Читать онлайн Как соблазнить призрака, автора - Макинтайр Хоуп, Раздел - ГЛАВА 16 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Как соблазнить призрака - Макинтайр Хоуп бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 2 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Как соблазнить призрака - Макинтайр Хоуп - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Как соблазнить призрака - Макинтайр Хоуп - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Макинтайр Хоуп

Как соблазнить призрака

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 16

Сказать, что меня потрясла двуличность Анжелы, – вопиющее преуменьшение. Я никогда не считала ее лживой маленькой распутницей, которой она, безусловно, являлась. Но, может, Анжела не знала о нас с Баззом. И как же, коли на то пошло, Сельма назовет меня, если узнает, до чего я сама докатилась с ее мужем?
Но я все еще не знала, как буду смотреть Анжеле в глаза, когда она вернется домой.
Домой! Я дала ей крышу над головой, и вот как она меня отблагодарила. Я остановилась. Я знала, к чему все идет. Надо взять себя в руки. И хотя бы предупредить, чем для нее может закончиться связь с Баззом. Сколько времени пройдет, прежде чем он начнет ее бить? Она такая миниатюрная, прямо как Сельма. И Астрид Маккензи. И от этого его действия становились вдвое презреннее. Почему он не выбрал кого-нибудь своего размера? Вроде меня.
Макс Остин прав. Мне повезло – я чудом унесла ноги.
Спотыкаясь, он сошел с парадной лестницы с кучей белья в гигантском пакете. Когда он удалился, я вернулась в кабинет, надеясь отвлечься. Макс пообещал держать меня в курсе поисков таинственного поджигателя, и я решила довольствоваться этим. Я вытащила расшифровки кассет Сельмы и погрузилась в чтение. Может, они отвлекут меня от Анжелы. Ладно, признаю, я по обыкновению тянула время, но именно так я и справляюсь с неприятностями. Замещение. Работает безотказно. Достаточно заняться чем-нибудь вместо того, чего делать не хочется, и со временем это окажется во главе списка дел, способных заменить собой очередную ужасную задачу.
Я принялась набрасывать пометки для книги и была вполне довольна собой. Пока не дошла до того момента, где Сельма заявляла, будто у нее не осталось родственников в Штатах.
Так к кому она ездила на Рождество? Почему сказала, что едет повидаться с семьей? Где она была? Почему солгала? Она вообще ездила в Америку? Может, она осталась здесь и просто делала вид, что ездила за границу? Я попыталась продолжить чтение, но все время возвращалась к той же мысли, пока наконец не поймала ускользающую нить.
Тридцать первого декабря Сельма могла находиться в Лондоне. Сельму бил Базз. Сельма его жена. У Сельмы свои счеты. Если говорить о поджогах домов Астрид Маккензи и Анжелы, у Сельмы был мотив!
И у нее крошечные руки и ноги – прямо как у ребенка.
Но если Сельма знала о связи Базза с Астрид и Анжелой, значит ли это, что она знает и обо мне? Почему-то я сомневалась. Я бы заметила. Конечно, заметила бы.
Разумеется, как только я начала думать о Сельме, твердя себе, что моя фантазия выдала крайне нелепую версию, пришлось искать что-то, чтобы перестать думать о ней.
Я проверила электронную почту, передо мной тут же встала еще одна проблема. Среди попыток продать мне «Виагру» и увеличить размер моего пениса втерлось послание от Кэт. Тема: «Хорошо. Давай встретимся».
Я звонила ей днем и оставила страстное послание на голосовой почте, умоляя связаться со мной. Мне и в голову не приходило, что она отправит письмо по Интернету.
«Хорошо. Успокойся. Давай встретимся. Увидимся в «Наполеоне» сегодня в семь».
Я взглянула на маленькие часы в углу монитора – была четверть восьмого. Я захлопнула ноутбук, схватила сумочку и, сбежав по лестнице, выскочила из дверей. На другой стороне улицы я увидела Анжелу. Она возвращалась домой из «Теско». Я нырнула в конюшни – конюшни Астрид Маккензи, – подождала, когда она пройдет мимо, и побежала по Бленхейм-кресчент на Толбот-роуд. «Наполеон» – паб на углу Чепстоу-роуд. На самом деле он именовался «Принц Бонапарт», но мы почему-то никогда так его не называли. В нем был шумный бар и большой зал, где подавали удивительно вкусную еду. Кэт сидела за столиком в дальнем углу и пила диетическую колу. Хороший знак, если учесть, что говорил Томми насчет ее пристрастия к алкоголю. Я взяла в баре бокал «Шираза» и подошла к ней. Перегнулась через стол, чтобы поцеловать ее в знак приветствия, но она отстранилась, и я почувствовала себя круглой дурой. Меня так и подмывало рявкнуть: «В чем дело?», но я сдержалась и молча села напротив.
– Прости за опоздание, я только-только получила твое письмо. – Я улыбнулась. – Рада тебя видеть.
Она не улыбнулась в ответ. Мне вспомнилась вечно хмурая Бьянка.
– Я думала, ты цепями прикована к своему столу, – сказала Кэт. – Помню, раньше ты все время проверяла электронную почту. – Это прозвучало почти осуждающе.
– Ну да, я работаю, – заверила я. – Я как раз начинаю кое-что. Пишу книгу за звезду мыльных опер, Сельму Уокер, и…
– Да, я знаю, – перебила Кэт. Я была ошарашена.
– Откуда ты знаешь? Никто не должен знать.
– Я многое знаю о том, что у тебя происходит, Ли. Ты плохо себя вела, не так ли?
– Ну, не задавайся, – сказала я и смолкла. Интересно, что это значит, черт возьми? – Ты всегда была хорошей, а я всегда умудрялась напортачить. Почему что-то должно измениться?
Она слабо улыбнулась – неплохо для начала.
– Автобиографию менеджера Сельмы Уокер ты тоже пишешь?
– Сержант Кросс рассказал? – догадалась я. Она кивнула. – Он что, обязан обсуждать с тобой дела, которые расследует?
– Нет. – Теперь она улыбнулась по-настоящему. – Но он это делает. Он рассказал о пожаре в летнем домике и погибшем бедняге, а потом о женщине, которая живет в особняке, и что нашли отпечатки в ее спальне и сарае. Он знает, что я люблю сплетни. Сказал, что, по их мнению, женщина изменяла своему другу, а это печально, потому что он славный малый.
– Но ты не знала, что речь обо мне?
– Я узнала об этом, лишь когда столкнулась с тобой в участке. Я спросила его, знает ли он, что ты там делала, и он так изворачивался, что я сразу поняла: что-то случилось. В тот же вечер я все из него вытянула. Значит, ты наставляешь рога Томми?
В ее голосе звучало знакомое осуждение. Мы общаемся всего пять минут, а я уже готова защищаться. Кэт всегда права. Она вечно выставляла меня… как бы это сказать… аморальной. Меня это раздражало. Успокойся, сказала я себе, не позволяй себя взбесить.
– Он не имел права говорить с тобой о Баззе. – Прозвучало неубедительно. – Это не твое дело.
Кэт слегка смутилась.
– Да, наверное, не мое, – согласилась она. – Мне жаль, что я не поговорила с тобой тогда. Как-то странно было вот так столкнуться с тобой. Я просто обалдела. И действительно спешила. Хотела поделиться с Ричи одной поразительной новостью.
– Но это не объясняет, почему ты не пожелала разговаривать со мной в участке.
– Нет, не объясняет, – протянула она. – Я могу сказать тебе только одно – я торопилась поделиться с Ричи поразительной новостью. Бедняга, он сказал, что попал между нами, словно между двух огней. Просил меня позвонить тебе, но знал, что у нас разногласия, и нервничал. Он не знал, захочу ли я говорить с тобой. Он не знал, где границы.
– Разногласия? Ты влюбилась в моего парня, не смогла с этим справиться, исчезла из моей жизни. Ты это называешь разногласиями? Да, и где же эта граница, как ты ее называешь?
Вдруг она перегнулась через стол и, схватив меня за плечи, встряхнула.
– Хорошо, я скажу тебе, если ты действительно хочешь знать. – Ее голос взлетел до страдальческого вопля, и я вздрогнула от ее прикосновения. Она была очень расстроена. – Я скажу тебе, где граница, и тогда, может, ты прекратишь все время ее переступать. Ты знаешь, что всегда была невыносима, Ли? Ты всегда испытывала меня, и, сказать откровенно, я не была уверена, стоит ли снова с тобой общаться. У меня было время взглянуть на тебя со стороны, объективно. Ты всегда была такой уверенной, почти высокомерной и вместе с тем – ранимой и беспомощной. Ты всегда хотела играть на две стороны. Ты была такой замкнутой, такой самодостаточной. Как будто тебе вообще никто не нужен в жизни. Мне льстило, что ты выбрала меня в подруги, но я никогда не была уверена, что нужна тебе.
Она взяла меня за подбородок и повернула лицом к себе. Я была ошеломлена. Будто прорвалась некая плотина. Неужели она годами это подавляла? Неудивительно, что она не позвонила мне раньше. Наверное, сама боялась того, что может мне наговорить. Что ж, сейчас все открылось, и не без моей помощи. И в этом виновата только я. Мне ничего не оставалось, как сидеть и слушать. Что-то подсказывало мне, что она еще не закончила.
– Думаешь, я избегала тебя из-за любви к Томми? Ты права. Я обожала Томми. В основном за его доброту. Я падка на добрых, порядочных мужчин. А теперь я нашла своего. Вот увидишь, Ричи – огромный добрый медведь, и он так хорошо ко мне относится, что я не могу в это поверить. Не думаю, что я была действительно влюблена в Томми. Просто я не смогла устоять перед мужчиной, не только красивым, но и хорошим. А еще мне было невыносимо видеть, как ты с ним обращалась. Я не могла понять, почему ты просто не набросилась на него и не женила на себе. Хотя нет, я понимала – тебя привлекают мрачные и опасные типы, а Томми не такой. Но я так злилась на тебя, ты была как собака на сене. Я мечтала о мужчине вроде Томми и терзалась, что ты без усилий такого подцепила. А ведь он влюблен в тебя до безумия.
– Подожди-ка, – перебила я. – Меня привлекают мрачные и опасные типы? С чего ты это взяла?
– Я наблюдала за тобой с двенадцати лет. Вот откуда. Тебя всегда привлекали черные кожаные куртки байкеров, хотя в любой момент ты могла подыскать костюм-тройку. Ты авантюристка, и я всегда испытывала перед тобой благоговейный страх. Я была убеждена, что однажды ты сбежишь с мрачным крутым незнакомцем. Поэтому когда ты вдруг начала встречаться с Томми, я этого просто не понимала. Это несправедливо. В глубине души я всегда считала, что ты должна оставить таких, как Томми, тем из нас, кому они действительно нужны.
– Мне нужен Томми, – сказала я и сама удивилась этому признанию.
– Тогда зачем ты трахалась с менеджером Сельмы Уокер?
– Развлекалась.
– Ты невыносима, – вздохнула Кэт с завистливым восхищением. Во всяком случае, так мне показалось. – Меня ужасает твое поведение. Но я хочу услышать все-все. Мне тебя не хватает, Ли. Потому что ты делаешь то, чего никогда не сделала бы я, и благодаря тебе я могу жить чужой жизнью. Ты плохо себя ведешь. Ты угрюмая. Ты хандришь. Ты заносчивая. Ты говоришь вещи, которые я хочу сказать, но на которые у меня никогда не хватит мужества. Ты подцепила мужчину, о котором мечтала я, а потом изменила ему с мужчиной, о котором мечтаешь ты. Ты хочешь получить все, ты переходишь все границы, о которых я говорила, и, черт возьми, тебе все сходит с рук. Как тебе это удается?
– Сейчас не удалось, – вздохнула я. – На этот раз все обернулось против меня.
– Правда?
– Правда.
«Мне тебя не хватает, Ли». Разве не это она только что сказала? Ночью, когда я попытаюсь заснуть – перед тем, как перед глазами всплывет образ окровавленных частей тела в сушилке, – я вспомню мнение Кэт обо мне, которое она так долго скрывала. Поищу в нем жестокие зерна истины – я знаю, они там есть. Но пока главное – что она скучает по мне. И я скучаю по ней. Я скучаю по человеку, которому могу доверить все свои секреты. Мы с Кэт такие разные – как она сама только что сообщила с неожиданной прямотой, – но дополняем друг друга. А общие тайны, несомненно, укрепляют дружбу. Как хорошо находиться рядом с человеком, который прекрасно меня знает, который не боится быть со мной откровенным. Особенно меня поразило ее заявление, будто она всегда испытывала передо мной благоговейный страх.
– Послушай, – сказала я. – Я расскажу, как было с Баззом. Останови меня, если ты уже это знаешь, но ты должна выслушать и меня тоже.
Она пожала плечами. Хорошо.
– Мы познакомились, когда я отправилась к Сельме Уокер на собеседование. Я думала, что встречусь с ней. Разумеется, выяснилось, что это и его дом, потому что они женаты, но тогда я этого не знала. Правда, клянусь, я не знала. – Лицо Кэт говорило: «Так я тебе и поверила». – Я знала, что он – ее менеджер, и все. Сельмы дома не оказалось, но то, что он решил побеседовать со мной в ее отсутствие – вполне логично. Только дело в том, что он беседовал со мной не как с автором-«призраком», а как с сексуальным партнером. Он сразу меня привлек, мгновенно. Я ответила ему в том же духе, и – что я могу сказать? – получила работу.
– Что значит, «ответила в том же духе»? Ты переспала с ним? – Кэт не верила своим ушам.
– Не в тот раз. Кэт, за кого ты меня принимаешь? – Хотя, по правде говоря, зайди мы так далеко, я бы переспала с ним и тогда. – Нет, я столкнулась с ним позже в «Теско» и…
Кэт расхохоталась.
– Он строил тебе глазки над бисквитами, гнался за тобой вдоль полок с кормами для животных и, наконец, свалил тебя на пол в четвертом отделе?
– Заткнись. Знаю, это выглядит забавно, но наши отношения превратились в кошмар. У меня серьезные неприятности, и мне нужен твой совет.
– Естественно, нужен. Где же был Томми, пока все это происходило?
– Мы поссорились. Ничего серьезного, обычная стычка. Он забыл записать телепрограмму, которую мне очень хотелось посмотреть. Это оказалось последней каплей. Ты помнишь, какие у нас отношения?
– Я помню, что ты всегда была командиршей. Он всегда все делал для тебя, но не наоборот.
Я ощетинилась и начала огрызаться, но осеклась. Она права. Со стороны действительно казалось, будто я никогда ничего не делала для Томми.
– Мы не занимались сексом месяцами. А теперь занимаемся, – поспешно добавила я, когда Кэт подалась вперед. – Откровенно говоря, я думаю, что просто созрела – как ты сказала? – для приключения с мрачным красивым незнакомцем. Мне ужасно понравился Базз.
– А потом ты обнаружила, что он женат на твоем новом объекте? Но было уже слишком поздно, да?
– Точно. Ты смотришь «Братство», Кэт?
– Когда есть время. Эта Сельма Уокер очень странная. Она хоть в чем-то похожа на свою героиню?
– Полная противоположность.
– Как продвигается книга?
– Я ее пока не начала. Она диктует на кассеты и отдает мне. Я слушаю. Вот тут-то все и пошло кувырком.
– Она узнала о тебе и своем муженьке?
– Понятия не имею. Но она не хочет обычную автобиографию, вроде «Жизнь актрисы мыльных опер». Она хочет написать книгу для женщин, испытавших насилие в семье.
– Как странно. Ее издатели знают? Об этих неприятностях ты говорила? Они ожидают пикантных мемуаров актрисы мыльных опер, но не получат их? Кстати, почему ей вообще взбрело в голову написать книгу для женщин, испытавших насилие в семье?
Значит, об этом Ричи ей не рассказал.
– Потому что она – одна из них.
Кэт поняла не сразу, и некоторое время тупо смотрела на меня.
– Книгу для жен, испытавших насилие в семье, – добавила я. И тут до нее дошло.
– Боже правый! Он… Ты… И ты… Я покачала головой.
– Я чувствую себя круглой дурой, – продолжала я. – Мне такое и в голову не приходило, а ведь я видела их вместе. Обычная счастливая парочка. Никогда бы не подумала, будто у них что-то не так. Правда, когда я встретилась с ней впервые, то заметила синяк у нее на спине. Она сказала, что упала на кухне. Именно это, наверное, и произошло, но только потому, что он ее толкнул. Полагаю, я была, как обычно, так поглощена собой, так волновалась, вдруг она узнает о моей связи с ее мужем, что не заметила бы, съезди он ей по голове у меня на глазах. Он обманом заставил меня согласиться на эту работу. – Я рассказала, как в «Айви» Базз подслушал разговор Сельмы с Женевьевой, а потом без ведома жены подкатил ко мне. При этом он хотел только соблазнить меня и получить доступ к содержанию книги. – Как я могла быть такой слепой? Кэт, я не знаю, что делать.
– Такое с тобой впервые, верно?
– Что впервые?
– Насилие в семье. Ты никогда с этим не сталкивалась. Спорю, ты считала, так бывает только в семьях простых рабочих? Мужчина приходит домой после работы, ужина на столе нет, и он лупит жену. – Лицо Кэт перекосилось, и я не знала, что подумать. – Ты считала, что в твоей «башне из слоновой кости» среднего класса бояться нечего?
– Нет, конечно, нет, я…
– Это общее заблуждение. А ты к тому же такая наивная, Ли. Тебе нравятся острые ощущения, но ты хочешь всегда иметь возможность убежать в свой большой роскошный дом, где чувствуешь себя в полной безопасности.
Мне всегда становилось неловко, когда Кэт упоминала о сословном различии. Хоть я и смущалась немного из-за своего происхождения, но, как и большинство людей, никогда ничего не предпринимала в связи с этим.
– Не так уж там и безопасно, – заметила я. – У меня в саду убили человека.
– Ли, я не смеюсь над тобой. Честно. Я просто констатирую факт. Наверное, живи я подобном доме, то стала бы такой же, как ты. Ты довольно ограниченная, но это неотъемлемая часть твоей натуры. Как я уже говорила, ты наивна. Раньше меня удивляло, что столько всего в мире проходит мимо тебя. Женщин избивают постоянно. Постоянно! С год назад у нас в школе был парнишка, которого били. Я вмешалась. Его мать лупили просто ужасно, и она выдвинула обвинения против отца мальчика. Такое случается не часто, но она была смелая.
Кэт помрачнела, как будто воспоминания о том, свидетелем чего она стала, причиняли ей боль.
– Мне пришлось давать показания, – продолжала она. – А после того как все закончилось, я провела собственное расследование. Расспрашивала о насилии в семье, разговаривала с людьми, читала. Я многое узнала. Я могу забросать тебя статистикой, которая напугает тебя до смерти. Только в Великобритании каждый год, спасаясь от насилия, из дома убегают пятьдесят тысяч женщин и детей. В Штатах побои происходят каждые девять секунд…
– Мне ненавистна мысль, что Сельма – всего лишь статистика. Я хочу знать, как ей помочь.
– Ну, можешь начать с того, что перестанешь спать с ее мужем. – Видимо, я изменилась в лице, потому что Кэт схватила меня за руку. – Прости. Я сболтнула, не подумав. Но почему она не добьется для него судебного запрета? Она не говорила, что собирается от него уйти?
– Только после того, как издадут книгу. Кажется, она думает, что это единственный способ разоблачить его. Когда весь мир узнает об этом, он не посмеет преследовать ее. Но я еще не начала книгу. К тому времени, как она выйдет в свет, Сельма может погибнуть. Недавно он приходил, – глаза Кэт расширились. – Мама только что приехала. Томми был дома. И Анжела. Я избавилась от него довольно быстро. Но он может вернуться в любой момент. Что мне делать?
– Кто такая Анжела? – спросила Кэт. Я рассказала. – Точно, девушка из летнего домика. – А потом я поведала про ее связь с Баззом, и она недоверчиво покачала головой. – Я слышала, у него алиби. Какой подонок! Ты должна держаться от него подальше, дорогая. Я поговорю с Ричи.
– Как ты с ним познакомилась?
– С Ричи? – Она как-то странно на меня взглянула. – Он пришел в школу, прочитать моим детишкам лекцию, что надо быть осторожными с незнакомцами. Помнишь, что случилось в Сохэме с Холи и Джессикой?
Мне вдруг поплохело. Я вспомнила нелепое убийство двух прелестных маленьких девочек в городке Сохэм близ Кембриджа. Их убил школьный уборщик, мужчина, которому они доверяли. Во время следствия он вился возле полицейских, «помогал». А в это время детские трупики валялись в ближайшей канаве, о чем он прекрасно знал. Даже вернулся туда, чтобы их поджечь.
– Ричи был так добр с детьми, – рассказывала Кэт. – Думаю, тогда-то я на него и запала. Странно, он не рассказывал мне о том, что Базз бьет женщин. Это его навязчивая идея.
– Кажется, Базз – навязчивая идея Макса Остина. Он во что бы то ни стало решил его засадить.
Кэт вопросительно посмотрела на меня.
– Что ты думаешь о Максе Остине?
Я беспомощно всплеснула руками. Что я думаю о Максе Остине?
– Не знаю, если честно. Он такой переменчивый. То он нетерпелив со мной, почти насмешлив, то вдруг мне кажется, что он может быть очень ласковым, если захочет. Он относится ко мне покровительственно, подыгрывает мне, когда я пытаюсь что-нибудь ему подсказать.
– Ты пытаешься что-нибудь ему подсказать? – недоверчиво переспросила Кэт. – Что, например?
Я рассказала ей о своих подозрениях насчет Базза.
– Наверное, ты ему нравишься, – заявила она. – Если кто-нибудь другой попробует подсказать ему нечто подобное, он оторвет ему голову. Но предупреждаю, не играй в детектива-любителя. Это оскорбительно. Мы говорим о поджоге и убийстве. Но ты права, у него есть и нежная сторона. Вне службы он был очень приятным человеком. До трагедии.
– Какой трагедии?
Она взглянула на меня и покачала головой:
– Не могу поверить. Он не рассказал тебе? Значит, наверное, и не расскажет.
– Я знаю, что у него умерла жена.
– А разве ты не знаешь, что ее убили?
– Да ты что!
– Она отправилась одна в какой-то коттедж в самом мрачном закоулке Девона. Не дозвонившись ей на мобильный, он заподозрил неладное. И отправился за ней. Но опоздал. Ее труп нашли в поле. Ее задушили и бросили под тюк прессованного сена, а ее маленькую собачку – пуделя – зарезали. Убийцу так и не нашли. Представляешь, какой это кошмар для него?
– Как это – убийцу не нашли?
– Ну, иногда такое случается. Злая ирония судьбы, тебе так не кажется? Макс – детектив, расследует убийства, но это – единственное дело, которое он, кажется, никогда не раскроет. Он злой, но это понятно. Он недавно стал таким циничным. День-деньской его окружают самые отбросы общества, и, если честно, мы с Ричи очень за него беспокоимся. Похоже, у него в жизни ничего не осталось. Ричи думает, что он постепенно сходит с ума.
– Он разговаривает с женой, – вставила я. – Однажды я зашла к нему в кабинет, и он разговаривал с невидимкой по имени Сэди.
– Так звали его жену, – подтвердила Кэт. – Он всегда это делал. Сначала мы с Ричи думали, что в этом нет ничего страшного, но ему давно пора прекратить. Прошло пять лет. Ему нужно разговаривать с живыми. Знаешь, – она немного смутилась, – недавно мы с Ричи как раз обсуждали, занимался ли он сексом с тех пор, как умерла его жена.
Я хихикнула, а Кэт нахмурилась:
– Я серьезно. Ричи волнуется, что он близок к нервному срыву.
– Какая она была? Ты ее видела?
– Нет, никогда. Мы с Ричи познакомились уже после ее смерти. Но он говорил мне, что она была потрясающая. Цветная. В прямом смысле – она была чернокожая, или, скорее, как кофе с молоком. Очень яркая. Ричи показывал мне ее фотографию. Такая же высокая, как муж, и шикарная. Даже вызывающая – длинные серьги, ярко-красная юбка, фиолетовая блузка. Очень высокие каблуки, роскошные ноги – хотя на мой вкус ляжки чересчур накачанные. Большие сиськи, длинная шея, высокие скулы, глаза Софи Лорен, мелкие зубы…
– Ладно, хватит. – Я подняла руку. – Я поняла. – Но ожидала я вовсе не этого. У меня никак не получалось сопоставить получившийся образ с женой Макса Остина, как я представляла ее себе. Мне казалось, он был женат на фоновой женщине, как я их называю. На женщине с безупречным вкусом, которая сидит дома, которую не слышно и не видно. Он произвел на меня впечатление человека, не любящего привлекать к себе внимания, но, похоже, о его жене такого не скажешь.
– Но она была приятной? Ричи она нравилась?
Кэт скорчила рожицу:
– Нравилась? Понятия не имею. Она соблазнила Ричи. Не смотри так. Я имею в виду, не буквально. Скорее «очаровала». Но она много говорила и смеялась. Ричи рассказывал, что каждый раз, когда он заходил к ним домой, у них орала музыка. И она была умная. Ричи думает, что Макс имел обыкновение обсуждать с ней дела. Макс считал, что у нее потрясающее чутье.
Какую огромную пустоту, наверное, она оставила в его жизни. Каково ему теперь возвращаться домой? Ни шума, ни обсуждений новых дел.
– О боже! – воскликнула я. – Я начинаю жалеть Макса Остина.
– Тогда позволь мне сказать тебе еще кое-что. Правда, от этого станет только хуже. Со слов Ричи у меня сложилось впечатление, что она была той еще потаскушкой. Однажды он пошел с ними на вечеринку, и она протанцевала весь вечер с другими мужчинами, вешалась всем на шею. Макс утверждал, что не танцует, и просто сидел в уголке и пил. Наблюдая за ней, Ричи заключил, что у нее были интимные отношения, по крайней мере, с двумя мужчинами. Так он мне сказал. Но Макс, казалось, не замечал происходящего. Либо не желал признавать очевидного. Ричи сказал, что, судя по рассказам Макса о Сэди, можно подумать, будто она была кротким преданным созданием, которое каждый вечер встречало его у дверей с тапочками в зубах.
Забавно, именно так я и представляла ее, а ведь Макс не говорил мне о ней. Яркий пример, как можно заблуждаться насчет человека.
– Мне нужно еще выпить. – Я встала и повернулась к бару. Я сделала это нарочно: хотела увидеть реакцию Кэт, дать ей возможность обсудить со мной свой алкоголизм, если ей хочется.
– Я ничего не буду, – ответила она.
– Брось, Кэт. У нас есть что отпраздновать, мы же помирились.
– Ну, хорошо, я выпью еще одну диетическую колу.
Я сморщила нос.
– Я не пью, – отрезала она.
– Фу, какая ты некомпанейская, – дружески поддразнила я. Она могла либо подхватить, либо нет. Как хочет.
Но ее объяснение сразило меня наповал. Она снова покачала головой, а потом, к моему крайнему изумлению, разразилась слезами. Я обошла стол и обняла ее. Кэт могла утверждать, что со мной много чего не так, но она сама пребывала в жутком состоянии, и я понятия не имела, почему.
Она промокнула глаза бумажной салфеткой.
– Я беременна, – прошептала она.
– Нет! – воскликнула я. – То есть да! Это потрясающе, правда же? Почему ты плачешь? Почему ты мне не сказала сразу? Ричи, наверное, на седьмом небе?
Когда она не ответила, я слегка сжала ее плечи:
– В чем дело, Кэт?
Наконец она потерла глаза и что-то пробормотала.
– Что?
Она в смятении взглянула на меня:
– Он не знает.
Я не верила своим ушам.
– То есть ты не сказала ему? Почему? На каком ты месяце?
– В тот день, когда мы встретились в полицейском участке, я была почти уверена. Вот что я хотела сказать Ричи, когда мчалась внутрь. Я решила, что он должен знать.
– И что?
– Там была такая суматоха. Он работал. Не понимаю, почему я повела себя так импульсивно, бросилась в участок… Это было не место и не время. О чем я только думала?
– Ладно. – Я представляла, что, когда говоришь мужчине, что ждешь от него ребенка, нужна особенная обстановка. – Но почему ты не сказала ему после работы?
– Я хотела сказать в тот же вечер. Мы должны были пойти на ужин к его брату, я подумала, что скажу по дороге, и, может быть, мы объявим это всем. Вроде как семейное событие. Но Ричи задержался и сказал, что встретимся уже там.
– Ричи в близких отношениях с братом? Он тебе нравится?
– Нам обоим очень нравится Алан. Он такой забавный. Большой, как Ричи, но такое впечатление, что он толстенький коротышка. Все время такой сердечный, веселый. Выпивка, разумеется, очень помогает, – она окинула меня проницательным взглядом, но я не сразу поняла, что она имеет в виду. – Он – строитель, как их отец, но не очень преуспевающий. Когда объявляют тендер, Алан никогда не может его выиграть. Из них двоих Ричи – самый ответственный, даже слишком ответственный, на мой взгляд.
– Что ты хочешь этим сказать?
– У Алана пятеро детей. У Ширли, его жены, дел невпроворот, потому что четверо из них младше шести. Денег вечно впритык, и каждый раз, когда мы приезжаем в гости, Алан стоит с протянутой рукой. – Лицо Кэт ожесточилось. – Мы с Ричи поссорились из-за этого по дороге домой. Алан всегда пристает к Ричи, никогда ничего не говорит отцу – Ричи настаивает, что не надо беспокоить старика. Я спросила Ричи, приставал ли Алан к нему опять с деньгами, и он вдруг начал оправдываться, злиться: «Он мой брат, почему я не должен ему помогать, если хочу?» И все такое. Выяснилось, что неделю назад ему звонил Алан, и Ричи согласился до конца года выплачивать кредит за его дом. А ведь ему надо выплачивать и собственный кредит. От его зарплаты почти ничего не останется. Когда я сказала, какое это безумие, он заявил, что ему не нужны деньги, что у него нет своих детей, что Алан – его семья, что он должен ему, и так далее, и тому подобное. После этого я не могла заставить себя рассказать о малыше.
– Тебе все равно придется это сделать, – сказала я.
– Или я могу сделать аборт, и он никогда не узнает, – ответила она и снова разрыдалась.
– Ладно, – сказала я. – На сегодня хватит. Тебе нужна забота, Кэт. Ты идешь ко мне. Мне надо накормить кучу народу, мы возьмем бутылку шампанского для них, купим еды в китайском ресторанчике, и ты с нами поужинаешь. Забудь обо всем сегодня вечером. Кроме того, мне потребуется твоя поддержка, когда я встречусь с Анжелой.
– Ну, ее накормить я тебе не позволю. – Кэт оживилась. – А кого еще тебе надо накормить?
Я сказала, что всего лишь Томми с мамой, и она рассмеялась, а когда я поведала ей о разводе родителей, нахмурилась:
– Это серьезный шаг и в нужном направлении, Ли. Последний раз, когда я тебя видела, ты бы ни за что на свете не пустила в свой дом столько людей. И каково это – быть нормальным представителем рода человеческого?
Я пропустила эту колкость мимо ушей. Я пришла к выводу, что нападки Кэт – это своеобразное проявление любви. И как я не замечала, насколько она ранима под своей командирской внешностью? Я также не представляла, что она считает меня уверенной в себе женщиной. Наверное, я сильно изменилась за те годы, что мы не виделись, раз могу взглянуть на нее другими глазами.
– Это странно, но мне нравится. Но пойми: в данный момент это не так уж необычно. Жизнь в целом довольна безумна. В моем саду убили человека, выяснилось, что Базз избивает женщин, разошлись родители. Я еще даже не приступала к работе, и это меня беспокоит. Но должна сказать, я горжусь, что могу жить как нормальный представитель рода человеческого, по твоим словам. Это внове для меня, и я еще не успела хорошенько обдумать ситуацию. Спроси через несколько месяцев.
– Боже правый! – ухмыльнулась Кэт. – Неужели к тому времени все они по-прежнему будут там жить?
Только не Анжела – после всего, что она сделала.
– Господи, помоги мне – или ей, – если мама поселится со мной навсегда. Но присутствие Томми успокаивает, веришь ли… – Я помолчала, не зная, стоит ли обсуждать Томми с Кэт. – Наша сексуальная жизнь, кажется, обрела новое дыхание. До появления Макса Остина я собиралась провести эксперимент. Я хотела узнать, слышно ли на верхнем этаже, где спит мама, как мы с Томми занимаемся любовью. Я хотела изобразить в спальне секс и записать все на пленку. Потом включить магнитофон и побежать наверх, чтобы узнать, слышно там или нет.
Я думала, Кэт посмеется над таким нелепым поведением или спросит, как я собиралась выбрать нужную громкость, но она сказала только:
– А зачем к тебе приходил Макс Остин?
Почему-то я не захотела рассказывать Кэт, что стирала его вещи. Мне подумалось, что она непременно скажет по этому поводу нечто унизительное, да еще заявит, что я позволяю людям вытирать об меня ноги. Я придумывала подходящий ответ, когда у нее зазвонил мобильник. Мы уже вышли из «Наполеона» и брели под руку по Толбот-роуд. Одной рукой она держала телефон, а другой зажала ухо, чтобы не мешал шум уличного движения.
– Помяни черта, – сказала она. – Привет, Макс. В чем дело?
Вдруг Кэт застыла, а потом повалилась на меня. Я обхватила ее и поставила на ноги. Через несколько секунд она захлопнула сотовый и потащила меня к обочине.
– Мне надо поймать такси. – Она вытянула руку. – Ричи ранен. Его кто-то избил. Сначала с ним все было в порядке, но потом он потерял сознание. Его отвезли в больницу Сент-Мэри. Мне надо ехать, Ли. Макс говорит, что дело плохо.
Она твердила «дело плохо, дело плохо» словно мантру. Я поймала такси, посадила ее. А когда она захлопнула дверь у меня перед носом, прокричала что-то водителю и бросила меня на обочине, постаралась понять и не обижаться.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Как соблазнить призрака - Макинтайр Хоуп


Комментарии к роману "Как соблазнить призрака - Макинтайр Хоуп" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100