Читать онлайн Гостья из тьмы, автора - Маккинли Тамара, Раздел - Глава 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Гостья из тьмы - Маккинли Тамара бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.82 (Голосов: 66)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Гостья из тьмы - Маккинли Тамара - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Гостья из тьмы - Маккинли Тамара - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Маккинли Тамара

Гостья из тьмы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 11

Сезон стрижки был в самом разгаре, с маленьких окрестных ферм хозяева пригнали своих овец. Брет был очень занят и не мог уделять Дженни много внимания, поэтому она целыми днями делала наброски в своем альбоме. Только вечерами перед сном, когда становилось прохладно, они ненадолго выезжали верхом. Дженни нравились эти дружеские поездки, но вскоре у Брета стало так много работы, что она лишилась этого удовольствия.
Целыми днями во дворе стоял шум и суета. Более четырехсот тысяч овец требовалось провести через руки стригалей, которые торопились уехать в другие хозяйства. Людей катастрофически не хватало, и однажды Дженни сказала Брету, что могла бы помогать пастухам. Он удивился, но возражать не стал, и с тех пор для Дженни началась совсем другая жизнь. Теперь она стала понимать, что приходилось выдерживать юной Матильде. Постепенно она привыкла часами сидеть в седле и даже стала учиться действовать невозможно длинным и тяжелым кнутом, пытаясь направлять овец в нужную сторону. Пыль, поднятая тысячами копыт мериносов, забивавшая глаза, уже не так раздражала ее. Она сопровождала стада на зимние пастбища, как заправский пастух. Ее кожа подрумянилась на солнце, руки огрубели. Она проваливалась в крепкий сон, стоило голове коснуться подушки, и спала без сновидений до утреннего гонга.
Риппер сопровождал ее во всех поездках. Кремово-белая шерстка на лапках, груди и надбровьях покраснела от пыли. Глаза смотрели на Дженни с обожанием, язык всегда был готов лизнуть ее в лицо. Он как будто понимал, что ему никогда не придется работать, как остальным келпи, но с интересом следил за ними, поглядывая сверху из седельной сумки.
Прошел месяц, потом еще две недели. Стригали начали постепенно разъезжаться, и теперь вместо их громкого гомона во дворе стали слышны петухи и лай собак.
Брет вместе с грузовиками, груженными шерстью, уехал на аукцион.
Дженни чувствовала необыкновенный покой, разлитый теперь в Чуринге, но ее жизнь опять менялась. Симон и Стэн уезжали завтра утром, и она боялась, что ей придется испытать такое же одиночество и изолированность от мира, как Матильде.
Дженни невольно вспомнила о непрочитанных дневниках и зеленом платье в чемодане. Загадочная музыка старинного вальса с каждым днем все тише звучала в голове, но она знала, что скоро опять окунется в этот мир. Вернется к жестоким, но уже знакомым обстоятельствам жизни, которые она только сейчас стала понимать по-настоящему.
В кухне было душно, термометр показывал около сорока градусов. Дженни, обливаясь потом, готовила прощальный обед и поражалась выносливости Симон.
Несколько раз в день кормить такое количество голодных мужчин казалось ей подвигом.
Обед был назначен на десять, когда спадет дневная жара. Дженни приняла душ, надела легкую блузку и льняную юбку, туфли на высоких каблуках и немного подкрасилась. Гости прибыли ровно в десять часов.
Симон была затянута в ярко-желтое хлопчатобумажное платье, лицо подкрашено, волосы густо завиты. В туфлях на высоких каблуках она казалась выше мужа. Стэн был страшно торжествен в костюме с галстуком и чистыми волосами. Он переступал с ноги на ногу и выглядел беспомощным без своего привычного комбинезона стригаля и трубки в зубах.
Дженни провела гостей через кухню, где аппетитно пахло ростбифами и йоркширским пудингом, томящимися на плите, и подвела к столу у открытых стеклянных дверей на веранду.
Она целый день мыла, скребла, полировала все вокруг, поэтому в кухне было чисто и нарядно. Передвинутый кухонный стол было не узнать. Он был накрыт накрахмаленной белой льняной скатертью с кружевами, рядом с тарелками лежали яркие китайские салфетки, столовое серебро матово светилось в лунном свете. В центре стола, между старинными бронзовыми подсвечниками возвышалась высокая тонкая ваза с дикими лилиями. Все это Дженни нашла в кладовке на нижней полке и вычистила до блеска.
Симон с жадным интересом рассматривала стол округлившимися глазами. Дженни наблюдала, как она осторожно трогает пальцами ножи, салфетки и хрустальные фужеры на высоких ножках. Может быть, она перестаралась? В конце концов, это обычная рабочая семья, живущая простой, незатейливой жизнью, а не художественная богема Сиднея.
– Дженни… – выдохнула Симон, глаза ее сияли. – Спасибо, что устроила нам такой необыкновенный прием. Я столько раз мечтала хоть раз посидеть за настоящим красивым столом с цветами, серебром и свечами! Я никогда этого не забуду, спасибо!
– А я испугалась, что вы подумаете, будто я выпендриваюсь перед вами, – облегченно вздохнула Дженни. – Я столько трудилась, чтобы вычистить все это, когда обнаружила на полке в кладовке! Но если вы будете чувствовать себя неловко, можно быстро убрать все назад.
– Не вздумайте этого сделать, детка! – ужаснулась Симон. – Для всех парней я просто Ма, которая набивает им желудки сытной едой. Никто во всю жизнь не сделал мне ничего приятного за эти годы. Только вы, дорогая. И дайте мне этим насладиться от души!
Дженни разлила шерри и зажгла свечи. Симон плюхнулась всем своим весом на крепкий стул и пригубила вино.
– Я буду долго вспоминать все это потом, в дороге, – сказала она задумчиво. – Все-таки жизнь на колесах имеет свои недостатки.
Стэн сидел в кресле, не зная куда пристроить длинные руки стригаля. Наконец сложил ладони между колен и смущенно кашлянул.
– Вы чудесно все устроили, миссис Сандерс, – с трудом выдавил он и опять закашлялся.
– Спасибо. Вот ваше пиво, вам оно больше по вкусу, я знаю, – улыбнулась Дженни. – И пожалуйста, снимайте галстук и пиджак. В такую жару ни к чему соблюдать формальности.
– Ты не сделаешь этого, Стэн Бейкер! – грозно объявила Симон. – Хоть раз в этой проклятой жизни веди себя по-человечески. Оставь этот чертов пиджак и проклятый галстук на месте!
Ростбифы и йоркширский пудинг имели успех. К пудингу Дженни подала персиковое желе и взбитые сливки. На десерт напекла меренги и подала их к кофе и бренди.
После еды все перешли на веранду, уселись в мягкие кресла и расслабились. Вокруг было тихо, Чуринга спала.
– Я буду скучать по вас, Симон, – задумчиво сказала Дженни. – Вы – единственная женщина, с которой я общалась с самого приезда из Уэллаби-Флатс.
– Неужели никто из ваших подруг не связался с вами за это время? – удивилась Симон.
– Диана написала несколько писем и звонила, но связь настолько плохая, что толком поговорить было невозможно.
– Вы уже решили, что собираетесь делать дальше? Кажется, вы немного привыкли здесь с тех пор, как вы с Бретом перестали грызться.
Симон скинула туфли, галстук и пиджак Стэна давно висели на спинке кресла.
– Я еще ничего не решила, к сожалению. Это место почему-то удерживает меня, хотя здесь я столкнулась с такими вещами, которыми никогда раньше не занималась. Но, может быть, в Чуринге я просто прячусь от реальной жизни?
– Чепуха! – уверенно фыркнула Симон. – Ничего нереального здесь нет, детка. Именно здесь ты видишь настоящую жизнь.
Дженни отрешенно взглянула на залитую лунным светом землю и тяжело вздохнула. Она вспомнила последнее письмо Дианы. Руфус предлагал выкупить долю Дженни в галерее и купить ее дом, если она решит остаться здесь. Но она не может так просто покончить со старой жизнью. Дом, галерея, друзья по-прежнему были частью ее существа. И она хотела писать картины! Ей это было необходимо, как воздух. Альбом для набросков был полон и просился на холсты. Писать картины было самой сильной внутренней потребностью Дженни, которая требовала удовлетворения. Симон внимательно посмотрела на нее.
– Здесь одиноко, я понимаю вас, – серьезно заговорила она. – Я колесила по Новому Южному Уэльсу и Квинсленду всю взрослую жизнь и вижу, как эти места меняют людей. Женщины становятся грубыми, двужильными и примиряются с мухами и пылью. Но мы вынуждены оставаться здесь из-за наших мужей и детей. И потом, мы здесь выросли и любим эту землю. Думаю, детка, что вам будет лучше в городе.
Дженни с тоской посмотрела на нее. Симон была права. Ее здесь ничто не удерживало, кроме разбитой мечты. У нее не было ни мужа, ни ребенка, о которых она могла бы заботиться. Она не испытывала к Чуринге обжигающей страсти, которая бы намертво привязала ее к этой земле. Но ей не хотелось испортить своим настроением их последний вечер, поэтому она быстро сменила тему:
– Куда вы отправитесь дальше, Симон?
– В Билла-Билла. Там огромная стригальня, а кухня – просто загляденье! Затем мы поедем в Ньюкастл навестить нашу дочь и внуков. Немного побудем с ними, да, Стэн?
Стэн только кивнул в ответ, как настоящий мужчина, знающий цену словам.
– У нас трое детей. Две дочери и сын, – сказала с гордостью Симон. – И целых девять внуков! Но мы, к сожалению, не так часто с ними видимся. Они все живут в разных местах, а мы должны без конца колесить по этой чертовой стране.
– А что вы собираетесь делать, Стэн, когда уже не сможете быть стригалем? – спросила Дженни, не в силах представить его кем-нибудь другим.
– Думаю, продержусь еще несколько сезонов, – ворчливо пробурчал тот, попыхивая трубкой. – Я всегда обещал Ма, что, когда придет время, у нас будет собственный дом с участком. Не очень большим, конечно, но, думаю, на тысячу акров потянем.
– Обещания, обещания! – зло фыркнула Симон. – Всегда тянешь – ну, еще один сезон, еще одна стрижка… В конце концов тебя вынесут из какой-нибудь стригальни ногами вперед!
Дженни услышала раздраженные нотки в ее голосе и поняла, что это, по-видимому, больная тема у супругов. Может быть, они не сочтут такой уж безумной ее идею?
– Если я решусь остаться… – неуверенно начала она. – Я пока не обещаю, что останусь, Симон, учтите! Но не согласитесь ли вы со Стэном жить здесь со мной?
Симон украдкой бросила быстрый взгляд на мужа.
– Я бы с удовольствием, детка. Мы переезжаем с места на место так давно, что пора где-нибудь остановиться.
– Вы смогли бы жить в бунгало у реки, помогать мне по хозяйству и готовить для стригалей во время сезонов стрижки. А Стэн бы помогал на скотном дворе, управлял стригалями, следил за овцами…
Стэн не проявил никакого энтузиазма. Лицо его оставалось бесстрастным, как обычно, и это говорило само за себя.
– Для меня это звучит как райская музыка, – сказала Симон, вздыхая. – Но Стэн не из тех, кого можно удержать на одном месте. У него пятки горят! Все-таки на всякий случай я оставлю вам адрес дочери в Ньюкастле. Она будет в курсе наших дел и сможет передать нам ваше письмо.
Стэн молча допил пиво и снял со спинки кресла пиджак и галстук.
– Спасибо за угощение, миссис Сандерс. Мы с Ма очень тронуты вашим вниманием. Но нам пора, завтра надо встать до света.
Дженни крепко пожала ему руку на прощание. Ладонь стригаля была мягкой – ланолин надежно защищал ее от мозолей. Объятия Симон были теплыми и уютными. Дженни поняла, что она будет ужасно скучать по этой доброй, сильной женщине. Невозможно было представить, что они больше никогда не увидятся.
Она проводила их до крыльца и, махнув рукой на прощание, вернулась в дом. Он казался опустевшим. Красная пыль опять появилась на полу и даже на белоснежной скатерти – Дженни никак не могла понять, откуда ее столько берется. Из спальни появился Риппер и направился к блюдцу с молоком. Сделав себе последнюю чашку кофе, Дженни с удовольствием опустилась в уютное кресло. Музыка старинного вальса снова зазвучала в голове, призывая вернуться к бальному платью и призрачным объятиям. Пришло время взяться за дневники…


За сухим летом последовала сухая зима. У Матильды не было времени оплакивать своего ребенка, потому что выросшая до колен трава совершенно поникла под безжалостным солнцем. Одинокие листья облетали с деревьев и желтели на ветках. На пастбищах Чуринги в поисках травы появились тысячи кроликов и тучи кенгуру, гонимые в поисках воды и корма со своих земель.
Матильда осматривала пастбища в низко надвинутой на лоб шляпе, чтобы хоть немного защитить глаза от немилосердного солнца. Выручка после прошлогодней стрижки позволила заплатить последнюю часть долга матери банку, зато теперь ей приходилось с трудом сводить концы с концами до будущего лета. Матильде было трудно уследить за огромной площадью Чуринги, и все же, если бы не кролики и кенгуру, травы на пастбищах для овец хватило бы. Из-за засухи у нее осталось всего тысяча тонкорунных мериносов, но если дождь не пойдет, ей придется резать кусты и кормить овец вручную, как всегда делала мать и остальные фермеры в таких случаях.
С достаточным запасом воды и еды в седельных сумках они с Габриэлем объезжали земли Чуринги. Матильда научилась спать на жесткой земле в одежде и ботинках, с ружьем под боком, готовая в любой момент защитить себя и овец от диких кабанов, динго и ядовитых змей. Она гнала овец вперед. Верный Блю бежал рядом. От вида каждой мертвой овцы ей хотелось плакать, но она понимала, что ничего не может с этим поделать.
Стрижка была уже на носу, и им с Габриэлем пришлось заняться подсчетом и сортировкой овец. Часть стада осталась на пастбищах, других загнали в загоны, некоторых привели на домашние выгоны. Овцы были хороши в этом сезоне. Конечно, не сравнить с тем количеством, к которому они здесь привыкли, но качество руна было не ниже.
Матильда зашла в пустую стригальню. Здесь еще стоял запах пота, ланолина, шерсти и дегтя. Она улыбнулась. Так вот что значит быть скваттером, хозяином овец, дающим миру самую высококачественную шерсть! Матильда посмотрела на пол, где пот многих поколений лучших стригалей оставил свой след, на баки с дегтем в углу и старенький движок. Затем сосредоточилась на том, что надо было еще подготовить. Придется обменять свиней на продукты и приготовить постели. Сортировочные столы сияли свежими досками. Но какой во всем этом смысл, если у нее не было денег на стригалей, мальчиков для дегтя и сортировщиков шерсти?
Она огорченно вздохнула. Стригали не будут работать бесплатно, а без них не будет и шерсти. На что она надеется?..
– Добрый день, Матильда! Вижу, ты уже пригнала овец?
Она резко повернулась – и радостно улыбнулась Тому Финли, великану с черной шевелюрой и зелеными глазами.
– Здравствуй! Да, почти все уже рядом. А как дела у вас, в Вилге?
– Стадо тоже почти собрано. Куча ягнят в этом году, несмотря на то, что не было дождя. Хотя коров пришлось подкармливать.
Матильда понимающе кивнула.
– Пойдем в дом, выпьем чаю. У меня даже припасена бутылочка чего-то покрепче.
– Чая будет достаточно, – сказал он, направляясь к дому по пустому двору. – Рад видеть тебя здоровой, Молли.
Его обращение вызвало у нее улыбку. Он всегда звал ее Молли, и ей это нравилось.
– Мы с Эприл очень беспокоились за тебя в прошлом году. Она даже хотела приехать к тебе, но сама знаешь, как это бывает…
Они зашли в дом, и Матильда направилась к плите.
– Могла бы и не застать меня на месте, – сказала она, нарезая хлеб и холодную баранину. – Я почти весь год проболтались с Габом на пастбищах. Для нас двоих все-таки земли очень много.
– А как же молодые работники? Разве они не могут вам помочь?
– От большинства из них мало проку. Одни слишком молоды, другие постоянно исчезают. К тому же у меня нет на всех лошадей. Я оставила их чистить загоны, следить за скотом и готовиться к зиме.
За чаем Том с удовольствием рассматривал Матильду.
– Ты изменилась, Молли. Я помню маленькую аккуратную девочку, которая ходила вся в бантах и обожала наряжаться на пикники и танцы на скачках.
Матильда улыбнулась и внимательно вгляделась в повзрослевшего товарища детских игр. Типичное ирландское лицо выдавало сильный характер, кожа задубела на солнце, руки стали большими и мускулистыми.
– Мы все изменились, – спокойно ответила она. – Ты стал мужчиной и совсем не похож на противного мальчишку, который таскал меня за волосы и швырял в лицо грязью. – Она грустно вздохнула. – Время бантов и нарядов миновало, Том. Мы все должны взрослеть.
– Но это не означает, что ты должна быть несчастной, Молли, – быстро сказал Том, подаваясь к ней. – Ты молода, красива, должна сейчас ездить на вечеринки и искать себе подходящего мужа, а не ночевать на голой земле и срезать дерьмо с задниц у безмозглых тварей.
Матильда расхохоталась. Она чувствовала себя столетней старухой и, должно быть, так и выглядела в старых отцовских штанах и застиранной до дыр рубахе.
– Если ты так считаешь, Том, значит, ты очень давно не выбирался из своей глуши.
– Но это не дело – жить здесь совсем одной, Молли! – упрямо покачал головой Том. – И есть множество людей, которые могут тебе это с удовольствием доказать.
– Мужчин, ты имеешь в виду? – все оживление Матильды пропало. – Эндрю Сквайрз крутился тут, да еще парочка парней появлялась, но я дала им кулаком в ухо. – Она усмехнулась в ответ на его улыбку. – Мне не нужны здесь мужчины, Том. Я не хочу никого из них видеть, если это не стригаль, который уедет, закончив работу.
Том достал кисет и скрутил папиросу.
– Хорошо, – сказал Том, закуривая. – Поговорим о стригалях. Сколько у тебя овец в этом году?
– Пятнадцать сотен наберется, думаю, – ответила Матильда. – Но я сама справлюсь, не волнуйся.
Она отвернулась, боясь, что глаза выдадут вновь вспыхнувшую панику.
Но Тома нелегко было обмануть.
– Вот что, Молли, – твердо сказал он. – Стригали приедут ко мне в Вилгу на следующей неделе. Если ты успеешь к этому времени пометить свое стадо, охолостить ягнят и пригнать ко мне, их смогут подстричь вместе с моими.
– И во сколько мне это обойдется? – спросила Матильда. Доброта Тома потрясла ее, но она должна была быть практичной.
Том усмехнулся.
– Ну, Молли… – протянул он. – В этом-то весь и финт! Мы договорились с хозяевами Билла-Билла и Махри, что в этом году они пригоняют своих овец ко мне. Поэтому платить они будут намного больше, и это покроет твою долю.
Матильда почувствовала, что на глазах у нее выступили слезы.
– Спасибо, – просто сказала она, лихорадочно размышляя, чем сможет отплатить ему за помощь.
Но Том Финли с детства всегда читал ее мысли, как в открытой книге.
– Ты, разумеется, будешь жить со мной и Эприл в доме, но не думай, что тебе даром будут стричь шерсть, дорогуша. Там найдется масса работы для тебя, так что к концу стрижки ты будешь здорово вымотана.
Матильда улыбнулась сквозь слезы. В один прекрасный день и она обязательно расплатится с Томом. Он единственный из многочисленных соседей помог ей в прошлом году и предложил свою помощь сейчас. Она никогда этого не забудет!
После его отъезда Матильда поспешила к хижинам аборигенов.
– Габ! – крикнула она. – Ты должен поехать завтра со мной. Нам надо срочно собрать стадо. Оставь двух старших сыновей присматривать за хозяйством, а еще двоих возьмем с собой. Мы едем на стрижку в Вилгу!
– Здесь чертовски хорошая стригальня, миссюс. Зачем нам ехать в Вилгу?
– Потому что там мы подстрижем своих овец бесплатно! – прикрикнула она.
– Гнать стадо в Вилгу очень тяжело. Мы с мальчиками устали, – печально вздохнул Габриэль, изо всех сил изображая смертельную усталость.
Матильда возмутилась. Она устала не меньше его и прекрасно знала, чего он добивается.
– Тебе нужны продукты и сахар? – спросила она прямо. – Так вот, ты их получишь, только когда стадо вернется из Вилги.
Усмешка быстро пропала с лица старика.
– Мои старшие в Курайонге, – буркнул Габриэль, отводя глаза. – Поступили новичками на сезон. Там хорошо платят.
Матильда посмотрела на большую стайку игравших в пыли детей разных возрастов, начиная с младенцев и кончая подростками.
«К черту! – думала она со злостью. – Если там так хорошо, почему бы им тогда не забрать семьи туда же?» Но Матильда быстро заставила себя успокоиться. Если она хочет продержаться, ей нужно любыми силами удержать их здесь. Содержать семейство Габриэля недорого, но, черт возьми, как они ее раздражали иногда!
– Один пакет сахара и мука сейчас, – твердо сказала она. – Остальное – когда вернемся из Вилги. Тогда же добавлю немного табака.
Они довольно долго смотрели друг другу в глаза, и наконец Габриэль кивнул. Два мальчика, которых он взял с собой, были такими маленькими, что с трудом доставали до укороченных стремян. Сбор овец занял у них почти три дня. В эти дни небо заволокло тяжелыми свинцовыми тучами. Где-то вдали громыхала гроза, обещая дождь. Но когда они собрали всех овец в домашних загонах, налетел сухой горячий ветер и разогнал тучи. Трава гнулась и шелестела под сильными порывами ветра. Овцы в загонах нервничали.
На четвертый день Матильда запаковала седельные сумки с вещами и оседлала Леди. Она постояла у ограды и полюбовалась на своих упитанных овец. Несмотря на засуху, травы в Чуринге на этот раз хватило. Шерсть на спинах была густая, животные выглядели сильными и здоровыми. Конечно, кто-то из них после перегона похудеет, но шерсть-то останется! А это в них самое ценное.
– Гроза идет, миссюс, – заметил Габриэль, забираясь на мерина.
Матильда посмотрела на небо. Тучи собирались опять. Воздух был наэлектризован, как будто земля и небо были двумя палочками, с помощью которых бог собрался добывать огонь.
– Тогда пора ехать, – бросила Матильда, делая знак двум мальчишкам открыть ворота. Она свистнула Блю, который тут же поднялся на ноги и занял место с краю стада. Постепенно, с помощью вожака и собак, стадо сдвинулось и потекло из загона.
Матильда с Габриэлем ехали за стадом, криками и свистом кнутов подгоняя овец.
Тучи спускались все ниже и ниже, превращая день в сумерки.
– Сухая гроза будет! – крикнул Габриэль. – Ничего хорошего, миссюс.
Матильда кивнула, похолодев. Надо было во что бы то ни стало успеть добраться с овцами до Вилги раньше, чем она разразится. В этих краях не было ничего ужасней сухой грозы. При первой же вспышке молнии овцы в панике разбегутся, и ей уже их не собрать.
Блю, казалось, чувствовал опасность. Он носился, как бешеный, то за отбившейся овцой, то подгоняя медлительного вожака. Он обегал стадо по кругу, врезался в самую гущу, разгоняя заторы, кусался и рычал, направляя всех в одну сторону. Так продолжалось целый долгий день, но к вечеру они достигли пастбищ Вилги и увидели овчаров, спешивших им навстречу.
Овцы были загнаны в небольшой загон позади стригальни, отделенный от других затейливым лабиринтом проходов.
– Ты могла бы приехать и завтра, – сказал Том, устало улыбаясь. – Похоже, гроза прошла мимо.
Матильда закончила подсчет и с облегчением вздохнула.
– Я никого не потеряла в дороге, – гордо сказала она. – Зачем было тянуть, если мы успели?
Они оба посмотрели на бегущие за горизонт кудрявые тучи.
– Надо посмотреть коров, – сказал Том. – Я отведу твоих лошадей в конюшню, а ты заходи в дом, Эприл тебя ждет. Скоро ужин.
Эприл была года на три старше Матильды. Худенькая молодая женщина с руками, покрасневшими от работы, казалась слишком хрупкой, чтобы выносить такую жару и беременность. Она обливалась потом, но неутомимо сновала между плитой, мойкой и столом. Рукава ее чистого ситцевого платья были закатаны выше локтей, на лоб все время падала прядка светлых волос, которая выбилась из пучка на затылке.
– Рада тебя видеть, Молли, – сказала она с доброй улыбкой на лице. – Теперь, с лишней парой рук, я смогу справиться с предстоящим концом света.
Матильда посмотрела на округлившийся живот, и у нее дрогнуло сердце от накатившей боли. Но она спрятала ее поглубже. Нечего сравнивать! Эприл выбрала замужество и детей, а в ее планы это не входит, так к чему чувствовать себя обделенной?
Дом в Вилге был больше, чем в Чуринге. Он стоял у подножия небольшого холма, веранда смотрела на реку и ближайшие пастбища. Деревья вилги давали тень баракам и амбарам и густо росли вдоль берега реки. Здесь, как и в Чуринге, возле самого дома деревьев не сажали: слишком боялись пожаров от молний.
Эприл подлила из чайника горячей воды в большой кувшин и вместе с полотенцем протянула Матильде:
– Возьми кусок мыла, таз, умойся и отдохни немного. Ужин вот-вот будет готов.
Комнату Матильде отвели в дальнем восточном углу дома. Она была маленькой, с громоздкой мебелью и кроватью с продавленной сеткой. Но зато в ней чудесно пахло пчелиным воском, пол был тщательно вымыт и почти на всю длину застелен шерстяным ковриком. Матильда прислушалась к голосам играющих во дворе детей. Сколько их теперь у Тома? Четверо или, может, уже пятеро?..
Она вздрогнула, увидав свое отражение в зеркале. Неужели эта загорелая, с растрепанными волосами женщина – действительно она? Матильда не представляла, что так сильно выросла и похудела и что ее так старят морщинки возле глаз. Если бы волосы были чуть темнее, а глаза более синими, ее можно было бы принять за призрак Мэри Томас.
Девушка с брезгливой гримасой осмотрела свои фланелевые брюки – старые, выгоревшие, с заплатами и пузырями на коленях, перехваченные внизу веревками, чтобы не задирались вверх. Рубашка, когда-то голубая, выгорела на солнце и от частых стирок щелочным мылом стала серой.
Матильда вздохнула. Мэри Томас предпочитала простую, удобную одежду для работы, но никто никогда не видел ее в грязной или не подогнанной по фигуре одежде. Никакого сравнения с этими бесформенными обносками! Она вспомнила, как Том сказал, что ей нужно ездить на вечеринки и танцевать, и грустно усмехнулась. Прошло слишком много времени с тех пор, как она одевалась в платья. Чем больше она будет походить на мужчину, тем лучше. Женщины слишком чувствительные создания, а ей надо выжить…
Матильда даже немного поспала, прежде чем ее разбудил гонг к ужину. Она поспешно вскочила и присоединилась к остальным. Было очень непривычно есть в компании, где за столом за тобой наблюдают шесть пар глаз. Из четверых мальчишек никто не унаследовал светлые волосы и мягкие черты лица матери. Все они были с такими же темными шевелюрами, зелеными глазами и резкими чертами лица, как и Том.
– Стригали приедут послезавтра, – сказал глава семьи, прожевывая кусок жареного мяса. – Где-то в середине следующего месяца подойдет очередь твоих овец.
Матильда согласно кивнула, так как ее рот был тоже полон. После холодной баранины и хлеба всухомятку ей не хотелось сейчас тратить время на разговоры.
– Эприл почти закончила убирать бараки для стригалей. Ты можешь помочь в загонах, в коровнике или курятнике. Работы хватает.
Матильда посмотрела на утомленное лицо Эприл и, хотя предпочла бы работать в загонах, поняла, что больше всего ее помощь понадобится на кухне и в бараках. Там надо вымыть полы и застелить свежим бельем кровати, к тому же, кто-то должен присматривать за детьми. Эприл не сможет за всем уследить одна.
Оглушительный, невероятный раскат грома заставил всех в ужасе оцепенеть.
Казалось, все живое вокруг затаило дыхание, со страхом ожидая продолжения. Секунды бежали бесконечно, действуя на нервы, и наконец малыши не выдержали. Они вскочили и бросились к Эприл, ухватившись за ее фартук как за спасение.
Лицо молодой женщины стало белым, как стена, глаза в ужасе округлились.
– Все в порядке, – машинально повторяла она. – У нас есть громоотвод, нам ничего не грозит… Пожалуйста, господи, защити нас, – закончила она шепотом.
Грохот потряс дом, как будто небо разорвалось и обрушило на них свой гнев. Голубая молния ослепительно сверкнула сквозь низкие тучи, превращая ночь в день.
Электрические щупальца шарили по тучам, как будто пытались найти слабое место и поджечь небо. Земля задрожала, когда вслед за ней грянул гром и прокатился по железной крыше. Мир озарялся ослепительными вспышками, когда молния, как указующим перстом, выхватывала из темноты то склоны холма, то верхушки деревьев, то кусочек пастбища. Гроза лезла грохотом в уши, ослепляла светом, потрясала своей мощью.
– Надо запереть загоны! – крикнул Том.
– Я с тобой! – прокричала в ответ Матильда.
Они постояли на крыльце, наблюдая, как бушует взбесившаяся природа. Дождя не будет, но подобные сухие грозы приносят множество разрушений, потому что следом за ними обычно приходит ураганный ветер. Он вырывает с корнем деревья, поднимает в воздух землю, срывает крыши с построек.
Воздух был так насыщен электричеством, что Матильде было трудно дышать. Вслед за Томом они помчались к загонам, где уже суетились люди, проверяя ограды и крепко запирая ворота. Овцы таращили глаза и беспрестанно блеяли, но были так тесно прижаты друг к другу, что никуда не могли деться. Собаки выли и бросались на стены будок, коровы мычали и вспахивали ногами землю в хлеву. Было такое впечатление, что весь мир внезапно сошел с ума и находится в агонии.
Гроза бушевала всю ночь и весь следующий день. Гром гремел, тучи скрыли солнце, молнии прорезали все небо голубым огнем. Люди постепенно привыкли к оглушительным звукам, дети прилипли к окнам, не сводя глаз со двора. Никто из них не признавался в своем страхе, но все знали: стоило молнии попасть в одно поваленное дерево, забытое где-то в середине пастбища, и все здесь вспыхнуло бы за считаные секунды.
Под утро второй ночи начался ураганный ветер. Он завивал пыль в огромные спирали, перекатывал их по земле, сметая все на своем пути. С ним невозможно было бороться. Можно было только молиться, чтобы он не перерос в торнадо, и не попадаться ему на пути. Том следил с веранды, как он гуляет по его полям, валит деревья и столбы изгороди, перекатывая их, как спички, во все четыре стороны. Железо на крышах стучало и хлопало, одна из стен ремонтной мастерской с треском оторвалась, пролетела в воздухе и рухнула с грохотом в один из пустых загонов. В доме оторвало несколько ставен, и воздух в комнатах был полон пыли.
Но ураган унес грозу в сторону, и в полдень третьего дня на землю опустилась благодатная тишина. Люди высыпали во двор, как выжившие после кораблекрушения, посмотреть на причиненный вред.
Ивы у реки выжили. Их длинные ветви тянулись к каменному руслу, где только в углублениях осталась вода. Карликовые деревья по краям ближайшего пастбища были вырваны с корнем и лежали на земле сплошной кучей. Две из шести прекрасных цистерн для воды были сброшены, и ими следовало заняться первым делом. Рифленые железные крыши следовало закрепить, стену ремонтной мастерской разобрать и перестроить. К счастью, никто из животных в загонах не пострадал, просто они были напуганы и нервничали больше обычного.
Один из пастухов вернулся с дальних загонов. Лицо его после долгого путешествия было усталым и расстроенным.
– Нашел пять коров, Том. Прости, старина, но их, видимо, подхватил ветер. Лежали в нескольких милях от загонов, как старые гвозди. Остальные на месте, жмутся к забору.
– Это не так уж много, – успокоил его Том. – И овцы, слава богу, в порядке, хотя ограда чуть не упала на них.
Стригали приехали на три дня позже и теперь стремились наверстать упущенное время. Эта хорошо сработавшаяся артель могла стричь больше двух тысяч овец в день. Здесь каждый знал свое место и был мастером на своем участке. Одно удовольствие было наблюдать за их слаженной работой.
Матильда, как только на кухне выпадала свободная минутка, прибегала в стригальню и не отрываясь смотрела, как быстро мелькают электрические ножницы в сильных, опытных руках. Том, в отличие от других хозяев стригален, не верил в то, что женщине нельзя находиться в помещении в момент стрижки. Она захватывала с собой ведро со свежей водой и кружку и обходила ряды, где шла стрижка. Каждому стригалю требовалось в день приблизительно по три галлона воды в такую жару. Все они, как правило, были невысокого роста, крепкие, сутулые, с длинными цепкими руками, способными удержать испуганных овец. Многие всю жизнь проводили на колесах, переезжая с места на место в сезоны стрижек.
Фергюс Макбраид и Джо Логхорн, которые тоже пригнали к Тому своих овец, при виде Матильды вежливо притрагивались к шляпам, но считали ниже своего достоинства разговаривать с ней о делах.
Стрижка длилась почти шесть недель. В день ее окончания стояла страшная жара. Матильда не вынесла влажной духоты кухни и, сделав свою часть работы, сбежала работать в загоны.
Пег и Альберт Райли в этом году так и не приехали, и никто из стригалей ничего о них не слышал. Видно, они вернулись в Квинсленд. Матильда решила, что они, наверное, постыдились появляться здесь, украв у нее столько сахара, муки и мяса.
Ее последний ужин с Томом и Эприл был закончен. Посуда вымыта и расставлена по местам, дети наконец отправились в постели и заснули. Матильда сидела на веранде с хозяевами, изо всех сил пытаясь подобрать слова, чтобы выразить благодарность этим добрым людям. Но это было очень трудно: слишком много чувств переполняло ее сейчас.
– Спасибо, ребята, – наконец хрипло выдавила она, понимая, что еще слово – и она расплачется.
Том, как всегда, понял ее чувства и похлопал по плечу.
– Ничего-ничего, не стоит, Молли, – сказал он и отвернулся. – Думаю, мне с парой ребят стоит съездить с тобой в Чурингу – посмотреть, что там у тебя творится после урагана. Мы не сможем тут жить спокойно, если не будем знать, что у тебя перед зимой все в порядке.
– Нет-нет! – быстро запротестовала Матильда. – Вы с Эприл и так столько сделали для меня. Я справлюсь, не волнуйся, Том. Серьезно!
– Ты с детства была упрямой, как осел, Молли, – сказал Том без всякой злости. – Эприл никогда бы не справилась без тебя с такой прорвой работы на кухне. Так что мы должны тебя отблагодарить.
– Но тебе нужно вести овец на зимние пастбища, Том, – попробовала возразить она. – И тут еще столько работы…
– Не волнуйся, – ответил он спокойно. – У нас уже все готово, и овчары смогут сами справиться. – Взгляд у него стал насмешливым. – К тому же для чего еще нужны соседи, если не помогать время от времени друг другу?
Эприл отложила недовязанный носок. Несмотря на усталость и свое положение, она ни минуты не могла сидеть без дела.
– Мы будем счастливы, если убедимся, что у тебя все в порядке, Молли. Не спорь, пожалуйста. Я вообще не представляю, как ты там управляешься со всеми делами одна! – Ее передернуло. – Здесь все-таки остаются люди, когда Том уезжает на пастбища… Не думаю, что смогла бы выжить на твоем месте.
– Ты сама удивишься, на что будешь способна, если припрет, – улыбнулась Матильда, машинально взяла носок и начала вязать.
Эприл немного понаблюдала, как подруга управляется со спицами.
– Я слышала, Этан Сквайрз хочет купить у тебя Чурингу, – сказала она мягко.
Матильда укололась спицей до крови и сунула палец в рот.
– Да, хочет, – пробурчала она. – Но я сказала ему, куда он может засунуть свое желание!
Том расхохотался.
– Знаешь, Молли, ты сейчас очень похожа на мать. Она была молодец у тебя. Ну что ж, девочка, вот ты и стала скваттером, поздравляю!


Они выехали до рассвета, позавтракав в полутьме. Матильда расцеловала мальчиков, потом повернулась к Эприл.
– Знаешь, было здорово побыть в женской компании, – сказала она с улыбкой. – Нет лучшего развлечения, чем сплетни о соседях и женская болтовня о тряпках.
Эприл вытерла мокрые руки о передник и крепко обняла ее.
– Это было чудесно, – улыбаясь, сказала она. – Пожалуйста, пообещай, что приедешь еще!
Матильда почувствовала толчок ребенка в ее животе и отпрянула. Боль накатила на нее волной. Она чуть не застонала, закусив губу.
– Постараюсь, – сказала она хрипло и с трудом выдавила улыбку.
Они спустились с веранды и пересекли опустевший двор. Матильда свистнула Блю. Тот быстро выскочил из псарни, отряхиваясь. За ним появились другие собаки. Габриэль, ночевавший в хижине вместе с тремя аборигенами, уже шел навстречу с оседланными лошадьми. Овец погнали со скотного двора, собаки взялись за работу, и они все направились к Чуринге.
Матильда ехала по проложенной ураганом дороге и видела, как изменились очертания ее владений. Некоторые деревья были повалены, столбы вырваны, изгородь валялась на земле. Знакомые ориентиры, вроде старого, расколотого молнией полусгоревшего дерева, исчезли. И только гора не менялась никогда. Она гордо возвышалась над ними, покрытая зелеными деревьями, – молчаливый страж ее фермы.
Девушка с облегчением вздохнула, когда они достигли ближнего выгона, – крупных разрушений на первый взгляд не было.
– Господи, ты видишь? – хрипло спросил Том, показывая рукой в сторону дома.
Матильда быстро обернулась туда и ахнула. Одна из железных цистерн с водой упала на крышу, разрушив южную стену. Рифленые железные листы топорщились, как крылья.
Она посмотрела на Тома округлившимися глазами. Чувство облегчения и ужас боролись в ней.
– Ты спас мне жизнь, Том! – прошептала она дрожащими губами. – Если бы я не поехала в Вилгу… – она прикусила губу. – Эта махина упала прямо на то место, где я сплю.
Том, видя ее состояние, быстро взял командование на себя.
– Вы с Габом разберитесь с овцами, а мы с ребятами займемся цистерной. Но тебе повезло в другом, девочка, – посмотри, как мало вокруг сломано, – сказал он, крепко прижимая ее к себе. – Слава богу, что ты была в этот момент с нами, Молли!
Том быстро двинулся к дому, на ходу отдавая приказания своим работникам, не дав ей времени ответить.
Матильда вместе с Габриэлем загнали овец в загоны, потом она нашла во дворе подходящие камни и сложила очаг. Здесь она собиралась готовить еду для мужчин, а ночью они все могут спать на своих походных скатках прямо вокруг очага на земле.
Том с людьми занялись прежде всего цистерной, которую с большим трудом удалось вытащить из-под завала. Обливаясь потом, они подняли ее на стойку и закрепили понадежней. И лишь потом подошли к дому. Стена была полностью разрушена, оконная рама сплющилась, веранда провисла с двух сторон завала. С крыши беспомощно свисали оборванные листы железа.
– Думаю, мы тут все быстро отстроим, Молли, – устало сказал Том, снимая шляпу и вытирая ею голову. – Иначе все остальное обрушится на тебя при первом же урагане.
– Но ты не можешь этим заниматься, Том! – недоверчиво сказала Матильда. – Тебе надо возвращаться к своим овцам…
– К черту овец! – заявил он, сплевывая. – Овчары ими займутся. Я не уеду отсюда, пока не буду знать, что ты надежно устроена на зиму.
Мужчины расчищали место около недели. Один из работников съездил в Уэллаби-Флатс и вернулся с фургоном и прицепом, груженными крепкими бревнами. Он клялся и божился, что какой-то скваттер отдал их бесплатно, так как разобрал старую стригальню и спешил построить новую. Матильда смотрела на него с недоверием, но он с таким воодушевлением расписывал на все лады эту историю, что поверил в нее сам, так что ей ничего не оставалось, как поверить тоже.
Том привлек к работе и Габриэля с аборигенами. Он научил их вставлять стекла в новые рамы и заставил прибить гвоздями крышу.
Вскоре все деревянные рамы, ставни и двери заново покрасили, и дом засверкал, как новенький, в зимних лучах солнца. Веранда теперь шла вокруг всего дома. Крыша над новой стеной надежно защищала ее от солнца.
– Знаешь, Эприл посадила вдоль крыши вьющиеся цветы и виноград. Попробуй тоже, и через пару лет не узнаешь свой дом, – сказал Том, оглядывая результаты своего труда.
Матильда со слезами на глазах смотрела на свой новый дом. Ее распирало от счастья и благодарности.
– Может, ты и прав, – хрипло сказала она, кашлянув. – Попробую. Том, я даже не знаю, как тебя благодарить за все! Ты столько для меня делаешь…
Он привлек ее к себе и крепко обнял.
– Будем считать это извинением за те неприятности, которые я причинял тебе в детстве, таская за волосы и топя в речке. Прости, что не был с тобой рядом сразу после смерти твоей матери, Молли. Мы с тобой настоящие друзья, девочка, а они для того и нужны друг другу.
Матильда проводила мужчин взглядом, пока они не исчезли вдали. Затем свистнула Блю и вместе с ним направилась к новому дому. У нее не хватило бы слов, чтобы описать свое состояние, когда она вешала акварели своей матери на новую стенку, но она знала, что наконец-то нашла человека, которому может по-настоящему доверять. И этого честнейшего, достойного мужчину она может считать своим другом! Кто его знает, может быть, есть на свете и другие люди, с которыми она смогла бы подружиться и с удовольствием общаться?
После всего, что с ней было, Матильда стала бояться людей. Но постепенно мужество крепло в ее душе. Она поклялась себе, что, когда отгонит овец на зимнее пастбище и получит чек за шерсть, обязательно съездит в город и купит себе платье! И, может быть, когда-нибудь сумеет отплатить Тому такой же монетой…


Дженни отметила для себя это место в дневнике. Она хорошо понимала состояние Матильды. Такая щедрая душевная доброта после стольких лет жестокости и насилия может заставить тебя онеметь. Но зато она рождает веру в людей и укрепляет мужество.
Не то мужество, которое требуется, чтобы одной объезжать пастбища и ухаживать за овцами, когда не хватает сил. А такое, когда надо открыться навстречу людям и научиться заново им доверять.
Дженни скосила глаза на Риппера, который с увлечением почесывался на полу.
– Пойдем со мной, дружок! – позвала она. – Пора ложиться спать. Но, молодой человек, завтра с утра вас ждет хорошая ванна, предупреждаю заранее!
Дженни вышла на веранду и последний раз окинула взглядом притихшую землю и усыпанное звездами бездонное небо. Это был прекрасный, но жестокий мир, однако в нем была и отрада. Она начинала понемногу понимать, за что Матильда и Брет так его любили…




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Гостья из тьмы - Маккинли Тамара



ОКОНЧАНИЕ:rnЗдесь лежит Матильда Макколи,rnМать, Любимая, Сестра и Жена.rnДа простит нас Бог.rnОТЛИЧНАЯ КНИГА! 10/10
Гостья из тьмы - Маккинли ТамараТатьяна
15.04.2013, 6.18





Да. книга действительно впечатляет! Читайте!
Гостья из тьмы - Маккинли ТамараЁлка
30.01.2016, 13.51





НАПИСАНО СИЛЬНО,ПРЕКРАСНО,ТРАГИЧНО.ЧИТАЙТЕ, РОМАН В ЧЕМ-ТО СХОЖ С РОМАНОМ "ПОЮЩИЕ В ТЕРНОВНИКЕ" ЧИТАЙТЕ И РАДУЙТЕСЬ,ЧТО У НАС НЕ ТАКАЯ ЖИЗНЬ,КАК У Г.ГЕРОИНЬ
Гостья из тьмы - Маккинли ТамараРая
1.02.2016, 0.59





Такая страшная история. Как можно было это все пережить!
Гостья из тьмы - Маккинли ТамараТата
1.02.2016, 18.21





Такая страшная история. Как можно было это все пережить!
Гостья из тьмы - Маккинли ТамараТата
1.02.2016, 18.21





Хочу поблагодарить Татьяну,что она написала последние строчки романа,т.к. они пропущенны!?! (хотя,они ОЧЕНЬ важны,с них все началось и как говорится в них "вся соль"). Оценку ставить не буду,мне сложно оценить этот роман цифрами,он оставил двоякое ощущение после прочтения.Если описать свое отношение к героям и ситуациям в которые они попали,то придётся раскрывать главные секреты этой книги,а делать этого не хочется, чтобы читатель вместе с гл.героями прошёл и пережил этот тяжёлый путь. Перечитывать не буду, но то что запомню этот роман-однозначно. Если кому то понравится, то советую почитать роман "Дестени".
Гостья из тьмы - Маккинли ТамараАлександра 27 Ха
2.02.2016, 0.13





Я даже не смогу описать, как этот роман мне понравился. Уже много читала, но такой в первый раз. Вся история, все трагедии в жизни этих женщин.. Меня удивляет, что так мало отзывов! Ставлю 10+, и советую всем!
Гостья из тьмы - Маккинли ТамараЖеня
2.02.2016, 21.33





Просто нет слов, чтобы выразить восторг от прочитанного!!! 10++++++ однозначно. Только жаль, что неизвестно, как сложилась жизнь и любовь главных героев. Супер!!! Читайте!!!
Гостья из тьмы - Маккинли ТамараАнжела
8.02.2016, 10.57





Спасибо Анжеле за отзыв.
Гостья из тьмы - Маккинли ТамараIRina
8.02.2016, 14.37





Очень понравилась книга, необычно, сильно, трагично.
Гостья из тьмы - Маккинли Тамаралюбава
9.02.2016, 9.27





Роман очень понравился 10 баллов. Столько трагизма, столько любви - наревелась всласть. А по поводу надписи на надгробии, полагаю, что должно было быть написано нечто замысловатое, поскольку надпись сразу вызвала недоумение героини, типа Жене от сына или Матери от мужа...
Гостья из тьмы - Маккинли ТамараНюша
9.02.2016, 10.47





Роман очень понравился 10 баллов. Столько трагизма, столько любви - наревелась всласть. А по поводу надписи на надгробии, полагаю, что должно было быть написано нечто замысловатое, поскольку надпись сразу вызвала недоумение героини, типа Жене от сына или Матери от мужа...
Гостья из тьмы - Маккинли ТамараНюша
9.02.2016, 10.47





Отличный роман, однозначно читать! интересный сюжет, непредсказуемый конец, интересные герои!!!! оценка 10++
Гостья из тьмы - Маккинли ТамараДжейн
10.02.2016, 20.52





Сколько боли , как переплелись судьбы -это какое то сумашедствие . Роман очень интересный , но сколько трагизма . 10 баллов !!!
Гостья из тьмы - Маккинли ТамараMarina
12.02.2016, 18.29





Спасибо автору за замечательную книгу.
Гостья из тьмы - Маккинли ТамараЮрьевна
6.03.2016, 11.04





Роман супер!!! Ревела половина книги, очень сильно написан роман, автору спасибо. Читайте, не пожалеете. 10+++.
Гостья из тьмы - Маккинли Тамарамэри
12.03.2016, 8.53





Самое лучшее что я читала,здесь нет соплей,романтики...это жизнь судьба....бедная Матильда-где же ее кусочек счастья. Не могла оторваться читала до утра-очень впечатлило!!!
Гостья из тьмы - Маккинли Тамарастнька
12.03.2016, 21.05





Очень понравился,самый лучший прочитав долго не забудете.нет слов.да Матильду жалко железная воля.100% стоит почитать советую всем.10+++
Гостья из тьмы - Маккинли Тамараледи
12.03.2016, 21.41





Да,тяжелая,но отличная книга!Читать однозначно.
Гостья из тьмы - Маккинли ТамараНаталья 66
14.03.2016, 16.17





Сюжет однозначно запомнится надолго. Редко попадаются такие романы. Читать обязательно!
Гостья из тьмы - Маккинли ТамараElen
24.03.2016, 19.11





Ошеломляющий роман,просто душу вывернул.Когда читала,думала что будет раскрыта необычная тайна,версии свои были,но чтобы такое...10+++
Гостья из тьмы - Маккинли ТамараОсоба
27.03.2016, 23.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100