Читать онлайн Обними меня, автора - Лэтоу Роберта, Раздел - Глава 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Обними меня - Лэтоу Роберта бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.43 (Голосов: 7)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Обними меня - Лэтоу Роберта - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Обними меня - Лэтоу Роберта - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лэтоу Роберта

Обними меня

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 12

Распрощавшись с Хэрри и выйдя из чайной, мисс Пламм с облегчением перевела дух, села на велосипед и неторопливо покатила домой. Она стала готовиться к встрече со старшим следователем с тех пор, как только узнала, что его зовут Грейвс-Джонс. Интуиция подсказывала ей, что этот человек и есть любимый племянник Рэймонда. Вряд ли в Англии слишком много людей, которые звались бы Хэрри Грейвс-Джонс.
Когда она впервые бросила на него взгляд сквозь окно чайной, сердце у нее забилось: Хэрри был ужасно похож на Рэймонда. Потом, когда они сели пить чай, она пришла к выводу, что у старшего следователя те же жесты и повадка. Казалось, ее прежний любовник перевоплотился в Хэрри – если не телесно, то уж дух его точно.
Оказавшись дома, она прилегла на постель, чтобы по давно уже заведенной привычке немного отдохнуть. Но сон все не шел. На нее нахлынули воспоминания о жизни с Рэймондом Грейвс-Джонсом. Они оставались вместе на протяжении пятнадцати лет. Оба были заядлыми путешественниками, во время путешествия и познакомились – в Луксоре в Верхнем Египте.
Мисс Пламм неплохо жила и до встречи с Рэймондом, да и после того, как с ним рассталась, тоже на судьбу не жаловалась. При этом на прожитую жизнь она оглядывалась редко. Не хотела копаться в прошлом и стариться, посвящая остаток своих дней воспоминаниям. Она также не относилась к тем леди, которые, так сказать, питаются святым духом. По этой причине она с улыбкой поднялась с постели и отправилась в туалетную комнату, чтобы переодеться к обеду. Там она посмотрела на себя в зеркало, еще раз улыбнулась, поскольку то, что она увидела, ей понравилось, и принялась расчесывать волосы.
Сделав прическу и легкий макияж, мисс Пламм открыла дверцы гардероба и стала раздумывать, что бы надеть. Она остановила свой выбор на длинной темно-синей юбке из шелковой тафты и шелковой блузке цвета перезревшего апельсина. Вокруг шеи она повязала невесомый шарфик из белого газа. Ювелирных украшений она обычно не носила, не стала изменять этой привычке и сейчас. Надела только нитку крупного жемчуга. Вечер обещал быть интересным, поэтому мисс Пламм одевалась очень тщательно.
Приглашая ее в гости, Маргарет сказала:
– Энти, я даю обед и хочу видеть вас у себя. Приглашены также люди из Нового Скотленд-Ярда, Септембер, Джеймс и Анжелика, ну и еще кое-кто.
Надо сказать, Энти Пламм по вечерам почти не выходила из дома. Отступала она от этого правила только в том случае, если ее приглашали на обед Бухананы или Маргарет Чен. В тех редких случаях, когда мисс Пламм устраивала приемы у себя, в числе ее гостей оказывались все те же Бухананы и Маргарет.
Глянув еще раз в зеркало, Энти Пламм удовлетворенно вздохнула: выглядела она превосходно.
Она знала, что дамы к обеду обязательно принарядятся, а Джеймс явится в черном галстуке-бабочке и смокинге. Бухананы всегда переодевались к обеду.
Мисс Пламм обула черные атласные туфельки и осторожно спустилась по крутой лестнице на кухню. Там она зажгла свет и достала из встроенного шкафа четыре фужера, предназначавшиеся для нее, Хэрри и его коллег. Открыв жестянку с сырными палочками, мисс Пламм высыпала их на блюдо, после чего поставила бокалы и блюдо на серебряный поднос.
В следующую минуту в парадную дверь, которую она намеренно оставила открытой, постучали и прозвучал приятный мужской голос:
– Мисс Пламм, это Хэрри Грейвс-Джонс со своими коллегами.
– Входите, прошу вас! – крикнула она, подхватила поднос и направилась в гостиную.
После необходимых в таких случаях представлений и приветствий мисс Пламм попросила Хэрри принести из кухни серебряное ведерко с бутылкой охлажденного шампанского.
– Боюсь, для меня оно тяжеловато, – сказала она с очаровательной улыбкой.
Когда Хэрри ушел, Джо открыл было рот, чтобы сказать хоть что-нибудь, но, застеснявшись вдруг хозяйки и смутившись при виде окружавшей его обстановки старинной гостиной, замолчал, так что беседу пришлось поддерживать Дженни.
– Какая интересная комната, мисс Пламм, – улыбнулась она. – Здесь так много старинных фотографий… Не возражаете, если я похожу по комнате и их рассмотрю?
Хэрри услышал просьбу, с которой Дженни обратилась к хозяйке, когда возвращался из кухни. Надо сказать, гостиная мисс Пламм привлекла его внимание сразу, как только он вошел в дом. В ее атмосфере чувствовалось очарование благородной старины, но в ней присутствовало и еще что-то – то, чему Хэрри пока не мог подыскать ни определения, ни названия.
Это помещение представляло собой убранную в стиле тридцатых годов просторную комнату, заставленную напольными цветочными вазами в китайском стиле и прекрасно меблированную. На оклеенных полосатыми обоями стенах висели фотографии в серебряных рамках и картины, а в углу, у выходившего в сад окна, стоял концертный рояль с поднятой крышкой.
Хэрри поставил серебряное ведерко со льдом на стол, а потом по просьбе мисс Пламм открыл бутылку выдержанного «Редедера» – одного из лучших среди шампанских вин. К тому времени Джо Сиксмит неожиданно обрел голос и затараторил как заводной, обращаясь к хозяйке дома. Хэрри же, получив неожиданную передышку, занялся размышлениями, предметом которых была мисс Пламм.
Наполнив бокалы шампанским и раздав их, он стал расхаживать по гостиной, рассматривая висевшие на стенах фотографии. К большому его удивлению, все они имели отношение к археологии. Хэрри любовался видами раскопок древнейших городов мира, отмечая при этом, что единственным человеческим существом, изображенным на снимках, была сама мисс Пламм. Фотографии были маленькие, большие, средних размеров – всякие, но на фоне раскопок была неизменно запечатлена одна только хозяйка дома.
Хэрри поднял бокал и произнес тост:
– За мисс Пламм и ее отсутствующих друзей.
Хозяйка дома улыбнулась и пригубила шампанское. Старший следователь решил, что престарелая леди – самая большая индивидуалистка из всех людей подобного склада, каких ему только доводилось встречать. И неудивительно: она одна заключала в себе целый мир. А еще она была личностью многогранной, как бриллиант. В ней соединялись качества самых разных людей, а потому дать мисс Пламм исчерпывающую характеристику было просто немыслимо. Понятие «многогранная» относилось не только к ее личности, но и жизни, которую она вела. К примеру, Хэрри знал, что она родилась в Сефтоне-под-Горой, а ее отцом был старший садовник Сефтон-Парка, служивший еще дедушке Джеймса Буханана. Оставалось только недоумевать, как простой деревенской девушке удалось превратиться в элегантную светскую даму, которая, судя по всему, исколесила весь свет.
– Должно быть, вы были заядлой путешественницей, мисс Пламм.
– Я до сих пор ею остаюсь, – ответила она.
– Даже сейчас? Для этого нужна… хм… изрядная смелость, – брякнула не искушенная в искусстве вести светские беседы Дженни.
Хэрри одарил свою помощницу яростным взглядом, а мисс Пламм рассмеялась:
– Вы хотели сказать «в ваши-то годы», правда? Но я на вас не сержусь, моя дорогая. Путешественник должен обладать отвагой в любом возрасте. А я, признаться, в свое время была жуткой авантюристкой. Побывала в самых отдаленных уголках мира. Я и сейчас путешествую, но для этого мне нужно значительно больше времени, чем прежде.
– И как часто вы пускаетесь в странствия, мисс Пламм? – спросил Джо.
– Раз или два в год. Все зависит от моего самочувствия. Я отправляюсь в путь лишь в том случае, когда моя плоть и мыслительные способности находятся в состоянии гармонии между собой.
– Не собираетесь ли вы, случаем, отправиться в путешествие в ближайшее время? – спросил Хэрри.
– Собираюсь.
Хэрри понимал, что мисс Пламм не скажет, куда отправляется, а расспрашивать об этом означало проявить бестактность. Куда больше, впрочем, его волновало другое. У него появилось странное ощущение, будто в гостиной мисс Пламм он уже бывал. К примеру, предметы обихода из античной бронзы, каменное изваяние египетского божества, русский медный самовар и тибетское молельное колесо, находившиеся в комнате, казались ему до боли знакомыми. Очень, очень многое в обстановке этой комнаты напоминало ему его собственную гостиную в Олбани.
Долг и инстинкт сыщика заставили его стряхнуть овладевшее им наваждение и задать вопрос, необходимый для хода следствия:
– Могу ли я взять на себя смелость и высказать предположение, что вы, мисс Пламм, хорошо знакомы с леди Оливией Синдерс?
– Ваше предположение верно. Я была близким другом Оливии. – Она выделила ударением слово «была».
Потом мисс Пламм поднялась с места, достала из ведерка с колотым льдом шампанское и, приблизившись к старшему следователю, вновь наполнила его бокал.
– Вы не станете возражать, если я буду называть вас Хэрри? – спросила она.
– Ради Бога, – последовал ответ.
– В таком случае, Хэрри, прошу вас налить всем нам шампанского.
Дженни Салливан все это время не сводила с хозяйки удивленного взгляда. Они, лондонские детективы, находились в гостиной мисс Пламм не более четверти часа, но, как мысленно отметила Дженни, уже «вовсю клевали крошки у нее с ладони». Как ей удалось этого добиться, непонятно. Или причиной тому ее безграничный шарм и очарование? «Но неужели эта пожилая женщина еще способна соблазнять и очаровывать?» – задала себе вопрос Дженни и снова всмотрелась в черты хозяйки дома. Сомнений не оставалось: мисс Пламм источала чувственность и сексуальность самой высокой пробы! Дженни оставалось только гадать, сколько сердец она разбила в молодости и сколько мужчин ее любили. Должно быть, немало – сомневаться в этом не приходилось.
В это время Джо думал о том, что мисс Пламм с вопросом старшего следователя разделалась блестяще. Она ответила на него, но при этом ненавязчиво дала Грейвс-Джонсу понять, что дальнейшие расспросы будет рассматривать как попытку вторжения в свою частную жизнь, излагать подробности которой она по доброй воле ни в коем случае не намеревается. Таким образом, следующий вопрос: «Где вы были в ночь убийства?» – переходил в категорию бестактных и отпадал как бы сам собой.
Между тем мисс Пламм сама перешла в атаку:
– Скажите, как вам понравилось наше маленькое сообщество? Не сложилось ли у вас впечатление, что тут, в Сефтоне-под-Горой, мы живем как на другой планете? Мне лично всегда казалось, что, укрываясь от всего мира, мы поступаем мудро. А как вам Оливия, звезда и отрада всей деревни… она уже затронула ваши сердца? Уверена, что так и есть, хотя вы ее враги, а она – несчастное загнанное существо, которое вы преследуете.
Отбросив длинный подол юбки ногой, мисс Пламм, шурша шелками, подошла к камину и обратилась к Дженни:
– Взять, к примеру, вас, детектив Салливан. Похоже, чем больше вы узнавали о леди Оливии, тем сильнее полученные вами сведения задевали вас лично. Но это, заметьте, не ее вина, а ваша. В конце концов, она для вас преступница, какой вам смысл ей завидовать? Теперь поговорим о вас, детектив Сиксмит. У меня такое ощущение, будто вы рвете и мечете из-за того, что следствие, на ваш взгляд, ведется вяло и вам не дают использовать в дознании весь арсенал имеющихся в вашем распоряжении средств. Мы с вами только-только познакомились, и у вас, возможно, возникает вопрос, каким образом я пришла к такому выводу? Должна вам сказать, это было нетрудно. Вы человек молодой, самолюбивый, стремитесь сделать карьеру и потому вам удобнее рассматривать леди Оливию не как сложную и разностороннюю личность, а как некий отвлеченный объект, так сказать, предмет дознания. Вы ненавидите ее за то, что ей удалось ускользнуть от преследования, и злитесь на ее друзей, которые ее любят и не стремятся оказывать вам содействие в ее поимке. Но мой дорогой детектив Сиксмит, мы не в силах дать вам то, чего у нас нет.
Теперь перейдем к старшему следователю Грейвс-Джонсу, который уже имеет довольно сведений о леди Оливии. Он просто очарован ею и находится под сильным воздействием ее личности, поскольку узнать Оливию означает полюбить ее, причем со всеми достоинствами и недостатками этой женщины. При всем том руководство Нового Скотленд-Ярда сделало правильный выбор, доверив расследование ему. Уж если кто и сможет отыскать следы леди Оливии, так это он.
Дженни и Джо, казалось, лишились дара речи. Оба знали, что мысли, высказанные мисс Пламм на их счет, во многом справедливы. Они не понимали только, с какой стати хозяйка дома решила устроить им этот сеанс психоанализа. В любом случае мисс Пламм теперь представала перед ними в новом качестве, превратившись из симпатичной старушки в весьма проницательного исследователя человеческих душ.
Хэрри, впрочем, с самого начала догадывался, что мисс Пламм пригласила их к себе, дабы щелкнуть основательно по носу и показать, кто в Сефтоне-под-Горой и в Сефтон-Парке делает погоду и что они, детективы, имеют здесь дело отнюдь не с деревенскими простаками.
Установившееся молчание первым нарушил старший следователь:
– Скажите, мисс Пламм, вы бывали когда-нибудь в Южной Африке? – спросил он, как бы подводя черту под рассуждениями хозяйки дома и всем своим видом давая ей понять, что берет инициативу в свои руки.
Мисс Пламм не обратила внимания на вопрос Хэрри, поставила свой бокал на поднос и, повернувшись к гостям, прощебетала:
– Это так мило сидеть с вами здесь и болтать, но, боюсь, нам уже пора отправляться на обед к мисс Маргарет Чен.
Было решено, что Дженни и Джо отправятся в Сефтон-Парк на машине Джо, а мисс Пламм поедет в одной машине с Хэрри. Старший следователь открыл дверцу, переложил коробку с пудингом на заднее сиденье и помог мисс Пламм устроиться на переднем. Когда оба автомобиля тронулись с места и покатили по живописной дороге к Сефтон-Парку, Хэрри вдруг осознал, что на землю упали сумерки и настал восхитительный, теплый вечер. Вокруг шелестела листва, в воздухе реял легкий ветерок, а появившаяся в небе луна изливала серебристый свет на стоявшие по сторонам дороги раскидистые деревья. В салоне автомобиля запахло жасмином.
– Какой чудесный, романтический вечер! И этот запах ваших духов… Все это навевает мысли об Александрии, – произнес Хэрри, обращаясь к своей пассажирке.
– Это один из моих самых любимых городов, – сказала мисс Пламм.
– Между прочим, вы так и не ответили на мой вопрос. Так приходилось вам бывать в Южной Африке или нет?
– О, да. Много раз.
– И в Кейптауне вы бывали? – продолжал гнуть свою линию Хэрри.
– Да, и в Кейптауне. Но довольно об этом. Я предпочитаю беседовать, а не отвечать на вопросы.
Мисс Пламм относилась к тому типу женщин, которые свято хранят секреты своей частной жизни, это было ясно без слов. Хэрри, правда, не встречал еще леди, которые следовали бы этому принципу столь строго и последовательно. Кроме того, у него вызывала сильнейшее любопытство ее очевидная раздвоенность: в мисс Пламм, казалось, обитали два абсолютно разных человека – жительница сельской глубинки, домоседка и хорошо воспитанная, образованная дама, обожающая странствовать по свету.
– Но еще один вопрос задать позволите? – взмолился Хэрри.
– Только в том случае, если это необходимо, – ответила мисс Пламм с любезной улыбкой. Она играла с Хэрри в какую-то хитроумную игру и, как видно, получала от этого немалое удовольствие.
– Уж если вы столько путешествовали, то, возможно, встречались с моим дядюшкой Рэймондом Грейвс-Джонсом? Он тоже был заядлым путешественником.
– Когда странствуешь по свету, знакомишься с таким количеством разных людей… Ага, кажется, мы уже приехали, – проворковала мисс Пламм и нежно коснулась тыльной стороной ладони щеки Хэрри. В этом жесте сквозила симпатия, и он неожиданно для себя отметил, что симпатия эта много для него значила.
Хэрри помог мисс Пламм выбраться из машины и взял с заднего сиденья коробку с пудингом. Мисс Пламм исподтишка наблюдала за каждым его движением и, судя по всему, не осталась равнодушной к его мужскому обаянию. Помимо внешности, ей нравились его ум, обаяние и душевная тонкость, без которой он был бы не в силах понять и оценить леди Оливию. Мисс Пламм еще раз утвердилась в мысли, что единственным человеком, который способен отыскать Оливию, является именно Хэрри Грейвс-Джонс. При всем том она, равным образом как и все обитатели Сефтон-Парка, не сомневалась: этого не произойдет. Оливия, если она жива, никогда и никому не дастся в руки.
Судьба насмехалась над Хэрри, но к Энти Пламм проявляла удивительную благосклонность: она никак не ожидала, что ей удастся в родной глухомани встретить племянника своего любовника. В каком-то смысле это было все равно, что встретить снова самого Рэймонда. Путешествуя вместе с Рэймондом, она наслушалась рассказов о его племяннике и поняла, что Рэймонд очень любит Хэрри и предан ему всей душой. Жизнь, однако, сложилась таким образом, что познакомиться с Хэрри лично ей так и не довелось. У Энти и Рэймонда были очень странные отношения. Прежде всего они никогда не жили в Англии вместе. Казалось, ни та, ни другая сторона не были в этом особенно заинтересованы. Рэймонд свыкся со своим положением почтенного и уважаемого судьи, с тем обществом, в которое был вхож, и ничего не хотел в своей жизни менять. А что же Энти? Она была без ума от совместных странствий с Рэймондом, но на большем не настаивала. Хотя и он, и она любили друг друга, полноценной парой, готовой создать семью, они так никогда и не стали.
Предложив одну руку мисс Пламм, а в другой держа коробку с пудингом, Хэрри повел пожилую леди к дому Маргарет, думая о том, что вечер складывается совсем не так, как ему того бы хотелось. При этом он поймал себя на одной забавной мысли и, когда они входили в дом, неожиданно для всех расхохотался. Мисс Пламм посмотрела на него и улыбнулась. Дженни смутилась, а Джо с самым серьезным видом принялся размышлять над тем, что вызвало приступ веселья у шефа.
– В чем дело? – спросил он.
– Мы, Сиксмит, имели глупость предположить, что нас пригласили на вечеринку с едой, выпивкой и танцульками. На самом деле все обстоит иначе. Выпить и поесть нам, конечно, дадут, но существует опасность, что вместо танцев нам предложат сыграть в покер с открытыми картами.
Ответ шефа поверг Джо в смущение, но мисс Пламм и Маргарет Чен, которая вышла в холл, чтобы поздороваться с гостями, не испытали ни малейшего замешательства.
– Вы пришли к правильному выводу, старший следователь, – сказала Маргарет и поцеловала мисс Пламм в щеку.
Пока Маргарет знакомилась с Джо Сиксмитом и Дженни Салливан и пожимала им руки, мисс Пламм отправилась вслед за Хэрри на кухню и стала наблюдать за тем, как он вынимал пудинг из коробки. Когда пудинг предстал наконец перед Хэрри во всей красе, тот был сражен наповал. Это кулинарное чудо именовалось «Павлова» и представляло собой плетенную из полосок песочного теста корзину, наполненную до краев отборной свежей малиной. На ручке корзины – тоже из песочного теста – сидели крохотные марципановые птички. Хэрри с изумлением посмотрел на мисс Пламм и снова уставился на «Павлову». Мисс Пламм хитро подмигнула старшему следователю, рассмеялась и, похлопав его по плечу, вышла из кухни.
– Неужели я пропустила что-то интересное? Вы, старший следователь, должны мне все рассказать, поскольку Энти по обыкновению будет хранить молчание. Она крепко держится за свои секреты и не прочь поиздеваться над всяким, кто пытается сунуть нос в ее частную жизнь, – сказала Маргарет.
– В этом я уже имел возможность убедиться! – воскликнул Хэрри.
– Изумительный пудинг! Мисс Марбл великий кондитер и способна творить чудеса, особенно в том случае, когда готовит что-нибудь по заказу Энти.
Маргарет подошла к холодильнику, достала оттуда миску со взбитыми сливками и принялась выкладывать их слой за слоем на малину. Хэрри, словно завороженный, продолжал гипнотизировать взглядом «Павлову». Это был любимый пудинг его дядюшки. Хэрри вспомнил, как мисс Пламм подмигнула ему, когда выходила из кухни. Вот и ответ на его вопрос, знала ли она дядю Рэймонда, подумал Хэрри. Теперь он не сомневался, что мисс Пламм была той самой женщиной, с которой, по словам сэра Томаса Редберна, путешествовал Рэймонд Грейвс-Джонс. Но как умно она поступила, позволив Хэрри прийти к такому выводу самостоятельно. Знала, должно быть, что он вспомнит этот пудинг, как только увидит, поскольку на каждый свой день рождения он получал с посыльным точно такой же.
Мысль о том, что его дядюшка и мисс Пламм во время совместных странствий по миру занимались любовью, не только позабавила Хэрри, но и тронула до слез. После того, что он узнал, чувства симпатии и уважения, которые он испытывал по отношению к мисс Пламм, стали еще сильнее. Эта дама и впрямь умела хранить секреты. Хэрри понимал, почему его дядя Рэймонд и Энти Пламм окутали свои любовные отношения покровом тайны – так было куда романтичнее, а кроме того, чувства этих людей, которые встречались лишь от случая к случаю, когда отправлялись в путешествия, не грозили притупиться или перерасти в привычку. Их любовь была вполне земной, человеческой, осязаемой, с одной стороны, и некоей волшебной фантазией, сказкой, почти миражем – с другой. Но в любом случае она была пылкой, страстной и нежной.
В кухне возник сэр Джеймс и сунул в руку Хэрри стакан с ячменным виски со льдом.
– Энти попросила меня отнести вам выпивку. Сказала, что вам сейчас неплохо глотнуть чего-нибудь крепкого.
– Мисс Пламм – истинная леди. И так хорошо понимает человеческую природу, – сказал Хэрри, поднес стакан с золотистой жидкостью к губам и сделал большой глоток.
Хэрри перешел в гостиную, где Джеймс представил его всем, кого он еще не знал. Болтая с Анжеликой и Септембер, Хэрри неожиданно испытал чувство, сходное с озарением. Соучастницей леди Оливии, если, разумеется, у нее имелись соучастники, конечно же, была мисс Пламм! Что же до факсов из Южной Африки… что ж, она вполне могла устроить их отправку, ведь бывала же она в «Лалабелле» и наверняка знала в тех краях немало людей. К тому же она любила и уважала Оливию и, подобно всем знавшим Оливию, стремилась помочь ей укрыться от правосудия.
– Похоже, вы, Хэрри, унеслись от нас мыслями далеко-далеко, – заметила Анжелика.
– Ничего особенного. Так, небольшое просветление. Чисто профессионального свойства.
– Поделишься им с нами? – спросила Септембер.
– Не сейчас. Позже.
Анжелика понравилась Хэрри. В ее красоте была заметна не свойственная Септембер хрупкость. Вряд ли эта женщина стала бы мчаться ему навстречу на белой лошади и соблазнять его. Несколько раз она устремляла глаза на Невилла Бретта, и Хэрри отметил этот взгляд. Когда Джеймс позвал Анжелику, чтобы познакомить с кем-то из гостей, Хэрри выпала возможность побыть несколько минут наедине с Септембер.
– Мне трудно хранить нашу любовь в тайне. Я хотела бы кричать во весь голос о том, как счастлива, рассказать о своей любви всему миру! Но в мою жизнь вместе с любовью вошла и осторожность. Я подумала, что подобные откровения могли бы не лучшим образом отразиться на расследовании, которое ты здесь ведешь, и скомпрометировать тебя. Поэтому я держу пока рот на замке. Но в ту минуту, когда мы выедем за пределы Сефтона-под-Горой, я непременно дам волю чувствам, обещаю, – сказала Септембер. Ей страстно хотелось броситься Хэрри на шею и поцеловать его, но она сдерживала себя усилием воли.
Хэрри рассмеялся. Поверить, что эта отважная и пылкая женщина неожиданно сделалась осторожной и осмотрительной, было трудно. Тем не менее говорила она от чистого сердца и, похоже, ничуть в этом не сомневалась.
– Куда больше, чем собственная репутация, меня беспокоит здешняя элита. Более странной и удивительной морали, чем у вас, обитателей Сефтон-Парка, я не знаю. Между прочим, жениться на тебе означает стать членом целого сообщества, организующим центром которого можно считать семейство Бухананов, то есть твое семейство. В это сообщество входят и мисс Пламм, и Маргарет, и твой брат Джеймс, и вы с Анжеликой. Боюсь, однако, что нас с Невиллом к избранному кругу не причислят и своими здесь мы так никогда и не станем. Впрочем, награда и без того велика: женившись на тебе, я обрету сразу и любовь, и страсть, и подругу, которая будет со мной до конца моих дней.
Хэрри заметил, как на глазах у Септембер блеснули слезы. Смахнув их кончиками пальцев, она сказала:
– Неужели ты, Хэрри, забыл об Оливии? Это она всегда была душой и сердцем нашего сообщества. После той роковой ночи, когда погиб принц, а она исчезла, наше существование резко изменилось. Я познакомилась с тобой и по уши в тебя влюбилась. Анжелика, составлявшая вместе с Невиллом и Маргарет любовный треугольник, решила вдруг, что третий лишний, и уступила Невилла Маргарет. Маргарет же влюблена в Невилла и хочет выйти за него замуж, то есть готовится совершить поступок, прежде для нее немыслимый. Даже домосед Джеймс засуетился: стал отвечать на звонки занимающейся ботаникой американки Эмили Уорфилд, которая от него без ума и вот уже несколько лет упрашивает его приехать к ней в Филадельфию. Уверена, кроме того, что отныне детективы не оставят Сефтон-Парк в покое и будут нас время от времени навещать, чтобы проверить, не объявилась ли тут Оливия. Так что здесь все, буквально все изменилось с тех пор, как ты, мой милый, мой дорогой, мой любимый, прибыл в нашу деревню с целью схватить Оливию и передать ее в руки правосудия.
В эту минуту в гостиную вошла Маргарет и объявила:
– Прошу всех к столу!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Обними меня - Лэтоу Роберта



Интересный роман, но оставил у меня двоякое ощущение
Обними меня - Лэтоу РобертаЛена
16.06.2016, 18.44





Интересный роман, но оставил у меня двоякое ощущение
Обними меня - Лэтоу РобертаЛена
16.06.2016, 18.44








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100