Читать онлайн Незаконнорожденная, автора - Майлз Розалин, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Незаконнорожденная - Майлз Розалин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 10 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Незаконнорожденная - Майлз Розалин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Незаконнорожденная - Майлз Розалин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Майлз Розалин

Незаконнорожденная

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Казалось, испытание не кончится никогда. Каждый новый рассвет был холоднее и слякотнее вчерашнего, темнело рано и с наступлением сумерек снова холодало. Между рассветом и закатом непогода свирепствовала еще больше — не было дня, чтоб у нас не охромел мул или не перевернулся возок. Когда же мы доберемся до Лондона, где сейчас находится король со своим двором?
Младший Верной сочинил балладу в минорном ключе, которая отнюдь не согревала мне душу.
А при дворе-то, говорят,Целуют в ручки и в уста,Да только в очи не глядят,Затем что совесть не чиста.
И так день за днем мое печальное сердце билось в такт печальному перестуку копыт. От Хэтфилда до Исткота, от Вайлд-Хилла до Вуд-сайда, от Белл-бара до Уотер-энда, от Мимса до Грин-стрит, черепашьим шагом, всего по несколько миль в день.
А я так и не приблизилась к разгадке, сколько ни листала Саллюстия в надежде, что он прольет свет на мрачное бормотание Гриндала. Может быть, при дворе он объяснится напрямик. А может, что-нибудь я сама выясню в жужжащем королевском улье: кто теперь пьет мед, а кто желчь, и от чьих острых жал мне следует бежать, как от огня.


И вот наконец долгожданная весть.
— Мужайтесь, миледи! — крикнул старый Фрэнсис Вайн, мой церемониймейстер, понуждая коренастую лошадку, такую же старую и осторожную, как ее хозяин, приблизиться к носилкам. — Сегодня будем ночевать во дворце!
«Мужайтесь!» — добрый совет. В Лондоне все сомнения разрешатся, все вопросы получат ответы. Прощайте, одинокие раздумья, когда не хочется обращаться за утешеньем даже к милой Кэт. Прощайте, бессонные ночи, когда никого нет рядом, кроме холодной луны. И прости-прощай, Паджет!
Он по-прежнему был рядом, он засел, словно заноза в мозгу, и не шел у меня из головы. Сегодня он расфрантился пуще обычного — в новое бутылочно-зеленое платье. Однако власть его кончится с приездом ко двору. А с глаз долой Паджет — из сердца вон страх!
Из сердца вон страх. Как я мечтала об этом в бессонные ночные часы!


Уайт-холл.
Над сверкающей гладью Темзы, как всегда испещренной лодочками — каждая не больше ореховой скорлупки, — садилось в огненном блеске солнце. Как только мы проехали Коспер-стрит и повернули к Уайтхоллу, перед нами встали купающиеся в золоте и багрянце башни и башенки дворца. И снова величавость Уайтхолла пробудила во мне жгучую гордость.
Мне хотелось закричать: «Это построил мой отец. Великий Гарри возвел красивейший дворец во всем христианском мире!»
Ведь каждому известно, что Уайт-холл занимает двадцать четыре акра, а дворцы других королей — от силы два. Он раскинулся, словно огромный дуб, однако его размеры — лишь последнее из его достоинств. По всей Европе собрал король самых искусных каменщиков, самых талантливых зодчих, самых одаренных садовников, лучших художников разного рода, чтобы замок его мечты стал реальностью.
И любого эта ярмарка надежд манила обещанием исполнить и его мечту: мечту о богатстве или славе, о почестях или служении королю. Это был город грез, и ежедневно почти две тысячи отнюдь не мечтателей сражались в нем за место, за предпочтение, за один-единственный знак монаршего благоволения.
О чем же мечтаю я?
Я знала: мой женский удел — ждать, покуда другие направят мою судьбу, и мечтать в моем положении — чистейшая блажь.


И все же…
И все же…


Добрые братья Верноны ускакали вперед — известить о моем приближении. Вдоль всего Уайтхолла выстроилась королевская гвардия, многоликая шеренга из алых камзолов и сверкающей стали, длинный ряд честных неподвижных лиц, английских, как ростбиф и эль, знакомых мне по прошлым приездам. И снова во мне всколыхнулась гордость за свою кровь — кровь Гарри, кровь Тюдоров, кровь древнейших королей. И все же я знала: я уже не та, что прежде. Не заметь я этого сама, встреча с Паджетом уверила бы меня окончательно.
«Боже, не дай мне измениться слишком сильно, — молилась я, — не дай измениться слишком…»
Ибо я любила мир своего детства, мир Хэтфилда, и не хотела его покидать.


У больших ворот с башенками, под аркой из красного и желтого кирпича, ждали братья Вер-ноны. Длинная вереница возков, всадников и мулов медленно остановилась.
— Эй! Эй! Эй, там!
— Держи поводья… поводья, черт!
— Позвольте мне, мадам.
— Спасибо, сэр.
По обе стороны от меня господа спешивались, чтобы подать руку дамам, кучера слезали с седел и начинали распрягать, позади слуги и служанки спрыгивали с телег. Мулы и лошади уперлись копытами в грязь и опустили головы, словно говоря: «Ни дюйма дальше!»
— Добро пожаловать в Уайт-холл, миледи! С низким поклоном Ричард Верной с одной стороны и Джеймс с другой вынули меня из портшеза. Испытание осталось позади. Мои трубачи звонко возвестили двору о прибытии леди Елизаветы. Эхо серебряных труб еще отдавалось в гулких стенах, а из ворот уже выбежал лорд-гофмейстер, королевский эконом, в сопровождении свиты. Я затылком почувствовала, что Паджет отошел в сторону, чтобы все видеть, но никому не попадаться на глаза.
— Миледи!
— Лорд Сент-Джон!
Старый лорд-гофмейстер давно оттанцевал свое. Но если его поклону недоставало изящества и проворства, радушия в нем было хоть отбавляй. Со скрипом опустившись на одно колено, лорд Сент-Джон поцеловал мне руку и произнес:
— Добро пожаловать в Уайтхолл, прекрасная миледи.
Я поблагодарила, с трудом пряча торжествующую улыбку. Значит, при дворе я вовсе не persona non grata, и напрасно Паджет старался меня в этом уверить! Я обернулась. Он уже куда-то исчез.
«Пошел докладывать, — рассмеялась я про себя, — своему дяде, сэру Вильяму, или у кого он там на посылках».
Скатертью дорожка, Паджет — сэр Змей, меняющий кожу! Твоя власть в прошлом! Скоро я разгадаю твою игру!
— Сюда, миледи.
Лорд-гофмейстер учтиво повел нас через ворота во двор. Господи, я и позабыла, до чего красив Уайтхолл! Да он гораздо больше и величественнее, чем в моих воспоминаниях! Я вдруг почувствовала себя сельской мышкой из сказки, даже хуже…
Чем меня тут встретят? Лорд-гофмейстер заговорил, я затаила дыхание.
— Его Величество король распорядился поселить вас на королевиной половине, мадам Елизавета.
На королевиной половине! Рядом с королевой, дамой Екатериной Парр, как все продолжали ее называть даже на четвертом году замужества. Отличная новость, лучше некуда! Екатерина ко мне благоволила, при всякой возможности приглашала нас вместе с моим милым Эдуардом к себе, а когда мы разлучались, непременно писала или посылала обо мне справиться.
Я не в силах была дольше терпеть.
— Когда я увижу Ее Величество? Сент-Джон улыбнулся.
— Скорее, чем вы полагаете, миледи. Королева Екатерина намерена посетить вас сегодня вечером, как только вы отдохнете с дороги.
С поклоном он провел нас в маленький сад с аккуратно разбитыми клумбами, потом под колоннадой и на залитое вечерним светом открытое место. У меня перехватило дыхание. Король пристроил новое здание! Расширять «Белый дворец» — его страсть. И новое здание, как, впрочем, и все в его любимом замке, все, что вышло из-под рук его мастеров, было лучшим в мире, наиновейшим, непревзойденным.
Мы стояли внутри изумительного мощеного двора. В серебристом вечернем свете безупречная симметрия и каменная резьба придавали ему сходство с церковью. И притом каменные листья на каменных деревьях по стенам были как живые: казалось, каменные птички сейчас взлетят с каменных ветвей или поуютнее устроятся на ночь в каменных гнездышках, упрятав каменные головки под каменные крылышки.
Это было волшебно. Мы стояли словно в окаменевшем лесу. Впереди, обнимая двор двумя длинными крыльями, стоял дворец королевы, из сводчатых окон струился свет, высокий фронтон украшали гербы, возвещая, что это дворец внутри дворца, чертог, достойный королевской супруги.
Лорд-гофмейстер провел меня к массивным дубовым дверям в два человеческих роста, сплошь украшенных резьбой на библейские темы. Здесь, возле Иова, Блудного сына и Даниила во рву львином, он остановился.
— Королева приглашает вас в свое новое обиталище, леди Елизавета. Ее милость выражает надежду, что за этим последуют и другие радости.
Мое юное сердце подпрыгнуло.
— А что, будут развлечения и представления? Спектакли? Пантомимы?
— Увидите, миледи.
Он поднял руку. Дверь растворилась, из нее с поклоном выступил дворецкий. За ним стояли слуги, темные силуэты на фоне теплого сияния горящих внутри свечей.
— Добро пожаловать во дворец королевы, миледи, — почтительно произнес дворецкий. — Королева Екатерина просит передать, что все здесь — ваше с той минуты, как вы вступите под этот кров. Она приглашает вас поселиться в лучших покоях, на первом верхнем этаже. Еще она велела накормить вас и ваших людей и просит вас указать, если что упущено — я немедленно все исправлю.
Это было уже слишком.
— Благодарю вас, сэр. Пожалуйста, скажите Ее Величеству, я благодарю Бога за ее великую доброту, каковой нимало не заслужила.
Я едва могла говорить. Если сама королева печется обо мне, защищает меня, неужели я испугаюсь кучки соглядатаев, вроде Паджета?
Дворецкий поклонился:
— Прошу сюда, миледи.


— Кэт! Кэт! Что ты об этом скажешь? Глянь Только! Разве не красота?
Кэт распоряжалась обустройством моей опочивальни, когда я влетела в комнату и чуть не сбила ее с ног. Мне достаточно было обежать отведенные нам покои, чтобы убедиться в полном расположении ко мне королевы. Из большого коридора дверь открывалась в просторную прихожую, за которой располагалась большая, ярко освещенная комната, завешанная французскими шпалерами и обшитая гладкими деревянными панелями, такими новыми, что от них еще пахло воском и льняным маслом.
Кровать была такая широкая, что в нее кроме меня свободно поместились бы полдюжины служанок. Балдахин из алого, розового и кремового шелка был заткан изнутри и снаружи прелестными гвоздиками — я сразу представила, что во сне буду обонять их летнее благоухание или рвать их на салат. Дубовые доски под длинным — в целый ярд — подзором покрывал не срезанный тростник, но лучший дамасский ковер — роскошь, милому старомодному Хэтфилду неведомая.
На столе рядом с кроватью стоял обещанный ужин, от которого аппетит разыгрался бы даже у воробья: золотистые пироги в форме дворцов, полдюжины щук в желе из телячьих ножек, грудки каплунов в желтой сметане с тмином, блюда с орехами, айвой, марципанами и вафлями и, наконец, густой глинтвейн — лучшее средство отогреть замерзшие тело и душу.
— Гляди, Кэт! — вскричала я. — Мы и впрямь при дворе! Мне кажется, мы — в раю!


Верно говорят, что неведение — мать всех опрометчивых суждений. Но откуда мне было знать?
— Миледи! Миледи! — Голос Парри срывался от отчаяния. Через секунду она влетела в комнату сама не своя — куда только подевалось ее обычное спокойствие! — Мадам! Сюда идет королева!
— Королева?
В тревожной тишине раздались поступь сопровождающих, шаги, крики: «Дорогу ее милости! Расступись! Посторонись! С дороги!»
— Сказали, она дождется, пока вы приготовитесь, и вот она идет! — кричала Парри в ужасе оттого, что королева застанет нас усталых и неприбранных, меня — в дорожном платье, не набеленную, не украшенную серьгами, кольцами, ожерельями и браслетами.
— Однако королевы тоже меняют решения на ходу! — рассмеялась я. — Королева меня не осудит. — Я хлопнула в ладоши. — Живее, вы обе! Живее, живее, живее!
С каждой секундой шум приближался, времени оставалось в обрез.
— Дорогу ее милости!
— Иди встречай ее, не стой! Сбиваясь с ног, женщины торопливо приводили меня в мало-мальски божеский вид.
— Поправь мне волосы, Парри! Кэт, подай шапочку — да, эта сгодится. Парри, у меня чистое лицо? Ладно, поплюй на рукав, не до церемоний! Кэт, платье!
Они были уже у дверей.
— Эй, внутри! Откройте! Откройте ее милости!
Что могли, мы успели. Мое коричневого бархата просторное дорожное платье годилось разве что для сельской местности, но переодеваться было уже некогда. Мы быстро оправили одежду и заспешили в парадный покой. Мои фрейлины и кавалеры, застигнутые врасплох внезапным явлением королевы, жужжали, как растревоженный улей. Я огляделась. Более-менее готовы.
Бух! Бух! Бух! — колотили в дверь. Я торопливо кивнула старому Фрэнсису Вайну. Тот махнул слуге. Дверь медленно повернулась на огромных петлях. Я потупила глаза, склонила голову и присела в глубочайшем реверансе.
— Ваша покорная слуга и все ее люди в высшей степени польщены визитом вашей милости.
Покончив с формальностями, я подняла глаза навстречу королеве, готовая кинуться ей на шею. Однако вместо Екатерины я увидела прямо перед собой горящие глаза и желтое трясущееся лицо моей дорогой сестрицы Марии.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Незаконнорожденная - Майлз Розалин



Для чтения чго-то более умного рекомендуется!! 8/10
Незаконнорожденная - Майлз РозалинТ.Ж.
2.10.2016, 22.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100