Читать онлайн Гордячка, автора - Марш Эллен Таннер, Раздел - Глава 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Гордячка - Марш Эллен Таннер бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.67 (Голосов: 33)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Гордячка - Марш Эллен Таннер - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Гордячка - Марш Эллен Таннер - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Марш Эллен Таннер

Гордячка

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 10

– Хотите еще чайку, ваша милость?
Сэйбл вздрогнула, увидев перед собой Грейсона с серебряным чайником в руке и вопрошающим взглядом. Она посмотрела на свою нетронутую чашку.
– Благодарю вас, нет, – тихо ответила она. Грейсон кивнул и вышел, затаив злость на капитана сэра Моргана, который одни был виноват в ее плохом настроении.
Был закат, когда Дэниэл Хэйс привез наконец леди Сэйбл на корабль, где у трапа его встретил сам капитан. Хмурый сэр Морган показался молодому офицеру еще более высоким и грозным, чем когда-либо.
Зловещим тоном сэр Морган заявил, что леди Сэйбл должна была вернуться гораздо раньше и что в результате Дэниэл получит выговор. Когда Сэйбл попыталась выступить в его защиту, сэр Морган заявил ей, что он сыт по горло ее непослушанием и что следующие три дня ей придется провести в своей каюте.
Когда Грейсон зашел к ней в тот же вечер с подносом в руках, он, услыхав из-за двери приглушенные рыдания девушки, застыл как вкопанный. И его нерешительность стоила ей ужина, так как в этот момент сэр Морган появился в дверях своей каюты и ледяным топом сообщил ошеломленному стюарду, что леди Сэйбл не заслужила ужина.
Когда на следующее утро он принес завтрак, то нашел девушку в подавленном состоянии; ее прекрасные глаза покраснели от пролитых слез. Стюард предпринял робкую попытку оправдать жестокость сэра Моргана, но Сэйбл высмеяла его:
– У него вообще нет сердца, и вы знаете об этом, Грейсон. Клянусь Богом, если бы вы не были мне так симпатичны, я возненавидела бы вас за вашу преданность ему!
Она тут же пожалела о сказанном. А когда Грейсон вернулся в каюту полчаса спустя, ее завтрак стоял нетронутым. Относя поднос обратно на камбуз, стюард задумался: не попросить ли сэра Моргана отменить суровое наказание? Трехдневное заключение в крошечном помещении? Да бедная девушка с ума сойдет! Однако Грейсон решил, что его настоятельная просьба не поможет делу. Сэр Морган приказал, и лучше не вмешиваться, чтобы не будить в капитане зверя. Кроме того, рано утром того дня капитан поехал в посольство России, и Грейсон не имел ни малейшего представления, когда он собирается вернуться.
Судно, стоявшее на якоре в спокойных голубых волах Золотого Рога, странным образом казалось пустым без прекрасной леди Сэйбл, обычно украшавшей палубу своим присутствием. Та часть команды, которая оставалась на «Вызове», ворчала по поводу несправедливого решения капитана и удивлялась, почему он так жестоко наказал ее. Матросы знали, что сэр Морган – суровый и требовательный капитан, но он никогда не был несправедливым, и экипаж счел трехдневное заключение девушки незаслуженным наказанием за опоздание на каких-то несколько часов.
Когда потянулись монотонные часы второго дня заключения «в карцере», Сэйбл начала свирепеть. Какое право имеет сэр Морган так поступать с ней? Впервые в жизни ее заперли, как какую-нибудь преступницу! Хорошо бы убежать, чтобы насолить капитану, которому придется тогда столкнуться с неистовой яростью ее отца, когда граф узнает, что его дочь по вине Моргана пропала где-то на многолюдных улицах Стамбула!
Глаза девушки сверкнули. «А почему бы и нет?» – спросила она себя. Гнев укрепил ее решимость. Конечно, она не исчезнет по-настоящему, но разве не стоит напугать его до смерти, ускользнув на несколько часов? Это стало бы для него хорошим уроком – чтобы он впредь не обращался с ней подобным образом, со злорадством думала Сэйбл. И она провела бы эти несколько часов в великолепных банях, о которых ей рассказал Дэниэл Хэйс!
Эта мысль крепко засела в ее голове, и Сэйбл тут же начала обдумывать, как реализовать свой план. Она сразу же отказалась от идеи воспользоваться помощью Грейсона, так как не хотела, чтобы из-за нее кого-нибудь подвергли наказанию, – девушка очень переживала за беднягу Дэниэла. В конце концов они задержались в городе по ее вине!
Выйдя из каюты, она подождет смены вахты и окликнет с палубы гребца проплывающего мимо капка, а остальное устроится само собой. Она преподаст этому дьяволу Моргану хороший урок, если он хотя бы на несколько часов поверит, что она пропала.
Грейсон был несказанно обрадован и удивлен, когда, принеся ей спустя несколько часов ленч, увидел, что девушка приободрилась. Она с улыбкой приветствовала его, когда он вошел в крошечную каюту и поставил поднос на маленький рундучок в ногах койки.
– Не беспокойтесь, я привыкла, – отмахнулась Сэйбл, когда Грейсон посетовал на тесноту каюты.
Стюард смотрел, как она пытается расправить юбки на узкой койке и берет бутерброд, не притронувшись к кружке с лимонадом, которую он поставил рядом. Когда она улыбнулась ему, чтобы он удостоверился, что с ней все в порядке, у него упало сердце. И как ей только удается оставаться такой веселой, хотя сэр Морган обращается с ней, как с заключенной?
– Леди Сэйбл, может быть, вы предпочтете откушать на палубе? – с волнением в голосе спросил стюард. – День сегодня чудесный, на небе ни облачка, а я знаю, как вы любите погреться на солнышке.
Сэйбл задумалась. Нет, она не могла допустить, чтобы Грейсон оказался невольным сообщником ее побега.
– Не стоит. Капитан взбесится.
– Сэра Моргана не будет весь день, – с заговорщицкой улыбкой сообщил Грейсон.
Она почувствовала холодок в спине. На что решился капитан? Собирает по темным улочкам у подозрительных людишек информацию? Или стучится в ворота сераля? Она постаралась выбросить из головы эти мысли, уговаривая себя, что в данный момент ее должно заботить совсем другое.
– Мне приказано сидеть взаперти до завтра! – упорствовала Сэйбл, не желая злоупотреблять добротой стюарда.
– Капитану вовсе не нужно об этом знать, – улыбнулся Грейсон. – Вы могли бы посидеть на палубе до возвращения шлюпки.
– А как насчет остальных матросов? – усмехнулась Сэйбл.
Грейсон даже обиделся:
– Неужели вы думаете, что они выдадут вас, ваша милость?
Сэйбл пришлось сделать над собой усилие, чтобы не соблазниться на это предложение.
– Простите, Грейсон, – сказала она с такой печалью в голосе, что у него заныло сердце. – Я не могу допустить, чтобы из-за меня вы навлекли на себя гнев капитана сэра Моргана.
Грейсон пожал плечами.
– Я бы не стал так беспокоиться на этот счет, ваша милость. Я служу у сэра Моргана столько лет, что уверен: он простит мне некоторую вольность. – Стюард подмигнул. – Конечно, при условии, что он когда-нибудь узнает, а это исключено.
– Вы уверены в том, что говорите? Грейсон хмыкнул:
– Даже если бы я действительно навлек на себя гнев величайшего, как вы справедливо называете его, мне нечего бояться. Сэр Морган никогда не расстанется со мной, так как я единственный камердинер на свете, способный ужиться с ним.
Сэйбл рассмеялась:
– Ну тогда ладно, я буду счастлива провести несколько часов на палубе!..
Когда немногочисленные члены команды, оставленные сэром Морганом на вахте, увидели девушку, они с улыбками поспешили ей навстречу. Она тоже обрадовалась встрече с ними. Сэйбл провела с матросами добрых полчаса, непринужденно смеясь и болтая, прежде чем они возвратились на свои места. Оставшись наконец одна, девушка поспешила вниз. Ее сердце гулко билось, когда она открыла дверь в каюту Моргана.
Знакомый запах ударил ей в ноздри, и она старалась не обращать внимания на его личные вещи, разбросанные по просторной каюте. Ей еще никогда не приходилось брать чужое – Сэйбл, сделав над собой усилие, спрятала горсть найденных ею монет за корсаж.
Прекрасно знавшая распорядок дня на борту клипера, Сэйбл проскользнула к штормтрапу, будучи уверена, что никто здесь не появится еще целых десять минут. Возможно, она вообще отказалась бы от своего плана, если бы не заприметила каик, скользивший по воде совсем рядом. Черноглазый гребец взирал на нее так, словно только и ждал ее появления.
Воспользовавшись несколькими словами на ломаном турецком, которые она узнала от Дэниэла Хэйса, девушка дала гребцу понять, что хочет попасть на берег. С широкой белозубой улыбкой он смотрел, как она спускается по неудобному трапу, затем помог ей забраться в каик. От волнения Сэйбл задыхалась, и кровь гулко пульсировала у нее в висках. Каждую секунду она ожидала услышать окрик с корабля, но все обошлось. Расстояние между каиком и кораблем быстро увеличивалось.
Сэйбл опасалась, что окажется в центре всеобщего внимания, когда, ступив на берег, пойдет по многолюдным кривым улочкам Стамбула. Но, к ее радости, никто не обращал на нее ни малейшего внимания. Была середина дня, и все правоверные мусульмане приступили к очередной молитве. Уставившись на раскаленную от солнца мостовую, они опускались на свои молитвенные коврики, обратив лицо в сторону Мекки, – так что Сэйбл имела возможность быстро пройти мимо незамеченной. Лишь мальчишки-попрошайки, шнырявшие по улице, провожали любопытными взглядами молодую женщину с волосами цвета эбенового дерева, но ни один не рискнул заговорить с ней.
Девушке не составило труда отыскать ту баню-хаммам, которую Дэниэл показывал ей накануне. Однако, когда она оказалась перед резными воротами, мужество оставило ее, и она усомнилась в правильности своего решения. Дэниэл уверял ее, что общественные бани посещают как турчанки, так и европейки, и все же она никак не могла заставить себя войти туда.
И тут одна из дверей раскрылась, и перед Сэйбл появился кланяющийся служитель, провожавший двух купцов в тюрбанах, длинных пиджаках и европейских брюках. Когда они ушли, взгляд его миндалевидных глаз упал на девушку, нерешительно стоявшую у двери. Служитель уверенно взял ее под локоть и провел внутрь. Резкий переход от ослепительного солнечного света к потемкам заставил ее зажмуриться. Рядом появилась женщина-служительница, и Сэйбл услышала тихий, певучий говор – турок и турчанка о чем-то совещались.
К тому времени, когда глаза девушки привыкли к полутьме, се страхи улеглись. Женщина-служительница робко улыбнулась ей и пригласила следовать за собой. Вскоре Сэйбл оказалась в небольшой прихожей, где стояли раскладные скамьи с подушками. Свет проникал сюда через покрытое глазурью стекло в стреловидных окнах. На жаровне в углу стоял чайник чеканного серебра, и от него распространялся аромат мяты.
– Камехан, – сказала служанка, делая широкий жест рукой.
– Простите? – не поняла Сэйбл. Она понятия не имела, чего от нее ждут.
– К-комната для р-раздевания, – с трудом выговорила служанка на английском языке с ужасным акцентом. И просияла, когда увидела, что Сэйбл поняла. – Пожалуйста, – добавила она, жестом показав, что следует раздеться.
Взволнованная Сэйбл с помощью турчанки сняла с себя чудесное шифоновое платье и кружевное белье. Однако ее тревога быстро улеглась, когда она увидела, что турчанка ведет себя вполне обыденно. Когда девушка разделась, та обернула ее широким мохнатым полотенцем. Затем предложила чашку чая, которую Сэйбл приняла, выразив благодарность кивком головы. Ей не хотелось торопиться, так как она была уверена, что ее ждет нечто удивительное. За узким переходом слышалось мелодичное журчание воды, а в атмосфере комнаты чувствовалось тепло, исходившее от пара. Облокотившись на подушку и поджав под себя ноги, Сэйбл прикрыла глаза, пытаясь вспомнить, когда в последний раз у нее было так покойно на душе.


Пробираясь сквозь толпу в столовой «Лотус Блоссом», в одном из отелей, Морган Кэри проклинал все на свете – даже в самых захудалых африканских деревнях имелись более приличные постоялые дворы.
Дородный хозяин «Лотус Блоссом», потный, в рубашке с короткими рукавами и грязном фартуке, подскочил к Моргану, усевшемуся в темном углу. Морган пребывал в сквернейшем расположении духа. Он заказал лишь кружку пива – куда разумнее дождаться возвращения на корабль, где Грейсон приготовит здоровую и вкусную пищу, резонно рассудил капитан.
Двое подвыпивших матросов за соседним столиком с любопытством поглядывали на капитана, но когда он устремил на них мрачный взгляд, они тотчас отвернулись. Морган усмехнулся. Если эти парни ищут себе приключений, то их получат, столкнувшись с ним. Он был в таком настроении, что не возражал бы отвести душу, сокрушив несколько черепов. Судя по всему, пьянчуги-матросы это поняли, так как больше не смотрели в его сторону. «Ну и слава Богу», – решил Морган, делая глоток теплого, кислого пива.
Все утро он опять провел в русском посольстве, но глуповатые атташе, с которыми ему удалось побеседовать, ничего не слышали о двоих соотечественниках, находящихся в плену во дворце султана. Похоже, они не лгали. Информация, которую Морган получил от турецкого капитана в Дакаре, была вполне надежной, в этом он не сомневался, и тот факт, что в русском посольстве ничего не знали об этом деле, вызывал подозрения. Почему султан столько лет скрывает двух русских офицеров от посторонних глаз? Какая польза ему от них?
Морган громко прочистил горло, и сидевшая по соседству супружеская пара англичан опасливо посмотрела на него. Дама – в вызывающе ярком алом бомбазиновом платье – испуганным шепотом заявила мужу, что им следует найти другой столик, подальше от этого опасного великана. Морган хищно оскалился, когда они прошествовали мимо. Пусть думают, что он опустившийся, грубый субъект, зато никто не будет мешать ему сидеть, погрузившись в свои мысли.
«Что предпринять, чтобы получить необходимую информацию?» – в который уже раз спрашивал он себя. И сколько нужно еще ждать, чтобы султан соизволил принять его? Дело в данный момент осложнялось мятежным поведением Сэйбл Сен-Жермен. Всякий раз, когда он думал о том, что она заперта в крошечной, душной каюте, его мучили угрызения совести. Как она расцвела под теплым азиатским солнышком!.. И как несправедлив он был, посадив ее под домашний арест! Морган поймал себя на том, что стал рассуждать в точности, как его докучливый камердинер. Нет, Сэйбл заслужила наказание за то, что не подчинилась его приказу! Она должна была понять, что улицы Стамбула – это не парки в ее родном Нортхэде.
– Капитан?
Морган увидел перед собой своего первого помощника. Глава маленького девонширца сияли. Вытянув под столом свои длинные ноги, он наклонился к моряку.
– Что вам удалось выяснить?
– Вероятно, как раз то, что нам нужно, – с самодовольным видом ответил седой офицер. – Кружку пива, пожалуйста, – сказал он тучному хозяину гостиницы, выросшему перед ним. Шум, стоявший в полутемном зале, позволял говорить без обиняков, но все же помощник понизил голос: – Вы когда-нибудь слышали о новых оттоманцах? – спросил он, посмотрев в мерцающие голубые глаза капитана.
Брови Моргана сошлись на переносице:
– Младотурки? Да. Фазир Нанак рассказывал о них. И оба улыбнулись, вспомнив о живописном турке, подпоясанном кушаком с ятаганом, который за два года до этих событий попал к ним на судно. После того как «Вызов» завершил свое недолгое участие в американском конфликте, он отправился в поисках новых приключений к берегам Азии. Именно Морган спас седобородого турка от банды головорезов в Бахрейне и любезно выполнил просьбу доставить его в Анкару. Фазир, солдат фортуны и весьма энергичный человек, оказался очень занятным гостем на борту клипера, в особенности, как припомнил Морган, в ту ночь, когда попытался украсть у него кошелек с золотыми монетами, который капитан хранил в своем рундучке.
Произошла получасовая потасовка, после которой окровавленные и взлохмаченные бойцы пили за здоровье друг друга. Моргану очень не хотелось отпускать здоровенного вора даже после того, как Фазир отклонил предложение англичанина поступить на службу в команду «Вызова». Страстью бородатого турка была политика, а не море, – Фазир являлся активным участником заговора против султана. Капитан искренне огорчился, когда год назад узнал, что турка зарезали во время драки за обладание женой какого-то арабского шейха.
– Для члена тайного общества у Фазира был слишком болтливый язык! – ухмыльнулся Морган.
– Может, поэтому его и зарезали, – задумчиво проговорил Джек, делая большой глоток из кружки и морщась. – История с женой арабского шейха, возможно, лишь предлог…
Морган досадливо отмахнулся.
– Так или иначе, все это в прошлом, Джек! И я не собираюсь вступать в сговор с бывшими друзьями Фазира. Моя задача – найти Сергея и вытащить его отсюда.
– В таком случае, боюсь, вам придется стать их сообщником, – заметил Джек.
Морган осклабился.
– Новые оттоманцы пытались преобразовать страну в конституционную монархию, когда Фазир был замешан в их дела. Кроме того, они собирались улучшить положение христианских подданных империи.
– Да, и, насколько мне известно, они и теперь ставят перед собой такую задачу, – сообщил Джек.
– Нам до этого мало дела, Джек. Какой контакт у вас установился с этими людьми?
Джек ухмыльнулся:
– Достаточный для того, чтобы узнать ряд интересных фактов. – Он пристально посмотрел на капитана. – Сэр Морган Кэри – довольно известная личность в этих краях, кэп. И Намик Кемаль, главный зачинщик движения младотурков, помнит о вас. Он очень интересовался целью нашего прибытия в Стамбул. Примерно час назад у меня была с ним приятная встреча. – Джек редко похвалялся своими заслугами, но сейчас он не смог удержаться от самодовольной ухмылки. – Узнав о наших планах, – продолжал помощник, – Кемаль любезно сообщил мне, что за стенами султанского дворца у него есть глаза и уши.
Отставив кружку, Морган уставился на своего первого помощника:
– Итак, что вы выяснили?
Джек не часто улыбался, но в эту минуту его лицо осветилось улыбкой.
– Что при дворе Абдулазиза находятся двое пленных русских. Один из них был майором во время Крымской войны и, по-видимому, обладает сведениями о военной стратегии русских. Другой – его лейтенант, Сергей Вилюйский. Насколько известно Намику Кемалю, оба находятся в плену со времен войны.
– Чем же могут быть полезны двое русских офицеров невысокого чина самому турецкому султану? – удивился Морган.
– Первоначально их собирались сделать заложниками на тот случай, если Россия не выполнит своих обязательств по мирному договору. Потом же их бросили в тюрьму и, видимо, забыли об их существовании.
– А теперь? – спросил Морган.
– Судя по всему, здоровье майора подорвано, и, поскольку отношения с Россией улучшаются, поговаривают, что визирь требует их смерти, чтобы избавить двор султана от возможных неприятностей.
– Значит, времени в обрез! – проговорил Морган; его глаза буравили лицо первого помощника. – И чего же Кемаль хочет за информацию? – спросил он, прекрасно понимая, что даром такие сведения не сообщают.
Ухмылка Джека стала еще шире.
– Того, чего просят все революционеры, кэп, будь они турецким, индийским или испанским сбродом! Все они бедны как церковные мыши. Естественно, что Кемалю нужны деньги.
Морган резко поднялся:
– Отлично, Джек! Проследите, чтобы деньги были выплачены. А Кемаль знает, где находится тюрьма, в которой заключены Сергей и майор?
– Да, кэп, но это секрет, который он раскроет, когда получит деньги.
Морган стиснул зубы.
– Проследите, чтобы он их получил.
– Слушаюсь, сэр!
На улице воздух был еще более теплым и влажным. Солнце клонилось к западу, и через час ворота в крепостной стене, проходящей вдоль берега Золотого Рога, должны были закрыться. С минуту Морган постоял у зубчатой стены, отделявшей соседнюю с «Лотус Блоссом» улицу от крутого склона холма, на котором располагалась гостиница. Отсюда хорошо была видна вся панорама города, и зоркие глаза капитана приметили знакомые очертания «Вызова», стоящего на рейде недалеко от моста Галата.
При мысли о том, что на борту его судна находится Сэйбл, на душе у него потеплело. Повернув голову, он перехватил любопытный взгляд первого помощника и подумал: не отразились ли эти мысли на его лице?
Улыбнувшись, капитан хлопнул Джека по спине.
– Пошли, пора возвращаться!
– Капитан Кэри, сэр!
Морган обернулся и увидел небольшую группу своих матросов во главе с Нэтом Палмером, которые торопливо направлялись в их сторону.
– Какого дьявола? – проворчал Морган. – Вы должны были вернуться на судно сразу же по завершении дела.
– Да, сэр! – поспешно согласился Нэт, утирая рукавом пот со лба. – Но на пристани нас встретили мистер Грейсон и Харлей Гамп.
Морган подбоченился.
– А какого черта на берегу делает Грейсон? – прорычал капитан; в этот момент он с удовольствием протащил бы под килем весь экипаж.
– Дело в леди Сэйбл, сэр, – выдохнул Нэт. – Она исчезла!
– Исчезла? – переспросил Морган. – Что значит «исчезла»?
– То, что я сказал, сэр! Мистер Грейсон говорит, что позволил ей подняться на палубу, чтобы она подышала свежим воздухом, а она исчезла. Они обшарили весь корабль, но не нашли ее.
На какую-то долю секунды перед глазами Моргана возник образ Сэйбл, которая, заливаясь слезами, угрожала броситься в море, чтобы избавиться от ареста на его судне. Но капитан отбросил подобное предположение – Сэйбл обладала слишком сильной волей, чтобы совершить столь малодушный поступок!
– У вас есть хоть какая-то гипотеза? Куда, по-вашему, она могла деться? – спросил Морган таким тоном, что матросы в испуге переглянулись.
– Грейсон нашел гребца каика, который переправил се на берег, – ответил Нэт, стараясь хоть как-то обнадежить капитана, у которого был такой вид, словно он собирался задушить всех своих людей голыми руками. – Гребец сказал, что она пошла в западном направлении, но больше ничего не мог добавить, хотя мистер Грейсон долго расспрашивал его.
– Мы отправили на ее поиски три группы, капитан, – вставил доктор Пирсон. Бледный и изнуренный, он только сейчас добрался до вершины холма, отстав от группы Нэта Палмера.
Морган взглянул на солнце, малиновый круг которого клонило к холмам.
– Вы обязаны найти ее до закрытия крепостных ворот! – отчеканил Морган, и этого было достаточно – команда ринулась на поиски.
Лишь Джек Торенс немного замешкался, наблюдая, как хмурый Морган меряет широкими шагами гостиничный двор, заросший сорной травой.
– Мне пойти вместе с вами, капитан? – спросил наконец помощник.
– Нет! – ответил капитан не оборачиваясь. – Вы получили приказ, Джек. А я поищу ее сам.
Понадобилось немало покружить по городу и потратить приличную сумму денег на бакшиш,
type="note" l:href="#n_5">[5]
прежде чем Морган наконец напал на след девушки. Он злился все больше и больше, когда следовал по узким улочкам в направлении, указанном аборигенами, провожавшими его любопытными взглядами. «Боже правый, куда же направилась эта дерзкая девчонка?» – спрашивал он себя, остановившись рядом с одноглазым нищим, расположившимся на замусоленном молитвенном коврике.
Нищий энергично закивал головой, когда капитан спросил его, не видел ли он медноволосую англичанку. Однако когда Морган спросил, как она выглядела, нищий стал запинаться. В конце концов он описал «леди в платье из прекрасного голубого шелка с отделкой из драгоценных камней». Стало ясно, что одноглазый лжет.
Подавив желание свернуть вралю шею, Морган пошел дальше, еще больше помрачнев. «Дьявольщина! Где же ее искать?» – спрашивал он себя.
– Возможно, я могу помочь вам отыскать женщину, которую вы ищете, – донесся свистящий шепот из темной подворотни.
Морган остановился, вглядываясь в темноту.
– Идите сюда, – велел он, – я не играю в бирюльки и не покупаю кота в мешке.
Он услышал шорох одежды, и на меркнущий солнечный свет вышел беззубый старик, тяжело опирающийся на клюку.
– Я видел женщину, о которой вы спрашивали у Рамуна. Тьфу! – презрительно сплюнул он на пыльную мостовую. – Рамун – такой обманщик, каких свет не видывал! – добавил старик на ломаном английском. – На ней было платье цвета расплавленного золота, а глаза – зеленые, как у кошки.
– Когда ты видел ее?
Старик замялся, Морган полез в карман за монетами.
– Она пошла в Кижрукские бани, – ответил турок, обрадовавшись горсти медяков, которые Морган сунул в его костлявую руку.
Капитан быстро зашагал вдоль по улице. На его ястребином лице появилось решительное и безжалостное выражение.


Сэйбл глубоко вздохнула и открыла глаза, рассматривая отверстия в куполообразном мраморном потолке. Вырезанные в форме звездочек, они пропускали солнечный свет в залу, и в результате мраморные колонны с серыми прожилками освещались лучистым зеленым светом. Уже почти час Сэйбл, блаженствуя, возлежала на шестиугольной мраморной плите, подогреваемой снизу. Ей не хотелось ни о чем думать, и она была счастлива хотя бы на время забыть о заботах, свалившихся на нее после того, как Морган Кэри взял ее на свое судно.
В бане почти никого, кроме нее, не было, и это вполне устраивало Сэйбл. Сначала мылись несколько турчанок, которые провели приблизительно полчаса в отдельных нишах, не обращая на девушку никакого внимания, и вскоре ушли. Служанка, заметившая, что Сэйбл хочет остаться одна, вышла в комнату для раздевания, предупредив на ломаном английском, что при необходимости юная леди может позвать ее.
Потянувшись, точно кошка, пригревшаяся в тепле, Сэйбл наконец поднялась и устроилась возле мраморной чаши, из которой изливалась вода, втекавшая туда через бронзовые краны. С помощью губки и медного черпака она помылась, наслаждаясь великолепием залы и чистотой своего обнаженного тела. Она даже не могла вспомнить, когда в последний раз испытывала такое блаженство. Сэйбл совершенно разомлела. «Даже этот верзила негодяй Морган Кэри не представляется таким уж страшным!» – подумала девушка, и на ее прелестном личике появилось выражение грусти и тоски. По существу, ей даже хотелось бы…
Она прикусила своими белыми зубками губу. Чего бы ей хотелось? Чтобы здесь, рядом, оказался Морган, чтобы глядел на нее своими сверкающими голубыми глазами? Верно, она спятила!
– Сэйбл!
Девушка вскочила на ноги, и шелковистые волосы рассыпались по ее обнаженным плечам. Округлившимися глазами она вглядывалась в мраморный проход. «Не может быть, чтобы этот сердитый голос принадлежал Моргану! – с тревогой подумала она. – Наверняка сводчатый потолок и облако пара заглушили и исказили чью-то речь».
– Сэйбл, ради Бога, я знаю, что вы здесь!
И в проходе показался именно он, Морган Кэри собственной персоной! Он ворвался в залу как разъяренный воин, а испуганная, робко протестующая служанка семенила следом за ним.
– Нечего кричать, Морган, я прекрасно слышу вас! При звуках ее спокойного голоса он замер. Белесый пар, окутывавший зал, точно легкая вуаль, неожиданно рассеялся, и фигура девушки приобрела четкие очертания. Хотя в руках у нее было полотенце, она даже не попыталась прикрыть свою наготу. Их взгляды встретились.
Обнаженная Сэйбл Сен-Жермен стояла перед капитаном, и ее сверкавшее чистотой тело отчетливо вырисовывалось в призрачном свете, сочившемся сквозь отверстия в мраморном потолке. Серебристые капельки стекали по ее стройным ногам, а пряди волос ниспадали до бедер, касаясь влажной кожи. Точно языческое божество, она искушала своей наготой.
У Моргана перехватило дыхание; гнев и тревога за девушку, одолевавшие капитана с той минуты, как он узнал о ее исчезновении, внезапно оставили его. Сейчас он был уверен, что ждал этого момента всю свою жизнь.
Сэйбл молча взирала на него. Ей не хватало дыхания, и она была напряжена, как грациозная лань, готовая к прыжку, но не испытывала ни малейшего страха. Ее охватило головокружительное волнение, примитивное и непреодолимое, которое не шло ни в какое сравнение с тем, что она чувствовала, когда Морган впервые поцеловал ее в Лондоне или когда прижимал ее к себе и она ощущала, как вздымается его горячая мужская плоть, упирающаяся в ее мягкий живот.
Сердце неистово колотилось у нее в груди, и она вся сгорала от любовного жара, в своей невинности не понимая, что это значит.
– Морган… – прошептала Сэйбл, и звуки ее голоса слились с музыкальным журчанием воды, стекающей из мраморной чаши. Ее изумрудные глаза потемнели; сейчас в них читался страстный призыв женщины.
Морган подошел к ней вплотную, и девушке пришлось запрокинуть голову, чтобы видеть его лицо. На его тонко очерченных губах играла улыбка, в которой не было пи злости, пи насмешки, а в глазах таилось обещание. Глубоко вздохнув, Сэйбл приоткрыла губы и в ожидании зажмурилась.
Служанка, стоявшая позади них, бесшумно исчезла за дверью, осторожно прикрыв ее за собой. В ее кармане приятно позванивали монеты, полученные от англичанина. Турчанка была уверена, что ее ждет еще больший бакшиш, если молодых людей никто не побеспокоит. Улыбнувшись, она решительно задвинула щеколду на входной двери.
– А я было подумал, что вы навсегда покинули меня, моя сладкая чаровница! – хриплым голосом бормотал Морган, жадно вглядываясь в затуманенные страстью глаза девушки. Когда он обхватил ее крутые бедра, она задрожала. Притянув ее к себе, Морган прильнул к губам девушки и утонул в обворожительном аромате ее кожи. Он взахлеб целовал ее, и весь мир перестал для него существовать.
Руки Моргана уверенно нащупали груди девушки, и она в тревоге почувствовала, что мир покачнулся. Сэйбл приникла к нему, и соски ее грудей напряглись под его пальцами. Она отвечала на его поцелуи, а он наслаждался сладостью ее губ, и они оба стремились к слиянию не только своих тел, но и душ.
Он бережно уложил девушку на ровную мраморную плиту. Голубые глаза Моргана горели неудовлетворенной страстью. Его пробрала дрожь, когда она ласково погладила его блестящую, загорелую грудь. В ее глазах были нежность и острое желание познать сладостную тайну любви. Сэйбл дрожала от нетерпения, пока великолепное тело Моргана освобождалось от покровов. Его мужская плоть трепетала от желания обладать. Девушка прикрыла глаза, когда Морган обнял ее и их тела сплелись.
– Бог ты мой, как я желал тебя, моя зеленоглазая русалка! – прошептал Морган ей на ухо, горячо целуя ее шею. – И ты знала это с самого начала, ведь так? Именно поэтому ты наслаждалась, мучая меня, когда фланировала по палубе и вертела своим задиком, обтянутым этими проклятыми бриджами!
– О Морган… – шептала Сэйбл, задыхаясь и млея от желания в его горячих объятиях. Она не знала, что именно хочет сказать. Знала лишь, что желает его и сходит с ума от близости этого мужчины.
Поцелуи Моргана обжигали ее губы, и он тихо постанывал, когда Сэйбл отвечала ему тем же, а ее топкие пальцы ерошили его темные кудри.
– Господи, как же ты прелестна! – шептал он. Отстранившись, он вглядывался в ее лицо, в зеленоватые глубины ее глаз. – Мне хотелось задушить тебя за твой побег! – сказал он, нахмурившись, вспомнив, как она напугала его, бесследно исчезнув.
– А теперь? – шепнула она, лукаво взглянув на него, и сердце Моргана бешено заколотилось.
– А теперь мне лишь хочется любить тебя, – прошептал он, застонав, когда она коснулась пальцами его мужской плоти.
«Она околдовала меня, эта зеленоглазая девочка-женщина!» – думал Морган. Он понимал, что не мгла парной и не мерцающие блики света, танцующие на ее теле, возбудили в нем такое страстное желание. В этом была виновна только Сэйбл, ее близость, аромат ее девичьего тела.
Сэйбл понимала его мысли и чувства. Водя ладонью по его крепкой спине и твердым ягодицам, она чувствовала их напряженность. Ее глаза таили в себе такую страсть, что Морган уже не мог сдерживаться. Он подложил руку ей под голову и, покрывая ее губы неистовыми поцелуями, вошел в нее. Атласные бедра девушки раздвинулись, и она отдалась ему.
От внезапной боли Сэйбл ахнула и конвульсивно вцепилась пальцами в широкую спину Моргана. Он успокаивал се ласковыми словами, а когда она успокоилась, он почувствовал, как она зашевелила бедрами. И тогда он еще глубже проник в нее. Сердце его готово было выпрыгнуть из груди, когда Сэйбл приподнялась ему навстречу и ее теплые мягкие чресла облекли сто плоть.
От его смелых прикосновений она пришла в блаженное неистовство. Раскинув ноги, она отвечала на каждое его страстное движение, а их жгучие поцелуи длились бесконечно. В ее жилах играла кровь, и она забыла обо всем, сейчас для нее существовали только эти сладостные ощущения и Морган, его твердая плоть, вторгнувшаяся в нее и ставшая ее частью.
Сэйбл порывисто прижималась к нему, и ее возбуждение все росло и росло. Наконец из ее горла вырвался громкий стон, в тот же миг Морган крепко прижался к ней, придавив ее к мраморной плите. Тела и души их слились воедино, и они воспарили, блаженствуя, захлебываясь в сладостном экстазе.
Понемногу к Сэйбл возвращалось ощущение того, что безумный, вздыбившийся мир встает на свое место. Она обнимала мощную шею Моргана, и ей ни за что на свете не хотелось разъединяться с ним. Ощущение близости его мускулистой груди и бедер наполняло ее блаженством, и она готова была вечно лежать под ним без движения.
«Я люблю его!» – говорила она себе. А когда Сэйбл посмотрела на Моргана, он почувствовал, что его сердце сжалось, – такая нежность проглядывала в темно-зеленых глубинах ее глаз.
– Теперь я знаю, что ты вовсе не земное существо, – прошептал он, и его плоть вновь зашевелилась в ее лоне, а от нежной встречи их губ еще тлевшие уголья страсти разгорелись с новой силой. – Ты околдовала меня, моя прекрасная русалка, и, боюсь, я навсегда стану твоим рабом.
– Это ужасная судьба? – спросила она.
– Нет!.. – твердо сказал Морган, сам удивившись своей решительности.
Заметив призыв в глазах девушки, он опять почувствовал, как его пульс участился. Взяв ее за ягодицы, он переместил ее так, что его отвердевшая плоть еще глубже вошла в нее.
Сэйбл обняла его за плечи и тихонько застонала, когда Морган крепко прижал ее к себе.
– Моя сладкая, обольстительная Сэйбл! – прошептал он, уткнувшись в ее волосы. И она отдалась ему со всей неистовостью первой страсти.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Гордячка - Марш Эллен Таннер



слабоватенько про родителей интересней
Гордячка - Марш Эллен Таннермария
22.12.2010, 0.48





Этот роман тоже по своему интересный.
Гордячка - Марш Эллен ТаннерМари
19.03.2012, 23.20





Девочки бред полный ,не советую даже не дочитала
Гордячка - Марш Эллен ТаннерЛиза
24.04.2012, 0.17





Хоть убейте,не понимаю что в нем не нравится людям? Роман потрясающий,один из любимых исторических! Один захват дворца султана чего стоит,но и это не конец,дальше ещё интереснее! А вот про родителей её мне не очень понравился!
Гордячка - Марш Эллен ТаннерОксик
13.04.2013, 23.50





бред полный, сплошные немотивированные поступки героев
Гордячка - Марш Эллен ТаннерLana
31.07.2014, 6.04





Не люблю бросать книгу не дочитанной но Гг-я просто бесит своей тупостью
Гордячка - Марш Эллен ТаннерНАТАЛИЯ
7.07.2015, 14.54





Очень скучно. Целые абзацы занимает кто и что подумал - "ах! Она сногсшибательно красива", "как изящна и мила", "потрясающая одухотворённость". Такое ощущение, что окружающим заняться больше нечем, только и думают о Сэйбл. А действия никакого. Герои какие-то немотивированные.rnЯ вообще думала, что это другой роман. Подскажите, как называется книга, в которой старшая сестра главной героини родила ребёнка от индейца и по этой причине у них разлад с отцом. И вот младшая по просьбе старшей крадёт его и отправляется на индейские территории, чтобы переправить его к отцу.
Гордячка - Марш Эллен ТаннерИрчи
6.05.2016, 7.42





Для Ирчи: "Смятение сердца" Фетцер Эми
Гордячка - Марш Эллен ТаннерElen
6.05.2016, 8.32





Elen, спасибо огромное!
Гордячка - Марш Эллен ТаннерИрчи
6.05.2016, 11.50








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100