался от своей безумной затеи, она заставила себя молча спуститься на палубу.
На сердце у нее было тяжело, когда она ходила взад и вперед по палубе и всматривалась в далекий берег, где находился сераль. Накануне она дала себе клятву, что сделает все от нее зависящее, чтобы уберечь Моргана от безумно рискованной операции по спасению Сергея из столь тщательно охраняемой крепости. И теперь ее решимость не ослабела, но она не знала, как реализовать задуманное. Да и что она может, слабая, беспомощная женщина, которая к тому же точно не знает намерений Моргана! Как обезопасить его жизнь, если он категорически отказывается посвятить ее в свои планы?
Большую часть утра Морган провел на юте, совещаясь со своими офицерами. Хотя у Сэйбл отлегло от сердца, поскольку он оставался на судне, ей мучительно хотелось знать, что же он намерен предпринять. Судя по озабоченным лицам офицеров, было очевидно, что они обсуждают что-то очень серьезное.
– Грейсон, что у него на уме? – спросила она, когда стюард принес ей поднос с ленчем на бак, где она читала книгу.
Грейсон даже не стал притворяться, что не понимает ее вопроса. За последние недели он стал доверять прелестной девушке и поверял ей свои мысли больше, чем кому-либо другому. Будучи личным камердинером такого сурового и неразговорчивого человека, как Морган Кэри, Грейсону подчас хотелось поболтать с кем-нибудь, но для этого он слишком уважал своего хозяина.
Однако с леди Сэйбл ему всегда было приятно пообщаться, она, по мнению Грейсона, заслуживала доверия, и он считал, что может даже ввести ее в курс дел сэра Моргана. Естественно, Морган не подозревал об установившихся между ними отношениях взаимопонимания, а Грейсон отнюдь не считал, что обязан докладывать ему об этом.
– Если бы я только знал, ваша милость, – сказал стюард, поставив поднос на скамеечку. Его симпатичное лицо выглядело озабоченным. – Со дня нашего приезда сюда он отмалчивается, а у меня не было возможности расспросить его даже о вчерашнем приеме у султана.
– Неужели? – разочарованно протянула девушка, так как надеялась на большую осведомленность камердинера.
– По совести говоря, – с обидой произнес Грейсон, – сегодня утром он даже не впустил меня в каюту, когда я принес завтрак! Заставил меня передать ему поднос через дверь! Я считаю, что это уж слишком, но, пожалуйста, не говорите ему об этом, ваша милость!
Сэйбл захлебнулась соком апельсина. Ее щеки заалели, когда она представила себе, что было бы, если бы стюард увидел ее крепко спящей в постели капитана.
Грейсон указал на корму, явно не обратив внимания на смущенное молчание девушки.
– Что же касается всей этой затеи, корабль – берег, то скажу вам одно: мне она не по душе! Я уверен в капитане и не сомневаюсь, что если кто-то и может вызволить человека из сераля султана, то это именно Морган Кэри. Но, должно быть, ему и самому ясно, что как бы тщательно ни была спланирована операция, ее может ждать полный провал. – Заметив, как побледнела девушка, он поспешно добавил: – Конечно, я не думаю о скверном исходе, так как сэр Морган достаточно умен, чтобы все сделать наилучшим образом.
– Вы думаете? – неуверенно спросила она.
– Я, миледи, давно служу у сэра Моргана и знаю, как судьба временами поразительно благосклонна к нему, – заверил ее Грейсон, напуская на себя уверенный вид, ибо понял, что сильно расстроил Сэйбл. – Более того: если бы вы могли наблюдать его в боевой обстановке, то у вас не осталось бы никаких сомнений относительно его способностей.
– Но здесь совершенно другая ситуация, – возразила она, не в силах скрыть свои опасения. – Как он предполагает спасти Сергея из крепости, где на каждом шагу стоит охранник? – Холодок пробежал у нее по спине, когда она представила себе ужасные кривые ятаганы, которыми вооружена дворцовая охрана.
– Думаю, мне остается одно: рассчитывать на помощь со стороны леди, – послышался голос Моргана, появившегося вдруг у них за спиной. Хмурая складка на его лбу разгладилась, и он весело улыбнулся, когда увидел две виноватые физиономии. Грейсон быстро ретировался, а Сэйбл отвела взгляд и сделала вид, что с интересом разглядывает поднос с едой.
– Что тут? – спросил Морган, беря один из бутербродов, приготовленных Грейсоном для нее. – Курятина в соусе кэрри? И чем вы это заслужили? Даже мой полуденный ленч не так вкусен.
Сэйбл ответила ему улыбкой, испытав облегчение оттого, что он не стал комментировать их беседу с Грейсоном у него за спиной. Но ее опасения не рассеивались, а, напротив, становились все более серьезными и основательными, – росла ее уверенность, что вот-вот неминуемо прольется кровь.
– До чего женщины любят делать из мухи слона! – проговорил Морган. Упершись ногой в скамью, он наклонился к Сэйбл и с вызовом спросил: – Вы что же, не верите мне, миледи? Почему это вы считаете, что мой план обречен на провал?
Она покачала головой, пытаясь найти нужные слова, чтобы заставить его проникнуться ее опасениями. Как объяснить Моргану, что именно его самоуверенность беспокоит ее больше всего? Капитан «Вызова» считает, что ему никто не указ. На корабле он действительно в состоянии нагнать страх на самых крепких людей. Однако являются ли его качества достаточными для того, чтобы одолеть турецких солдат, которых специально готовили ценой собственной жизни защищать достояние своего правителя?
– Успокойтесь, Сэйбл, – сказал Морган, когда их молчание стало тягостным. – По выражению вашего лица я вижу, что вы не одобряете моих действий, а мне не хотелось бы слышать из ваших уст ни единого недоброго слова в свой адрес. По правде говоря, я подошел не для того, чтобы спросить ваше мнение обо мне. Просто мне хотелось вручить вам сувенир. Я приобрел его в тот же день, когда отправился в Пера, чтобы купить вам платье. С того дня он хранился в моей каюте.
Сэйбл смущенно взяла из его рук маленький сверток. При этом их пальцы соприкоснулись, и ее, как удар молнии, захлестнула волна жара, передавшегося от него.
– Советую вам раскрыть его в каюте, – глухо добавил он, и Сэйбл поняла, что он почувствовал то же самое.
– Что это? – с детским любопытством спросила она. Улыбка тронула его губы.
– Увидите.
Он ушел прежде, чем она успела поблагодарить его. Ее глаза сияли, когда она спешила вниз, прижимая сверток к груди. Открыв его, она ахнула не веря своим глазам: неужели капитан купил для нее этот костюм из прозрачной шелковой ткани? В такие облачаются женщины из гарема: малиновые шаровары и пурпурное болеро с золотой отделкой. Костюм дополняли короткая вуаль и золоченые туфельки с лукаво задранными вверх носами, как у гребца каика. Сэйбл приложила к талии легкие, прозрачные шаровары, поражаясь проницательности Моргана, догадавшегося, что она мечтала о таком наряде. Она проговорилась об этом Дэниэлу Хэйсу в тот день, когда тот водил ее по базару в Старом Стамбуле, но как узнал об этом Морган?
Глаза девушки блестели, когда она с любовью ощупывала тонкую материю. Возможно ли, что Морган сделал этот подарок потому, что она действительно дорога ему? От восторга она задрожала, вспомнив, как просветлел его взгляд, когда он вручал ей сверток. Сэйбл решила, что наденет костюм в тот вечер, когда он соберет офицеров в своей каюте на ужин. Интересно, что он скажет, когда увидит ее в этом наряде? Глаза Сэйбл затуманились, когда она представила себе, как загорятся желанием всегда холодные голубые глаза, и он начнет ласкать ее тело через прозрачную, невесомую ткань костюма.
Неожиданно все ее страхи в отношении сераля пропали. В эту минуту значение имело лишь то, что она, Сэйбл, получила презент от любимого человека и собиралась воспользоваться им, чтобы прежде всего доставить ему наслаждение. Остаток дня она потратила на подготовку к вечеру, собираясь куда тщательнее, нежели на прием во дворце султана. Поскольку Морган был занят на юте, она приняла ванну в его каюте, куда Грейсон любезно принес ей горячей воды. Потом она посидела на солнышке, подсушивая волосы на теплом, приятном ветерке, пока ее локоны не засияли мягким, лучистым светом.
В ее маленькой каюте не было зеркала, в котором она могла бы полюбоваться собой, но Сэйбл и так знала, что в этом гаремном костюме она будет завораживающе хороша. Ей еще не приходилось ощущать на своем теле ничего подобного этому шелестящему, ласкающему кожу шелку. Короткое болеро тесно прилегало к ее изящному торсу, а шаровары, стянутые внизу, были такой длины, что оставляли обнаженными лишь стройные линии лодыжек.
Чтобы создать атмосферу Востока, Сэйбл заплела длинные волосы в толстую косу, достававшую до бедер и соблазнительно задевавшую ягодицы. Сделав пируэт с раскинутыми руками, она довольно засмеялась. Ну что, заглянет ли он в ее глаза горящим взором и захочет ли поцеловать ее?
– Леди Сэйбл!
Услышав голос Грейсона за тонкой дверной переборкой, она замерла.
– В чем дело?
– Ужин будет подан в капитанской каюте через полчаса.
– Спасибо, Грейсон! – поблагодарила она, и стюард, стоявший за дверью, удивился радостному тону ее голоса. Покончив с туалетом, Сэйбл вышла в коридор. Бесшумно пройдя расстояние до двери капитанской каюты, она уже собиралась постучать, однако, услышав за дверью голоса, замешкалась и разочарованно закусила губу. Ей так хотелось застать его одного!
– Значит, завтра ночью, Джек? Вы уверены?
Она замерла, инстинктивно чувствуя, что разговор связан с операцией по спасению Сергея.
– Для вящей уверенности я дважды заходил в мечеть Еди, – ответил первый помощник. – По пятницам султан молится и сразу после молитвенной церемонии вернется в Долма Багче. Все придворные и гарем будут находиться с ним, то есть в серале почти никого не останется.
– И следовательно, оставшиеся солдаты не будут придерживаться строгой дисциплины, – подчеркнул Морган. По тону его голоса Сэйбл поняла, что он вспомнил те времена, когда сам был солдатом. Она нахмурилась, прижав ухо к двери. Тот факт, что она подслушивает, не беспокоил ее. Если Морган и Джек обсуждают план спасения Сергея, она должна знать все!
– Кроме того, я встретился с одним из людей Кемаля, – продолжал Джек. И тут послышался скрип створки шкафчика – кто-то из мужчин, видимо, доставал графин с бренди. – Мы поговорили о расположении Кафеса, и он дал ряд рекомендаций, которые вам будут небезынтересны.
– А как насчет Кузлара Ачаси? Можем ли мы рассчитывать на его поддержку? – В глухом голосе Моргана слышались незнакомые доселе нотки – напряжение, волнение, желание поскорее начать операцию… Его трудно было судить, и она зажала себе рот, подавляя желание ворваться в каюту и накричать на него за этот нелепый замысел.
– Мы уже договорились об оплате, – ответил Джек. – Он запросил небольшую сумму: он ненавидит великого визиря и надеется, что побег Сергея повлечет за собой инцидент, в результате которого рухнут все шансы на мир между Турцией и матушкой Россией.
– Ха!
Сэйбл, ахнув, резко обернулась. Увидев Дэниэла Хэйса, она облегченно вздохнула:
– Ах, мистер Хэйс, вы так напугали меня! А я… как раз собиралась постучать.
Казалось, Дэниэл не замечает ее горящих щек и запинающейся речи. По сути, он ни о чем и не думал, кроме как о том, что леди Сэйбл Сен-Жермен, по-видимому, забыла о приличиях, которые должна соблюдать хорошо воспитанная женщина. В прозрачном шелковом одеянии и с блестящей, по-восточному заплетенной косой она выглядела ужасно неприлично – и вместе с тем была удивительно хороша!
– Где вы достали такой… чудесный костюм, ваша милость? – промямлил он.
– Капитан сэр Морган любезно купил его для меня, – рассеянно ответила Сэйбл, не замечая восхищенного взгляда молодого офицера. Желание сделать Моргану сюрприз и доставить ему удовольствие тем, что она надела подаренную им одежду, неожиданно пропало. В голове вертелась лишь одна мысль: завтра ночью капитан и Джек намерены приступить к выполнению своего рискованного плана. Этот час был уже недалек, и Сэйбл не могла унять волнения. Нельзя допустить, чтобы они пошли на такой риск! – истово убеждала она себя, и когда поняла, что не в силах остановить их, слезы навернулись у нее на глаза.
– Леди Сэйбл, вам нехорошо? – озабоченно спросил Дэниэл, справившись со своим замешательством.
– Нет-нет, все хорошо! – заверила она его, но тут же поняла, что не сможет скрыть своего волнения от проницательного взгляда капитана. Он сразу обратит внимание на ее горящие щеки и нервное поведение. Нельзя, чтобы он догадался, что она подслушала его разговор с Джеком Торенсом.
– Видимо, резко изменится погода, – слабо улыбнулась она, и Дэниэл понял, что ей срочно нужна помощь врача.
– Сейчас я вызову доктора Пирсона! – рванулся было он по коридорчику, но Сэйбл задержала его за рукав, причем ее хватка отнюдь не была похожа на прикосновение обморочной леди.
– Пожалуйста, не тревожьте его. Со мной все в порядке!
– Тогда в чем же дело? – беспокойно вглядывался Дэниэл в ее лицо. Сэйбл Сен-Жермен была женщиной, в которую он влюбился, и он не мог смириться с мыслью, что она заболела лихорадкой.
Убедившись, что он не успокоится, пока не вызовет доктора Пирсона и, возможно, даже самого капитана. Сэйбл посмотрела на него своими строгими зелеными глазами и без стеснения сказала:
– Вам не о чем беспокоиться, мистер Хэйс. Моя мать обычно называла это… женским недомоганием.
Дэниэл зарделся. Выросший в семье с четырьмя сестрами, он прекрасно понял, о чем идет речь. Ему было ужасно неловко, что его расспросы заставили ее сделать такое признание, и он схватил ее маленькую ручку, страдая от своей оплошности.
– Прошу вас, ваша милость, – горячо упрашивал он, – вам нужно полежать! Я скажу капитану, что вы не сможете прийти на ужин.
Его услужливость была вознаграждена рассеянной улыбкой, потому что Сэйбл уже думала о другом: как ей спасти от неминуемой гибели человека, которого она любит – любит всем сердцем! Пробормотав Дэниэлу что-то нечленораздельное, она вернулась к себе, не сознавая, что он испытывает, глядя на ее стан и темно-медную косу, которая так чарующе обвивалась вокруг талии. Через мгновение она исчезла за дверью, осторожно закрыв ее за собой.
«Что же именно собирается Морган предпринять на следующую ночь?» – тоскливо спрашивала она себя. В отсутствие султана у него был хороший шанс тайком пробраться в сераль, но как он собирается остаться незамеченным и освободить Сергея?
– Если бы только я знала! – шептала она, в волнении заламывая руки и меряя шагами крохотную каюту. – Должен быть какой-то способ остановить его! Должен!


Ночь была тихой и очень темной. Начавшийся ветер гнал тяжелые тучи с севера, и бледный свет месяца померк.
Чувствовалось, что дело идет к дождю, но он никак не начинался. Сэйбл, укрывшаяся под густыми нижними ветками платана, дрожала от холода. На ней не было теплой одежды, но едва ли она замечала пронизывающую влажность темной ночи.
Еще никогда ей не было так страшно. Дерево, под которым она пряталась, росло посреди кустарников, в дальнем углу внешнего двора сераля. Лишь несколько минут назад Сэйбл спряталась там, перебравшись через внешнюю стену, за которой чуть раньше скрылись Морган Кэри и четверо его людей. Дрожа и задыхаясь от волнения, она следила за огромными воротами, отделявшими Кафес от наружного двора. На страже у ворот стояли двое евнухов, и Сэйбл лихорадочно соображала, как Морган собирается пройти в ворота.
«У него ничего не выйдет, – содрогаясь, говорила она себе и вглядывалась в темноту, где Морган и его люди скрылись за фонтанами. – Где же они?!» – в панике спрашивала она себя. Было очень темно и очень тихо, а возвышавшиеся вокруг строения – государственные учреждения, о которых говорил ей Никко Триманос, – были совершенно безлюдны.
Сэйбл понимала: идти за Морганом в сераль – чистое безрассудство. Она старалась не думать об опасности, которой подвергалась: ведь она пришла помочь ему, чем может. Разве он не говорил ей, что она – источник его везения? В таком случае разве можно оставлять где-то талисман удачи, идя на такое рискованное дело?
Она тихонько следовала за маленьким отрядом Моргана по длинной мраморной лестнице, ведущей от пристани к мощным стенам дворца. Из-за темноты она не раз спотыкалась, и всякий раз у нее перехватывало дыхание, так как она до смерти боялась, что Морган заметит ее. Но он был слишком занят своим делом, и ей удалось перелезть за ними через стену, оставшись незамеченной. К ее полному отчаянию, он сразу же растворился со своими людьми в темноте, и Сэйбл нашла убежище среди ветвей и кустарников, не зная, что же предпринять теперь.
Девушку точило сомнение, что она поступает крайне безрассудно и даже, возможно, подвергает риску жизнь Моргана. Но она выбросила эти тревожные мысли из головы, успокаивая себя тем, что у нее просто расшатались нервы. На всякий случай она прихватила один из пистолетов Моргана, который сунула за пояс, и прикосновение холодного металла придавало ей мужества. Отец научил ее стрелять, когда она еще была маленькой девочкой, и Сэйбл полагала, что, не колеблясь, воспользуется оружием, если возникнет необходимость помочь Моргану.
Становилось все прохладнее, и Сэйбл все больше дрожала от резких порывов ветра. Над ее головой зловеще постукивали друг о друга ветки деревьев, и она облизнула пересохшие губы, говоря себе, что следует поторопиться с принятием решения, пока ее совсем не покинуло мужество. Поднявшись с земли, она выскользнула из убежища, но не успела сделать и шага, как неведомая рука зажала ей рот и ее грубо бросили обратно на землю.
– Куда это вы собрались, леди Сен-Жермен? – шепнул ей на ухо бархатный голос. – Надеюсь, не в Кафес, чтобы помочь нашему храбрецу сэру Моргану? Даже в такой одежде у вас ничего не выйдет, и единственное, чего вы добьетесь, так это смерти, а это было бы ужасно!
* * *
Сэйбл повернула голову, и у нее упало сердце, когда она встретила неулыбчивый взгляд темных глаз Никко Триманоса. Если при первой встрече он показался ей приятным человеком, то теперь она видела холодную, безжалостную маску злодея, не знающего пощады.
– Не пытайтесь сопротивляться, – предупредил он. – Может быть, я не так могуч, как ваш капитан Кэри, но поверьте – я достаточно силен, чтобы свернуть эту прелестную шейку. А теперь я освобождаю вам рот, но помните: если вы издадите хоть малейший звук, то я постараюсь, чтобы Морган Кэри и его люди перед казнью подверглись долгим, мучительным пыткам, а не были бы умерщвлены быстро и внезапно, как я намереваюсь это сделать теперь. Вы меня поняли?
Он ухмыльнулся, взглянув на ее побледневшее лицо.
– В этих прекрасных глазах таится такая ненависть! – Он покачал головой, и его пальцы больно впились в се шею. – Вы меня поняли, Сэйбл Сен-Жермен?
Она едва кивнула и тут же упала на спину, хватая ртом воздух, когда он отпустил ее. Потирая шею, она с ненавистью смотрела на него, и ее голос дрожал от гнева:
– Что вы здесь делаете? Как вы узнали, что Морган собирался прийти сюда этой ночью?
Распорядитель пожал плечами, но его голос прозвучал спокойно, когда он холодно ответил:
– Может быть, капитан Кэри умен и поднаторел в подобных вылазках, но меня ему не перехитрить. Хотя его величество султан может ничего не подозревать, но у меня-то во дворце тоже есть глаза и уши. Мне ничего не стоило узнать, что здесь Моргану Кэри нужно на самом деле.
– И поэтому вы ждали этой ночи, ничего не предпринимая? – прошептала Сэйбл. – Но почему вы не рассказали султану о своей догадке?
– Чтобы все испортить? – обиделся Никко. – Тогда его величество просто приказал бы арестовать сэра Моргана, конфисковать его судно – и вас! – Его зубы хищно блеснули в темноте. – А так, если мы предотвратим побег и прольем при этом кровь англичан, мой престиж в глазах султана укрепится. Кроме того, я получу приличное вознаграждение, когда выдам ему человека, которому достало глупости попытаться прорваться в Кафес, и, смею вас заверить, султану будет абсолютно все равно, доставлен ли ему Морган Кэри живым или мертвым.
Сэйбл задрожала, онемев от сознания того, что Морган прямиком попал в ловушку, расставленную кровожадным безумцем, устроившим ему засаду ради чисто спортивного интереса.
– И кого же вы еще посвятили в свою интригу? – горько спросила она.
– Только мы с великим визирем знаем об этом, – спокойно продолжал грек, – хотя я и утаил от него имя человека, о котором шла речь, – сэра Моргана. Он знает лишь, что участвует группа иностранцев, – больше ему и не надо знать. – Грек осклабился, наслаждаясь возможностью похвастаться своими подвигами перед этой прелестной юной леди, которая оказалась для него дополнительным и заранее не предусмотренным трофеем. «Да, добыча в эту ночь будет отменная!» – весело сказал он себе. – Естественно, это станет катастрофой для отношений с Россией, если царь узнает, что целых десять лет мы держим у себя в плену двух русских офицеров.
Махмуд Недим паша – единственный придворный, ратующий за примирение с Россией, уговаривал султана казнить Сергея Вилюйского, чтобы избежать возможных осложнений с нашим соседом. Но султан, этот мягкотелый фигляр, увлеченный демонстрацией своего величия и богатства, не в состоянии думать о последствиях. А великий визирь сразу же понял, чем грозит вызволение Сергея из тюрьмы, когда он вернется домой. Вот почему он полностью одобрил мой план помешать попытке освобождения нашего пленника. Если Сергей будет сегодня убит, с его плеч свалится тяжелое бремя.
– Но почему именно теперь? – смятенно спросила Сэйбл. – К чему было ждать десять лет, чтобы избавиться от русского офицера? Наверняка за эти годы было немало возможностей покончить с ним даже без согласия султана!
– До последнего времени Сергей не представлял угрозы, – охотно ответил грек. – С самого первого дня пленения Сергея и майора Петра молодой лейтенант страдал от раны. Он был ранен шрапнелью в голову и полностью потерял память. Целых десять лет он давал Махмуду необходимую информацию, и лишь заболев в прошлом году лихорадкой, эпидемия которой разразилась в Кафесе и унесла с собой жизнь бедного майора, он сумел восстановить память. И конечно, он поклялся, что поведает свою грустную историю русскому правительству, что лишило бы великого визиря последней надежды на улучшение отношений с нашим вековым врагом. Смерть, которая его ждет сегодня, – удовлетворенно добавил Никко, – будет для всех нас великим облегчением. Никто и никогда даже не заподозрит, что Сергей Вилюйский находился в турецкой тюрьме.
– Но Морган-то будет знать! – вибрирующим от возмущения голосом возразила Сэйбл. – Он расскажет королеве Виктории, и она…
– Мертвые не говорят, – довольно изрек Никко Триманос и, когда она ахнула, добавил: – Уверен, что ее величество поверит сообщению султана Турции о том, что с капитаном Морганом Кэри здесь, в Стамбуле, произошел несчастный случай и он погиб, – а этот несчастный случай я устрою этой ночью. И можете мне поверить, ваша милость, что мое алиби будет безукоризненным, так что даже собственная мать Моргана Кэри ничего бы не заподозрила.
– Вы чудовище! – крикнула Сэйбл и бросилась на него с кулаками.
Никко легко схватил ее за руки и грубо рванул на себя. Аромат ее волос защекотал ему ноздри, и от похотливого возбуждения он заскрежетал зубами, но сдержался. Добыча еще не взята. Он еще успеет насладиться прелестями прекрасной леди Сэйбл позднее, когда будет покончено с Морганом Кэри и его людьми.
– Позвольте сказать вам, что я намерен сделать, – прошипел он ей на ухо. – Капитан Кэри подкупил Кузлара Ачаси, управителя гарема и начальника над всеми евнухами, чтобы он пропустил его в Кафес. Сейчас капитан и один из его людей, переодетые женщинами, должны устроиться в двух ожидающих их паланкинах и проникнуть в Кафес в качестве жен султана, которые якобы прибыли навестить своих сыновей. Оказавшись внутри, капитан Кэри собирается таким же образом переодеть Сергея Вилюйского и тем же путем вывести его за ворота. Как видите, план отличный, – самодовольно хмыкнул Никко, – жаль лишь, что ему не суждено осуществиться: они не выйдут из Кафеса живыми.
Он говорил таким топом, что Сэйбл похолодела; сердце ее гулко стучало в груди. Нужно любым способом вырваться из лап этого негодяя и предупредить Моргана. Но как? Как?!
– Теперь мы могли бы пойти туда и полюбоваться веселенькой сценкой, – продолжил Никко и тут же намотал на кулак длинную косу девушки – она застонала от боли.
– Малейший звук, и он увидит, как вы умрете! Вам ясно? – прохрипел он.
Она молча кивнула. Когда он грубо тащил ее за собой, девушку охватили ужас и отчаяние. У ворот в Кафес к нему подошли солдаты из личной гвардии султана, вооруженные страшными ятаганами. У девушки упало сердце, когда они вошли в тюремный двор и увидели два паланкина возле мраморных павильонов, – все именно так, как говорил Никко Триманос.
Перед небольшой группой носильщиков и служащих, которые, по всей видимости, сопровождали паланкины, стоял огромный чернокожий человек. Кузлар Ачаси почти не удивился при виде распорядителя приемов и вооруженных гвардейцев. Небрежно кивнув ему, Никко Триманос прошел мимо группы испуганно шепчущихся между собой служанок. Заломив железной хваткой руки Сэйбл за спиной, он подтолкнул ее на крыльцо, раздраженно зарычав, когда она споткнулась и чуть не упала.
Сэйбл стало еще страшнее, когда они оказались в коридоре и пошли мимо ряда закрытых дверей. Из газовых ламп струился мягкий свет, выхватывая из сумрака золоченую лепнину высокого сводчатого потолка; в мертвой тишине неестественно громко раздавалось сопение ужасного Никко Триманоса. Заставив ее остановиться у одной из дверей в середине коридора, он что-то резко сказал четырем солдатам, шедшим за ними. Встав вокруг, они выхватили из ножен ятаганы, и Сэйбл застонала, уловив кровожадный блеск в их черных глазах.
– Я отдал Рамуну приказ, – прошептал грек. – Одно малейшее движение, попытка дать сэру Моргану знать о вашем присутствии, и Рамун мгновенно перережет вам горлышко.
Сэйбл изо всех сил пыталась сдержать слезы безысходности, закипавшие у нее на глазах. В эту минуту она уже не сомневалась в том, что Моргана ждет смерть, и все в ней протестовало против такого ужасного исхода. У них впереди могла быть целая жизнь, и ей была невыносима мысль о том, что он погибнет – погибнет теперь, когда она вкусила чудесный дар его любви!
Ухмыльнувшись, Никко Триманос отпустил ее и указал на дверь. Широко осклабившись, один из солдат постучал рукоятью кривого ятагана по дверной панели. Наступило молчание, показавшееся девушке целой вечностью, затем дверь с шумом распахнулась, и в дверном проеме Сэйбл увидела суровый профиль Моргана. На нем было ниспадающее складками платье, но вуаль откинута назад, так что из-под нее виднелись его темные кудри и жесткая линия подбородка.
В голубых глазах не отразилось и тени испуга, когда они встретили взгляд черных пронзительных глаз.
– Так вы обнаружили нас, Никко? – холодно спросил он.
– Конечно! – презрительно бросил грек, пытаясь скрыть раздражение оттого, что высоченный англичанин нисколько не перепуган.
– И не будем попусту тратить время на болтовню, верно?
Злобная реакция Никко не заставила себя ждать.
– Рамун! – рявкнул он, не желая больше тратить время на этого надменного англичанина, которому пора отправляться в преисподнюю.
Морган напрягся, но как только турок бросился на него, грозно размахивая ятаганом, Сэйбл издала истошный горловой крик. Она не могла стоять в стороне и наблюдать, как его убивают, как из огромной раны вот-вот хлынет кровь. В панике, забыв обо всем, Сэйбл выхватила из-за пояса пистолет и в упор выстрелила в Рамуна.
Пороховой дым ослепил ее, а от грохота выстрела она оглохла. Девушка услыхала дикий вопль и шум отчаянной борьбы. Бросив дымящийся пистолет, она терла глаза, чувствуя сильную резь. Приоткрыв один глаз, девушка едва удержалась от возгласа, когда Морган с искаженным лицом направил острие кинжала в горло Никко Триманоса. Позади него из комнаты выскочили двое мужчин в женской одежде и кинулись на солдат. Сверкали клинки, слышались возгласы людей, сошедшихся в смертельной схватке. Внезапно наступила неестественная тишина. Сэйбл, прижавшаяся к стене, вскрикнула, когда ее схватили за руку.
– Тихо! – услышала она приказ Моргана на турецком языке. Она ощутила знакомый запах его тела, еще более пряный от усилий схватки, и на минуту радостно прижалась головой к его теплой, уютной груди. Но Морган, не узнав Сэйбл, быстро потащил ее за собой по коридору.
Когда звон в ушах девушки затих, она услышала за собой тяжелое дыхание Торенса и третьего мужчины. Быстро оглянувшись через плечо, она увидела, что тот высок ростом, но лица, закрытого капюшоном, она не разглядела. Возможно, это и есть тот самый Сергей? Неужели Морган так легко нашел его? В следующую минуту она заметила, что все трое вооружены до зубов, и она даже ощущала спиной жесткую сталь пистолета, заткнутого за пояс Моргана, который подталкивал ее к выходу. Сэйбл сглотнула застрявший в горле комок, ужаснувшись тому, сколько опасностей еще предстоит им встретить на пути к свободе.
У крыльца Морган остановился, не отпуская руки Сэйбл. Кругом было тихо, но это не удивило его. Ни один из узников Кафеса не рискнул бы выйти из комнаты или поднять тревогу, а если бы они все же набрались мужества выглянуть в коридор, то увидели бы пять окровавленных тел, от вида которых поспешили бы обратно в свои комнаты.
– Джек! – недовольно сказал капитан, и его помощник закрыл лицо вуалью и прокрался к выходу. Через минуту возвратившись, он радостно сообщил, что паланкины на месте.
– Видимо, стены тюрьмы так непроницаемы, что они не слышали выстрелов, – удовлетворенно добавил он. – Еще не все потеряно.
– Не думаю, что Никко оставил в засаде еще одну группу гвардейцев, – хмуро заметил Морган. – Грек был слишком самонадеянным человеком, чтобы предвидеть возникшую ситуацию.
– И все же, полагаю, нам следует торопиться, – с сильным акцентом сказал высокий мужчина. – Мне бы очень не хотелось, чтобы вас насадили на вертел и преподнесли султану в виде шиш-кебаба.
– А как поступим с женщиной, капитан? – спросил Джек, указав на Сэйбл. В тусклом свете лампады ее лицо под вуалью было бледным, но никто из мужчин не заметил, что она слишком белолика даже для черкешенки.
– Возьмем ее с собой, – бросил Морган. – Хотя бы до ворот.
– Но, капитан! – запротестовал Джек. – Нам не хватает только женщины, которая будет путаться под ногами!
– Я обязан ей жизнью, – напомнил Морган. – Если мы бросим ее здесь, то ее казнят за помощь при спасении узника. Наш долг хотя бы вытащить ее отсюда.
Несмотря на то, что опасность еще не миновала, Сергей невольно усмехнулся, и его глаза лукаво блеснули за вуалью.
– Кажется, вы нисколько не изменились, если речь идет о женщинах, мой друг! Настоящий джентльмен!
– У меня нет ни малейшего желания оставить ее у себя, дурачок! – нетерпеливо рявкнул Морган.
Сергей улыбнулся еще веселее, наслаждаясь тем, что для него, кажется, забрезжила наконец свобода.
– Придется мне подумать и о себе, дорогой товарищ. Эти красавицы из гарема проходят специальное обучение, как ублажать мужчину, не говоря уже о том, что с момента зрелости их обучают всем тонкостям полового удовлетворения. – Говоря это, он многозначительно ухмылялся.
– Капитан, пожалуйста! – запротестовал Джек, закатывая глаза. Ему явно эта минута не казалась подходящей для того, чтобы обсуждать достоинства девушек из гарема, – за их спиной лежат трупы четырех гвардейцев султана и одного высокопоставленного придворного. Морган не мог не рассмеяться.
– Пошли! – сказал он, подхватывая шпагу и крепче удерживая Сэйбл за руку. – Мы дойдем с ней до ворот, а там оставим ее. И больше никаких споров, ясно? Мы и так потеряли зря много времени.
– Слушаю и повинуюсь, благородный господин! – усмехнулся Сергей, и Сэйбл была поражена, как он может вести себя так игриво перед лицом страшной опасности. Ей ужасно хотелось открыться Моргану, хотелось, узнанной, находиться рядом с ним, но она боялась, что это приведет к еще большей задержке. Нет, решила она, когда опасность будет позади, она снимет вуаль, и они увидят ее лицо.
Натянув капюшон, Морган вышел из здания во двор. Сэйбл шла за ним. Она успела окинуть взглядом темное лицо Кузлара Ачаси, перед тем как Морган подсадил ее в один из паланкинов, ожидавших их. Может быть, огромный чернокожий человек и подозревал что-то, догадывался о груде кровавых тел, оставшейся позади них, но не повел и бровью. Появление еще одной женщины под вуалью в компании Моргана, по-видимому, также не удивило его. Как ни в чем не бывало, он занял свое место во главе процессии, намеренно отвернувшись, пока «леди» в платьях усаживались в паланкины.
Поскольку каждый паланкин был рассчитан лишь на одного человека, Сэйбл пришлось потесниться, чтобы мощная фигура капитана могла хоть как-то разместиться внутри. Когда носильщики вскинули свой груз на плечи, от толчка она привалилась к Моргану, и ее стройные ноги сплелись с его ногами так, что она не могла шевельнуться.
– Никакого шума, – шепнул он ей по-турецки, когда процессия двинулась к воротам.
У Сэйбл не было желания разговаривать, поскольку она хорошо понимала, что он придет в неописуемый гнев, если она теперь откроется ему. «Успею, – подумала она, – когда будем в безопасности на «Вызове». Как только опасность останется позади, она уж как-нибудь переживет его гнев.
Самого же Моргана одолевало любопытство по поводу молчавшей служанки. Он знал о верности женщин гарема султану и был озадачен: почему эта девушка застрелила человека и рисковала собственной жизнью ради его спасения?! Он окинул взглядом ее закрытое вуалью маленькое личико. Под прозрачной кисеей были видны ее огромные глаза, а под болеро с искусной вышивкой ритмично вздымались и опадали ее твердые груди. Впервые за эти минуты он заметил, что у нее миниатюрная, стройная фигурка, и ощутил тонкий аромат духов.
К изумлению и неистовству Моргана, прикосновение этой закутанной в шелк фигуры в темном ложе паланкина возбудило его плоть. Но это же чистое безумие! Неужто он так похотлив, что его возбуждает касание женского тела даже теперь? Ведь он только что убил двух человек и, о Боже, еще на волоске висят жизни Сергея Вилюйского и его лучших офицеров! А он…
Морган попытался отодвинуться от красотки. При этом девушка повернула голову в его сторону, и он поразился блеску ее глаз. Бог ты мой, возможно, в темноте плохо видно, но он мог бы поклясться, что у нее зеленые, как листья, глаза, такие же дьявольски соблазнительные, как глаза желанной девушки, ожидающей его на корабле.
Сэйбл, к тому времени уже хорошо знавшая Моргана, поняла, что стиснутые зубы – признак едва сдерживаемого гнева.
«О чем он думает? – размышляла она. – Неужели он разглядел меня через вуаль?» Она быстро отвернулась и облегченно вздохнула, когда паланкин поставили на землю.
Была такая темень – хоть глаз выколи, и она вдруг наткнулась на Моргана, когда он, выйдя первым, помог выйти и ей. Он поддержал ее, чтобы она не упала, и ее груди невзначай скользнули по его телу. Между ними проскочило что-то похожее на электрический разряд, и это ошеломило его. Стиснув зубы, он грубо оттолкнул ее.
– Дальше мы пойдем одни! – сурово сказал Морган, когда Сергей и Джек выбрались из своего паланкина. – Кузлар Ачаси согласился доставить нас только до стены крепости у пристани.
– А как быть с девушкой, капитан? – спросил Джек.
– Возьмите… – только и успел проговорить Морган, ибо его слова заглушили выстрелы мушкетов. В ветвях деревьев над их головами засвистели пули; один из носильщиков замертво упал на землю, а второй завыл, схватившись за простреленную ногу. Казалось, вокруг зажглись тысячи факелов. Гром выстрелов смешался с визгом служанок, разбегавшихся в разные стороны. Раздался новый залп, и Сэйбл увидела, как закрутился на месте Кузлар Ачаси – пуля попала ему в грудь. Она вскрикнула, когда он упал и кровь фонтаном брызнула на его одежду. Девушка потрясенно искала глазами Моргана, но все скрылось в густом пороховом дыму.
– Морган! – крикнула она в страхе за него. – Морган, где вы?
Ее голос почти не был слышен в грохоте и смятении, но Морган услыхал его. Он поднял голову и опустил заряженный пистолет, удивленно оглядываясь вокруг. Неужели это голос Сэйбл, высокий и вибрирующий от страха? Нет, этого не может быть! Сэйбл находится в безопасности на «Вызове». Верно, он сошел с ума, решив, что она где-то здесь, в этом кровавом побоище!
– Морган, где вы? Отзовитесь!


Крик был едва слышен, слова заглушали прерывистые рыдания, но сомнений не оставалось. Щурясь от едкого дыма, он внезапно увидел ее среди раненых и убитых: потерянная маленькая фигурка в алом шелковом одеянии, которое он тотчас признал – ее гаремный костюм, купленный им в Пера несколько дней назад. Она рыдала так безутешно, словно прощалась с жизнью. Шум схватки за спиной подсказал ему, что гвардейцы приближаются и что очередного залпа мушкетов можно ожидать в любую минуту. Значит, она может сейчас погибнуть.
– Нет! – вырвалось у него из груди одно-единственное слово. Презрев опасность, не слыша изумленных возгласов Сергея и Джека, он бросился вперед и схватил Сэйбл за талию. По инерции Морган едва не упал на колени, но удержался и подхватил ее на руки.
– Быстро через стену! – крикнул он товарищам, поднимая ее на вытянутых руках. – Скорее перелезай, любовь моя, – ободрял он ее охрипшим от волнения голосом, – и не оглядывайся!
В детстве Сэйбл часто лазала по скалам у подножия крепости Нортхэд, и это спасло ее, иначе ей никогда не удалось бы одолеть трехметровую степу. Подтянувшись на руках, она спрыгнула на другую сторону. У нее были в кровь изодраны колени, глаза щипало от порохового дыма. Шум сражения приближался, и она, похолодев, стала лихорадочно искать глазами Моргана.
– Джек, просигналь баркасу! – услышала она совсем рядом его голос. – Живо, если не хотим, чтобы пас заметили на берегу!
– Слушаюсь, сэр!
Она услышала треск ломающихся кустов – значит, первый помощник заскользил вниз по склону утеса. Девушка ощупью стала пробираться туда, откуда слышался голос Моргана, но едва она открыла рот, чтобы прошептать его имя, как ее ослепили вспыхнувшие на стене факелы. Их мерцающий свет осветил лица солдат с мушкетами. Сэйбл вскрикнула, когда они начали беспорядочную стрельбу наугад.
– Сэйбл, тихо! – услышала она голос Моргана, и в следующую же минуту он прижал ее к груди и прикрыл руками. Она доверчиво прильнула к нему. Вокруг свистели пули. Трудно сказать, сколько времени гремела канонада, но она прекратилась так же внезапно, как и началась, и наступила такая зловещая тишина, что Сэйбл отчетливо слышала гулкое биение сердца Моргана у своей щеки.
– Не шевелись, – шепнул он, и его дыхание шевельнуло прядь ее волос. – Они, кажется, хотят убедиться, что мы все погибли. Потом начнут поиск.
Сэйбл уютно устроилась на его груди, успокоившись в его крепких, надежных руках. Проходила минута за минутой. На стене по-прежнему было тихо. Даже факелы исчезли куда-то, но чувствовалось, что солдаты где-то рядом. Прав, наверное, Морган: они явно ждут, когда беглецы обнаружат себя, чтобы снова начать пальбу.
– Капитан! – раздался из темноты шепот. – Нам нужна ваша помощь!
– В чем дело, Джек? – так же тихо отозвался Морган, чуть-чуть отстранив от себя девушку.
– Кажется, Сергей ранен!
– Боже мой! – застонала Сэйбл. Низко пригнувшись, она последовала за Морганом к невысокому кустарнику, где на холодной, мокрой земле неподвижно распростерлось тело Сергея.
– Что-нибудь серьезное, капитан? – тревожно спросил Джек.
– Боюсь, это очень серьезное ранение. – Голос Моргана прозвучал бесстрастно. – Придется вам возвращаться без меня – Джек и Сэйбл. А я понесу Сергея другим путем.
– Нет! – крикнула Сэйбл, не обращая внимания на удивленное восклицание первого помощника, узнавшего ее. Она умоляюще смотрела на Моргана, дрожащими пальцами схватившись за его одежду.
– Морган, не нужно, прошу!
– Ради Бога, Сэйбл, делай, как я сказал! – коротко бросил он.
– Пожалуйста! – шептала она в ужасе. Она была почти уверена, что Морган и Сергей непременно погибнут, оставшись без них.
Морган помолчал, вглядываясь в лицо любимой, в ее умоляющие глаза, в которых светились страх за него и любовь к нему.
– Отведи се на баркас, Джек! – жестко сказал он.
– Оставь меня здесь, глупец! – шепотом попросил Сергей. – Возвращайся на свое дырявое корыто, пока еще есть шанс.
– Сейчас не время строить из себя героя, дружище! – рявкнул Морган. – Здесь слишком крутой склон. Нам придется поискать другой путь.
– Кто из нас строит из себя героя? – спросил Сергей слабеющим голосом. – Ты погибнешь тут, упрямец.
– Морган… – захлебываясь от слез, умоляла Сэйбл, – не делай этого!..
– Я сказал уже: возвращайся с Джеком! – хрипло произнес он. Видя ее бледное, измученное лицо, он протянул к ней руку. – Боже, Сэйбл, – тихо простонал он, но тут же спохватился.
Какое признание собрался он ей сделать? Что любит ее? Что единственное его желание – чтобы она целой и невредимой вернулась на корабль?
– Джек, уведите ее отсюда! – прохрипел он и пристально взглянул в испуганные зеленые глаза – и тут же помощник увел девушку. Под их ногами затрещали ломающиеся ветки. А со стены вновь слышались крики солдат, и Морган понял, что через минуту они бросятся по следу беглецов. В эту минуту он думал только о Сэйбл, думал о том, что вряд ли выживет в эту ночь. «Болван!» – тут же обругал он себя. А если и выживет, если и вернется на судно… Он ведь поклялся, что больше никогда не поддастся ее колдовским чарам.
Наклонившись, он тронул Сергея за плечо.
– Давай-ка уносить ноги, старина. Голос Сергея был слабым, но твердым: – Иди первым, дружище. Я готов следовать за тобой. Идти было тяжело, но им не привыкать к трудностям, они давно научились обманывать противника. И тут вдруг начался сильнейший ливень, и хотя они насквозь промокли, завеса дождя скрыла их от глаз врагов. Как ни рыскали солдаты с факелами, в кромешной тьме они ничего не смогли рассмотреть, а ловкость беглецов и их умение уходить от преследования вообще не оставили туркам никаких шансов на успех.
Для Сэйбл Сен-Жермен это была ночь ужасов, которую она не забудет никогда. Ей отродясь не приходилось лазать в кромешной тьме по таким крутым и опасным утесам, когда один неверный шаг означал падение с обрыва. Тропинка, но которой Джек вел ее, была такой крутой, что временами ей казалось, будто земля выскальзывает из-под ног. Острые камни впивались в подошвы туфель, а одежда скоро повисла безнадежными лохмотьями. Руки и ноги покрылись ссадинами и царапинами; она устало опиралась на руку Джека.
Однако се угнетал не страх перед тем, что она может сорваться и разбиться об острые скалы. Ее не покидали мысли о Моргане, который вместе с раненым Сергеем неминуемо попадет в руки врага.
– Джек, – застонала она, обернувшись к нему, – что они предпримут?
– Можете не беспокоиться о них. Капитан знает эти места. Он найдет путь к морю.
– Но…
– Смотрите под ноги, миледи! – возмутился Джек, когда она, поскользнувшись, едва не упала. – Вы думайте о себе!
Они были на полпути к берегу, когда начался ливень. За какие-то секунды тропинка превратилась в трясину. Они насквозь промокли, а ревущие потоки угрожали увлечь их с собой. Девушку беспрестанно колотил озноб. Наконец они спустились к воде. Сэйбл молча позволила Джеку тащить ее на себе вдоль берега, пока они не услыхали знакомый голос Харлея Гампа, донесшийся из темноты.
– Что будем делать, Джек? – хрипло спросил тот, когда первый помощник, растерзанный и мокрый, появился на берегу.
– Капитан остался наверху. Вилюйский ранен в спину. С кормы баркаса донесся голос Аарона Пирсона. Присвистнув, он сказал:
– Но они же не смогут далеко уйти!..
– Леди Сэйбл! – вырвалось у Харлея Гампа, когда он разглядел за струями ливня жалкую, дрожащую фигурку.
– Сейчас не время для объяснений! – оборвал его Джек, помогая Сэйбл забраться в баркас и отталкивая суденышко от берега. С трудом запрыгнув на борт, он отвел со лба мокрые пряди волос. – Подналягте-ка на весла, братцы! Нам нужно отойти подальше от берега и ждать сигнала капитана.
– Если они выберутся живыми из этого пекла! – мрачно заметил один из матросов.
– О Джек! – тоскливо воскликнула Сэйбл.
– Не берите в голову, леди Сэйбл! – резко сказал офицер. – Ведь мы больше не слышали мушкетной стрельбы, так? Я абсолютно уверен, что в темноте сэру Моргану и Сергею удалось скрыться.
– А что вы-то там делали, ваша милость? – сурово спросил доктор Пирсон. Накинув на дрожащие плечи девушки одеяло, он протянул ей флягу с бренди. – Неужели сэр Морган счел необходимым вовлечь в свою авантюру беспомощную женщину? Сэйбл возмутилась.
– Морган даже не подозревал о моем присутствии! Я последовала за ним этой ночью без его ведома. Мне… хотелось помочь ему, – запнулась она, не желая рассказывать о происшедшем.
– Леди Сэйбл совершила невозможное, – вмешался Джек. – Она всадила пулю в голову солдата, который занес ятаган над головой нашего славного капитана.
Матросы одобрительно посмотрели на нее, но девушке было не до этого. Она промокла и безумно устала. Даже одеяло не могло согреть ее. Но страх за Моргана заставлял ее во все глаза всматриваться в темноту. Где он? Удалось ли им с Сергеем скрыться от солдат или их захватили в плен?
– Ч-что будем д-делать т-теперь, Джек? – У нее стучали зубы, хотя она изо всех сил старалась крепко стиснуть челюсти.
– Капитан найдет другое место, чтоб тропа к морю была не такой сложной для Сергея.
– А если Сергей от слабости вообще не сможет идти? Джек уверенно сказал:
– Капитан найдет выход, миледи, можете не сомневаться.
Но в его голосе все же прозвучала тревога, и ее сердце обдало холодом. Моргану и Сергею грозит ужасная опасность! Даже Джек вынужден это признать. К горлу девушки подкатил комок, и она сглотнула, твердо решив не показывать женской слабости.
– Быстрее, парни! – приказал Джек.
Было темно – хоть глаз выколи, а море удивительно спокойным, что внушало им понятную тревогу. Дождь понемногу прошел, и ветер утих, хотя тучи продолжали угрожающе нависать над морем. Почти все городские огни погасли, и единственным звуком, который раздавался в тишине, был скрип уключин, когда матросы табанили весла, чтобы баркас не унесло течением.
Сэйбл пристально всматривалась в контуры береговой линии, пока у нее не зарябило в глазах, отчаянно надеясь разглядеть сигнал, который должен подать Морган. Боже, где же капитан?! Она больше не в силах выдержать ожидания. Девушка вспомнила о нем, о том, как нежен он был с ней в любви. Ей живо вспомнилось выражение его лица, когда он сильной рукой поддерживал ее подбородок и крепко целовал ее.
Она даже не заметила, как по щеке покатилась слеза. Она не сможет жить, если с ним что-нибудь случится.
– Эгей, на баркасе!
Сэйбл резко обернулась на крик, донесшийся из темноты позади них.
– Все в порядке, миледи, – успокоил ее Харлей Гамп. – Это второй баркас.
Через минуту во мгле возникло лицо младшего офицера «Вызова».
– Эгей! – тихо окликнул он. – Вы меня слышите?
– Хэйс, вы должны были остаться на судне! – взорвался Джек, когда второй баркас подошел к ним.
– Да, мистер Торенс, и мы уже в течение трех часов готовы поднять якорь. Но Джилпин услыхал пальбу в этой стороне, и я решил выйти на разведку. – У Дэниэла отвалилась челюсть, когда свет фонаря упал на первый баркас и высветил растрепанные волосы Сэйбл. – Мой Бог, леди Сэйбл! Что вы здесь делаете?
– У нас нет времени для пустой болтовни! – рявкнул Джек. – Сейчас же возвращайтесь на судно и захватите с собой леди Сэйбл!
– Нет! – запротестовала девушка.
– Угрюмый девонширец коснулся ее руки. Выражение его лица было необыкновенно добрым:
– Вы гораздо больше поможете капитану на корабле, девушка. Нужно приготовить постели, закрутить бинты. Доктор Пирсон скажет вам, что потребуется для раненого Сергея.
– Вы абсолютно правы! – поддержал его врач. – Пожалуй, я тоже вернусь вместе с леди на судно, чтобы заняться подготовкой к приему раненого, – дрогнувшим голосом закончил он.
Разноцветные глаза Джека стали холоднее ледышек. Больше всего он презирал в мужчине трусость.
– У вас хватит работы и здесь, док! Вам придется заняться Сергеем сразу же, как только он окажется на баркасе! – В его голосе слышалась угроза, и доктор Пирсон прикрыл лицо руками, боясь, что грозный офицер намерен сопроводить сказанное увесистой затрещиной.
– Ах, да-да, вы абсолютно правы! Я не подумал!
– Сегодня утро забрезжит поздно, – добавил, успокаиваясь, Джек, посмотрев на гнетуще темное небо. – Дэн, держи корабль наготове. Даст Бог, мы вот-вот вернемся.
– Дай-то Бог! – откликнулся Хэйс.
Наблюдая, как Сэйбл помогают пересесть в соседний баркас, Джек подумал, что следовало бы найти для девушки какие-то ободряющие слова. Завернутая в одеяло, она выглядела трогательно хрупкой, а ее прелестные глаза светились бездонной грустью.
– Вы все подготовите к их возвращению, ваша милость? – крикнул Джек, когда расстояние между баркасами стало быстро увеличиваться.
Сэйбл, вздрогнув, подняла голову.
– Что вы сказали? – неуверенно переспросила она.
– Я говорю о капитане и Сергее! Вы все подготовите к их прибытию, не правда ли?
– Да, мистер Торенс, – откликнулась она окрепшим голосом. – Да, конечно! Сделаю все, что в моих силах!
– Мы не задержимся, – добавил он, прежде чем темнота поглотила отошедший баркас, довольный тем, что забота отвлечет девушку от переживаний.
Несмотря на продирающий ее до костей холод и непроходящий страх, Сэйбл овладело дремотное состояние. Когда же сверху донесся громкий окрик, она, вздрогнув, пробудилась. Так в полусонном состоянии девушка поднялась с банки и позволила Дэниэлу Хэйсу помочь ей перейти в подъемную сетку. У палубы она споткнулась, и кто-то подхватил ее и быстро втащил через штормтрап. Через секунду она ощутила под онемевшими ногами твердую палубу корабля, и перед ней возникла изумленная физиономия Грейсона.
– Боже праведный! Леди Сэйбл! Вы ранены?
– Нет, со мной все в порядке, – заверила она его.
– Хвала Господу! – Он тут же оживился. – Спускайтесь в каюту, и позвольте приготовить для вас горяченького чайку.
Сэйбл покачала головой:
– Сейчас не время, Грейсон. Нужно срочно подготовить каюту Моргана для доктора Пирсона.
Глубокие складки появились на лбу Грейсона.
– Значит, есть раненые?
– Тяжело ранен Сергей, – содрогаясь, ответила она. – Нам пришлось оставить их у стен сераля. Они выйдут на берег в другом месте, где их подберет мистер Торенс.
– А мы сможем отплыть, как только поднимем их на борт, – добавил Дэниэл Хэйс, подходя к ним. – А теперь, леди, не расскажете ли, – попросил он, ошеломленно глядя на ее изорванную, грязную одежду, – что вы там делали? Разве вы не знали…
Но Грейсон, положив руку на плечо девушки, уже вел ее вниз.
– Для рассказов еще будет предостаточно времени, мистер Хэйс!.. – бросил он не оглядываясь. Сам же подумал, что только сэр Морган решит, должна ли Сэйбл рассказывать о происшедшем или это сделает кто-то другой.
– Он сообщит нам, ведь правда? – с мольбой спросила Сэйбл, обратив свои огромные зеленые глаза на стюарда. – Сообщит, когда они вернутся?
– Конечно. Не сомневайтесь, миледи.
В каюте Моргана было уютно и тепло – Грейсон успел уже развести огонь в маленькой печурке. Усадив девушку, он достал из ящика толстое махровое полотенце.
– Немедленно снимайте с себя мокрую одежду! – сказал он тоном, который напомнил Сэйбл о его хозяине. – Хорошенько разотритесь и наденьте вот это. – И он протянул ей чистую рубаху и бриджи. Увидев ее сомневающийся взгляд, он сурово добавил: – У меня и без вас будет о ком придется побеспокоиться, и если вы еще сляжете с воспалением легких, миледи…
Она слишком устала, чтобы спорить, да и трудно было устоять перед роскошью подсушиться и обогреться.
– Сейчас я принесу вам горячее питье, – сказал Грейсон, выходя из каюты. У него защемило сердце, когда он увидел ее, стоящую перед ним с полотенцем в руках, в промокших насквозь, изодранных шароварах и болеро, от которых на полу тут же образовалась лужа. На ее лице застыло выражение ребенка – растерянного и до смерти перепуганного, и в какую-то минуту ему пришлось побороть искушение приласкать и утешить се. «Но нет, этого делать нельзя», – сказал он себе. Леди Сэйбл не изнеженное существо, и потом он чувствовал, что стоит ему выказать жалость, как она тут же разрыдается, а именно этого он и боялся.
Когда Грейсон вернулся, Сэйбл уже перестелила белье на койке и готовила все необходимое для приема раненого. Однако она все еще была бледна, и Грейсон поставил перед ней поднос.
– Выпейте-ка! – велел он, наполняя кружку дымящимся кофе. – Я добавил бренди, это вам необходимо, чтобы прийти в себя.
Он удивился, когда строптивица послушно взяла питье. В темно-зеленой глубине ее глаз, глядевших на него поверх кружки, он увидел такое страдание, что был потрясен. «Боже ты мой, как же она любит его!» – подумал он про себя и воззвал к небесам, чтобы сэр Морган вернулся невредимым. В течение следующего получаса сладкоречивый стюард и молчаливая юная леди трудились бок о бок, превращая жилье Моргана Кэри в больничную палату. Сэйбл беспрекословно подчинялась указаниям Грейсона, довольная тем, что работа отвлекает ее от дурных мыслей. Но во время работы оба они постоянно прислушивались к звукам на палубе, чтобы не прозевать возвращения баркаса.
Наконец, когда казалось, что ожиданию не будет конца, на палубе раздался громкий топот. В ту же минуту дверь каюты распахнулась, и появилось сияющее лицо матроса.
– Капитан вернулся, мистер Грейсон! Все должны быть наготове!
И он исчез, а они с ликованием смотрели друг на друга. На щеках девушки выступил горячий румянец. Она устала до изнеможения, но душа ее пела. Морган вернулся! Наконец-то он вне опасности!
Едва они закончили свою работу, как дверь вновь с треском распахнулась, и двое матросов быстро внесли безжизненное тело Сергея Вилюйского. За ними с мрачным лицом шел доктор Пирсон.
– Кладите его сюда, парни. Потихоньку, потихоньку! Вы же не хотите усугубить его состояние, так? – Доктор следил, как Сергея укладывают на койку Моргана.
– А где капитан? – спросил Грейсон, опередив Сэйбл, готовую уже задать тот же вопрос.
– У руля. Мы готовимся к отплытию, – ответил один из матросов и, коснувшись козырька, последовал за своим напарником.
Сэйбл внимательно смотрела на неподвижно распростертое на койке тело и смертельно бледное лицо русского. Его глаза были закрыты, а губы посинели. Рубашка пропиталась кровью, и девушка с тревогой взглянула на врача.
– Очень плохо?
– Он потерял много крови, – ответил врач не оборачиваясь. – К счастью, пуля прошла навылет через плечо, но гарантии того, что он выдюжит, дать не могу. Я сумел остановить кровотечение, пока мы шли сюда на баркасе, но теперь придется наложить швы.
– Я помогу доктору, леди Сэйбл, – предложил Грейсон. – А вы ложитесь.
Она покачала головой:
– Позвольте мне остаться, Грейсон. Я смогу подавать все необходимое и делать то, что вы скажете.
Доктор Пирсон неуверенно посмотрел на нее:
– Это будет весьма неприятное зрелище, миледи. Но упрямый взгляд девушки свидетельствовал о том, что она уже не дитя, а гордая, решительная женщина, которой она стала благодаря Моргану. Речь шла о жизни друга капитана, ради спасения которого Морган пошел на безумный риск, и потому она сделает все, что в се силах, чтобы помочь вырвать его из когтей смерти.
– Пожалуйста, я хочу остаться.
– Тогда вымойте руки, девушка! – скомандовал доктор Пирсон, понимая, что для споров нет времени. – И вы тоже, Грейсон. Вы оба будете беспрекословно выполнять мои указания, ясно?
В этом уверенном в себе, компетентном враче не осталось ничего от того жалкого труса, страдающего морской болезнью, которым Сэйбл знала его все это время. Ей подумалось, не в этом ли причина того, что Морган с самого начала решил взять его к себе на судно. Моя руки, она вспомнила о Моргане и почувствовала радость. Но разве это возможно, когда Сергей находится в таком тяжелом состоянии? Ей совестно было признаться себе – но все же она была счастлива. Счастлива, как никогда ранее в своей жизни.
А на обмытой дождем палубе экипаж «Вызова» выполнял свои обязанности с такой ловкостью и эффективностью, которых можно добиться лишь благодаря многолетнему опыту. Морган занял свое место у руля; его прищуренные глаза были устремлены на матросов, ставивших паруса высоко на реях, и их фигуры в тусклой предутренней мгле казались бестелесными тенями. Было прохладно, и сырая рубашка прилипла к спине, но Морган не чувствовал никакого дискомфорта. Теперь все зависело от быстроты работы экипажа и скорости движения клипера. А уж потом, когда они уйдут далеко в море, у него появится время заняться собой.
– Якорь поднят, капитан!
Уловив еле заметный кивок капитана, двое рулевых бросились к огромному штурвалу, а Джек Торенс задрал голову и выкрикнул команду марсофлотам:
– Ослабить передние и топсели!
Освежающий ветер, влажный от недавнего дождя, начал заполнять трепещущие паруса, в то время как матросы усердно крепили их. Огромный корабль под напором ветра накренился, и палубная обшивка застонала, когда он начал набирать скорость.
– Идем круто к ветру, точно на юго-юго-запад, сэр! – крикнул один рулевой.
Морган скрестил руки на груди и широко расставил ноги. Ветер и соленые брызги освежали его разгоряченное лицо. Наконец-то «Вызов» вышел в море, а Сергей и Сэйбл находятся в безопасности в каюте. Пусть теперь великий визирь попробует остановить их. Морган выполнил свою заветную миссию!.. Он был спокоен и доволен.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Гордячка - Марш Эллен Таннер



слабоватенько про родителей интересней
Гордячка - Марш Эллен Таннермария
22.12.2010, 0.48





Этот роман тоже по своему интересный.
Гордячка - Марш Эллен ТаннерМари
19.03.2012, 23.20





Девочки бред полный ,не советую даже не дочитала
Гордячка - Марш Эллен ТаннерЛиза
24.04.2012, 0.17





Хоть убейте,не понимаю что в нем не нравится людям? Роман потрясающий,один из любимых исторических! Один захват дворца султана чего стоит,но и это не конец,дальше ещё интереснее! А вот про родителей её мне не очень понравился!
Гордячка - Марш Эллен ТаннерОксик
13.04.2013, 23.50





бред полный, сплошные немотивированные поступки героев
Гордячка - Марш Эллен ТаннерLana
31.07.2014, 6.04





Не люблю бросать книгу не дочитанной но Гг-я просто бесит своей тупостью
Гордячка - Марш Эллен ТаннерНАТАЛИЯ
7.07.2015, 14.54





Очень скучно. Целые абзацы занимает кто и что подумал - "ах! Она сногсшибательно красива", "как изящна и мила", "потрясающая одухотворённость". Такое ощущение, что окружающим заняться больше нечем, только и думают о Сэйбл. А действия никакого. Герои какие-то немотивированные.rnЯ вообще думала, что это другой роман. Подскажите, как называется книга, в которой старшая сестра главной героини родила ребёнка от индейца и по этой причине у них разлад с отцом. И вот младшая по просьбе старшей крадёт его и отправляется на индейские территории, чтобы переправить его к отцу.
Гордячка - Марш Эллен ТаннерИрчи
6.05.2016, 7.42





Для Ирчи: "Смятение сердца" Фетцер Эми
Гордячка - Марш Эллен ТаннерElen
6.05.2016, 8.32





Elen, спасибо огромное!
Гордячка - Марш Эллен ТаннерИрчи
6.05.2016, 11.50








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100