Читать онлайн Твой навсегда, автора - Маккена Шеннон, Раздел - ГЛАВА 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Твой навсегда - Маккена Шеннон бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.14 (Голосов: 91)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Твой навсегда - Маккена Шеннон - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Твой навсегда - Маккена Шеннон - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Маккена Шеннон

Твой навсегда

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 11

С ботинками в руках он прокрался по лестнице вниз. Стеснение в груди достигло критической точки. Впору выкрикивать непристойную брань и выбрасывать из окон мебель. Он должен был срочно выйти на волю. Куда-то, где хватало бы пространства, чтобы он не мог ничего повредить.
Хотя предчувствие беды за эти дни еще более усугубилось, он, вопреки всему, пошел против своей интуиции. В угоду своей похоти. Так или иначе, но Эллен он все-таки доконал. Он был с ней так холоден и жесток.
Сейчас он хотел броситься обратно по ступенькам и просить у нее прощения. Просить, чтобы она снова любила и ласкала его.
Саймон вышел на цыпочках на крыльцо. Бренчание кубиков льда в бокале заставило его вздрогнуть и выронить свои ботинки. Он круто повернулся и пригнулся, заняв оборонительную стойку. Лунный свет упал на лицо Мюриэл Кент. Мать Эллен танцующей походкой прошла через качающуюся дверь и приветственно подняла свой бокал.
– Так-так, – холодно сказала она, сделав глоток. – Что мы тут имеем? Встаньте прямо, Саймон. Я не собираюсь на вас нападать, что бы вы обо мне ни думали.
Он выпрямился, желая, чтобы его зачастившее сердце колотилось не так сильно.
– Вы меня напугали.
– У меня хроническая бессонница. С тех пор как умер мой муж.
– Извините, – с готовностью сказал Саймон.
– Хотите, я сделаю вам лимонный коктейль с виски? – спросила Мюриэл. – Это то, что я пью.
– Нет, спасибо, – ответил ей Саймон. Я не большой любитель выпивки.
Мюриэл разглядывала его лицо при лунном свете.
– Я полагаю, и не станете, – сказала она. – При складывающихся обстоятельствах.
Саймон осмотрительно хранил молчание, выжидая ее следующий выпад.
– У меня такое ощущение, что помолвка расстроилась, – продолжала Мюриэл. – Я это поняла по лицу Эллен в ресторане. И я имею честь благодарить за это вас. Так, Саймон?
Отвечать ей не было никакой нужды. Для этого вполне хватало его молчания.
– Вы не тот, кого я разумела для Эллен.
Саймон нагнулся подобрать свои ботинки.
– Брэд Митчелл, может, и богат, и со связями, – сказал он, – но это чванливый подонок. Эл заслуживает лучшего.
– Вы считаете, что вы лучше?
Ее презрительный тон больно жалил. Но в данном случае, когда дело касалось холодного ублюдка, Саймон был готов потерпеть. Чтобы заставить Брэда Митчелла поволноваться, он мог снести все оскорбления, какие бы она ему ни бросила. Он их вполне заслужил.
Кубики льда загремели в бокале, когда Мюриэл снова отпила свой коктейль.
– Я-то думала, – сказала она, – что моя дочь отхватила себе мужчину, который останется с ней всю ночь и завтра будет здесь. К утреннему кофе. Но посмотрите на себя, Саймон. Исчезать тайком под покровом темноты! Некоторые вещи не меняются. Это уже навсегда.
В голову ему внезапно пришла одна мысль. Коктейль с виски, который пила Мюриэл Кент, вероятно, был у нее не первым. Потому, к своему несчастью, он может услышать от нее больше, нежели ему хотелось бы знать о себе.
– Ну да ладно, – пробормотала она. – Моя бедная крошка должна попытать счастья, как все мы это делаем. Но если вы сбежите от нее, вы последний трус. И тогда у меня к вам вообще нет никакого расположения.
Осуждение в ее голосе раздражало Саймона. Он сел на ступеньки спиной к ней и рывком натянул ботинок.
– Что касается Эл, мне привычно действовать по ночам, подобно вору. Вы никогда не хотели видеть меня рядом с ней, еще когда мы были детьми. Так что же вы ожидаете?
– Я ожидаю, что вы не будете вести себя как школьник, – сказала Мюриэл. – Я всегда знала, что вы появляетесь к несчастью. С того самого дня, когда вы перешли жить к Гасу. Достаточно было только увидеть вас, как это сразу стало ясно.
– Помилуйте, мне тогда было только девять, – сдержанно сказал Саймон. – Сделайте на это скидку.
Мюриэл цокнула языком.
– Почему я должна делать скидки, если это правда? Все совершенно закономерно. Любой мальчик, оставшийся без матери, воспитывающийся таким неудачником, как Гас Райли, обречен стать озлобленным человеком с трудным характером. К тому же по вашей внешности уже тогда было видно, что вы вырастете очень красивым. Даже чересчур красивым, как для собственной безопасности, так и кого-либо еще. И я знала, что это сочетание будет непреодолимым соблазном для такой доброй, беззащитной девочки, как моя Эллен. Мотылек… гм… стремится к пламени. Помните всю эту чепуху?
Саймон со вздохом натянул второй ботинок.
– Миссис Кент, вы…
– Но что толку в моем знании! Это не принесло ничего хорошего моей малютке. Разве что-то изменилось? – Мюриэл снова подняла бокал и сделала большой глоток. – Судьба, – сказала она. – От нее никуда не убежишь. Чему быть, того не миновать.
Он оставил Эл свернувшейся на кровати и плачущей, лежащей спиной к нему. Саймона пробрал озноб, когда он подумал о ней. Он потер лицо и туго затянул шнурки.
– Я пробуду здесь недолго, – сказал он, – так что возможности мои ограничены. Ущерб, который я…
– Болтун! – прервала его Мюриэл. – Не оскорбляйте мою сообразительность.
Саймон проглотил все остальное, что собирался сказать.
– Я хочу знать точно, – продолжала Мюриэл Кент. – А именно, сколько времени вы думаете играть чувствами моей дочери, прежде чем снова убежать в какое-нибудь злосчастное место с рвущимися бомбами? Скажите мне, Саймон, чтобы я могла себя подготовить.
Он поднялся и понудил себя отвечать ей всерьез.
– Я должен убраться в доме Гаса. Привести в порядок дела и выяснить ряд вопросов. Я вернулся сюда главным образом потому, что хочу понять… почему…
– Почему он застрелился? – Мюриэл покачала головой. – Желаю удачи. Здесь найдется не много людей, которые смогут рассказать вам о нем. С тех пор как вы уехали, он порвал все связи. Он перестал делать покупки в городе и даже за крупой ездил в Уитон. После того пожара на кого он только не злился!
– Я его понимаю, – сказал Саймон. – Я помню, как это было. Все косо смотрели в нашу сторону и осуждали нас. Как и вы, миссис Кент.
– О, это обоюдно, молодой человек, – засмеялась она с иронией в голосе. – Знаете, Гас тоже нас осуждал. И был беспощаден.
Саймон был так удивлен, что даже не подумал об ответе.
– Я пошла в школу в один год с вашей матерью, как вам известно, – сказала Мюриэл. – Юдифь была такая красивая девочка. Умная и очень одаренная. Мы с ней были подругами. Гас был на несколько лет старше, но я была с ним знакома.
– Да, я понимаю, – сказал Саймон, не имея мужества спросить, какое это имеет отношение к интересующему его вопросу.
– Потом она ушла в колледж, и мы потеряли связь, – продолжала размышлять вслух Мюриэл. – Я рано вышла замуж, а ваша мать пошла по линии нетрадиционного искусства. Наши пути разошлись, но я ужасно жалела, узнав, что она умерла.
Саймон по-прежнему молчал, пытаясь найти связующие звенья в ее рассказе.
– Однажды я встретила вас вместе в городе. Вам было тогда, может, года четыре. Юдифь вами очень гордилась. Она воспринимала вас в некоем роде будущим гением.
– Это показывает, как она была прозорлива.
– Не болтайте! – осадила его Мюриэл. – Это ребячество. И непочтительность.
– Извините, – сказал Саймон.
– Но, возвращаясь к нашему вопросу, я хочу сказать вот что. Гас осуждал всех и вся, Ларю, в частности, за провинциальность. Поэтому он называл город ретроградом. Но что он ожидал от такого маленького города? Это все равно что осуждать апельсин за то, что он круглый. Гас осуждал моего мужа за то, что он успешный бизнесмен. Фрэнк был гораздо старше меня, поэтому он осуждал и меня, говоря, что я вышла замуж за деньги. Он был убежден, что мы, как все буржуа, гребем деньги лопатой, и считал нас роботами, которые готовы променять душу на новый кухонный комбайн.
– Гм… – Саймон был озадачен. – Я понимаю.
– А после Вьетнама он сделался еще хуже. Он был сердит на весь мир. Отрастил бороду до пупа и в таком виде шастал вокруг, сверкая глазами. А потом судил людей за то, что они его боятся. Он был тот еще тип, этот Гас. Такой надменный, дальше некуда!
Саймон усиленно пытался совместить эту информацию со своими собственными воспоминаниями.
– Гас был надменный и всех осуждал, – задумчиво произнес он. – И этого достаточно, чтобы его устранить и обставить это как самоубийство?
Качающаяся дверь на крыльце больше не скрипела. Мюриэл, шокированная, умолкла, и кубики льда перестали греметь в ее бокале.
– Господь с вами, Саймон! – пробормотала она наконец. – Что вы такое говорите?
– Однажды, – сказал он после короткого колебания, – когда я еще был маленький, Гас рассказал мне один случай. Какой-то парень, которого он знал по Вьетнаму, покончил с собой. Гас очень тяжело переживал и тогда же сказал: «Он был так расстроен, а меня рядом с ним не было целых два дня».
– О Боже! – В голосе Мюриэл звучало беспокойство.
– Но так или иначе, он считал, что Гари, так звали того парня, принял трусливое решение, и сказал, что сам он никогда этого не сделает. И заставил меня пообещать, что я тоже этого не сделаю. Мне было тогда только десять, но я знал, что такое смерть, и мне не хотелось стать мертвым. Поэтому я пообещал. Мы с ним пообещали друг другу, а Гас всегда держал слово.
Мюриэл отставила свой коктейль и вытерла уголок глаза быстрым смущенным жестом.
– Мне очень жаль, Саймон.
Он отвел от нее взгляд.
– Конечно, Гас тогда был пьян, но он… Ну, словом, он обещал. И это звучало серьезно, как будто он действительно был в себе уверен.
– Жизнь может изменить наши представления о вещах, – сказала Мюриэл. Сейчас, когда ее голос утратил свой обычный решительный тон, она казалась старше. – Разочарование, одиночество и боль. Старение. Все это, должно быть, просто износило его.
Гас был так же близок к износу, как стальная балка. Но Саймон только пожал плечами.
– Возможно, миссис Кент, – вежливо сказал он. – Я вполне допускаю.
Она сидела притихшая так долго, что Саймон начал думать, не сигнал ли это, что их странная беседа закончилась и пора расходиться. Он уже приготовился встать, но Мюриэл остановила его.
– Знаете, Саймон, – сказала она, – так вот, с ходу, я не знаю, на кого подумать. Не представляю, кто мог затаить на него такую злобу. Да, люди его не любили, но он никому не переходил дорогу. Какое-то время он провел в психиатрической больнице, но это было…
– В психиатрической больнице? – Саймон оцепенел. – Я никогда об этом не слышал. И почему он там оказался?
– Говорили, что это последствия черепно-мозговой травмы, но я не уверена. Я думаю, у него был нервный срыв или что-то в этом роде. Все это было очень трагично. Там было несколько противоречивых версий.
«…сейчас у меня есть доказательство, что я не сумасшедший, и теперь я могу рассказать правду каждому, включая тебя», – вспомнил Саймон, и по спине у него пробежал странный холодный озноб.
– Если я не ошибаюсь, – сказала Мюриэл, – ваша мать погибла, пока он был в больнице. Кошмарная история. Должно быть, для него это было тяжелое время.
– Гм… да, – пробормотал Саймон. – И неимоверно изнурительное, для меня тоже.
Она попыталась успокоить его сочувственным взглядом.
– Саймон, я вас так хорошо понимаю, что слова здесь излишни.
Взамен благодарности он издал недовольное ворчание.
– В свое время многие женщины Ларю сходили с ума по нему, – сказала Мюриэл. – Я вам это точно говорю. Он был несносный сердцеед. Те сверкающие глаза. Те скулы. Тот рот.
Ее слова никак не вязались с образом бородатого горца, каким Саймон помнил своего дядю, но вполне согласовывались с его снимками.
– Гас? Сердцеед?
– Правда-правда, – заверила его Мюриэл. Я не собираюсь вам льстить, молодой человек, но в те дни он выглядел очень похоже на вас теперешнего. Когда я училась в школе, он крутил любовь направо и налево. У него было множество девушек. Постойте… надо вспомнить. Фрида Джинестра. Сью Энн О'Доннелл. Диана Арчер тоже.
Фрида, Сью Энн, Диана. Эти имена фигурировали в списке злоумышленника, пытавшегося подобрать пароль к ноутбуку Гаса. Я не знаю, кто эти женщины, – сказал Саймон.
– Вы знаете Диану, мать Брэда Митчелла, – возразила Мюриэл.
Он открыл рот от удивления. Перед глазами тотчас встало фото прекрасной, с кошачьими глазами блондинки в бикини.
– Она? И Гас? Ну и ну!
– Необузданность юности, – хихикнула Мюриэл. – Диана была одна из самых ярких красавиц в нашем округе. Трудно вообразить? Но все мы имеем свой звездный час. – Качающаяся дверь на секунду мягко скрипнула в тишине. – Но я себе не представляю, чтобы в Ларю некая матрона средних лет стала убивать Гаса в угаре безумной страсти. По прошествии тридцати лет после того, что имело место быть. Хотя, – глубокомысленно сказала она, – со мной порой случалось, когда под горячую руку я определенно чувствовала себя способной… О Боже, извините, Саймон. Эта тема совсем не для шуток.
– Все нормально, – сказал он. – Гас оценил бы это. Юмор висельника был единственный тип юмора, который он чтил.
Мюриэл снова хихикнула.
– Знаете что, Саймон? Я хочу открыть вам небольшой секрет. Что-то, о чем я еще никому не рассказывала.
Смутное опасение повергло его в панику. Он хотел вскочить и убежать.
– Гм… и что это?
– Вы с Эллен тогда были еще подростками. Так вот, одно время я была убеждена, что у нее булимия.
– Да? – удивился Саймон, дезориентированный столь резким изменением темы.
– У меня была привычка помногу готовить, – рассказывала Мюриэл, – будь то колбасный хлеб, ростбиф или лазанья. Поэтому всегда что-то оставалось от ужина, и я обычно складывала это в холодильник. Но утром я обнаруживала, что все съедено. Я удивлялась, что за напасть! Какое-то время я серьезно беспокоилась и даже водила Эллен к психологу.
– Я вспомнил, – медленно проговорил Саймон. – Она мне рассказывала.
– Так вот, психолог сказал мне, что не находит у нее никаких отклонений. Это меня успокоило, но не решило загадки. Поэтому однажды ночью я провела небольшое исследование, чтобы узнать, куда же девается пища.
– О, я понимаю, – сдержанно сказал Саймон.
Мюриэл сделала глоток коктейля.
– После этого я начала готовить еще больше. – Кубики льда вновь загремели, когда она осушила свой бокал и поднялась, прежде чем Саймон успел придумать какой-то ответ. – Я отнюдь не жестокая людоедка, какой вы меня считаете, молодой человек. Ну ладно, я потопала к себе. Посмотрим, смогу ли я хоть сколько-то поспать. Спокойной ночи, Саймон.
– Спокойной ночи, – ответил он слабым эхом.
Несколько минут Саймон тупо смотрел на опустевшее крыльцо, пока до него дошло, что ему некуда идти. Он забыл поставить палатку. Луговая трава кишела разной живностью: муравьями, уховертками, ужами. В доме Гаса у него тоже не было никаких шансов отдохнуть – слишком много призраков.
Саймон рисовал себе, как он засыпает в объятиях Эл, как ее руки скользят по его волосам. Эти мечты вызвали у него боль в глотке.
Черт побери, если негде спать, можно с успехом заняться работой!


– Эллен, что ты забилась в свою комнату и сидишь, когда на носу персиковый фестиваль? Ты не должна его пропускать, – настаивала Мюриэл. – Нужно смело смотреть в лицо сплетням. В противном случае в глазах людей ты будешь выглядеть виноватой. И потом, ты же обещала Би, что приготовишь яблочный пирог.
Эллен просеяла муку в миску и аккуратно перемешала с шортенингом.
type="note" l:href="#n_6">[6]
– Пусть люди думают все, что им хочется. К тому же я не чувствую себя виноватой. – Она привстала на цыпочки посмотреть, на месте ли ее грузовой пикап. Да, он по-прежнему стоял припаркованный возле дома Гаса.
Саймон все утро куда-то ездил, туда и обратно. Видимо, решил принять ее предложение и воспользоваться ее грузовичком. В прочих ее милостях он не нуждался. Не хотел ни видеть ее, ни говорить с ней. И вообще иметь с ней что-либо.
Эллен закусила губу и отвела взгляд от пикапа. Она осторожно влила в миску холодную воду и стала месить тесто. Все ее хозяйственные хлопоты, конечно же, были уловкой.
– Ты должна найти в себе силы, – продолжала Мюриэл. – Я не хочу, чтобы моя дочь ходила крадучись, будто посрамленная!
– Тебя это никак не затронет, мама! – Эллен хлопнула ситом, так что в воздухе поплыло мучное облако.
Мюриэл испуганно сделала шаг назад.
– Боже мой! Что с тобой, Эллен?
– Я устала от того, что мною распоряжаются! – Эллен сердито подцепила из миски часть теста. – Всю жизнь я была послушной маленькой девочкой. И что мне это дало? Ничего! Теперь я все буду делать, как мне нравится. И я не собираюсь идти на этот дурацкий персиковый фестиваль! Улыбаться, болтать о том о сем и делать вид, что все это просто грандиозно? Мне это ни к чему. – Она сделала из теста несколько шариков и шлепнула их на мраморную доску. – Би вместе с Мисси могут справиться и без меня. А если не могут, ну… тогда они невероятные тупицы. Добропорядочные граждане Ларю не умрут, если в этом сезоне они не получат кусок моего пирога. Возможно, будут страдать, но не умрут.
Рот Мюриэл изогнулся в медленной улыбке.
– Ну хорошо, пусть будет так. Моя маленькая девочка наконец решила обрести твердость характера. Похоже, ты собираешься поступать точно так же, как прошлой ночью. Я имею в виду, когда Саймон крался из нашей парадной двери в три утра. Гм… тебе понравилось?
– Мама! – Эллен энергично принялась раскатывать тесто скалкой.
– А почему тебе просто не пойти на персиковый фестиваль вместе с твоим Саймоном? – предложила Мюриэл. – Сделай публичную заявку. Устрой сенсацию. Поскандаль, дорогая.
Эллен поморщилась.
– Никакой он не мой.
– Вот как? – Мюриэл удивленно заморгала. – Тогда кто он?
– Это никого не касается, – монотонно пробубнила Эллен.
Мюриэл изучала свою дочь тревожными глазами.
– Полегче с тестом, дорогая, или ты сделаешь его жестяным.
– Я знаю, что делаю, – огрызнулась Эллен. – По крайней мере, что касается пирогов. – Она осторожно стянула с разделочной доски раскатанный пласт и задрапировала им верх пирога.
– Возможно, это не самый подходящий момент для разговора…
– Поэтому, пожалуйста, прекрати его, мама, – взмолилась Эллен. – Прошу тебя, не надо.
Мюриэл медленно двинулась к ней.
– Ты посвятила большую часть своей жизни этому парню. И видит Бог, он разрушает твои другие перспективы…
– Мама!
– Если уж ты так присохла к нему, прояви этот свой новый характер! Борись за то, что ты хочешь! Ты должна быть немного тверже, – заключила Мюриэл.
– Я и пыталась! – срывающимся голосом ответила Эллен. – Я все пробовала! Я была смелой, до безрассудства! Сказала, что я его люблю! Тело свое предложила! Жениха своего прогнала! Я ни перед чем не остановилась!
– Успокойся, Эллен, – пробормотала Мюриэл.
– Ха! Успокоиться? Легко сказать! Как? Я просила и умоляла! Пыталась его ублажить сдобами, сексом и…
– Ради Бога, Эллен. Мне не нужны скабрезные подробности.
– Тогда не спрашивай, если не хочешь слушать! И не говори, чтобы я была тверже. У меня полно трудностей, я в растерянности и не знаю, что мне делать дальше. Если я сделаю еще один шаг, пытаясь стать тверже, я окажусь за критической чертой! Ты меня понимаешь, мама?
Мюриэл уставилась на нее, моргая, как сова.
– Боже мой, дорогая! Как драматично. Я не представляла, что ты такая… страстная.
– Никогда со мной такого не было. – Эллен запнулась, сильно шмыгая носом. Потом поглядела на свои руки, белые и липкие от теста, и прижала локти к мокрым глазам. – Только когда это касается Саймона.
– Давай, дорогая. – Мюриэл приложила к носу дочери «клинекс», вытащенный ею из какого-то неведомого тайника.
Эллен вяло засмеялась и высморкалась в бумажную салфетку.
– Спасибо.
– Все, что можно сделать в подобной ситуации, – живо продолжала Мюриэл, – это постараться увидеть в ней светлую сторону.
– Да? – презрительно фыркнула Эллен. – И что же я увижу?
– Как бы то ни было, – лукаво улыбнулась Мюриэл, – теперь тебе не придется иметь дело с Дианой Митчелл, с этой чудовищной стервой, в качестве твоей свекрови. Разве это не подарок судьбы?
– Не заставляй меня смеяться, мама, – сказала Эллен, у которой начало трястись лицо. – Иначе я просто расплачусь, предупреждаю тебя.
– Дорогая, на радости мы можем всплакнуть вместе.
Последовал взрыв эмоций – у той и у другой. И на пару они добили пакет Мюриэл с клинексом, поделив его между собой.


Саймон выехал на дорогу, ведущую на свалку. Тяжелая физическая работа очищает мозги, полагал он. Следуя этому постулату, он отодвинул в сторону груду фотографий, намеренный ударным трудом завершить уборку хлама. Он грузил ящик за ящиком, мешок за мешком. Все подряд. Сломанную мебель. Журналы давностью в несколько десятков лет. Заскорузлые ботинки. Полотенца, которые были до того рваные, что в них почти невозможно было узнать полотенца. Ржавые останки автомобилей и какие-то корродированные детали, которые он вообще не мог идентифицировать.
И еще бутылки из-под спиртного. Проклятые бутылки, как же их было много!
Чем глубже Саймон внедрялся в убогий дом, тем полнее он проникался ощущением безысходности, отчаяния и одиночества Гаса. И тем больше прошлое давило на него.
Но как ни тяжела была его работа, в голову по-прежнему лезли дикие мысли. Прокрасться ночью в комнату к Эллен. Извиниться за то, что вел себя подло, как трусливый пес. Поклясться любить ее до конца жизни, чтобы снова и снова терять себя в ее теле так долго, как ему отпустит судьба.
Сегодня он, точно ненасытный обжора, был жаден до наказания.
Саймон подкатил к свалке, ожидая увидеть Макса Уэббера. Но парень, подошедший к двери будки, был не Макс. Это был его сын, Эдди. Лучший друг Саймона. Тот, кто участвовал во всех его приключениях и кто не хотел смотреть ему в глаза после той памятной ночи.
На загорелом, с залысинами лбу Эдди выступил пот.
– Привет, Эдди! – сказал Саймон. – Сколько лет, сколько зим.
– А, это ты, Саймон. Привет.
Эдди покосился в сторону большого металлического стеллажа, доверху заполненного петардами, остановив на них взгляд. Отец Эдди делал их и всегда поставлял изделия для городских празднеств. Вид петард заставил обоих вспомнить о «римских свечах» и сигнальных ракетах в ту давнюю июльскую ночь. Покрасневшее лицо Эдди сделалось еще краснее. От неудобства он сунул руки в карманы.
– По-прежнему делаете петарды, как я вижу, – сказал Саймон. Черт! Будто у него сегодня не было других дел, кроме как унижать своего старого товарища.
– Гм… да, делаем. Папа и я. К персиковому фестивалю.
– Успеха вам. – Саймон изучал дюжего парня, переминающегося с ноги на ногу. – Что-нибудь известно о Рике, Майке, Стиве и Рэнди? – спросил он, назвав имена ребят, которые были с ними в ту ночь.
– Гм… – Эдди прочистил горло. – Рик работает на железной дороге. Майк продает автомобили в Ванкувере… Рэнди давно живет в Паско. Думаю, теперь он учитель физкультуры. Про Стива ничего не знаю. Не видел его много лет.
– Ага, – кивнул Саймон. – Ну, это я так, между прочим. Просто любопытно.
– Да. Это… гм…х-х-хорошо, – заикался Эдди. – Я рад тебя видеть, приятель.
Саймон крякнул.
– Мне нужно сдать в металлолом кое-какие вещи, Эдди.
– Конечно, конечно, – поспешно сказал Эдди. – Все, что угодно.
– Мне придется сделать не одну ездку, так что приготовься. Ты еще увидишь меня много раз, – сказал Саймон. – И еще…
– Что? – Эдди выглядел встревоженным.
– Расслабься. Не потей из-за той истории. Это было много лет назад, – спокойно добавил Саймон.
Когда он отъезжал, Эдди задумчиво смотрел ему вслед. На этот раз он не отвел глаз и робко помахал рукой. Саймон помахал ему в ответ. Фу ты черт!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Твой навсегда - Маккена Шеннон



Прекрасный, очень нежный, трогательный роман. Искренне наслаждалась чтением! Советую читать!
Твой навсегда - Маккена ШеннонТатьяна
17.02.2013, 0.34





Советую!!!!! Читать!!!!! Сюжет не нов, но!!!!!!! Очень люблю такую манеру написания: диалоги живые, настоящие!!!! Так разговаривают и чувствуют настоящими люди в жизни! Для меня стоит в одном ряду с таким книгами как " Однажды летом", "У любви свои законы"
Твой навсегда - Маккена ШеннонMirta29
18.07.2013, 21.26





Очень понравилось...не оторваться... Читать!!! Страсть, эротика, любовь... Удовольствие от хорошей литературы!
Твой навсегда - Маккена ШеннонStefa
26.11.2013, 1.03





Очень понравилось...не оторваться... Читать!!! Страсть, эротика, любовь... Удовольствие от хорошей литературы!
Твой навсегда - Маккена ШеннонStefa
26.11.2013, 1.03





Все ничего...но с сексом и их фантазиями-перебор....
Твой навсегда - Маккена ШеннонNatali
26.11.2013, 17.52





Мужик зачетный, делает, пардон, кунилингус в каждой главе, при этом красавец и все такое. А еще герои в сексе треплются как на интервью, в постели у них просто удивительная говорливость, обычные супруги за неделю столько не говорят друг другу сколько здесь в момент проникновения. В общем, ржака.
Твой навсегда - Маккена Шеннонкато
28.11.2013, 17.12





Дальше 12 главы не осилила... Динамики как минимум не хватает.
Твой навсегда - Маккена ШеннонShootka
29.11.2013, 16.24





Неплохо.
Твой навсегда - Маккена Шеннонren
10.12.2014, 1.56





не смогла дочитать, одно и то же, секс в разных позах, и при этом болтают как две бабы на посиделках.
Твой навсегда - Маккена ШеннонДиана
20.01.2016, 16.54





Влюбленные сумели преодолеть все и стать настолько близки, как только могут быть мужчина и женщина.Диалоги бесподобны...
Твой навсегда - Маккена Шеннонsasha
21.01.2016, 2.09





читайте,не плохо.9.
Твой навсегда - Маккена Шеннонларик
23.01.2016, 10.51





ВАУ!!! Скока секаса! 8/10. Неплохо, но не более того. И хотя откровенные разговоры действуют возбуждающе, но ,таки да, столько трепа в процессе-перебор. Периодические затмения героя тоже напрягали, и вещие сны - притянуто за уши.
Твой навсегда - Маккена ШеннонНюша
27.01.2016, 18.06








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100