Читать онлайн Благие намерения, автора - Макалистер Кейти, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Благие намерения - Макалистер Кейти бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.5 (Голосов: 103)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Благие намерения - Макалистер Кейти - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Благие намерения - Макалистер Кейти - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Макалистер Кейти

Благие намерения

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Но в ближайшем будущем их жизнь превратилась в кромешный ад и вавилонское столпотворение. Намерения Джиллиан сделать ее спокойной вылетели в окно вместе с драгоценной китайской вазой. К несчастью, в то мгновение, когда ваза отправилась в полет, окно было открыто. Но еще более огорчало то, что как раз в это время кэб подъехал к городскому дому Ноубла, и звук разбившегося о мостовую прямо перед ней хрупкого фарфора напугал лошадь, которая встала на дыбы и чуть было не опрокинула коляску.
Джиллиан и Ник ухватились за подушки в ожидании, пока кучер успокоит лошадей и выправит экипаж. Джиллиан тихо молилась, чтобы Ноубл не проснулся, но когда кучер спрыгнул на землю, дверь дома отворилась и какие-то люди выскочили на тротуар. Они ругались и тузили друг друга кулаками. Джиллиан поверх головы мужа старалась разглядеть драчунов, оказавшихся дворецкими графа, которые старались задушить один другого. Так как Крауч был на добрых полтора фута выше и килограммов на двадцать тяжелее, Тремейну-второму никак не удавалось крепко обхватить шею противника. Вокруг этой пары суетился низенький круглый Деверо, который, по всей видимости, был на стороне Крауча, так как подстрекал пирата к дальнейшим насильственным действиям. Джиллиан решила позднее поговорить с Деверо о его склонности к насилию и оттащила Ника от окошка, чтобы он случайно не выпал из экипажа. За спиной Тремейна-второго стоял другой Тремейн, старавшийся оторвать брата от гиганта с помощью предмета, на первый взгляд показавшегося Джиллиан кочергой. Однако второй брат прилип к противнику, как репей к длинношерстному шотландскому пони. Вопль разорвал вечернюю тишину, и еще один Тремейн – Джиллиан не могла определить точно, какой по счету, – скатившись с лестницы, бросился на дерущихся. Две служанки, высунувшиеся из открывшегося окна по соседству с разбитым, громко давали советы. Четверо дерущихся, сбившиеся в кучу, рухнули на землю и покатились клубком, в воздухе замелькали руки и ноги. Братоубийство прекратилось только после того, как появившийся из экипажа Ноубл громко выразил всем четверым свое неудовольствие. Джиллиан не могла точно сказать, что так подействовало на мужчин – громкость и красочность ругательств, сорвавшихся с уст Ноубла, или, быть может, вид их огромного, мрачного хозяина, завернувшегося в белую простыню. По ошеломленным взглядам и открытым ртам Джиллиан заподозрила последнее, но у нее не было возможности проверить свою догадку, так как Ноубл мощным рывком растащил в стороны своих слуг и гордо прошествовал в дом.
– Вообще-то я уверена, что это из-за простыни, – тихо сказала она, когда два часа спустя сидела в кровати мужа, прислонясь к спинке, и наблюдала, как он расхаживает перед камином. – Крауч отметил, что узел у тебя на плече завязан великолепно, а Тремейны смотрели так, будто у тебя на голове вдруг вырос мухомор. – Ее слова произвели мгновенный эффект. Ноубл остановился на полпути, повернулся к ней и одарил ее взглядом, которым могла бы гордиться сама горгона Медуза. Джиллиан осторожно пошевелила ногами, чтобы проверить, не превратились ли они в камень. – Во всяком случае, мне кажется, что все слуги с большим воодушевлением отнеслись к твоему необычному наряду.
Ноубл застыл на месте, и даже с противоположного конца спальни Джиллиан была ясно видна жилка, бешено пульсировавшая на шее мужа. «Это бессовестно, – пристыдила себя Джиллиан, – бедняга пережил ужасный вечер, а я совсем забыла, что должна утешать и успокаивать мужа. В конце концов, моя обязанность помочь ему расслабиться и забыть все неприятности, чтобы он мог наслаждаться порядком и покоем в доме». При мысли о мучениях, выпавших на долю Ноубла, на глаза Джиллиан навернулись слезы, и она взялась улучшать его настроение.
– Говоря «с воодушевлением», я не имела в виду, что они над тобой смеялись, дорогой, – заверила она мужа, но его молчание и хмурый взгляд стали еще красноречивее. – Да, они смеялись, но я уверена, что смеялись не над тобой, а скорее вместе с тобой. Понимаешь, о чем я говорю?
Но Ноубл, вероятно, не разделял взглядов жены, так как было очевидно, что он с трудом сдерживается, чтобы не задушить ее. Джиллиан, мечтая, чтобы ее блаженство длилось не только одну брачную ночь, решила прекратить дальнейшие обсуждения, а утром, когда муж будет в менее воинственном настроении, узнать, кто желает ему зла. По ее расчетам, Ноубла, несомненно, обрадует, что ее интересует его самочувствие, и, несмотря на свое прежнее заявление, он удовлетворит ее жгучее любопытство. Она довольно улыбнулась, когда Ноубл издал в ответ на ее попытку ободрить его неясный гортанный звук: видимо, он был преисполнен благодарности за ее нежное внимание к нему.
– Мадам, – Ноублу наконец удалось разжать челюсти и произнести несколько слов, – чтобы я впредь не слышал от вас упоминания об этой чертовой простыне! Прошу вас даже из самых лучших побуждений никогда не возвращаться к этому вечеру. Забудьте об этом дне! Выбросьте его из головы! Сотрите из памяти! Я не желаю, чтобы мне когда-нибудь снова напомнили об унизительных событиях, связанных с одним из самых отвратительных дней моего существования!
Образ мускулистогр, натренированного, совершенно обнаженного тела мужа, прикованного к кровати, возник перед глазами Джиллиан, и у нее появились сильные сомнения, что она сумеет выбросить из памяти такую пленительную картину. К тому же она не была уверена, что захочет когда-нибудь ее забыть, так что его приказ забыть все представлял некоторую трудность для Джиллиан. Однако сейчас перед ней был разъяренный, как бык, ее муж. Он стоял, расставив ноги и упершись в бока сжатыми кулаками, и его поза ясно показывала, что прямой отказ повиноваться для нее неприемлем.
– Итак, миледи? Я жду.
Он был настолько взбешен, что, казалось, готов был поднять на нее руку, но Джиллиан не собиралась начинать семейную жизнь с льстивого обмана и, не в силах с ним согласиться, неопределенно повела плечом. От этого жеста край выцветшего голубого ночного халата сполз с ее плеча, взгляд Ноубла впился в оголившийся кусочек тела, и жилка у него на шее забилась еще быстрее. Жадный взгляд серебристых глаз привел Джиллиан в возбуждение, от которого ее руки покрылись мурашками. «Неужели все может быть так просто?» – удивилась она. Проснувшаяся женская интуиция побудила Джиллиан нарочито медленным движением повести другим плечом, чтобы халат окончательно соскользнул с ее плеч, а под ним она была нагая.
У Ноубла перехватило дыхание, он еще не дотронулся до Джиллиан, но у нее появилось ощущение, что в ее кожу вонзшщсь иголки, и она преднамеренно встала, позволив халату опуститься до бедер. Словно поперхнувшись, Ноубл издал какое-то мычание. Как это было ни удивительно, на самом деле все оказалось просто. Граф, который еще минуту назад, казалось, мечтал только о том, чтобы ухватить ее за горло, сейчас молча пожирал ее глазами. Вспышка незнакомого, не изведанного доселе чувства обожгла ее: должно быть, такова сила обольщения. Господи, это и вправду ее опьяняло! У Джиллиан закружилась голова от неожиданного открытия, и, полная великих замыслов, она, отбросив халат, встала перед мужем и, положив руку ему на затылок, запустила пальцы в его шелковистые волосы, а он сердито взглянул на нее.
– Дыши спокойнее, Ноубл, – шепнула Джиллиан, коснувшись кончиком языка уголка его рта, и с поцелуями двинулась к его уху. – Ты уже успокоился, любовь моя? – проворковала она, втягивая в рот мочку его уха.
– Не уверен, – прохрипел он мрачно, но она лишь улыбнулась, почувствовав на своей шее его прерывистое дыхание, и продолжила игры с его ухом, а он замер, безвольно опустив вниз сжатые в кулаки руки.
– Наверное, это из-за твоей одежды. Должно быть, она слишком тесная. – Джиллиан языком проложила дорожку по небритой щеке мужа, слегка укусила его в подбородок и двинулась вниз к кадыку.
Джиллиан была рада, что Ноубл по возвращении домой надел не свою обычную домашнюю одежду, а брюки, рубашку и жилет и не повязал шейного платка, который по-мешал бы се путешествию по его телу. Одной рукой она все еще ерошила ему волосы, а другой расстегивала пуговицы жилета и пыталась сбросить его с плеч мужа, продолжая целовать ямочку на шее. Ноубл застонал, и Джиллиан с некоторым разочарованием почувствовала, что и сама с трудом дышит. Но тепло, которое, казалось, излучал Ноубл, тепло, пробравшее ее до самых внутренностей, уже распространялось по всему ее телу, заставляя радостно вздрагивать. И без того вся в огне, Джиллиан страстно желала, чтобы этот огонь разгорелся еще сильнее. Одну за другой Джиллиан расстегивала перламутровые пуговицы рубашки Ноубла, сопровождая каждую расстегнутую пуговицу легким поцелуем в грудь. Она была зачарована игрой мускулов, которые напрягались под ее поцелуями, и не обращала внимания на то, что мягкие волосы на груди мужа щекочут ей нос. На этом Джиллиан не остановилась. Стянув с Ноубла рубашку, она опустилась перед ним на колени и взялась за его ремень. Не совсем уверенная, приятна ли мужу ее дерзость, с потемневшими от страсти глазами она взглянула на Ноубла, как бы спрашивая разрешения продолжить. Жилка на его щеке дрогнула дважды, и Джиллиан сочла это за поощрение. Она быстро освободила его от одежды и залюбовалась его великолепным телом.
– Ты красив как бог, Ноубл, – радостно воскликнула Джиллиан и коснулась рукой его возбудившейся плоти.
По-видимому, ее прикосновения обладали большей силой, чем она полагала, потому что Ноубл рывком поднял ее с колен, быстрым движением бросил на кровать и мгновенно накрыл своим разгоряченным телом.
– Теперь моя очередь, – хрипло выдохнул он, прижимаясь к ее губам.
Ноубл молча в изнеможении лежал на спине. Он хотел бы сказать жене, какое огромное, ни с чем не сравнимое удовольствие она ему доставила, но у него не было сил на то, чтобы пошевелить губами и даже заставить свой мозг связать несколько слов. Почему занятие любовью с Джиллиан приносит ему такое глубокое душевное удовлетворение? Почему ее тепло проникает в самые укромные уголки его заледеневшего сердца? Он считал, что мужчине непозволительно так легко подчиняться желаниям жены и мгновенно терять над собой контроль. Если Джиллиан могла сотворить с ним такое всего лишь на второй день после свадьбы, какой же властью над ним она будет обладать через неделю семейной жизни? Через месяц? Через год?
Джиллиан легонько коснулась его плеча. Ноубл понимал, чего она хочет, но был слишком потрясен ходом своих мыслей. Если он даст жене власть над своим сердцем, она его предаст. Джиллиан заметила, что муж хмурится, и приподнялась на локте.
– Ты мной недоволен? А мне показалось, что тебе было приятно. Я ошибаюсь?
Ноубл не мог позволить Джиллиан похитить свое сердце, как его похитила Элизабет, не мог снова пройти через эту боль. Первая жена причинила ему ужасные страдания, и Ноубл инстинктивно чувствовал, что, если то же произойдет с Джиллиан, он этого не вынесет. Предательство Элизабет разбило ему сердце. Предательство Джиллиан уничтожит его полностью.
– Ноубл! – Положив руку графу на грудь, Джиллиан почувствовала, что его сердце все еще бешено стучит. – Я сделала что-то такое, что тебе неприятно? – Она выглядела обиженной и в то же время смущенной.
Стиснув зубы, Ноубл боролся с желанием притянуть ее к себе и прошептать слова любви, уткнуться лицом в сладостно пахнущую шею и не отпускать от себя Джиллиан, пока холод и мрак, царившие у него внутри, не сгинут навсегда. Он не мог дать Джиллиан того, чего она желала, не мог позволить себе снова стать беззащитным. Его сердце пронзила жгучая боль, растопив ледяную корку. Он потянулся потереть больное место, и тут ему на руку упала слеза. Джиллиан омывала его слезами, и он, едва не задохнувшись, резко притянул жену к себе и прижал ее голову к своей груди, сознавая, что вел себя отвратительно, и понимая, что ничего не может с этим поделать.
– Спи, любовь моя. Ты не сделала ничего такого, что было бы мне неприятно.
Она что-то пробормотала, не поднимая головы, но из-за крови, громко стучавшей у Ноубла в ушах, он не мог разобрать, что именно. Лежа в его объятиях, Джиллиан почувствовала, как напряженное тело понемногу расслабилось, и прижалась губами к пульсирующей жилке на его шее. Она прислушивалась к биению его сердца, которое постепенно успокаивалось и билось теперь равномерно, и думала о будущем, показавшемся ей вдруг мрачным и неопределенным: «Как я могу бороться с привидениями, которые его мучают, если Ноубл не признает их существования? Разве я могу заставить его любить меня, если он все еще тоскует по своей первой жене?» В тысячный раз она задалась вопросом, что же случилось в ту ночь, когда умерла Элизабет, и почему Ноубла обвиняют в ее смерти. Джиллиан не понимала, как можно называть холодным, бессердечным убийцей человека, который до сих пор так горюет.
Ноубл тихо усмехнулся во сне, что-то проворчал и повернулся на бок, увлекая за собой Джиллиан. Он прижался к ее спине грудью, согнул ноги в коленях и крепкой рукой обнял за талию. Джиллиан блаженно улыбнулась, нежась в окутывающей ее теплоте, и пообещала себе сделать все для того, чтобы тень Элизабет больше не появлялась в их спальне. Выяснив правду, она сумеет помочь Ноублу справиться с его страхами и научит его снова жить с открытым сердцем. Джиллиан теснее прижалась к теплой груди мужа и погрузилась в сон, напоследок сказав себе, что завтра же начнет свое расследование и будет неусыпно следить, чтобы в их жизни воцарились порядок и спокойствие.
* * *
– Жена, я не желаю, чтобы мои распоряжения игнорировались. Ты привыкла вести беспорядочную, сумбурную и беспокойную жизнь, а мне это не нравится! У нас все будет во имя размеренности и порядка. И ты обязана подчиняться моим указаниям!
– Я не против, но прошу пересмотреть кое-какие из них. – Ты хочешь слишком многого, Джиллиан. Чарлз! —
Ножом, которым Ноубл намазывал мармелад на тост, он указал на двух сидевших возле него псов; они выжидательно смотрели на него, а из их пасти ручьем текли слюни. – Сделайте одолжение, уведите этих зверей, от Пиддла на ковре целая лужа.
– Это у Эрпа течет слюна, а на Пиддле специальный намордник. Правда, Ноубл, если бы ты только понял, что мое присутствие здесь…
– Во всяком случае, они больше не доставят никаких других неприятностей. – Фыркнув, он некоторое время хмуро смотрел на собак, следовавших за слугой, а потом обернулся к жене.
Джиллиан почувствовала, что внутри у нее все сжалось. «Я делаю это только ради него самого. Наступит день, когда он упадет передо мной на колени и поблагодарит за вмешательство. А пока мне просто нужно быть сильной», – сказала себе Джиллиан.
– Если ты отошлешь меня назад, я вернусь, и все. – Она выпрямилась и твердо взглянула в его волшебные серебристые глаза.
– Вы угрожаете мне, мадам? – Его глаза потемнели, на щеке заиграл желвак.
– Ничуть. – Странно, но Джиллиан никогда прежде не замечала, чтобы у него дергалась щека. Сейчас ей нужно было тщательно подобрать слова, чтобы Ноубл не воспринял их как вызов. Джиллиан обнаружила, что мужчины не любят, когда им перечат. – Я прошу тебя, Ноубл, позволь мне остаться. Мы женаты всего три дня, и я просто не хочу с тобой расставаться. – Не обращая внимания на слугу, стоявшего наготове позади ее стула, Джиллиан накрыла ладонью руку мужа, и он помрачнел еще сильнее. – Если ты отошлешь меня обратно, я буду по тебе скучать.
Ноубл отшатнулся, словно она его ударила, жестом велел слуге выйти и, прищурившись, набросился на жену:
– Ты опять мне угрожаешь! Что ты будешь делать, чтобы избавиться от одиночества? Искать успокоения в объятиях другого?
– Угрожаю тебе? – Джиллиан чувствовала себя так, будто ее ударили. – Ноубл, я тебе не угрожаю, поверь. Неужели ты считаешь меня настолько непорядочной? Неужели ты и правда допускаешь, что я способна искать утешения у других мужчин? – Она заметила, как при этих словах у него застыло лицо. – Ты полагаешь, что я могу с кем-то другим заниматься… теми чудесными, восхитительными вещами, которыми мы занимались с тобой прошедшей ночью? Как ты мог подумать, что мне этого захочется? Неужели ты не ценишь мою… – Она прервала себя, пока у нее не вырвалось слово «любовь»; было совершенно очевидно, что Ноубл еще не готов его услышать.
– Не ценю вашу – что, мадам? – Подними он брови еще выше, и они улетели бы с его лица.
– Не ценишь мою… мою… жажду твоих ласк? – «Да, жажду ласк, вполне подходит, – одобрила она свой выбор. – Пусть он почувствует, что меня влечет к нему. А говорить сейчас о любви не совсем кстати».
– Э-э… Да, конечно, ценю, но я совсем не…
– Конечно, я не угрожаю вам, милорд. А что до остального, то мне правда будет одиноко, но я никогда не стану стремиться в объятия другого мужчины. Я хочу быть только с моим мужем.
Джиллиан надеялась, что граф не заметит, как дрожит ее голос. Желание броситься к нему и осыпать его поцелуями до тех пор, пока не исчезнет боль, притаившаяся в его глазах, было почти непреодолимым. Хотя не исключено, что к этому желанию примешивалась изрядная доза жалости к самой себе – Джиллиан чувствовала себя обиженной. Ноубл, по – видимому, так сильно любил Элизабет, что не мог допустить Джиллиан в свою жизнь, и это глубоко ее ранило. Но она утешала себя тем, что пройдет время и Ноубл поймет, как ему повезло, что он женился на ней. Нескольких недель будет достаточно, чтобы он пришел к этой мысли, а до тех пор ей нужно набраться терпения.
– Сомневаюсь, что одной-двух недель будет достаточно для чего-то, касающегося меня, дорогая, но я не самодур. Можешь остаться на две недели, – нехотя разрешил Ноубл и снова занялся завтраком. – К тому времени сезон окончится, и ты вернешься в Нидеркоут.
Джиллиан прокляла свою дурную привычку, но ей было не до того, чтобы следить, не высказывает ли она свои мысли вслух, – ее одолевали другие заботы. Ей очень хотелось расспросить Ноубла о его планах на предстоящие две недели, но она удержалась и вместо этого тихо поблагодарила его.
– По поводу вчерашнего вечера, Ноубл… – При этих ее словах граф побагровел. – Мне хотелось бы поговорить с тобой о том, что произошло вчера вечером. Я не уверена, что понимаю…
– Дикон, поставьте блюдо на стол, – распорядился Ноубл, нахмурившись, и слуга оставил их одних. – Я хотел бы, дорогая, чтобы ты в присутствии слуг не обсуждала наши… э-э… вечерние занятия. А теперь вернемся к твоим вопросам. Мне кажется, кое-что из того, что мы делали вчера вечером, для тебя… хм… внове. Пожалуй, ты была удивлена своим поведением, так же как и я, хотя все было возбуждающим и приятным.
– Ну, для меня это не так уж внове, как ты думаешь, – перебила она, намазывая на тост мармелад. – Признаюсь, я делала это и прежде.
Ноублу показалось, что его ударили по лицу.
– Что? – переспросил он, выпучив глаза. – Ты только что сказала, что делала это и прежде?
– О да, пару раз. Мой дядя имел обыкновение говорить, что я вконец испорченная девчонка, но я ничего не могла с собой поделать. Иногда мне это было просто необходимо, понимаешь. Это так необычно, так… так… О, не знаю, как это описать. Но, думаю, в этом нет надобности, тебе и самому знакомо это чувство.
– Я-то, безусловно, знаю, но не думал, что моя жена придет на супружеское ложе с такими обширными познаниями! – Ноубл почернел, как грозовая туча, и еда чуть не застряла у него в горле, а Джиллиан никак не могла взять в толк, почему ее супруг так разъярился.
– В самом деле, Ноубл, я знаю, что это неприлично, но я не представляла себе, что ты так расстроишься. Конечно, я больше не буду этого делать, раз это так тебя огорчает.
– Надеюсь, что не будешь! – рявкнул он, не обращая внимания на воспоминания о высшем блаженстве, которое подарили ему эти губы. – Я хочу знать имена, Джиллиан, имена мужчин, с которыми ты развлекалась подобным образом!
– Имена мужчин? – Джиллиан недоуменно взглянула на мужа. – Но мужчины здесь совсем ни при чем, Ноубл.
Он выронил вилку и покачал головой. Дело, наверное, в том, что он плохо ее расслышал. Возможно, у него в ушах были серные пробки. Или у него галлюцинации. А может, это страшный ночной кошмар, вдруг ставший явью. Одной мысли о том, что его жена, его очаровательная невинная Джиллиан, имела сношения с другими мужчинами, было довольно, чтобы его кровь закипела. Но представить себе, что она проделывала это с женщиной, – нет, ему этого не постичь! Он снова покачал головой и глубоко вздохнул.
– Джиллиан…
– Честно говоря, дорогой, у меня не было какого-то определенного компаньона. Я просто хотела узнать, какие при этом испытываешь чувства, понимаешь, и… – Она пожала плечами. – Так как они оказались под рукой, я воспользовалась такой возможностью.
– Они?! Они оказались под рукой? Значит, не один?
– Ну да, Ноубл. Ты же не думаешь, что я возилась бы с одним, верно?
«Безумие, чистейшее безумие. Всему должно быть объяснение: я сошел с ума и просто не заметил этого», – решил Ноубл.
– Ты же не думаешь, что я хотела выглядеть неприлично?
Ноубл хотел подобрать слова, но разум отказывался ему повиноваться. «Безумие. Или ад. Возможно, я умер и оказался в аду». Ноублу годилось и то и другое объяснение.
– Поэтому, когда вчера вечером снова представилась возможность это проделать, я не могла устоять. Но я сделала все как нужно. Надеюсь, ты это заметил.
Ноубл, по-прежнему ничего не понимая, только ошеломленно моргал. О да, он заметил. «Как нужно» в этом случае не совсем подходящее определение, она довела его до того, что он утратил контроль над собой уже через несколько секунд ее ласк. Огонь, который Джиллиан зажгла в нем, до сих пор горел у него внутри, расплавляя ледяную корку, о существовании которой он даже не подозревал.
– И к тому же со мной был Ник, так что все было хорошо.
– Что ты сказала? – Ноубл постарался сосредоточиться.
– Со мной был Ник.
– Джиллиан, – ему в голову понемногу закрадывалось подозрение, – о чем именно ты говоришь?
– О том, что вчера вечером отправилась тебя спасать. – Недовольно взглянув на него, она положила себе еще кусочек филея. – Переодевшись в мужское платье.
Уф… Джиллиан говорила о своем переодевании в одежду слуги, а он было подумал, что она имела в виду… У Ноубла словно гора свалилась с плеч, и он усмехнулся собственным дурацким мыслям, глупым, идиотским мыслям о том, чего не было и чего никогда не могло быть.
– Ты больше на меня не сердишься, правда?
Он сердился, но испытывал такое облегчение, что решил быть милостивым и великодушно простил ей все прегрешения. – Джиллиан выслушала его выговор с таким терпением, на какое только была способна, а затем решила воспользоваться неожиданной переменой в настроении графа и спросила его о том, что более всего занимало ее мысли:
– Ты знаешь, кто хотел бы причинить тебе зло, Ноубл?
– Это тебя не касается, дорогая, – резко ответил он, отодвинув тарелку, – но о твоей безопасности я позабочусь, в этом можешь не сомневаться.
– О моей? – Джиллиан удивленно посмотрела на своего мрачного мужа, не понимая, почему он о ней беспокоится, ведь это он стал жертвой чьих-то гнусных козней. – Но ведь это не меня ударили по голове и привязали…
– Да, да, мы оба знаем, что произошло. И тем не менее тебя это не касается. Я приму меры, чтобы этого больше не случилось. Ради твоей безопасности я попрошу Крауча сопровождать тебя, когда ты будешь выходить из дома. Какие у тебя планы на сегодня?
– Но, Ноубл, если позволишь, чтобы я помогла тебе, я уверена, мы вместе сможем выяснить, кто…
– Я ценю твое предложение, но в твоей помощи нет необходимости, – твердо сказал он, высокомерно нахмурившись.
«Честно говоря, он страшно упрям. Если бы он только понял, что я могу помочь ему, что я ему нужна…» – Джиллиан вздохнула и ответила на его вопрос:
– Я собиралась навестить Шарлотту и, быть может, сходить в книжный магазин Лакингтона. Уверена, это мне будет дозволено?
– Если только ты возьмешь с собой Крауча. – Кивнув, Ноубл встал и, что-то обдумывая, несколько мгновений барабанил пальцами по столу. – Да, Крауча и одного из лакеев. Двоих будет достаточно. А что касается вечера, то я получил приглашение на бал к графине Ливен. Ты собираешься посетить его?
Джиллиан бросила на него быстрый взгляд. «Не хочет же он сказать, что не собирается видеться со мной весь день, или, того хуже, что собирается на бал, наш первый бал после свадьбы, без меня? Тем более на бал у знаменитой графини Ливен! Нет, конечно, этого не может быть, не такой же он холодный и бесчувственный. Ведь всего несколько часов назад он окутывал меня своим теплом и отправил мою душу в незабываемое путешествие в рай. Нет, мой Ноубл такого не сделает», – сказала про себя Джиллиан и, улыбнувшись, ответила:
– Я буду рада побывать на балу вместе с тобой, Ноубл.
– Отлично, значит, встретимся там позже. – Он направился к двери, но у порога остановился. – Сегодня к вечеру я не вернусь домой, дорогая, но уверен, что твои тетя и дядя тоже поедут на бал и с удовольствием будут тебя сопровождать. Я, конечно же, потом отвезу тебя домой, если пожелаешь.
«Если пожелаю? Если пожелаю, чтобы меня провожал собственный муж, когда прошло лишь три дня после свадьбы? После моего первого появления в обществе в качестве графини? – Джиллиан смотрела на Ноубла ошеломленная и обиженная его холодностью, и слезы застили ей глаза. – Как он может так вести себя? Как может быть таким бессердечным со мной, если еще утром был ласковым и внимательным?»
Ноубл кивнул, словно получил ее согласие, и покинул залитую солнцем столовую. Хорошее настроение Джиллиан мгновенно улетучилось, она со злостью швырнула вилку через всю комнату, и та, отскочив от противоположной стены в желто-белых полосатых обоях, упала на пол.
– Если я пожелаю, чтобы он отвез меня домой! – Она стукнула кулаком по столу, не в силах придумать ничего более подходящего, чтобы отвести душу, а потом, схватив свою тарелку, бросила ее на стул Ноубла. Яйца, филей, мармелад и остатки копченой рыбы сползли с тарелки на узорчатую парчу. При виде этого безобразия настроение Джиллиан несколько поднялось. Значит, Ноубл решил, что может вычеркнуть ее из своей жизни? Как бы не так!
– Я закончила, – сказала она через несколько минут испуганному слуге, который стоял снаружи, с тревогой глядя на дверь столовой. – Можете сообщить экономке о небольшой неприятности со стулом его милости. И еще, кажется, на обоях несколько пятен. Ладно, похоже, сегодня чудесная погода, я полна сил, и небольшая прогулка по площади пойдет мне на пользу. Пиддл! Эрп! Пошли, нечего терять время зря!
В сопровождении двух собак Джиллиан отправилась на прогулку. Слуга едва поспевал за ней. Вернувшись, Джиллиан послала сказать няне, что собирается взять с собой Ника, когда поедет с визитом, и пошла наверх переодеться. Она взялась за составление списка вопросов, которые хотела обсудить с Шарлоттой, но ее внимание привлек шум перебранки, донесшийся из парадного холла. Крикам и громким ударам жуткий оттенок придавал тоскливый вой, становившийся все громче и пронзительнее.
– Черт, что еще там происходит? – проворчала Джиллиан и, подобрав юбку, бросилась вниз по лестнице. Сейчас, когда она была в натянутых отношениях с Ноублом, только не хватало, чтобы ее псы были причиной неприятности.
Грациозно прыгая со ступеньки на ступеньку, Джиллиан остановилась как вкопанная при виде открывшегося ей зрелища. В побоище участвовали все три брата Тремейна, они тузили друг друга кулаками и пинали ногами с остервенением, поразившим Джиллиан. Прежде братья всегда вели себя с достоинством, если не считать вчерашней драки перед домом, и напоминали Джиллиан степенных пингвинов, каких она видела в зверинце. Однако сейчас братья молотили друг друга, воздух раскалился от града обвинений, а вопли и глухие стоны свидетельствовали о том, что удары достигали цели. Крауч, пират-дворецкий, нетерпеливо приплясывал вокруг драчунов, давая советы и подзадоривая. Два пса Джиллиан сидели в углу и выли. И вдруг, когда одному из братьев нанесли удар ниже пояса, Джиллиан увидела еще одного участника этой свалки.
– Кто этот джентльмен? – спросила она Деверо, который вместе со слугами наблюдал за битвой с азартным блеском в глазах.
– Простите, миледи? Ах, тот джентльмен? Тот, что внизу?
– Да, Деверо, тот, кто сейчас лежит распластанным на полу. Тот, на котором сидят верхом братья Тремейн и которого, очевидно, они отмолотили до потери сознания. Тот самый, у которого из носа хлещет кровь.
– Ах, тот джентльмен. – Деверо поскреб свою маленькую лысую голову. – Понимаете, мадам, мне трудно сказать, кто он. Возможно, это известно Краучу. Крауч! Подойди на минутку к ее милости.
– Ага, хозяйка? Я вам нужен? – Крауч повысил голос, чтобы его можно было услышать среди шума, и перепрыгнул через вытянутую ногу Тремейна.
– Да. – Джиллиан тоже повысила голос, потому что трое мужчин и впрямь производили невероятный шум. Как Ноубл мог различать их, было выше ее понимания. – Пиддл! Эрп! Сейчас же прекратите выть! Крауч, вы, случайно, не знаете, кто этот джентльмен?
– Джентльмен, миледи? – Крауч в удивлении посмотрел вокруг, и серьга у него в ухе закачалась. – Какой джентльмен?
– Вон тот. На полу. Из носа которого на паркет льется кровь.
– Проклятие, льется кровь на мой паркет? – заорал Крауч, напугав троицу Тремейнов, которые, вскочив, на мгновение затихли, но тут же один из них толкнул другого, а третий рассмеялся, и все трое снова образовали на полу кучу малу, навалившись друг на друга и на несчастного, истекающего кровью. – Эй, живо! Эта грязная свинья испачкает своими соплями весь мой пол! Чарлз! Дикон! Уберите этого грязного trasseno.
– Trasseno? – Джиллиан говорила по-итальянски, но никогда прежде не встречала такого слова. – Я не уверена, что понимаю, о чем речь. Что значит trasseno?
– Э… миледи. Правильнее было сказать говнюк. – Крауч с удовлетворением наблюдал за тем, как два лакея подняли избитого незнакомца.
– А, понятно. – На самом деле Джиллиан ничего не поняла, но не хотела показывать вида перед слугами, что не знакома с современными расхожими словечками. – Значит, он говнюк?
– Миледи, – брови Крауча разлетелись в стороны, и он пристально взглянул на Джиллиан, – вам не стоит употреблять такие слова. Нехорошо, чтобы вы знали о таких вещах. Его милости это не понравится.
Джиллиан повернулась к Деверо, а два Тремейна молча переглянулись, стоя над лежащим без сознания третьим братом.
– Мистер Деверо, говнюк – это что-то неприличное?
– Да, мадам, как пить дать.
Джиллиан готова была расспросить о trasseno, но в эту минуту из дальней комнаты появился Ноубл, который занимался там делами.
– Что, черт побери, здесь происходит?
– Тремейны поймали говнюка, милорд. Разве это не великолепно?
Бросив на Джиллиан косой недовольный взгляд, Ноубл подошел ближе, чтобы взглянуть на окровавленного человека, которого поддерживали два слуги. Схватив его одной рукой за волосы, он поднял его голову и всмотрелся в залитое кровью лицо.
– Проклятие… Это же Макгрегор! – прорычал он и жестом велел слугам отпустить их ношу.
Несчастный шотландский говнюк мешком свалился на пол. Он стонал и тихо что-то бормотал, пытаясь пошевелить руками и ногами.
– Чарлз! Дикон! Вы же уронили говнюка! Сейчас же поднимите его! – потребовала Джиллиан.
Джентльмен, возможно, был говнюком, но он, несомненно, был джентльменом, об этом свидетельствовало его элегантное платье. Слуги нагнулись и снова подняли его на ноги.
– В моем доме ему не место. Бросьте его, – приказал Ноубл.
Слуги ухмыльнулись и снова отпустили Макгрегора. Он застонал громче и поднял голову. Один глаз у него распух и не открывался, лоб был рассечен и из раны текла кровь, заливавшая правую половину лица.
– О, бедняга. – Джиллиан, присев на корточки, приложила к ране носовой платок. – Поднимите его, Чарлз, Дикон. Он же ранен.
Аласдер Макгрегор, лорд Карлайл, снова застонал и с трудом принял сидячее положение.
– Если не возражаете, мадам, я попробую сам встать на ноги.
– Миледи, прекратите ухаживать за этим мерзавцем и идите к себе, – потребовал Ноубл и, наклонившись, пнул шотландца носком сапога. – Я прослежу, чтобы от этого мусора немедленно избавились.
– И то верно, миледи, просто отойдите и позвольте Краучу и мне позаботиться о джентльмене, – сказал подошедший Тремейн, угрожающе разминая пальцы.
«Это Тремейн-первый», – решила Джиллиан.
– Ага, хозяйка, мы позаботимся о чурбане. Мы надушим его лавандой, точно.
– Очень любезно с вашей стороны, – Джиллиан улыбнулась Краучу, который одним мощным рывком помог джентльмену встать на ноги, – но я не уверена, что джентльмену нравится запах лаванды. Вам еще нужна помощь, сэр? Могу я вам предложить выпить чего-нибудь покрепче для поддержания сил?
Карлайл освободился от хватки Крауча, переступил через распростертое тело одного из Тремейнов и постарался одернуть жилет.
– Честно говоря, мадам, я не нуждаюсь ни в вашей помощи, ни в крепких напитках. Однако я благодарю вас за сочувствие, вы оазис доброжелательности, который при других обстоятельствах был бы бескрайней пустыней гостеприимства.
Еще раз взглянув на рану джентльмена, Джиллиан предложила свой носовой платок.
– Убирайтесь! – заорал на нее Ноубл, встав между шотландцем и женой.
– Милорд, что за манеры! – Джиллиан попыталась оттолкнуть его, но Ноубл не сдвинулся с места, и она еще раз толкнула его. – У нас гость, и он пострадал от досадного недоразумения!
Крауч тихо засмеялся, Чарлз и Дикон поддержали его. Два брата Тремейн, недоуменно переглянувшись, тоже засмеялись, а третий Тремейн, лежавший на полу, захрипел.
– Вон, черт побери! Сейчас же! – рявкнул Ноубл.
– Ноубл! – Джиллиан подошла к мужу и попыталась принести извинения Макгрегору. – Сэр, я должна изви…
– Не должна! Моя жена не будет извиняться перед подлым убийцей Макгрегором!
Шотландец потрогал разбитую губу и скривился. Как догадалась Джиллиан, гримаса означала улыбку.
– Пусть это вас не беспокоит, миледи. Я выслушал столько извинений за поведение вашего мужа от прежней леди Уэссекс, что мне их хватит на всю жизнь.
Крепко выругавшись, Ноубл сделал хук правой и ударил Макгрегора в подбородок. Голова шотландца откинулась назад, и он опрокинулся бы навзничь, если бы стоявший позади него Крауч не подхватил и не поставил его на ноги на случай, если граф пожелает как следует отделать гостя.
– Если ты когда-нибудь снова приблизишься к моей жене… – Ноубл схватил несчастного за шейный платок и тянул к себе до тех пор, пока тот не оказался в дюйме от его лица, – я спляшу веселый шотландский танец на твоем трупе.
– Попробуй! – прохрипел в ответ мужчина, видимо, нисколько не испугавшись угрожающего вида Ноубла. Джиллиан поставила ему высшую оценку за храбрость, но была вынуждена немного снизить ее за отсутствие здравого смысла. Когда Черный Граф пребывал в таком настроении, ему никто не осмеливался перечить, если только не желал себе смерти. – Только попробуй, но мы оба знаем, чем это кончится. Ты уже пытался взять надо мной верх, Уэссекс, но тщетно. Почему ты считаешь, что сейчас тебе это удастся?
Ноубл еще сильнее затянул платок на щее Макгрегора, его лицо побагровело, и он попытался высвободиться из лап Крауча.
– Теперь у меня есть за что бороться. Предупреждаю тебя, Макгрегор, не вмешивайся в мою жизнь или приготовься распрощаться с собственной! – Ноубл резко убрал руки, и шотландец упал бы на пол, если бы не державший его Крауч. – Избавься от этого хлама, Крауч! – велел Ноубл и, повернувшись, направился в библиотеку.
– Ты полагал, я так просто все забуду, Уэссекс? Неужели ты думаешь, что я позволю тебе убить еще одну ни в чем не повинную женщину, как ты убил Элизабет? Думаешь, я допущу, чтобы ты издевался над этой женщиной, как издевался над своей первой…
Джиллиан вздрогнула, когда один из Тремейнов, помогавший Краучу выставить джентльмена за дверь, съездил шотландца локтем по зубам. Решив, что непременно поговорит со слугами о их манере провожать раненых гостей по ступенькам парадной лестницы, она направилась к библиотеке. «Если Ноубл считает, что это происшествие сойдет ему с рук, то он ошибается!» Приоткрыв дверь библиотеки, она увидела Ноубла. Он стоял к ней спиной, и Джиллиан уже была готова заговорить с ним, когда он вдруг изо всей силы стукнул кулаком по столу. О Боже, он даже не поморщился, хотя она была уверена, что ему больно. Джиллиан тихо закрыла дверь и оглядела слуг, вернувшихся в холл, чтобы там прибрать. Они старались не встречаться с ней глазами, и все, за исключением лежавшего на полу Тремейна, вскоре куда-то исчезли.
– Тремейн-второй, – указала она на дворецкого, – я хотела бы поговорить с вами.
– Разумеется, миледи. – Он опустил засученные рукава и поправил галстук. – Я буду в вашем распоряжении, как только кончу помогать мистеру Краучу.
– Нет, сейчас, Тремейн. – Со строгим видом, подражая Ноублу, Джиллиан старалась говорить высокомерно. Подражание ей не очень удалось, но все же принесло свои плоды. Тремейн, сделав еще пару попыток улизнуть, медленно поплелся за Джиллиан вверх по лестнице в ее малую гостиную.
– Вы дольше всех служите у лорда Уэссекса. – Джиллиан старалась, чтобы ее голос звучал жестко, но, взглянув на вытянувшееся лицо дворецкого, она почувствовала себя безжалостным людоедом. – Объясните мне, что означает вся эта сцена в холле.
– На самом деле дольше всех его милости служит Хиппи, – уточнил Тремейн, переминаясь с ноги на ногу.
– Хиппи?
– Гиппократ, мой старший брат, главный кучер его милости. Нашу маму тянуло к классике.
– Понятно. А… не могу удержаться, чтобы не спросить об имени Тремейна – камердинера?..
– Он Плутарх, миледи.
– Правда? Совсем другое дело. А вы?
– Одиссей, миледи. – Тремейн, вздернув подбородок, посмотрел на Джиллиан.
Ошарашенная полученными сведениями, Джиллиан усердно старалась прогнать даже намек на усмешку со своих губ. Она покрепче их сжала, не позволяя растянуться в улыбку, и наконец перешла к сути дела:
– Я не могла не заметить, Тремейн, что между вами и двумя другими братьями существуют разногласия. Не будете ли добры объяснить мне их причину?
– Это довольно долгая история, мадам, – переступив с ноги на ногу и откашлявшись, ответил Тремейн.
– У меня нет времени выслушивать долгие истории, Тремейн-второй, – Джиллиан взглянула на каминные часы, – так что если вам удастся ее сократить, я была бы весьма признательна.
Дворецкий еще раз откашлялся и сжал перед собой руки, как мальчуган, приготовившийся отвечать урок. Джиллиан со вздохом села, поняв, что ее вряд ли ждет укороченная версия.
– Все началось много лет назад, мадам, когда мы жили в Оксфордшире. Там по соседству с нами жила хорошенькая девушка по имени Клара.
– Ах, здесь замешана женщина! – обрадованно заметила Джиллиан. – Обожаю романтические истории. И сколько лет было этой симпатичной Кларе?
– Во время недоразумения ей было восемь, миледи.
– Восемь? – удивленно взглянула на него Джиллиан. – Не восемнадцать, а восемь?
– Да, миледи. Я же сказал, что это было очень давно.
– Господи, что же могло вызвать такую вражду между тремя братьями, что вы и по сей день не помиритесь?
– Она, то есть Клара, обещала пойти со мной на ярмарку, миледи.
– И, полагаю, не сдержала своего обещания?
– Да, миледи.
– Она пошла с вашим вторым братом?
– Нет, миледи.
– С самым младшим?
– Нет, миледи. Она предпочла компанию Джейбеза Уилсона.
– Тогда почему вы все еще враждуете, если она пренебрегла всеми тремя? – осторожно спросила Джиллиан в полной растерянности.
– Хороший вопрос, миледи.
– Ну и что же? – поинтересовалась Джиллиан, надеясь, что он еще что-нибудь скажет, но так и не дождалась продолжения.
– Боюсь, дальше не стоит вспоминать.
Джиллиан едва удержалась от желания задушить дворецкого, но решила не копаться в причинах семейной вражды, а вернуться к своему первому вопросу.
– Тот джентльмен, что лежал на полу холла, кто он, Тремейн?
– Это Аласдер Макгрегор, миледи. Не так давно он стал лордом Карлайлом.
– Вы сказали, как его зовут, а не кто он, понимаете? Тремейн, казалось, смутился.
– И что это за история с лордом Уэссексом? Тремейн упрямо надулся.
– Почему лорд Уэссекс так зол на него? Тремейн растерялся.
Джиллиан, пристально взглянув на дворецкого, уже собралась было строго отчитать его, но он слегка пожал плечами и вздохнул:
– Лорд Карлайл давний знакомый лорда Уэссекса, миледи.
– И?
– Они поссорились пять лет назад.
– А, их дружба дала трещину?
– Что-то вроде этого, миледи, – скривился Тремейн. – Если позволите, мадам, я должен лично показать мистеру Краучу, как заточить нож для рыбы. От его метода заточки у попугая перья встают дыбом.
– Да, прекрасно. Благодарю вас.
После ухода Тремейна Джиллиан, закусив губу, погрузилась в размышления. Нрав Черного Графа полностью соответствовал его прозвищу. У Джиллиан не было сомнений, что он вполне может осуществить все угрозы по адресу Макгрегора. Если она раньше считала, что Ноубл по натуре человек сдержанный, то теперь поняла, что в гневе он способен на все. Однако ей предстоит выяснить отношения Макгрегора с графом. Тяжело вздохнув, Джиллиан вышла из гостиной и отправилась на поиски мужа.
– Ноубл! – Приоткрыв дверь, Джиллиан заглянула в библиотеку. – Ты занят?
– Да, – ответил он, оторвавшись от письма с угрозами, которое пришло с утренней почтой.
– Я вижу у тебя в руках письмо и, если не ошибаюсь, кисть для рисования. Ты что, рисуешь?
– Ты отрываешь меня от дела только для того, чтобы спросить, рисую ли я? – Ноубл, прищурившись, взглянул на жену.
– О нет, на самом деле я пришла сообщить, что собираюсь навестить свою кузину Шарлотту, но не могла не обратить внимания на кисть у тебя в руке. – Джиллиан вошла в комнату и плотно закрыла за собой дверь. Ноубл выглядел скорее озадаченным, чем рассерженным, и это несколько успокоило Джиллиан. – Ты занимаешься рисованием? Но я не вижу ни мольберта, ни холстов, ни картин. Довольно странно видеть тебя здесь с кистью.
Джиллиан замолчала, чтобы перевести дыхание, надеясь, что Ноубл не обратит внимания на ее бессвязную болтовню. Слегка нахмурившись, Ноубл аккуратно положил на стол письмо и кисть, встал и подошел к ней.
– К чему вся эта бессвязная чушь?
Подойдя почти вплотную, Ноубл пристально посмотрел ей в лицо, и Джиллиан ощутила, как у нее в груди запылал огонь. «На самом деле это несправедливо, что он возбуждает меня одним только взглядом, – подумала Джиллиан. – И о чем только я думала, выходя замуж за этого красавчика? Как можно было ожидать спокойной жизни, если он постоянно рядом?» В присутствии Ноубла руки у Джиллиан немели, а колени подкашивались от слабости. А когда он смотрел на нее так, как сейчас, она начинала задыхаться, и ее желудок сводило судорогой от остававшегося у Ноубла на подбородке и щеках пьянящего запаха мыла для бритья.
– О Ноубл! – Вздохнув, она бросилась к мужу. Он на мгновение подался назад, удивленный ее неожиданным порывом, но быстро обрел равновесие и ответил на ее ласки, которые она больше не могла сдерживать. Этот несчастный человек в ней нуждался, и она просто обязана дать понять, насколько необходима ему. Джиллиан прикусила ему мочку уха и нежно потянула ее зубами, а он привлек жену к себе. – Примите мои извинения за то, что прервала ваши занятия, милорд, – задыхаясь, произнесла она и слегка повернула голову, чтобы губами встретить его губы.
– В извинениях нет необходимости, – проворчал он и завладел ее губами.
Она застонала и почувствовала, что ноги ее не держат. И, о чудо из чудес, Ноубл тоже пошатнулся, и они оба оказались на полу. Джиллиан не думала ни о чем, кроме внезапного желания, охватившего ее тело.
– Нет, правда, я должна извиниться, – бормотала она, пока он прокладывал поцелуями горячую влажную дорожку на ее шее. «Черт, зачем он так затягивает свой платок?» – Джиллиан, чуть не плача от отчаяния, старалась развязать платок, дергала и тянула его, пока узел не ослаб и она не смогла добраться до шеи мужа.
Ноубл, продолжая ее целовать, уже прикидывал, удастся ли ему спустить платье или придется его разорвать, потому что в любом случае он был намерен добраться до ее обнаженной соблазнительной груди.
– Оставь свои извинения. Мне нравится, когда ты отрываешь меня от дел, как только почувствуешь потребность во мне.
– Это величайшая щедрость с вашей стороны, милорд… – Голос Джиллиан взлетел на небывалую высоту, когда губы Ноубла сомкнулись вокруг ее соска со страстью, огнем опалившей все ее тело.
– Вовсе нет, – выдохнул Ноубл, спустив платье Джиллиан до талии, так что обнажилась вся грудь.
Осторожно зажав зубами маленький бугорок соска, он слегка потянул его, а Джиллиан выгнула спину и запрокинула голову. Ноубл с истинно мужским самодовольством подумал о том, как легко ее возбудить, но эта мысль мгновенно улетучилась, когда руки жены скользнули ему под рубашку. Джиллиан, опрокинув его на спину, уселась на него верхом и, расстегнув ему рубашку, наклонилась и обвела языком его сосок. Ноубл видел только ее груди, дразняще раскачивавшиеся перед ним, и не мог думать ни о чем, кроме них.
– Ты хотела поговорить со мной о Нике? – прошептал Ноубл, поднимая платье Джиллиан и лаская ее гладкие бедра. Он обнаружил, что ее ноги длиннее, чем ему помнилось, и шелковистее, гораздо шелковистее.
– Я хотела тебе сказать, что ему нравится… о, мой Бог! Да, ему нравится… нравится… ах… Лондон! Да, Лондон! – выкрикнула Джиллиан. Скользнув вниз, она коснулась языком пупка Ноубла и протянула руку к пуговицам на его бриджах из оленьей кожи. Он, замерев, задержал дыхание, ощущая ее легкие прикосновения, пока она медленно выпускала на волю его плоть. – Ой! – испуганно пискнула Джиллиан, когда последняя пуговица оторвалась и отлетела на другой конец комнаты.
Очень обрадовавшись, что Ноубл так же возбужден, как и она, Джиллиан протянула руки к его драгоценной плоти, но вдруг оказалась лежащей на спине. Ноубл языком пересчитывал ей зубы – во всяком случае, Джиллиан решила, что он делал именно это, – и позволила ему погулять по ее рту, а потом крепко прижалась к мужу, когда он пробрался в заветное тайное местечко, ожившее только под его прикосновениями.
– Это хорошо, – пробормотал он и снова взглянул на двух близнецов, требовавших внимания к себе.
– О да, конечно, хорошо, милорд, – пропищала Джиллиан и притянула Ноубла еще ближе. – Очень, очень хорошо.
– Я имел в виду, хорошо, что Нику нравится Лондон. – Хмыкнув, Ноубл избавился от одежды и, погладив Джиллиан по бедрам, начал целовать их.
– О да, конечно.
Ее мысли разлетелись, как семена одуванчика в бурю: «Он собирается… делать то, что прошлой ночью? О Боже, он именно это сейчас сделает!» Она вцепилась в ковер – и почувствовала, как ее спина выгибается навстречу горячему дыханию, обжегшему ее лоно.
– Он сказал мне, что ему здесь очень нравится, и я хотела, чтобы ты знал… знал… О, святые небеса, не останавливайся, Ноубл!
Он не остановился. Не остановился, пока она не задрожала под ним и, запустив пальцы ему в волосы, не стала снова и снова выкрикивать его имя, когда он поднял ее на неведомую ей прежде высоту. Потом Ноубл приподнялся и посмотрел в ее пылающее лицо и полные страсти изумрудные глаза. Последней отчетливой мыслью, мелькнувшей у Ноубла перед тем, как погрузиться в сладостное небытие, была отчаянная надежда, что никому из слуг в эту минуту не понадобится открыть дверь. Он знал, что не сможет остановиться, даже если вся армия слуг явится на него посмотреть.
Ноубл лежал на боку лицом к Джиллиан и крепко обнимал ее.
Они оба мерно дышали, и она была уверена, что их сердца тоже бьются в унисон. Джиллиан, пресыщенная, сонная, более счастливая, чем когда-либо, приподняла голову с плеча мужа и пальцем провела по его носу вниз от переносицы. Ее очень удивляло, что с каждым разом, когда Ноубл занимался с ней любовью, она все меньше и меньше чувствовала себя отдельным существом и все больше ощущала себя единым целым с Ноублом. «Возможно, он тоже чувствует себя частью меня?» – задала она себе вопрос, надеясь, что так и есть: она мечтала, чтобы Ноубл отдал ей свое сердце, как она отдала ему свое. Вздохнув, Джиллиан спросила себя, знает ли он, что она отдала ему самое ценное свое достояние.
– Знаю, – сказал Ноубл с мрачным, непроницаемым видом и, прижав ее к себе, уткнулся подбородком ей в макушку. – Я сберегу его, дорогая.
Она едва не покраснела от еще одного проявления ее дурной привычки, но вспомнила, что среди бела дня лежит нагая на ковре в библиотеке после занятия, обычно не свойственного такому месту. Так что было от чего краснеть и помимо ее дурной привычки!
– Откуда ты знаешь, что Нику нравится в Лондоне?
– Он мне сказал.
– Он сказал тебе, что ему здесь очень нравится?
– Да. – Откинув голову, она встретила его недоверчивый взгляд.
– Он сказал?
– А как, по-твоему, иначе он мог дать мне понять, что доволен своим пребыванием в Лондоне? – Она сделала раздраженный жест, как бы говоря, что именно об этом только что ему говорила.
– Мадам, вы отдаете себе отчет в том, что мой сын не говорит? – хмуро спросил Ноубл.
– Разумеется, я знаю, что он не говорит, это же очевидно, Ноубл. – Джиллиан со слегка оскорбленным видом отодвинулась с его груди.
– И тем не менее ты говоришь, что он с тобой разговаривал. Пойми, мне очень трудно в это поверить.
– Существует много способов разговаривать помимо речи, Ноубл. Я мать, а мать понимает своих детей.
– Ты мать уже ровно, – он взглянул на каминные часы, – сорок часов. Мне с трудом верится, что этого достаточно, чтобы понимать мысли моего сына.
– И несмотря на это, я знаю, что Ник замечательно проводит время. И я хотела бы, чтобы он поехал со мной к Шарлотте.
Ноубл хотел было отказать ей, но ему вдруг пришло в голову, что он не добьется своей цели, если будет слишком активно препятствовать Джиллиан. Он обещал жене не мешать ее отношениям с Ником, поэтому Ноубл решил, что лучше всего согласиться с ее просьбой, но, безусловно, принять при этом некоторые меры предосторожности. Он не хотел, чтобы его сын стал свидетелем еще одного кошмара, подобного тому, после которого он едва выжил.
– Ноубл, – Джиллиан погладила мужа по груди, и он не успел сказать, что им пора одеться, – я с удовольствием возьму с собой столько провожатых, сколько ты пожелаешь, но я беспокоюсь о тебе.
– Обо мне? – Ему было трудно думать о чем-нибудь, кроме огня, который она зажигала у него внутри своими ласками.
– Да. Это нападение на тебя было подстроено кем-то, кто хотел причинить тебе зло. Думаю, если ты поделишься со мной своими соображениями на сей счет, я смогу тебе помочь. Ночью ты сказал, что у тебя есть кое-какие подозрения.
У Ноубла и вправду были подозрения, но они относились не к тому, кто заманил его в домик в Кенсингтоне. Он подозревал Джиллиан в том, что она использует его влечение к ней против него же, подобно тому, как это делала Элизабет много лет назад. Элизабет рассматривала их ласки как способ добиться своей цели, заставить его безропотно соглашаться со всем, чего ей хотелось. А хотелось ей драгоценностей и всяких безделушек. Джиллиан же стремилась завладеть его душой. Обе они в конечном счете были одинаковы и стремились получить желаемое любым способом.
– Я сказал, что это тебя не касается, дорогая. – Его тело застыло под нежными ласками се руки, но граф постарался, чтобы его голос прозвучал спокойно. – А теперь тебе, пожалуй, стоит одеться, если ты собираешься навестить кузину.
Джиллиан продолжала поглаживать Ноубла по груди, не замечая муки, отразившейся на его лице.
– Расскажи мне, Ноубл, кого ты подозреваешь? Кто мог это устроить? Кто знал, где жила твоя любовница? Почему кто-то покушался на тебя?
– Если вы закончили, мадам… – Слова, слетевшие с его губ, были холодными и официальными. Резко отстранив жену, он непослушными от холода и раздражения пальцами застегивал пуговицы на бриджах. – Меня ждет дело. Ваши ласки, хотя и приятны, не так уж необходимы, чтобы добиться разрешения взять с собой Николаса. В следующий раз достаточно просто сказать мне о ваших намерениях.
Джиллиан, оправлявшая одежду, замерла, словно ее ударили, и, пораженная ледяным тоном Ноубла, ошеломленно взглянула на него, не понимая, в чем дело. Всего несколько минут назад он шептал ей на ухо страстные слова, восторгался ею, благодарил ее, выкрикивал ее имя, когда их души сливались в экстазе. Что могло произойти, чтобы нежный любовник превратился в холодного истукана? Проглотив подступившие к горлу слезы, Джиллиан заканчивала поправлять платье, сожалея, что не призналась Ноублу, какое воздействие он на нее оказывает. Возможно, расскажи она ему, все было бы иначе.
– Ноубл! – Джиллиан протянула к мужу руку, но он отшатнулся, и ее рука повисла в воздухе.
На этот раз она не смогла удержать слез, и они хлынули ручьем. Выдавив из себя какие-то извинения, Джиллиан выбежала из комнаты и, ничего не видя, бросилась искать убежища в своей спальне. «Что делать, как покончить с призраком Элизабет? Неужели я обречена владеть только его восхитительным телом, а не душой?» – теснились мысли в голове у Джиллиан.
Ник видел, как его мачеха в слезах пробежала мимо него вверх по лестнице и даже не заметила его. Понурившись, он сел на ступеньку и погрузился в размышления. Значит, это уже началось? Значит, она уже начала его ненавидеть, как та, другая мачеха? Он мысленно перебрал все свои поступки: нет, не было ничего, что могло бы ее расстроить, ничего, что могло бы дать ей повод ненавидеть его, как ненавидела та, другая. С тех пор, как Джиллиан вошла в его жизнь несколько дней назад, Ник вел себя очень осмотрительно – она ему понравилась, и он хотел понравиться ей. Он дал себе обещание быть послушным, но, быть может, этого недостаточно. Возможно, она отвернется от него, как предыдущая мачеха. Но он этого не переживет.
– Ник! – Отец стоял в холле, и Крауч подавал ему пальто. – Пойдем со мной, Ник, я хочу с тобой поговорить. – Взяв шляпу, перчатки и трость, Ноубл кивнул в сторону библиотеки, и Ник вздохнул, решив, что снисхождения ждать нечего: он обманул ожидания отца, так же как обманул ожидания матери. – Твоя мачеха хочет, чтобы сегодня утром ты поехал вместе с ней с визитами. По-моему, тебе гораздо полезнее было бы заняться уроками, но я дал ей свое согласие. Само собой разумеется, что ожидаю от тебя поведения, подобающего моему сыну.
Остальное Ник пропустил мимо ушей, все это он уже не раз слышал. Иногда менялись слова, но смысл всегда оставался одним и тем же: он должен вести себя в соответствии с положением его отца. Это было самым главным требованием, так считала и няня Уильяме. «Твой отец граф и, значит, очень важная персона, – говорила она. – Когда – нибудь у него будет сын, который станет его наследником и графом, а до тех пор у него есть ты, поэтому ты должен стараться вести себя так, чтобы он гордился тобой. В конечном счете это не так уж важно, раз ты не можешь быть сыном, который ему нужен, но все же, раз ты здесь, тебе лучше всего показать отцу, как ты ему благодарен за то, что он признал тебя».
– Ник! – Отец присел перед ним на корточки и положил ему на колени большие теплые руки. – Тебе ведь нравится Джиллиан, правда?
Ник кивнул.
– Хорошо. Мне тоже. По-моему… – Ноубл замолчал, задумчиво глядя на дверь библиотеки. Никогда прежде Ник не видел такого выражения на лице отца, и сейчас у него в душе родилось желание обнять отца и получить в ответ такое объятие. – По-моему, мы тоже ей нравимся.
Две пары почти одинаковых серых глаз какое-то мгновение вглядывались друг в друга, обмениваясь мыслями и чувствами. Затем отец неожиданно сжал сына в объятиях, и Ник, едва не расплакавшись, уткнулся в жесткий шейный платок и обнял отца.
В крепких отцовских руках Ник решился на то, чего не позволял себе уже почти пять лет: он начал надеяться, что, быть может, в конце концов все будет хорошо.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Благие намерения - Макалистер Кейти

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Эпилог

Ваши комментарии
к роману Благие намерения - Макалистер Кейти



Весьма забавная книга. Затягивает. Как всегда, хороший конец!
Благие намерения - Макалистер КейтиКсюша
28.11.2010, 13.15





Книга просто наслаждение.
Благие намерения - Макалистер КейтиЕлена
11.04.2011, 19.38





Макалистер, как всегда, на высоте. И этот её роман легко читается и захватывает с первых строк. Он полон юмора, зажигательной страсти, всепоглощающей любви, неожиданных поворотов сюжета, интриг, тайн, расследований. Джиллиан просто потрясающая девушка, с ней не соскучишься. Читать - одно удовольствие! 10 из 10
Благие намерения - Макалистер КейтиНика
25.06.2011, 15.07





Роман супер))) поднял настроение)
Благие намерения - Макалистер КейтиNastalgy
16.02.2012, 22.40





Изумительный роман!!! Хохотала до слез! А моменты, когда ГГ с домочадцами, кузиной выбирались из кареты и встреча ГГ с подозреваемым просто ОТПАД!!Читайте!!!
Благие намерения - Макалистер КейтиНэт
27.02.2012, 22.27





Очень забавно.Мне понравилось также ,как и другие произведения этого автора.
Благие намерения - Макалистер КейтиПоли
10.03.2012, 18.24





Отличная книга!Очень интересно и захватывающе!Много комичных ситуаций,и нежных чувств!Юмор на высоте, смеялась до слез над "сломанным". Побольше бы таких книг:Легко читаемых,веселых с интересным сюжетом.Всем советую прочитать.
Благие намерения - Макалистер КейтиНаталия
29.05.2012, 13.00





смешной!
Благие намерения - Макалистер КейтиКира Корор
30.05.2012, 10.38





На любителя. Роман конечно смешной, и только. Даже незнаешь на что именно обратить внимание,потомучто весь роман - несерьёзный, говорят одно-делают другое. В общем, очень сильно обрадовалась, когда наконец-то дочитала его.
Благие намерения - Макалистер КейтиПсихолог
6.06.2012, 19.53





фу, глупость какая
Благие намерения - Макалистер Кейтикатя
21.06.2012, 13.57





Едва ли не самый забавный и интересный роман, который мне приходилось читать. Хорошо прописаны комичные сцены, над некоторыми действительно от души смеялась. Ну и сама по себе книга легкая, позитивная, читается на одном дыхании! В ней есть все: и любовь, та самая, ради которой и читается такая литература, и острые моменты между ГГероями, и приключения с захватывающей концовкой и мистика. Да что там, даже что-то поучительное можно выудить из этого сюжета, например отношение ГГероини к сыну ГГероя. В нашей жизни не часто встретишь такую чистую любовь к чужим детям. 10 из 10 заслуженно!!!
Благие намерения - Макалистер КейтиМупсик
1.11.2012, 16.45





Интересный роман. Понравились герои. Много смешных сцен.
Благие намерения - Макалистер КейтиКэт
18.01.2013, 21.45





Присоединяюсь к дифирамбам. Люблю ЛР с юмором, особенно с тонким. Но с гильдией проституток автор явно перегнула. Надо же придерживаться историии. В те времена не было никаких профсоюзов, тем более проститутных.Можно было бы придумать что-то другое. Например - приют для падших женщин....
Благие намерения - Макалистер КейтиВ.З.,65л.
28.02.2013, 12.13





роман просто класс.Все 10 баллов. Очень смешной и история любви захватывающая. Прочитала на одном дыхании,советую прочитать!
Благие намерения - Макалистер КейтиАлена
19.04.2013, 13.49





Дерьмо
Благие намерения - Макалистер КейтиИнна
19.04.2013, 14.58





Инна, просим вас выражаться подобным языком у себя дома, где, как мы можем догадаться, его хорошо знают и понимают, в отличие от данного сайта. У нас не все читательницы понимают ваши глубокомысленные изъяснения.
Благие намерения - Макалистер КейтиBanner
19.04.2013, 15.14





Дерьмо, точно
Благие намерения - Макалистер КейтиИнна
19.04.2013, 16.17





Роман смешной и сюжет интересный,но как то все затянуто. Моя оценка 9/10
Благие намерения - Макалистер Кейтитая
23.04.2013, 9.06





книга хорошая а инна смешная))))))))))))))
Благие намерения - Макалистер Кейтилюся
14.05.2013, 19.17





книга не просто смешная, она ржачная))) давненько я не читала подобных романов) да, местами бестолково, но почитать ее стоит для того, чтобы расслабиться
Благие намерения - Макалистер КейтиОльга
18.05.2013, 16.17





Невероятно смешной роман и такой захватывающий сюжет!!!!
Благие намерения - Макалистер КейтиСветлана
23.06.2013, 17.19





Неплохо , но много лишнего
Благие намерения - Макалистер КейтиВикушка
14.07.2013, 12.35





Прикольно, посмеялась от души.
Благие намерения - Макалистер КейтиТаня
8.02.2014, 1.19





прикольно
Благие намерения - Макалистер КейтиНатали
4.06.2014, 16.43





Не разделяю положительное мнение об этом романе. По мне так это полная ерунда. Ну есть моменты забавные, но сам то смысл романа ерундовый! Особенно меня напрягла сцена, в которой гл.героиня и её пасынок, вламываются в комнату, где гл.герой лежит прикованный цепями, абсолютно голый. И она, нет чтобы его прикрыть чем - нибудь, пока ищут ключи, гладит его по груди и говорит об его "инструменте". И в это же время у гл.героя начинает эрекция. И всё это на глазах маленького мальчика. Простите, но я такое читать не могу, мне противно.
Благие намерения - Макалистер КейтиКсения
3.07.2014, 15.11





роман с юмором! местами смеялась до слёз)))прикольно! почитать можно
Благие намерения - Макалистер КейтиСветлана
15.10.2014, 8.19





Мой самый любимый момент в романе, всегда перечитиваю его, когда хочеться поднять себе настроение=) rnrn«Что за чертовщина происходит внутри этого экипажа?» – удивился лорд Карлайл. Слуга повторил просьбу, но она потонула в какофонии, доносившейся из кареты, и любопытство подтолкнуло лорда подойти ближе.rnrn– Убери свою ногу, кузина…rnrn– Я это и пытаюсь сделать, Шарл, но ты наступила на подол моего платья, и я не могу двинуться. А-ах!rnrn– Извини, я попала локтем…rnrn– Ник, милый, ты не мог бы перебраться через… О-ох! Шарлотта!.. Не мог бы ты перебраться через Эрпа и вылезти в окно? Не сомневаюсь, Шарлотта, если ты еще раз заедешь мне локтем, клянусь, я…rnrn– Проклятие!rnrn– Шарлотта!!!rnrn– Ты тоже ругалась бы, если бы от твоего рукава оторвали красивые белые кружева.rnrn– Ник, ты наступил мне на руку… Ах, спасибо. Если ты попробуешь через окно… О Боже! Дикон, перестаньте кричать на нас, мы же стараемся… Похоже, кто-то придерживает дверь снаружи! О, дьявол!rnrn– Джиллиан!rnrn– Нечего говорить мне «Джиллиан» таким тоном, ты же первая начала. Будь добра, убери свой локоть с моей поясницы, кузина!rnrn– Послушай, Ник, давай я слегка протолкну тебя через окно, хорошо?rnrn– Шарлотта, если ты покалечишь моего ребенка…rnrn– Я не покалечу… Это же мои волосы!rnrn– Прости, у меня соскользнула рука.rnrn– Я его не покалечу, а просто немного подтолкну, потому что ты, видимо, не можешь этого сделать.rnrn– А без этого нельзя обойтись?rnrn– У меня соскользнула рука!rnrnВнезапно из окна кареты показался до половины туловища маленький мальчик, и лорд Карлайл, с некоторой завистью относившийся к тем людям, которые спокойно относятся к повешению, несчастным случаям и другим страшным происшествиям, застыл как вкопанный. «Сколько же людей внутри? И кто такой Эрп? Ребенок жив или его выталкивают с какой-то целью?» – пытался он понять, но не мог разобраться в том, что происходит.rnrn– Ник, милый, если бы ты смог наконец протиснуться весь, я была бы тебе очень благодарна. Не так легко уворачиваться от твоих ног.rnrn– О-ой!rnrn– Вот видишь, милый? Ты как раз попал кузине Шарлотте по подбородку.rnrn– Маленький паршивец! Он нарочно это сделал! Ну-ка убирайся, я сейчас протолкну его через это проклятое окно.rnrn– Шарлотта, если ты хоть пальцем дотронешься до него… О, Боже правый!rnrnВнезапно экипаж перестал раскачиваться, и лорд Карлайл, подавшись вперед, почувствовал, как у него мороз побежал по спине, когда он услышал ужас в голосе леди Уэс-секс. «Что случилось? Кому-то вдруг стало плохо? – лихорадочно перебирал он в уме возможные причины. – Неужели мальчик, которого слуга безуспешно пытался протащить через окно, застрял, обессилел? Или что-то произошло с леди по имени Шарлотта, у которой оторвали белые кружева? Только большое, страшное несчастье могло вызвать ужас, прозвучавший в голосе леди Уэссекс».rnrn– Дикон, Крауч, кто-нибудь, откройте же немедленно эту проклятую дверь! Кажется, Пиддла сейчас стошнит!rnrnВолосы на голове лорда Карлайла стали дыбом, когда вслед за заявлением леди Уэссекс воздух разрезал леденящий кровь вопль, но благодаря издавшему его существу ситуация в конце концов разрешилась. После нескольких громких ударов о стенку кареты – лорд Карлайл был уверен, что леди Шарлотта пыталась выбить дверь, – дверь распахнулась, и только расторопность слуги по имени Дикон спасла малыша от удара о борт экипажа. Через несколько мгновений мальчика втащили обратно в карету, а две огромные собаки выскочили наружу.
Благие намерения - Макалистер КейтиМарьяна
6.08.2015, 18.41





н..да ещё раз убеждаюсь в том,что сколько людей ,столько и мнений Роман скорее абсурдный, чем забавный. Героиня абсолютно нелепа и неадекватна. Герой вообще никакой. Их взаимоотношения - плоские и невыразительные. Создается ощущение полного отсутствия смысла. Честно старалась дочитать до конца, но не люблю над собой издеваться...
Благие намерения - Макалистер Кейтис
15.01.2016, 18.35








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100