Читать онлайн Любовь на Утином острове, автора - Лесли Марианна, Раздел - 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовь на Утином острове - Лесли Марианна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.33 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовь на Утином острове - Лесли Марианна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовь на Утином острове - Лесли Марианна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лесли Марианна

Любовь на Утином острове

Читать онлайн

Аннотация

Случайные обстоятельства предопределили встречу Дженни и Алана. Эта встреча вовлекает их в бурный водоворот страстей, опасных приключений, чудесных открытий. Могли ли они предположить, что в этом хитросплетении интригующих событий, проблем и душевных волнений родится всепоглощающая страсть и искренняя нежная любовь?..


Следующая страница

1

Стояла золотая осень. Краски были настолько яркими, что, казалось, деревья охвачены гигантским пожаром. На пылающем озере сновали утки, собираясь улетать в теплые края. А необъятное небо было пронзительно-синим.
По живописной тропинке, петляющей среди вековых кедров и пламенеющих огнем кленов и осин, полого спускающейся прямо к озеру, шел незнакомец с рюкзаком за плечами, одетый в потертые джинсы, клетчатую байковую рубаху и ветровку защитного цвета.
Дженни вытянула лодку подальше на берег, села на мостки, которые она гордо именовала причалом, и стала наблюдать за приближающимся мужчиной.
Она отметила, что незнакомец высокий и худой, но довольно крепкий. Несмотря на заметную хромоту, вид у него был вполне внушительный и, насколько она могла судить на расстоянии, надменный и самодостаточный. Впрочем, первое впечатление часто бывает обманчивым, напомнила она себе.
Дженни мысленно отругала себя за то, что гадает о характере незнакомца, когда ей следовало бы насторожиться и задуматься, что он здесь делает. В это время года мало кому из посторонних придет в голову приехать сюда, в эту глушь. Она могла бы поспорить на что угодно, что этот заявившийся невесть откуда и зачем незнакомец не из ее потенциальных клиентов, по крайней мере он не походил ни на одного из них. Правда, пансион «Кедры» привлекал на неделю-другую некоторых городских жителей, уставших от бесконечной суеты, мечтающих порыбачить и ищущих уединения. Но этот угрюмый русоволосый горожанин, судя по всему, отродясь не держал в руках удочки и весь его облик как-то не вязался с окружающей действительностью.
Когда он подошел ближе и его резкие, мужественные черты лица стали яснее видны в осенних сумерках, Дженни почувствовала, что мужчина в любом месте был бы белой вороной.
Внутренний голос шепнул ей, что этот человек, который нигде не находит себе покоя, возможно, слишком много пережил и повидал на своем веку. А его угрюмость была, скорее всего, итогом одиночества, и оно казалось столь глубоким, что, пожалуй, могло соперничать с ее собственным.
Дженни мысленно встряхнулась. С какой это стати она пытается проводить параллель между собой и этим незнакомцем? С чего вдруг решила заняться психоанализом? Осторожнее, Дженифер Моррис, предостерегла она себя, пока еще не вполне понимая, что именно в нем возбуждает ее интерес. Вместо того чтобы стоять тут и глазеть на странного незнакомца, лучше бы сбегала в сарай и взяла ружье, которое она держала заряженным на случай, если придется отпугивать иногда забредавшего на территорию пансиона медведя.
Да, что-то она непростительно расслабилась, чего с ней раньше не случалось. Наверное, все дело в том, что сегодня она слишком устала. Мне не нужно никаких сложностей. У меня их и без того с лихвой, подумала она, привязывая лодку к металлической опоре мостков. Руки почему-то плохо слушались ее. Морской узел, которому когда-то давно научил ее отец, никак не хотел завязываться. Она негромко, но отчетливо выругалась.
Снупи, спавший до этого в траве в нескольких шагах от нее, проснулся. Рыжий ньюфаундленд резко подскочил, длинная шерсть у него на загривке встала дыбом при виде незнакомца. Дженни готова была расцеловать пса за то, что он привел ее в чувство. У Снупи по крайней мере здоровые рефлексы, поэтому он оскалил зубы и предупреждающе зарычал.
Мужчина замер на месте. Он бросил взгляд на Снупи, который, спасибо ему, отлично сыграл роль надежного защитника.
– Могу я вам чем-нибудь помочь, мистер? – спросила Дженни, безуспешно пытаясь как следует затянуть скользкую веревку. Вытирая руки о шорты, она с легкой заинтересованностью взглянула на незнакомца, пытаясь отделаться от странного тревожащего чувства, которое он у нее вызывал.
Дженни встретилась с пронзительным взглядом, и это лишь усилило ее тревогу. Глаза у незнакомца были серо-стальные, каким бывает небо поздней осенью при приближении снегопада. Взгляд был жестким и тяжелым, в глазах угадывалась какая-то глубокая внутренняя неудовлетворенность, какая-то неукротимость, которая напоминала волны на озере во время бури. Дикие, дерзкие, изменчивые.
– Для начала было бы неплохо, если бы вы приказали своей собаке отойти.
Голос его уже не явился для нее неожиданностью. В полном соответствии с ее представлениями он оказался низким, хрипловатым и довольно резким.
Ей потребовалось сделать над собой усилие, но она встретила его каменный взгляд не моргнув глазом.
– Снупи не тронет вас, если вы будете хорошо себя вести.
– То есть если не буду делать резких движений и не стану приставать к вам? – уточнил он.
– Вот именно, – подтвердила Дженни, хотя на самом деле не чувствовала никакой уверенности. Надо было знать Снупи. Эта собака была самым дружелюбным существом на свете, и ее сторожевых рефлексов хватало не более чем на пару минут. Вот-вот его грозное рычание сменится дружеским поскуливанием. Шерсть на спине уже не стояла дыбом, и Дженни подозревала, что ему уже стоило больших усилий не завилять хвостом.
Она подошла к Снупи, делая вид, что собирается придержать его.
– У вас ко мне какое-то дело?
Он прищурился. Озеро ярко блестело в лучах заходящего солнца.
– Именно, малышка. И я непременно расскажу тебе, зачем я здесь, как только смогу убедиться, что псина не голодна и я не стану ее ужином.
Малышка?! Дженни сжала зубы, ее глаза орехового цвета потемнели от гнева. Она уже забыла, что чувствовала усталость, забыла о том, что несколько минут назад ее тронула ранимость в глазах незнакомца. Она даже забыла, что должна быть настороже. Темные глаза сверкнули. Может, его предупредить, что ему скорее нужно опасаться ее, чем ньюфаундленда?
Дженифер Моррис никогда не заблуждалась на свой счет. Она прекрасно отдавала себе отчет, что ее внешность самая что ни на есть заурядная. Правда, от матери, в чьих жилах текла индейская кровь, ей досталась смуглая кожа приятного оттенка и черные вьющиеся волосы, которые она коротко стригла, потому что ей было недосуг за ними ухаживать. Но черты ее лица были не более чем приятными – большой лоб, широко посаженные глаза, нос с небольшой горбинкой, обыкновенные губы, чересчур, на ее взгляд, широкие скулы. Росту она была небольшого, тело ее благодаря тяжелой физической работе было крепким и поджарым, слишком худощавым и угловатым, чтобы быть женственным. В общем и целом она походила на мальчишку не только внешностью, но и повадками. Но, черт побери, она терпеть не могла, когда ее называли малышкой!
Наверное, она почувствовала бы себя менее оскорбленной, если бы ее приняли за мужчину. Дженни работала, как мужчина, иногда даже ругалась, как мужчина, и выглядела, как мальчишка, мысленно закончила она, окидывая взглядом со стороны свои рабочие шорты, свободную рубаху навыпуск с закатанными рукавами, бейсболку, низко натянутую на лоб, из-под которой торчали непослушные кудри.
А чего, собственно, она ожидала? Его поведение в данном случае было характерно для мужчин, которые либо играли перед ней роль старшего брата, либо относились к ней как к одному из своих приятелей.
Но этого мужчину нельзя было назвать типичным представителем противоположного пола. Как ни крути, а приходилось это признать. И ее реакция на него тоже отнюдь не была типичной. Он ей нравился. Едва лишь она взглянула в его суровое, неприветливое лицо, как сразу же угадала за этим выражением уязвимость и потребность в человеческом общении. Но то, что он даже не попытался разглядеть в ней женщину, задело ее гордость, как бы она ни пыталась убедить себя, что это ей совсем не нужно.
Спокойно, Дженни, тебе не привыкать, сказала она себе. Она поднялась во весь свой небольшой рост и подставила лицо теплому вечернему ветерку, заигрывающему с озером, в надежде, что он прояснит ей голову. Тем временем Снупи перестал притворяться сторожевой собакой, бросил на нее вороватый взгляд, после чего поджал хвост и поковылял к незнакомцу, который слегка усмехнулся и похлопал его по холке.
Предатель, вынесла молчаливый приговор Дженни. Она окинула негодующим взглядом мужчину и собаку, и тут до нее неожиданно дошло, зачем пришел незнакомец. Вероятно, он прочел ее объявление.
– Если вы насчет работы, – раздраженно проговорила она, – то даже не знаю. Вряд ли вы подойдете. – Она бросила выразительный взгляд на его хромую ногу, потом жестом обвела десять разобранных бревенчатых домиков и главное строение. – Как видите, тут уйма работы.
Снупи, этот несчастный предатель, совсем позабыл о том, что должен охранять хозяйку, и уже валялся в ногах у незнакомца, задрав кверху лапы в ожидании, когда ему почешут брюхо.
– Нет, я не по поводу работы, – отозвался незнакомец и поморщился от боли, наклоняясь, чтобы погладить несносного пса. – Я ищу Дженифер Моррис. В Седар-плейс мне сказали, что я могу найти ее здесь.
К Дженни сразу же вернулась настороженность, сердце забилось быстрее, она внутренне вся подобралась. С самой весны, когда она вернулась из Детройта, к ней не раз заявлялись незнакомые люди, требующие оплатить счета, которые ее отец выписывал щедрой рукой, но оплатить не мог, потому что бесконечное пьянство истощило все его финансы. Ей было пятнадцать лет, когда он просто исчез. А теперь, когда она вновь приехала сюда и в округе прошел слух, что Дженифер Моррис собирается возродить пансион, незадачливые кредиторы потянулись к ней в надежде, что она расплатится с ними.
Теперь все ясно: этот человек просто очередной коллекционер счетов, а она-то думала… Впрочем, неинтересно, что именно она думала, это уже не имело значения. Идиотка несчастная – так разволноваться из-за его приятной, мужественной внешности и холодно-загадочных серых глаз, в которых она усмотрела печаль и одиночество. Дженни тихонько вздохнула, смиряясь с реальностью.
– Итак, какие еще плохие новости вы мне принесли? – спросила она.
Незнакомец поднял голову. Его серые глаза смотрели вопросительно.
– Ну, вы ведь пришли, чтобы получить деньги, которые давали взаймы моему отцу, не так ли? Или вы думаете, что вы первый приходите ко мне с этим? Увы, не первый и, как я подозреваю, не последний. Это уже стало для меня частью здешней жизни.
Он медленно выпрямился, в его взгляде отразилось явное сомнение и, как ей показалось, сожаление.
– Значит, это вы Дженни Моррис?
– По крайней мере, до сих пор была ею, – с вызовом ответила она. – Простите, если разочаровала вас.
Он покачал головой.
– Не в этом дело. Просто вы совсем не такая, как я вас себе представлял. Вы не похожи на своего отца.
Дженни стащила с головы бейсболку. И непокорные черные кудри вырвались из плена и рассыпались упругими шелковистыми спиралями.
Казалось, он разглядывал ее целую вечность. У Дженни неожиданно загорелись щеки от его слишком пристального изучающего взгляда, которым он медленно обвел ее голые лодыжки, линию бедер, затем грудь, которая, ничем не сдерживаемая, отчетливо выступала под тонкой хлопковой рубашкой. Прекрасно сознавая все недостатки своей внешности, Дженни решительно расправила плечи. Кто он такой, этот нахал, который разглядывает ее так, словно пришел свататься?
– А какой же вы меня представляли?
Алан Маклей пристально разглядывал девушку, которая в свою очередь сверлила его таким разгневанным взглядом, что, казалось, еще немного – и она пробуравит его насквозь.
Так, значит, эта маленькая черноволосая, кареглазая смуглянка с крепким мальчишеским телом и острым язычком и есть дочь Джейка Морриса.
Она снова взглянул в ее ореховые глаза и прочел в них вызов. Тебе нужно быть такой же крепкой духом, как и телом, девочка, мысленно пожелал ей Алан, потому что то, что я собираюсь тебе рассказать, не из приятных. Впрочем, зря беспокоюсь. Не будь у этой девчонки силы воли и характера, она ни за что не решилась бы приехать сюда, чтобы восстанавливать эти руины практически в одиночку.
Он слегка пожал плечами, чувствуя себя несколько не в своей тарелке. На темных аллеях и городских улицах он чувствовал себя как рыба в воде. Та среда была ему хорошо знакома: нескончаемые потоки транспорта, неоновые светящиеся вывески, шум, гам, автомобильные клаксоны и кругом люди, люди… Здесь же было лишь необъятное синее небо, серебристое озеро, воздух, напоенный хвойным ароматом, кареглазая девочка, похожая на подростка, и тишина. Тишины он боялся.
Но сейчас не время было углубляться в свои впечатления, у него масса других забот. И в первую очередь его чертова нога, которая горела огнем. Ему повезло, что удалось подъехать на попутной машине до поворота на пансион, а уже оттуда пришлось ковылять пешком. Врачи настоятельно советовали первое время щадить ногу, но он не послушался, и теперь она ему мстила адской болью.
Он снял куртку.
– Я и сам точно не знаю, – ответил Алан на ее вопрос, затем спросил: – Вы не против, если я на минутку присяду?
В ее глазах на миг промелькнуло сочувствие, словно она догадывалась, какую боль он испытывает, но потом они снова стали непроницаемыми. Она небрежно пожала плечом, давая ему понять, что он может располагаться как ему удобно.
Он сделал несколько шагов по направлению к стоящей неподалеку скамейке, каждый из которых отдавался острой, жгучей болью в ноге. К горлу подступила тошнота. Стиснув зубы, он сел.
Когда боль немного утихла, Алан поднял голову, чтобы посмотреть на Дженифер. Она качала ручку старой водокачки, и вид ее поднимающихся и опускающихся в такт движениям маленьких ягодиц вызвал неожиданную вспышку желания.
Э, дружище, да ты, видимо, слишком долго был без женщины, если даже такая пигалица тебя заводит.
Он решительно отмахнулся от невесть откуда нахлынувших ощущений и постарался просто расслабиться. Но едва он стряхнул с себя это наваждение, как снова чуть не растерял вновь обретенное самообладание, когда увидел озабоченность в глазах Дженни, протягивающей ему ковш с водой.
Вода приятно и, главное, своевременно охладила его. А небольшой отдых пошел ему на пользу: в ноге перестало так сильно дергать. Алан вытер рот тыльной стороной ладони, кивнул головой в знак благодарности и посмотрел на Снупи, свернувшегося у его ног.
– Напугать он умеет, – сказал он, потрепав добродушного пса по загривку, – но сторож из него никудышный. – Когда он вновь встретился с Дженни глазами, они, к счастью, снова были непроницаемыми.
Бросив обвиняющий взгляд на пса, Дженни скрестила руки на груди и оперлась на водокачку.
– К тому же ему недостает преданности. Но я уверена, что вы пришли сюда не для того, чтобы обсуждать достоинства и недостатки моей собаки. Вы искали меня, значит, у вас должно быть какое-то дело. Буду очень признательна, если вы поскорее изложите его мне, чтобы я могла вернуться к работе. Как вы понимаете, у меня ее очень много.
Да, несомненно, его привело сюда дело, и это дело не доставляло ему никакого удовольствия. Он бы предпочел находиться сейчас где угодно, только не здесь, перед этой кареглазой девочкой-подростком.
Стараясь не смотреть ей в глаза, Алан тянул время, разглядывая деревянное строение. По рассказам Джейка, в свое время здесь был вполне приличный, процветающий пансион. Сейчас же его взгляду предстало лишь обветшалое главное здание и руины гостевых хижин.
Однако озеро, следовало признать, завораживало, как и окружающий его хвойно-лиственный лес, выросший прямо посреди скал и спускающийся к кромке воды.
Озеро Гурон. Как часто ему приходилось слышать от Джейка о его любимом озере с холодной водой, в котором отражается синее-синее небо. И его дочери Дженни, которая была светом его жизни, его маленькой принцессой. Он вынужден был оставить девочку у своей сестры в Детройте, потому что больше не мог ничего ей дать.
Алан поднял на нее глаза и вдруг почувствовал себя таким старым рядом с этой полуженщиной-полуребенком, в которой не было ровным счетом ничего от маленькой принцессы.
Она вся состояла из кудрявых черных волос и больших ореховых глаз, которые смотрели на него раздраженно и нетерпеливо.
Дженифер нельзя было назвать красавицей по классическим канонам красоты, в ее лице, казалось бы, не было ничего особенного. Но никому и в голову бы не пришло счесть ее дурнушкой. В ней было столько яркости, жизни и энергии, что она напоминала живительный источник, к которому тянуло приникнуть и пить – пить из него не отрываясь. Не тонкие, но и не слишком полные губы, небольшой носик с маленькой горбинкой, чудные ореховые глаза, обрамленные густыми черными ресницами, может чуть широковатые скулы – все это вместе делало ее лицо если не экзотическим, то по меньшей мере ярким. Лицо, на котором отражались и невинность, и дерзость, и вспыльчивость, и неуемная гордость. Алан был достаточно опытным человеком, чтобы понять, что под маской гордости, дерзости и вспыльчивости скрывается пылкая, темпераментная женщина, которая была бы подарком для любого мужчины. Но только не для него. Желания завоевать эту дерзкую малышку у него не было.
Он посмотрел на нее и напомнил себе, что она дочь Джейка Морриса, а он, Джейк, тертый калач. Не исключено, что яблоко от яблони недалеко упало. Но вот энергии в ней хоть отбавляй. А она ей точно понадобится, чтобы возродить к жизни эти руины. И не было никаких сомнений, что она в состоянии постоять за себя, чему Алан почему-то был несказанно рад, ведь вокруг не было никого, кто мог бы сделать это.
– Итак, какое у вас ко мне дело, мистер…
– Маклей, – сказал он, понимая, что тянуть больше нельзя. – Алан Маклей. Я друг вашего отца.
Она даже не вздрогнула. Даже дыхание не сбилось. Но что-то при упоминании об отце вспыхнуло в ее ореховых глазах – удивление, боль, может злость.
Дженни оттолкнулась от водокачки и пошла к установленной возле берега лебедке, к которой была прикреплена лодка. Она отвязала веревку и стала тянуть ее, пытаясь вытащить лодку из воды.
Алан закатил глаза к небу. Ну и упрямица! Однако встал и прихрамывая направился к ней, чтобы помочь. Он решительно забрал веревку из ее рук. Руки у Дженни, как и вся она, были маленькими, но сильными. Когда они случайно соприкоснулись, она отдернула руку, будто обожглась. Он и сам ощутил нечто вроде слабого электрического разряда, но не стал задумываться над этой странностью.
Повисло напряженное молчание. Дженни позволила Алану натягивать веревку через блок, а сама тем временем закрепила лодку футах в двух над водой. Пока они работали сообща, он не мог не оценить ее сноровку и экономичность движений, быстроту и уверенность. А еще ему нравились очертания ее бедер под шортами.
Алан окинул взглядом лодку и покачал головой.
– Ну и посудина, – проговорил он, чтобы прервать затянувшееся молчание и разрушить некие магические чары, которые окутывали его рядом с этой девушкой. Неужели во всем виновато первозданное очарование окружающей природы?
Она показала неровную выбоину на днище лодки.
– В этом озере полно скал. То и дело на них налетаешь. Тут уж ничего не поделаешь. – Дженни повернулась и подошла к небольшому деревянному строению, которое было, насколько Алан понял, лодочным сараем и местом для хранения инструментов. Впрочем, напомнил он себе, все это ему совсем неинтересно. Важнее был тот факт, что Дженни, похоже, желает говорить о том, что привело его сюда, не больше, чем он.
Черт, может, плюнуть да и уйти той же дорогой, что притопал сюда?! Но проделать такой неблизкий путь и не довести дело до конца по меньшей мере глупо.
– Послушайте, Дженни, – начал он, жалея, что у него нет волшебной палочки или на худой конец крыльев, чтобы оказаться сейчас подальше отсюда. – Мне тоже нелегко об этом говорить, поверьте.
Дженни развернула садовый брандспойт и щелкнула выключателем старого электрического насоса, который начал шумно качать воду из озера.
– Может, тогда и не стоит?
Осторожно переставляя поврежденную ногу, он подошел и стал смотреть, как она моет пристань.
– К сожалению, это необходимо. Ваш отец очень болен. Он в больнице в Чикаго.
Молчание длилось так долго, что Алан заподозрил, что она его просто не расслышала. Но в конце концов она с явным усилием проговорила:
– Боюсь, вы только зря потеряли время, мистер Маклей. У меня нет отца. Мой отец давно умер.
Избегая смотреть ему в глаза, Дженни прошла мимо него к лодочному сараю, отключила насос и начала сматывать шланг.
– Но разве вы не дочь Джейка Морриса?
Было заметно, как напряглись ее худые плечи. Она тяжело вздохнула.
– Ну и что с того? Когда мне было двенадцать лет, моя мать умерла, и вскоре после этого отец тоже решил умереть: утопил себя в алкоголе.
Алан знал эту историю. Он слышал ее от Джейка, слышал много раз, когда тот хотел излить ему душу и посетовать на судьбу. Он горько раскаивался в содеянном, но прошлое не вернешь и не изменишь.
Избегая смотреть в глаза дочери Джейка, чтобы не увидеть таящуюся там боль, Алан устремил свой взгляд на озеро. Он не собирался слишком сильно во всем этом увязать. Он хотел просто выполнить поручение Джейка, а потом спокойно уйти.
Но он уже понял, что не сумеет вот так легко и просто оставить ее. По крайней мере, не сразу. И только не под взглядом этих удивительных глаз, которые безмолвно вопрошали его о смысле так глупо растраченной жизни Джейка.
– Он часто говорит о вас, Дженни.
Боль в ее глазах сменилась гневом.
– Неужели? В таком случае, может, он заодно поведал и о том, как спихнул меня на тетку, сказав ей, что скоро заберет меня? А я ей на фиг не нужна была. Не рассказывал ли он случайно и про то, как растратил все имевшиеся средства, довел до упадка этот пансион, позволив ему превратиться в кучу развалин? И единственное, что мне о нем постоянно напоминает, так это нескончаемая череда кредиторов. – Дженни неожиданно замолчала, очевидно сообразив, что сказала слишком много. Зажмурив глаза, чтобы сдержать предательские слезы, она стиснула зубы и чертыхнулась про себя. Потом взяла себя в руки и проговорила, стараясь не смотреть на него: – Не стоило ему присылать вас сюда.
Если бы она действительно вычеркнула отца из своей жизни, подумал Алан, вряд ли сейчас так сильно разволновалась бы. Поняв это, он решил не останавливаться.
– Джейк не посылал меня сюда. Я сам напросился. Думал, может, вы захотите поехать и встретиться с ним.
Однако упрямство, написанное на ее лице, ясно говорило, что даже если она и хочет увидеться с отцом, то ни за что не признается в этом. Надев на себя равнодушно-презрительную маску, она пожала плечами, всем своим видом давая понять, что это было его ошибкой.
Да, ну и болван же он, если думал, что из этой затеи что-нибудь выйдет. Впрочем, винить некого, кроме самого себя. Злясь на себя за глупую идею приехать сюда, в этот медвежий угол, разыскать ее, и все только для того, чтобы услышать ее решительное «нет», Алан сделал последнюю попытку:
– Для вас не имеет значения, что это ваш отец, что, возможно, он нуждается в вас?
Боль, которую причинила ей эта фраза, была почти осязаемой. Он не собирался так глубоко задеть ее чувства, просто хотел привлечь ее внимание, как-то расшевелить. Кажется, ему это удалось.
Наступило долгое и напряженное молчание. Когда она заговорила, голос ее срывался, потому что она всеми силами пыталась скрыть переполнявшие ее эмоции.
– А разве для него имело значение, что в нем нуждается пятнадцатилетняя дочь, еще совсем ребенок? Впрочем, не важно. Как я уже сказала, мистер Маклей, для меня мой отец умер.
Если бы он заметил хоть какую-то слабинку в ее обороне, он бы продолжил наступление. Ее упрямство и гордость злили его, но он принял ее решение, лишь пожав плечами.
– Очень жаль, что тебя, малышка, никто не научил прощать, – сказал он.
Дженни побледнела, потом прикрыла глаза. Она обхватила себя руками, отвернулась и устремила взгляд на позолоченную лучами заходящего солнца озерную гладь.
– До свидания, мистер Маклей. Всего хорошего.
Он некоторое время смотрел на ее напряженную спину, затем проговорил:
– Что ж, будь по-твоему.
Раз такое дело, он умывает руки, с некоторым облегчением подумал Алан. На прощание он погладил Снупи по голове, потом взял куртку и свой рюкзак и захромал по подъездной дорожке, проклиная ее упрямство и гордость, свою глупость и больную ногу. Пройдя уже почти половину подъездного пути, он вдруг услышал, как она окликнула его:
– Мистер Маклей.
Он остановился и оглянулся. По ее напряженному лицу нельзя было ничего прочесть, да и расстояние не позволяло.
– Вы приехали на своей машине? – спросила она со скрытой надеждой, хотя уже знала ответ и он ей не нравился.
– Нет, на попутке.
Дженни тихо, но вполне отчетливо выругалась, затем невесело улыбнулась.
– Значит, сегодня вы никуда не едете.
– Это почему? – нахмурился он.
Она тяжело вздохнула, давая понять, что ей это нравится не больше, чем ему, но иного выхода нет.
– Потому что, во-первых, уже довольно поздно и в это время суток здесь транспорт почти не ходит. А во-вторых, здесь после наступления темноты по дорогам лучше вообще не шататься.
Алан непонимающе уставился на нее, и она объяснила:
– Медведи. Здесь они хозяева леса. Не пройдет и получаса после захода солнца, как они начнут бродить по окрестностям. Вы же не хотите украсить их однообразное меню? – Она угрюмо сжала губы, повернулась, чтобы закрыть и запереть лодочный сарай. – Хижина номер один в приличном состоянии. – Дженни указала в сторону домика на самом берегу озера. – Можете в ней заночевать. Сейчас я приберусь там и приготовлю ужин. – Видя, что он продолжает стоять, не двигаясь с места, она уперла руки в бедра и заметила с изрядной долей язвительности: – Поверьте, мне это нравится ничуть не больше, чем вам. Но я не желаю стать невольной виновницей вашей смерти и до конца жизни мучиться угрызениями совести. Только не думайте, что это гостеприимство.
– Гостеприимство? – пробормотал он себе под нос, глядя ей вслед, когда она, не дожидаясь его, повернулась и направилась к домику. – Да мне такое и в голову не приходило, чернявая.
Однако, когда его взгляд заскользил по очертаниям ее хрупкой фигурки, ему в голову пришла другая, совсем уж глупая мысль. Ему нравилось, что появилась возможность здесь задержаться. Значит, на самом деле не так уж он и хотел уезжать. Значит, эта строптивая смугляночка заинтриговала его куда больше, чем он хотел в этом признаться.




Следующая страница

Читать онлайн любовный роман - Любовь на Утином острове - Лесли Марианна

Разделы:
12345678910

Ваши комментарии
к роману Любовь на Утином острове - Лесли Марианна


Комментарии к роману "Любовь на Утином острове - Лесли Марианна" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100