Читать онлайн Пылкие мечты, автора - Макголдрик Мэй, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Пылкие мечты - Макголдрик Мэй бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.65 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Пылкие мечты - Макголдрик Мэй - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Пылкие мечты - Макголдрик Мэй - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Макголдрик Мэй

Пылкие мечты

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

Вайолет не понимала, как это случилось, но еще не успел забрезжить рассвет, а Гвинет уже рассказала ей обо всем, что происходило в ее жизни.
Она говорила о ранних годах своего детства, о потере родителей. Она призналась Вайолет, что чтение, а потом и сочинение рассказов стали для нее своего рода убежищем, а чуть позже, после их публикации, — и наградой. Гвинет также сообщила ей о письмах с требованием денег, которые в корне изменили ее жизнь. Она даже поделилась с Вайолет своими планами побега с мужчиной, чтобы выйти за него замуж, и это, вместе с кратким описанием ее любовной ночи с человеком, которого она любила всю жизнь, явилось завершением ее жизненной истории.
Настала очередь Вайолет открыть свою душу. Теперь она была готова к этому.
— Когда я была еще юной и скромной девушкой, — тихо начала она, — я жила вместе со своей матерью, уважаемой женщиной и вдовой, и бабушкой в Сент-Олбансе. Меня обучали всему, что должна уметь девушка, — шить, вышивать, готовить. Я также посещала деревенскую школу, где научилась читать, писать и считать, что, может быть, мне когда-нибудь пригодилось бы, если бы я стала женой торговца, владельца лавки или, как знать, даже священника.
Из-за частых болезней матери мне ничего не оставалось, как наняться в услужение, чтобы помогать семье, — продолжала она. — Моей госпожой стала леди Вентворт, будущая графиня Эйтон.
— Ты служила в Мелбери-Холле? — изумленно спросила Гвинет.
Вайолет кивнула:
— Я начала работать у нее, когда еще был жив сквайр Вентворт, ее первый муж.
— Просто удивительно, сколь многое соединяет наши жизни — и люди, и обстоятельства. Я кузина первой жены лорда Эйтона, Эммы Дуглас. Я встречалась несколько раз с вашей бывшей хозяйкой с тех пор, как Миллисент приехала в Баронсфорд, — взволнованно заговорила Гвинет. — Но теперь я хотела бы услышать вашу историю. Расскажите, что случилось с вами после того, как вы начали там работать.
— В Мелбери-Холле я стала ее горничной. Она удивительная женщина! Самая добрая из всех, кого я встречала в своей жизни, — серьезно проговорила Вайолет.
Хотя Вайолет часто ездила в Лондон со своей госпожой, она придерживалась понятий, внушенных ей с детства. Непохожая на других девушек, она держалась в стороне от искушений, никогда не кокетничала, не заводила случайных знакомств, оставаясь простодушной и наивной.
— В Мелбери-Холле я подружилась с людьми, которые стали мне дороже всех на свете, а некоторые заменили мне родных. Мозес и Джонах стали для меня братьями, а Амина — сестрой. Вы бывали в Мелбери-Холле?
Гвинет отрицательно покачала головой.
— Однако при жизни сквайра к этим добрым людям относились как к рабам. А немного позже уже старая целительница-знахарка Охеневаа стала для меня олицетворением мужества и стойкости в женщине.
— Я знаю Охеневаа. Большую часть времени она теперь проводит в обществе вдовствующей графини, — взволнованно прервала ее Гвинет. — Но прошу вас, продолжайте.
— Сразу после кончины сквайра жить в Мелбери-Холле стало намного легче. У меня было много друзей. Все меня любили. Я даже могла отсылать все заработанные деньги домой и при этом жить, ни в чем себя не ущемляя, госпожа высоко ценила мои услуги.
— То есть вы были счастливы? — уточнила Гвинет.
— Верно, — подтвердила Вайолет. — Но всему хорошему приходит конец. Для меня конец наступил вместе с появлением в моей жизни одного человека. Все мои благие намерения растаяли словно утренний туман, когда я встретила Неда Кранча.
— Кто это?
— Нед был каменщиком, он появился у нас поздней осенью, чтобы построить в деревушке Кнебворт новую ферму. Это был очень приятный, красивый мужчина. Я впервые увидела его на церковном дворе однажды в воскресенье утром.
Вайолет нервно наматывала вокруг пальцев какой-то лоскуток и вспоминала, как всякий раз, когда она приходила в деревню, ей на пути попадался красивый зеленоглазый великан, который, увидев ее, приподнимал в знак приветствия шляпу или делал комплименты по поводу ее внешнего вида.
— Миссис Пейдж, домоправительница в Мелбери-Холле, которая пару раз видела меня с Недом, советовала быть с ним поосторожней. Но как раз в это время мне исполнилось восемнадцать лег, и я считала, что знаю, что делаю. Я искала себе мужа.
Вайолет почувствовала, как от смущения у нее покраснели щеки.
Несмотря на приближение зимы, холодный воздух и мерзлую землю, раннюю темень и угрожающе раскачивавшиеся деревья, Вайолет встречалась с Недом на краю деревни не реже двух раз в неделю, с замиранием сердца выслушивая его льстивые речи и обещания.
— Я.., я по своей воле легла к нему в постель. — Она с трудом подбирала слова. — Но сразу же после этого узнала о вероломстве Неда. У него, кроме меня, были и другие любовницы в деревне. В то же время я вдруг обнаружила, что Нед Кранч состоял соглядатаем на службе у врагов моей госпожи и держал их в курсе всех событий, происходящих в Мелбери-Холле.
— Подлый пес! — брезгливо поморщилась Гвинет.
— Но это еще не все — я узнала, что Нед женат и имеет целую ораву ребятишек.
Гвинет положила руку на плечо Вайолет.
— Как это все ужасно! Что же было дальше?
— Дух мой не был сломлен, и я надеялась исправить свою ошибку, забыть Неда и делать вид, будто со мной ничего не случилось. Но действительность разбила все надежды, ибо вскоре я поняла, что ношу его ребенка.
В отчаянии Вайолет бросилась к Охеневаа, умоляя помочь ей избавиться от ребенка до того, как признаки беременности станут очевидными. Однако темнокожая целительница отказала ей, а потом помогла понять важность этого события в жизни каждой женщины. Спокойно все обдумав, Вайолет поняла, что ей надо делать. Она будет носить своего ребенка, не обращая внимания на пересуды.
— У меня не было выбора, кроме как открыто посмотреть правде в глаза и принять неизбежное. Моя госпожа и лорд Эйтон в это время жили в Баронсфорде, тогда как мне угрожало уже другое несчастье. — Вайолет поежилась. — Однажды утром меня навестила новая подруга Неда и сообщила, что этой ночью он собирался поджечь Мелбери-Холл. Я немедленно отправилась в Сент-Олбанс. Я пришла в трактир, где он сиживал довольно часто, — надеялась пробудить в нем остатки совести.
— Тебе удалось его найти?
Вайолет кивнула:
— В Сент-Олбансе я многое узнала и получила доказательства его коварства. Там он встретился с Джаспером Хайдом, заклятым врагом леди Вентворт. Подслушав обрывок их разговора, я узнала об их намерении поджечь Мелбери-Холл и похитить Охеневаа той же ночью. Его подруга сказала мне правду.
Вайолет вспоминала, как услышанное ошеломило ее. Она не знала, как ей остановить их, и в то же время не сомневалась, что должна им помешать.
— И что же ты сделала?
Воспоминания о том, что она сделала, до сих пор казались ей дурным сном.
— Я встретила его в узком проходе в самом низу лестницы. Попробовала отговорить его от задуманного, но Нед был глух к моим мольбам. Он обвинил меня в попытке присвоить часть причитающейся ему доли. И тогда я убила его.
Она вонзила нож ему в грудь, а затем наблюдала, как умирает отец ее будущего ребенка, умирает такой отвратительной смертью.
— Он был таким злым, и я должна была его убить. Тем самым я спасла своих друзей в Мелбери-Холле. Но, погружая нож в его черствое сердце, я знала, что лишаю себя не только будущего, но и всего, что было мне дорого.
Гвинет приподнялась на локтях и удивленно спросила:
— Что же случилось потом? Ты ведь была беременна. И ты была одна.
Выбежав из трактира во мрак ночи, Вайолет знала, что у нее одна дорога — убежать отсюда как можно дальше.
— Я убила человека. Мне надо было скрыться, чтобы позор не пал на мою мать и бабку. Или на Мелбери-Холл.
Вайолет слабо вздохнула.
— У меня было десять шиллингов и несколько пенсов. Единственным выходом для меня было попасть на дневной почтовый дилижанс, отправляющийся на север.
— Но наверно, ты не слишком далеко уехала? — прошептала Гвинет.
— Да, далеко я не уехала.
Вайолет взглянула на свои мозолистые руки.
— Когда деньги кончились, я пошла от деревни к деревне, от поместья к поместью и всюду просила дать мне работу. У меня не было рекомендаций, не было жилья, и я быстро обнаружила, что та работа, которую мне предлагали, ограничивалась исключительно мытьем полов или подачей пива в трактирах. Иногда я работала несколько дней, а порой и несколько часов, а потом снова оказывалась на улице.
— Как долго это продолжалось?
— Месяцы, — ответила Вайолет, вспомнив о том, что тогда она перестала следить за ходом времени. — Иногда во время моих скитаний я жила вместе с бродягами. Вообще в своем большинстве это хорошие, добрые люди, они проявили ко мне участие, особенно когда женщины обнаружили, что я беременна. Однако почти все они стремились в порт, чтобы сесть на корабли, отправляющиеся в Америку. Я кочевала из одной группы в другую, а затем в следующую, пока они терпели меня.
— Ты не хотела покидать страну?
Вайолет потрясла головой:
— Я все время беспокоилась о моем ребенке — если я умру при родах, что с ним тогда будет?
Часто во время своих скитаний Вайолет даже не знала, где она находится, хотя и догадывалась, что она не так далеко забралась на север, чтобы оказаться в горной Шотландии. Впрочем, она никогда не уходила на юг дальше границы. После того как однажды Вайолет поняла, что оказалась далеко от Баронсфорда, она уже больше не удалялась от него, разве что на несколько дней пути. Она знала, что Баронсфорд был одним из тех мест, где она могла бы оставить свое дитя в надежде на то, что самая сострадательная женщина на свете непременно позаботится о ее ребенке.
Вайолет поймала внимательный взгляд, брошенный Гвинет на ее живот, и быстро закончила свою историю, описав печаль и страдания и все свое горе после потери младенца. Она рассказала, где жила в последнее время, где похоронен ребенок, и слезы ручьем лились из ее глаз. Гвинет придвинулась к ней, искренне желая ее утешить.
Время шло, они тихо беседовали, и вот наконец солнце осветило восточные склоны холмов.
Неожиданно для себя Вайолет обнаружила, что всерьез обдумывает предложение Гвинет поселиться у нее в поместье. Гвинет просила Вайолет поселиться в Гринбрей-Холле, чтобы начать жизнь сначала, как будто в прошлом с ней ничего не случалось. Искушение было велико, но не меньшими были и ее колебания.
— У тебя нет больше причин скрываться, Вайолет. Нед Кранч был мерзавцем, он ведь хотел причинить зло людям, которые были тебе дороги. Ты сделала то, что и должна была сделать. И не совершила ничего такого, чему не было бы оправдания; более того, в этом есть даже что-то героическое. Ты предотвратила несчастье в самом зародыше. Я бы сказала, что тебя следует считать героиней.
— Я — женщина. Меня повесят за то, что я убила каменщика.
Вайолет реально оценивала опасность, с какой ей предстояло столкнуться.
— Я не хочу, чтобы бесчестье пало на головы тех, кого я оставила.
— Ничего подобного не случится. Твоя жизнь — это твоя жизнь, и ты не обязана ни перед кем отчитываться. Те, кто тебя знает и любит, успокоятся, как только им станет известно, что тебе ничто не грозит. Ты вернешься, но не повиснешь камнем у них на шее. У тебя будут собственные средства к существованию.
— Все не так просто. Многим было известно о моей связи с Недом. Да и само преступление…
— Так ведь каждому известно, что ты не нарушала закон, — прервала ее Гвинет. — Кому известно, что именно ты убила Неда? Кто-нибудь видел тебя? Кто узнает тебя сейчас?
— Скорее всего никто. Но ведь дело не в этом. Я-то знаю, что сделала.
— Если тебя так сильно угнетает твой поступок, то почему ты тогда не вернулась в Англию и не отдала себя в руки властей?
— Я была беременна. И не могла… — Голос Вайолет задрожал и пресекся. Внутри ее была необъятная пустота, но она не хотела думать сейчас о своем погибшем ребенке. — Ладно, пусть я не хотела, чтобы меня поймали. Возможно, Нед получил по заслугам. Но я не готова к тому, чтобы рискнуть и всем рассказать об этом. Будет лучше, если все откроется после того, как я уйду отсюда.., навсегда.
— Но стоит ли так легко сдаваться? — Гвинет ласково дотронулась до руки Вайолет. — Ты молода, красива, и, несомненно, за тобой начнут ухаживать отличные мужчины. Плохо, что ты сейчас одна, это хуже того, что случилось с тобой в Мелбери-Холле. Никто не будет помогать тебе, пока не получит что-нибудь взамен. Разве бродяги позволят красивой незамужней женщине вот так просто идти вместе с ними? Ты наверняка привлечешь внимание чьего-нибудь сына или мужа. Кроме того, ты англичанка, а это усугубляет тяжесть твоего положения, поскольку это обязательно вызовет их подозрения.
Вайолет понимала, что Гвинет абсолютно права. До этого у нее не было будущего. Но теперь…
— У тебя самой так много неприятностей. — Вайолет заглянула в лицо Гвинет. — Если тот, кто шантажирует тебя, добьется своего, ты останешься ни с чем.
— Но я буду получать кое-какой доход благодаря своему писательскому труду.
— Зачем тебе человек, которого придется содержать?
— Я пока не потеряла свои деньги. Но если такое произойдет, то нам придется примириться с этим.
— Не знаю, не знаю.
— Не думай об этом. С голоду мы не умрем. Поначалу я, конечно, не буду зарабатывать слишком много, но мы ведь будем помогать друг другу! — воскликнула в восторге Гвинет. — Я искренне верю, что наша встреча была не случайной.
Гвинет окинула взглядом полуразрушенные стены аббатства и холмы, окружавшие монастырские развалины.
— Что-то привело нас сюда, к этому древнему монастырю. И ты, и я — мы обе сейчас в отчаянии. Нам некуда и не к кому обратиться за помощью, но мы можем помочь друг другу.
— Ты можешь сделать для меня гораздо больше, чем я для тебя.
Гвинет печально покачала головой:
— Я одинока, Вайолет. И всегда была одинокой.
У меня не было ни матери, ни сестер, никого, кому бы я могла поверять свои тайны. Я хочу иметь друга, то есть того, кто помогал бы мне более трезво смотреть на жизнь, принимать правильные решения, — одним словом, стать моей компаньонкой. Я верю, что ты предназначена мне самой судьбой на эту роль.
Вайолет смущенно улыбнулась:
— Это непосильная задача, и ты возлагаешь ее на ту, что редко в своей жизни поступала правильно.
Гвинет протянула к ней руку:
— Ты согласна уехать со мной?
Вайолет жила бы рядом с Баронсфордом и неизбежно снова увиделась бы с Миллисент. Ей пришлось бы каким-то образом объяснять свое поведение и побег из дома полгода назад. Вайолет одолели тяжелые предчувствия, потому что, принимая предложение Гвинет, она поступала на работу в Гринбрей-Холл, вместо того чтобы вернуться к своей прежней жизни. И опять же с какой стати новоиспеченная графиня Эйтон захочет поддерживать с ней какие-то отношения?
Но ведь с ней будет Гвинет. Их дружба началась этой ночью, а до сих пор Вайолет никогда так не открывала душу другим людям. Обе они почувствовали безотчетное доверие друг к другу. Впервые в жизни Вайолет поняла — она получила возможность жить там, где действительно было надежно и безопасно. И она тоже считала, что они могут помочь Друг другу.
Все так перемешалось, но впервые с тех пор, как она покинула Мелбери-Холл, перед ней забрезжила надежда на новую, счастливую жизнь. Даже вполне возможно, она однажды увидит маму и бабушку. Кроме того, она могла бы посылать им деньги. Она догадывалась, как много трудностей перенесли две женщины за те месяцы, пока она скиталась по Шотландии.
— Я боюсь, — призналась Вайолет.
— Я тоже. Но нельзя все время убегать и прятаться, это не решит наших проблем. Нельзя поворачиваться к опасностям спиной.
Вайолет ущипнула себя, чтобы убедиться, что не спит. Солнце на небе поднималось все выше. Тени в долине становились все резче. Гвинет терпеливо ждала ее решения.
— Как ты себя чувствуешь? Ты в состоянии отправиться в путь? — наконец спросила Вайолет.
* * *
Роберт, смотритель Гринбрей-Холла, не получал от леди Кэверс никаких известий о том, что пора начать готовить дом к приезду хозяев и гостей. Посещение прошлой ночью капитана Пеннингтона послужило для него своего рода руководством к действию.
Управляющий, экономка, куча слуг обычно прибывали в Эдинбург за несколько дней до приезда хозяев. Горничная леди Кэверс, разумеется, приезжала вместе со своей госпожой. Мисс Гвинет была не из тех господ, которые требовали к себе повышенного внимания, обычно она пользовалась услугами служанки, которая не была слишком занята в данный момент. Жители из близлежащих деревень в таких случаях привлекались к работам в поместье — на конюшне, в господском доме, в саду и в парке, везде, где требовались рабочие руки. На следующий день рано утром Роберт послал одного из конюхов за новостями в Мелроуз. Все бывшие в наличии слуги уже приступили к работам в доме — открывали окна, проветривали помещения, протапливали камины.
В суматохе напряженного дня Роберта вдруг начало тревожить исчезновение Гвинет. У нее добрая душа и золотое сердце, и прислуга всегда была рада ей услужить. Мисс Гвинет, если имела возможность, могла месяцами жить в Гринбрей-Холле в отличие от леди Кэверс, ее опекунши, которая терпеть не могла подолгу оставаться в загородном доме, если не ждала гостей. В глазах прислуги Гвинет только выигрывала от этого. С точки зрения Роберта, было совсем неплохо, когда дом держали открытым, поскольку многие люди могли в это время найти здесь работу.
Роберт и те, с кем он общался, не могли дождаться, когда молодая хозяйка окончательно вступит в права наследования домом и всем поместьем, поэтому непонятное исчезновение Гвинет очень их огорчило. Капитан Пеннингтон энергично ее искал, и сегодня уже дважды из Баронсфорда наведывались слуги, которые принимали участие в поисках, чтобы узнать новости о мисс Гвинет. При всем желании Роберт не мог сообщить им ничего утешительного.
На дворе уже давно стояла ночь, когда два усталых путника, ехавшие на одной лошади, прибыли в Гринбрей-Холл. Конюх, вышедший их встретить, позже признался Роберту, что сперва из-за потрепанной одежды принял их за бродяг или даже за конокрадов. Он был поражен, когда одним из этих бродяг оказалась сама хозяйка мисс Гвинет.
Немедленно послали за Робертом, а затем, несмотря на возражения Гвинет, в доме разбудили всех слуг. Роберт хотя и не был врачом, но все же заметил запекшуюся кровь на голове хозяйки и скованность движений и понял, что госпожа ранена. Молодая женщина, сопровождавшая мисс Дуглас, знала, что беспокоит Гвинет, и, по-видимому, могла оказать необходимую помощь.
— Мне не нужен врач! — твердо заявила Гвинет в ответ на предложение Роберта.
С помощью спутницы и одной из служанок Гвинет удалось подняться наверх, в свою комнату. Роберт же немедленно пошел на конюшню. Обычно он был внимателен к своим обязанностям и сейчас тоже не хотел, чтобы с молодой хозяйкой что-нибудь случилось, тем более когда он был рядом. Гвинет была всем им очень дорога. Найдя конюха, что ухаживал за лошадью, на которой приехала Гвинет, смотритель велел ему ехать в Баронсфорд. Роберт знал, что скорее всего капитан Пеннингтон в отъезде — разыскивает Гвинет, но лорд Эйтон, вероятно, знает, как его найти.
Ее комната. Ее кровать. Она умылась и надела чистую одежду. Но самым важным для нее было то, что она снова оказалась в своем поместье, которое очень любила и которое считала родным домом.
— Похоже на затишье перед бурей, — произнесла Гвинет, повернувшись к Вайолет, как только они остались одни.
— Они не успокоятся до тех пор, пока не приедет врач, — спокойно ответила Вайолет, затем встала и подоткнула вокруг Гвинет одеяло. — И это правильно. Ты сильно ударилась, так что вряд ли можно говорить о том, что рана заживет сама по себе.
Гвинет оглядела свою комнату, затем ее взгляд остановился на Вайолет. Та уже полностью освоилась, привела себя в порядок, умылась и переоделась в одно из платьев Гвинет.
— Тебе идет голубой цвет, он очень подходит к цвету твоих глаз.
— Ты уклоняешься от темы, — буркнула Вайолет.
— Перестань суетиться, сядь рядом со мной. Я не желаю, чтобы ты вела себя так, словно ты моя служанка. В этом доме ты никогда не будешь прислугой. Я хочу, чтобы ты стала моим другом.
— Я делаю то, что считаю нужным, — заявила Вайолет.
— Если кому-то необходим врач, так это тебе. У меня всего несколько ушибов, тогда как ты еще не оправилась после родов.
— Я уже полностью выздоровела.
Вайолет отошла к окну, чтобы задернуть шторы, и это подсказало Гвинет, что она невольно задела ее больное место. Вайолет по-прежнему горевала по умершему ребенку, и любое упоминание о нем царапало ее незажившую рану.
— Я согласна, пусть врач осмотрит меня, но сначала ты должна принять мои условия. Первое из них — ты не должна вести себя как прислуга.
Вайолет испытующе посмотрела на Гвинет:
— Мы рождены, чтобы занять предназначенное нам место в этом мире. Я не могу притворяться более важным лицом, чем я есть на самом деле, только потому, что ты этого хочешь. — Вайолет подошла ближе, темные круги под ее глазами говорили о том, что она очень устала. — Ты вдохнула в меня надежду, пригласив в свой дом. Теперь я должна делать то, что подсказывает мне долг. Я прислуга, и этим все сказано.
Эти слова привели Гвинет в замешательство. Ведь ей так хотелось помочь Вайолет, но что она могла сделать?
— Хорошо. Но тогда по крайней мере позволь высказать некоторые свои требования.
— Ладно. Посмотрим, что это за требования.
Гвинет жестом пригласила Вайолет сесть рядом с собой и заговорила:
— Поскольку ты сама призналась, что служила горничной, то едва ли ты будешь возражать против того, чтобы занять такое же место здесь.
Вайолет согласно кивнула.
— Тогда ты станешь моим другом здесь.., на жалованье. Ты не будешь выполнять рутинную работу по дому. Твоя обязанность — сопровождать меня и заботиться только обо мне.
— Так ведь это и означает ухаживать за тобой, помогать одеваться, причесываться; вот здесь-то и пригодится мое искусство шить и чинить, а также смотреть за…
— Ничего из этого ты делать не будешь, — упрямо стояла на своем Гвинет. — Мне нужен друг, кому бы я могла довериться, кому могла бы почитать свои рассказы и узнать его мнение. Мы можем читать вместе мои повести, а я научу тебя ездить верхом.
Вайолет сидела, размышляя и, очевидно, взвешивая про себя эту информацию.
— Ты, пожалуй, сочтешь меня более требовательной, чем леди Эйтон. У тебя будет мало свободного времени.
Вайолет с сомнением взглянула на нее, а Гвинет, почувствовав слабость своих доводов, снова заговорила:
— Если меня не разоблачат и не лишат наследства, то твое жалованье будет составлять двадцать фунтов в год. Я не против того, чтобы половина воскресенья, один вечер в неделю и один день в месяц были у тебя выходными. Другое мое условие — ты займешь соседнюю спальню на этом этаже, чтобы я могла позвать тебя в любую минуту.
Вайолет подозрительно взглянула на нее:
— Вы слишком великодушны, мисс Гвинет.
— Ты будешь меня звать по имени — Гвинет. — Мисс Гвинет.
— Когда мы будем наедине, зови меня Гвинет, — настаивала она. — Я позабочусь о том, чтобы все толково объяснить моей тетушке и дворецкому, как только они прибудут.
Вайолет встала:
— Тогда я схожу к Роберту и попрошу его послать за врачом.
Гвинет, улыбнувшись, покачала головой:
— Не беспокойся об этом. Зная его, я уверена, что он уже послал за ним.
* * *
Во время поисков Дэвид обшарил вместе с Уолтером все дороги и тропинки далеко к западу от Баронсфорда. Хотя они и не напали на след ни одной из женщин, надежда их не оставляла. Они решили разделиться: Дэвид будет искать беглянку по дороге в Гретна-Грин, а Уолтер обыщет дороги, ведущие в Гринок, небольшой портовый городок, — и тут как раз их нашел конюх, посланный из Баронсфорда, который сообщил о прибытии мисс Гвинет вместе с какой-то женщиной.
— Это вполне может быть та женщина, которую ты ищешь, — сказал Дэвид Траскотту, поворачивая лошадь в сторону Гринбрей-Холла.
— Сомневаюсь, Дэвид. Слишком уж невероятно такое совпадение. Как ты думаешь?
— Гвинет покинула Гретна-Грин верхом, — начал рассуждать Дэвид. — Теперь мы знаем, что она приехала в свое поместье с другой женщиной примерно такого же возраста.
— Как выглядит та женщина? — спросил Траскотт конюха, принесшего известие. — Ты знаешь ее имя?
Конюх отрицательно качнул головой:
— Мне известно только то, что велел передать его сиятельство. Слуга из Гринбрей-Холла ничего мне не говорил.
Уолтер нахмурился:
— Лайон и Миллисент хотят найти Вайолет еще больше, чем я. Они что-нибудь передали бы мне, если бы предполагали, что это та самая женщина.
— Уолтер, я не собираюсь с тобой спорить, — проворчал Дэвид. — Я направляюсь в Гринбрей-Холл. Гвинет убежала от меня, и я думаю, что она должна была проехать по дороге через холмы, чтобы попасть домой. Кем бы ни была та женщина, но Гвинет встретила ее по пути из Грет-на-Грин. А теперь прикинь, сколько женщин бродит по округе?
— Ну что ж, это тоже один из способов вести поиск.
— К полуночи мы доберемся до Гринбрей-Холла, если отправимся прямо сейчас. Если эта женщина не та, кого ты ищешь, то ты сможешь взять там свежую лошадь и отправиться на поиски беглянки в Гринок, куда, как ты полагаешь, она могла направиться.
Дэвид поскакал назад, нетерпеливо погоняя лошадь и мечтая о том, как он накажет Гвинет, когда доберется до нее. Но от этой мысли ему не стало легче, и его волновала их встреча. Она не только не приняла его предложения о браке, но, убежав, тем самым отвергла его. Их близость и ее влечение к нему, оказывается, ничего не значили, раз она собиралась покончить с их отношениями. Он строил догадки насчет того, как отказ Гвинет может быть связан с Эммой.
Он пытался забыть прошлое, но ему не позволяли этого сделать. Ни Лайон, ни Гвинет.
Дэвид взглянул на кузена, скакавшего рядом с ним и о чем-то размышлявшего. Они были почти ровесниками, поэтому с детства росли добрыми друзьями. Он сделал бы для Уолтера все, и он знал, что и его кузен сделает для него не меньше.
— Может быть, через несколько дней мне понадобится твоя помощь в одном деликатном деле.
Лицо Траскотта прояснилось.
— Всегда к твоим услугам. А в чем дело?
— Ты был одним из тех, кто хорошо знал Лайона и Эмму со дня их свадьбы. Мне надо покопаться в прошлом, выяснить, что же произошло. Может быть, ты сумеешь ответить на некоторые мои вопросы или по крайней мере указать правильное направление.
— Я думал, Дэвид, ты вернулся, чтобы водворить у нас мир. Чего ты добьешься, вороша прошлое? — спросил раздосадованный Уолтер.
— Ничего. Я знаю, что ничего не добьюсь, — резко ответил Дэвид. — Но у меня нет выбора. Лайон считает, что я до сих пор не могу забыть Эмму и верен ей даже после ее смерти. Такого же мнения и Гвинет. Она даже не приняла всерьез моего предложения…
— Что за предложение? — прервал его Траскотт.
Дэвид вдруг понял, что пока еще и слова не сказал ни Лайону, ни Уолтеру о том, что хочет жениться на Гвинет. Как ему быть, если потенциальная невеста от него сбежала?
— Это длинная история.
— Ничего, у нас впереди долгий путь.
Дэвид вздохнул. Он пока не был готов поделиться с кузеном тем, какой неожиданно трудный оборот приняли его отношения с Гвинет. После ночи любви он, кажется, не оставил ей другого выхода, как выйти за него замуж. Тем не менее убедить ее в этом оказалось трудной задачей.
— Насчет Эммы, — заговорил он. — Я знаю, что ни Лайон, ни Гвинет не будут счастливы, пока я не разделаюсь с воспоминаниями о ней навсегда. Как раз это я и хочу сделать.
— И от этого зависит решение Гвинет?
— Да.
Уолтер строго посмотрел на него, но не стал расспрашивать.
— Твой брат, Дэвид, должно быть, не очень понимает, что делает. Раскапывая подробности смерти Эммы, ты только вызовешь сплетни и, я думаю, неприязнь к новой графине. Ей уже скоро рожать. Ради всего святого, зачем тебе или ему ее огорчать?
— Да я даже еще не видел ее, и у меня и в мыслях нет сделать что-то такое, чтобы этим оскорбить или огорчить! Я собираюсь действовать осмотрительно и незаметно, — пояснил свою мысль Дэвид. — Я хочу, чтобы только двое, Лайон и Гвинет, знали об этом, ведь из-за них я иду на это.
Несколько минут они ехали молча. Когда Траскотт наконец повернулся к Дэвиду, его лицо напоминало безжизненную маску.
— Говоря об Эмме, ничего нельзя знать заранее. Ты помнишь корзину со змеями, которую показывал индийский факир в Эдинбурге?
— Конечно, помню. Это было у лорда Иглтона.
— Я полагаю, что приподнимать завесу с прошлого Эммы — все равно что снимать покрывало с той корзины. Ты не обнаружишь там ничего, кроме шевелящегося, шипящего клубка змей, ядовитых и смертоносных. Это эксперимент, без которого Баронсфорд вполне может обойтись. К чему подвергать себя такому испытанию еще раз, Дэвид?
— У меня нет выбора, Уолтер, — решительно произнес Дэвид. — Видимо, моих слов тебе недостаточно. Также, видимо, недостаточно и моего признания в том, что это напрямую связано с моим будущим. Но ведь и Лайону тоже нужна правда.
Траскотт нахмурился и бросил на Дэвида взгляд исподлобья.
— Все-таки мне кажется, что вы совершаете ошибку.
— Может быть, ты и прав. — Дэвид взглянул на кузена. — Но ты поможешь мне?
— А что еще мне остается?
* * *
Когда в базарный день Эмма, разыскивая его, пришла в деревню, он стоял в окружении дюжины человек.
— Я хочу тебе сказать кое-что важное.
— Не могу, я занят. У меня сейчас дел по горло.
— Уолтер, ну пожалуйста. Яне отниму у тебя много времени. — Эмма взяла его под руку, не обращая внимания на множество наблюдавших за ними глаз. Он медлил, слишком долго медлил, и это не понравилось ей, поэтому она раздраженно произнесла:
— Если не ради меня, то ради твоего драгоценного кузена. Но мне необходимо с тобой поговорить.
Уолтер знал: если ей будет нужно, то она способна устроить ему сцену даже на людях. Похоже, она едва справлялась с волнением.
Уолтер чувствовал, что сваляет дурака, если согласится. Уже больше года прошло с того дня, когда они занимались любовью в башенном замке. С тех пор они только обменивались небрежными приветствиями. Уолтер уже больше не мечтал об Эмме. Бывая с другими женщинами, он уже не воображал себе, что перед ним Эмма. В тот раз, когда они занимались любовью, у него будто пелена спала с глаз. А то, как она вела себя впоследствии с другими мужчинами, только укрепило в нем уверенность, что она никогда не будет счастлива. Никогда.
— Я не могу сейчас все бросить. — Уолтер кивнул в сторону рощи рядом с деревенской церквушкой:
— Может, мы поговорим там, если ты настаиваешь?
Она посмотрела в ту сторону, а затем быстро направилась в рощу.
Уолтер поплелся следом за ней как послушная собачонка. Он злился и не прочь был заставить ее подождать, пока он занимался своими делами, но ради Дэвида ему пришлось все бросить и пойти за ней. Деревья в роще не могли укрыть их от любопытных взоров, однако там, в сторонке, их вряд ли кто мог подслушать.
— Он просит моей руки, — сразу выпалила Эмма, как только Уолтер подошел поближе. — Он говорит, что любит меня. Он собирается жениться на мне и хочет сегодня же узнать мой ответ.
Уолтер давно знал об этом намерении Дэвида. Даже слепой заметил бы, как его кузен относится к Эмме. Дэвид никогда не бегал за другими женщинами. Эмма была единственной, кого он вообще замечал, единственной и желанной.
Уолтер пытался справиться с чувством вины, которое он ощущал за содеянное им вместе с Эммой. Эта вина камнем лежала у него на душе. К тому же его душил гнев. Эмма вела себя так, словно это было досадным недоразумением, хотя ее руки добивался сын графа.
— Какое мне до этого дело? — хрипло спросил он. — Ты собираешься выходить за него замуж или нет?
Она посмотрела на него так, будто у него вместо одной головы выросло две.
— С какой стати я должна совершать такую глупость? Почему я должна связывать себя узами брака, когда точно знаю, что буду несчастлива?
Уолтер не питал иллюзий на свой счет. Он всегда знал, что у него с Эммой нет общего будущего. Но положение Дэвида было совсем иным.
Он уставился на нее, не в силах понять, что она от него хочет.
— Я никогда не выйду замуж за Дэвида!
Уолтер сказал первое, что пришло ему в голову:
— Тогда оставь его в покое. Получив твой отказ, он сможет выбрать для себя иной путь. Скажи ему правду и оставь его.
— Не могу! — Эмма повернулась к нему. — А что, если предложение Дэвида — самое выгодное из всех, которые я когда-либо услышу? Как я могу отказать ему, если неизвестно, оставит ли мне мой отец достаточно денег, чтобы можно был прельстить кого-нибудь познатнее и побогаче?
— И это единственная причина, чтобы не сказать ему правду? — резко спросил Уолтер, которому вдруг все стало ясно. — Разве у тебя нет ни капли уважения к его чувствам? К тем чувствам, которые он всегда питал к тебе?
— Мне еще только девятнадцать, и не поздно выйти замуж. Он считает, что ему в жизни надо добиться славы, какого-нибудь высокого положения, чтобы потом мы могли быть.., вместе.
Дэвид был настолько ослеплен любовью, что ему даже и в голову не приходило спросить Эмму, была ли у нее с кем-нибудь до него интимная близость. Водить его за нос для нее не составляло труда.
— Какую жизнь он готовит для меня? Я должна жить среди военных, а если он еще запрет меня в какой-нибудь ужасной дыре вдали от Баронсфорда?
Она продолжала говорить все в том же духе, но пока она жаловалась и бесилась, Уолтер внезапно осознал, что он свободен, наконец-то он почувствовал, что излечился от любви к Эмме.
— Куда ты идешь? — спросила она встревоженно, увидев, как он уходит. Уолтер молча шагал по тропинке, ни разу не оглянувшись.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Пылкие мечты - Макголдрик Мэй



всем советую прочитать все книги из серии Мечты...это вторая по счету...прочитала на одном духу...
Пылкие мечты - Макголдрик МэйЛейла
2.07.2012, 8.56





да серия очень хорошая, насыщенная!! роман о семействе Пеннингтон, 1- "С тобой мой мечты", 2- "обретенная мечта" 3 "пылкие мечты" отдаю предпочтение 1 части, там ГГ-я вызывает уважение и восхищение!
Пылкие мечты - Макголдрик МэйКетти
2.07.2012, 14.27





Вся серия просто замечательная, читается на одном дыхании. Правда в этой третьей части раздражала главная героиня, которая упорно стремилась пойти под венец с проходимцем, игнорируя любовь и предложение руки от главного героя, даже уже вступив с ним в любовные отношения. Счастье что он постоянно успевал вовремя ей помочь. И просто ужаснула наконец открывшаяся истина о смерти Эммы, не знаю, по-моему это чистый кошмар, мне думалось она погибла от руки одного из своих любовников, но такое..... Порадовала теплая встреча братьев и полное примирение. Эту серию точно стоит читать.
Пылкие мечты - Макголдрик Мэйната
23.10.2012, 8.03





прекрасный роман! вообще все три романа ..хороши!
Пылкие мечты - Макголдрик Мэйлия
26.10.2012, 19.53





Ужас какой-то, после отличного романа "с тобой мои мечты", этот читать ну просто невозможно! Это роман или что? Где любовь? нежность? уважение? до 9 главы дочитала, плеваться замучилась! в тайгу его, боюсь к 23 главе планшетом в стенку запущу.
Пылкие мечты - Макголдрик МэйИришка
5.06.2015, 18.46





Прочла всю трилогию.И все-таки первый роман "С тобой мои мечты" самый интересный,а остальные два не очень.
Пылкие мечты - Макголдрик МэйНа-та-лья
2.11.2016, 9.42








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100