Читать онлайн Заклятье луны, автора - Макфазер Нелли, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Заклятье луны - Макфазер Нелли бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.5 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Заклятье луны - Макфазер Нелли - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Заклятье луны - Макфазер Нелли - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Макфазер Нелли

Заклятье луны

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Услышав крик Эннабел, все посмотрели на холм. Джереми рассмеялся.
– Это же Тримейн! Он держит твою шляпку, Изабелла. Видимо, на скачках, дорогая леди, присутствовал зритель. Леди Фенмор не очень обрадовалась.
– Совершенно непонятно, почему моя глупая лошадь остановилась перед самым препятствием. Если бы не эта заминка, я выиграла бы. Ну что же, Изабелла, полагаю, пора платить по счетам. К какому страшному наказанию вы меня приговариваете?
Эннабел шутливо отсалютовала кубком с бренди.
– Наказание будет условное. Я хочу, чтобы вы относились ко мне по-дружески и никогда больше не говорили о неполноценности американцев. Договор действителен до конца моего пребывания в Англии.
– Ей-богу, Изабелла, как вы добры! – возбужденно воскликнул Ньютон. – Фелиция, ты должна признать, что мисс Победительница более чем великодушна. Я уверен, что если бы победа досталась тебе, твое наказание было бы более суровым.
Фелиция посмотрела на Эннабел с нескрываемой ненавистью.
– Мисс Победительница пожалеет о том, что выиграла у меня состязание, еще до конца своего пребывания здесь. Я не умею проигрывать.
Тримейн спустился с холма и приближался к ним. Джереми облегченно вздохнул и приветствовал брата:
– Как ты думаешь, может быть, в Шеффилде стоит открыть новый Аскот?
type="note" l:href="#n_23">[23]
Ты видел, как мы тут развлекались, Трей? Изабелла – превосходная наездница, не так ли? И леди Фенмор тоже, конечно, – быстро добавил он.
– Я выиграла бы, если бы забыла о своем достоинстве и сидела в седле, как деревенская девка. – Эннабел погрозила Фелиции пальцем, напоминая о договоре.
Англичанка угрюмо добавила.
– Прыгнула она неплохо, во всяком случае, для амери… Тримейн, ради Бога, давайте поговорим о Лондоне или еще о чем-нибудь интересном.
Немного удивленно Тримейн произнес:
– Мне кажется, Фелиция, на сегодня вам вполне достаточно этой прогулки. А что с вашим лицом?
– О! – Фелиция со злобой взглянула на Эннабел и вскочила в седло. – Я поеду одна. – Пришпорив свою лошадь, леди Фенмор исчезла в облаке пыли.
«Медея – замечательное имя для лошади такой мстительной хозяйки», – подумала Эннабел. Но ее радость от победы над леди Фенмор была омрачена. Фелиция не из тех, кто забывает свое поражение и прощает соперницу. Возмездие не заставит себя ждать. Не нужно быть пророком, чтобы предвидеть это.
– Очень сожалею, лорд Фенмор. Кажется, я неправильно вела себя с вашей сестрой.
Глядя вслед Фелиции, Ньютон произнес:
– Это я должен просить у вас прощения за бестактность сестры. С тех пор, как мы переехали в деревню, она сама не своя. Ей здесь очень скучно. Фелиции недостает Лондона и друзей. Возможно, наша поездка в столицу немного взбодрит и развлечет ее.
Эннабел сомневалась, что даже такая крайняя мера, как пересадка человеческой души, сделает Фелицию Фенмор более приятной. Эннабел обернулась и увидела, что Тримейн смотрит на нее. Что-то новое появилось в его взгляде. Смела ли она думать, что лорд Шеффилд будет смотреть на нее с восхищением?
– Лорд Шеффилд, благодарю вас за спасение моей шляпки. Бедный Джереми объехал почти всю деревню в поисках отделки для нее. – Когда Тримейн протянул ей шляпку, Эннабел коснулась его руки.
От этого прикосновения дрожь пронзила ее тело. Неясный образ чего-то знакомого возник в ее памяти. Но это ощущение покинуло ее так же быстро, как нахлынуло.
– Не стоит благодарности. Я рад, что решил прогуляться верхом, иначе пропустил бы такое зрелище. Однако шляпка достанется вам не бесплатно. Следуя традиции, я придумал своего рода условие, которое вам придется выполнить.
Эннабел собралась с духом и вымолвила:
– Надеюсь, ваш приговор будет не таким суровым, как то наказание, что придумала для меня леди Фенмор.
– Ну что вы, совсем наоборот. Я хочу, чтобы вы всегда называли меня просто Тримейн и позволили показать вам столицу. Я не думаю, что у моего брата есть право находиться с вами все время, пока мы будем в Лондоне. Довольно того, что и здесь к вам просто невозможно подступиться.
Эннабел в изумлении открыла рот и посмотрела на Джереми, чье довольное выражение лица словно говорило ей: «Видишь, я говорил, что ты нравишься ему».
– Ну… ну, я думаю, все зависит от того, сколько времени мы проведем там. Вы же знаете, мы собираемся навестить Китса. – При упоминании об этом Эннабел увидела, как лицо Ньютона исказилось. – Необходимо сделать кое-какие покупки и… – Девушка с надеждой посмотрела на своего кузена.
Она рассчитывала на его помощь. Джереми сделал совершенно обратное.
– О, Изабелла, ты можешь смело принять предложение Тримейна! Конечно, я получаю огромное удовольствие каждую минуту, проведенную с тобой. Но в Лондоне мне нужно навестить своих друзей, наши беседы покажутся тебе скучными. Кроме того, общение с тобой пойдет Тримейну на пользу. Ему вечно не хватает времени на развлечения, когда он выезжает в город. – Джереми повернулся к брату. – Я рад, что ты поедешь с нами, Трей. Что заставило тебя принять такое решение?
– Я решил, что пришло время получше познакомиться с Изабеллой, – спокойно ответил Тримейн, пристально глядя на девушку. – Мне очень жаль, Фенмор! – Его глаза пронизывали Эннабел. – В карете не хватит места для вас и вашей сестры. Я уверен, что Фелиция возьмет с собой столько коробок, что вам придется нанимать отдельный экипаж.
– Вы совершенно правы. Ну что же, мисс Изабелла, если вы по-прежнему не намерены принять мое предложение насчет завтрака, то мне остается покинуть ваше приятное общество.
Эннабел хотела ответить Ньютону, но Тримейн опередил ее.
– Она завтракает со мной. Я сделал необходимые распоряжения до того, как уехал из замка. Вы готовы, Изабелла? Джереми, увидимся после ланча и обговорим все детали поездки. Я собрал свои вещи и оставил их внизу. Тодд готовит наших лошадей.
Джереми подмигнул Эннабел, которая пребывала в полном недоумении из-за внезапной перемены, произошедшей с лордом Шеффилдом.
– Поздравляю, сестренка, – Джереми помог Эннабел сесть в седло и подмигнул ей. – Только не пытайся соревноваться с его светлостью, моя дорогая. Он уж точно не потерпит поражения.
– Твоя правда, – ответил Тримейн, когда Эннабел подъехала к нему. – И не только в преодолении препятствий.
Глядя вслед удаляющимся Эннабел и Тримейну, Джереми восхищенно произнес:
– Ньютон, вы когда-нибудь видели более прекрасную пару?
– Ничего удивительного, в конце концов, у них один производитель, – задумчиво ответил Фенмор.
– Что? – Джереми с недоумением посмотрел на Ньютона, затем рассмеялся. – Я говорю о людях, старина, а не о лошадях!
– Такой мрачный брюнет совсем не для мисс Изабеллы, – презрительно фыркнул «розовый человечек». – Кроме того, она никогда не полюбит мужчину с таким ужасным шрамом.
Джереми посмотрел на Ньютона Фенмора и подумал с сожалением: «Скорее она смирится со шрамом Трея, чем с твоей розовой физиономией, самовлюбленный болван!»
– Вы непредсказуемый человек, – сказала Эннабел.
– Не более, чем вы. Я не ожидал, что вы так лихо можете прыгать через заборы.
– Это не я, а моя лошадь. – Эннабел попробовала покрытый аппетитной корочкой паштет, и ей пришлось взять себя в руки, чтобы не проглотить его целиком.
Если ей суждено все же когда-нибудь вернуться в свое время, она обязательно возьмет с собой кулинарные рецепты Мод.
– Вы сейчас очень далеко, Изабелла. Вы часто словно переноситесь куда-то. Вы не знаете об этом, но все время, пока вы здесь, я наблюдаю за вами. Вы очень непредсказуемы. Подобно этому лабиринту, полному неожиданных поворотов.
– Боюсь, вы не правы. – Эннабел огляделась в беседке из живых цветов, в которой их ожидал завтрак, когда они с Тримейном добрались до центра лабиринта. – Здесь из любого прохода по крайней мере шесть выходов. Я совершенно запуталась после первого поворота.
Тримейн подлил вина в бокалы.
– Джереми рассказал мне, что вам очень хотелось попасть в лабиринт, но он предупредил вас, что не стоит идти одной. Вы сможете найти выход, если я оставлю вас здесь?
Эннабел удивленно посмотрела на Тримейна.
– Вы сошли с ума? Конечно, не смогу!
– Значит, по всей видимости, это принадлежит не вам. – Тримейн вытянул руку, в которой лежали два перламутровых камешка. – И это тоже.
Черепаховый гребень был точно такой, как у Эннабел, но девушка покачала головой.
– Нет, у меня есть два таких же, но они дома. – Эннабел вытащила из волос черепаховые гребни, о которых шла речь, не замечая, что Тримейн больше интересуется блестящими локонами, рассыпавшимися по ее плечам, чем украшениями. – И я представления не имею, для чего нужны эти камешки.
– Ими отмечают путь к центру лабиринта. По ним человек находит дорогу и возвращается назад. Только вот кто раскладывает их и для кого?
Эннабел в недоумении смотрела на Тримейна, затем до нее дошел смысл его слов. Это было настолько глупо, что девушка не выдержала и расхохоталась.
– Тримейн, как я могу размечать для кого-то дорогу, если сама не знаю, как войти в лабиринт, а уж тем более как из него выйти?
– У Тодда есть карта, спрятанная в кладовке, в случае необходимости он может воспользоваться ею. Достаточно увидеть ее один раз, чтобы понять, что если всегда придерживаться левой стороны лабиринта, то можно попасть в его центр.
Подозрения Тримейна разозлили Эннабел.
– Вы оскорбляете меня! Теперь понятно, зачем вы привели меня сюда. Вы сделали это не потому, что стали доверять мне. Не потому, что наконец-то поняли, что я не злодейка. Вы заманили меня в ловушку и хотите поймать с поличным. Все, с меня хватит! Сыта по горло! – Эннабел вскочила на ноги, уронив ложку с паштетом.
Тримейн тихонько рассмеялся.
– Если не найдете выход, сказать Джереми, что мы едем в Лондон без вас?
Эннабел повернулась к нему. Ее гнев сменился разочарованием. Все так хорошо начиналось.
– Почему? Почему вы так обращаетесь со мной? Почему вы считаете меня шпионкой или кем-то еще? – Слезы покатились по ее щекам. – Разве вы не знаете, что я никогда не причиню боль Джереми? Я люблю его так же сильно, как и вы. И хотя этот чертов Фалькон не доверяет мне, я никогда не предам его тоже, даже несмотря на то, что он обращается со мной еще хуже, чем вы.
Эннабел отвернулась, ее хрупкие плечи сотрясались от рыданий.
Сильные руки обняли ее. Обхватив ладонями голову Эннабел, Тримейн прижал ее к своей груди. Он гладил и целовал ее волосы. Затем нежно взял ее за подбородок и поднял заплаканное лицо. Эннабел едва не задохнулась от близости его губ. Она закрыла глаза, а Тримейн поцелуями пытался остановить ее слезы.
– Прости меня, дорогая. Мне невыносимо было думать, что это ты. Очень многие пытаются поймать меня. Они используют все для достижения своих низких целей.
– Но ведь меня они не используют, – прошептала Эннабел, ее глаза вновь наполнились слезами.
Тримейн наклонился над ней и поцеловал ее в губы.
– Соленые, – произнес он и улыбнулся.
«А ты божественный», – подумала про себя Эннабел.
Поцелуи Фалькона были похожи на град пушечных ядер, которыми неприятель пытался пробить брешь в крепкой обороне противника. Поцелуи Тримейна Эннабел сравнила с росой, которая появляется на лепестках ночной фиалки, когда при луне этот цветок распускается и начинается его ночная жизнь.
– Джереми говорит, что ты тоже мой кузен.
– К черту Джереми! Единственная кровь, связывающая нас, – это та, что заставляет бешено биться мое сердце, когда я думаю о том, что мне хочется сделать после этих поцелуев. – Их губы соединились.
Изабелле показалось, что она растаяла в объятиях Тримейна, и земля уходит у нее из-под ног.
Девушка едва не упала, когда Тримейн внезапно отпустил ее.
– Нет! Именно так все и случилось бы, если бы вы были мошенницей. Вы обворожили бы нас, и мы потеряли бы всякую бдительность. Джереми рассказывал, что у вас уже была встреча с Фальконом. Что случилось бы, если бы вместо меня сейчас был он? Вы точно так же соблазняли бы и его. Вам все равно.
Эннабел не знала, смеяться ей или плакать. И тут ей в голову пришла спасительная мысль: если ей удастся придумать убедительную причину своего отсутствия на корабле, то тогда Тримейн, может быть, поверит, что Изабелла именно та, за кого себя выдает.
– Послушайте, мне кажется, пришло время откровенно признаться во всем. Нет, я не мошенница, но все-таки кое в чем вынуждена признаться. – Эннабел глубоко вздохнула. – Я выдумала историю о переполненном судне и дополнительном корабле, а также о том, что в порту мы разминулись с вами. Все это я выдумала потому, что мне было стыдно рассказать вам правду. Мне очень неприятно говорить об этом, но, поскольку вы подозреваете меня в худшем преступлении, я думаю, мне лучше рассказать…
– Не могу дождаться, когда услышу правду, хотя бы для разнообразия, – сухо произнес Тримейн! – Расскажите мне все.
– У меня не было билета. Поэтому я плыла на «Фьюджитиве» тайно. Я прокралась на корабль, когда его загружали, чтобы капитан не увидел меня и не отправил в тюрьму.
– Что случилось с деньгами, которые я послал вам на билет? Почему вы не купили его, как должны были сделать?
Эннабел лихорадочно соображала.
Что ответить? Как заставить Тримейна Шеффилда сострадать ей? В то же время Эннабел понимала, что ее рассказ должен быть правдоподобным. Она не должна запутаться во лжи. Если ей не удастся сделать этого, Тримейн может оставить ее в лабиринте до конца дней.
– Я… я потеряла деньги, которые вы прислали, мне было стыдно кому-нибудь рассказать об этом.
– Поэтому вы решили плыть, без билета? – резко произнес Тримейн. – Боже, вы понимаете, что может случиться с молодой женщиной, оказавшейся на корабле без билета во власти грубых матросов?
Тримейн разволновался. Эннабел почувствовала себя немного виноватой.
– Ни капитан, ни кто-либо из матросов не видел меня, поэтому все закончилось благополучно.
«Они ведь не видели Эннабел!» – оправдывалась она перед собой. По крайней мере, хоть в этом она была честна с этим удивительным человеком.
Тримейн Шеффилд дотронулся рукой до портрета Изабеллы, который носил в своем кармане. Рассказ девушки был похож на правду, и все же он хотел расспросить капитана корабля или кого-нибудь из матросов. Вдруг они случайно видели на своем судне безбилетного пассажира?
Он уже навел справки в лондонском корабельном офисе о судне «Фьюджитив» и узнал, что он будет в порту еще два дня до отплытия в Кале. До того, как это случится, Тримейн выяснит раз и навсегда, была на этом корабле Изабелла или нет.
Миниатюра с ее изображением обжигала ему руку, а живая девушка завладела умом и сердцем.


Настроение путешественников было приподнятое. Находясь в компании двух самых красивых мужчин Англии, девушка с трудом верила в то, что они едут по дороге в Лондон 1818 года, что в гостинице «Чаринг-Кросс», расположенной на улице Странд,
type="note" l:href="#n_24">[24]
для них заказаны комнаты, и она приглашена на чай к Джону Китсу в Хэмпстед.
type="note" l:href="#n_25">[25]
Поток шуток, которыми обменивались Джереми и Тримейн, казался бесконечным. Эннабел отказалась от попыток состязаться с ними в остроумии и смотрела в окно, наслаждаясь прекрасным видом. Мимо проплывали деревни Ротэм, Севен Суке, Уэст Уикхэм… Просто не верилось, что все это происходит на самом деле.
Чувство нереальности происходящего не покидало Эннабел во время ужина в номере Джереми. На следующее утро у нее была запланирована прогулка с Тримейном, затем завтрак с ним и Джереми в маленькой гостинице, выходящей окнами на Темзу, потом примерка новых платьев в своем номере в «Чаринг-Кросс» и волнующая встреча в Хэмпстеде с одним из величайших поэтов Англии.
Тримейн был превосходным гидом. Взяв бразды правления в свои руки, он отдавал кучеру приказания, по каким маленьким улочкам нужно ехать, по какой дороге карета пройдет, а по какой нет, где идет ремонт, а где постоянные заторы. Исторические сведения, которыми Тримейн сопровождал посещение каждого места от Сити и Темпла до Флит-стрит,
type="note" l:href="#n_26">[26]
где, по словам Джереми, он должен был встретиться с каким-то издателем, были невероятно интересными и точными. В конце концов, кучер надул красные от постоянного употребления пива щеки и молча выполнял указания гида.
Во время завтрака в гостинице «Линкольн» Эннабел чувствовала себя спокойной и немного подавленной. Она не переставала думать о Воротах Предателя в Тауэре
type="note" l:href="#n_27">[27]
и о том, как заключенные, такие, как сэр Томас Мор,
type="note" l:href="#n_28">[28]
проходили через них. Сопровождаемые смертельной песней топора, они уже знали о своей участи еще до того, как в последний раз переступали порог Тауэра.
Эннабел не могла описать своих чувств, совершая прогулку по Лондону в компании Тримейна.
– Думаю, он сохранился лучше, чем Лос-Анджелес, – прошептала девушка, когда они проходили по Лондонскому мосту.
– Что? – Тримейн почти привык к тому, что всю дорогу Эннабел бормотала себе под нос какие-то странные вещи.
Однако он чувствовал все же некоторое неудобство от того, что девушка непроизвольно толкала его и спотыкалась о камни, которыми была вымощена улица.
– Изабелла, говорят, что в Бедламе
type="note" l:href="#n_29">[29]
полно людей, которые разговаривают сами с собой.
– В таком случае, у них очень умные собеседники. А когда ланч? Прошло уже три часа со времени, когда я последний раз принимала пищу.
– Все-таки вы выражаетесь очень странно. – Тримейн наклонился вперед и отдал приказание кучеру. – В гостиницу «Стэпл». – Он сел на место и, касаясь плечом Эннабел, стал говорит, не подозревая о том, что почти цитирует известное высказывание Чарльза Диккенса о спокойствии Лондона.
Но великий писатель скажет это много позже.
– Это один из тех маленьких укромных уголков, который можно найти в большом городе, островок спокойствия и уюта среди океана лондонской суеты и толчеи.
Эннабел знала, что этот день, который с каждой минутой казался ей все более нереальным и волшебным, она запомнит навсегда. Выпив в гостинице по чашке бульона, они отправились на встречу с Джереми. В таверне «Джордж энд Валче» Эннабел, Тримейн и Джереми ели великолепные отбивные, пили пиво из больших кружек. Эннабел немного опасалась, что коварный напиток несколько приглушит ее впечатления, ведь она была свидетельницей самого интересного периода английской истории.
Девушка вздохнула. Мужчины тут же повернулись к ней. Глядя на нее, они испытывали совершенно разные чувства: Джереми восхищался тем, что она великолепна в темно-сером дорожном костюме, отделанном черным кантом, и элегантной шляпке с перьями, а Тримейн волновался, не слишком ли путешествие утомило ее.
– О, нет, нет! – заверила Эннабел Джереми. – Наоборот. Мне совершенно не хочется тратить время на примерку платьев. Ведь я могла бы побродить по Лондону и увидеть так много интересного.
– Ты так говоришь, как будто не собираешься больше приезжать в этот город, – с удивлением сказал Джереми.
Эннабел взяла себя в руки, чтобы Джереми и Тримейн не увидели внезапно нахлынувшую печаль.
– Джереми, я знаю, ты хотел увидеться с собратьями по перу прежде, чем мы отправимся к Китсу. А вы, Тримейн? Что вы будете делать, пока мою талию будут обмерять, затягивать и колоть булавками?
Тримейн вспомнил о миниатюре, которая лежала у него в кармане.
– Мне необходимо отправиться в лондонский порт по одному очень важному делу. Думаю, нам всем пора идти по своим делам. Позже встретимся в отеле и выпьем по рюмочке хереса, договорились?
– Тебе понравятся платья, дорогая. Если хоть половина из них будет так же превосходно сидеть, как сегодняшний костюм, ты сведешь с ума весь город. На улице ждет экипаж, который отвезет тебя в «Чаринг-Кросс». – Поцеловав руку Эннабел, Джереми удалился.
Эннабел не могла не признать, что ей нравится принимать у себя в номере хозяйку одного из лучших модных салонов Лондона и рассматривать великолепные платья, обувь и аксессуары. Тримейн позаботился о том, чтобы утомительная примерка платьев сопровождалась дегустацией хороших вин. Эннабел с удивлением заметила, что после первых трех туалетов мадам Элоиза опьянела, и девушка решила сама выбрать все необходимое из ее коллекции.
– О, я просто не смогу жить без этого красного жакета для верховой езды, и этой серой юбки, и без этого…
К тому времени, как Эннабел закрыла за портнихой дверь, силы оставили ее. Теперь она обладала самым модным гардеробом.
– Как я устала, – прошептала девушка, – теперь можно немного поспать. До встречи с Китсом осталось два часа.


Фелиция Фенмор сидела в кабинете лорда Лансфорда, обмахиваясь веером, и, казалось, хотела только того, чтобы лорд Роялстон, помощник Лансфорда и горячий защитник в парламенте «хлебных законов» и налогового законодательства, перестал таращиться на вырез ее платья.
Однако новость, которую принес помощник Дерека, волновала Фелицию гораздо больше, чем она хотела показать.
– Итак, Фалькон и его друзья подозревают, что за ними следят и не каждому из их окружения можно доверять. – Леди Фенмор пожала плечами – Но какое это имеет отношение ко мне?
Лансфорд наклонился вперед.
– Непосредственное, это вопрос времени. Кто-нибудь узнает тебя, и тогда откроется твоя связь со мной, а уж потом… – Он посмотрел на Роялстона и махнул рукой. – Расскажите ей, Роялстон, что вы придумали.
Мысли помощника были заняты совсем другим: он с трудом отвел взгляд от декольте Фелиции и попытался сосредоточиться на обсуждаемом вопросе.
– Мы сейчас наблюдаем за окружением Шеффилда и знаем о передвижениях его подчиненных и друзей. В замок приехала кузина из Америки, мы попытаемся воспользоваться ее услугами…
– Не смейте доверять этой змее!
Впервые за время их беседы в глазах лорда Лансфорда появился интерес. Фелиция Фенмор и ее тщеславие примадонны порядком надоели ему, и Дерек серьезно подумывал о том, чтобы после успешного завершения дела Фалькона сбыть свою помощницу Роялстону.
– Моя дорогая, мне кажется, тобой руководят чувства. Роялстон, расскажите ей наш план.
– Очень хорошо. Ваша помощь тоже потребуется, Дерек. Нам сообщили, что в окружении Фалькона ищут таинственную женщину, которая якобы работает на вас. А после того, как вы увидите этот портрет, который мы украли из комнаты Джереми, мне кажется, вы с большей охотой согласитесь сыграть небольшую роль в нашем спектакле и отвести подозрения от леди Фенмор.
Лорд Лансфорд молча взял миниатюру, затем выпрямился и надел монокль.
– Черт возьми, какая красавица!
– Если вам нравятся женщины, которые загорают и ездят верхом, как грязные индейцы, – холодно заявила Фелиция, – то мне нечего сказать.
– О, перестань, дорогая, это всего лишь деловое задание, для твоей же пользы. Нам необходимо отвести от тебя подозрения. Я не собираюсь ухаживать за этой девушкой, а тем более, соблазнять ее, – сказал Дерек, хотя на самом деле планировал совершенно обратное.
Он вглядывался в изображение Эннабел и спрашивал себя, как такая красотка попала в руки Шеффилда, и спят ли они вместе…
– Ваша светлость! У нас мало времени! – Роялстон попытался отвлечь его от тайных мыслей.
– Молодая леди, о которой идет речь, отдыхает сейчас в своем номере в гостинице «Чаринг-Кросс». Я послал ей записку, в которой вы якобы просите оказать вам честь и встретиться с вами в холле, чтобы выразить соболезнования по поводу смерти ее матери.
– Ее матери? Какое отношение имеет ее мать ко всему этому?
– Некоторое время она выступала на сцене «Друри-Лейн», еще до отъезда в Америку. Вы тогда были молоды, и мисс Миранда Фелл произвела на вас большое впечатление. – Подняв руку, Роялстон опередил Лансфорда. – Пока вы будете делиться воспоминаниями с американкой, к чаю спустится Джереми Симмонз. Леди Фенмор встретит его и попытается сделать так, чтобы молодой человек увидел якобы тайное свидания своей кузины с одним из смертельных врагов Фалькона.
– Я никогда не видел Миранду Фелл и понятия не имею, какой она была!
– Это была красивая изящная блондинка. И я уверен, все лестные слова, которые вы скажете о ней, сыграют положительную роль. А главное то, что все увидят вас вместе. Об этом тут же сообщат Шеффилду, а через него – Фалькону. Ваша дорогая леди Фенмор сможет свободно продолжать свое наблюдение, а все подозрения падут на американку.
Дерек Лансфорд пристально всматривался в лицо молодой девушки на портрете. В это же время Тримейн Шеффилд показывал моряку точно такой же портрет.
С Лондонского моста Тримейн сразу определил среди стоявших в порту кораблей «Фьюджитив», трехпалубную шхуну. Полным ходом шла погрузка. Он спустился и заговорил с капитаном. Тот мельком взглянул на портрет. Он был занят тем, что отдавал приказания матросам, снующим по нижней палубе.
– Следите за тюками, идиоты! Если они начнут раскачиваться, корабль потеряет равновесие к чертовой матери! – Затем он обратился к Тримейну. – Я говорил вам, Шеффилд, что этой девушки на корабле не было. Думаете, я не знаю всех пассажиров на своей шхуне? Я один из немногих британских капитанов, кто берет на борт вместе с грузом из Флориды и несколько пассажиров. Многие из нас не забыли Новый Орлеан и тех чертовых бандитов, которые заманили в болота наши войска.
type="note" l:href="#n_30">[30]
– Ее не было в списке пассажиров. – Тримейн повторил историю Изабеллы.
Капитан рассмеялся, но его глаза по-прежнему оставались холодными.
– Хотелось бы мне посмотреть на девчонку, которая так ловко может провести капитана Поллака! На моей шхуне даже блохи и тараканы оплачивают проезд. Не верьте ей! Если девушка говорит, что попала в Англию на моем корабле, значит, она лжет. Кем бы ни была эта лиса, она что-то скрывает от вас или что-то задумала.
Капитан повернулся спиной к Тримейну, показывая, что разговор окончен, и вновь стал отдавать приказания матросам.
Тримейн остановил молодого моряка, тащившего на корабль мешок с мукой.
– Вы были на судне две недели назад, когда «Фьюджитив» совершал рейс в Америку и обратно?
Юноша кивнул, и Тримейн показал ему портрет Изабеллы. На мгновение в глазах моряка появился страх, его губы нервно дернулись. Тримейн проследил за взглядом юноши.
Капитан Поллак смотрел прямо на них. Выражение его лица было злым и даже угрожающим. Матрос нервно облизнул губы.
– Нет, сэр. Я никогда не видел ее ни на нашем корабле, ни где-нибудь еще. Капитан разозлится на меня, если я не буду работать.
Тримейн опустил голову. Он всеми силами пытался уговорить себя, что Изабелла именно та, за кого себя выдает.
– Ну что ж, в течение следующего часа я буду в том пабе. Если вы знаете человека, который видел девушку, мне бы хотелось поговорить с ним. Не бойтесь, ваш капитан ничего не узнает.
Делая вид, что ничего не слышит, матрос бегом спустился по трапу. Тримейн терпеливо ждал. В пабе было полно моряков, но, как сказала официантка, ни один из них не плавал на «Фьюджитиве».
– Что такой человек, как вы, делает здесь? – спросила Тримейна женщина. – Можете получить нож в спину, если будете приставать к матросам. У них есть свои секреты, они не любят ими делиться.
Тримейн дал ей монету и увидел молодого матроса, которого спрашивал о девушке.
– Принесите одну кружку пива для моего друга.
Моряк сел за столик Тримейна. Одним глотком он выпил кружку пива.
– Еще.
Тримейн кивнул официантке, и она принесла еще две кружки.
– Вы видели девушку, не так ли?
– Если капитан узнает, что я говорил с вами, он перережет мне горло. – Юноша нервно огляделся вокруг.
– С вашего судна здесь никого нет. Я уже проверил. Почему он перережет вам горло, если узнает о нашем разговоре?
– Потому что капитан не разрешил нам говорить о том, что случилось, – начал юноша и сделал еще глоток. – Он сказал, что это был несчастный случай. Если кто-нибудь узнает о нем, обвинят нас и задержат наш корабль. Он очень плохой человек, наш капитан. Говорят, он может зарезать моряка за то, что тот не так обратился к нему.
– Что случилось? Черт побери, если вы не расскажете мне, я сам убью вас. Что случилось с девушкой?
– Она была такая красивая, так ласково разговаривала со мной. Она рассказывала, что на родине, в Америке, у нее никого не осталось, она едет в Англию к своим родственникам. Я считаю, что наш капитан отвратительно поступил с ней, поэтому я и пришел сюда.
Тримейну хотелось схватить матроса и вытрясти из него все слово за словом, но он взял себя в руки.
– Ваш капитан пытался воспользоваться своим положением, ведь так? А когда девушка отказала ему, он высадил ее. Вот поэтому он и говорит, что никогда не видел ее.
Юноша покачал головой, и Тримейн с удивлением заметил, что его глаза наполнились слезами.
– Все было намного хуже. В ту ночь я нес вахту и видел, как девушка плакала. А потом услышал ее крики, когда капитан пытался поцеловать ее. Я хотел подойти, но капитан заметил меня и приказал спуститься вниз.
– Продолжайте.
– На следующее утро она исчезла. Я заглянул в ее каюту, но девушки там не было. Уже два дня мы находились в открытом море, земли не было видно. Кроме того, мы нигде не останавливались. В конце концов, я набрался смелости и спросил капитана Поллака, где девушка. Он сказал… сказал… – юноша вытер слезы рукавом и последние слова произнес шепотом. – Капитан сказал, что пытался остановить ее, но она спрыгнула за борт и утонула.
В изумлении Тримейн смотрел на матроса, не веря своим ушам.
– Утонула?
Он уронил голову на руки. То, чего он боялся, произошло. Женщина, которую он полюбил, была мошенницей, а настоящая Изабелла мертва.
Но откуда мнимая Изабелла узнала об этом? Тримейну предстояло найти ответы на многие вопросы. И на некоторые из них придется ответить капитану Поллаку!
Подняв голову, он увидел, что матрос ушел. И в этот момент Тримейн услышал сигнал отбоя, корабли готовились выходить в море.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Заклятье луны - Макфазер Нелли



Роман мне понравился.Но интересней всё-таки было бы, если Эннабел изменила бы прошлое, не зря же она туда попала.
Заклятье луны - Макфазер НеллиЕлена
26.05.2012, 17.13








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100