Читать онлайн Постой, любимая, автора - Лэйтон Эдит, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Постой, любимая - Лэйтон Эдит бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.38 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Постой, любимая - Лэйтон Эдит - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Постой, любимая - Лэйтон Эдит - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Лэйтон Эдит

Постой, любимая

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Даже в солнечный день цвет лица Грейс Тремеллин казался чистым и свежим, как лепестки камелии. Черные волосы были убраны назад и перехвачены лентой на затылке, открывая изящные ушки с перламутровыми серьгами. Шею украшала камея, подвешенная на серебряной цепочке. Одетая в белое платье с пышными рукавами, она сидела рядом с Эймиасом на сиденье нанятой коляски и вертела в руках зонтик, как настоящая лондонская барышня. Эймиас был доволен.

Во всяком случае, пока не бросал взгляд на заднее сиденье.
— Как я понял, — сказал он, улыбаясь Грейс Тремеллин, — мы можем прокатиться вдоль берега, но не дальше того поворота. — Он указал хлыстом вдаль, поверх голов у пряжки.
Девушка потупилась.
— До него еще далеко. Эймиас склонился к ее уху.
— Увы, недостаточно, — вкрадчиво произнес он, понизив голос.
Грейс вскинула на него озадаченный взгляд. Эймиас ощутил легкое покалывание на затылке.
— В таком случае, — продолжил он, как ни в чем не бывало, — нам придется повернуть назад, хотя мистрис Эмбер, любезно согласившаяся составить нам компанию, не допустит, чтобы я преступил правила приличий или хоть на фут вышел за границы, установленные вашим отцом.
— О да, — хихикнула Грейс, отвернувшись. Сзади не донеслось ни звука.
— Право, даже королеву не оберегают так тщательно, — заметил Эймиас. — Не то чтобы я возражал, просто любопытно: ваш отец всегда так бдителен? Или все дело в том, что я приезжий?
Отвернутое личико Грейс залилось румянцем.
— Просто он недостаточно вас знает, сэр, — тихо отозвалась она.
Эймиас кивнул:
— Пожалуй. — Он взялся за вожжи и тронулся с места. — Что ж, придется это исправить, не так ли?
Грейс повернулась к нему лицом, впервые за все утро.
— Вы намерены задержаться здесь? — поинтересовалась она, проявив больше оживления, чем до сих пор.
— Признаться, я не собирался задерживаться здесь надолго, — сказал он, глядя в ее темные глаза. — Но я обнаружил здесь слишком красивые виды, чтобы уехать.
Глаза Грейс расширились, затем она смущенно потупилась и отвернулась, залившись румянцем.
Эймиас поразился подобной реакции. Он только начал ухаживать, собственно, это было даже не ухаживание, а разведка, сочетавшая в себе тонкий баланс: реплики, которые вполне могли сойти за невинные, пламенные взгляды, придававшие им другой смысл. Достаточно, чтобы возбудить интерес, но недостаточно, что бы пробудить надежды, которые он не может оправдать.
В конце концов, они едва знакомы. Ее робость может исчезнуть, как только они скроются за поворотом. Не исключено, что именно поэтому Тремеллин запретил им удаляться от дома. Эймиас вздохнул. Он должен убедиться, что она годится ему в жены, но не собирается спешить. Пока еще он ничего никому не предлагал, не говоря уже о руке и сердце.
Грейс молчала, уставившись перед собой, а молчание на заднем сиденье становилось оглушительным. Эймиас поспешил исправить положение.
— Что ж, вашего отца можно понять, — задушевно сказал он. — Он знает обо мне и моих намерениях только с моих слов.
Поскольку это была правда, Эймиас почувствовал твердую почву под ногами. Он всегда старался говорить правду. Ложь легко забыть, да и зачем лгать, когда можно творчески подойти к правде. В суде такой подход не имел бы успеха, но с женщинами обычно срабатывал. Разница в том, что женщины, как усвоил Эймиас, хотят верить.
Он надеялся, что Грейс Тремеллин поверит ему. В конце концов, она дочь джентльмена, пусть даже этот джентльмен незнатен и властвует всего лишь в крохотной деревеньке на берегу моря. Но много ли у него шансов познакомиться с настоящей леди? Да и Корнуолл начал проникать в его сердце.
Жаль только, что она такая робкая. Эймиас попытался придумать невинный вопрос, чтобы разговорить Грейс. Должен же он знать, что ее интересует. Неплохо, конечно, иметь хорошенькую жену, но он не может жениться на недалекой женщине. Брак — это надолго, и ему совсем не светит искать удовольствий на стороне. Эймиас никогда не видел долгих счастливых браков, но хотел бы верить, что они существуют. Даже любовниц он предпочитал остроумных, полагая, что непринужденная атмосфера — немаловажная часть занятий любовью.
Они ехали в молчании, пока не миновали старую каменную сторожку возле поворота на главную дорогу.
— Кто-нибудь живет здесь? — поинтересовался Эймиас.
— Нет, — ответила Грейс. — Мы любили играть здесь в детстве. Помнишь, Эмбер?
— Конечно, — отозвалась Эмбер с заднего сиденья. От звуков ее грудного голоса на затылке Эймиаса шевельнулись волосы. У нее был колдовской голос: бархатистый, чувственный и в то же время сильный и чистый. Он не видел Эмбер, но не мог игнорировать ее присутствие. Проклятие! Он должен ухаживать за ее сестрой… впрочем, будь Грейс ее сестрой, он бы ухаживал сейчас за Эмбер.
Эймиас подавил вздох.
Ничего не поделаешь, придется игнорировать это сокровище, найденное Тремеллином на морском берегу, или отказаться от мысли ухаживать за Грейс. Эймиаса так и тянуло взглянуть на Эмбер, но он сдерживался. Не стоит пробуждать напрасные надежды. Ни у нее, ни у него.
Он снова заговорил с Грейс.
— Ваш отец не сдает сторожку в аренду? Странно. Он не похож на человека, который упустит шанс заработать честную копейку.
— Он не хочет, чтобы на его земле поселились чужаки и совали нос в его дела, — отозвалась Грейс и, опустив голову, шепотом добавила: — А еще он говорит, что его будущим внукам нужен простор.
Она просто маленькая дурочка, с сожалением подумал Эймиас, глядя на солнечные блики, игравшие на ее иссиня-черных волосах. Подумать только, не может говорить о внуках для своего отца, не смущаясь! Эймиас ценил невинность, сочувствовал застенчивости, но терпеть не мог робости. Робких съедают первыми. Он нередко видел это в прошлом — да и сам был не прочь поживиться за их счет, — но не хотел наблюдать в будущем.
Да, он намерен жениться с выгодой, но это должен быть счастливый брак. Так что, похоже, эта очаровательная малышка не для него, а он — не для нее.
Когда он приехал с визитом, Грейс едва поддерживала разговор, но Эймиас надеялся, что, когда она окажется вдали от любящего взгляда отца, ее индивидуальность проявится. Но возможно, проявляться просто нечему.
Правда, он привык иметь дело с женщинами, не отличавшимися скромностью. Даже светские дамы, с которыми Эймиас вел более чем утонченные беседы, после того как разбогател и вернулся в Лондон, не обладали этим достоинством. В любом случае, кем бы они ни были, аристократками или простолюдинками, Эймиас предпочитал женщин, которым есть что сказать. Дочери Тремеллина явно было нечего сказать, даже когда она говорила.
Но погода стояла прекрасная, перед ними поблескивало на солнце море. И Эймиас решил, что постарается сделать эту прогулку приятной для девушки, даже если она не подходит ему в качестве жены.
— Да и Эмбер нужно место, где она могла бы читать, — щебетала между тем Грейс. — Когда она дома, то всегда находится работа, которую нужно срочно сделать. Она говорит, что может расслабиться, только когда уходит из дома. Сторожка хоть и старая, но прочная, несмотря на то, что там никто не живет. И потом, лучше уж расположиться в кресле, чем на траве, влажной от росы. Там есть камин, который можно зажечь, когда идет дождь или опускается туман. — Она повернула голову. — Правда, Эмбер?
— Да, — неохотно отозвалась Эмбер, явно не горевшая желанием принимать участие в разговоре.
Но Грейс не собиралась оставлять ее в покое.
— Видите ли, Эмбер ведет наши учетные книги, — сообщила она Эймиасу. — Она так тщательно следит за счетами, что никто не рискует обмануть нас даже на пенни. Она так хорошо управляется с хозяйством, что нам не нужна домоправительница, хотя папа настоял на том, чтобы нанять кухарку и горничных, чтобы у Эмбер оставалось свободное время.
— Скорее для того, чтобы не есть мою овсянку или жаркое, — фыркнула Эмбер, но, видимо, вспомнив о своей роли дуэньи, прикусила язык и больше не вымолвила ни слова.
Молчание затянулось, и Эймиас вопреки своим благим намерениям вынужден был втянуть ее в разговор.
— И какими еще блюдами вы потчевали мистера Тремеллина, мисс Эмбер? — поинтересовался он, сосредоточенно глядя вперед, словно послушная лошадка, резво катившая коляску по ровной и пустой дороге, требовала пристального внимания.
— Яблочными пирогами, — огрызнулась Эмбер. — Но по этой части у нас мастерица — Грейс. Почему бы тебе не рассказать мистеру Сент-Айвзу про выпечку, которую ты готовила для церковной ярмарки, Грейс?
— Про мои булочки или печенье? — уточнила та.
— Про то и другое, — терпеливо сказала Эмбер.
— Вообще-то некоторые считают, что выпечка у миссис Пенроуз лучше, — сообщила Грейс.
Эймиас готов был поклясться, что слышал, как Эмбер испустила раздраженный вздох, достаточно громкий, чтобы перекрыть стук колес и отдаленный шум прибоя, разбивавшегося о прибрежные скалы.
— Ничего подобного, ничуть не лучше, чем у тебя, — заявила она.
Грейс радостно защебетала, рассказывая, чем ее рецепты отличаются от знаменитых рецептов миссис Пенроуз и еще дюжины других женщин, о которых Эймиас никогда не слышал и не желал слышать.
Девушка — решил он, слушая вполуха оживленный рассказ Грейс о том, как можно испортить булочку, положив в тесто слишком много сахара, — вовсе не глупа. Просто она очень молода и, очевидно, не воспринимает его как мужчину. А, следовательно, нечего и думать о том, чтобы связать с ней жизнь. Что ж. Эймиас мысленно пожал плечами. Есть и другие деревни. Его поиски только начались.
Он окинул взглядом открывавшийся перед ним вид. Море казалось бескрайним, как его свобода. И пустым, не считая корабля, появившегося из-за горизонта и следовавшего курсом, параллельным берегу. Эймиас напрягся. Затем расслабился, напомнив себе, что ему не нужно подниматься на борт. Слава Богу, больше не придется испытывать на прочность собственную храбрость и изображать самообладание, которого он не чувствовал, ступая на палубу корабля. Больше ему не придется спать с открытыми глазами, борясь с кошмарами, навеянными глухими ударами волн о борта. Больше его не будет мутить — не от качки, а от тошнотворного ощущения, что он попался в ловушку, окруженную со всех сторон морем. Все это в прошлом.
Позволив беззаботной болтовне Грейс омывать его, словно теплое весеннее солнышко, Эймиас созерцал далекий горизонт, наслаждаясь, если не компанией, то великолепным видом.
За ним, однако, пристально наблюдали. Эмбер честно пыталась смотреть на море, но взгляд ее постоянно возвращался к мужчине, сидевшему перед ней. В конце концов, море она видит каждый день, а вот шанс увидеть кого-нибудь, похожего на Эймиаса Сент-Айвза, представляется нечасто. Впрочем, она к этому не стремилась, во всяком случае, не сегодня утром. Но Грейс упросила ее составить им компанию, когда Сент-Айвз прислал записку с приглашением на прогулку. Да и мистера Тремеллина удивила настойчивость, с которой Эмбер пыталась отказаться. Вот почему она оказалась здесь.
Грейс нуждалась в компаньонке, так что у Эмбер, в сущности, не было выбора, что бы она ни чувствовала. Хорошо хоть, что ей не пришлось сидеть к нему лицом. Эмбер пристроилась позади парочки, собираясь играть роль наблюдателя. Этакой безмолвной тени.
И вот теперь она созерцала затылок Эймиаса Сент-Айвза и досадовала, что не может отвести от него глаз.
Его голову венчала высокая касторовая шляпа. Мало кто в деревне надевал такие шляпы даже на похороны. Эта мысль заставила Эмбер улыбнуться. Да, не самый подходящий головной убор для рыбной ловли! Она не смогла сдержать смешка, представив себе корнуоллских рыбаков, выходящих каждое утро в море в цилиндрах.
— Ты что-то сказала? — спросила Грейс, обернувшись.
— Нет, я просто кашлянула, — солгала Эмбер. Сент-Айвз тоже повернул голову с таким видом, словно не прочь развлечься. Что ж, его можно понять. Неужели Грейс не могла выбрать другую тему для разговора? Она его уморит своими рецептами. Впрочем, Эмбер догадывалась, что разговорчивость Грейс вызвана трепетом, который внушал ей их новый знакомый. А когда Грейс нервничала, она начинала трещать как сорока.
Эймиас снова уставился вперед, а Грейс вернулась к перечислению рецептов глазури и помадок, так что Эмбер могла продолжить изучение их спутника. Этим утром он надел синий сюртук отличного покроя и серые бриджи. Его густые волосы, хоть и подстриженные по моде, были чуточку длинноваты и падали на высокий воротничок и белый галстук.
Он сказал, что предпочитает путешествовать без камердинера, но вряд ли этим объяснялась некоторая небрежность в его облике. Очевидно, он принадлежал к числу мужчин, которые ценят удобство больше, чем моду. В любом случае он был одет лучше, чем кто-либо из мужчин, которых ей приходилось видеть вне страниц мужских журналов, которые мистер Тремеллин иногда привозил домой.
Да и пахло от него замечательно. Ветерок то и дело доносил до Эмбер благоухание сандала. Большинство знакомых ей мужчин пахли как обычные работяги: потом, дымом, морской солью, влажным деревом и, конечно, рыбой. От мистера Тремеллина пахло трубочным табаком и мылом.
Говорил Сент-Айвз, как, по ее представлениям, полагалось говорить истинному джентльмену: с ленивыми нотками в голосе, словно его ничто не волнует. Собственно, вся его повадка была неспешной, даже томной, не считая цепкого взгляда голубых глаз. У него был восхитительный рот — выразительный, с полной нижней губой, который выглядел бы женственным, если бы не твердые черты лица и сломанный нос.
Эмбер была рада, что сидит у него за спиной. Достаточно того, что она видит контур его загорелой щеки, сильные руки в лайковых перчатках, сжимающие вожжи, начищенный до блеска сапог, стоящий на дощатом полу коляски, и мускулистое бюро, обтянутое бриджами.
Странно, что у мужчины, который хромает, такие сильные ноги…
Эмбер резко выпрямилась, словно ее кольнули в бок шпилькой.
— Эмбер? — окликнула ее Грейс, обернувшись снова. — С тобой все в порядке?
— Да, конечно. Оса пристала, — соврала Эмбер и принялась отмахиваться, повторяя про себя, как заклинание: «Он не для меня, он не для меня».
Эймиас Сент-Айвз предназначен для Грейс, но если та и дальше будет вести себя подобным образом, он решит, что Грейс — дурочка и зануда. Пора вмешаться в это дело. Придется сыграть роль свахи, по крайней мере постараться выяснить, подходят ли они друг другу. Эмбер набрала в грудь воздуха. Конечно, это последнее, чего ей хочется, но не может же она пренебречь своим долгом.
— Расскажите нам, мистер Сент-Айвз, — начала она, — что вы думаете о нашей деревне?
«Вот как это делается, — мысленно сказала она Грейс. — Пусть говорит о себе и своих ощущениях».
Сент-Айвз принялся расхваливать окрестные виды, их прелестную деревушку и местных жителей.
— Вы постоянно живете в Лондоне? — поинтересовалась Эмбер, как только он остановился, чтобы перевести дыхание.
— О нет, я только недавно вернулся из-за границы, — сообщил он.
— И где же вы были? — нерешительно спросила Грейс, украдкой взглянув на Эмбер, которая кивнула ей в ответ.
— В деловой поездке, — ответил он и принялся рассказывать, что происходит во Франции теперь, когда Наполеон отправлен в ссылку.
Подобные истории они уже слышали от знакомых мужчин. Многие из них совершали рейсы во Францию и охотно рассказывали, как страна восстанавливается после войны, не упоминая о товарах, которые они доставляли оттуда в Англию.
— А до этого я посетил Испанию, — продолжил Эймиас, чувствуя, что ему не удалось завладеть вниманием слушательниц. — А также Италию, Португалию и даже… — он криво улыбнулся, — побывал в Австралии.
— Не может быть! Расскажите нам об этом, — воскликнула Грейс.
Эмбер удивленно моргнула и спросила:
— Зачем?
— По делам, разумеется, — ответил ей Эймиас. — По делам его величества, — добавил он все с той же странной улыбкой на губах.
Не жалея красок, он описал дикую пустынную местность, зимы, больше походившие на английское лето, и необычных зверей, которых ему довелось увидеть. Эмбер проявила заинтересованность, и Эймиас рассказал о сумчатых животных и зеленых птичках, способных подражать человеческой речи.
Остановив коляску перед запретным поворотом, рядом с каменистым участком берега, Эймиас спустился на землю и предложил руку Грейс.
— Дальше ехать нельзя, но, думаю, ничего страшного не случится, если мы пройдемся вдоль пляжа? — спросил он, глядя на Эмбер. Грейс тоже посмотрела на подругу.
Эмбер кивнула. Грейс приняла его руку и спустилась вниз. Затем Эймиас предложил руку Эмбер. Она выбралась из коляски, не глядя на него.
Они двинулись по плоскому каменистому отрогу, полого спускавшемуся к воде. Эмбер чувствовала себя исключительно глупо, уныло шагая следом за ними. Рядом с миниатюрной, изящной Грейс Эймиас казался особенно высоким и мужественным. Они составили бы красивую пару, если бы у Грейс хватило ума вести себя иначе. Вместо того чтобы опираться на сильную руку своего спутника, трепетать ресницами, когда его золотистая голова склонялась к ней, и рассыпаться в благодарностях — Эймиас поддержал ее, ловко предотвратив падение, когда она споткнулась о камень, Грейс шарахалась от него и всячески избегала прикосновений. Судя по тому, как обстояли дела, они совершенно не подходил и друг другу.
Погруженная в эти безрадостные мысли, Эмбер поскользнулась на мокром камне, обнажившемся во время отлива. Она попыталась удержаться на ногах, но подвернула ногу и упала, приземлившись на четвереньки. Лодыжка болезненно пульсировала, колени и содранные ладони саднило, а юбка задралась вверх, нанеся жестокий удар ее гордости.
Сильные руки подняли ее и легко поставили на ноги. — Вы не поранились? — спросил Эймиас.
— Нет! — буркнула Эмбер сквозь сердитые слезы. — Вот угораздило! — бормотала она, охваченная смущением и раздосадованная собственной неловкостью. — Извините.
Отряхнув юбки, она попыталась ступить на больную ногу и покачнулась.
— О, черт! — Она стиснула зубы и мысленно выругалась, пытаясь справиться с болью.
Эймиас подхватил ее на руки и зашагал к коляске, Грейс семенила рядом. Сгорая от стыда, Эмбер сдерживала слезы и старалась не думать о том, как чудесно она себя чувствует, находясь в этих сильных руках.
Эймиас посадил ее на заднее сиденье, взял ее ногу в руки и снял с нее туфельку.
— Можете пошевелить ступней? — спросил он. Эмбер стиснула зубы и сделала несколько движений.
Нога болела, но уже не так, как в первый момент. Она облегченно вздохнула:
— Ничего не сломано.
Юбка задралась, обнажив ободранное колено, из которого начала сочиться кровь. Ладони пребывали в таком же плачевном состоянии.
— Бедная Эмбер, ты вся исцарапана! — воскликнула Грейс.
— Ничего, заживет. Моя гордость пострадала больше, — отозвалась Эмбер с удрученной улыбкой. — Спасибо, — добавила она, не глядя на Сент-Айвза.
— Не стоит благодарности, — произнес он прохладным тоном. — Пожалуй, нам следует вернуться домой, и поскорей.
Не спрашивая, он взял Грейс за талию и посадил на сиденье, затем легко запрыгнул сам, развернул коляску и направил лошадь назад по дороге.
Все хранили молчание.
Эмбер страдала от боли и смущения.
Грейс беспокоилась за свою названую сестру.
А Эймиас пытался не думать об Эмбер. Он поддерживал скучную беседу с Грейс, когда услышал возглас и обернулся, чтобы посмотреть, что случилось. Он сразу же понял, что Эмбер не особенно пострадала. Однако, увидев ее в весьма пикантной позе, испытал чувства, далекие от благородных.
Эмбер отправилась на прогулку в простом цветастом платье и шляпке. Но когда она упала, шляпка слетела с головы, а юбка задралась. Боже, до чего соблазнительная женщина! — почти сердито подумал Эймиас, глядя на ее округлые, но изящные формы, прикрытые сорочкой. Он поспешно отвел взгляд, оберегая ее скромность и собственный рассудок. А какие волосы! Густые и блестящие, они рассыплись по плечам Эмбер, переливаясь всеми оттенками янтаря. Почти такого же цвета, как у него…
Он вдруг вспомнил слова Даффида, сказанные им однажды о девице из бара, за которой ухаживал Эймиас: «Похоже, ты неравнодушен к собственной персоне? — поддразнил он. — Как тот греческий парень, Нарцисс. Лично я люблю контрасты, и не хотел бы заниматься любовью со своим двойником».
Эймиас высмеял познания приятеля в греческой мифологии, чтобы уклониться от ответа. Но ухаживать за девушкой перестал.
И теперь он вдруг понял, что Эмбер действительно похожа на него. Как и он, она была яркой блондинкой с белой кожей и голубыми глазами. И тоже была найденышем, с той лишь разницей, что нашли ее здесь, в Корнуолле. Эймиас получил весьма своеобразное образование. Его первым учителем был старый бродяга в тюрьме, который рассказывал им с Даффидом удивительные истории в обмен на хлеб. Позже, когда Эймиас научился читать, он расширил свои познания. И теперь ему вспомнился еще один греческий миф. О сироте, который разгадал загадки сфинкса, убил правителя и женился на его вдове — только для того, чтобы узнать, что она его собственная…
Эймиас выпрямился. Какая чепуха! Эмбер слишком молода, чтобы быть его матерью. И потом, почти каждый второй в здешней местности голубоглазый блондин. Это одна из особенностей этого края, которая греет его душу, заставляя чувствовать себя членом большой семьи.
И все-таки странно. Два никому не нужных найденыша. Что с того, что один найден на лондонских улицах, а другой на пустынном берегу моря? Она вполне может быть…
Вероятность того, что Эмбер может оказаться его сестрой, была ничтожной. И тем не менее Эймиасу стало тошно от этой мысли.
Так некстати вспыхнувшая похоть погасла, как костер, залитый водой. От стыда и отвращения к себе Эймиас покрылся мурашками. Тем лучше! Он не хочет, чтобы его влекло к безродной сироте. Ему нужна жена из приличной семьи, чтобы он мог начать респектабельную и достойную уважения жизнь.
Ну а соблазн? Он в состоянии справиться с собственными слабостями. Правда, нужно постараться не обидеть Эмбер. Она-то уж ни в чем не виновата. Пожалуй, подумал он с мрачным юмором, это его проклятие и спасение, что они могут оказаться родственниками.
Эймиас медленно выдохнул, только сейчас заметив, что все это время сдерживал дыхание.
— Скоро будем дома. Как вы себя чувствуете? — спросил он Эмбер.
— Нормально, — холодно отозвалась она, затем, видимо, сообразив, что выглядит неблагодарной, добавила: — Если бы я упала так несколько лет назад, то не обратила бы внимания. Я вечно бегала с ободранными коленками. И лечила их, поливая морской водой. Помнишь, Грейс? Это всегда приводило тебя в ужас. Еще бы! Колени так щипало, что я вопила от боли. Но от холода становилось легче, а от морской соли заживало быстрее. Надо будет попробовать и на этот раз. — Эмбер издала слабый смешок. — Когда взрослеешь, становишься ужасной трусихой, правда?
Она испортила свой бесшабашный монолог, шмыгнув носом.
Эймиас оглянулся. Грейс подобрала ее шляпку, но Эмбер держала ее в руках. Юбка была поднята, обнажая кровоточащие колени. Ветер развевал распущенные волосы вокруг ее разрумянившегося лица. Это прелестное лицо морщилось от боли и усилий справиться с ней, пока Эмбер не перехватила его взгляд. Она тут же прикрыла колени шляпой и выпрямилась, вскинув голову. Но одна сверкающая слезинка все-таки успела скатиться по щеке.
И Эймиас понял, что пропал.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Постой, любимая - Лэйтон Эдит



Книга, замечательное продолжение первой части. Написана в том же стиле. Иногда бывает скучнова-то читать их размышления, но без этого не обходится ни один роман. Мне понравилось. Читайте!
Постой, любимая - Лэйтон ЭдитВиктория
4.06.2013, 7.50





К сожалению это не то , спасибо за помощь.и действия не в париже происходили на сколько я помню
Постой, любимая - Лэйтон Эдитлюбофь
18.02.2014, 19.31





любофь , попробуйте искать на www.women.ru или ledi.webnice.ru
Постой, любимая - Лэйтон Эдитольга
18.02.2014, 19.54








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100