Читать онлайн Как соблазнить призрака, автора - Макинтайр Хоуп, Раздел - ГЛАВА 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Как соблазнить призрака - Макинтайр Хоуп бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 2 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Как соблазнить призрака - Макинтайр Хоуп - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Как соблазнить призрака - Макинтайр Хоуп - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Макинтайр Хоуп

Как соблазнить призрака

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 4

Обычно я не встречаюсь с объектами у них дома. Как правило, встречу назначают в офисе агента или в ресторане. В остальных случаях я работаю по телефону. Поехать к человеку домой – настоящее удовольствие.
Я словно возвращаюсь в прошлое. Когда я писала биографические очерки, мне приходилось составлять впечатление о личности человека на основе его гостиной. Поскольку по природе своей я – девушка не в меру любопытная, разрешение заглянуть в дом Сельмы Уокер вызвало у меня трепет. И как только Женевьеве удалось заполучить такую работу, ломала я голову.
Судя по всему, Сельма устояла перед искушением все распродать и переехать из Ноттинг-Хилла, хотя навскидку цена ее особняка – четыре миллиона. Минимум. Может, она и живет всего в двух минутах ходьбы от меня, но наши дома и близко не стояли. Ее особняк излучал богатство, его постоянно обновляли и ремонтировали, а мой – или, скорее, моих родителей – олицетворял собой прискорбную запущенность. Нетрудно догадаться, кто в этом виноват.
Я насчитала восемнадцать каменных ступеней, ведущих к парадному входу. По обе стороны от двери росли нелепые деревца в терракотовых горшках. Встав между ними, я позвонила.
Открывший мне мужчина только что откусил ломоть от тоста, который держал в руке. Увидев меня, он принялся яростно жевать.
– Простите, – произнес он наконец, обретя дар речи. – Я подумал, что вы – курьер из службы доставки. Они будто прячутся где-то и нарочно ждут, когда я приготовлю себе чашечку чая с гренками или залезу в ванну, и только потом звонят. Такое все время случается. Ли Бартоломью?
– Да, – сказала я. – Мой агент Женевьева Лабаш сказала, что вы меня ждете. Я пришла поговорить о написании книги для Сельмы Уокер.
– А, Женевьева. Знаменитая Женевьева. – Он ухмыльнулся. – Очарование в бледно-розовом и сиреневом. Она звонила сегодня утром и напомнила. Входите, – преувеличенно широким жестом он открыл дверь. – Я – Базз Кемпински.
– Вы – менеджер Сельмы Уокер? – Я вошла в красивый просторный холл с полом из Йоркского камня и мельком глянула на свое отражение в старинном зеркале. Оно висело над столиком с мраморной столешницей и доходило почти до самого потолка. Я с удивлением отметила, что выгляжу хорошо, но потом вспомнила, что старые зеркала неизменно льстят.
– Можно сказать и так, – бросил он через плечо. Что бы это значило? – Мой офис на верхнем этаже, но давайте лучше пройдем в кухню и вместе попьем чаю. Или вы хотите чего-нибудь покрепче?
– От чего не откажусь, так это от чашечки кофе, – сказала я. – Можно растворимого.
– В такой-то кухне? – Он махнул в сторону кофе-машины для капучино и эспрессо, кофейника и электрической кофеварки, стоящих рядком на дальнем столе. – Попробуйте каждого, а то другие обидятся.
Я рассмеялась.
– Сельма Уокер подойдет попозже?
– А Сельмы нет. Всю неделю она в Манчестере, разве вы не знали? Они записывают шоу в местной студии. Но это неважно. Вам нужен только я. Ну и что такого в истории Сельмы, на ваш взгляд, о чем можно написать хорошую книгу?
Черт. Я так волновалась из-за пожара, – не говоря уже о скандале с Томми, – что не успела подготовиться к встрече. Я нарушила одно из своих золотых правил и пришла, не выудив из газет или Интернета основную информацию о Сельме Уокер. Чтобы знать, о чем говорю. Я считаю, что домашние задания надо выполнять. Это профессионально. Теперь придется импровизировать.
– Ну, она – преуспевающая женщина, играет дамочку, похожую на себя. Сама распоряжается своей судьбой. Она…
К счастью, он перебил меня прежде, чем я успела добавить еще каких-нибудь позорных клише. Но страстность его реплики меня удивила.
– Это все ерунда. Вовсе она не распоряжается своей судьбой. Ею распоряжается канал. Скажите-ка, вы смотрели «Братство»?
Я покачала головой. Лгать бессмысленно. Было очевидно, что я не подхожу для этой работы. Вот допью кофе и уйду. Займусь реконструкцией дома и удивлю маму.
– Значит, вы абсолютно ничего не знаете о Сельме?
– Ну, я слышала о ней…
– Мне это нравится. Ничего не говорите. Поздравляю, Ли Бартоломью, у вас есть работа. А теперь расслабьтесь и расскажите о себе. Чьи биографии вы писали в последнее время? Таким образом, я смогу убедить мадам, что вы – лучшая. Может, выпьем? Чтобы отметить?
Я смотрела на него в изумлении:
– Вы меня нанимаете? Вот так запросто? Почему?
– Потому что, если вы ничего о ней не знаете, вы будете объективной. Расскажете подлинную историю. Надеюсь, вы знаете, зачем вас пригласили.
– Звучит как-то зловеще.
– Вино? Водка? Пиво?
– Водка с тоником, спасибо. И давно вы ее менеджер?
– Достаточно давно.
– Так вы были с ней в Америке?
– С ней там были все.
– Почему вы уходите от ответов?
– Разве?
Меня начинало раздражать его поведение. Я никак не могла его раскусить. Акцент у него английский, и в нем было вялое изящество, присущее высшему классу. Длинные ноги, грациозное тело и красивые темные волосы, спадающие на глаза.
– Почему вас называют Баззом? – вдруг спросила я.
– Из-за моей энергии. Кружусь, как пчелка. Бзз-бзз-бзз.
– И жалите? – не сдержалась я.
– Стараюсь так не делать. На самом деле это еще с детства. Помните песенку про Винни-Пуха и его встречу с жужжащими пчелами: «Мишка очень любит мед! Почему? Кто поймет? В самом деле, почему мед так нравится ему?»
type="note" l:href="#n_4">[4]
Я люблю мед. Или, может, меня подстригли так – знаете, раньше было модно выстригать на голове полоски, – и кому-то в голову пришло это прозвище. Кто знает? Это имя у меня так давно, что я не помню.
– Какое ваше настоящее имя?
– Этого я тоже не помню. И возраст тоже, так что не спрашивайте.
Разумеется, стоило ему об этом упомянуть, как я возжаждала узнать. Думаю, мы почти ровесники. Я собиралась спросить, сколько лет Сельме, но он меня опередил:
– Значит, вы мало смотрите телевизор?
– То, что я не смотрю «Братство», вовсе не означает, что я не смотрю телевизор. Есть и другие программы, знаете.
– Вы – ценительница искусства, верно?
Его тон меня смутил. Я никак не могла понять, насмехается он надо мной или нет.
– Простите. Не смотрите на меня так. Я не хотел вас обидеть, честно, – он осклабился. – Просто интересно, почему люди становятся авторами-«призраками». Разве вы не хотите написать собственную автобиографию, а не чужую?
– А мне особенно нечего рассказывать. Читатель со скуки помрет. Придется сделать ее веселой и превратить в художественную литературу.
– И вы к этому не готовы?
Не вывернуться. Он дразнил меня. Бросал своеобразную перчатку и ждал, когда я подниму ее. А самое ужасное в том, что я хотела произвести на него впечатление. Причем это не имело никакого отношения к тому, возьмет он меня на работу или нет. Я хотела, чтобы он думал, будто я умная.
– Не знаю, – невозмутимо ответила я. – Не пробовала. Писать за других людей труднее, чем вы думаете. Это определенное искусство, знаете ли.
– Ну, писать – это искусство, конечно, – сказал он. – Но, на мой взгляд, главное в том, что вы имеете дело с эго вашего объекта. А он не догадывается, что командуете парадом именно вы.
Я была изумлена. Он изложил суть в двух предложениях. Мои друзья никогда не понимали проблем, с которыми я сталкивалась, будучи автором-«призраком». Они полагали, что все это – одна большая развлекаловка. Поболтаешь со знаменитостью на вечеринке, потом отправишься домой и накропаешь биографию. А ведь все гораздо сложнее. Нужно установить связь, но связь эта балансирует на очень тонкой грани. Нужно одновременно и подавлять собственное эго, и проявлять его, потому что, в конечном счете, писатель – вы. Вы делаете книгу, вы руководите всей работой. А еще необходимо заставить объект подавить свое эго, да так, чтобы он ничего не заметил. А это трудно, потому что вы имеете дело с очень сильными личностями.
Именно это Базз, кажется, понимал.
– Думаю, чем-то похоже на соблазнение женщины, – сказал он.
Я вся обратилась во внимание:
– Как это?
– Ну, мужчина замечает женщину на вечеринке, слышит о ней от друзей. Потом их знакомят, или он видит ее фотографию в журнале, натыкается на нее где-то, не важно. Он встречается с ней. Он хочет ее. Она становится его добычей. Как только они познакомились, он должен болтать с нею, льстить, ублажать ее, отдавать ей все свое внимание. Пока она не станет в его руках мягкой, как глина. Получив власть, он не успокаивается, пока не добивается от нее желаемого. По-моему, похоже на то, как вы обращаетесь с человеком, чью книгу пишете.
– А потом переходит к следующей женщине?
– Я такого не говорил. А ему и не надо было.
– То есть посмотрите на это с другой стороны. – Он явно оседлал любимого конька. – Даже если вы пишете чью-то автобиографию, именно вы задаете вопросы, выуживаете истории, решаете, какие случаи включить, какие чувства подчеркнуть. Ситуацией управляете вы. Вам нравится джаз?
У него была обезоруживающая манера менять тему, как только я собираюсь открыть рот.
– Я мало о нем знаю. Но, в общем, да.
Как жалко это прозвучало. Томми – фанат кантри. Ему нравятся сентиментальные песенки о женщинах, плохо обращающихся с мужчинами и тем самым дающих им право искать утешения в выпивке. Иногда слова смешили меня. Вот только на днях он слушал такую песню. Певец объявлял: «Я люблю дрянных девчонок, они носят одежду в обтяжку, и у них волосы крашеные». Не знаю, что рассмешило меня больше: то ли это заявление, то ли сам Томми. Подпевая, он прыгал по кухне и тряс артишоками, будто маракасами.
– Послушайте вот это, – сказал Базз. – Купил вчера и всю ночь слушал. Хьюстон Персон. Удивительный тенор-саксофон.
Звук был глубокий, богатый, убаюкивающий. И, бесспорно, романтичный. Словно зверь стенал своей зверине через долину. Настойчивый и отчаянный. Затем повторился снова – нежный, умоляющий, непреодолимый.
– Басист – Рон Картер, – уточнил Базз, и мне это вдруг польстило. Он полагал, будто я знаю, кто такой Рон Картер. Я же понятия не имела.
Когда музыка закончилась, он спросил, не хочу ли я послушать «Сент-Луис Блюз» Джонни Литтла. Я согласилась. По крайней мере, эту мелодию я знаю.
– Кто басист? – спросила я с умным видом.
– Питер Мартин Вейсс. Орган – Дэвид Брэхем.
– Ага. – Легкомысленно. Как будто я и без него это знаю.
А потом случилось нечто волнующее.
Базз стоял ко мне спиной. Он вынул бутылку вина из холодильника, повернулся и поднял ее вверх. В другой руке у него был штопор.
– Выпьете бокал?
Я кивнула. Похоже, он забыл, что я просила водки с тоником. Я не посмела ничего сказать. Я думала о том, о чем не думала почти восемь лет.
А думала я о том, что абсолютно точно знаю – я окажусь с этим мужчиной в постели.
Но прежде позвольте уточнить кое-что. Я не верю в измену. Я – однолюб. Знаю, что это старомодно, но мне становится неуютно от одной мысли об этом. Нет, хуже – грустно. Когда человек изменяет своему партнеру, это означает, что они не счастливы – в этом я уверена. Прибавьте к этому тот факт, что у меня было очень мало мужчин. Всего два серьезных романа до встречи с Томми. Мне нравятся очень немногие, и если я серьезно кем-то увлечена, то просто не замечаю остальных. Но в редких случаях меня тянет к мужчине за его внешность, и вот тогда я в беде.
Я всегда знала это. Встречала мужчину, сразу все понимала и всегда оказывалась права. Даже если мы проводили всего одну ночь, и после я чувствовала себя потаскухой. Это химия. Ничего общего с чувствами. Просто я заранее знала, произойдет что-то или нет, и так всегда случалось.
Удивительно, но сейчас это был первый случай с тех пор, как мы познакомились с Томми. В конце концов, восемь лет назад у меня возникла та же странная уверенность. Тогда я села выпить с ним чашечку чая в здании «Би-би-си». Учитывая, что он был бледный, утомленный и совсем не сексапильный, вообще чудо, что я его заметила. Но нечто зацепило меня, и я не ошиблась. В постели, пусть даже мы редко в ней оказывались, мы с Томми были динамитом. Разумеется, с момента нашего знакомства я встречала несметное количество красивых и привлекательных мужчин, но еще не попадался тот, о котором я бы знала.
Я знала про Базза. Дело верное, и ничегошеньки тут не изменишь.
Он протянул мне руки:
– Хотите потанцевать?
Его рубашка пахла каким-то сладким кондиционером. Я чуть не зарылась носом в его грудь, а он раскачивал меня вперед-назад перед стиральной машиной «Миле Новотроник». На прошлой неделе я как раз приценивалась к ней в магазине и неохотно решила, что не потяну.
Он не обращал на меня никакого внимания. Казалось, он полностью отдался музыке – даже не взял трубку телефона, неожиданный, пронзительный звонок которого тщетно пытался перекричать Джонни Литтла и его группу.
Включился автоответчик. Запись кончилась, раздался слегка надломленный голос с американским акцентом:
«Базз, ты там? Сними трубку. Ты можешь прислать за мной машину в аэропорт? Я прилетаю из Манчестера в семь. Можно длинную машину».
Женщина. Судя по голосу, очень усталая.
– Никак не могу заставить ее понять, что здесь лимузины так не называют. Ну, ладно, вернемся к работе.
– Это была Сельма Уокер?
– Одна и единственная.
– Так когда я смогу с ней увидеться?
Он взглянул на меня, явно озадаченный.
– Вы хотите встретиться с Седьмой?
– Ну, когда мы начнем работать над книгой, я буду проводить с ней много времени. Обычно объекты сначала хотят со мной познакомиться, даже если это простая формальность.
– Нет, у Сельмы не будет времени давать интервью. У нее безумный график. Съемки и все такое. Я же сказал, что она в отъезде всю неделю, а в выходные захочет отдохнуть.
– Но как же тогда я узнаю о ней?
– Через меня, разумеется. – Базз улыбнулся. – Почему, как вы думаете, я пригласил вас сегодня?
– Вы расскажете ее биографию? – Я онемела от удивления.
– Конечно. Я могу рассказать вам все, что нужно о ней знать.
Это совершенно необычно. Как правило, я работаю совсем не так, и что бы ни произошло, наступит миг, когда придется побеседовать с самой Седьмой.
Но что-то подсказывало мне, что сейчас не время настаивать.
– Какой у вас телефон? – спросил он. – Я вам позвоню, назначу другую встречу.
Я взяла сумочку и протянула ему визитку.
– О, так вы местная?
– Живу прямо за углом.
– В таком случае я провожу вас домой.
Он прикоснулся к моему локтю, подвел к дверям, и по мне словно пробежал электрический ток. Чтобы скрыть смущение, я упомянула о пожаре в доме Астрид Маккензи. Я надеялась, что он подхватит тему и расскажет о ней. В конце концов, разве Женевьева не говорила, что видела, как Астрид смотрела на него в «Айви»? Смотрела так, будто знает его?
Он не ответил, просто шагал по Элджин-кресчент.
– Ходят слухи, что ее убили, – сказала я, ускоряя шаги, чтобы не отстать.
– Я ничего об этом не знаю.
– Какая она была? Она жила почти в соседнем доме, но я никогда с ней не встречалась.
– Откуда мне знать?
– Но я думала…
– Вы думали неправильно, – отрезал он.
Я не посмела спросить, что он имел в виду: он ее не знал, или я не так поняла насчет убийства.
– Послушайте, – он повернул ко мне голову, – я должен вам кое-что рассказать о Сельме.
– Вы хотите предостеречь о ней, верно? – спросила я, когда мы зашли за угол на Лэдброук-гроув. Становилось холодно. Зима вступала в права, и в пять вечера для любого, кто не хотел оказаться на улице после наступления темноты, начинался комендантский час. – Такое часто случается. Я привыкла. Мне всегда говорят, что такой-то человек – сущий кошмар и что ничего я из него не вытяну. Или звонят день и ночь и спрашивают, знаю ли я, во что ввязываюсь. Разве вы сами не говорили нечто подобное?
– А разве говорил? Нет, вы должны знать вот что. Она понятия не имела, что вы придете сегодня. Я решил, что сначала встречусь с вами сам, узнаю, годитесь ли вы для этой работы.
– И как? Я гожусь?
– Совершенно, – произнес он и прибавил почти шепотом: – По крайней мере, что касается меня.
Мы стояли перед моим домом. Я уже собиралась войти. Меня раздражало, что он не до конца откровенен. Еще я знала, что надо ему об этом сказать и поблагодарить за то, что проводил домой. Потом войти в парадную дверь и крепко ее за собой запереть.
Вместо этого я позволила ему целовать себя несколько минут на виду у крайне любопытной соседки, миссис О'Мэлли. Наконец он отстранился и исчез за углом устраивать приезд Сельмы Уокер из аэропорта. А я еще долго стояла в изумлении на пороге.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Как соблазнить призрака - Макинтайр Хоуп


Комментарии к роману "Как соблазнить призрака - Макинтайр Хоуп" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100