Читать онлайн Влюбленная пленница, автора - Малек Дорин Оуэнс, Раздел - ГЛАВА 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Влюбленная пленница - Малек Дорин Оуэнс бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.39 (Голосов: 49)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Влюбленная пленница - Малек Дорин Оуэнс - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Влюбленная пленница - Малек Дорин Оуэнс - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Малек Дорин Оуэнс

Влюбленная пленница

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 10

После ухода Малика Эми превратилась в образцового члена семьи. Она с готовностью выполняла любое пожелание Беатрис и старалась привлекать как можно меньше внимания к своей персоне. Если не принимать во внимание парочку мелких, но достаточно эксцентричных выходок, а именно, ночной поход с тяжелой лестницей в руках в сад, к тополю, чтобы снять с него веревку, а также ночную стирку в ванной своей простыни, поведение ее можно было бы назвать безупречным. Потом она заменила и простыню, и наволочку, унесенную Маликом, купив новые в любимом магазине Беатрис; ну а если Листак все-таки заметила, что постельное белье молодой госпожи вдруг почему-то стало свежим, то она не позволила себе никаких замечаний на этот счет.
Беатрис явно радовалась хорошему аппетиту и спокойному виду своей племянницы; она и сама с удвоенной энергией пустилась в светские развлечения. Очевидное улучшение состояния и настроения Эми она приписала полному, пусть и запоздалому, выздоровлению от тяжелых впечатлений плена. Она стала еще активнее, чем прежде, вовлекать девушку в свои дела и забавы, явно гордясь молодостью, красотой и светским лоском своей племянницы. И Эми изо всех сил старалась угодить тетушке, испытывая искреннюю благодарность за невинные усилия и заботы и такое же искреннее раскаяние за свой обман.
Но Эми понимала, что лицемерие в ее положении – не выбор, а необходимость. Дядя и тетя никогда не смогут принять ее чувств к Малику; для них он был и останется разбойником, нападающим на путешественников с Запада – их родственников, знакомых и друзей. Они, разумеется, не могли сочувствовать султану, но тактика его врагов казалась им преступной. Эми приняла это как данное. Они не знали Малика – ни истории его семьи, ни обстоятельств его жизни. Не могли понять ни силу, ни глубину его горя и ненависти. Но для Эми любовь к Малику превратилась в основное содержание жизни, и если уж ей суждено обманывать семью, чтобы быть рядом с любимым, то она готова к этому.
Однажды днем, примерно недели через три после свидания, Эми одевалась к одному из благотворительных раутов, которые любила устраивать Беатрис, и размышляла, когда же ей удастся снова увидеть своего возлюбленного. Она верила Малику; верила в его желание вернуться к ней. Но когда же? Она тосковала по нему нестерпимо. Днем отвлечься было легче из-за суеты и забот, но ночи казались бесконечными. Эми прислушивалась к малейшему шороху, надеясь услышать знакомый стук в балконную дверь, но его все не было.
Как там Малик? Все ли у него нормально? А может быть, его ранили или убили в одной из многочисленных стычек с врагом? Или его предал друг, и он в плену у султана? Любить человека с такой неопределенной судьбой подобно аду; но он выбрал эту жизнь, а она выбрала его – так что иного пути нет.
Эми постаралась отвлечься от своих мыслей и начала рассматривать себя в трюмо, оценивая наряд, купленный в Париже незадолго до отъезда в Турцию. Это было дневное платье из темно-синего шелка с закрытым корсажем и пышными рукавами. Подчеркнутая талия, скроенная по косой широкая юбка. Эми совсем забыла об этом платье, а потом обнаружила его в одном из чемоданов, привезенных миссис Сполдинг в ее отсутствие. Оно преспокойно дожидалось своего часа, завернутое в розовую папиросную бумагу и упакованное в красивую коробку. Тогда она его померила: платье оказалось чуть великовато, и Эми прихватила талию красивыми вытачками, напоминающими стрелы, и внесла еще несколько мелких изменений. Приятно было осознавать, что швейное искусство, приобретенное в пансионе мисс Пикард, не утрачено и служит ей верой и правдой; из зеркала смотрела особа, достойная любого модного журнала. Беатрис может гордиться. Эми причесала волосы и собрала их в высокий пучок по последней моде. Последним штрихом стали ее любимые сережки: жемчужный трилистник с рубиновыми капельками. Она готова.
Эми взяла в руку сумочку и приготовилась спуститься к гостям, но не смогла удержаться, чтобы не сравнить образ в зеркале с той молодой женщиной, которая покидала лагерь мятежников в свадебном платье Майи. Неужели обе эти девушки – она сама? Эми прекрасно знала, что так оно и есть, но в то же время она отдавала себе отчет, что окружающим трудно примирить и воспринять две настолько контрастные стороны ее жизни. Гостьи прибывали и входили через парадную дверь – дамы в конусообразных юбках и зауженных внизу рукавах; экипажи выстроились в ряд на аллее, ведущей к парадному входу. Эми встала рядом с тетушкой, приветствуя состоятельных матрон, заполнивших холл. Все они кивали и мило улыбались в ответ. Эми так натренировалась, что смогла бы выполнить эту миссию и во сне, и провожая дам в столовую, где их ожидал изысканно сервированный чай с бутербродами и лимонным кексом. Она внезапно спросила себя, что подумали бы эти верные жены и образцовые матери, узнай они о той безумной ночи с Малик-беем. Были бы они шокированы, взволнованы, разочарованы? Или, может быть, их реакцией стала бы ревность? А что, если каждая из них в своей седеющей, тщательно убранной голове прячет от людей свое собственное воспоминание о безумных приключениях?
Почему бы и нет? Ведь и они когда-то были молоды…
– Я так устала от бесконечных дождей, – пожаловалась девушке миссис Беллинджер, выбирая сэндвич с крессалатом, – конечно, в Англии тоже идут дожди, но это совсем иное дело: все вокруг укутано мягким туманом – не то, что здешние дикие ливни. К счастью, хоть сегодня день солнечный.
Эми кивнула и подала ей салфетку, наблюдая, как почтенная особа проходит вдоль стола с закусками. Миссис Беллинджер была женой командира британского гарнизона в Константинополе и главной устроительницей того благотворительного мероприятия, которое дамы и собрались обсудить сегодня. Каждую осень британское посольство устраивало бал Викторианской Миссии, в пользу детскому приюту, ставшему частью Госпиталя Ее Величества – родовспомогательного учреждения для солдатских жен. Приют призван был опекать маленьких англичан-полукровок – внебрачных детей, большей частью бросаемых родителями на произвол судьбы. Но в него принимали сирот из местного населения. Существовал приют исключительно на пожертвования, его благородная миссия вызывала сочувствие в душах скучающих от безделья жен британских и американских офицеров и торговцев, заброшенных на чужбину. Бал этот должен был стать главным событием сезона и требовал тщательной подготовки.
В прошлом сезоне организацию его возглавляла Беатрис.
Эми вела светскую беседу с гостьями, пока они подкреплялись, прежде чем приступить к серьезным обсуждениям. Она как раз принимала из рук Листак поднос с имбирными пирожными, когда услышала слова миссис Беллинджер:
– Вы читали в утренней газете последнюю новость? Этот бей ограбил поезд с туристами и скрылся с добычей. Одной из пассажирок стало дурно, и ее отвезли в госпиталь.
Эми поставила поднос на стол и подошла поближе: слушательницы качали головами и разводили руками. Обычно она тщательно просматривала все газеты, приходящие в дом, в поисках известий о Малике, но сегодня Джеймс сложил «Монитор» и прихватил его с собой в офис.
– Я хочу сказать, что ездить куда-то в наши дни совсем не безопасно, – продолжала миссис Беллинджер. – Я собралась было отправиться осматривать византийские соборы и тому подобное. Но теперь, конечно, муж не отпустит меня. Он говорит, что бей повсюду рассылает своих хулиганов, а поезда и дилижансы – их главная добыча. Неужели все войска султана с помощью иностранных отрядов так и не смогут упрятать злодея за решетку?
– Это настоящий скандал, – согласилась миссис Лэмберт. – Моя соседка собиралась послать за дочерью, которая закончила школу в Сассексе и хотела приехать сюда к родителям. Но ведь это не обойдется без путешествия в почтовой карете, а со всеми этими похищениями… – она внезапно замолчала и, густо покраснев, посмотрела на Эми. В комнате повисла неловкая тишина.
– Ах, милая, извините, ради Бога! – воскликнула миссис Беллинджер, обращаясь к Эми, тоже страшно смущенная. – Я вовсе не хотела касаться этой неприятной темы. Страшно неудобно, что мы здесь забыли о Вашем горестном приключении. Уверена, Вам не хочется вспоминать о нем!
– Ничего страшного, миссис Беллинджер; я прекрасно понимаю, что Вы вовсе не хотели меня обидеть или смутить. Однако Вы никогда не задумывались, почему мятежники вынуждены добывать деньги таким способом? У них нет иного способа найти средства на борьбу с султаном, а я уверена, что и Вы не станете отрицать: любая другая форма правления оказалась бы более плодотворной, чем эта.
Обе дамы онемели от удивления и уставились на Эми.
– Амелия, не могла бы ты на секунду подойти ко мне? – позвала от двери Беатрис.
– Прошу прощения, леди, – любезно извинилась девушка и вышла из комнаты.
– Амелия, что ты вытворяешь, ради всего святого? – возмутилась Беатрис вполголоса. На лице ее отразилась смесь возмущения и изумления. – Мне послышалось, что ты защищаешь этих ужасных людей, похитивших тебя!
– Я вовсе не защищала мятежников, просто пыталась объяснить их положение. Эти дамы знают, насколько бедно местное население; очевидно, проезжая в каретах по улицам, они иногда выглядывают из окошек и видят, что творится вокруг. Будь их жизнь так же убога и беспросветна, как существование огромного большинства здешних людей, возможно, им бы тоже пришлось грабить, чтобы хоть немного ее улучшить.
– И миссис Беллинджер, и миссис Ламберт живут в этой стране гораздо дольше, чем ты. И вряд ли тебе стоит объяснять им тонкости здешней жизни и принципы государственной политики, – сухо произнесла Беатрис. – А сейчас, возможно, тебе лучше подняться к себе и прилечь. Ты явно неважно себя чувствуешь. Я попрошу тебя извинить.
Эми послушно прошла через холл и начала подниматься по лестнице. Вся ее кампания по ублажению Беатрис закончилась крахом. На площадке девушка помедлила, глядя вниз. Беатрис вошла в столовую и приятный щебет возобновился. Успокоенная тем, что своей бестактностью не нарушила хода вечера, она направилась к себе, проклиная свой длинный язык.
Что с ней происходит? Она же прекрасно понимает, что никакие слова не в состоянии изменить устоявшееся мнение людей, подобных гостям ее тетушки, а если начать произносить речи, оправдывающие повстанцев, то ее так тщательно хранимый секрет скоро выплывет наружу.
Девушка вошла в комнату и бросилась на кровать, раздумывая, что же заставило ее потерять самообладание до такой степени. Она всегда была настолько осторожна, старательно пропускала мимо ушей все застольные разговоры и острые замечания, и вдруг – едва эти хорошо воспитанные леди затронули Малика, она бросилась в бой.
Откуда такой промах? Может быть, причина его в том, что выполнять роль беззаботной наивной девушки становилось тем сложнее, чем дольше Эми не видела Малика? Поначалу память об их свидании придавала силы и помогала разыгрывать ту роль, которой от нее ожидали. Но время шло, а возлюбленный все не появлялся. И мысль о потере становилась все явственнее и острее.
Эми села и, расстегнув башмачки, сбросила их с ног. Пройдет еще несколько часов, прежде чем дамы разойдутся и ей удастся пробраться вниз и выяснить, принес ли Джеймс газету обратно. Эми хотела узнать, где именно произошло ограбление поезда; ведь это хотя бы косвенно подскажет, где сейчас Малик, или где он был совсем недавно.
Но все это нисколько ее не утешало.
Если он в ближайшее время не даст о себе знать, она за свои действия отвечать уже не сможет.
* * *
Калид взял из рук служанки серебряный поднос и переложил на стол стопку конвертов; легким движением руки приказал ей удалиться, одновременно отдавая поднос. Девушка, кланяясь, направилась к двери, а когда она закрыла ее за собой, Калид окликнул жену:
– Принесли почту!
Сара поспешила из соседней комнаты. Каждый приход почты становился для нее событием; ведь он означал связь с родственниками и друзьями, от которых она теперь была так далеко!
– Роксалена, – пояснил Калид, подавая ей конверт с кипрской маркой.
Сара тут же схватила его.
– Твоя подруга Софи из Бостона, – он рассматривал еще одно послание – от учительницы, с которой Сара когда-то вместе работала в школе.
– Ты что, умеешь читать сквозь конверт? – язвительно поинтересовалась Сара.
– Бруклин, – коротко пояснил Калид, щелкнув ногтем по погашенной марке.
Сара взяла письмо и положила его в свою столку.
– О! А вот и приглашение на бал Викторианской Миссии! – воскликнул Калид, поднимая повыше изящный конверт, надписанный изысканным почерком.
Сара закрыла глаза и застонала:
– Господи, неужели уже опять пришло время для этого бала?
– Боюсь, что так, милая. Снова пришло время высокоцивилизованным людям с Запада показать, что они не одичали и не растеряли своей благовоспитанности в дебрях Оттоманской империи, – Калид драматично закатил глаза.
– А султану пришло время показаться во всей красе, чтобы вызвать ужас у попивающих чай дам.
– Это дело святое, – заметил Калид, отхлебывая кофе.
– Я каждый год пытаюсь убедить себя в этом, – вздохнула Сара, садясь на диван рядом с мужем и кладя голову ему на плечо.
– И каждый год ты отправляешься туда и неизменно покоряешь всех своей красотой, – заметил Калид, наклоняясь и шутливо целуя ее в кончик носа.
Сара взяла приглашение и начала читать его.
– В этом году председательствует миссис Беллинджер, – сказала она.
– Эта старая карга с бородавкой на подбородке, которая говорит так, словно рот у нее набит камнями? – съехидничал Калид.
– Да-да. Ее муж – начальник британского гарнизона, – согласилась Сара, улыбаясь от такого описания почтенной супруги военачальника.
– Я прекрасно помню их обоих. Он регулярно интересуется, как мне понравился Оксфорд, словно я был там лишь вчера. Мне кажется, он считает, что это единственное, что есть между нами общего.
– Возможно, это правда, – заметила Сара.
– Моя мать была истинной англичанкой – такой же британской, как Лондонский мост. И об этом мне хочется им напомнить каждый раз, как они принимаются размахивать флагом, глядя па меня так, словно я только что слез с дерева.
– Женщины смотрят на тебя, потому что ты – самый экзотический, привлекательный и яркий мужчина из всех, встретившихся им в жизни. А мужчины смотрят потому, что понимают это, – Сара поцеловала мужа в губы.
Калид со смехом ответил на поцелуй.
– А я-то полагал, что воспитанные американские леди не умеют лгать.
– Да я и не лгу вовсе; я говорю то, что знаю, – она удобно устроилась в его объятиях.
– Так что мне ответить? Что мы приедем? – поинтересовался Калид, кивком показывая на приглашение, которое Сара все еще держала в руке. – Конечно, немного смешно показываться в свете вместе с султаном, в которого мне, возможно, придется стрелять; но пока это не случилось, наверное, надо соблюдать все формальности.
– Ты прав, давай поедем, – согласилась Сара. – Не вижу причин нарушать нашу репутацию дисциплинированных светских особ, а кроме того, этот бал позволит мне увидеться с Амелией.
– И разузнать, как развивается непозволительное знакомство?
– Конечно!
– Ты у меня неисправимый романтик.
– Я знаю.
– И надо признаться, что я очень рад этому. Только романтически настроенная особа смогла бы бросить привычную и хорошо устроенную жизнь, чтобы начать новую на другом конце света – с человеком, которого полюбила.
– Мне очень хочется верить, что у Амелии все сложится настолько же удачно.
– Она тебе нравится, так ведь?
– Она мне напоминает саму себя.
– Ну, в таком случае все у нее будет прекрасно! Калид встал, взял жену за руку и потянул за собой.
– Если в ее характере есть хотя бы четверть твоей решительности и выдержки, она пройдет вместе с беем сквозь все испытания и в конце концов победит.
– Куда мы идем? – рассеянно поинтересовалась Сара, все еще думая о молодых любовниках.
– Ясмин отправилась мерить свой новый костюм к Празднику цветов. Я обещал ей, что мы обязательно придем посмотреть.
– Надеюсь, Мемтаз сумеет обуздать свою фантазию… Иногда она слишком увлекается. Как вспомню, какие наряды она заставляла меня носить, когда я еще жила в гареме…
– Ну, уж на ребенка-то она не напялит прозрачное платье? – сухо заметил Калид.
– И никаких драгоценностей на пупке, – поддержала мужа Сара.
– А почему бы нам не нарядить девочку в корсет, кринолин и блузку – ну знаешь, из тех, что застегиваются до самого носа? – предложил Калид, направляясь в холл.
– Это не так уж и смешно, дорогой! Европейская одежда вовсе не плоха. А не то благодаря Мемтаз и твоей бабуле Ясмин превратится в одалиску, когда ей не исполнилось еще и двенадцати лет.
– А тебе, конечно, хочется, чтобы она выглядела, словно учительница.
– Не забывай, что ты женился на учительнице.
– Прежде чем сделать это, я ее раздел. Сара рассмеялась:
– Еще ни разу в жизни мне не удалось тебя переспорить!
– О! Это один из секретов моего неотразимого обаяния!
Супруги направились по длинному мраморному коридору в классную, где Мемтаз приглядывала за детьми.
* * *
Малик подал Анвару полотняный мешок, перечисляя:
– Трое карманных часов, две камеи, несколько золотых колец с камнями и большая сапфировая брошь.
Анвар кивнул.
– А денег сколько? – поинтересовался он. Малик взглянул на бумажки, разбросные по столу:
– Сорок британских фунтов, двадцать восемь американских долларов и около сотни курушей.
Анвар покачал головой.
– Немного, если учесть, что риск быть пойманными возрастает с каждой операцией. Янычары внимательно следят за поездами.
Малик кивнул.
– А пассажиры уже прекрасно о нас знают и берут с собой как можно меньше денег и ценностей.
Друзья замолчали, обдумывая проблему; Малик выглянул из палатки, рассматривая незнакомые деревья и размышляя, где еще можно достать денег. Повстанцы перенесли свой лагерь в новое место вскоре после отъезда Амелии, и все здесь казалось чужим и неуютным. Со старым лагерем связаны воспоминания о ней.
– Почему ты не ограбил дом этой девчонки, когда был в Пере? – внезапно спросил Анвар.
Малик мрачно взглянул на него.
– Ну, всего лишь парочку серебряных вещиц? Несколько колец? Они бы никогда их и не хватились!
– Семья Амелии навсегда вычеркнута из черного списка, Анвар. Запомни это!
– Но мы вовсе не обязаны щадить ее родственников. В них ты не влюблен, и они не спасали мне жизнь.
– Нет.
– Ну, любом случае мы должны что-то придумать, – сердито заметил Анвар, сгребая со стола деньги.
– Придумаем. Я что-нибудь изобрету.
Анвар уселся на перевернутый ящик и взглянул на Малика.
– Ты пойдешь туда снова?
– Куда?
– К ней?
– Когда смогу. Анвар вздохнул.
– Это все равно, что добровольно засовывать голову под топор.
– Я должен ее видеть!
– Знаю. И понимаю. Но необходимо ли для этого рисковать жизнью?
– Мы с тобой оба каждый день рискуем жизнью. Анвар наклонился.
– Послушай, я знаю, что ты любишь Амелию, но есть вещи, которые тебе лучше знать. Юрий только что рассказал мне, что прошел слух, будто султан втрое увеличивает число янычар в Пере. Европейцы жалуются на разгул преступности. Хаммид очень заботится об их благополучии и о том, чтобы их доллары исправно текли в казну.
– Он всех нас скоро превратит в воров и разбойников, – с отвращением произнес Малик.
– Если это все правда, то попасть в дом тебе будет еще труднее, – продолжал Анвар.
Малик лишь пожал плечами.
– Позволь мне в следующий раз пойти с тобой.
– Нет. Если что-то случится, наше дело останется без вождя.
– Неужели ты можешь предположить, что я в состоянии тебя заменить? – искренне изумился Анвар.
– Конечно!
– Малик, ты ошибаешься. Эти люди слушают тебя лишь потому, что ты – это ты, потому что они верят именно тебе. А если тебя убьют, отряд развалится и дело наше погибнет.
– Такого быть не может. Нет на свете незаменимых людей!
Анвар поднялся и воздел рук к небу.
– Прекрасно! Может быть, ты и прав. Но если эта девушка столько значит для тебя, иди и возьми ее. Навсегда! Она хотела остаться с тобой раньше – значит, она пойдет с тобой и сейчас. Она знает нашу жизнь – уже испытала ее. А так, как пытаешься решить проблему ты, бегая туда-сюда и рискуя попасть в лапы султана, может действовать лишь безумец!
После долгого молчания Малик наконец произнес:
– Я знаю это. Знаю.
Анвар понимающе посмотрел на друга.
* * *
– Джеймс уже велел подать карету, Амелия. Ты готова, душечка? – голос Беатрис разносился по дому.
– Иду! – крикнула в ответ Амелия, забирая веер и сумочку. Она не наряжалась к официальному выходу с тех самых пор, как покинула Бостон, и сейчас ей было страшно тяжело и неудобно в платье из атласа. Бледно-розовый наряд отличался квадратным вырезом и присобранными рукавами до локтя. Короткий шлейф на слегка расширенной юбке заканчивался такими же оборками, которые украшали и рукава. Длинные лайковые перчатки и изящные кожаные туфельки завершали ансамбль.
Эми взяла в руки плащ в тон костюма – из розовой шерсти с атласной отделкой. Даже заколки в волосах были тщательно подобраны – с тем, чтобы они соответствовали серьгам и ожерелью на шее. Но выходя из комнаты, девушка даже не взглянула на себя в зеркало: ведь если Малик не увидит ее, совсем не важно, как она выглядит!
– Ах, как ты хороша! – проворковала Беатрис, расплываясь в улыбке, едва Эми подошла к ней в холле. – Просто загляденье! Твоя танцевальная карточка наверняка будет заполнена до предела!
Эми улыбнулась, довольная, что угодила тетушке, надев это платье. После стычки с миссис Беллинджер она старалась вести себя как можно примернее, и вот уже две недели все шло гладко: казалось, Беатрис совсем забыла о ее промашке. Она сама была одета в серое с металлическим отливом фаевое платье и вся увешана драгоценностями. Высокую прическу украшали перья, серые, в тон наряда. Глаза ее сияли, а нетерпение казалось очевидным. Светские рауты, подобные этому, были самыми яркими событиями в ее жизни; только благодаря им эту ссылку в Константинополь и можно было терпеть. Эми искренне надеялась, что вечер удастся.
Джеймс появился из своего кабинета во фраке с атласными лацканами, узких брюках и накрахмаленной рубашке. В руке он держал цилиндр.
– Леди? – произнес он и подал Беатрис руку.
* * *
Вечер казался прохладным: ведь стоял уже октябрь; и Эми, усаживаясь в карете напротив Джеймса и Беатрис, накинула плащ. Путь в британское посольство предстоял короткий – через красивейшие кварталы Перы, в самое сердце города, сияющее красотами древности. Эми смотрела в окошко кареты на богатые, ярко освещенные дома, размышляя о том, где сейчас Малик и что он делает. Стук лошадиных копыт и покачивание кареты вводили в заблуждение: ей казалось, что она в Бостоне и выезжает в свет вместе с родителями. Но за окошком мелькали не особняки из красного кирпича – образец колониального стиля, а узкие, мощенные булыжником улочки, ровесники Византии.
Посольство сияло огнями: газовые рожки светили вовсю, и желтое зарево выплескивалось сквозь широкие окна на улицу. Британский флаг был укреплен на балконе второго этажа; легкий ветерок развевал сине-красно-белое полотнище над изящными дорическими колоннами. Элегантные кареты заполнили улицу, дожидаясь своей очереди к украшенному портиком крыльцу, двойные двери которого были распахнуты настежь навстречу гостям. Вулкоты вместе с Эми поднялись по широким каменным ступеням мимо охраны в красных мундирах и белых шлемах и отдали плащи привратнику. Потом прошествовали под самой большой из всех когда-либо виденных девушкой люстр через холл, увешанный портретами в золоченых рамах, в парадный зал.
Миссис Беллинджер стояла на красном ковре перед мраморным бюстом герцога Веллингтона рядом со своим нарядным супругом и приветствовала гостей, принимая от них благотворительные карточки. Когда она протянула Эми ее танцевальную карточку, девушка заметила, что почтенная дама одета в платье цвета слоновой кости, прекрасно оттеняющее великолепный бирманский рубин, красовавшийся у нее на шее. Камень был величиной с голубиное яйцо и вставлен в филигранной работы оправу. Эми невольно задумалась, сколько людей из отряда Малика можно одеть и накормить на то состояние, которое ушло на его покупку, но потом решила отложить эту проблему до конца вечера. Подобные мысли могут привести к новому неосторожному выступлению в защиту мятежников, а второй раз смущать Беатрис нельзя.
Вулкоты остановились возле миссис Беллинджер, а Эми пошла дальше вдоль линии встречающих. Британский посол стоял в другом ее конце; медали сияли на красной ленте, повязанной через плечо дипломата, а рядом высился его американский коллега – секретарь Дэнфорд.
– Добрый вечер, мисс, – поздоровался он. – Я так рад видеть Вас среди своих. Ваше исчезновение очень расстроило мистера и миссис Вулкот, и должен признаться, что для всех нас в американском консульстве стало огромной радостью известие о Вашем благополучном возвращении.
– Благодарю Вас, господин секретарь, – ответила Эми. – Я собиралась сама приехать к Вам, чтобы высказать Вам благодарность за помощь, но дядюшка сказал, что Вы на некоторое время уехали из страны.
– Да, я вернулся совсем недавно. А благодарить меня совсем не за что, мисс Райдер. Боюсь, что я сумел очень мало сделать для Вашего освобождения. Вся заслуга принадлежит паше Бурсы.
– А он здесь? – быстро спросила Эми.
– Они с супругой только что прибыли, – Дэнфорд широко улыбнулся. – Все дамы в Вашей семье необычайно хороши!
– Как мило с Вашей стороны заметить это, – произнесла любезно Эми. – Если Вы не возражаете, я пройду в зал, чтобы встретиться с Сарой и Калидом.
– Конечно, конечно, – закивал секретарь. – Я так рад встретиться с Вами!
Эми оставила его и направилась в зал, освещенный огромной хрустальной люстрой. Высокие, от пола до потолка, окна, задрапированные красными с золотом атласными занавесями, выходили в сад. Вдоль стен стояли золоченые стулья – для тех из гостей, кто пожелает отдохнуть между танцами. Оркестр заиграл вальс, и возле Эми тут же материализовался Мартин Фитцуотер, один их молодых офицеров британского гарнизона, уже знакомый с ней. Он числился в списке претендентов на танец. Эми вычеркнула его имя маленьким карандашиком, прикрепленным к карте золотым шнуром, и послушно вступила в круг танцующих.
После нескольких туров девушка заметила Сару – та стояла у входа в зал в группе дам. Эми пробралась сквозь толпу, и едва Сара увидела ее, она отошла от собеседниц и направилась прямо к ней, раскрыв объятия.
Красавица была одета в бледно-зеленое платье из тафты с квадратным вырезом и отделанными шантильскими кружевами рукавами; юбку в форме колокола спереди разделял надвое темно-зеленый клин.
– Дорогая, как же ты хороша! – воскликнула Сара. – Я так рада видеть тебя! Ищу уже целый час! – она поцеловала Эми в щеку.
– В этой толпе найти кого-то совсем не легко, – согласилась Эми. – А где Калид?
Сара кивнула влево, и Эми увидела пашу, одетого в темно-синий с золотом парадный костюм. Он разговаривал с человеком в свободном сюртуке и с моноклем. Заметив Эми, Калид шутливо подмигнул ей совсем на западный манер.
– Ах, он такой ветреный! – с притворным негодованием воскликнула Сара, а Эми, не удержавшись, хихикнула.
– Ну, как поживаешь? – поинтересовалась Сара, многозначительно поднимая бровь. – Не пришлось ли принимать гостей?
Эми, сразу все поняв, застенчиво улыбнулась и опустила глаза.
– Пришлось, – еле слышно ответила она. Сара сжала ее руку.
– Он что, приходил в дом? Эми кивнула.
– Он забрался на балкон моей комнаты, а потом вошел через французское окно.
Сара закрыла глаза.
– Турецкий Ромео, – вздохнув, произнесла она. – И что же, ему удалось беспрепятственно уйти?
Эми снова кивнула.
– Я вывела его через теплицу, но с тех пор не получила от него ни весточки и очень волнуюсь.
– Не волнуйся, – успокоила ее Сара. – Насколько я слышала, он чрезвычайно активен и удачлив в своих действиях и наверняка здоров, – она улыбнулась. – Просто занят.
Эми тоже улыбнулась. Но тут внимание подруг привлек вошедший в зал человек лет шестидесяти в белом шелковом кафтане с рукавами, скроенными так, что оставались видны янтарного цвета шелковые же нарукавные повязки, точно в тон янтарному тюрбану на голове. Белый плюмаж на тюрбане украшали изумруды, так же как и ножны, в которых покоился его меч. А пальцы были унизаны кольцами. Его охраняли два огромных человека в свободных рубахах и мешковатых брюках, с красными лентами под расшитыми черными жилетами.
– Это султан? – поинтересовалась Эми.
Сара кивнула.
– Он никогда не показывается в обществе без своих евнухов, словно желая этим подчеркнуть, что живет, твердо придерживаясь традиций прошлого. Хорошо хоть, что сейчас он стоит на своих собственных ногах; а то он появлялся на светских раутах, сидя в портшезе.
– Что он здесь делает?
– Он же правитель этой страны. И не один посол не может исключит его из числа своих гостей – если, конечно, хочет, чтобы посольство продолжало работу.
– Он вовсе не выглядит зловещим, – заметила Эми, слегка вздрогнув.
– Такие, как он, никогда не выглядят зловещими, – печально заметила Сара.
Кто-то тронул Эми за плечо, она повернулась и увидела Мартина Фитцуотера. Он слегка поклонился.
– Я прекрасно сознаю, что записался лишь на один танец, – произнес он с акцентом Королевского колледжа, – но пока Вы свободны, мисс Райдер, не могу ли я попытать счастья еще раз?
Эми взглянула на Сару, и та одобрительно кивнула:
– Иди конечно! Но только прежде скажи мне, не видела ли ты Джеймса?
– Нет. Не видела с тех самых пор, как рассталась с ним у входа, – ответила Эми и отправилась танцевать.
Мартин кружил ее по залу и приятно болтал о своем назначении в Турцию, о своей семье, которая осталась в Англии, в Йоркшире. Едва музыканты замолчали, он пригласил Эми подкрепиться в соседней комнате, где гостей ожидали роскошные столы; но девушка отказалась, сославшись на то, что должна найти родных. Мартин, разочарованный, ушел. Эми поискала Беатрис и, так и не найдя ее, решила выйти на террасу подышать воздухом. В зале было очень душно, несмотря на прохладную погоду, и девушка направилась в дальний конец его, чтобы там незаметно выйти на улицу.
Но едва она ступила на террасу, кто-то схватил ее сзади и сильная мужская рука зажала ей рот. Девушка изо всех сил отбивалась, но ее утащили в ближайшие кусты.
– Амелия, прекрати же дергаться! – прозвучал над ее ухом голос Малика. – Это я!
Эми сразу успокоилась. Малик отпустил ее, и она, повернувшись, обвила руками его шею.
– Малик! Ах, я так рада, что ты, наконец, пришел, – прошептала она, прижимаясь к нему. – Я чуть с ума не сошла, уже начала придумывать всякие ужасы. Ты даже весточку не прислал! Где же ты был все это время?
– Тише! Хочешь, чтобы нас услышали? – прошептал он, слегка отстраняя Эми и оглядывая ее. От его внимания не ускользнул ни ее наряд, ни украшения, ни изысканная прическа.
– Ах, какая же ты красивая! – нежно произнес он. Эми прижала ладонь ко рту:
– Малик, уходи скорей!
– Но я только что сюда явился, – улыбаясь, ответил он.
– Ты не понимаешь: в доме султан!
– Я знаю. Видел, как он приехал.
– Но это слишком опасно. Тебя могут в любой момент схватить!
– Амелия, послушай, я не мог появиться возле твоего дома все это долгое время. Поэтому у меня не было иного выбора, как только явиться сюда.
Эми внимательно на него смотрела.
– Не так давно Перу начали охранять еще несколько добавочных патрулей янычар. И особенно упорно следят за твоей улицей – возможно, потому, что она самая богатая. Я уже трижды пытался пробраться к тебе, и все неудачно. Рисковать и посылать письмо я не хотел, поэтому, прочитав в газете об этом бале, решил прийти сюда – ведь ты наверняка должна здесь быть.
В окне промелькнула какая-то тень, и молодые люди умолкли, притаившись.
– Так что же, все это время ты наблюдал за мной через окно? – снова зашептала Эми, когда тень исчезла.
Малик кивнул.
– И ждал возможности застать меня одну?
Он кивнул снова.
– Ах, Малик, как я тебя люблю! – Эми приподнялась на цыпочки и поцеловала его. Он вернул поцелуй – медленно и нежно. Вспомнив о том, где и в каких обстоятельствах они находятся, Эми отстранилась.
– Тебе нужно идти. Опасно здесь находиться, да и меня скоро хватятся.
– Тогда я должен попрощаться с тобой на какое-то время.
– Нет-нет! Если ты не можешь прийти к нам в дом, скажи, где тебя сегодня ночью найти, и я приду туда сама.
– Не будь смешной, Амелия! Не можешь же ты в темноте одна бегать по городу! Да ты и не знаешь здесь ничего – кроме нескольких улиц в Пере. Тебя через пять минут задержит патруль; а может случиться что-то и похуже!
– Ну так придумай что-нибудь! – попросила Эми, едва не плача. – Я хочу сегодня быть с тобой!
Малик на минуту задумался, потом оглядел ряд карет, ожидавших своих владельцев. Лошади спокойно жевали сено, а возницы разговаривали между собой.
– Ты приехала в одной из этих карет? – Малик кивнул в сторону экипажей.
– Да. С Джеймсом и тетей Беатрис.
– А не могла бы ты сказать тетушке, что почувствовала себя дурно и хотела бы пораньше уехать домой? – спросил он.
– Думаю, что вполне могу. И что же?
– Если ты упросишь их отпустить тебя в карете, а самим приехать потом с кем-нибудь из друзей, я найду способ пробраться в нее раньше тебя. А потом ты впустишь меня в дом.
Эми взглянула на него с надеждой:
– Здорово придумал! – восхитилась она.
– Какая карета ваша? Эми показала.
– Предпоследняя перед поворотом налево, с голубыми дверцами.
Малик кивнул.
– Вижу. Иди.
Эми быстро поцеловала его:
– До встречи! – затем подобрала юбки и заспешила через террасу, войдя в зал как раз в тот момент, когда оркестр заиграл зажигательный чардаш. Прошла вдоль стены и с облегчением вздохнула, заметив Беатрис, беседовавшую с миссис Ламберт. Подошла к дамам и остановилась, ожидая, пока тетушка ее заметит.
– Амелия! Я тебя весь вечер не могу найти, а мне нужно с тобой поговорить! Я услышала на твой счет столько комплиментов, и мы с Джеймсом очень гордимся тобой.
– Спасибо, тетушка Беатрис. Я тоже Вас разыскивала. Хотела попросить об одном одолжении.
– О каком же?
– Нельзя ли мне уехать пораньше? Что-то страшно разболелась голова. Я уже вычеркнула из карточки все свои танцы, а с миссис Беллинджер я попрощаюсь перед отъездом.
– Конечно, милочка! Мне так жаль, что ты плохо себя чувствуешь! – ответила Беатрис. – Сейчас отправлю Джеймса за твоим плащом.
– А нельзя ли мне взять карету? – затаив дыхание, спросила Эми.
– Конечно, можно! Нас кто-нибудь подвезет или ты сама отправишь карету за нами.
Эми выдохнула как можно спокойнее.
– Это вовсе не к чему, – вмешалась миссис Ламберт. – Мы с Вильямом высадим вас возле самого дома!
Эми, наклонившись, поцеловала тетушку и добавила на прощанье:
– Я провела чудесный вечер! Встретимся утром!
– Спокойной ночи! – ответила Беатрис.
Эми разыскала миссис Беллинджер, имела с ней милостиво короткую беседу, а когда вышла из зала, в холле ее уже ждал Джеймс, держа в руках плащ.
– Может быть, мне следует проводить тебя домой? – спросил он, заботливо укутывая ее.
Эми похолодела.
– Ах, что Вы, дядюшка Джеймс! Я не хочу, чтобы покидали из-за меня такой замечательный бал! Со мной все будет в порядке!
– Ты уверена? Если с тобой опять что-нибудь приключится, Беатрис будет в ужасе!
– Я вполне уверена. Здесь совсем близко, а у Вашего возницы есть пистолет.
– Ну хорошо. Но позволь мне по крайней мере посадить тебя в экипаж, – нехотя согласился Джеймс.
Сжав зубы, Эми оперлась на предложенную руку, сознавая, что если будет отказываться и дальше, то Джеймс наверняка заподозрит неладное. Она подождала, пока дядюшка даст наставления вознице, и поднялась по лесенке в карету, на прощание как можно любезнее улыбнувшись ему. Джеймс закрыл за ней дверцу.
– Спокойной ночи, – попрощалась Эми и помахала рукой.
– Спокойной ночи, Амелия.
Возница убрал лесенку и забрался на козлы. Натянул поводья. Эми оглядывалась, пытаясь увидеть где-то поблизости Малика.
Неожиданно тронувшиеся было лошади остановились и попятились. Карета резко стала, а возница спрыгнул на землю.
– В чем дело? – спросила его Эми.
– Очевидно, что-то мешает на дороге, мисс. Не волнуйтесь, – успокоил ее возница на своем колоритном английском. – Сейчас я посмотрю.
Он пошел вперед, подняв над головой лампу.
В тот же момент дверца кареты открылась, и Малик бесшумно влетел внутрь. Закрыв ее за собой дверцу, он примостился на полу.
– Что ты подстроил? – зашипела Эми, поднимая ноги на сидение, чтобы дать ему место.
– Я кинул камень прямо под ноги лошадям, чтобы остановить их, – ответил Малик. – Успокойся. Будем надеяться, что он ничего не заметит.
Эми сняла плащ и накрыла им Малика. Она видела, как возница внимательно осмотрел дорогу и пошел обратно:
– Ничего нет, мисс. Наверное, лошадей испугало какое-нибудь животное.
– Хорошо, – невозмутимо ответила Эми. – Спасибо за заботу. Поезжайте дальше.
Возница поклонился и полез на свое место. Экипаж закачался под его тяжестью. Когда наконец снова тронулись, Эми прошептала:
– Все в порядке. Сиди тихо, а когда приедем, я постараюсь тебя вызволить отсюда.
Ответа не последовало, но из-под плаща высунулась смуглая рука и сжала коленку девушки.
Казалось, путь до дома Вулкотов внезапно удлинился на несколько километров; чем ближе подъезжали, тем чаще встречались патрули янычар, о которых говорил Малик.
Ей еще ни разу не приходилось бывать так поздно в городе, и она понятия не имела о них. Но они, оказывается, знали ее, вернее, ее родственников – так же, как и их карету. Она видела, как двое охранников приветствовали возницу.
Когда карета наконец въехала на пандус возле дома, Эми вздохнула с облегчением. Возница подошел к двери, чтобы открыть ее и помочь Эми выйти из экипажа, но она остановила его быстрым вопросом:
– Могу ли я попросить Вас об одолжении?
– Да, мисс?
– Не могли бы вы зайти в дом и достать из шкафа в холле мой тяжелый серый плащ? Я прекрасно знаю, что двери совсем близко, но, очевидно, у меня температура, меня знобит, а мой плащ слишком легок.
Возница, пожилой армянин, который был наслышан о причудах и капризах богатых европейцев и американцев, лишь сдержанно кивнул. А едва он скрылся из виду, Эми сняла с Малика закрывавший его плащ и прошептала:
– Беги! Подожди у входа в теплицу. Я впущу тебя в дом, как только смогу.
Малик осторожно выбрался из кареты и побежал к кустам. Когда же возница вернулся с плащом в руках, Эми пылко поблагодарила его и накинула на плечи то, что могло сейчас показаться горностаевой мантией – столько важности было в ее движениях.
– Ах, чудесно! – произнесла она. – Спасибо!
– Не за что, госпожа.
– Я ценю Вашу внимательность, – добавила девушка, выходя из кареты. – Сейчас Вы можете поставить лошадей и отдыхать. Больше сегодня выезжать уже не придется. Спокойной ночи!
– Спокойной ночи, мисс, – ответил возница, уводя лошадей вперед. Эми же направилась к двери.
В доме было тихо; слуги спали, и Эми надеялась, что Джеймс и Беатрис не вернутся раньше, чем часа через два-три. Она остановилась у окна кухни и посмотрела, как в конюшне зажегся свет. Подождала, наблюдая за движением лампы – ее держал в руках возница – от стойла обратно к двери, а потом по наружной лестнице наверх – к комнате на втором этаже. Наконец свет остановился – возница пришел к себе и начал устраиваться на ночь. Эми бросилась к теплице и радостно распахнула дверь.
Малик переступил через порог и обнял ее. А девушка, закрыв глаза, прижалась лицом к его плечу.
– Извини, что заставила ждать. Пришлось убедиться, что возница попал наконец в свою комнату, – пробормотала она невнятно. – Иначе он мог бы увидеть, как открывается дверь: эта часть дома видна из конюшни.
– Все в порядке, – успокоил ее Малик. – Я видел, как он шел и понял, что ты ждешь именно его.
В темноте кухни молодые люди взглянули друг на друга.
– Пойдем наверх, – проговорил Малик внезапно охрипшим голосом.
Эми взяла его за руку и повела на второй этаж, стараясь ступать как можно легче в страхе нарушить тишину и привлечь к себе внимание. Так они дошли до комнаты Эми. Она почувствовала себя в безопасности лишь тогда, когда повернула ключ в замке и снова оказалась в объятиях друга.
Он быстро поцеловал ее, взял на руки и отнес на кровать. Большое, пышное платье мешало. Малик, наконец, не вынес этого препятствия и расстроенно спросил: – Как от него избавиться?
Эми встала с кровати и повернулась к нему спиной:
– Там крючки и петельки.
Малик внимательно посмотрел на них.
– Крючки и что?
Эми молча показала через плечо. Он повозился с металлическими застежками и наконец сокрушенно признался:
– Я не могу с этим справиться.
– Порви! – коротко приказала Эми. Моментально раздался треск рвущейся ткани, и девушка почувствовала на своем плече губы: Малику трудно было дождаться даже того момента, когда платье окажется внизу. Он дернул еще раз, и наконец пышные юбки упали на пол.
– А это еще что? – с долей возмущения поинтересовался он, показывая на корсет без бретелек. Потом рассмеялся:
– Тебе, должно быть, потребовалось не меньше часа, чтобы одеться!
– Он зашнуровывается на спине, – спокойно объяснила Эми, не обращая внимания на веселье Малика, – обычно мне помогает Листак.
Несколько быстрых движений – и корсет тоже оказался на полу.
– Что ты сделал? – удивилась Эми.
– Разрезал тесемки ножом, – невинным голосом ответил Малик. Повернул возлюбленную к себе лицом, взял на руки и положил на кровать. Затем медленно снял с нее белье – пока Эми не предстала перед ним в своей естественной красе. Упав рядом с ней, он пробормотал:
– Ну а теперь, наверное, я часок посплю. После всей этой работы отдых просто необходим!
Эми прижалась к нему, целуя его в шею, засунув руки куда-то под рубашку и гладя его плечи и грудь.
– Ну что, все еще чувствуешь себя разбитым? – поинтересовалась она, садясь на него верхом.
– Кажется, начинаю оживать, – затаив дыхание, ответил Малик.
Ее рука оказалась под поясом его брюк.
– А как сейчас?
– Ожил, – прошептал Малик, вздохнув и закрыв глаза от прикосновения и ласки.
– Мне почему-то кажется, – заметила Эми, – что определенные части твоего тела никогда не устают.
Малик схватил ее за плечи и в мгновение ока поменял позу, оказавшись наверху.
– Ты быстро учишься, – оценил он, пощипав губами мочку ее уха.
– Американцы вообще смышленый народ. Но мне все-таки кажется, что практики мне немного не хватает, – ответила Эми, прижимая к себе его голову, словно прося ласки.
Наступило молчание; когда же он снова поднял голову, лицо его оказалось серьезным. Во взгляде не осталось ни следа насмешки или шутки.
– Я не стерплю, если кто-то когда-нибудь вот так притронется к тебе, – произнес наконец Малик.
– Этого не было и не будет, – ответила Эми.
– Обещай! – потребовал Малик, наклоняясь и обхватив руками ее талию, а губами проведя влажную и горячую линию вдоль всего ее нежного тела. – Обещай мне!
– Обещаю! – прошептала Эми и уступила его страсти.
* * *
Эми лежала в объятиях Малика без сна, счастливая тем, что чувствует рядом с собой его тело; звук подъезжающей кареты заставил ее сесть и прислушаться. Девушка выбралась из кровати и подошла к окну.
– Что там такое? – спросил Малик, приподнявшись на локте.
Эми увидела, как из кареты Ламбертов показался Джеймс, как он помог спуститься Беатрис.
– Дядя с тетей вернулись, – пошептала Эми. – Нам надо быть как можно тише, пока они не заснут.
– А что, мы очень шумели? – улыбаясь, поддразнил Малик и протянул к ней руки. – По-моему, я очень осторожно разделил на части твое платье.
– Мне придется организовать его починку как можно скорее, – забеспокоилась Эми, – ведь его выбрала для меня Беатрис.
– Там, у нас в лагере, ты мне нравилась гораздо больше: ведь там у тебя под платьем не было ничего, кроме тебя самой.
Эми провела пальцем по шраму на руке, оставшемуся после схватки на базаре:
– Как хорошо все зажило, – тихо проговорила она.
– У меня оказался прекрасный доктор, – ответил Малик.
– У тебя много шрамов.
– А ты – худышка. Я еще в прошлый раз заметил, что ты здорово потеряла в весе, – Малик коснулся ее ключиц.
– Я тоскую по тебе, – призналась Эми, целуя его в щеку. – А ты – ты тоскуешь без меня?
Он серьезно и пристально взглянул на нее:
– Да.
От этого так искренне сказанного короткого слова сердце Эми подпрыгнуло в груди.
– Сегодня вечером я долго смотрел на тебя в окошко. Видел, как ты танцевала с этим британцем.
Эми не сразу поняла, кого он имеет в виду.
– С Мартином Фитцуотером? Малик пожал плечами.
– Волосы, как солома, длинный нос, безвольный подбородок.
Девушка хихикнула, услышав такое описание внешности офицера.
– Да, это Мартин.
– Ты выглядела вполне довольной, надо заметить. Эми посмотрела на Малика, пытаясь определить, насколько он серьезен. Он действительно не шутил.
– Малик, что ты говоришь! Мартин Фитцуотер – самая большая зануда в британской армии! Единственное, о чем он думает, – это благосостояние его семейства. Конечно, для него это самая интересная тема, но, к сожалению, остальные могут воспринять ее и иначе.
– Вы хорошо выглядели вместе. Ты в своем гигантском великолепном платье и этот Фитцвилли с красном мундире. Должен сказать, что он явно заинтересованно на тебя смотрел.
– Малик, не начинай, пожалуйста, заново. Ты что, хочешь испортить наше свидание? Я изо всех сил играла роль, стараясь соответствовать идеальному образу племянницы Беатрис Вулкот.
Малик сел, сжав кулаки. Лицо его помрачнело.
– Неужели ты не можешь понять, каково мне быть вдали от тебя и знать, что в мое отсутствие все молодые самцы двух гарнизонов гоняются за тобой, словно гончие за лисой? Понимать, что твоя тетушка изо всех сил поощряет их ухаживания? Знать, что с каждым днем память обо мне бледнеет в твоем сознании, а искушение соответствовать всеобщим ожиданиям становится все сильнее? Иногда мне кажется, что я сойду с ума – я постоянно думаю об этом.
– Ты мне не доверяешь?
– Доверяю. Но не доверяю, ни твоим родственникам, ни твоим женихам – всем, кто хочет отнять тебя у меня!
– Рассчитывай на меня! Почему, если до сих пор им не удалось это, то удастся в будущем?
– От разлуки сердца не становятся нежнее – так говорят заблудшие англичане. Она заставляет сердце забывать. Каждый день, проведенный без меня, ты думаешь, вернусь ли я вообще. Я же прекрасно понимаю это, Амелия. Иначе быть не может – это свойство человеческой натуры.
– Ну так возьми меня с собой, – просто сказала Эми, прижимаясь к любимому и обнимая его за шею. – Я смогу вынести все, что бы ни случилось.
– Ты уверена? Не позволяй себе опрометчивых решений, о которых потом можешь пожалеть!
– Как ты можешь говорить такое? Ты что, считаешь меня двухлетней малышкой, которая сама не ведает, что творит?
– Вовсе не считаю, – примирительно ответил Малик. – Но если ты пойдешь со мной, то на долгое время, если не навсегда, оставишь и семью, и друзей. Ты сможешь это вынести?
– Смогу. Смогу вынести все. Я хочу быть с тобой постоянно.
Малик порывисто обнял Эми и прошептал ей в ухо:
– Ну, так значит, будешь. Даю тебе слово?
– Но когда?
– Вот этого я пока сказать не могу. Скоро. Собери вещи и спрячь – так, чтобы быть готовой в любой момент.
– Ты сейчас серьезно это говоришь? Не для того, чтобы просто успокоить меня?
– Абсолютно серьезно. В следующий раз, как я сюда приду, я приду, чтобы забрать тебя с собой.
Они снова забылись в любви.
* * *
Малик ушел, прежде чем дом проснулся; Эми же; проводив его, вернулась в постель и заснула крепко, без сновидений, как спят лишь счастливые и безмятежные женщины. Встала она, когда Беатрис и Джеймс уже закончили завтракать. Листак получила приказ не будить Эми, чтобы та как следует выспалась.
Погода стояла чудесная, было гораздо теплее, чем в предыдущие дни, и Эми решила заняться осенней уборкой. День она провела в хлопотах, разбирая ящики комода, складывая летние платья, засовывая в туфли папиросную бумагу и в то же время обдумывая ночные события и разговоры. К ланчу она не спустилась, перекусив в своей комнате, и завершила свои дела, лишь когда Беатрис вернулась из похода по магазинам.
За обедом девушка тихонько напевала – так, про себя, чтобы никто не слышал.
– Кажется, тебе сегодня гораздо лучше, – заметила Эми, увидев племянницу.
– Я прекрасно себя чувствую! – согласилась Эми. – Я проснулась так, словно заново родилась.
– Хороший ночной сон крайне полезен всем, – не смог удержаться от комментария Джеймс.
Эми тихонько кашлянула.
Джеймс развернул свежую газету и начал внимательно проглядывать первую страницу, время от времени поднимая на Эми глаза. Выражение его лица казалось несколько странным.
– Пожалуйста, дорогой, не читай за обедом, – попросила Беатрис, разворачивая салфетку.
– Что там такое? – спросила Джеймса Эми, не обращая на тетушку внимания.
Вулкот повернул газету так, чтобы Эми смогла прочитать заголовок.
«Малик-бей арестован», – гласил он.
Это было главной новостью дня.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Влюбленная пленница - Малек Дорин Оуэнс

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13

Ваши комментарии
к роману Влюбленная пленница - Малек Дорин Оуэнс



Роман просто класс!!!!Всем советую!!!Не пожалеете!!!
Влюбленная пленница - Малек Дорин ОуэнсВиктория
18.02.2012, 10.58





супер! не могла оторваться!!!
Влюбленная пленница - Малек Дорин ОуэнсОксана
22.06.2012, 16.54





еле прочла.Бред какой-то.Не могу восхищаться человеком,который продаёт девушек.
Влюбленная пленница - Малек Дорин ОуэнсИрина
27.07.2012, 20.19





А мне очень понравился этот роман) Прочитала за 2 дня!
Влюбленная пленница - Малек Дорин ОуэнсСамира
3.09.2012, 18.18





Мне очень понравился роман !!! Он реалистичен,временами даже жесток.Герои живые,настоящие.Такие книги хочется читать и читать.Очень рекомендую !!!
Влюбленная пленница - Малек Дорин ОуэнсМари
3.09.2012, 20.58





роман так себе.если честно слишком откровенная сказка. Такие наивные гл.герои что смешно становиться.еле прочитала. Такое впечатление что гл герои дети.не советую читать,не тратьте время прочитайте что нибудь другое.....
Влюбленная пленница - Малек Дорин Оуэнсинна
17.11.2012, 23.19





Лучший роман читайте не пожалеете!!!!!!!! По нему сняли фильм в 1986г :Гарем. Потеря невинности.
Влюбленная пленница - Малек Дорин ОуэнсЛара
23.11.2012, 23.51





Чудесный роман!!!rnКто еще не читал, советую сначала прочесть роман того же автора, "Жемчужина гарема".rnПотрясающий роман, с историей свободолюбивой американки, Сары, которая случайно попала в гарем. Она пытается бороться со своим влечением к Халиду, изображая ненависть. Только потому, что не хочет считать себя одной из многих купленных девушек. Он думает, что она его не любит, а она думает, что он ее не любит -_- .rn"Влюбленная пленница" - это, как бы продолжение.rnКогда я прочитала "Жемчужину", я впала в депрессию. У меня всегда так, когда прочитаю книгу. Просто хочется узнать продолжение, а книга не бесконечная. Я была счастлива, когда узнала, что Дорин написал серию романов! Они с разной историей, но при этом, дополняют друг друга.rnКто знает, может и роман "У алтаря любви" связан с этой серией..rnЕсли кто читал "У алтаря любви" отпишитесь))
Влюбленная пленница - Малек Дорин Оуэнс...
19.03.2013, 10.19





прочла за5 часов))))
Влюбленная пленница - Малек Дорин ОуэнсАмрита
12.03.2014, 17.30





Понравились оба романа!Читала с большим удовольствием.
Влюбленная пленница - Малек Дорин ОуэнсНаталья 66
1.04.2014, 20.01





Все просто класс! Очень понравился. Советую. 10 из 10
Влюбленная пленница - Малек Дорин ОуэнсЕлена
29.04.2014, 19.31





Не понимаю восторженных отзывов. Особой романтики я не заметила, как собственно и глубины описания исторических событий. Но зато слишком много демагогии о тирании султана и трудностях построения демократии. Зря потратила время, перечитывать ни за что не буду. 3 балла.
Влюбленная пленница - Малек Дорин ОуэнсНюша
1.05.2014, 23.52





Особого восторга не вызвал, возможно, любительницам подобного рода тем и понравится. В целом же, пожалела потраченного времени. Какой-то роман "незрелый", что ли...
Влюбленная пленница - Малек Дорин ОуэнсМарина
4.05.2014, 18.11





Особого восторга не вызвал, возможно, любительницам подобного рода тем и понравится. В целом же, пожалела потраченного времени. Какой-то роман "незрелый", что ли...
Влюбленная пленница - Малек Дорин ОуэнсМарина
4.05.2014, 18.11





супер
Влюбленная пленница - Малек Дорин Оуэнскарина
23.07.2014, 17.49





Очень красивая книга о любви!
Влюбленная пленница - Малек Дорин ОуэнсCarinus
12.11.2014, 13.33





Так себе роман. Можно почитать, если уж совсем заняться нечем. У данного автора есть книги гораздо более глубокие и живые.
Влюбленная пленница - Малек Дорин ОуэнсYanni
7.04.2015, 7.56





Неплохой роман,но не Вау!)))
Влюбленная пленница - Малек Дорин ОуэнсТатьяна Макаренко
30.03.2016, 17.54








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100