Читать онлайн Скандальная дуэль, автора - Мактавиш Дон, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Скандальная дуэль - Мактавиш Дон бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.78 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Скандальная дуэль - Мактавиш Дон - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Скандальная дуэль - Мактавиш Дон - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Мактавиш Дон

Скандальная дуэль

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Модистка приехала следующим утром, и Дженна провела с ней большую часть дня. Ее звали Олив Рейнольдс, и Саймон дал ей карт-бланш на новый полный гардероб Дженны, включая свадебное платье.
Мисс Рейнольдс прибыла с двумя помощницами и рулонами щелка, кашемира, муара и батиста. Привезла она и образцы тюля, валансьенских, брюссельских, малинских кружев и пачку картинок с фасонами. На них было представлено все – от шляп до бальных платьев. Саймон ничего не упустил, он даже заказал несколько новых нарядов для Молли, соответствующих ее новому статусу.
Модистка, невзрачная женщина лет пятидесяти с острыми чертами лица и таким же язычком, дала понять, что на дом к заказчицам не ездит, но для графа Кевернвуда сделает исключение. Дженна сразу сообразила, что женщина пытается выяснить, почему новая клиентка не приехала к ней в салон, как остальные.
Но поскольку Саймон не объяснил, Дженна тоже не собиралась этого делать. Модистка обладала безупречным вкусом и почти столь же умелыми руками, как мадам Флобер. Дженна была более чем довольна.
Теперь, когда мать привезла ее чемодан, никаких проблем с гардеробом у Дженны не было. Но Саймон дал четкие инструкции сшить многочисленные платья: утренние, дневные, для приемов, балов, амазонки, жакеты-спенсер и накидки разных цветов, а также дамское белье и верхнюю одежду, включая две мантильи, одну меховую на холодную погоду, а другую из прекрасной мериносовой шерсти, отделанную шиншиллой. Он также поговорил с сапожником, который позаботится об обуви.
Конечно, Саймону заниматься этим крайне неприлично, и Дженна не могла удержаться от смеха, представив, что заявила бы по этому поводу ее матушка. Нет сомнений, она будет просто шокирована. Но Дженна знала ум Саймона и, главное, его сердце. Он словно пытался стереть все следы ее жизни до него. И она обожала его за это, особенно потому, что против его принципов заниматься претенциозной мишурой аристократии. С его стороны это не было лицемерием, это была любовь, и ее сердце таяло. Как однажды метко выразилась леди Эвелин, Саймон Радерфорд действительно революционер. Общество сделало его таким, или он таким родился? Дженна не знала, но это не имело значения. Никогда в жизни не была она так счастлива, если бы не один вопрос, мучивший ее совесть, грозящий ее счастью, темным облаком застилавший радужный горизонт… если бы не тяготившая душу тайна, в которой ей так отчаянно нужно признаться.
Дженну поразило, как быстро ей представилась такая возможность. Модистка едва отбыла, когда Хортон объявил, что викарий Роберт Нэст, напросившись на трапезу, ждет ее в маленькой столовой. Когда Дженна получила это известие, ее голова все еще была забита мыслями о шелке, батисте и кружевах. Она быстро переоделась в скромное сизо-серое платье из органди, отделанное бледно-розовыми шелковыми розами, благодаря Бога, что мать привезла ее чемодан.
В маленькой столовой из дверей на террасу на южной стороне открывался вид на внутренний двор, а через широкий эркер, встроенный в юго-западный угол, был виден сад. Поэтому комната была любимой у викария. Дженна ее тоже полюбила. Когда она завтракала там утром, туман лишь немного приоткрыл высокую живую изгородь с большими арками, сквозь которые виднелись причудливые клумбы. Они походили на прекрасные произведения искусства. Даже без солнечного освещения от них дух захватывало, как бывало, когда она рассматривала миниатюрные пейзажи на пасхальных яйцах. Особенно Дженне нравилась клумба с примулой, дельфиниумом и наперстянкой. Их высокие стебли, казалось, упирались в облака. В Корнуолле все цвело рано. Дженне этот край всегда казался очарованной землей, но никогда он не был столь волшебным, как сейчас, когда она рассматривала сады Кевернвуд-Холла сквозь искрящиеся стекла.
У эркера стоял стол, накрытый отделанной кружевом льняной скатертью. Лакеи только что закончили выкладывать на буфет сыр, свежий хлеб, чатни из яблок, ревеня и дыни. Были тут салат из свежей зелени, заправленный маслом с чесноком и уксусом, и горячие пироги. Лакеи поставили на стол чайный сервиз и отодвигали стулья, когда послышались легкие шаги Дженны.
Она замерла на пороге, от неожиданности перехватило дыхание. Викарий оказался совсем не таков, как она ожидала. Воображение рисовало ей образ простоватого, пожилого и ужасно старомодного человека. Перед ней стоял мужчина лет тридцати, высокий, крепкого сложения, с волосами цвета спелой пшеницы и проницательными янтарными глазами. Мрачный черный костюм с белым воротником англиканского священнослужителя резко контрастировал с его живым лицом. В нем не было ничего от банального стереотипа. Дженна стояла лицом к лицу с еще одним загадочным революционером.
Ее удивление было столь сильным, что она чуть не забыла подать гостю руку, которую он легко поцеловал. Она даже не сообразила, что стоит перед буфетом, пока викарий не протянул ей тарелку и не кивнул, предлагая сделать выбор. Он, очевидно, прочитал ее мысли, потому что со смехом сказал:
– Все в порядке, миледи. И вы не такая, как я ожидал.
– Извините, – пробормотала Дженна. – Пожалуйста, простите меня, отец Нзст, я не должна была вас разглядывать, но вы того стоите. Вы совсем не такой, как я ожидала.
– А вы ожидали…
– Кого-нибудь… постарше и… в общем, сердитого и ворчливого.
– Страдающего церковным занудством? – пошутил он. – Выдумаете, что служение Богу делает людей мрачными? Совсем наоборот.
– Увы, это относится к большинству духовных лиц, которых я видела, – искренне сказала Дженна.
– В Боге есть радость. По крайней мере, должна быть. – Викарий улыбнулся, и словно солнечный луч осветил хмурый серый день. – Возможно, я положу начало новой тенденции. Я иногда думаю, что именно поэтому стал тем, кем стал: чтобы внести изменения. Это ужасный идеализм?
– На мой взгляд, это замечательно.
– Вы очень добры, миледи, но мне говорили, что этого следует ожидать.
– Саймон упоминал, что вы зайдете.
– Вначале позвольте сказать, что я обычно не напрашиваюсь на трапезу, – помрачнел викарий, накладывая себе чатни. – Саймон попросил меня навестить вас и представиться, а за едой это всегда происходит легче, как я заметил. Собеседникам есть чем занять руки… и глаза. Смею вас заверить, визиты без приглашения не входят в мои привычки.
– Вы здесь желанный гость в любое время, отец Нэст. А есть миссис Нэст?
– Нет, миледи, пока нет, – усмехнулся викарий и быстро добавил: – Боюсь, за меня никто не пойдет.
Дженна рассмеялась, и оба заняли места за столом. Она почувствовала себя непринужденно. Викарий ей сразу, понравился, но она не могла вообразить обстоятельства, которые свели его с Саймоном.
– Саймон мне сказал, что вы вместе учились. – Дженна налила гостю чаю.
– Именно так. – Взяв у нее чашку, викарий поставил ее рядом с тарелкой. – Мы с Саймоном с самого начала оказались в одинаково затруднительном положении: оба вторые сыновья, он графа, я баронета. Должен вам сказать, что вторые сыновья – самые бесполезные существа на планете, никто, кажется, не знает, что с ними делать. Во всяком случае, я не разделял рвение Саймона к военной жизни – я еще к этому вернусь, – и у меня не было терпения и склонности посвятить себя политике или юриспруденции.
– И вы приняли сан?
– Да, – кивнул он. – Возвращаясь к отказу от военной службы, скажу, что я познал ее и пришел к выводу, что у нее есть духовные корни, поэтому я отправился в семинарию. И вот я здесь, викарий церкви Святой Троицы!
– Как вам чай, преподобный отец? – спросила Дженна, отхлебнув из чашки.
– Замечательный. Кухарка Саймона мастерица составлять смесь. – Глотнув, викарий задумался и объявил: – Китайский чай «ружейный порох», свернутый в маленькие шарики, и обычный зеленый – это ее традиционный «домашний чай», как она его называет. У нее есть смеси на каждый случай: для компании, для завтрака, дневной, к обеду. Неудивительно, что она запирает шкафчик с чаем на ключ, который всегда носит с собой. Этот чай действительно стоит того, чтобы его украсть.
– Дома нам приходится посылать за чаем того, кто в нем разбирается, – сказала Дженна. – Бедный люд сушит использованную заварку и продает торговцам, которые придают чаю товарный вид и навязывают покупателям иногда по ценам высшего сорта. Можете себе представить?
– Такое везде случается. Нельзя не посочувствовать несчастным, которые вынуждены идти на такое, чтобы выжить в наши дни. Тем временем богачи этой страны помешались на расточительности.
Викарий явно разделяет взгляды Саймона, и Дженна задумалась, кто на кого повлиял.
– Вы с Саймоном одинаково мыслите, – сказала она.
– А каково ваше мнение об этом, миледи?
– Видите ли, я никогда не задумывалась об экономике, пока не встретила Саймона. Но должна сказать, что совершенно с ним согласна. Потому что это… ведет к преступлениям. – Склонив голову, Дженна разглядывала викария, поднесшего к губам вилку. – Скажите, отец Нэст, вы обращаетесь к Саймону «ваше сиятельство»? – спросила она.
– Нет, – рассмеялся викарий. – Если подумать, я его только Саймоном и называю.
– Тогда, пожалуйста, оставим церемонии. В конце концов, я буду его женой. Мне будет приятно, если вы будете называть меня Дженна.
– С удовольствием, – ответил он. – Саймон этого хотел, но предложение должно было исходить от вас. Саймон называет меня Роб.
– Нет, – задумчиво сказала она. – Вы знакомы с Саймоном с детства. Я буду звать вас Роберт. Если позволите, конечно.
– Согласен. И поскольку надеюсь, что мы станем друзьями, я хотел бы сделать признание. Даже два.
– Признание? – вырвалось у Дженны, и она подавилась кусочком хлеба.
– Что с вами, дорогая?
– Крошка попала, – солгала она, отпив глоток чаю.
– Во-первых, – начал викарий, – я уверен, вы понимаете, что Саймон попросил меня в его отсутствие присмотреть за вами. Он посвятил меня в то, что произошло в Мурхейвен-Мэноре и на Бодмин-Мур. Во-вторых… Я не знаю, как это выразить…
– Я всегда считала, что лучше всего говорить откровенно, – ответила на его колебания Дженна.
– Очень хорошо, тогда, если я начну повторяться, остановите меня. Мы с Саймоном фактически всю жизнь были близкими друзьями. Короче говоря, он несчастливый человек, а я хочу, чтобы он был счастлив. Всю свою жизнь он посвятил другим. Я хочу, чтобы он был счастлив в личной жизни. Вы намного моложе Саймона и…
– Мне двадцать два, – перебила она. Почему ей все время напоминают о возрасте?
– Одиннадцать лет между мужчиной и женщиной… это существенная разница, я очень встревожен стремительностью событий. Это не похоже на Саймона. Такое впечатление, будто он… голову потерял. Я знаю, что в последнее время он не раз попадал в тяжелое положение… был на волосок от гибели. Но мне показалось, что он… как бы это сказать… будто он действует безрассудно, а это ему несвойственно.
Дженна напряженно выпрямилась на стуле. Еще слово, и гость перейдет за рамки приличия. Он друг или противник, этот загадочный викарий?
– Пожалуйста, поймите меня правильно, – продолжил викарий прежде, чем она ответила. – Мы с Саймоном близки как братья. Меня беспокоило, что он мог поддаться… какому-то безумному отчаянию середины жизни.
– Вы говорите в прошедшем времени. Значит, вы больше не тревожитесь?
– Конечно, моя дорогая. Вряд ли бы я в этом признался, если бы придерживался прежнего мнения. Правда, я не представляю, что любовь может сделать со здравым смыслом мужчины. Знаете, я, конечно, видел Саймона с женщинами, но никогда не видел его влюбленным. Я его не узнаю. Теперь, когда я познакомился с вами, все приобрело совершенно иной смысл.
Дженна облегченно вздохнула. Она смотрела в проницательные глаза сидящего напротив мужчины и стремилась рассказать ему все. Изпарка донесся крик павлина. Приехав в Кевернвуд-Холл, Дженна часто их слышала, но ни разу не видела этих птиц. От этого тоскливого, жалобного звука, похожего на плач, ее искрящееся радостью настроение внезапно исчезло.
– Что-то не так, дорогая? – нахмурился викарий.
Дженна заколебалась. Да, совершенно не так, ей хотелось ответить откровенностью на откровенность и снять груз с души, как это сделал он. Но сначала надо кое-что выяснить.
– Когда исповедуются англиканскому викарию, он также соблюдает тайну исповеди, как католик? – спросила она.
– Значит, вы не воцерковлены, – сказал он, отвечая на его собственный невысказанный вопрос.
Слишком поздно поняв свою ошибку, Дженна опустила глаза, горячая кровь прилила к щекам. Какая она глупая! Не надо было задавать этот вопрос. Теперь он сочтет ее язычницей.
– Я получила довольно отрывочное религиозное образование, Роберт, – ровно ответила Дженна, изображая уверенность, которой не испытывала. – Когда отец был жив… все было по-другому. – Ее голос затих, и она принялась изучать свое отражение в янтарном чае.
– Саймон говорил мне, что вы недавно сняли траур, – мягко сказал Нэст.
– Да, это правда.
– Я ужасно сожалею о вашей потере. Вам не тяжело говорить об этом?
Дженна покачала головой. Если бы он понял, что вывело ее в ту ночь на Ламорна-роуд, он не стал бы судить ее слишком строго.
– Мой отец возвращался из Труро, когда разбойник нагнал карету и заставил его выйти, – начала она, потянувшись за пустой чашкой гостя, чтобы налить ему чаю. – У отца было больное сердце, – продолжала Дженна, передавая чашку. – Он болел долгие годы. Отец… сопротивлялся, и разбойник отобрал у него пистолет, ударил им, ограбил и… бросил окровавленного на дороге.
– Когда это случилось?
– Год назад, в феврале, – сказала, она, вдруг задрожав.
– Не продолжайте, дорогая. Вас это расстраивает.
– Нет, – настаивала Дженна. – Я не говорила об этом с тех пор, и мне нужно выговориться, если позволите.
Хотя викарий кивнул, казалось, ему сделалось неловко. Его янтарные глаза потемнели от беспокойства.
– Хорошо, только не расстраивайтесь, – уступил он.
– Лайонел, наш кучер, положил отца в карету и привез домой. Мы сразу послали за доктором, но ночью у отца случился приступ, и он умер во сне.
– Он приходил в сознание… описал разбойника?
Дженна хотела рассказать викарию о том, что совершила. Ей нужно облегчить душу и получить прощение прежде, чем она посмеет открыться Саймону. Признание вертелось: у нее на кончике языка, но Дженна не могла заставить себя произнести ни слова. Ее тайна ужасна, а знакомство с викарием слишком кратко. Слезы выступили у нее на глазах, и она заморгала, отгоняя их.
– Лайонел хорошо его разглядел, – продолжала она. – Он сказал, что разбойник похож на того, кого прозвали Ястребом. От стражников, конечно, не было никакого толку. Мне не нужно вам говорить, каким обманом оборачивается закон, когда с ним столкнешься. Разбойники платят стражникам, чтобы те присматривали за другими дорогами, в то время когда они грабят невинных путешественников. Это позор! В Лондоне есть констебли, сыщики с Боу-стрит и судьи, чтобы навести порядок, но здесь…
– Ваш кучер был уверен? – перебил викарий. – Насколько я знаю, Ястреб никогда не причиняет вреда. У него репутация разбойника-джентльмена. Он охотится на богатых, грабит, но не убивает. По крайней мере, я никогда не слышал об этом. Он здесь местная достопримечательность, о нем легенды ходят.
– По описанию Лайонела этот человек выглядел также, как Саймон на маскараде в Мурхейвеи-Мэноре, если бы не волосы, – ответила Дженна. – Волосы у него были короткие, не как у Саймона. У него не было косички.
– Нарядиться в этот костюм было откровенной глупостью. Я так ему и сказал.
– Саймон не совершил ошибки, Роберт. Это был бал-маскарад. Саймон не мог знать о моем отце.
– Вы уже… рассказали все это Саймону… что ваш отец стал жертвой Ястреба? – запинаясь, спросил викарий.
– Нет… не совсем. В Мурхейвен-Мэноре лорд Эклстон сказал ему, что отец погиб в результате грабежа на дороге, но не входил в подробности перед собравшимися из уважения ко мне. С тех пор события развивались так стремительно, что у меня не было возможности обсудить это с Саймоном.
– Знаете, вы должны это сделать. Вам это нужно… говорят, признание облегчает душу. Кстати, мы отклонились от темы. Вы спрашивали меня об исповеди. Почему? Вы хотели… в чем-то признаться?
Дженна смотрела на него поверх чашки. «Да, да», – молча кричала она, но слова не шли.
– Нет… Я просто… полюбопытствовала, – пробормотала она.
– Что ж, я отвечу на ваш вопрос. Мы связаны таким же обетом. Тайна исповеди священна. И если вам нужно будет с кем-то поговорить, надеюсь, вы без смущения пошлете за мной. Я искренне так думаю, Дженна.
– Спасибо, полагаю, вы правы. Мне нужно сказать Саймону. Пожалуйста, сохраните в тайне мой рассказ о Ястребе. Я сама Саймону расскажу.
– Конечно, дорогая, – ответил викарий. – Что касается свадьбы, Саймон хочет отказаться от оглашения имен вступающих в брак и жениться по специальной лицензии. Он сделает то, что хочет, но, поскольку дела задержат его в Лондоне еще недели на три, я собираюсь объявить имена вступающих в брак. Из-за специальной лицензии в этом нет необходимости, но мне будет приятно это сделать, и я себе это позволю.
– Три недели? – Дженна была удручена.
– Он покупает военный патент для Криспина и готовится вывезти в свет Эвелин. Бал состоится после вашей свадьбы, – сказал викарий. – Вам придется в этом поучаствовать. Саймону больше не к кому обратиться.
– С удовольствием… – ответила Дженна, пытаясь изобразить энтузиазм.
– Прекрасно! Саймон будет рад. – Викарий отложил салфетку и наклонил голову. Дженне стало ясно, что нечего и пытаться скрыть что-нибудь от этих проницательных янтарных глаз. – Вы ведь действительно его очень любите? – заметил он.
– Да, Роберт, люблю.
– Тогда поговорите с ним, Дженна. И если почувствуете потребность побеседовать о чем-нибудь со мной, пожалуйста, не колеблитесь, дорогая.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Скандальная дуэль - Мактавиш Дон



Достаточно интересно, не без изъянов, но времени не жалею.
Скандальная дуэль - Мактавиш ДонВиктория
30.01.2013, 15.06





Роман мне понравился. Сюжет не заезжен, действие идет стремительно. Главный герой Саймон - честный, благородный, справедливый. Я в восторге от него. Под стать ему и главная героиня. Интересно, что уже тогда были менты-оборотни. Рекомендую для прочтения. Рейтинг явно занижен.
Скандальная дуэль - Мактавиш ДонВ.З.,67л.
16.02.2015, 9.59





Замечательный, захватывающий роман, особенно вторая половина, где события развиваются динамично, держат в напряжении, в ожидании, вот-вот что-то должно случиться. Читала почти не отрываясь. А продажные чиновники были, есть и будут пока существует купля-продажа.
Скандальная дуэль - Мактавиш ДонТаня Д
20.02.2015, 1.26








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100