Читать онлайн Очищение огнем, автора - Марч Джессика, Раздел - ГЛАВА 20 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Очищение огнем - Марч Джессика бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.5 (Голосов: 22)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Очищение огнем - Марч Джессика - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Очищение огнем - Марч Джессика - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Марч Джессика

Очищение огнем

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 20

Кей шагала по хрустящему февральскому снежку, просматривая письма, вынутые утром из ее почтового ящика в здании студенческого объединения. Счета из книжной лавки колледжа и финансовой компании за взятую в кредит машину, ежемесячное банковское уведомление, записочка от Митча, с обратным адресом чикагской торговой фирмы, в которой он сейчас работал, как всегда, всего несколько строчек, с сообщением об очередном повышении жалования и просьбой приехать в Чикаго, помочь ему потратить денежки. После разрыва, спровоцированного отцом Митча, последовал долгий период отчуждения. Но когда снимки Кей появились в «Томкэте», Митч разыскал ее и рассказал, как расстроился, узнав, что ей приходится делать такие вещи, чтобы заработать на жизнь. Митч предложил Кей сколько угодно денег взаймы, и, хотя она отказалась, все-таки несколько раз они пили вместе кофе.
После ее отъезда Митч всего однажды побывал в Балтиморе, по пути в Нью-Йорк, куда ездил по делам. Встреча получилась напряженной – Митч напомнил Кей о том, что они могли бы пожениться, и хотя говорил почти небрежно, в голосе явно звучали серьезные нотки. Кей не хотела рвать дружбу, но ясно дала понять, что, если существует хоть какой-то шанс на что-то большее, придется подождать. С тех пор каждые несколько недель она получала от Митча короткое письмецо. Он хвастался, что, работая на коммерческой бирже, уже сейчас зарабатывает двести тысяч долларов в год. Почему бы ему не помочь Кей? Но девушка не хотела рисковать, одалживаясь у Митча. Деньги слишком много значили для него – он не собирался их давать, не ожидая ничего взамен, а то, чего он желал получить, Кей не хотела дарить.
Просмотрев на ходу письмо Митча, Кей наткнулась на длинный белый конверт официального вида, тоже с чикагским обратным адресом:


«Блейн, Кессел, Джеррити и Андре».
Кей отметила, что фирма располагалась в самом престижном административном здании в деловой части города – стадесятиэтажном небоскребе «Сиэрс Тауэр». Незнакомые имена. Похоже на юридическую фирму. Охваченная дурным предчувствием, Кей остановилась и разорвала конверт. Письмо было коротким и без лишних подробностей:


«Дорогая мисс Уайлер!
Я являюсь представителем истца по иску А. Д. Смайт – против Р. Уайлера. Необходимо ваше присутствие в качестве свидетеля в данном процессе. Пожалуйста, позвоните в офис за наш счет, чтобы договориться о даче письменных показаний до судебного заседания».


Письмо было подписано партнером фирмы Виктором Кесселом. Похоже, отца вызывают в суд по гражданскому иску. Но кто этот Смайт? И почему адвокату истца потребовались показания Кей?
Кей скомкала письмо и сунула в карман. Она не желала иметь ничего общего с отцом. У него нет места в ее новой жизни, жизни, которую она с таким трудом создала. Если она не ответит, сделает вид, что никакого письма не получала, – обойдутся и без нее.
Но перестать думать об этом Кей не могла. Неприятная мысль занозой сидела в мозгу, не давая сосредоточиться на занятиях. К концу дня она отправилась к междугородному телефону-автомату в здании студенческого объединения и попросила соединить ее с Чикаго, за счет абонента. Стоило Кей сообщить свое имя, трубку немедленно взял адвокат Арнольд Джиллием.
– Я получила письмо от некоего Виктора Кессела, – сказала Кей, – и хотела бы побеседовать с ним.
– Я один из поверенных, занимающихся делом Смайт, – пояснил Джиллием в обычной сухо-официальной манере адвокатов, монотонно и слегка в нос.
– Передо мной лежит копия письма, мисс Уайлер. Полагаю, вы звоните, чтобы договориться о даче письменных показаний?
– Не уверена, что правильно понимаю вас.
– Дача письменных показаний – это заявление, сделанное свидетелем в письменной форме перед началом процесса. Оно содержит ту же информацию, которую вы дадите в суде, но если мы будем иметь все ответы на наши вопросы заранее, лучше сможем подготовить дело. Каждая сторона обычно берет письменные показания свидетелей другой стороны.
– Но какую информацию вы желаете получить от меня? Я много лет не видела отца, не разговаривала с ним и даже не знаю этого мистера Смайта, которого вы представляете.
– Миссис Смайт, – поправил неприятный гнусавый голос. – Конечно, вы ее знаете – это миссис Смайт; она была вашей мачехой. Смайт – фамилия ее второго мужа.
Кей молча осмысливала услышанное. Не имея никаких сведений об отце, она, естественно, не знала, что Александра оставила его. Но почему-то Кей даже не очень удивилась. Их брак был всего лишь жалкой пародией, пустой оболочкой, державшейся на призрачной власти, которую приобретет Уайлер после избрания в Сенат. Когда надежды рухнули, больше их ничего уже не соединяло.
Адвокат продолжал объяснять Кей, почему понадобились ее показания. Александра Смайт, недавно разведясь с человеком, за которого столь поспешно вышла замуж, судилась с Рэнделлом Уайлером, пытаясь получить единоличную опеку над младшей дочерью Ванессой. Правда, в первоначальном разводном контракте было специально оговорено, что Уайлер согласится платить щедрые алименты на ребенка – хотя его бывшая жена была очень богата – в обмен на право посещения. Но теперь Александра добивалась, чтобы суд запретил Уайлеру даже видеться с дочерью.
– Удастся ей выиграть дело или нет, – заключил поверенный, – зависит от того, что вы сможете рассказать нам, мисс Уайлер.
– О чем рассказать? – удивилась Кей.
– Миссис Смайт заявляет, что мистеру Уайлеру нужно воспрепятствовать видеться с Ванессой, потому что…
В трубке послышался тяжелый вздох, словно адвокат никак не решался продолжать.
– Существует предположение, что мистер Уайлер совершал по отношению к девочке развратные действия, в то время как она находилась под его опекой.
– О Господи! – воскликнула Кей. – Но…
– Мы заинтересованы в том, чтобы узнать, проявлялись ли ранее в поведении ответчика тенденции инцеста. Ваша мачеха сообщила, что вы можете дать по этому поводу важные показания.
Кей мгновенно вспомнила о той ночи, когда едва спаслась от нападения Уайлера. Да, Александра приехала домой как раз в тот момент, когда Кей убегала. Должно быть, именно она нашла на полу спальни падчерицы истекающего кровью Уайлера с расстегнутыми полуспущенными брюками.
Но если Александра знала все, почему столько лет молчала? Почему с самого начала не пыталась запретить мужу посещать Ванессу?
Кей не могла представить ничего худшего, чем быть втянутой в грязную склоку между людьми, ставшими причиной стольких ее несчастий. Нужно было довериться интуиции и попросту выбросить письмо.
Но Кей волновала судьба сводной сестры. Если обвинения правдивы…
В уши рвался голос адвоката:
– Судебное заседание назначено на конец марта, мисс Уайлер. Когда вы сможете приехать и дать письменные показания?
– Думаю вам вряд ли удастся избежать этого, – сказала доктор Кук, откинувшись на спинку кресла. – Если не поедете добровольно, они могут добиться постановления суда, предписывающего вам явиться. Конечно, можно нанять своего адвоката, но это ужасно дорого, и результат будет тем же самым. Неподчинение суду – само по себе преступление. Не знаю, каково наказание, но вы сильно рискуете.
Кей задумчиво прожевала последний кусочек лазаини и, хотя ее голова была занята невеселыми мыслями, неожиданно поняла, что Лора превосходно готовит. Видно, она из тех людей, которые во всем добиваются совершенства.
– Он сказал, что меня обязательно заставят давать показания, если не приеду в течение следующих трех недель.
Но Кей все же не захотела твердо пообещать адвокату явиться в контору. Перспектива встретиться с отцом настолько выбивала ее из колеи, что Кей серьезно подумывала исчезнуть на время, оставить университет, скрыться, по крайней мере, пока не закончится процесс.
Но она все-таки никогда бы не сделала столь решительного шага, не посоветовавшись с Лорой.
Всего за несколько недель их знакомства они очень сблизились. Потребность Кей в человеке, который мог бы служить для нее примером, наконец-то была удовлетворена, – она встретила свой идеал в лице Лоры Кук. Лора была привлекательной, умной и тоже занималась психологией. Два-три раза в неделю Кей забегала в кабинет Лоры на медицинском факультете, и чаще всего их беседы тянулись до обеда или ужина. Две недели назад Лора пригласила Кей к себе домой – один из тех очаровательных особнячков, появившихся еще во время революции и выстроившихся вдоль мощеных брусчатых улиц старого района Фелз Пойнт около Балтиморского порта. Очевидно, Лора была не только талантливым наставником, но и прекрасно вела свои финансовые дела. Эти дома продавались по дешевке несколько лет назад, когда участок пришел в полнейший упадок; но сейчас здесь все было расчищено, и здания быстро поднимались в цене.
Особнячок Лоры был роскошно обставлен, хотя целый этаж занимал офис, где она принимала пациентов.
Хотя на этой ранней стадии их знакомства Кей с готовностью говорила о себе, Лора была более скрытной. Девушка считала, что их дружба не выходит за рамки отношений «наставник-студент», не хотела проявлять излишнего любопытства. Только после того, как Кей начала приходить к ней домой, Лора, жившая в одиночества, стала гораздо откровеннее, не скрывая самых интимных деталей, так что Кей хотя и чувствовала себя польщенной, одновременно испытывала смутную неловкость.
Лора происходила из старой мэрилендской семьи моряков и торговцев. В юности она и не думала восставать против традиционной роли, предназначенной для нее. Бизнес оставался мужским делом, а от нее ожидали лишь удачного замужества и побольше детей. В девятнадцать лет ее познакомили с красивым отпрыском семейства Куков, представителем еще одного клана мэрилендцев, и девушка почувствовала себя счастливой, когда тот сделал предложение. Она даже считала, что влюблена в жениха. Только в вечер свадьбы, когда шампанское лилось рекой, она впервые увидела возлюбленного в дымину пьяным и несколько часов спустя обнаружила что спиртное превращает его в полубезумного садиста. Брачная ночь была чем угодно, только не нежным посвящением в радости супружеской постели. Совершенно неопытная в вопросах секса, девушка с застенчивым нетерпением ждала медленного, постепенного пробуждения страсти. Но ее муж заботился лишь о собственных удовольствиях. Не слушая просьб Лоры, он бросил ее на пол, разорвал кружевную ночную сорочку из дорогого приданого и изнасиловал, врезаясь в нее снова и снова, поспешно удовлетворяя себя, не думая о новобрачной. Он проделывал с Лорой вещи, о которых она не могла подумать без ужаса.
– Я не назвала бы это занятие любовью, – призналась Лора. – Он брал меня словно бессловесный предмет, который можно использовать любым способом и как хочется. Жена или нет, но меня насиловали – традиционным способом, орально, анально… и не однажды. Я и не знала, что в браке тоже существует такая вещь, как насилие. Мне исполнился двадцать один год, и это происходило в древних пятидесятых. Одной из старомодных идей, в которые я свято верила, и никто не позаботился убедить меня в ином, было нечто, называемое супружеским долгом. Я была обязана выполнять и терпеть прихоти и капризы мужа. Возможно, я попыталась бы раньше избавиться от этого брака, но он мог быть добрым и нежным, когда не пил.
Но раньше или позже муж поглощал слишком много спиртного на вечеринке или деловом обеде, а это всегда кончалось одинаково. Один из взрывов насилия произошел, когда Лора была на восьмом месяце первой беременности. Муж обошелся с ней так зверски, что дело кончилось не только выкидышем, но серьезным кровотечением, едва не убившим Лору. Выйдя из больницы, она отказалась вернуться к мужу, но даже тогда ее семья уговаривала дать Куку еще шанс.
– Они заявили, будто именно я виновата в том, что брак оказался неудачным, – объяснила Лора. – И все время цитировали брачные обеты и талдычили, что нельзя нарушать священные клятвы… ну, сама знаешь… «пока смерть не разлучит нас»… словно у меня не было иного выбора, кроме как оставаться с ним, подвергаясь постоянной опасности, и знать, что когда-нибудь он обязательно меня убьет.
Но Лора твердо решила обрести независимость – получила развод, поступила в колледж, примирилась с семьей, окончила медицинский факультет и с тех пор жила одна и вполне довольствовалась этим.
– Наверное… после такого я просто не могу доверять мужчине. Знаю, это несправедливо. Я бы хотела, чтобы все было иначе… но он так ужасно ранил меня…
Именно из-за желания найти путь к решению этой проблемы она и старалась лечить в основном женщин с различными сексуальными отклонениями. Но все же, по собственному признанию Лоры, недоверие к мужчинам оставалось, хотя она сама считала его иррациональным. Именно честность Лоры позволила Кей увериться, что никто лучше не сможет понять ее собственный не рассуждающий безликий страх перед встречей с отцом, хотя они наверняка не останутся в одиночестве. И хотя Лора уговаривала Кей вернуться в Чикаго, она понимала, насколько нелегко дается ей это решение и каким тяжелым ударом для психики может обернуться эта поездка. Правда, Кей считала Лору чем-то вроде названой матери, но подозревала, что и для нее является чем-то вроде дочери. Лора упомянула, что не рожденный младенец, которого она потеряла, оказался девочкой, и, если бы малышка выжила, была бы сейчас того возраста, что Кей.
Этим вечером, рассказав Лоре о разговоре с адвокатом, Кей помогла убрать со стола и женщины собрались пить кофе в гостиной, со стенами спокойного желтоватого цвета, обставленной в смешанном стиле, – ранняя американская мебель мирно соседствовала с удобными мягкими креслами. Кей и Лора уселись по обе стороны камина, где горело жаркое пламя.
– Меня удерживает от дачи показаний только то, – призналась Кей, – что, если я откровенно расскажу о случившемся, боюсь, отец наверняка проиграет процесс.
– Без сомнения, поэтому адвокат так настойчиво их добивается.
– Но мне кажется, это несправедливо.
– Почему нет? Ведь все было на самом деле, так ведь?
– Да, в отношении меня. Но разве это доказывает, что он сделал это с моей сводной сестрой? Сказанное мной так очернит Уайлера в глазах окружающих, что ему несомненно запретят видеться с дочерью. На это и рассчитывает Александра. Но, насколько я ее знаю, она вполне могла сочинить всю историю из мести, ведь второй брак тоже распался, и она так обозлилась, что готова сорвать злость на ком угодно.
Лора задумчиво кивнула.
– Это дело суда, Кей. Если твой отец невиновен, он, без сомнения, сумеет найти множество показаний в свою пользу; медицинское свидетельство, заключение детского психотерапевта.
– Но как только я заговорю, все это потеряет смысл. Вы сами знаете это. Если он напал на меня, значит, может не пожалеть и Ванессу.
– Довольно логичное заключение, – согласилась психиатр. – Но я считаю, у тебя нет другого выбора, кроме как дать показание.
Обе замолчали. Лора предложила бренди. Кей отказалась, но хозяйка подошла к маленькому бару, налила себе и возвратилась на место.
– Удивительно, – задумчиво вздохнула Кей, глядя на горящие поленья. – Как секс управляет нашей жизнью.
– Управляет нами? Конечно, это очень важный фактор, но, думаю, ты слишком преувеличиваешь, и…
Но Кей перебила ее, упрямо возвращаясь мыслями к собственной судьбе:
– Посмотрите, что случилось с вами, с моими родителями, со мной. В каждом случае нас заставили выбрать определенный путь, и все из-за секса: желание любить, боязнь вступить в определенные отношения, неспособность наслаждаться сексом и могущество, с которым он может править нами, заставляют нас совершать глупости, вести себя по-детски или даже непорядочно. Может, вы считаете, что все эти случаи нетипичные, не знаю. Только мне кажется, почти каждый… мечется, что ли, и подчиняется этим животным побуждениям в нас самих. Впрочем, вы можете это видеть сами в своей практике.
– Конечно, сексуальные проблемы – моя специальность, и тут ты права.
Кей опять немного помолчала.
– Я бы хотела лучше понять сущность власти, которую секс имеет над нами.
Она выпрямилась, пораженная неожиданно пришедшей в голову мыслью.
– Вот чем мне хотелось бы заняться – исследованием секса. Не просто экспериментальной психологией, а серией опытов, которые помогли бы лучше объяснить природу сексуальности человека, позволяющих лучше контролировать ее и себя.
– Неплохая мысль, – решила Лора. – У тебя есть какие-то определенные идеи насчет того, что хочешь изучать или каким образом собирать данные?
Кей пожала плечами: она еще ничего не успела обдумать.
– Знаю только, что мне хотелось бы суметь хоть как-то облегчить жизнь людей, заставить избавиться от страха перед сексом, непонимания собственной натуры. Я так много видела людей… ну, словом, сексуально озабоченных, что ли! С затраханными мозгами.
– По-моему, весьма сложная, ненадежная область экспериментов, – улыбнулась Лора. – Но если это интересует тебя, Кей, если считаешь, что сумеешь сделать вклад в науку, тогда хорошенько все обдумай. Реши, какого рода эксперименты тебе хотелось бы провести, что за проблему собираешься изучать?
Кей перебрала в памяти несколько тем, но не смогла остановиться на чем-то определенном. Наверное, с ее стороны слишком самонадеянно и глупо предложить секс как объект научного исследования. Конечно, можно заниматься наблюдениями за лабораторными животными и экстраполировать их применительно к людям. Но не это она имела в виду. Кей хотела узнать что-то непосредственно связанное с жизнью людей и трудиться во имя их блага. И каким образом должны проводиться такие эксперименты?
– Может, это неосуществимо, – ответила она наконец. – По крайней мере, не для меня.
– Не сдавайся так быстро, – уговаривала Лора. – Скоро ты кончишь университет, Кей. Неплохо бы иметь собственную дипломную исследовательскую работу. Если подберешь какую-нибудь действительно ценную с точки зрения науки тему, я, возможно, сумею раздобыть для тебя деньги – субсидию на проведение исследований, да еще и стипендию, чтобы ты перестала позировать для этих дурацких снимков.
Хотя Лора никогда не критиковала способ, которым Кей зарабатывает деньги, последнее время она, казалось, была готова сделать все, чтобы помочь Кей получить стипендию, которая позволила бы той решить многие финансовые проблемы.
– А вы согласились бы руководить работой? – спросила Кей.
– Возможно. Зависит от выбранной темы.
– Ну что ж, я все хорошенько обдумаю, – пообещала Кей. – Договоримся об этом, когда я вернусь из Чикаго.
Приняв решение дать письменные показания, Кей не стала медлить и на следующий день после ужина с Лорой забронировала билеты на утренний рейс в пятницу. Потом позвонила Арнольду Джиллиему и попросила достать обратный билет.
– Не хочу пропускать слишком много занятий, – пояснила она. – Надеюсь, вы сможете принять меня в пятницу днем, и кроме того, я останусь на уик-энд, на тот случай, если еще понадоблюсь.
– Прекрасно! – ответил Джиллием. – Я пошлю лимузин к самолету и ожидаю вас к трем. Это даст вам время снять номер в отеле. – Кроме того, он добавил, что все расходы несет фирма.
Повесив трубку, Кей несколько минут нерешительно постояла у телефона в здании студенческого объединения.
Она заранее разменяла несколько долларов на четвертаки, но не была уверена, стоит ли звонить. Девушка знала, что Митч воспримет всякое желание увидеть его – особенно, если она возвратилась в Чикаго – как знак, что она хочет еще раз попробовать возродить прежние отношения. Кей не хотела вводить Митча в заблуждение, но чувствовала, что поведет себя по-детски грубо, если не захочет встретиться со старым другом.
Она набрала номер торговой фирмы, где работал Митч, и опустила в прорезь несколько монет.
– Милликен-Джессап, – ответила телефонистка.
– Мистера Карлошика, пожалуйста.
– Простите, здесь такой не работает. По-видимому, вы неправильно набрали номер.
Раздались короткие гудки. Неужели она ошиблась? Кей взглянула на письмо от Митча, лежавшее в сумочке, чтобы проверить номер телефона на бланке: «Милликен-Джессап Коммодитиз Брокерз», все верно, черным по белому. Письмо пришло неделю назад. Кей не могла поверить, чтоб Митча уволили – он мало писал о себе, но всегда хвастался успехами. Она еще раз проглядела письмо. Вот это место:
«Только сейчас получил прибавку – и теперь могу содержать жену в роскоши…»
Кей, решив, что, должно быть, просто наткнулась на новенькую телефонистку, снова набрала номер.
– Не вешайте трубку, пожалуйста, – поспешно попросила она, услышав женский голос. – Вы только сейчас сказали, что мистер Карлошик здесь не работает. Не можете сказать, почему он уволился? Сам или…
– Никто не уволился, мисс. Я здесь уже полгода и ни разу не слыхала ни о каком Карлошике.
Кей окончательно перестала что-либо понимать: значит, все эти годы он лгал?
– Митч Карлошик? – в отчаянии выпалила она. – Вы никогда о нем не слышали?
– Ах, Митч! – воскликнула телефонистка, явно поняв, о ком идет речь. – Ну конечно, Митч! Мистер Куэрел? Наверное, именно он вам нужен?
Тонкая ироническая улыбка появилась на губах Кей при воспоминании о визите в дом Карлошиков и о брошенных Митчу отцом обвинениях в том, что тот не обращает внимания на соседских девушек и хочет отсечь себя от собственных корней. Очевидно, старик был не совсем не прав.
– Да, наверное, это он, – сказала Кей вслух.
– Митч сейчас в «яме».
type="note" l:href="#n_32">[32]
Вызвать его оттуда почти невозможно.
– Может, все-таки попытаетесь? Я звоню из другого города.
Она так долго ждала, что пришлось потратить почти всю мелочь, и когда уже была готова сдаться, послышался какой-то треск и мужской голос прокричал:
– Хэлло!
Кей показалось, что это Митч, но слышимость была ужасная, словно там, где он находился, шла драка – десятки людей орали, перекрикивая друг друга.
– Митч! – обрадовалась она. – Это Кей!
– Иисусе, Кей! – заорал он в ответ. – Потрясающе! Едешь в Чикаго?
– Да! Откуда ты знаешь?
– Иначе не звонила бы. Когда тебя ждать?
– В пятницу и…
Она хотела что-то добавить, но тут Митч, не слушая ее, завопил, словно переходя на чужой язык.
– Я! Я покупаю соевые бобы! Семь в июле! И десять в августе!
– Митч! Что происходит?
– Извини Кей, я в яме, здесь говорить невозможно. Но я буду ждать тебя и специально освобожусь.
Разговор прервался.
Кей, вероятно, должна была рассердиться на такое обращение, но вместо этого почувствовала облегчение – хорошо, что бизнес у Митча на первом месте. Может, будет не так сложно поддерживать чисто дружеские отношения.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Очищение огнем - Марч Джессика



Этот роман нельзя назвать любовным, так как в нем любви в романтическом понимании этого слова практически нет. Очень много разговоров и размышлений о сексе - гг-я сексопатолог, но это произведение помогает лучше понять психологию американцев. В общем, если хоите легкого чтива, вам не сюда.
Очищение огнем - Марч ДжессикаИрина Р.
19.11.2016, 7.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100