Читать онлайн Тьма перед рассветом, автора - Макбейн Лори, Раздел - Глава 24 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Тьма перед рассветом - Макбейн Лори бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.9 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Тьма перед рассветом - Макбейн Лори - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Тьма перед рассветом - Макбейн Лори - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Макбейн Лори

Тьма перед рассветом

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 24

Клочья серой паутины и бесконечная пыль. Глубоко въевшаяся грязь и сажа. Пятна плесени и мокрая гниль. Все это исчезло, а сам домик выскребли и вычистили от пола до потолка. Тщательно вымытые стекла высоких стрельчатых окон снова стали пропускать свет и солнечные зайчики весело запрыгали по стенам. Высокие потолки больше не скрывала унылая завеса плотной паутины, а отполированный до зеркального блеска и натертый воском паркет ослепительно сверкал на солнце.
Огромный камин в углу комнаты был тщательно вычищен, старую золу выбросили вон и теперь на её месте ярким пламенем горели сухие поленья дров, приятное тепло наполнило комнату, сразу стало по-домашнему уютно. Сорванные чей-то рукой роскошные гобелены вновь украсили стены, радуя глаз богатыми оттенками ярких красок.
Бархатные и шелковые драпировки тщательно вытряхнули и проветрили на солнце, а на постели положили новые, хорошо набитые перины. Их застелили льняными простынями, привезенными из Камаре, которые все ещё хранили тонкий аромат лаванды. Старинные мечи и выщербленные в схватках щиты сняли со стен, где они уныло висели век за веком, потускневшие и забытые всеми, тщательно отполировали и очень скоро они уже красовались на украшенной искусной резьбой деревянной стене, а солнце весело играло на их блестящей поверхности.
Метелки и щетки, метлы и скребки, щелок и пчелиный воск — все это так и мелькало в руках неутомимых слуг и служанок, которые трудились, не разгибая спины, от рассвета и до заката, чтобы как можно скорее сделать запущенный дом пригодным для жилья. Ведь он станет домом не только для маркиза и его супруги, но и всех них до тех пор, пока огромный Мердрако вновь не превратится в роскошный помещичий дом, каким он был прежде.
И по мере того, как благодаря их усилиям охотничий домик понемногу возвращался к жизни, всеми понемногу овладевало приподнятое настроение и день-деньской вокруг слышались песни и звенел веселый смех. Ведь если не считать кучера и угрюмого камердинера Алистера Марлоу, ни один из этих молодых людей никогда не уезжал далеко от дома. Для них домом всегда был Камаре. Все случившееся для этой беспечной молодежи было не больше, чем приключение, и они от души наслаждались этим.
Пришел однажды я домой,Был трезв не очень я,Гляжу, в конюшне лошадь,Где быть должна моя.Своей хорошенькой жене,Обиды не тая,— Зачем чужая лошадь там,Где быть должна моя?— Что?! Где же лошадь ты узрел?Шел бы лучше спать!Корова дойная стоит,Что привела мне мать!Во многих странах я бывал,Объездил все края,Но вот коровы под седломНигде не видел я!Пришел однажды я домой,Был трезв не очень я,Гляжу — а в доме сапогиГде быть должны мои.Своей хорошенькой жене,Обиды не тая,— Зачем под шкафом сапоги,Где быть должны мои?!— Что?! Где ж здесь сапоги?!Шел бы лучше спать!Галоши грязные стоятЧто принесла мне мать!Во многих странах я бывал,Объездил все края,Лишь пряжек на галошах,Нигде не видел я!
Алистер Марлоу весело ухмыльнулся, заметив, что невольно водит щеткой по стене в такт старинной балладе, которую распевал под окном чей-то голос. Сам Алистер балансировал на лестнице, изо всех сил стараясь оттереть скопившуюся на стенах грязь. Его предложение помочь вызвало не одну удивленно вздернутую бровь, ведь предполагалось, что джентльмену неприлично заниматься уборкой, как простому слуге. Но случайный прохожий удивился бы ещё больше, заметив маленького кривоногого человечка, яростно скребущего ножом грязную поверхность кухонного стола, в то время как два темноволосых паренька старательно полировали деревянную резную балюстраду лестницы. Высокий молодой джентльмен со сбившимся галстуком и в растрепанными золотистыми волосами с похвальным усердием, но практически безрезультатно пытался смыть грязь с окон, выходящих на залив и украшенных геральдическими знаками. А под окном тоненькая девушка с такими же взъерошенными золотистыми кудрями, которые кольцами выбивались из-под съехавшего на бок чепчика, щелкала ножницами, обрезая кустарник и цветы в заросшем сорняками саду. Единственный, кто в эту минуту не был занят делом, это лорд Кит, который мирно дремал неподалеку от матери. Солнечные лучи мягко золотили его головенку, пробиваясь сквозь кружевную занавеску, наброшенную на колыбель.
Ловко и быстро, словно матрос по такелажу, широкогрудый мужчина вскарабкался на самый верх башни и принялся прикреплять знамя к шесту на дозорной башенке. Его небрежно сброшенная рубашка из тончайшего батиста осталась висеть на каменном парапете. Солнце тысячекратно отражалось в бесчисленных узких окнах дозорной башни, ослепительно сверкало в вымытых до блеска стеклах, и человек горделиво окинул взглядом плоды своих трудов. Похоже, тряпка и мыло были ему так же знакомы и привычны, как компас и шпага.
Пришел однажды я домой,Был трезв не очень я,Гляжу — в прихожей шляпа,И, видно, не моя!Своей хорошенькой жене,Обиды не тая,— Зачем чужая шляпа там,Где быть должна моя?!— Что?! Где же шляпу ты узрел?Шел бы лучше спать!Не видишь — там петух сидит,Что принесла мне мать!Во многих странах я бывал,Объездил все края,Лишь петухов из бархатаНигде не видел я!Пришел однажды я домой,Был трезв не очень я,Гляжу — в постели голова,Где быть должна моя.Своей хорошенькой жене,Обиды не тая,— Зачем чужая голова,Где быть должна моя?— Что?! Где ж ты голову узрел?Шел бы лучше спать!Кочан капусты там лежит,Что принесла мне мать!Во многих странах я бывал,Объездил все края,Но чтоб кочан с усами был,Нигде не видел я!
Незаметно для себя Алистер Марлоу принялся подпевать и, спустившись по лестнице, с удовлетворением посмотрел вокруг. Величественный холл наконец-то благодаря их кропотливому труду принял постепенно приличествующий ему вид, а лучи заходящего солнца заставляли ярко сверкать медные украшения на старинной мебели, тщательно отполированная древесина резных панелей мягко сияла, словно драгоценный шелк.
Устало расправив затекшие плечи, Алистер вышел из дома и глубоко вдохнул ароматный воздух. Вечерело, до него донесся сладкий аромат цветущего шиповника и жимолости, которые буйно разрослись в запущенном саду. Но сильнее всего был запах моря. Вдали Алистер мог видеть, как волны, сверкая и пенясь в лучах заходящего солнца, с шумом разбиваются о прибрежные скалы и внезапно отчетливо понял, что без моря уже никогда не сможет чувствовать себя счастливым. Море, словно женщина, очаровало и опутало его своими волшебными чарами. И он, будто покорный любовник, поддался этому колдовскому очарованию. Поймав себя на этой мысли, Алистер невольно смутился и вздрогнул, заслышав чей-то нежный голос. Он оглянулся и увидел тоненькую фигурку леди Реи, которая направлялась к нему. Она медленно шла, держа на руках крошку сына, а с плеча её свисала широкая, плоская корзина, полная срезанных цветов. Кто бы сейчас не увидел её в этом простеньком платьице из грубой полушерстяной ткани и одолженном у горничной простом холщовом переднике, никогда бы не признал в скромно одетой девушке хозяйку этого дома.
— Наверное, вы гадаете, скоро ли будет ужин, только стесняетесь спросить, — весело сказала Рея, заметив, с каким голодным блеском в глазах смотрит на неё Алистер, — Может стоит взглянуть, как поладили между собой Хэлли и Хьюстон Кирби? Впрочем, уверена, они найдут общий язык, — добавила Рея, — хотя бы для того, чтобы наши трапезы не стали тяжелым испытанием для нас всех. Если каждый из них будет стараться добавить в кастрюлю что-то свое, чуть только другой отвернется, мне и подумать страшно, во что превратится ужин, — беспечно расхохоталась она.
— Да уж, можно себе представить. Позвольте, я возьму корзину. Она, наверное, тяжелая, — предложил Алистер, но к его величайшему удивлению Рея вместо этого протянула ему спящего малыша. Если бы вместо лорда Кита ему предложили взять в руки улей с гневно гудящими пчелами, он и тогда был бы меньше удивлен. — Леди Рея, ради Бога! Ведь я понятия не имею, что делать с малышом! О Боже! Что, если я уроню его! — запаниковал Алистер в полном отчаянии, подхватив теплый, живой сверток. Он боялся даже вздохнуть лишний раз, чтобы не потревожить безмятежный детский сон. — Куда же вы? — воскликнул он, с ужасом заметив, что Рея уже повернулась, чтобы уйти и по-видимому твердо намерена оставить его один на один со спящим младенцем.
Рея с улыбкой оглянулась через плечо на побледневшего Алистера. Сейчас он казался ещё более беспомощным, чем малыш, которого держал на руках. — Алистер, поверьте, он вас не укусит, — спокойно сказала она, — Там, чуть подальше, я знаю, есть немного нарциссов. Мне бы хотелось нарвать букет. Это ведь любимые цветы Данте. Когда-то давно их очень любила его мать. Она обычно ставила огромный букет нарциссов на большой дубовый стол у входа в Мердрако. Вот я и подумала, может, ему будет приятно увидеть их на том же месте, — говорила Рея, осторожно пробираясь через густые заросли. — Ага, вот они, — задумчиво пробормотала она, заметив краем глаза нежные кустики цветов. — А вот и белые фиалки! По-моему, они пахнут лучше всех цветов на свете!
Алистер Марлоу бросил затравленный взгляд на малыша, уютно прижавшегося к его груди. Но вглядываясь в забавное, крохотное личико, он вдруг почувствовал странную, щемящую тоску. Ему внезапно захотелось, чтобы это был его собственный сын и именно его он прижимал бы к груди. Взгляд его упал на женщину, которая дала жизнь этому малышу и ему стало ещё тоскливее. С тяжелым вздохом Алистер покачал головой и проклиная себя за глупость.
— Что с вами, Алистер? Вы что-то загрустили, — участливо произнесла женщина, бывшая причиной его страданий. Она неслышно подошла к нему, прекрасная, как сама весна, держа в руках охапку нарциссов и фиалок.
Встретившись с ней взглядом, Алистер побагровел от смущения, и отвернулся, чувствуя себя идиотом. Лжец из него был неважный, обычно его выдавало лицо. — Я испугался, что слишком стиснул лорда Кита, — неловко объяснил он.
— Что вы ничего подобного, — уверила его Рея с лукавым огоньком в глазах. — По-моему, из вас со временем получится на редкость хороший отец. И раз уж мы устраиваемся здесь надолго, то надо подумать о том, как бы подыскать для вас подходящую жену. Но предупреждаю, выбирать я буду очень придирчиво, ведь вы станете нашим соседом, будете часто нас навещать, и я хочу, чтобы мы с вашей женой стали подругами. Да, да, чем больше я думаю об этом, тем больше уверена, что мы как можно скорее должны отыскать вам очаровательную девонширскую девушку, тогда уж вы наверняка останетесь в наших краях, — весело сказала она, даже не подозревая, какую рану наносит верному Алистеру. До встречи с Реей он никогда не любил.
— Но чтобы понравиться своей нареченной, вы непременно должны стряхнуть паутину с головы, — расхохоталась она. Привстав на цыпочки, она смахнула огромный серый клок с его пышных каштановых волос, её смеющееся личико запрокинулось, глаза лукаво сверкали.
Мужчина, застывший как изваяние на вершине дозорной башни, молча смотрел, как Рея и его лучший друг стояли почти вплотную, будто обсуждая что-то очень личное. Слишком сильно Данте был влюблен в свою жену, слишком он был раним, чтобы в эту минуту не почувствовать острый укол ревности при виде того, как её руки касаются склоненной головы Алистера. Он заскрежетал зубами. Только одному мужчине в мире, ему самому, принадлежали её ласки и нежные прикосновения.
Данте все ещё смотрел на них, не в силах отвести взгляд, как вдруг заметил группу всадников, которые приближались к Мердрако по узкой, извилистой тропинке, ведущей к парадному входу.
Удивленные не меньше его появлением незнакомых людей, Рея и Алистер невольно отпрянули друг от друга. Для подъезжавших их резкое движение и испуг и удивление, написанное на лицах, послужили явным доказательством того, что эти двое были любовниками.
Всадников было всего трое, но их внимание невольно приковал к себе тот, что скакал впереди всех. Это была женщина, затянутая в амазонку, уздечка её огромного, черного, как ночь, жеребца, была украшена колокольчиками, нежно звеневшими при каждом шаге. Рея подумала, что в жизни никогда не видела более прекрасного лица. Волосы незнакомки были чернее крыла ворона, а глаза цветом напоминали безлунную ночь. Они влажно сверкнули в тот момент, когда красавица туго натянула поводья, осадив громадного жеребца возле опешивших от удивления Реи и Алистера.
— Где твой хозяин, девушка? — резко спросила женщина. Похоже, этот надменный, уверенный тон, эта властность были присущи ей от рождения. — Ну, так что же? Прикажешь мне ждать до вечера, пока ты соизволишь удостоить меня ответом?! — нетерпеливо спросила она, глядя на застывшую Рею. Конь дружелюбно фыркнул — Ну, мисс, надеюсь, вы не проглотили язык? Ведь он у вас есть, это несомненно. А вы что молчите, молодой человек? Ведь это ваш муж, милочка? Надеюсь, у него с языком все в порядке, он, должно быть, достаточно бойкий, чтобы обольстить такую хорошенькую девушку, — добавила она. От пронзительного взгляда женщины не укрылся мягкий сверток, который так бережно прижимал к груди красивый молодой человек.
Возмущенный такой бесцеремонностью, Алистер уже открыл было рот, чтобы отчитать незнакомку. Но, взглянув на Рею, вдруг с удивлением заметил, что в её глазах нет и тени гнева, скорее веселое удивление. Внезапно ему пришло в голову, что они оба выглядят точь в точь как обычные слуги.
— Можно узнать ваше имя? — мягко спросила Рея, и аристократические интонации в её голосе заставили женщину удивленно вскинуть бровь. Темные глаза впились ей в лицо испытующим взглядом.
— Ни к чему! — возмущенно отрезала женщина, — Какого дьявола, кто ты такая?! Кто здесь хозяин? Где он? И что посторонний человек вообще делает в Мердрако?! Вы не имеете никакого права здесь находиться и я прослежу, чтобы вас немедленно арестовали! — предупредила женщина, возмущенно сверкая гневным взглядом.
— Это совсем ни к чему, милая Бесс, — раздался у входа чей-то удивленный голос.
Леди Бесс Сикоум возмущенно обернулась, готовая в ту же минуту дать резкий отпор наглецу, который имел смелость обратиться к ней столь фамильярно. Но увидев мужчину, который торопливо вышел к ним из густой тени деревьев она от удивления чуть было не свалилась с лошади. Только один-единственный мужчина, которого она знала много лет назад, был так же дьявольски красив. И теперь, когда он торопливо шагал ей навстречу и остановился так близко, что она могла различить, как тоненькие струйки пота скатываются у него по широкой груди, она подумала, что видит призрак.
— Данте? — беззвучно прошептала она, в горле у неё пересохло, а черные глаза казались ещё чернее на помертвевшем лице. Женщина не могла отвести взгляд от своего бывшего возлюбленного. — Так ты жив? Ты вернулся, это правда? — потрясенно спросила она, все ещё не веря своим глазам.
— Уверяю тебя, я не привидение, — невозмутимо заявил Данте. От цепкого взгляда его серо-стальных глаз не укрылось смятенное выражение на лице леди Бесс. Она все ещё была на редкость красива пышной, зрелой красотой и, как ему показалось, стала ещё привлекательнее, чем в пятнадцать лет.
— Данте, — выдохнула Бесс, словно наслаждаясь самим звучанием этого имени. По крайней мере, так показалось Рее, которая продолжала молча стоять рядом с Алистером. По-видимому, о них просто забыли. Бывшие возлюбленные смотрели друг другу в глаза, словно расстались лишь вчера и не было этих долгих пятнадцати лет разлуки и вновь ничто не стояло между ними..
Ошеломленная Бесс Сикоум едва дышала, с обожанием глядя на человека, которого любила в юности и которого уже не думала встретить снова. Она едва могла поверить в это и, резко тряхнув темноволосой головкой, машинально поправила щегольскую дамскую шляпку, богато украшенную багрово-красными страусовыми перьями.
Ее жаркий взгляд с непередаваемым выражением остановился на этой бронзовой от загара груди, такой широкой и мускулистой, потом скользнул вниз к узкой талии, переходящей в длинные, стройные бедра, затянутые в мягкие лосины, тесно облегавшие ноги будто вторая кожа. Где-то в уголках памяти всплыл образ красивого юноши, в которого она была без памяти влюблена много лет назад. Теперь перед ней стоял дьявольски красивый мужчина, при виде которого её сердце забилось с прежним пылом.
Внезапно их взгляды скрестились и она покраснела, невольно подумав, а помнит ли он те долгие ночи, что они когда-то проводили вдвоем. Бесс до боли закусила губы, услужливая память подсказывала ей, что он помнит не только их грубо попранную любовь, но и её предательство и измену.
Но робко заглянув в эти серые глаза с металлическим отливом, она не заметила в них ничего, кроме удивления. Неужто он смеется над ней? Она была готова к гневу, к презрению, но только не к этому.
— Как ты узнала, что я вернулся? — спросил Данте, поравнявшись с Алистером и Реей.
— Я и не знала. Мы поехали кататься верхом и вдруг я увидела, что над твоим домом, который я считала пустым, из трубы поднимается дым. Потом мы увидели, как дому направляются повозки, и поехали за ними. Я решила, что мой долг — выяснить, что здесь происходит, — пояснила Бесс. Ее щеки слабо порозовели. — Если честно, я совсем не ожидала увидеть тебя, — добавила она. Бесс даже себе самой боялась признаться, так это или нет, ведь уже въехав во двор она в глубине души надеялась, что Данте наконец-то вернулся в Мердрако.
Как только она заметила струйку дыма над трубой, Бесс твердо решила, что должна поехать, даже несмотря на то, что он, может быть, не обрадуется, увидев её. И он был бы прав в своей ненависти, вздохнула она, но вдруг — вдруг он со временем простил ее?! Она молча молилась об этом, подъезжая к дому, в котором много лет назад надеялась стать хозяйкой.
— А почему ты здесь, в охотничьем домике? — спросила она, — Мне казалось, что ты раньше так любил большой дом. Или ты не собираешься надолго оставаться в Мердрако?
— Нет, я приехал навсегда, Бесс, — тихо сказал Данте, — Но некоторое время нам придется пожить в охотничьем домике. Пока меня не было в Мердрако, кто-то — и, я уверен, мы с тобой оба хорошо знаем, кто это был — пробрался в замок и превратил его в нечто ужасное. Жить там невозможно, — жестко сказал Данте. При виде его потемневшего от ярости лица по спине Бесс пробежала ледяная дрожь. Да, Данте Лейтон превратился в человека, которому было хорошо известно, что такое ненависть и жажда мести.
— Нам? — слабым голосом переспросила она.
— Да, я вернулся не один, — сказал Данте, скользнув взглядом по зардевшемуся личику Реи.
Леди Бесс не могла не заметить, как смягчилось его лицо, когда он взглянул на молоденькую служанку. Она подавила вздох. Похоже, в этом он совсем не изменился. Должно быть только за прошедшие годы стал только ещё более опасным соблазнителем, чем прежде, решила она и вспыхнула от смущения, поймав себя на мысли, что втайне мечтает снова оказаться в его объятиях.
Наступило неловкое молчание. Бесс раздраженно одернула подол своей амазонки, оскорбленная тем, что какая-то светловолосая, смазливая служанка завладела вниманием Данте. Не отдавая себе отчета в причинах столь странной ревности, она язвительно спросила, — Твои слуги просто невозможны, дорогой. Девчонка с трудом поняла, о ком идет речь, когда я велела ей позвать хозяина. Она была настолько груба, что потребовала назвать мое имя!
— Хозяина? — переспросил Данте, переводя изумленный взгляд с одной женщины на другую. Он недоуменно пожал плечами и вдруг сообразил, что всему виной простенькое платье Реи. Откинув назад голову, он расхохотался, — Очень сомневаюсь, что она согласится считать меня своим хозяином, — с трудом пробормотал он, — Не так ли, маленький золотой цветок? — мягко спросил он, заметив охапку ярких нарциссов, которые Рея по-прежнему прижимала к груди.
Не дожидаясь ответа, он повернулся к леди Бес, — Прошу великодушно простить мою оплошность. Я должен был познакомить тебя с этими двумя, — ах, нет, прошу прощения! — тремя близкими мне людьми, — спохватился он, забирая из рук Алистера спящего сына.
Леди Бесс Сикоум вздернула изящно выгнутую бровь. Неужели он действительно осмелится знакомить её с простыми слугами?! Даже если девчонка — действительно его любовница, такое просто вообразить себе невозможно! — По-моему, в этом нет необходимости, Данте! — покровительственным тоном перебила она, — До меня уже долетели слухи о том, что ты много лет провел в колониях, а там, как я слышала, к слугам относятся так, будто они ровня своим хозяевам. Даже лавочники и мастеровые там, говорят, весьма уважаемые люди. Конечно, в том обществе всякое возможно, ведь, я слышала, там уважает любого, кто трудится, даже если он занимается самой грязной работой! Ужасно, можно только вообразить себе, к чему это может привести! Странно, что тебе пришлись по душе столь революционные традиции, дорогой!
Его смех неприятно задел леди Бесс. — Знаешь, я даже забыл, что ты за сноб, милая Бесс! — задыхаясь, пробормотал он, — Но, по-моему, ты ошибаешься. Позволь представить тебе этого джентльмена — Алистер Марлоу, бывший член команды Морского Дракона, которым я командовал, и один из самых близких моих друзей. А эта леди — моя жена, — тихо произнес он.
— А вот мой сын, — гордо продолжал Данте. Его слова похоронным звоном отдавались в ушах леди Бесс, словно оплакивая её разбитые надежды. Она думала … нет, лучше об этом не думать, подумала она, пристально вглядываясь в лицо женщины, которая стала хозяйкой Мердрако и женой Данте Лейтона, человека, которого она любила.
— Рея, позволь представить тебе леди Бесс Сикоум, мы знакомы Бог знает, сколько лет. Даже не могу вспомнить, сколько, — добавил Данте. Он и не думал обидеть её, но для леди Бесс его слова прозвучали, как пощечина и лицо её исказилось от бешенства, когда она опустила глаза на его неправдоподобно прелестную и совсем юную супругу. Бесс не могла не признать в душе, что перед ней настоящая красавица.
— Вот это сюрприз! И когда же свершилось сие знаменательное событие? Ведь по вашему лицу, милочка, можно подумать, что вы только-только из детской! — съехидничала Бесс.
Данте усмехнулся, — Мы обвенчались всего лишь год назад.
— Странно, ничего не слышала об этом, — произнесла недоверчиво Бесс. По её голосу было понятно, что она испытывает некоторые сомнения относительно этой свадьбы.
— Мы обвенчались в колониях.
— Ах вот как! Теперь мне все понятно! Мне бы следовало догадаться, ведь у вашей супруги весьма странное представление о том, как следует одеваться даме! Придется вам обучить её приличным манерам, если вы рассчитываете ввести её в приличное общество, — слащавым голосом произнесла Бесс, — Буду счастлива дать ей несколько уроков, чтобы она хоть немного стала напоминать настоящую леди!
— Не думаю, что в этом есть необходимость, Бесс, — резко оборвал её Данте. В голосе его слышалась едкая ирония. — К тому же моя жена — англичанка. Думаю, ты должна знать её семью.
— В самом деле? Вряд ли это возможно, — холодно отозвалась Бесс. — Думаю, мы вращаемся в разных кругах.
— Она дочь герцога и герцогини Камаре. До того, как мы обвенчались, её звали леди Рея Клер Доминик.
— Леди Бесс остолбенела. — О Боже! Какая честь для меня познакомиться с вами! Конечно, я не раз встречалась в Лондоне с вашими родителями.
— Добрый день, леди Бесс. Мне тоже очень приятно познакомиться со старой приятельницей Данте, — вежливо ответила Рея, так же как и муж, не подразумевая ничего оскорбительного в слово «старой». Но Бесс Сикоум восприняла её фразу именно так, именно эти слова ожидала она услышать из уст наглой девчонки, завладевшей сердцем Данте Лейтона и носившей его кольцо.
— Да, да, конечно, мне очень приятно. И как его прежняя приятельница, я хорошо помню то время, когда он уехал из наших мест. В те дни у него не было ни фартинга за душой, а теперь, похоже, удача повернулась к нему лицом, раз он вернулся в Мердрако, да ещё с богатой женой! Думаю, у вас не будет проблем с восстановлением Мердрако в прежнем блеске, — обворожительно улыбаясь, заявила Бесс. По её голосу было совершенно ясно, что она ни минуты не обманывается насчет причин, толкнувших Данте в объятия Реи. — Но в самом деле, Данте, что ты за вертопрах! Вытащил бедную девочку чуть ли не из колыбели! — саркастически протянула она. Гордость Бесс была уязвлена, теперь она мечтала отыграться и хоть как-то задеть человека, которого все ещё любила, хоть и никогда не призналась бы в этом даже себе, ведь она уже ничего не значила для него.
Холодные серые глаза Лейтона подозрительно сузились, когда он окинул взглядом двух других всадников. — Рея действительно очень молода, Бесс. Похоже, она почти ровесница твоей дочери, не так ли? — невозмутимо осведомился он и жало его насмешки больно задело женщину, — Я не знаком ни с ней, ни с тем юношей. Это твой сын, Бесс?
Ноздри Бесс Сикоум раздулись от едва сдерживаемого гнева. С трудом овладев собой, она мило улыбнулась и гордо заявила, — Да, это моя дочь Энн и мой сын Чарльз. Дети, поздоровайтесь с Данте Лейтоном, маркизом Джейкоби.
Двое молодых людей медленно подъехали и Энн Сикоум с молчаливым восхищением подняла глаза на человека, который, если бы судьба не помешала, вполне мог бы стать её отцом. — Здравствуйте, — мягко произнесла она, темно-карие глаза девушки изумленно распахнулись, она не могла оторвать взгляд от этой широкой, бронзовой от загара груди. Теперь она намного лучше понимала мать.
— Какая ты хорошенькая, Энн, — улыбнулся Данте, ещё больше очаровав девчушку. — Ты очень похожа на свою маму, когда она была так же молода, как ты теперь. Только её было не так уж легко смутить. Не так ли, Бесс? — спросил он, вспоминая, как они носились верхом по окрестным холмам, а Бесс дразнила его, весело смеялась и её черные кудри роскошной гривой развевались у неё за спиной.
— Тебе виднее, Данте, с дразнящей улыбкой произнесла Бесс, словно намекая на что-то, известное им одним. Затем она с притворной жалостью взглянула на Рею, — Когда-то мы с Данте были очень близки. Наверное, он не говорил вам, что одно время мы даже были помолвлены? — сказала она. Бесс была абсолютно уверена, что у Данте не хватило смелости рассказать жене о своей прежней возлюбленной. И поскольку в эту минуту ей ничего так не хотелось, как посеять в душе Реи недоверие к мужу, она и коснулась этой темы, которую давным-давно считала похороненной в своей памяти.
— Вы ошибаетесь, леди Бесс, — как ни в чем не бывало улыбнулась Рея, с понимающей улыбкой бросив взгляд на свою соперницу, — Муж рассказал мне все о ваших прежних отношениях.
Губы Бесс гневно сжались, превратившись в узкую, белую полоску. Стыд и боль душили её. Она встретилась глазами с Данте и поняла, что Рея говорит правду. Она действительно знает все. — Понятно, — пробормотала она, униженная в глазах своего прежнего возлюбленного и кем же? — этим ребенком, которого он называл своей женой! Господи, а что будет, когда они узнают, что надменная и гордая Бесс Сикоум нынче просто скромная вдова без гроша в кармане?! Да они будут смеяться до упаду!
Но смущенная и растерянная леди Бесс совсем не понимала, что за женщина перед ней. Рее бы и в голову не пришло глумиться над несчастьем другого человека. И теперь, когда она молча наблюдала, как смущение и гнев на лице Бесс сменяют друг друга, она почувствовала жалость к этой женщине. Рее было невдомек, что эта роскошная красавица бедна, как церковная мышь, но она хорошо понимала, что та в свое время потеряла и Данте, и его любовь лишь благодаря собственной глупости и сейчас с чистым сердцем могла пожалеть её. Чувствуя одно только бесконечное сострадание, Рея приветливо сказала, — Должно быть, вы долго ехали верхом. Мы будем очень рады, если вы и ваши дети согласятся выпить с нами чашку чая.
Похоже, ни Данте, ни Алистер не ожидали от неё ничего подобного. Да и леди Бесс тоже, и сейчас они все трое воззрились на Рею, будто подозревая, что она сошла с ума.
— Я должна извиниться, мы ещё не совсем успели привести в порядок дом. Нам предстоит как следует отмыть его, дел хватает и мне и моим служанкам. Впрочем, вы наверное и так уже догадались, глядя на мое платье. Но обещаю, что чай будет горячий и крепкий и подадут его вам в чашках из китайского фарфора, мы как раз успели распаковать сервиз. А булочки, которые печет наша Халли, просто восхитительны, — с приветливой улыбкой Рея оглянулась на мальчика, все ещё неподвижно сидящего в седле. При первом упоминании о сладком на некрасивом, ничем не примечательном лице Чарльза Сикоума появилось заинтересованное выражение.
Леди Бесс была окончательно сбита с толку. Она не могла не понимать, что приглашение сделано от души, а ведь ей ничего так не хотелось сейчас, как возненавидеть от всего сердца женщину, навсегда разрушившую её планы.
Бесс Сикоум была гордой женщиной. Может быть, именно это свойство её натуры и послужило причиной её падения, ведь для неё было бы легче умереть, чем обратиться к кому-то за помощью. Да эти булочки застрянут у неё в горле, подумала она с горечью, если ей придется сидеть за столом напротив этих двоих, притворяясь, что радуется их счастью. Теперь она уже не сомневалась, что это был брак по любви. Она уже надменно вскинула голову, готовая отказаться, как вдруг внимание всех привлекло громкое цоканье копыт за спиной. Бесс обернулась, стараясь разглядеть подъехавших всадников. Те ехали быстрой рысью, словно направлялись по делу, а по хмурому выражению их лиц было понятно, что приехали они с плохими известиями.
Как часто мы говорим то, что не следует, надеясь получить то, что жаждем всей душой.
Шекспир




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Тьма перед рассветом - Макбейн Лори



классная книга:)
Тьма перед рассветом - Макбейн Лориренни
13.07.2011, 22.32





книга очень хорошая. . но на любителя!
Тьма перед рассветом - Макбейн Лорилия
1.03.2013, 15.59





Сюжет полностью захватывает оценка 10:-) никак не пойму зачем столько рекламы про активированный уголь когда и так ясно что он вреден для организма особенно худеющим !как медик говорю :-)
Тьма перед рассветом - Макбейн ЛориРакель
1.03.2013, 16.11





Тягомотина какая то, а отзывы были хорошие, может не на мой вкус, но очень уж много водички автор льет, на 120 стр. мое терпенеь лопнуло,бросила читать.
Тьма перед рассветом - Макбейн ЛориЕлена
16.01.2015, 18.31





"И никакая сила в мире" этот же роман,
Тьма перед рассветом - Макбейн ЛориОльга ДБ
5.03.2015, 8.47








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100