Читать онлайн Соблазн, автора - Марч Джессика, Раздел - 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Соблазн - Марч Джессика бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.4 (Голосов: 15)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Соблазн - Марч Джессика - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Соблазн - Марч Джессика - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Марч Джессика

Соблазн

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

2

Держась за руки, Стиви и Пип пересекли Мерсер-стрит на границе, отделявшей Сохо от Малой Италии, и подошли к возвышавшемуся впереди помпезному зданию бывшего завода, насчитывавшему несколько этажей.
– Вот где все это, Стиви! – возвестила Пип. – Вот где она, Забегаловка.
Стиви почувствовала некоторое разочарование. После всех разговоров Пип о фантастической вечеринке место, куда она ее вела, показалось снаружи довольно нерасполагающим; его неряшливость подчеркивалась множеством затемненных окон, которые казались завешенными тяжелыми драпировками. Единственным признаком веселья был бьющийся ритм рок-н-ролла, который просачивался на улицу достаточно громко, так что его можно было принять за отдаленные грозовые раскаты.
Однако едва лишь девушки, шагнув с мостовой, прошли через ржавые ворота, как впечатление у Стиви начало меняться. Украшая стены узкого вестибюля, здесь висели некоторые из широко известных, красочных портретов работы Самсона Лава – Мао, Мерилин и Ричард Никсон. А пол был устлан сверкающими, белыми, твердыми щепками – создавая видимость дорогого ковра, и в центре всего этого стоял двадцатилетней давности «форд» – конвертибль. На заднем сиденье «форда», сделанные из чего-то, что напоминало тысячи склеенных между собой лейкопластырей, находились скульптурные изображения мужчины и женщины, занимающихся любовью; ноги женщины были задраны кверху.
– Ого! – произнесла Стиви, пораженная как автомобилем, стоящим внутри здания, так и находящимся внутри произведением.
– Здорово, а? – сказала Пип. – Самсону предлагали полмиллиона долларов за это, но он говорит, что работа нравится ему самому слишком сильно, чтобы ее продавать. Он называет ее «Мир». – Пип засмеялась, как будто сказала шутку.
Стиви недоумевающе посмотрела на нее, и это заставило Пип дать объяснения: – Ее ноги, понимаешь?..
И тут Стиви заметила, что ноги женщины как бы образуют букву «V» – отголосок популярного символа мира, который демонстранты, участвующие в антивоенных шествиях, изображали пальцами. Стиви тоже издала маленький смешок. Она не ощущала в себе особых склонностей к искусству, однако визуальная шутка Самсона Лава сказала ей, что у него, видимо, занятное мышление и от него можно ожидать насмешливых замечаний. И внезапно она почувствовала, что заранее робеет.
Однако Пип уже затаскивала ее в огромный грузовой лифт. Она закрыла металлическую складную дверь и нажала на нижнюю из нескольких огромных разноцветных кнопок.
– Он использует все это здание? – спросила с удивлением Стиви.
– Самсон делает множество разных дел, – ответила Пип загадочно. Лифт остановился. Пип раскрыла дверцы и направила Стиви в маленький коридор, с большой красной металлической дверью. Пип громко забарабанила костяшками пальцев в дверь. – Иногда целую вечность приходится ждать, пока кто-нибудь откроет. Но не беспокойся, рано или поздно это произойдет.
Стиви не столько беспокоилась, сколько испытывала возбуждение. Всего лишь сегодня утром она встретила Пип, и все-таки уже чувствовала, что спасена от скудного и одинокого существования.
Пип забарабанила снова, еще громче, и когда опять никто не пришел, скользнула вниз, усевшись на мрачном бетонном полу, равнодушная к последствиям, которые это принесет ее лисьей шубке и дорогому кожаному мини пурпурного цвета. Стиви присела тоже. Ее собственный прикид был намного скромнее, она впопыхах импровизировала: просторный черный свитер, подпоясанный имитацией медного обруча, а внизу черные рейтузы; сверху же для тепла надет морской бушлат.
– Ты выглядишь сногсшибательно, – сказала Пип, когда поняла, что Стиви необходимо ободрить. – Я уже обещала, что Самсон тебя полюбит, так что успокойся.
И снова Стиви не могла не спросить: Почему ты говоришь так уверенно?
– Потому что ты как раз в его вкусе. Ты свежая, красивая… и новая. Вот что его больше всего интересует, Стиви – новая. Новое искусство, новые ощущения, новые лица.
Стиви не удавалось представить себя свежей или «новой», и все-таки ей понравилось, что некто знаменитый может так считать.
– Кстати, заметь, – сказала Пип, – Самсон не интересуется просто красивыми, хоть и любит, чтобы у него на вечеринках было побольше красивых людей. Нет, просто он может разглядеть в тебе такие вещи, каких не заметит больше никто; он понимает вещи, которые не понимаешь в себе даже ты сама… И он извлекает из тебя эти вещи. И тогда он должен любить тебя, потому что ты становишься одним из его творений. Поняла?
Стиви с сомнением потрясла головой.
– Это звучит немного страшно… вроде колдовства. Я не уверена, что хочу, чтобы мои тайны узнал кто-то еще. И меня пугает мысль, что кто-то узнает обо мне то, что знаю я сама.
Пип улыбнулась, и при неярком свете коридора на ее лице появилась грусть, отчего она сразу стала казаться старше.
– Это, возможно, и страшно, – спокойно сказала она, – но восхитительно. Валентина говорит, что Самсон – это ответ двадцатого века маркизу де Саду. Хотя я считаю его скорее Питером Пеном…
Неожиданно раздался звук засова, который отодвигался в сторону на металлической двери.
– Ну, – заключила Пип, вскакивая на ноги, – теперь держись. – Красная металлическая преграда была отворена приземистым, плотным мужиком с темными, курчавыми волосами. Его причудливая экипировка – рубашка с нарисованным на ней галстуком и голубые брюки, колоколом расширяющиеся книзу, несколько не вязались с его крепким, мускулистым телосложением портового грузчика. Шрам, проходивший по гребню его носа, придавал ему слегка зловещее выражение. Несоответствие усилилось тоном человека из высшего света, которым он заговорил:
– Добрый вечер, Филиппа. – Он ткнул пальцем в Стиви. – Что это такое? Свежатинка в Самсонов гарем?
Филиппа нахмурилась, словно хотела прекратить этот разговор.
– Это Стиви Найт, моя лучшая подруга. Стиви, это Пол Максвелл. Не обращай на него внимания… Он ревнует к Самсону, да и вообще у него просто дурные манеры. – Она взяла Стиви за руку и провела мимо мужика.
– Он не очень приятный, – прошептала Стиви.
– Нет, – прошептала в ответ Пип, – но он жутко богатый, и это делает его интересным в глазах Самсона.
Едва они сбросили свои верхние одеяния на холм пальто, возвышавшийся возле дверей, как Стиви почувствовала, что на нее буквально обрушились яркие цвета и звуки. Сотни красных, синих, желтых воздушных шаров, надутые гелием, летали под потолком футах в двадцати над головой, дополняя невероятно яркую окраску стен. Музыкальные автоматы звякали в контрапункт к музыке шарманки, а зазывалы заманивали в балаганчики карнавального типа. Стиви захлопала в ладоши, словно ликующий ребенок, когда поняла, что в здании устроена настоящая бродячая ярмарка. Она и прежде видела бродячие карнавалы, которые размещались за воротами базы, проходила мимо них, направляясь в город, однако Ирэн никогда не водила ее туда. И теперь как будто осуществилась ее детская мечта – ей даже показалось, будто рассказы Пип о Самсоне Лаве и в самом деле были правдой: он знал ее, даже еще и не познакомившись с ней, знал точно, чем ее можно подкупить… Стиви вдыхала карамельный запах сладкой ваты, смешивавшийся с соленым, слегка горьковатым запахом попкорна. Все вокруг нее смеялись и развлекались, не обращая никакого внимания на кинокамеры, двигавшиеся между ними. Стиви едва верила своим глазам.
– Ну, – сказала Пип, – и как тебе это нравится?
Стиви старалась держать свой энтузиазм в узде, боясь, что ее премудрая подруга сочтет это за провинциальность.
– Что ж, и вправду приятно.
– Приятно? – Брови у Пип выгнулись дугой. – Эй, Стиви, как же ты собираешься наслаждаться новыми впечатлениями, если делаешь вид, что все это уже видела?
Стиви осклабилась:
– О'кей, это не приятно, а… это эффектно до охренения.
– Вот так-то лучше, – заявила Пип. – Теперь пойдем выпьем что-нибудь.
Стиви сделала движение в сторону фонтанчика с мраморным верхом, где парень в соломенной шляпе «парня девяностых», при галстуке-бабочке и полосатой жилетке, раздавал молочный коктейль и содовую в стаканчиках из-под мороженого.
– Не-а, – сказала Пип, – не сегодня. Эти напитки не такие уж и невинные, как кажутся, и я не хочу, чтобы ты потратила свой первый визит в Забегаловку, проведя его на другой планете. – Она затащила Стиви в маленький открытый бар, где бутылки со спиртным стояли рядом со старинными аптечными кувшинами, наполненными яркими жидкостями. Пип наполнила фужер льдом и плеснула туда водки. – Ну вот, пока удовольствуемся старомодными вещами.
Стиви не слишком любила крепкие напитки, но ей очень хотелось казаться своей. Она сразу же стала потягивать питье.
Пип повела ее по залу, представляя каким-то людям, имена которых ей ничего не говорили, хотя Стиви была уверена, что это были какие-то знаменитости. Все женщины были красивы, мужчины тоже в основном привлекательные, и все были разодеты в фантастические одежды. Когда она встретилась со знаменитостью, которого узнала – одного из «Роллинг-Стоунов», – то ее язык прилип к гортани и ей не удалось произнести ничего, кроме «хелло».
Наконец Пип отпустила ее.
– Слушай, ты тут потолкайся сама немножко. А я погляжу, смогу ли найти Самсона.
Стиви разглядывала группы людей и, не пытаясь с ними смешиваться, побрела в ту сторону, где в ряд стояли карнавальные балаганчики. Когда она жила в тени адмирала, находиться на его приемах в центре внимания было для нее обычным делом, проще простого. Однако в большом городе она растеряла всю свою самоуверенность и чувствовала себя так, как бывало в школе, – одиноким аутсайдером; она глядела на все, но не могла ни в чем беззаботно участвовать, потому что никогда в жизни не знала веселья.
Зазывала из какого-то балаганчика протянул руку, указывая на горку бейсбольных мячей.
– Ну как, юная леди? Хотите попытать счастья? Сшибите фигуру и выиграете приз…
Стиви послушно улыбнулась и взяла мячи. Тщательно прицелившись, она швырнула мяч в куклу. Та свалилась.
– Дай симпатичной леди приз, – произнес голос за ее спиной.
Стиви обернулась. Прежде она видела его только на зернистых газетных снимках и все же узнала сразу. Ни с кем его не спутаешь. Кожа у Самсона Лава казалась бледной, даже иссиня-белой, как скорлупа устриц, иссиня-черные волосы схвачены сзади бархатной лентой. Он был одет в рубашку из шелка с кружевами, распахнутую на груди, облегающие брюки из синего бархата и мягкие кожаные ботинки такого же цвета. Его глаза были серебристо-серыми, и в них виднелись золотые пятнышки. Он напомнил Стиви одного замечательного романтического героя из старого фильма, который она когда-то видела по телевизору, – красивого, элегантного мужчину по имени Хитклифф. Он улыбнулся Стиви, протягивая ей меховую, набитую опилками панду, и неожиданно показался помолодевшим… как Маленький-Мальчик-в-Синей-Одежде.
– Благодарю вас, – пробормотала она, принимая панду и отчаянно мечтая, чтобы Пип оказалась рядом и разрядила ту робость, которая на нее напала.
– Ты новенькая, – сказал он с одобрением в голосе, и она сразу же вспомнила, что прилагательное «новый» он ценил превыше остальных. Взяв ее за руку, он повел ее прочь от карнавальных балаганов, и веселящаяся публика расступилась перед ним. – Скажи мне свое имя.
– Стиви… Стиви Найт.
– Стиви, – повторил он, изучая ее так пристально, что она пожалела, что у нее нет такой красивой одежды, как у Пип. – Да еще и Найт. Что ж, совсем не плохо. Однако, быть может, я придумаю что-нибудь получше, – добавил он, словно вопрос о ее имени находился целиком в его компетенции.
Как ни странно, но она не возражала. Ей нравилось, что Самсон Лав проявляет к ней интерес.
– А как ты нас разыскала, красавица Стиви? – спросил он.
– Я пришла с Пип… Филиппой Мейсон.
– Ах да, Пип. – Он снова пристально посмотрел на нее. – Я не слишком понимаю, как вы могли сойтись друг с другом – наша Пип… и кто-то вроде тебя.
Стиви не поняла, что он имел в виду, но уже почти поверила, что бледные глаза, испещренные золотистыми пятнышками, действительно видели все на свете.
– Ты получаешь удовольствие?
– Да… благодарю вас.
– Это важно – получать удовольствие, – сказал он. – Быть может, это единственное, что важно в жизни…
Стиви кивнула, желая казаться послушной.
– Скажи мне, – произнес он, – ты обычная персона или ты открыта для удовольствий всякого рода?
Вопрос выбил Стиви из равновесия; ее щеки вспыхнули, когда она подыскивала ответ.
– Я… я не знаю.
– Ну, – кивнул он, – это лучше, чем «нет». – Он остановился и поддел ее подбородок указательным пальцем. Он глядел на Стиви, словно колдун, своими кошачьими глазами под густыми бровями, колдун с волосами чернее ночи. Когда их глаза встретились, она почувствовала, что ее манит куда-то в темные и таинственные места.
Но через минуту «маленький мальчик» исчез.
– Не хочешь ли прокатиться со мной?
– Я бы охотно, – согласилась она, – но каким образом?.. – Она оглядела Забегаловку, не видя ничего, на чем можно было бы кататься.
– Иди за мной! – Схватив ее за руку, как Джек мог схватить Джилл, он побежал с ней вместе в заднюю часть этажа. Отворив дверь, ведущую в комнату, похожую на кладовую, он включил свет.
Стиви онемела. Это оказался огромный склад, наполненный игрушками… большими, удивительными, дорогими игрушками, вроде тех, что она видела в громадном магазине игрушек на Пятой авеню. Самсон отпихнул в сторону огромное чучело жирафа, и тот упал на разнообразнейшую коллекцию плюшевых животных.
– Вот, – сказал он, кивая Стиви на сиденье ярко-красной пожарной машины, – влезай.
Стиви залезла в игрушку и потеснилась, освобождая место для Самсона. Он устроился рядом с ней и повернул ключ возле руля. Крошечный мотор заработал.
– Завелся! – воскликнула от восторга Стиви.
– Разумеется, завелся. Ну, держись! – И, переведя рычаг скорости, Самсон выехал из склада прямо в зал. – Звони в колокол! – весело кричал он Стиви. – Звони, чтобы нам все освобождали дорогу…
Стиви звонила в пожарный колокол, хохоча, когда люди шарахались с их пути в разные стороны. Увидев Пип, Стиви махнула рукой и увидела в ответ поднятый кверху большой палец. Пока они зигзагами ездили на пожарной машине среди толпы, Стиви повернулась и поглядела на Самсона, и неожиданно он больше не показался ей таким устрашающим. Да и вообще, у них было много общего. Будучи взрослым, он купил себе детство, потому что не видел его, когда был ребенком. Стиви звонила и звонила в колокол, наслаждаясь игрой, а Самсон разъезжал на маленькой машине, выписывал восьмерки, вызывая у своих гостей оглушительный хохот; они плескали на него из своих бокалов, когда он пытался на них наехать.
Стиви стало жаль, когда Самсон остановил машину и выкрикнул:
– Конечная остановка… все вылезают! – Конечно же, у него ведь тысяча друзей. Ему нужно двигаться дальше…
Однако он удивил ее, схватив за руку в ту секунду, когда она вылезла.
– Пошли… Я покажу тебе тур за десять центов.
Снова пробежав рысцой, он привел ее на изолированную от зала площадку. Первую вещь, которую Стиви увидела, – это киноэкран с лицом Дастина Хоффмана – сцену из фильма «Выпускник», как ей показалось. Однако звук был выключен, а вместо этого звучала последняя песня «Битлз» – «Люси на небе, усыпанном алмазами». Рядом два беззвучных телевизора казались яркими красными стенками, будто картины. На одном экране шли новости, пылающий напалм пожирал то, что походило на маленькую деревню. На другом виднелись сцены антивоенных демонстраций: людей запихивали в полицейские машины служаки в газовых масках с полицейскими дубинками в руках.
Когда Стиви уставилась на экраны, Самсон прокомментировал:
– Это конец западной цивилизации в том ее виде, какой нам привычен… если, впрочем, она не умерла еще сто лет назад…
– Что ты хочешь этим сказать, почему умерла? – спросила Стиви.
– Ну, если бы она не была мертва, милейшая Стиви, – заявил он торжественно, – какого черта существовал бы в ней такой тип, как я?
Стиви повернулась и задумчиво поглядела на него, а потом заметила улыбку, играющую в уголке его рта.
– Эй, ты морочишь мне голову? Улыбка расцвела.
– В этом нет ничего невозможного, – сказал художник и махнул резким жестом на что-то за ее спиной. Повернувшись, Стиви увидела человека с кинокамерой на плече; вся ее беседа с Самсоном была заснята на пленку!
Прежде чем она успела сказать хоть слово, Самсон уже тянул ее куда-то еще. В следующем помещении стены были выкрашены в белый цвет, на них висели «фирменные» картины Самсона, его серия автомобильных деталей – решетка «роллс-ройса», орнамент на капоте «ягуара», задние крылья «кадиллака». Над ними, нарисованный яркими мелками, висел знак «ИСКУССТВО».
– Что скажешь? – Самсон жестом показал на стену.
– Это что, тест? Или что? – спросила Стиви, уклоняясь от ответа.
– «Или что», – засмеялся Самсон. – Однако, как видишь, сейчас ты мне сказала очень важную правду о себе.
– А именно? – спросила Стиви, озабоченная, чем же она могла себя выдать.
– Теперь мое дело знать, а твое выведывать, пропел он, дразня ее. Потом схватил ее за руку и потащил еще в один угол обширного этажа. Схватив «Полароид», он направил его на Стиви и сделал два снимка.
– Я их назову «до того», – сказал он, – но думаю, что «после» окажутся намного интересней.
Прежде чем Стиви успела спросить, что он имеет в виду, Самсон вовлек ее в новую ситуацию подвел к торговому автомату с жевательной резинкой, автомат выдавал ее крошечными порциями.
– Найдется у тебя пять центов?
Стиви помотала головой, разочарованная. Но Самсон просто открыл крышку автомата и пошарил рукой внутри.
– Вот в чем состоит удовольствие быть главным, – прокомментировал он. – Я могу делать все, что хочу. – Он вытащил небольшое кольцо из желтого металла с красным камешком. – Вот, – сказал он, надевая его на розовый пальчик Стиви. – Я называю это кольцо дружбы, от меня тебе. Носи его всегда. Обещаешь?
– Обещаю, – ответила она совершенно искренне.
– Теперь, – сказал он как можно торжественней, словно отправляясь в океанское плаванье, – мне придется тебя покинуть.
– А мне нельзя пойти тоже? – Стиви захотелось еще сильнее, чем раньше, подольше побыть в восхитительном убежище Самсона Лава, в его веселой, игровой атмосфере.
– Не сегодня, милая Стиви, – мягко сказал он. – Адьё. – Он приложил ладонь к губам, послал ей воздушный поцелуй. Через миг он удалился. Точно так же, подумала Стиви, как Питер Пен улетел в страну Никогда.
Плеча Стиви коснулась чья-то рука, и она вздрогнула. Это оказался Пол Максвелл, впустивший их в Забегаловку.
– Получила удовольствие? – поинтересовался он. Может, Самсон прислал его проверить? Удовольствие… Самсон сказал, что это самая важная вещь…
– Да, спасибо… больше, чем когда-либо.
– Ты кажешься очень юной. А твои родители знают, что ты здесь?
Отвечать Стиви совершенно не хотелось, и она пропустила вопрос мимо ушей, отвернувшись и направившись прочь.
Максвелл схватил ее за руку.
– На твоем месте я бы ушел прямо сейчас и никогда бы не возвращался, – сказал он отрывисто, словно услышал от нее что-то такое, что сильно его разозлило.
– Ну, вы – это не я, – огрызнулась она, – а кроме того, вы ни черта обо мне не знаете!
– О, но буду знать, – ответил он с таким самодовольством, что Стиви захотелось ударить его по щеке. – Останешься на этой площадке – и я буду знать о тебе все. Ты просто спроси свою подругу Пип… если она действительно твоя подруга.
Затем он ушел, а Стиви стала дико оглядываться вокруг, чувствуя себя немного заблудившейся. Тут-то и материализовалась Пип. Она заметила, что Стиви расстроена.
– Что-то случилось?
– Тот мужик – он противный, – убежденно ответила Стиви.
Пол безобидный. Самая плохая вещь, которую он делает, это проматывает свое наследство. Его проблема в том, что он хочет быть Самсоном, вот и все…
– Мне наплевать, – отрезала Стиви. – Я просто не хочу, чтобы он… все испортил.
Пип подтолкнула Стиви в бок.
Разве Самсон не великолепен? Я же говорила тебе, что Самсону ты понравишься. Так оно и есть. Теперь ты приглашена еще раз… официально!
– Это его настоящее имя? – неуверенно спросила Стиви, не зная, уместно ли задавать такой вопрос.
– Шутишь, – засмеялась Пип. – Самсон является своим собственным изобретением, с начала и до конца. Да еще пластического хирурга.
– Правда? – Стиви была потрясена идеей о том, что человек сам себя сделал. А вот если бы она себя переделывала, что бы она в себе изменила?
Внезапно ей пришло в голову, что Самсон мог бы ей это подсказать, если бы она смогла остаться его другом.
Выйдя из грузового лифта на верхнем этаже Забегаловки, Самсон Лав открыл дверь, густо испещренную мистическими фигурками, которые выглядели так, словно их притащили сюда из различных храмов. «Оставь надежду всяк сюда входящий» – гласили слова, вырезанные наверху.
Внутри стены были обиты стеганым майларом, что придавало им вид серебристого матраца. Мебели виднелось совсем немного, но подобрана она была тщательно – двадцатифунтовая секционная софа черного цвета, образующая букву «V», дюжины черных и красных подушек, разбросанных вдоль мраморных столиков на отполированном до блеска полу из твердой древесины. Освещение размещалось очень низко, воздух загустел от дыма, и вся атмосфера казалась тяжелой, словно плотные черные драпировки, которые загораживали высокие, от пола до потолка, окна и никогда не открывались. Это место было герметически запечатано от всего, что происходило по ту сторону дверей.
Музыкальная система стоимостью в двадцать тысяч долларов изрыгала музыку, под которую танцевали с десяток пар, не столько под ритм, сколько мимо него, стилизованными, мелкими движениями под ритм, звучавший в их головах. Танцующие находились в разной стадии раздетости, некоторые совсем голые. Самсон лишь изредка бросал на них ленивый взгляд, он видывал все это раньше, все-все раньше.
Уголком глаза он заметил, что здесь работает один из его операторов. По настоянию Самсона его съемочная группа крутилась тут почти каждую ночь, снимая на киноленту всякого рода события, которые случались в Забегаловке. Самсон вовсе не указывал им, что именно нужно снимать. Из миллионов футов пленки он вырезал и монтировал фильмы – уже шесть к тому времени, – которые поначалу предназначались для его личной коллекции, но со временем превратились в часть его искусства, предназначенного и для публики.
Самсон двинулся в направлении камеры. Сквозь царящую здесь мглу он увидел двух молодых людей, одного белого, другого черного, на которых не было ничего, кроме спортивных бандажей; облокотившись на одну из секций софы, они натирали друг другу тела маслом. Их тела были красивыми и натренированными; игра света, блеск масла могли дать кое-что опасное для съемки, подумал он. Он поглядел еще немного, когда белый начал целовать тело другого. Бандажи начали набухать, и оба парня самозабвенно сплелись друг с другом, словно в комнате больше никого не было. Интерес Самсона исчез. Секс был ему интересен, лишь когда перевоплощался в искусство. Он всегда придерживался мнения, что большинство людей не обладают достаточным воображением, чтобы сделать секс физически привлекательным, не говоря уж о том, чтобы превратить его в произведение искусства.
Направляясь к своим личным комнатам, он еще приостановился, чтобы посмотреть на «Римские бани» Забегаловки, оборудованные ванной с водоворотом. Она могла вместить восьмерых; ее стенки были покрыты примитивными граффити, похожими на эротическую пещерную роспись. В прессе она упоминалась как «декадентская». Ничего достойного внимания там сейчас не происходило; ванну занимала лишь одна парочка, делившая на двоих опиумную трубку, а бурлящая волна закручивалась вокруг них.
Самсон прошел в свои личные апартаменты. Цвета тут были приглушены, полы покрыты разбросанными там и сям коврами, его любимые картины естественно вплетались в дизайн. Соответствующая его обычаю кровать, размером десять футов на пятнадцать, была накрыта накидкой из пушистого белого меха. Атмосфера в комнате неуловимо напоминала самую-самую внутреннюю часть кокона.
Лениво разлегшись на постели, он поиграл своим «Этч-анд-Скетч», двигая рычажками и делая забавные мультипликационные рисунки. Потом отшвырнул игрушку в сторону и потер глаза, будто маленький мальчик, которому давно пора спать. Он действительно устал; но, что еще хуже, ему стало скучно. Открыв холодильник, спрятанный за огромным, увеличенным кадром – рекламным плакатом к фильму «Тарзан», – он вытащил бутылку с крем-содой и налил ее в флинтстоуновский кувшин. Затем протянул руку к сувенирной коробке с Всемирной выставки, стоявшей возле кровати. Сняв крышку, он пробежал пальцами по многокрасочному ассортименту пилюль, порошков и шприцев и выбрал большую зеленую таблетку. Он бросил ее в содовую, помешал пальцем и выпил. Затем нажал на кнопку прикроватного пульта, приглушая свет. Он не мог выносить полной темноты, так же как и полного покоя, даже когда нуждался в сне… Они слишком напоминали ему о смерти.
Наконец он снял нынешний костюм. Лежа голый – в состоянии новорожденного, как он это называл, – он удобно устроился в гнезде из подушек. Вечер оказался беспросветно скучным, думал он праздно, за исключением одного яркого момента с симпатичной девочкой, которую привела Пип. Она ему понравилась, понравилось то, что она явно оказалась под сильным впечатлением от него, но полностью он ее не захватил. Его мозг начал разрабатывать картину того, что он сделает из сырого материала, который назывался Милая Стиви Найт. Он обнаружил, лучше, чем любой психиатр или психолог, наиболее секретную черту в Милой Стиви Найт – секрет того, что, говоря художественным языком, станет единственной нитью, вплетенной в их отношения. До… и после. Он играл мыслью о том, что он сделает с Милой Стиви как своим «полотном».
Утешенный мыслью об игре, которая предстояла, он приготовился заснуть. Нажав на кнопку пульта, он опустил с потолка экран и включил проектор. Фильм, который он выбрал на этот вечер, начал разворачиваться на экране – история, которую Самсон считал гораздо более многозначительной, чем Библия, в которой он видел притчу о добре и зле. Слипающимися глазами, ожидая успокоения во сне, художник смотрел, как Багз Банни сбивает с толку Элмера Фадда.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Соблазн - Марч Джессика

Разделы:
Пролог12Книга 11234Книга 2123Книга 31234567891011Книга 4123456Книга 51234Книга 612

Ваши комментарии
к роману Соблазн - Марч Джессика



Психологическая книга. Для тех, кто ищет себя.
Соблазн - Марч ДжессикаВалентина
15.03.2013, 10.15





Ставят 10 баллов- комментов нет. Трудный роман. Это вызов. Я его принимаю. Обязательно прочитаю и отвечу.
Соблазн - Марч ДжессикаЛарис
27.05.2013, 13.19





Роман понравился. Очень. Читала взахлёб. Советую.
Соблазн - Марч ДжессикаЁлка
20.04.2015, 16.50








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100