Читать онлайн Головоломка, автора - Макбейн Эд, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Головоломка - Макбейн Эд бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.75 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Головоломка - Макбейн Эд - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Головоломка - Макбейн Эд - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Макбейн Эд

Головоломка

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Бюро идентификации преступников находилось в Главном полицейском управлении в центре города на Хай-стрит. Оно работало 24 часа в сутки, и единственной его целью было накопление, классификация и каталогизация всевозможной информации, касающейся различных представителей преступного мира. Здесь, в обширной картотеке, содержались данные об отпечатках пальцев, описания разыскиваемых лиц, о преступниках-маньяках, об освобожденных условно и вышедших из заключения, а также об известных полиции шулерах, насильниках, грабителях и так далее. В распоряжении Бюро имелось более 100 тысяч фотографий известных полиции нарушителей закона. И поскольку у всех обвиняемых и осужденных снимали отпечатки пальцев, а также делались их фотографии, картотека постоянно росла и совершенствовалась. Бюро идентификации получало и классифицировало около 206 тысяч наборов отпечатков пальцев ежегодно и отвечало более чем на 250 тысяч запросов от полицейских участков всей страны. Одним из них стал запрос Артура Брауна о преступном прошлом Альберта Вейнберга. Пакет из Бюро уже дожидался его на столе, когда утром в пятницу он пришел на работу.
Как верно сообщил Кратч, несколько лет назад Вейнберг был приговорен к тюремному заключению. Согласно дополнительной информации, полученной из Бюро, он затеял драку в баре, а потом без видимых причин напал на маленькую пожилую женщину, сидевшую на табурете в конце бара, избил ее до потери сознания и вытащил из ее сумочки семнадцать долларов 34 цента. Он был признан виновным по всем пунктам и отсидел положенный срок в тюрьме Каслвью, откуда вышел два года назад. С тех пор у него не было никаких неприятностей с законом.
Браун внимательно изучил информацию, посмотрел на часы и решил, что ему пора в суд. Он сказал Карелле, что попробует вступить в контакт с Вейнбергом и покинул участок.
Всю дорогу он думал о фотографии. Теперь у него были три части: та, которую они нашли в сжатом кулаке мертвого Эрбаха, и которая своими очертаниями напоминала танцующую девушку; та, которую Ирвинг Кратч добровольно принес в участок и которая явно была угловым фрагментом фотографии; и, наконец, та, которую они нашли в торшере Эрбаха, и которая походила на пьяную амебу. Он продолжал думать о них и во время всего судебного заседания по делу о попытке убийства.
Показания Брауна были просты. Он объяснил помощнику прокурора, что во время ареста обвиняемый Майкл Ллойд был обнаружен сидящим на кухне с окровавленным хлебным ножом в руке. Жена Ллойда, раненная в плечо, находилась в спальне. Ее любовника на месте не оказалось, по-видимому, он покинул квартиру в большой спешке, так как оставил свои ботинки и носки. Браун также показал, что Майкл Ллойд не оказал сопротивления при аресте; он заявил полицейским, что пытался убить свою жену и надеется, что эта шлюха мертва. На основании этого заявления, наличия в его руке окровавленного ножа, и раненой женщины в спальне, он был обвинен в попытке убийства. На перекрестном допросе адвокат обвиняемого засыпал Брауна вопросами о “достоверности” утверждений Ллойда во время ареста, желал знать, был ли арестованный ознакомлен со своими правами, и Браун под присягой показал, что все было проведено согласно закону. Адвокат отпустил его и вызвал следующего свидетеля — полицейского, находившегося в квартире в тот момент, когда Ллойд сделал заявление о том, что хотел убить жену. В три часа Браун вышел из здания суда.
В шесть часов вечера он сидел за столиком у самой витрины кафетерия под названием “Ар энд Ар”, зная, что снаружи за ним наблюдает ни кто иной как Альберт Вейнберг. Он оказался даже больше, чем описывал его Кратч, и уж, конечно, куда больше, чем выглядел на снимке в полицейском досье, ростом, по крайней мере, не ниже Брауна, но гораздо массивнее, с широкими плечами, бочкообразной грудью и могучими ручищами. Вейнберг прошел мимо витрины четыре раза, прежде чем решился войти в ресторан. На нем была клетчатая спортивная рубаха с засученными рукавами. Длинные курчавые рыжеватые волосы и огромные зеленые глаза придавали ему вид херувима, заставляя забывать о его животной силе. Он подошел к столу Брауна той уверенной походкой, какой ходят очень сильные люди, остановился и, глядя на него сверху вниз, сказал.
— Ты похож на легавого.
— Как и ты, — ответил Браун.
— А откуда мне знать, что ты не легавый?
— А мне откуда знать, что ты не легавый? — сказал Браун. — Может присядешь?
— Ладно, — ответил Вейнберг. Он отодвинул стул, уселся поудобнее и сложил свои огромные руки на столе. — Давай-ка послушаем все еще разок.
— С самого начала?
— Да, с самого начала, — сказал Вейнберг. — Во-первых, как тебя зовут?
— Арти Стокс. Я из Солт-Лейк-Сити. Бывал там когда-нибудь?
— Нет.
— Приятный город, — сказал Браун. — Ты катаешься на лыжах? Говорят, в Альте этой зимой будет шикарный снег.
— Ты что, пригласил меня поговорить об Олимпийских играх?
— Я подумал, может ты катаешься на лыжах... — А ты? — Ты видел хоть одного негра на лыжах?
— И я к лыжам и близко не подходил.
— Но ты понял, о чем я говорю?
— Я все еще жду твоей истории, Стокс.
— Я ведь уже рассказал тебе все по телефону.
— Допустим, слышимость была неважная.
— О'кей, — кивнул Браун. — Пару недель назад я купил часть фотографии и пару имен у одного парня в Солт-Лейке. Заплатил две тысячи. Парень, который мне все это передал, только что приехал из Юты, и ему были нужны деньги.
— Как его зовут?
— Дэнни Фирт. Он отсидел восемь лет за вооруженное ограбление, вышел в апреле и нуждался в деньгах, чтобы подготовить следующее дело. Вот потому-то и захотел расстаться с тем, что имел.
— Это с чем же?
— Я только что сказал. Два имени и часть фотографии.
— И ты согласился заплатить за это две тысячи?
— Точно.
— Почему?
— Потому что Фирт сказал, что я смогу заполучить 750 тысяч, просто сложив из таких частей целую картинку.
— Он тебе так сказал, да?
— За то, что он мне сказал.
— Странно, что он еще не продал тебе Калмз-пойнтский мост!
— Это получше, чем Калмз-пойнтский мост, Вейнберг, и ты это прекрасно знаешь!
Вейнберг замолчал. Некоторое время он молча разглядывал свои ручищи, потом посмотрел Брауну прямо в глаза и сказал:
— У тебя есть часть фотографии?
— Да, есть.
— И два имени, так?
— Да.
— И что это за имена?
— Одно из них — твое.
— А второе?
— Я назову его только после того, как мы договоримся.
— Что же, по-твоему, означают эти имена?
— Мне кажется, это имена двух человек, у которых тоже есть части этой фотографии.
— И я — один из них, так что ли?
— Точно.
— Чушь собачья, — фыркнул Вейнберг.
— Я уже рассказал тебе большую часть этой истории по телефону, — сказал Браун. — Если ты так уверен, что это — чушь собачья, то что ты тогда здесь делаешь?
Вейнберг снова его оглядел. Он достал из кармана пачку сигарет, угостил Брауна и щелкнул зажигалкой, Потом откинулся на спинку стула, выпустил струю дыма и спросил:
— А твой дружок Дэнни Фирт сказал, каким образом ты сможешь получить эти 750 тысяч, сложив из этих кусочков целую картинку?
— Сказал.
— Как?
— Вейнберг... ты знаешь, и я знаю, что на фотографии показано место, где Кармине Бонамико спрятал награбленные деньги.
— Не понимаю, о чем ты говоришь!
— Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю. Ну так как? Ты будешь продолжать строить из себя умника, или мы придем к соглашению?
— Мне нужна еще кое-какая информация.
— Какая?
— Откуда у твоего приятеля Дэнни взялась часть фото?
— Он получил ее от одного малого в Юте, которого приговорили к пожизненному заключению. У него не было никаких шансов выбраться, кроме побега, а бежать он не собирался. Дэнни обещал позаботиться о его жене и детях, если он отыщет эти деньги.
— Стало быть, Дэнни вышел, тут же передумал и решил продать свою картинку тебе?
— Так оно и есть.
— Какой честный парень этот твой Дэнни!
— А ты что хотел? — с улыбкой спросил Браун. — Честность среди воров.
— Это и приводит нас к тебе, — сказал Вейнберг, улыбнувшись в ответ. — А что числится за тобой?
— За мной много разного.
— Например?
— Последний раз я сидел в Сан-Квентине, — сказал Браун и снова улыбнулся. — Получил пять лет за подделку кое-каких документов. Но это было подстроенное обвинение.
— Подстроить можно все, что угодно, — кивнул Вейнберг. — Давай-ка вернемся к фотографии. Ты знаешь, из скольких частей она состоит?
— Я надеялся, что ты знаешь.
— Нет.
— Тем не менее мы могли бы прийти к соглашению.
— Может быть, — сказал Вейнберг. — Кто-нибудь еще знает об этом?
— Нет, никто не знает.
— Ты уверен, что не проболтался об этом своему братцу? Или какой-нибудь подружке?
— Нет у меня никакого братца. И я ничего не рассказываю подружкам, — Браун сделал паузу. — А что? Ты кому-нибудь рассказал об этом?
— Ни одной живой душе. Ты думаешь, я спятил? Ведь речь идет о таких деньгах...
— Ага, оказывается, ты знаешь, что это пахнет большими деньгами...
— Какое второе имя в твоем списке?
— Так мы договорились?
— Если только это не то имя, которое я уже знаю.
— А сколько имен ты вообще знаешь?
— Всего одно.
— Ну что же, мы в одинаковом положении.
— Если только это не одно и то же имя.
— В этом случае никто из нас ничего не теряет. Вот такое предложение, Вейнберг, хочешь — соглашайся, хочешь — нет. Я выкладываю свои фотографии и имя, ты — свои. Если мы найдем эти деньги, поделим их пополам, учитывая расходы. Ты ведь знаешь, я уже выложил две тысячи.
— Ну уж нет, пусть у тебя об этом голова болит, — сказал Вейнберг. — Я буду считать расходы только с этой минуты, но не рассчитывай, что я буду платить по твоим старым счетам.
— О'кей, забудем про эти две тысячи. Ну так как, договорились?
— Договорились, — сказал Вейнберг и протянул руку. Браун пожал ее. — Давай-ка глянем на твою часть фото.
— Не считай меня дурачком, — покачал головой Браун. — Ты ведь не думаешь, что она и в самом деле у меня при себе?
— Попробовать никогда не вредно, — ухмыляясь сказал Вейнберг. — Встретимся сегодня вечером. Тогда и выложим все на стол.
— Где?
— У меня.
— Это где?
— Саут Кирби, 220. Квартира 36.
— Когда?
— Одиннадцать вечера тебя устроит?
— Я приду, — сказал Браун.
Дом 220 по Саут Кирби находился в трущобе, сравнимой разве что с выгребной ямой. Артур Браун хорошо знал подобные трущобы. Переполненные мусорные баки прямо на тротуарах — тоже знакомая картина. И крыльцо его не удивило — потрескавшиеся цементные ступени, на которых белой краской выведено “НА ЛЕСТНИЦЕ НЕ СИДЕТЬ”, ржавые перила из кованого железа, во входной двери выбиты стекла. Замки на почтовых ящиках в вестибюле, куда обычно опускают чеки на пособие по безработице, сломаны. Свет не горел, и только единственная лампочка слабо освещала площадку первого этажа. Коридор пропах запахами кухни, пота и человеческих испражнений. Это зловоние, окутывавшее Брауна, пока он карабкался на третий этаж, напомнило ему о детстве. Он вспомнил себя, маленького, лежащего в постели и прислушивающегося к звукам, доносившимся с кухни, где ночью хозяйничали крысы. В той же комнате спят его родители, сестра шепчет в темноте с соседней кровати: “Они опять здесь, Арти?”, а он кивает с широко открытыми глазами и уверенно говорит:
— Они уйдут, Пенни.
Однажды ночью Пенни спросила:
— Арти, а если они не уйдут?
Он не знал, что ответить. Ясно представил себе, как утром заходит на кухню и видит, что комната кишит длиннохвостыми крысами, с острых клыков которых стекает кровь.
Даже сейчас его передернуло от этой мысли. “Арти, а что если они не уйдут?”.
Когда Пенни было семнадцать лет, она умерла от сверхдозы героина, впрыснутого ей в подвале другой девчонкой, которая, как и она, была новенькой в уличной шайке под названием “Принцы-воители”. Он вспомнил, как кто-то из ребят написал название шайки четырехфутовыми буквами на кирпичной стене — “ПРИНЦЫ-ВАИТЕЛИ”.
Поднявшись на темную площадку третьего этажа, Браун постучал в дверь квартиры 36 и услышал, как Вейнберг отозвался из-за двери:
— Да, кто там?
— Это я, — ответил он. — Стокс.
— Открыто, входи, — сказал Вейнберг.
Открыв дверь, Браун увидел коридор, ведущий на кухню, но самого Вейнберга не было. Только сейчас он сообразил, что голос Вейнберга прозвучал где-то совсем рядом с дверью, и это его насторожило. Он повернул вправо, вскинул руку для защиты от удара, но опоздал буквально на секунду. Что-то тяжелое ударило его по голове чуть пониже виска. Почти оглушенный, он упал на бок, попытался встать на колени, поднял голову и увидел прямо перед собой дуло револьвера 38-го калибра.
— Привет, Стокс, — сказал Вейнберг и ухмыльнулся. — Руки на пол, не двигаться или заработаешь пулю. Вот так-то.
Он осторожно обошел Брауна, сунул руку к нему под пиджак и вытащил его револьвер из наплечной кобуры.
— Надеюсь, у тебя есть на него разрешение? — с усмешкой спросил он, засовывая револьвер за пояс. — А теперь вставай!
— Что ты задумал? — спросил Браун.
— Я задумал получить то, что мне нужно, без всяких дурацких сделок.
— А когда получишь? Что тогда?
— Тогда я займусь разными интересными делами. Но уже без тебя.
— Тогда тебе лучше двигать отсюда подальше, и чем скорее, тем лучше, — сказал Браун. — Я уверен на все сто, что найду тебя.
— Нет. Мертвец никого не сможет найти.
— Ты собираешься пристрелить меня в своей собственной квартире? Кому ты это говоришь?
— А это не моя квартира, — усмехнулся Вейнберг.
— Я проверил адрес в... — начал Браун и осекся, потому что чуть было не сказал: “В Бюро идентификации”.
— Да, где?
— В телефонной книге. Не пытайся меня надуть, Вейнберг. Это твоя нора.
— Была, только была! Я переехал два месяца назад, оставив тот же телефон.
— Тогда как же ты сюда залез сегодня?
— Здешний сторож — пьянчуга. Бутылка “Тэндерберда”, и он закроет глаза на все.
— А как быть с тем, кто живет здесь сейчас?
— Он работает ночным охранником. С десяти вечера до шести утра он на работе. Есть еще вопросы?
— Есть, — сказал Браун. — Почему ты так уверен, что я занимаюсь этим делом в одиночку?
— А какая разница?
— Я скажу тебе, какая разница. Конечно, ты можешь отобрать у меня свою картинку, она у меня с собой. Но если у меня есть партнер, или два партнера, или дюжина, то можно поспорить на что угодно, что у них у всех есть копии. Что тогда получается? Я мертв, ты получил мою картинку, но и у них она есть! Так что ты возвращаешься к самому началу.
— Если только у тебя и в самом деле есть дружки!
— Правильно. Если они у меня есть, то они знают, кто ты такой, приятель, поверь мне. И если ты нажмешь на курок, тебе придется сматываться отсюда. И побыстрее.
— Ты же сказал, что больше никто об этом не знает!
— Конечно, ты мне сказал, что у нас уговор.
— Может, ты и на этот раз врешь!
— А может и нет. Ты готов это проверить? Ты отдаешь себе отчет, на какие неприятности ты напрашиваешься? Не только со стороны полиции — ведь убийство, знаешь ли, до сих пор незаконно. Но также...
— Полиция меня не волнует. Они начнут искать парня, который здесь живет.
— Если только один из моих дружков не шепнет им, что мы с тобой сегодня здесь встречаемся.
— Звучит очень неплохо, Стокс. Если у тебя и в самом деле есть компаньоны. В противном случае, вся твоя болтовня не стоит и цента.
— Тогда посмотрим на это с другой стороны. Ты убиваешь меня и получаешь мою часть фото, все это так. Но ты не получишь имени владельца еще одной части. Оно здесь, Вейнберг, — он постучал пальцем себя по виску.
— Об этом я не подумал, — сказал Вейнберг.
— Подумай об этом сейчас, — сказал Браун. — Даю тебе пять минут.
— Ты даешь мне пять минут? — рассмеялся Вейнберг. — У меня в руках револьвер, и ты даешь мне пять минут?
— Всегда играй по правилам так, как ты их понимаешь, — любил говорить мой папаша, — сказал Браун и улыбнулся.
— А в твоего папашу выпускали когда-нибудь пулю из револьвера 38-го калибра?
— Нет, но однажды стукнули бейсбольной битой, — сказал Браун.
— В конце концов, может быть, ты будешь неплохим партнером, — Вейнберг снова рассмеялся.
— Так что ты решил?
— Еще не знаю.
— Спрячь револьвер и верни мой, и мы снова будем на равных. Давай прекратим дурить друг друга и займемся этим проклятым делом.
— Откуда мне знать, что ты не пытаешься меня надуть?
— А может, у тебя, как и у меня, есть компаньоны?
— Играй по правилам так, как ты их понимаешь, — повторил Вейнберг и ухмыльнулся.
— Так да или нет?
— Конечно, — сказал Вейнберг. Он вытащил из-за пояса револьвер Брауна и протянул его дулом вперед. Браун сразу же спрятал его в кобуру. После минутного колебания и Вейнберг сунул свой револьвер в кобуру на правом бедре.
— О'кей, — сказал он. — Снова пожмем друг другу руки?
— Согласен, — сказал Браун.
Они обменялись рукопожатиями.
— Ну что же, давай глянем на твою часть фото, — предложил Вейнберг.
— Давай глянем и на твою.
— У нас с тобой прямо-таки “Общество Честности и Взаимного Доверия”, о'кей, сделаем это одновременно.
Оба одновременно вытащили бумажники, одновременно достали из целлофановых отделений фрагменты глянцевой фотографии. Тот, которой выложил на стол Браун, был найден им и Кареллой в торшере Эрбаха. Фрагмент, который Вейнберг положил рядом, был еще одной угловой частью фотографии и не походил ни на один из тех фрагментов, которые имелись в распоряжении полиции.
Вейнберг начал передвигать их по поверхности стола. На его лице появилась улыбка.
— Мы будем хорошими партнерами! Посмотри, они совпадают!
Браун посмотрел и тоже улыбнулся. Линии разреза фрагментов совпадали точь-в-точь. Он улыбался еще и потому, что его “достойному” новому партнеру было неизвестно, что еще два фрагмента находятся в верхнем ящике его стола в участке. Всего получалось четыре фрагмента, а то, что эти два совпадали, могло дать ценное что-то, кто знает? Так что Браун и Вейнберг улыбались и были довольны друг другом.
— Теперь имена, — сказал Вейнберг масляным голосом.
— Юджин Эдвард Эрбах, — улыбаясь сказал Браун.
— Джеральдина Фергюсон, — улыбнулся в ответ Вейнберг.
— Эрбах мертв, — сказал Браун, и улыбка исчезла с лица Вейнберга.
— Что?! — закричал он. — Какого черта...
— Он был убит в среду вечером. Полиция обнаружила...
— Мертв?! — заорал Вейнберг. — Мертв?!
— Мертв, — подтвердил Браун. — Но полицейские нашли...
— Это надувательство? Что происходит? Что еще за хитрости?
— Тебе надо слегка остыть, — сказал Браун.
— Остыть?! Да я сейчас разнесу твою башку на миллион кусков, вот что я сделаю!
— У него была часть фотографии, — тихо произнес Браун.
— Что? У кого?
— У Эрбаха.
— Часть нашей фотографии?
— Вот именно.
— Почему же ты сразу не сказал? Где она?
— Ее забрали полицейские.
— Полицейские? Господи боже, Стокс...
— Их можно подкупить, — сказал Браун. — Точно так же, как и всех остальных. Эрбах мертв, и все, что они у него нашли, скорее всего, лежит в бумажном пакете под присмотром какого-нибудь полицейского клерка. Все, что нам надо, — это выяснить — где? А потом сунуть кому-нибудь в лапу.
— Не люблю иметь дел с легавыми, — буркнул Вейнберг.
— А кто любит? Но для того, чтобы выжить в этом городе, время от времени приходится это делать.
— Самые отъявленные воры на свете, — убежденно сказал Вейнберг.
— Послушай, — сказал Браун, — если даже мокрое дело можно замять за пару банкнот, то мы вполне можем получить фрагмент Эрбаха, может быть, всего за какие-нибудь полсотни долларов. Все, что нам надо, это узнать, где он?
— А как мы это сделаем? Позвоним в полицию и спросим?
— Может быть. Мне надо немного подумать над этим. Теперь, как насчет этой Джеральдины... как ее там?
— Фергюсон. Она держит картинную галерею на Джефферсон-авеню. Я перерыл ее квартиру уже шесть или семь раз, но фото так и не нашел. Не удивлюсь, если она прячет его в одном интересном месте, — сказал Вейнберг и захохотал. Браун рассмеялся вместе с ним. Они по-прежнему были добрыми старыми приятелями и по-прежнему взволнованы и обрадованы тем, что их фрагменты совпали.
— У тебя есть копия этой штуки? — спросил Браун.
— Естественно. А у тебя?
— Естественно.
— Ты хочешь поменяться, так что ли?
— Ну да.
— Сделано, — сказал Вейнберг и взял со стола фрагмент Брауна. Тот взял оставшуюся часть, и оба довольно улыбнулись.
— А теперь выпьем, — предложил Вейнберг. — Нам надо разработать стратегию.
— Правильно, — поддержал его Браун. Пока они шли к двери, он как бы невзначай спросил:
— Между прочим, как тебе удалось раздобыть свою часть снимка?
— Буду счастлив тебе рассказать, — ответил Вейнберг.
— Отлично!
— Как только ты мне расскажешь, как на самом деле раздобыл свою, — прибавил Вейнберг и засмеялся.
Браун вдруг подумал, кто же из них двоих более искренен?




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Головоломка - Макбейн Эд

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12

Ваши комментарии
к роману Головоломка - Макбейн Эд



Как этот чисто детектив попал в ЛР не понятно. Самый обычный детектив без любовной линии вообще. Сам по себе достаточно интересный. Гг-и мужчины-полицейские.
Головоломка - Макбейн Эдиришка
17.11.2014, 21.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100