Читать онлайн Мой герой, автора - Маклейн Джулиана, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мой герой - Маклейн Джулиана бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.56 (Голосов: 48)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мой герой - Маклейн Джулиана - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мой герой - Маклейн Джулиана - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Маклейн Джулиана

Мой герой

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

«Я не должен был этого делать, – думал Дамьен, пробираясь сквозь деревья, растущие вокруг озера. – Не должен был и предлагать ей прогулку верхом. Нам следовало сразу вернуться домой».
Но стоило ему взглянуть на сидящую в седле Адель, в сдвинутой набок шляпе, на изящный наклон ее головы, малиновые губы, как будто ждавшие, чтобы их поцеловали, и он легко оказывался во власти своих далеко не джентльменских намерений.
В этот момент в нем преобладал инстинкт, более глубокий и сильный, чем логика. Это был тот самый инстинкт, который определил его печально известную репутацию, репутацию мужчины, способного соблазнить любую женщину.
Но он не общался с любыми женщинами. У него были свои вкусы, и, кроме того, он всегда очень осторожно, можно даже сказать, продуманно, выбирал любовниц. «Только не сегодня», – подумал он раздраженно, когда возможность следовать самым примитивным инстинктам вызвала вполне предсказуемую реакцию.
– Я хотела поблагодарить вас за то, что вы договорились с доктором, – сказала Адель, когда лошади их оказались рядом. – Я не знала, как это устроить, и очень рада, что вы подумали об этом.
Он думал не только об этом, а еще о массе других проблем, но предпочел промолчать.
– Вы сказали Гарольду, что позаботитесь о докторе?
Лошадь Дамьена споткнулась об упавшую ветку.
– Нет, – резко ответил он.
– Почему нет? – спросила она, немного удивленная его резкостью.
– Не пришлось к слову.
Тишину нарушал только стук лошадиных копыт по мягкой земле.
– Я говорила с ним об этом сама, – продолжала Адель, – после того, как доктор объяснил ему ситуацию. Я хотела, чтобы Гарольд знал, что в этой истории я не пострадала.
– И что Гарольд сказал?
– Он, конечно, вздохнул с облегчением, но мне кажется, ему было неловко вести этот разговор со мной.
Дамьен беспокойно заерзал в седле. Он хорошо знал своего кузена и знал, что Гарольд всегда чувствовал себя неловко, общаясь с женщинами, неловко он чувствовал себя и тогда, когда разговор заходил о сексе. Дело было в том, что у Гарольда не было никакого опыта, и Дамьен подозревал, что кузену его будет непросто в его первую брачную ночь. Но говорить об этом с женщиной, которая собиралась выйти за него замуж, было совершенно неприлично. Вместо этого ему следовало поговорить с Гарольдом, подготовить его и объяснить, что ему надо будет делать.
При этой мысли у Дамьена появилось какое-то напряжение в шее и плечах. Сможет ли он это сделать? Объяснить Гарольду, как ему заниматься любовью с Аделью?
– Я была удивлена, – прервала она его мысли, – что Гарольд предложил вам показать мне конюшни после того, как мы довольно много времени провели вместе.
– Гарольд вполне доверяет мне.
– Но как он может доверять мне? Он ведь не знает меня так хорошо, как он знает вас. Ему даже не пришло в голову, что я могу соблазниться вашей широко известной привлекательностью. Неужели он считает, что я так предсказуемо непорочна?
Он улыбнулся и предпочел оставить ее вопрос без ответа.
– Это очень странно, – продолжала она, – но хотя мы помолвлены и собираемся пожениться, иногда я не знаю, как Гарольд на самом деле относится ко мне. Как вы думаете, он ревновал бы, если бы видел сейчас нас, скачущих к чайному домику?
Чувствуя, что ей необходима уверенность в том, что касалось ее жениха, Дамьен понял, что хотел бы видеть больше тонкости со стороны Гарольда. Адель заслуживала того, чтобы ее обожали. А если бы она чувствовала, что он ее обожает, она не задавала бы подобных вопросов.
В то же самое время его совсем не радовала мысль о том, что Гарольд может обожать Адель.
– Уверен, что ревновал бы, – ответил Дамьен.
Хотя, если быть до конца честным, он был в этом совсем не уверен. Гарольду, наверное, и в голову не приходят такие мысли. Вероятнее всего, он сидит в своей лаборатории, согнувшись над пробирками, и интересуется только тем, что происходит внутри этих пробирок. И это раздражало Дамьена постоянно.
Он убеждал самого себя, что это не означает, что Гарольд не любит Адель. Гарольд просто был таким, как всегда.
– Постепенно он станет спокойней и уверенней, – проговорил Дамьен, – я знаю его очень хорошо, знаю, что у него в душе, и поверьте мне, когда я говорю, что он очень хороший человек. Дайте ему время. У вас впереди целая жизнь для того, чтобы узнать его так хорошо, как знаю я.
Теперь она поерзала немного в седле.
– Я знаю, что он хороший человек. Вы правы, мне не следует торопить события. Не следует ожидать, что у меня могут сложиться интимные отношения с человеком, которого я так мало знаю.
Хотя она и Дамьен встретились совсем недавно, между ними установились невероятно близкие отношения. И сейчас оба они старались спрятать эти отношения как можно глубже.
Объехав озеро, они оказались у тропинки, которая вела к дому.
– А он не заперт? – спросила Адель.
– Я знаю, где лежит ключ. Мы с Гарольдом часто бывали здесь, когда были моложе, и он еще не увлекся своей химией. Мы много часов провели здесь, ловя рыбу. – Он указал на бревно, на котором они сидели. – Отец Гарольда очень любил дальние прогулки, он часто приглашал друзей на охоту.
– А ваши отец и мать? Вы хорошо помните их?
Дамьен остановил лошадь, слез с нее и подошел, чтобы помочь Адели.
– Мой отец был очень похож на Гарольда. Такие же рыжие волосы и еще многое другое. Юстасия – сестра моего отца.
– А ваша мать?
– Моя мать... у нее были разнообразные интересы, но я в них не входил. Не помню, чтобы я любил ее, и, честно говоря, я помню о ней очень мало. Я стараюсь не вспоминать о ней, так как воспоминания вызывают у меня обиду и негодование.
– У вас совсем не сохранилось приятных воспоминаний о ней?
Одетые в перчатки руки Адели покоились у него на плечах, а он обеими руками взял ее за тонкую талию, и она спустилась на землю.
Какое-то мгновение они стояли неподвижно, глядя друг на друга, а он обдумывал последний вопрос Адели.
– Думаю, что сохранились. Я помню, как она держала меня на руках и пела мне песенку, когда я был совсем маленьким.
Но он не любил думать об этом. Ему больно было вспоминать о ее нежности, в горле у него появлялся какой-то твердый ком.
– А с отцом вы были близки? – продолжала спрашивать Адель. – Понимаете, я выросла в очень дружной семье, и мне трудно представить себе жизнь ребенка, у которого совсем нет близких.
Он наконец убрал руки с ее талии и пошел привязывать лошадей.
– Думаю, что был. Мы были совсем разными, но как-то находили возможность для контактов. Я знал, что он все, что угодно, сделает для меня. И тоже был предан ему.
– Так, как вы преданы Гарольду?
– Да, – ответил он, хотя вопрос этот заставил его почувствовать себя неловко.
– А когда вы с Гарольдом стали такими близкими друзьями?
В памяти у него возникла картина давно прошедшего времени, события, произошедшего в день, когда прошло еще не так много времени после гибели его родителей, наверное, не больше месяца. Он случайно напоролся на группу дравшихся мальчишек, и оказалось, что парни избивали Гарольда. Дамьен отлупил его обидчиков. В этот день он почувствовал себя очень нужным, полезным кому-то, после недель стыда и угрызений совести, когда он обвинял себя в смерти родителей.
С кровоточащим носом и полными слез глазами, Гарольд посмотрел на Дамьена, сидевшего на земле, привалившись спиной к стене, и сказал:
– Ты мой самый лучший друг, Дамьен. Ты всегда будешь моим самым близким другом.
Стоя возле чайного домика, Дамьен рассказал Адели об этом дне, и по выражению ее глаз он видел, что она все понимает. Он рассказал еще кое-что о своем детстве.
Вспомнил, как Гарольд всегда чувствовал, когда Дамьен тосковал без родителей, и старался отвлечь его шутками и играми. Он смотрел вниз, на землю, вспоминая много разных мелочей...
Заржала лошадь, и они оба подошли, чтобы успокоить ее. Затем Дамьен достал ключ от домика, который находился в банке, спрятанной в дупле дерева, и вернулся к ней. Открыв дверь, он сделал рукой жест, приглашая Адель зайти в залитый солнцем домик.
Она медленно вошла в большую круглую комнату, каблуки ее стучали по деревянному полу. С любопытством осматривая обстановку, она взглянула через окно на озеро, затем подошла к большому, тоже круглому столу, вокруг которого стояло двенадцать очень красивых стульев.
Дамьен снял шляпу и закрыл дверь.
– Этот дом построен в 1799 году, потому что принц Эдвард, лорд Кентский когда-то, когда он был еще юношей, сказал, что в круглом здании дьявол не сможет загнать вас в угол.
– И вы верите в это? – Она повернулась к нему спиной, внимательно разглядывая висевшие на стене небольшие картинки, на которых изображены были различные пейзажи.
Оценивающим глазом оглядев ее красивую женственную фигурку, он ответил:
– Нет, не верю. Думаю, он может загнать вас в угол где угодно.
Она кивнула, соглашаясь с ним, посмотрела вокруг, потом улыбнулась ему.
– Здесь просто замечательно, – заговорила Адель, – я уверена, что буду приезжать сюда каждый день просто для того, чтобы убежать от... – Она остановилась на полуслове, быстро взглянула на Дамьена прежде, чем опять отвернуться к окну.
Он сделал шаг к ней:
– От чего убежать, Адель?
На ее лице появилась неуверенная улыбка, она покачала головой:
– О, я сама не знаю. Все кругом так помпезно и претенциозно. Мне больше по душе что-нибудь небольшое и уютное, как этот домик среди деревьев и некошеной травы. Мне нравится, как изогнутые ветви опускаются в озеро вон там и как листья, – она указала пальцем на окно, – немного загораживают вид из окна. Это естественно и радует глаз.
Взгляды их встретились, она улыбнулась, и он почувствовал невероятное волнение. Она была очаровательной, в этом не было никаких сомнений, и она физически притягивала его, что не было необычным. С этим можно было бы справиться. Но было, безусловно, что-то еще, что-то большее.
Возбужденный и взволнованный, он опустил глаза. Он молил Бога, чтобы тот избавил его от этих чувств. Он молился, надеясь, что эти чувства исчезнут после того, как он вернет Адель Гарольду. Что им обоим удастся забыть то, что произошло между ними. Но он не мог забыть, это было совершенно невозможно. Единственное, чего ему хотелось в этот момент, – это обнять ее и держать, не отпуская от себя.
Ему хотелось привезти ее в свой дом, показать ей заросший сад и уютные комнаты, наполненные неподходящими друг к другу подушками и заставленные стопками книг, потому что книжных полок всегда недоставало, а расстаться с книгами никто не решался.
Дамьен знал, что ей понравится его Сущий дом, потому что она любила все естественное и непретенциозное.
И вдруг он испугался, осознав, что его чувства к Адели не просто физическое влечение к красивой женщине и желание получить то, что было запретным. Теперь, когда они вернулись в реальный мир, ему казалось, что это было что-то новое, гораздо большее.
Он сжал в руках свою шляпу и почувствовал, как темная мрачная туча обрушилась на него и поглотила его снаружи и внутри. Это был стыд и ужас. Он не в состоянии был даже пошевелиться.
– А как выглядит ваш дом, Дамьен? – заинтересованным голосом спросила Адель.
Но Дамьен не только не мог пошевелиться, он не мог произнести ни слова. Он мог только молча тупо смотреть на нее.
– Дамьен? – Она подошла ближе. – Я спрашиваю про ваш дом. Вы ведь говорили мне, что он называется Сущий дом. Я сегодня утром посмотрела в словаре, потому что думала о нем. Там написано, что это значит «настоящая природа, суть, в отличие от того, что видно на поверхности». Еще там были слова «сердце, душа, корни, основа».
Беззаботными шагами она медленно приближалась к нему, а он, испуганный своими чувствами, хотел, чтобы она остановилась.
– В моем представлении ваш дом сильно отличается от особняка Осалтонов, – продолжала она, – мне кажется, там все растения не подстрижены, и выглядит все как тут, – она указала рукой на вид из окна, – естественно и пышно, и немного... в беспорядке.
Адель рассмеялась. А он нет, он не мог.
– Да, – наконец выговорил Дамьен, – там все выглядит точно так, как здесь. Дело в том, что у меня нет средств, чтобы нанимать садовника. Но если бы я и смог, я велел бы ему ничего не трогать, потому что мне так нравится больше.
Она остановилась напротив, очень близко от него, так что он видел золотистые пятнышки у нее в глазах и отдельные волоски в ее тонких бровях. Он ощущал аромат ее кожи, это был аромат мыла, а не косметики.
Адель стояла, заложив руки за спину, качаясь вперед и назад, как шаловливый ребенок, глядя на него озорными глазами. Она никогда раньше так не смотрела на него, игриво и почти флиртуя. Это была та Адель, которая, как он подозревал, была спрятана в глубине ее существа, и которой она никогда не разрешала вырваться наружу. И эта Адель, очень сексуальная, несмотря на свою невинность, возбуждала его невероятно.
– Я рада, что ваш сад остается естественным, – говорила она, – мне бы не хотелось думать о вас, как о ком-то с подрезанными крыльями, если можно так сказать. Мне нравится представлять себе вас диким и парящим в небе.
Дамьен постарался справиться с бурлящей в жилах кровью:
– Адель, вы тоже должны летать. Не позволяйте им сделать из вас холодную англичанку.
Улыбка исчезла с ее лица, она неожиданно стала весьма серьезной.
Боже, он понятия не имел о том, как у него вырвались эти слова. Она ведь была обручена с Гарольдом. С его кузеном Гарольдом.
– Я не то имел в виду, оно как-то не так прозвучало, – пытался он оправдаться, – они очень хорошие люди, это моя семья.
Она отвернулась от него, подошла к окну и стояла там молча. Дамьен обошел стол и, подойдя к ней, остановился, глядя на ее нежный профиль в отраженном свете озера.
Адель подняла глаза и посмотрела на него.
– Почему вы так сказали? Это из-за разговоров Юстасии о том, что никто не может догадаться, что я американка? Что я практически и сейчас уже англичанка? Что меня можно согнуть и придать мне любую форму, что я могу выглядеть благоразумной, независимо от того, кем я являюсь на самом деле? Или это потому, что все вокруг говорят, что я совершенна, и только вы один знаете, что это не так?
Он не знал, что ей ответить, а это бывало с ним весьма редко. Он всегда знал, что следовало говорить женщине, что она хотела услышать и как надо соблазнить женщину, которая хочет, чтобы ее соблазнили.
Но Адель, непосредственная, искренняя Адель, не жаждала быть соблазненной. Она хотела правды. Она была не уверена в своем будущем, и ей хотелось услышать от него, что все уладится, все будет хорошо.
– Да, именно поэтому, – ответил он.
Она опять посмотрела на озеро. В воздухе не было даже намека на ветерок, и озеро было совершенно спокойным, лишь редкие всплески появлялись там, где, рыба выпрыгивала на поверхность.
– Нет, – сказала она, – это не только из-за этого.
Дамьен весь сжался. А она повернулась к нему и начала очень быстро говорить:
– Гарольд – замечательный человек, и я это знаю. Я просто не предполагала увидеть такое великолепие. Я представить себе не могу, как я буду жить в таком огромном доме, я не знаю, чего от меня ждут. Откуда я могу знать, когда надо делать реверанс, а когда не надо? Как я могу стать достойной хозяйкой такого дома? Я к этому совсем не подготовлена. Вы думаете, что я совершила ошибку, приехав сюда? Или Гарольд ошибся, поверив в меня?
– Вы научитесь, – заговорил он, – вы всему научитесь, потому что вы умная женщина. Иначе Гарольд не сделал бы вам предложение.
– Но хочу ли я всему этому научиться? Может быть, это слишком много для меня? Я всегда делала то, что хотели мои родители, но иногда мне кажется, что они переоценили меня. Они всегда говорили, что я самая рассудительная и послушная из их детей. И я предполагала, что я родилась именно такой, невероятно рассудительной. Я всю жизнь успешно играла эту роль, но сейчас я сомневаюсь. Я устала от этой идеальной жизни, от драгоценностей, блестящих канделябров, от невероятного, ошеломляющего богатства. Мне все это не нужно. Я просто хотела бы... – Она посмотрела ему в глаза. – В последнее время мне иногда совсем не хочется быть рассудительной. Раньше со мной такого не случалось, мне никогда не хотелось делать что-то недозволенное, отличное оттого, чего ждали от меня. Но после похищения я чувствую себя совсем иначе, и это пугает меня.
В ее глазах было отчаяние и мольба. Чего она хотела? Ответов? На какие вопросы?
На вопрос о том, где ее место в жизни? Какие у нее цели, какие желания?
– Вы многого в жизни еще не испытали, Адель, – он старался говорить спокойно, – и в этом все дело. Вы разберетесь во всем со временем.
– Но я ведь вскоре собираюсь выйти замуж. Я должна выбрать свое будущее, то, как сложится моя жизнь. А что, если выяснится, что я совершаю ошибку? – Она остановилась, опустила голову и закрыла лицо руками. – Не слушайте меня, я просто испугалась. Как глупо все это звучало. Наверное, я слишком много слушала советов своей сестры.
– А что она вам говорила? – спросил он.
Мольба в ее глазах исчезла, и она сказала более спокойным тоном:
– Она всегда хотела, чтобы я ввязалась в какое-нибудь приключение до того, как я устрою свою жизнь. Ну так оно и случилось, не правда ли?
– Одобрила ли она ваше решение выйти замуж за Гарольда?
Моргнув несколько раз, Адель ответила:
– Да, он ей очень понравился. А разве он может кому-нибудь не понравиться?
– Нет, конечно, не может.
Адель перевела взгляд от его глаз вниз, к его губам, потом к волосам и снова к глазам. А он просто стоял и позволял ей разглядывать себя.
– Простите меня, я была слишком эмоциональна. Обычно со мной такого не бывает. – Она замолчала, глядя на него и как будто что-то соображая. – Иногда у меня такое чувство, что я становлюсь другим человеком, когда нахожусь рядом с вами.
Сверху вниз он смотрел на ее пухлые влажные губы, блестевшие в солнечном свете, проникавшем через окно, и чувствовал непреодолимое желание.
Она вела себя совершенно не так, как все женщины, с которыми он общался. Она была не похожа ни на одну из них.
Возможно, это было потому, что она открыла ему свою душу, рассказала то, что не решалась рассказать никому. Или это была ее невинность и непорочность?
Нет, этого быть не могло. Мысли, которые у него возникали при виде Адели, не имели ничего общего с невинностью. Они были мрачными, греховными, непозволительными.
А она, взглянув на него своими невинными глазами, печально произнесла:
– Дамьен, иногда меня беспокоит то, что я сама себя не знаю.
– Но я знаю, какая вы, – ответил он.
Он сделал шаг вперед, преодолев то малое расстояние, которое оставалось между ними, и облегченно вздохнул. «Наконец», – подумал он, предвкушая то, что должно было произойти. И в тот же момент почувствовал стыд и сожаление, угрызения совести, еще до того, как он что-нибудь сделал.
Глядя ему в глаза, она укоризненно покачала головой, и он понял, что она хотела сказать, хотя она не произнесла ни слова. «Это нехорошо», – говорила она ему своим взглядом.
Он знал, что это плохо, что это непростительно, но он не мог остановиться. Просто не имел сил.
Дамьен обнял ее и держал в своих объятиях так же, как он держал ее в кровати, когда ее мучили ночные кошмары. Но тогда он должен был это делать, он должен был оберегать ее, целой и невредимой доставить ведомой, к Гарольду. Он действовал как ее защитник.
Теперь же у него не было оправдания. Они благополучно добрались до дома Осалтонов. И единственная опасность, которая ей угрожала, – это был он. Ему не следовало держать ее в своих объятиях, ее должен был обнимать Гарольд.
Но он не мог ее отпустить. Сердце его билось с невероятной скоростью. Он немного отодвинулся, обеими руками повернул ее лицо к себе, поцеловал ее нос, потом лоб, потом потянулся к ее губам и крепко, жадно прижался к ним. Ему слышно было, как кровь пульсировала у него в висках. Он просунул язык ей в рот, и она издала тихий стон, в котором звучало наслаждение.
Чувствуя прикосновение ее упругой молодой груди, он буквально млел от восторга. Адель обвила руками его шею, пальцы ее шевелили волосы у него на затылке, и как огонь вспыхивает от вылитого на него керосина, так вспыхнули его сексуальные инстинкты, и он издал звук, похожий на стон.
Дамьен прильнул к ее губам с такой жадностью, как умирающий от жажды путник в пустыне, добравшись до оазиса, набрасывается на живительную влагу. Не отрывая своих губ от ее, он осторожно повернул ее и спиной прислонил к стене. Даже если бы Гарольд стоял снаружи у одного из окон, Дамьен не в состоянии был бы остановиться. Так сильно его притягивало к ней, так велико, безнадежно и страстно было его желание, превосходившее все, что он чувствовал когда-нибудь раньше.
Сознавая, что он поступает плохо, Дамьен не мог сдержать себя. Слишком велико было наслаждение, слишком сильна потребность коснуться и удержать ее. Ему казалось, что он задохнется, если отпустит ее.
Чуть согнув колени, он всем телом подвинулся вверх, и она раздвинула ноги, предоставляя ему место, и еще сильнее прижалась к нему. Еще и еще раз он сгибал колени, потом выпрямлялся, и каждый раз она издавала тихий звук, полный удовлетворения и радости. И это казалось таким естественным, эти дразнящие эротические движения, симулирующие сексуальный контакт, хотя оба они были полностью одеты, и она стояла, прижавшись спиной к стене.
Чувства его были обострены, ему хотелось гораздо большего. Он хотел обладать ею по-настоящему, здесь и немедленно, на холодном твердом полу этой круглой комнаты. Целуя ее нежную кожу, он обнял ее за шею. Она вздохнула, наслаждаясь, и низкий хриплый звук ее голоса, наполненный сексуальным возбуждением, окончательно разрушил непрочную стену его самоконтроля.
Он начал расстегивать верхние пуговицы ее платья. Ему безумно хотелось произнести вслух ее имя, но он побоялся разрушить волшебную атмосферу, которая образовалась вокруг них, и промолчал.
Адель опять застонала, проводя пальцами по его густым волосам, приводя их в невероятный хаос, пока Дамьен продолжал целовать ее шею, у самой границы платья. Обняв ладонями ее грудь, он гладил ее, мечтая о том, чтобы коснуться губами ее сосков.
– Дамьен, – прошептала она, почти задыхаясь и отводя голову в сторону, – пожалуйста, остановитесь.
Он услышал отчаяние в ее голосе и понял, что она молит его опять, но в этот раз совсем не о том, о чем она молила несколько дней назад. Она просила его остановиться, так как у нее не было ни сил, ни опыта, чтобы сделать это самой.
Дамьен попытался подавить нараставшее в нем желание заглушить его. И пока еще его тело могло быть подвластно приказу, он быстро отошел на шаг назад и провел дрожащей рукой по волосам. Воздух с шумом выплеснулся из его легких. Это была реакция на неожиданно и поспешно прерванное сексуальное возбуждение.
Адель неподвижно стояла у стены. Щеки ее пылали. Испуганными глазами она смотрела на Дамьена.
– Боже, – прошептал он. В этот момент он презирал себя.
– Как могли мы такое сделать? – спросила она с полными слез глазами, казалось, она не верила сама себе.
– Это была моя вина, – произнес он неуверенно.
– Нет, в этом была и моя вина. Что-то внутри тянуло меня к вам, но я не хочу этого.
Ее слова казались обидными, хотя он понимал, что так было на самом деле. Он тоже не хотел, чтобы его тянуло к ней.
– Пожалуйста, уезжайте, – взмолилась она, – поезжайте в Лондон, пока это все не пройдет. Это все очень нехорошо, Дамьен, и мы оба прекрасно это знаем. Пожалуйста, уезжайте.
Он долго смотрел на нее, красивую и очень печальную, в освещенной солнцем комнате, молившую его о том, чтобы он поступил правильно. Потом он кивнул и, ни слова не говоря, вышел из домика.
Дамьен быстрыми шагами прошел в дом, чтобы оставить записку тетушке, сообщив ей, что он уезжает. На лестнице он столкнулся со своей кузиной Вайолет.
– Дамьен, – спросила она, – куда ты собрался? Не останавливаясь, он бросил на ходу:
– В Лондон.
– А как же сегодня вечером? Мы ведь хотели репетировать сцену из «Короля Лира»?
– Уверен, все пройдет прекрасно, – проговорил он и, войдя в дом, закрыл за собой дверь.
Вайолет осталась стоять на лестнице, глядя вслед кузену, который, судя по всему, торопился и был весьма взволнован. «Наверное, торопится к своей актрисе», – подумала она, раскрыла зонтик и спустилась по лестнице, направляясь в сад, куда, она слышала, пошел лорд Уитби.
Вайолет глубоко вздохнула. Лорд Уитби был так невероятно красив, что она не могла этого перенести. Когда-то она слышала, что противоположности притягиваются друг к другу. Она восхищалась его золотистыми волосами. Слава Богу, он вернулся из Америки, не поймав богатую наследницу. И к счастью, Гарольду это удалось.
Улыбнувшись, она подумала, что иногда судьба преподносит приятные сюрпризы. Кто бы мог подумать, что Гарольд сумеет такое сделать, обеспечив, кстати, и ее будущее? И это было вполне надежно, так как она всегда умела управлять братом, дергая за веревочки. Теперь она будет управлять семейным кошельком. Взглянув через плечо на то место на лестнице, где она только что встретилась с Дамьеном, она отметила про себя, что тут никаких веревочек не существовало. Он никому не подчинялся, не был ничьей марионеткой. Ей, Вайолет, повезло, эта богатая американская наследница все еще хочет выйти замуж за ее братца. И слава Богу, что Дамьен уехал.
Неожиданно какая-то мысль заставила ее остановиться. Была ли она эгоисткой, мечтая о браке Гарольда только ради собственной выгоды? Ей вспомнились слова викария, сказанные в церкви на прошлой неделе: «Мы должны думать о других раньше, чем о себе». Наверное, ей следует постараться быть лучше, чем она была. Приподняв бровь, она попыталась представить себя помогающей в церкви или занимающейся благотворительностью. Могла бы она помогать викарию, когда он собирал еду для нуждающихся?
И тут она вспомнила о дешевом неприятном одеколоне, который употреблял викарий. Сморщив нос, Вайолет пошла дальше. Нет, ей не имеет смысла заниматься самоусовершенствованием. Судьба наградила ее хорошеньким личиком, к тому же скоро появится и счет в банке. А викарий вообще неприятный. Все говорят, что он очень милый, но у него такой скрипучий голос.
* * *
Примерно через час после того, как Адель вернула лошадь в конюшню, она зашла в дом, и стук ее каблуков эхом отзывался в пустом зале, когда она проходила к лестнице.
Не успела она взяться за перила, как кто-то появился наверху. Подняв глаза, она увидала Дамьена.
Их взгляды встретились, но сами они оставались неподвижны, она внизу, он наверху. Она никак не ожидала встретить его, была уверена, что он уже уехал.
Ей захотелось спуститься со ступеньки и прислониться к стене, чтобы дать ему возможность пройти. Или, может быть, ей следует наклонить голову и пройти мимо него, ничего не говоря.
Через несколько секунд Дамьен нерешительно начал спускаться с лестницы, не сводя с нее глаз. Она стояла как загипнотизированная и ждала, не зная, что должно произойти. Приблизившись к ней, он остановился. Сердце ее колотилось невероятно, ей казалось, что он сейчас велит ей покинуть дом Осалтонов.
Но он не произнес ни единого слова, просто взял ее за руку и повел в уединенное место, в библиотеку.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Мой герой - Маклейн Джулиана



читается действительно очень легко,но....совсем нет накала,интриги,даже скучновато..а концовка-так вообще поразила,даже и не поняла,что роман закончился....как? на чем? жаль даже...а ведь такой потенциал был у главных героев,такой приятный стиль написания...но не смогла автор вытянуть роман,и он остался таким посредственным,скучненьким чтивом....
Мой герой - Маклейн ДжулианаИсабель
7.03.2013, 11.50





Приятный роман, читается легко.
Мой герой - Маклейн ДжулианаВер0ни4ка
30.12.2013, 8.16





Можно почитать.
Мой герой - Маклейн ДжулианаКэт
12.06.2014, 10.26





Роман написан весьма средненько. Динамичное начало и полная размазня дальше. Скучновато.
Мой герой - Маклейн ДжулианаСветлана
4.11.2014, 14.17





На мой взгляд роман неудачный, потому что скучный!!! Недолюбила автор своих героев. 7/10.
Мой герой - Маклейн ДжулианаЛАУРА
6.03.2015, 19.01





Прочитала, но написано слабовато, интрига надуманна, героиня мечется не в поиске любви, а просто из-за ложных предубеждений. Не увлекательно!
Мой герой - Маклейн ДжулианаItis
11.04.2015, 23.21





не интересно совсем
Мой герой - Маклейн ДжулианаИринаМ
20.05.2015, 4.05





7 баллов.Адель правильно сделала что разорвала помолвку, иначе ей пришлось бы вместо мужа спать с пробирками
Мой герой - Маклейн ДжулианаЛилия
12.06.2015, 22.51








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100