Читать онлайн Струны сердца, автора - Макбрайд Мэри, Раздел - Глава шестнадцатая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Струны сердца - Макбрайд Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.43 (Голосов: 14)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Струны сердца - Макбрайд Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Струны сердца - Макбрайд Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Макбрайд Мэри

Струны сердца

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава шестнадцатая

Кейт Логан, сидя у окна вагона, то и дело шевелила ногой — проверяла, на месте ли маленький кожаный саквояж, спрятанный на полу в складках длинного дорожного платья.
Было девять часов утра. Рейс уже, наверно, в банке. Если ей удалось замаскировать пропажу, он не заметит ни отсутствия наличности, ни того, что из сейфа исчезли четыре золотых слитка. На очкастого кассира, обещавшего не выдавать ее, полагаться не приходилось, но, если ей повезет, муж не заметит ее отлучки до вечера, а тогда она уже вернется. Вместе с дочерью.
Однако что это взбрело ей в голову считать, что так легко обмануть Рейса? Да он нутром чует, когда ее нет. Ведь и она всегда чувствует его отсутствие. Они просто не могут существовать в отдельности! Даже солнце как будто тускнеет, а в воздухе появляется что-то такое, от чего становится трудно дышать.
Кейт вздохнула. Простит ли ей Рейс то, что она делает? За все годы их совместной жизни она ни разу не пошла против его воли. Между ними случались ссоры, иногда она с ним конфликтовала. Но никогда не выходила из повиновения. Тем более — не действовала за его спиной. Но ведь раньше для этого не было причин.
Она могла бы показать ему телеграмму, а потом до хрипоты спорить с ним, убеждая, что ему не следует ехать, потому что это опасно. Что его вспыльчивость не позволяет ему трезво мыслить, особенно когда дело касается Хани. Она бы стала его убеждать, что в его возрасте ему не справиться с молодым и еще более отчаянным, чем он сам, Саммерфилдом. И все было бы напрасно.
Она делает то, что должна — Кейт стиснула зубы, — для Хани, для Рейса. Хани будет оскорблена выкупом, а еще более тем, что ей снова дали почувствовать свою безответственность. Но это скоро пройдет.
А вот Рейс, возможно, никогда не простит ей обман. Кейт слишком хорошо знала, как он упрям и горд. Рана, которую она ему нанесла, может никогда не зажить.
Глаза Кейт наполнились слезами. Что поделаешь! Если Рейс навсегда потеряет к ней доверие и разлюбит ее, она по крайней мере сохранит ему жизнь.
Хани осторожно открыла дверь и вышла в пустой коридор. Несмотря на то что спала она мало, она чувствовала себя свежей и отдохнувшей. У нее было ощущение какой-то восхитительной полноты, словно Гидеон заполнил своей любовью все пустые места в ее теле. Почти бегом она спустилась по лестнице и вышла на улицу. Она решила купить себе новое платье взамен подозрительных лохмотьев и принести из бара завтрак в номер.
Чарли-полукровка дремал в кресле и открыл глаза как раз в тот момент, когда Хани выходила на улицу.
— Какого черта! — пробормотал Чарли, встрепенувшись и хватая лежащий на коленях пистолет. Локтем он свалил на пол настольную лампу, и непотухшая сигарета упала в образовавшуюся у него под ногами лужицу керосина.
Улица была пустынной. Хани захотелось выбежать на середину и объявить всему миру — или хотя бы жителям Керрилоса, — что она любит Гидеона Саммерфилда и что если она до сих пор и не совершила в жизни ничего особенного, то сейчас сделала то, что было абсолютно, совершенно, безусловно правильно!
Впервые в жизни она стала сама собой! Какое счастье! Ничего не надо доказывать — ни себе, ни кому-либо другому, особенно отцу. Если она разыщет деньги, то вернет их в банк ради Гидеона, а не для того, чтобы произвести впечатление на отца или заслужить его похвалу. Она ни за что на свете не допустит, чтобы Гидеон опять попал за решетку.
С этой мыслью она вошла в лавку и снова удивилась ее сходству с лавчонкой ее детства. Но на сей раз воспоминание было не столь болезненным. Эдвины Кэссиди больше нет! Есть Хани Логан, и она счастлива.
— Вам помочь, мисс? — довольно не приветливо спросила пожилая продавщица.
Хани выбрала простенькое ситцевое платье и стала его примерять. Рукава слишком длинны, в талии широковато, а подол волочится по земле, но платье чистенькое и не рваное, а большего в данный момент от него и не требуется. Она разглядывала себя в зеркале, когда услышала, как продавщица воскликнула:
— Ой! Кажется, горит гостиница. Хоть бы она сгорела дотла! Будет только справедливо, если все эти шлюхи и алкаши сгорят уже на земле, не дожидаясь адского пекла!
Хани выглянула в окно. Дым валил из окон нижнего этажа гостиницы. Языки пламени поднимались вверх по стене деревянного строения.
Панический страх охватил девушку. Она огляделась: ряды полок, заставленных мешками с крупой, деревянными ящиками и стеклянными банками, были странно знакомыми. Свисавшие с потолка на крюках метлы, лопаты и мотыги покачивались над головой, и на какую-то долю секунды ей почудилось, что она в лавчонке своего детства в Лома-Парда. Она даже удивилась, почему на ней платье ее матери, ведь ей не разрешалось играть в переодевания!
— Смотри! — кричала продавщица. — Видишь? Уже крыша занялась! Помоги нам, Господи! Не дай искрам перекинуться на нашу сторону!
Хани заворожено смотрела на гостиницу, в которой она только что оставила спящим любимого человека.
— Гидеон! — Подняв подол длинного платья, Хани опрометью бросилась вон из лавки.
Она уже собралась вбежать в горящий холл, как чья-то рука легла ей на плечо и она услышала хриплый голос Чарли Бака:
— Туда нельзя!
Но прежде чем Чарли схватил ее, девушка развернулась и изо всех сил ударила его кулаком в подбородок, так что он выпустил ее плечо и попятился, а она вбежала в дом.
Холл заволокло дымом. Ничего не видя, прикрыв нос и рот подолом, Хани пробралась к лестнице.
Не успела она взяться за перила, как услышала за спиной звук, похожий на порыв ветра. Обернувшись, она увидела, что загорелись шторы, а языки пламени поползли по полу к лестнице. От ужаса Хани остолбенела. Будто вросла в пол, не в силах пошевелиться. Ей показалось, что пламя прошипело ее имя. Хотела закричать, но голос не слушался. А пламя в ответ забушевало еще сильнее.
Сны Гидеона были беспокойными. То ангелы возносили его и сбрасывали в преисподнюю, то он тонул в сине-зеленых глазах Хани среди зеленого поля, то вдруг стебли кукурузы превращались в железные тюремные решетки и женщина, которую он держал в объятиях, исчезала. А нежная музыка голоса Хани сменялась скрежетом цепей, которые заключенные волочили по каменному полу.
Неожиданно сквозь бред этих сновидений прорвался звон колокола и чьи-то крики, взывавшие о помощи. Гидеон вскочил с постели. Он сразу вспомнил, где находится, и понял, что означают этот звон и крики. Пожар! Тут он заметил, что Хани в комнате нет. Слава Богу! — подумал он. Теперь надо позаботиться о себе.
Дым уже пробивался через щель под дверью. Гидеон быстро оделся, пристегнул кобуру и через окно вылез на шаткую Крышу крыльца.
Толпа, собравшаяся внизу, приветствовала его появление возгласами радости. Кто-то крикнул, указывая на воз с сеном, стоявший у крыльца:
— Прыгайте, мистер!
— Прыгайте! — подхватили остальные.
Гидеон спрыгнул, а потом слез на землю, ожидая увидеть в толпе сияющее, счастливое лицо Хани. Вместо этого его взгляд уперся в каменный лик Чарли-полукровки.
— Где женщина? — прорычал он.
Вокруг стоял такой шум, что Гидеон не расслышал.
— Что? — переспросил он.
— Где эта чертова девчонка, которая стоит десять тысяч баксов? Что ты с ней сделал, Саммерфилд? Спрятал где-нибудь?
— А разве она не здесь? Когда ты ее видел в последний раз?
— Пару минут назад. — Чарли мотнул головой в сторону гостиницы. — Она побежала искать тебя.
Чертыхаясь, Гидеон пробрался сквозь толпу ко входу в гостиницу. Холл был уже объят пламенем. Через этот ад — а именно так выглядел холл — не пробиться. А если это и удастся, то навряд ли он будет в состоянии помочь Хани.
Гидеон выбежал из гостиницы. Взобравшись на фургон с сеном, он ухватился за карниз крыльца, превозмогая боль от раны, подтянулся и перевалился на крышу. Проникнув через окно в комнату, которая уже была полна дыма, он пробрался к двери.
Гидеон Саммерфилд не молился с тех пор, как ему было десять лет. Но сейчас он воззвал к Богу. И вложил в молитву всю свою душу.
Хани с ужасом наблюдала, как огненный дракон подбирается все ближе. Огонь то надвигался, то, извиваясь, словно змея, отступал и приближался снова.
Она закрыла лицо руками. Страшная жара осушила слезы на щеках. Языки пламени едва не лизали подол платья. Она закашлялась от дыма. А чудовище было уже совсем близко, и, задыхаясь, Хани выкрикнула:
— Нет! Погоди! Гидеон спит наверху и я должна до него добраться! Я люблю его. Если с ним что-нибудь случится, я умру.
Огонь стал снова наступать, но теперь это было всего лишь пламя, а не огнедышащий дракон. Осмелев, она повернулась к нему спиной и, зажмурившись, прошла сквозь дымовую завесу и бросилась наверх.
На середине лестницы она столкнулась с Гидеоном.
Он подхватил ее на руки, не обращая внимания на тлеющий подол платья, и, перепрыгивая через две ступеньки, понес обратно в комнату. Там он окунул ее в ванну с холодной водой. Она спасена. Она жива. Слезы, струившиеся по его лицу, не имели никакого отношения к дыму.
Он хотел было отругать ее за то, что она так рисковала, но вместо этого просто крепко обнял.
— Я должна была найти тебя.
— Ты нашла меня, дорогая, — прошептал Гидеон, прижавшись губами к ее волосам. — Ты нашла меня. — Ему так много хотелось ей сказать, но он лишь прошептал ее имя: — Хани.
— Скажи, что хочешь на мне жениться, — потребовала она. Даже в дыму ее глаза блестели, и Гидеон понял, что с радостью утонул бы в бирюзовых озерах этих глаз или — что еще лучше — прожил бы остаток своих дней, изучая их волшебную глубину. Если бы не его прошлое, он бы уже упал на колени, чтобы предложить ей руку и сердце.
— Ну хотя бы поцелуй меня, — настаивала Хани.
За ним, конечно, не постоит, но не безумие ли это? Кругом пламя и дым, Хани сидит в ванне с водой, а их номер, по-видимому, единственный, куда еще не добрался огонь. Надо бежать, спасать свою жизнь…
Так думал Гидеон, наклоняясь, чтобы поцеловать ее. Может, это в последний раз. И какая разница, что кругом бушует огонь, если он сам охвачен пожаром? Еще никогда в жизни ему никто не был так нужен, как Хани Логан.
— Выходи за меня замуж, дорогая, — прошептал он. — Будь моею навсегда.
— Да.
Ее вздох потонул в новом поцелуе. Голова Гидеона шла кругом. Он, должно быть, сошел с ума, делая предложение женщине, которая никогда не будет ему принадлежать, тем более что все вокруг охвачено огнем. На какое-то мгновение он вдруг представил себе, что они умрут в объятиях друг друга, их плоть и кости сольются в единое целое, а ветер унесет их прах в неведомое священное место.
Что за безумие! Никогда еще он так не хотел жить, а думает о смерти!
— Надо выбираться отсюда, и поскорее.
Гидеон взял ее на руки и отнес к окну, но она, едва коснувшись ногами пола, метнулась обратно к двери.
— Куда ты?
— К выходу.
Кто из них двоих сошел с ума?
— Там все горит.
— Я в окно не полезу, — заупрямилась Хани.
— Это почему же?
— Слишком высоко. — Хани взялась за дверную ручку и тут же отдернула руку. -
— Она раскалилась!
Широко открытыми глазами она смотрела то на Гидеона, то на окно и повторяла:
— Я не могу. Я не могу, Гидеон…
Гидеон подошел к ней и, заглянув в испуганные глаза, сказал, усмехнувшись:
— Нет слова «не могу», дорогая. Если тебя этому не научила мама, придется научить мне.
Сойдя с поезда, Кейт увидела клубы дыма, окутавшие городок зловещим облаком. Услышав, что горит гостиница, она одной рукой схватила саквояж, а другой — приподняла подол длинной юбки и побежала к зданию, уже до самой крыши охваченному пламенем.
В панике она искала в толпе Хани. Где она? В телеграмме Саммерфилд написал, что они в гостинице. Вряд ли в городе есть еще одна, кроме этой.
— Вы не знаете, остался ли кто-нибудь внутри? — Кейт схватила за рукав стоявшую рядом женщину.
— Если кто и остался, то это полоумный, решивший сгореть заживо, вот что я вам скажу.
Неожиданно в толпе раздался крик и кто-то показал на крышу крыльца: какой-то человек вылезал в окно. Выбравшись, он помог вылезти женщине. Она казалась такой маленькой! Словно девчонка, измазавшая в луже ситцевое материнское платье.
Хани! Кейт хотела закричать, но от волнения не смогла издать ни звука. Тем временем мужчина подвел ее дочь к краю крыши, потом, словно кошка, спрыгнул на воз с сеном и, улыбнувшись, подставил Хани руки.
Хани нерешительно подошла к краю крыши и остановилась. Даже на таком расстоянии Кейт видела, как дрожат у дочери губы и как она бледна. Такие же испуганные глаза были у нее, когда она маленькой девочкой забралась на гардероб, а Кейт застала ее.
— Сейчас же слезай, — приказала ей тогда Кейт.
— Не могу.
— Ты смогла туда залезть, Хани Логан. А теперь слезай.
— Не могу.
Тогда ей так и не удалось одолеть страх высоты.
Кусок деревянного фасада рухнул, и толпа, ахнув, отступила.
— Прыгай, Хани, — прошептала Кейт.
То же самое крикнул мужчина на возу.
Но Хани не шевельнулась. Тогда он улыбнулся и крикнул:
— Если ты хочешь уехать со мной в Канзас, ясноглазая, тебе придется сделать этот шаг!
Улыбка осветила лицо девушки, и Кейт увидела, как ее перепуганная насмерть дочь прыгнула вниз в протянутые руки. Мужчина легко поймал ее, и на мгновение Кейт показалось, что эти двое были единственными людьми на свете, такими они были счастливыми.
Толпа ликовала, огонь выстреливал вверх снопы искр и весь этот шум и фейерверк напомнил Кейт то Четвертое июля, когда была зачата ее дочь. Ту ночь, когда она так же, без всякого страха и сомнения, доверилась рукам Рейса Логана.
Этот высокий, стройный мужчина, несомненно, был Гидеоном Саммерфилдом. Кейт знала это так же точно, как свое собственное имя. За жизнь дочери она больше не беспокоилась. В опасности было ее сердце.
Гидеон заметил в толпе рыжеволосую женщину раньше Хани и понял, кто она. Ее зеленые глаза гневно сверкнули в тот момент, когда он спускал Хани с воза на землю.
— Мама? — удивилась Хани, не веря своим глазам. А потом бросилась матери на шею. — Ах, мама!
Гидеон спрыгнул с воза, все еще чувствуя на себе возмущенный взгляд. Что ж, он его заслужил. А может, и кару похуже.
— Мэм.
— Мистер Саммерфилд, я полагаю, — сдержанно сказала Кейт.
Хани стояла рядом с матерью, и Гидеон увидел их обеих: сияющую дочь и разгневанную мать. Обе красавицы. И к тому же сейчас обе под его защитой, подумал он, краем глаза заметив приближавшегося к ним Чарли Бака. Взгляд его черных глаз был прикован к кожаному саквояжу миссис Логан, а правая рука лежала на рукоятке пистолета, болтавшегося на боку.
Что делать? Мысли вихрем проносились в голове Гидеона. Если Чарли не удастся завладеть саквояжем с выкупом, за которым его послал Дуайт Сэмьюэл, он не задумываясь возьмет обеих женщин в заложницы и потребует в два раза больше. И хотя Гидеон был уверен, что справится с Чарли, и даже готов был при этом умереть, он не станет подвергать риску Хани и ее мать.
Более того, если он сейчас сам завладеет этим выкупом, план банкира провалится. С таким же успехом, подумал Гидеон, я мог бы рвануть в Мексику, потому что тогда ничто не заставит Дуайта появиться в Санта-Фе, а Логан наверняка постарается снова упрятать меня в тюрьму.
Делать нечего. Остается лишь разбить ничего не подозревающее сердце Хани и надеяться на то, что когда-нибудь ему удастся снова собрать воедино его осколки…
— Она их привезла? — спросил Чарли.
Гидеон искоса посмотрел на Хани. Она явно уже что-то заподозрила, и улыбка исчезла с ее лица.
— Вот ваш выкуп, мистер Саммерфилд, — сказала Кейт Логан. — Берите. Мы выполнили свою часть сделки, и я имею полное право забрать свою дочь.
Хани посмотрела на саквояж, а потом подняла взгляд на Гидеона. В ее глазах была такая боль, что он отвел взгляд.
— Сколько в этом саквояже, мама? Во сколько он меня оценил?
— В десять тысяч долларов, — прохрипел Чарли Бак, вырвав из рук Кейт саквояж, с алчным блеском в глазах открыл его и стал пересчитывать деньги. — Надеюсь, здесь все?
— Значит, столько я стою, Гидеон. — Хани сверлила его взглядом. — Ты получил, что хотел?
Губы Гидеона дернулись, но он промолчал и не дрогнул, хотя видел, что Хани собирается дать ему пощечину.
— Ублюдок, — прошипела она и совсего размаха ударила его, потом повернулась, расправила плечи и, гордо вскинув голову, пошла прочь.
Гидеон даже не шевельнулся. Хани имела полное право нанести ему этот удар. По сравнению с болью, пронзившей его сердце, пощечина показалась ему почти лаской.
— Моя дочь так же вспыльчива, как и ее отец, мистер Саммерфилд, и так же остра на язык, — довольно спокойно пояснила Кейт, глядя Гидеону прямо в глаза. — Но она не понимает, что происходит и кто на самом деле подлец. — Она слегка кивнула в сторону Чарли, все внимание которого было поглощено содержимым саквояжа. — Спасибо вам, что предотвратили то, что могло произойти, — добавила она тихо.
— У меня не было выбора, мэм.
— Думаю, был, — улыбнулась Кейт. — Но вы предпочли спасти мою дочь, и я вам за это благодарна.
Оглянувшись на полукровку, Гидеон еле слышно прошептал:
— Передайте мужу, что наш план остается в силе. Все произойдет через пару дней.
— Передам. Но вы должны знать… кое-что в отношении к вам моего мужа изменилось. Если бы он узнал про выкуп, он явился бы сюда не с деньгами, а с ружьем. Я не знаю, что обещал вам Рейс в качестве вознаграждения за помощь, мистер Саммерфилд, но на вашем месте я бы теперь не стала на него рассчитывать.
Гидеон натянуто улыбнулся, но серые глаза оставались холодными.
— А я никогда и не рассчитывал, миссис Логан. Но поберегите ее, ладно? — И он кивнул вслед удалявшейся Хани.
— Как вы, очевидно, уже и сами убедились, мистер Саммерфилд, это будет нелегко, — усмехнулась Кейт. — Я хочу, чтобы вы знали, — добавила она, протягивая Гидеону руку, — я видела лицо своей дочери, когда она прыгнула с горящей крыши вам в руки. У нее был такой счастливый вид! Словно у ангела. Думаю, в этом ваша заслуга.
Гидеон взял протянутую руку, но улыбка на его лице была скорее похожа на гримасу боли, будто Кейт не благословила его, а тоже ударила.
— Ангелы живут в раю, миссис Логан.
— А моя жизнь — это сплошной ад.
— Что ж, мистер Саммерфилд, возможно, настало время ангелу вывести вас из ада. — С этими словами Кейт повернулась и последовала за дочерью.
Пожар между тем затихал. Здание гостиницы лежало в тлеющих руинах. Совсем как мое сердце, мелькнуло в голове Гидеона. Он был близок к тому, чтобы упасть на колени и разрыдаться.
Еще успеется. В Мексике у него будет предостаточно времени.
— Пошли, — бросил он Чарли Баку.
Хани сидела в вагоне, уставившись невидящим взглядом на обгоревший подол. Глаза щипало так, будто она все еще пребывала в дыму пожара. Только бы не расплакаться перед матерью.
Всего минуту назад она пресекла попытку Кейт заговорить с ней.
— Прости, мама, я не хочу сейчас разговаривать. Ни о чем. Особенно об этом негодяе.
— Этот, как ты его называешь, негодяй только за десять минут дважды спас твою драгоценную жизнь, Хани Логан.
— Конечно, спас, мама. Я и не спорю. Но за это он получил десять тысяч долларов.
Хани закрыла глаза, чтобы не видеть мелькавших за окном гор, где они скрывались с Гидеоном. Надо стереть его из своей памяти, притвориться, что его никогда не существовало. Но это не получалось. Тогда она решила, что должна его возненавидеть — это легче, чем вовсе о нем забыть. Проще всего было бы любить его, как ни горько в этом признаться.
Она исподтишка глянула на мать. Кейт сидела прямо и казалась спокойной, только беспрестанно теребила на пальце обручальное кольцо. Впервые в жизни Хани почувствовала, что их связывает не просто кровное родство. Сейчас Кейт Логан не мать, а женщина, мечтающая поскорее вернуться к мужу. К человеку, который ее обожает, который не задумываясь продаст душу дьяволу, лишь бы не причинить ей боль. Хани даже немного позавидовала матери.
Почему же у нее все складывается так плохо? Она крепко зажмурилась, чтобы не дать пролиться слезам. Но слезы хлынули потоком, а сердце сжала нестерпимая боль.
— Я ничем не могу тебе помочь, девочка. — Кейт наклонилась к дочери, и ее рыжие кудри смешались с темными волосами Хани. — Одно могу сказать — в конце концов рано или поздно боль пройдет. Ты его любишь?
— Гидеона Саммерфилда? В данный момент я его ненавижу.
Кейт едва заметно улыбнулась и достала из сумочки кружевной носовой платок.
— В данный момент, Хани Логан, ты ненавидишь себя и размышляешь о том, где ты ошиблась. Я вас давно знаю, мисс Я-сама, не забывайте об этом.
— Да, только сейчас мисс Я-сама ничего не может исправить.
— Иногда бывает так, что этого и не требуется. Все образуется само собой, поверь мне. Знаешь, Хани, я никогда не жалела о том, что произошло между мной и папой в первый день знакомства. Даже когда поняла, что он ко мне не вернется, когда думала, что он оставил меня навсегда. Мне тогда было горько, но я не променяла бы этот день ни на какие блага насвете. Ни один поцелуй, ни единое прикосновение. Ведь мы любили друг друга.
Хани начала было возражать, но Кейт перебила ее:
— Выслушай меня. Я вышла замуж за другого, чтобы соблюсти приличия и дать тебе имя. Но никогда не переставала любить твоего отца. Никогда и никому не позволяй обвинять тебя в том, что ты поступила неправильно, если твое сердце подсказывает тебе: это не так.
— Но, мама, — прошептала Хани устало, — он продал меня за мешок денег.
— Он сделал это, чтобы спасти твою жизнь, детка. Ему было очень трудно пойти на такое, но ты была слишком ослеплена своей болью, чтобы заметить. Меня он тоже спас, — вздохнула Кейт. — Этот полукровка уже вознамерился взять нас с тобой в заложники и получить двойной выкуп.
— Они из одной банды — Дуайт и Гидеон. Двоюродные братья. Теперь я понимаю смысл поговорки «Свой своему поневоле брат». А заодно и другой — «Раз украл, навек вором стал».
— Значит, он тебе ничего не сказал?
— О чем?
— Саммерфилд работает на твоего отца. Он должен войти в доверие к бандитам Сэмьюэла, заманить их в Санта-Фе, с тем чтобы положить конец грабежам. За это Рейс обещал Саммерфилду освобождение из тюрьмы. Правда, сейчас я уже не так уверена, что папа сдержит свое слово.
Так вот в чем дело! Вот почему Гидеон был так неосторожен, появляясь в банках, вот почему не боялся преследования.
— Почему же он мне ничего не рассказал?
— По той же самой причине, что и я, мисс Я-сама. Ты же любишь во все вмешиваться, делать все по-своему, чтобы доказать себе и всему миру, что на тебя можно положиться.
— А что ты имела в виду, когда сказала, что не знаешь, как папа поступит сейчас? Ведь он же обещал Гидеону…
— Это было до того, как его драгоценная дочь оказалась в самом центре событий. Сама знаешь, как папа тебя любит, Хани, и, как бы ты ни поступала — хорошо или плохо, — стоит за тебя горой. Он всегда готов тебя защищать, от всех и всего. — Слезы блеснули в глазах Кейт. — Может, это из-за того, что он не воспитывал тебя в первые годы твоего детства и считает, что обязан как-то это восполнить. Или чувствует себя виноватым в том, что ты родилась с фамилией Кэссиди, а не Логан. Не знаю.
Но Хани больше не слушала. У нее перед глазами стояло лицо Гидеона — суровое и решительное. Он говорил ей, что ни за что не вернется в тюрьму. Никогда. Если он все еще верит, что ее отец сдержит свое слово и освободит его, то попадет в ловушку. И эту ловушку помогла расставить она, пускай и по неведению.
Хани встала.
— Прости, мама. Здесь так душно. Когда поезд остановится, выйду на платформу глотнуть свежего воздуха.
Рейс Логан крепко сжал руку жены и чуть ли не силой потащил ее к ожидавшему их экипажу. Завтра он пожалеет о своей грубости, но сейчас он был так взбешен, что мог бы кого угодно задушить одной рукой.
Он затолкал жену в экипаж и уселся рядом.
— Кейт, — сказал он охрипшим голосом, — скажи, ради Бога, как ты могла отпустить ее? Почему не остановила этот чертов поезд?
— Я пыталась, Рейс, — ответила она, глядя прямо перед собой.
Это было почти правдой. Она тоже вышла на платформу подышать и увидела, как Хани спрыгнула из последнего вагона на рельсы. Кейт хотела было потребовать от кондуктора не отправлять поезд, но что-то ее остановило. Держась за поручень, она несколько секунд смотрела вслед удалявшейся все дальше и дальше фигурке, потом, вздохнув, вернулась в вагон.
Шепотом она даже благословила дочь. Подумала о том, насколько счастливее была бы ее жизнь, если бы она тогда последовала за Рейсом, а не приняла как должное его внезапный отъезд. Хватило бы всего пары дней, чтобы догнать его — он лежал в фургоне со сломанной ногой и потому не мог к ней вернуться. Если бы она это знала, никогда бы не вышла замуж за Нэда Кэссиди, а Рейс был бы отцом Хани с самого первого дня ее рождения.
— Мне есть что тебе сказать, Кейт Логан, но я сейчас слишком зол. Айзек лежит больной, ты сбежала, а мой старший сын обвиняет меня в трусости. Я в таком бешенстве, что готов свернуть кому-нибудь шею.
Кейт взглянула на огромные кулаки Рейса.
— Поехали домой, Рейс. К тому времени, как мы приедем, ты успокоишься, и я, возможно, тебе все расскажу.
Хани шла в город целых три часа — путаясь в рваном подоле, спотыкаясь о камни и бормоча под нос проклятия.
От гостиницы в Керрилосе к тому времени осталась лишь груда тлеющих углей. Какие-то люди бродили вокруг, почесывая в затылках и вздыхая, но в остальном город, казалось, вернулся к своей привычной жизни.
В конюшне Нарцисс приветствовал ее радостным ржанием. Хани обняла его за шею и заплакала.
— Мне надо его найти, — шептала она. — Помоги мне. Помоги найти его.
Какая разница, думала она, любит ее Гидеон или нет. Пусть все, что он говорил, было ложью. Даже если его обещание отправиться вместе с нею в Канзас потребовалось только для того, чтобы она спрыгнула с крыши. Все это не имеет значения. Главное — она его любит. И ей было нестерпимо думать, что из-за нее он снова попадет за решетку.
Мама в шутку назвала ее мисс Я-сама. Что ж! Может, она права. Но в одном Хани была уверена — если ей не удастся найти Гидеона, он может погибнуть. А если это случится, ее сердце будет разбито.
Она быстро оседлала Нарцисса и помчалась в горы, к заброшенной шахте — туда, где она найдет Гидеона Саммерфилда прежде, чем случится непоправимое…




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Струны сердца - Макбрайд Мэри



прекрасный роман читала с большим интересом, сюжет потрясающий!
Струны сердца - Макбрайд МэриНаталья Сергеевна
9.09.2012, 17.07





Начала читать и прекратила. Юная девушка и уголовник, отсидевший 5 лет в тюрьме. Как говорил Станиславский: "Не верю!!!". Жизнь показывает, что когда юная девушка связывается с уголовником, ничего кроме ужаса для нее и ее ни в чем не повинной семьи не происходит.
Струны сердца - Макбрайд МэриВ.З.,66л.
14.02.2014, 12.12





Каждый раз, когда героиню называют дурой, я полностью согласна. Ну почему в любовных романах у героинь часто куриные мозги, полное отсутствие логики, скандальность и невероятно завышенная самооценка? Прочитала еще только три главы, но уже даже жаль этого уголовника. Это с такой идиоткой его автор заставит жить счастливо до конца жизни?
Струны сердца - Макбрайд МэриОля
8.10.2015, 21.51





В ФЕВРАЛЕ я бросила читать этот роман, но в декабре - прочитала до конца. Разговаривала с одним прорабом.По работе он встречал бывших ЗК, отсидевших по 10 лет, которые были достойными и благородными людьми, и законченных мразей, которые никогда не сидели. ПРАВДА, все-таки первых было мало. Поэтому можно допустить благородство Гидеона. Вторая половина романа лучше и оптимистичнее.
Струны сердца - Макбрайд МэриВ.З.,67л.
30.12.2015, 14.17








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100